Апелляционное определение № 22-1390/2025 от 8 декабря 2025 г.

Судья: Грабовский Д.А. Дело №22-1390/2025

Докладчик: Здоренко Г.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Липецк 9 декабря 2025 года

Суд апелляционной инстанции Липецкого областного суда в составе:

председательствующего – судьи Здоренко Г.В.,

судей: Залыгаевой Е.П., Кузнецовой Л.В.,

при помощнике судьи Зотовой Я.А.,

с участием: государственного обвинителя Шилина А.В.,

осужденной ФИО2,

защитника – адвоката Гончарова Д.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе (с дополнениями) адвоката Гончарова Д.А. в защиту интересов осужденной ФИО2 на приговор Октябрьского районного суда г.Липецка от 02.09.2025, которым

ФИО2, родившаяся <данные изъяты>

осуждена по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 159.2 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 100000 рублей; указаны реквизиты для уплаты штрафа;

на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ освобождена от отбытия наказания в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности в соответствии с п. 2 ч. 5 ст. 302 УПК РФ;

определена судьба вещественных доказательств.

суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

02.09.2025 Октябрьским районным судом г.Липецка ФИО2 признана виновной в покушении в период с 08:00 10.05.2023 до 18:00 12.05.2023 на совершение мошенничества при получении выплат, то есть хищения денежных средств при получении социальных выплат, установленных законами и иными нормативными правовыми актами, путем представления заведомо ложных и недостоверных сведений, при этом преступление не доведено до конца по независящим от неё обстоятельствам, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе (с дополнениями) адвокат Гончаров Д.А. в защиту интересов осужденной ФИО2, выражая несогласие с приговором, просит его отменить, как незаконный, необоснованный. В обоснование такого мнения приводит ссылки на положения ч.4 ст.7, ст.ст.8, 14, 88, 73, 297, 302, 307 УПК РФ, постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.11 2016 №55 «О судебном приговоре»; Постановление Конституционного Суда РФ от 16.05.2007 №6-П, ч.1 ст.389.17 УПК РФ о существенных нарушениях УПК РФ, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения. Настаивает, что в нарушение требований УПК РФ о необходимости исследования и оценки всех имеющих значение обстоятельств, приведения мотивов, по которым принимает одни и отвергает другие доказательства, необходимости оценки каждого доказательства и обоснования выводов, суд сделал свои выводы на основе неправильного установления фактических обстоятельств дела, не мотивировал их, надлежаще не проверил и не оценил доводы ФИО2 Считает, что суд, приведя в приговоре ссылки на показания представителя потерпевшего, свидетелей, письменные и вещественные доказательства, не обосновал свои выводы, нарушив требования ст.ст.88, 307 УПК РФ, основал обвинительный приговор на предположениях. Приводит выдержки из приговора. Обращает внимание суда на диспозицию ст.159.2 УК РФ о предоставлении сведений именно в учреждения, уполномоченные принимать решения о получении соответствующих выплат; о необходимости доказывания вины в виде прямого умысла. Приводит перечень доказательств, на основе которых суд вынес приговор. Утверждает, что приведенные в приговоре доказательства не обосновывают умысел ФИО1 на хищение денежных средств при получении социальных выплат; ФИО2 последовательно отрицала свою причастность к инкриминируемому деянию и отсутствие умысла; в основу приговора положены показания свидетелей, которые не соответствуют оглашенным показаниям и данным в суде. Ссылается на приговор в части показаний свидетелей: ФИО19 о том, что из управления здравоохранения в Отделение Фонда письма для установления или продления инвалидности не поступают, справки об установлении инвалидности поступают только из Бюро МСЭ (и далее по тексту); Свидетель №3 о порядке направления пациента для получения инвалидности (лечащим врачом на врачебную комиссию, далее – комиссией в бюро МСЭ; в 2023 году на Свидетель №13 направлений о продлении инвалидности в бюро МСЭ не отправлялось); Свидетель №10, лечащего врача Свидетель №13, о том, что такого направления на Свидетель №13 не готовила ни на врачебную комиссию, ни в бюро МСЭ, о том, что тот является инвалидом, якобы не знала; Свидетель №13 о том, что в 2023 году не желал продлевать установленную ранее третью группу инвалидности, не обращался в <данные изъяты> и в бюро МСЭ; Свидетель №11 и Свидетель №12 о том, что управление здравоохранения не устанавливает и не продлевает инвалидность, это может делать только бюро МСЭ по направлениям формы №088У, документы готовит медицинская организация, где проходит лечение гражданин, Бюро МСЭ не является участником программы КВАЗАР, осмотры из этой системы они не анализируют; если нет направления формы №У, они сами не продлевают ранее установленную инвалидность; по Свидетель №13 в 2023 году МСЭ не проводилась, направления в Бюро на него не поступали. Выражает мнение об отсутствии в приговоре оснований, по которым суд принял одни и отверг другие доказательства, а именно представленные стороной защиты (в т.ч. показания ФИО1 о том, что она не изготавливала письмо, не оцененные и не опровергнутые), в чем видит нарушение закона, выводы суда считает ошибочными. Настаивает, что направление корректирующего письма в управление здравоохранения не влекло никаких последствий, не свидетельствует об умысле ФИО2 и о корыстной цели, вывод суда о чем ошибочен. Указывает, что управление здравоохранения не могло продлить группу инвалидности Свидетель №13, а Бюро МСЭ не могло этого сделать в 2023 году без направления из <данные изъяты> и согласия Свидетель №13; данные сомнения судом в нарушение УПК РФ трактованы не в пользу ФИО1 Обращает внимание на диагноз Свидетель №13, приводя сведения о таковом за 2021-2023г.г., этот диагноз не мог то появляться, то исчезать, поскольку является стойким нарушением функций конечности. Из этого делает вывод об отсутствии в письме от 10.05.2023 недостоверных сведений, что указывает на отсутствие обмана и умысла ФИО1 Считает, что суд необоснованно отдал предпочтение показаниям свидетеля врача Свидетель №10 о неосведомленности о наличии у Свидетель №13 группы инвалидности, не наблюдении у того пареза либо парапареза, в связи с чем сведения в системе КВАЗАР от 15 и ДД.ММ.ГГГГ верные и в корректировке не нуждались. Противопоставляет этому меддокументы, где Свидетель №10 указывала на наличие этого диагноза и направляла Свидетель №13 в другие медицинские организации, что подтверждают копии выписок (страница 27 приговора), чему суд не дал оценку. Считает надуманным вывод суда об изготовлении письма №1-098/718 ФИО2, т.к. достоверно не установлено, кто и когда изготовил это письмо; аудиозапись общения главного врача Свидетель №1 и ФИО1 не содержит таких сведений. Полагает, что судебное следствие нельзя признать проведенным полно, всесторонне и объективно. Ссылается на проведение расследования и рассмотрение дела в суде односторонне, с обвинительным уклоном; юридически ошибочную правовую оценку действий ФИО1; наличие противоречий, предположений и домыслов в деле. Обращает внимание на отсутствие в деле объективной стороны покушения на преступление; социальные выплаты не были назначены, не возникло реальной возможности завладеть чужим имуществом; действий, непосредственно направленных на завладение средствами, в данном деле нет; суд неправомерно пришел к выводу о наличии прямого умысла на получение социальных выплат, ФИО2 не обращалась в Пенсионный фонд РФ, органы социальной защиты, иные уполномоченные инстанции для назначения Свидетель №13 пособий, социальных выплат; отправлено письмо в управление здравоохранения области, которое не уполномочено назначать выплаты, принимать решения об инвалидности, следовательно, эти действия не направлены на получение денежных средств, что указывает на отсутствие субъективной стороны преступления – прямого умысла на хищение; объективная сторона также не доказана, поскольку покушение на преступление (ч.3 ст.30 УК РФ) предполагает действия, непосредственно направленные на совершение преступления, которые не доведены до конца не зависящим обстоятельствам. Настаивает, что управление здравоохранения области не принимает решения о выплатах; никаких документов для назначения пособий (справок МСЭ, заявлений, направлений) в соответствующие органы не представлено; фактически не возникло даже угрозы наступления вреда государству или другому собственнику, следовательно, действия ФИО2 не образуют объективной стороны покушения на мошенничество. Перечисленные нарушения в виде несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенных нарушений УПК РФ, по мнению защитника, на основании п.п.1, 2 ст.389.15, п.п.1, 2 ст.389.16, ч.1 ст.389.17 УПК РФ влекут отмену приговора. Просит ФИО2 по предъявленному ей обвинению оправдать ввиду отсутствия в ее действиях состава преступления в порядке, предусмотренном п.5 ч.1 ст.389.20 УПК РФ, и признать за ней право на реабилитацию.

Заслушав доклад судьи Здоренко Г.В., выслушав выступления осужденной ФИО2 и ее защитника – адвоката Гончарова Д.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы (с дополнениями), мнение государственного обвинителя Шилина А.В., возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы (с дополнениями), проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции находит приговор законным и обоснованным.

Выводы суда о виновности ФИО2 в покушении на мошенничество при получении выплат, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются совокупностью доказательств, всесторонне и полно исследованных в судебном заседании, получивших объективную и мотивированную оценку суда согласно ст.88 УПК РФ.

В судебном заседании ФИО2, не отрицая причастность к направлению письма, корректирующего диагноз ее сына, в базу данных КВАЗАР управления здравоохранения области, высказалась об отсутствии в ее действиях, выразившихся в предоставлении Управлению здравоохранения Липецкой области указанного документа, корыстного мотива и признаков мошенничества. Показала, что участвовала в направлении этого письма по инициативе лечащего врача ее сына, по просьбе врача, желавшего устранить свою ошибку; диагноз в письме соответствует действительности; сама письмо не составляла; факсимильную подпись главного врача на таковом не проставляла; никаких действий по продлению инвалидности сына не совершала.

Таким образом, сторона защиты сам факт отправки корректирующего письма от 10.05.2023 не оспаривала в суде первой инстанции и не оспаривает в апелляционной жалобе, приводя субъективную, противоречащую действующему законодательству оценку этих действий. Эти доводы суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, направленными на переоценку обстоятельств по делу, к чему поводов не усматривается, т.к. выводы суда о виновности ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст.159.2 УК РФ, соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются исследованными доказательствами.

В суде представитель потерпевшего ФИО19 дала показания о получении Свидетель №13 пенсии по инвалидности с 15.06.2022, порядке начисления пенсии и размере таковой при получении пенсии Свидетель №13 в случае продления инвалидности. Сообщила, что после 30 июня 2023 года Свидетель №13 за получением пенсии не обращался.

Из показаний свидетеля Свидетель №1 суд установил объем служебных полномочий ФИО1, сведения о порядке работы сотрудников с факсимиле подписи главврача и гербовыми печатями лечебного учреждения; сведения о проведении комиссионного расследования, установившего факт направления ФИО2 вне установленного порядка корректирующего письма в Управление здравоохранения области со сведениями, изменяющими диагноз сына осужденной Свидетель №13

Свидетель Свидетель №10 (невролог) показала, что Свидетель №13 является ее пациентом; о наличии у него инвалидности она узнала лишь при проведении комиссионного расследования; сообщила о состоянии здоровья Свидетель №13; настаивала на правильности сведений от 15 и 17 ноября 2022 года о его анамнезе и диагнозе, где отсутствовали указания о парезе 3б; с целью корректировки диагноза ни Свидетель №13, ни ФИО2 к ней не обращались; она корректирующее письмо в управление здравоохранения не составляла. Документы на инвалидность Свидетель №13, насколько помнит, она не готовила.

Свидетель Свидетель №13 сообщил, что является сыном ФИО2, ранее работал в поликлинике начальником отдела автоматизированных систем управления; с июля 2022 года имел инвалидность 3 группы на 1 год; мер по продлению инвалидности не предпринимал; к нему обращалась врач Свидетель №10 с сообщением о допущенной при его осмотре ошибке, которую намеревалась исправить самостоятельно.

Свидетель Свидетель №4 показал, что в настоящее время работает начальником отдела автоматизированных систем управления; участвовал в комиссионном расследовании по факту отправки корректирующего письма по диагнозу Свидетель №13; установлено, что письмо изготовила и отправила ФИО2; присутствовал при изъятии компьютера ФИО2 и обнаружил, что к компьютеру имелось удаленное подключение.

Из показаний свидетеля Свидетель №9 суд установил детали комиссионного расследования по факту отправки корректирующего письма по диагнозу Свидетель №13; ФИО29 в присутствии членов комиссии подтвердила, что этот документ ей знаком, на вопрос главврача Свидетель №1, почему документ подписан ее подписью, ФИО29 ответила, что никого не было, надо было срочно отправить письмо, т.к. в выписке одно, а в системе КВАЗАР другое; разговор записан на диктофон.

Свидетель Свидетель №11 дал суду показания о работе Бюро медико-социальной экспертизы; порядке и критериях установления инвалидности применительно к диагнозу Свидетель №13, указанному в корректирующем письме от имени главврача Свидетель №1 в управление здравоохранения – о возможности установления инвалидности 3 группы; о диагнозе Свидетель №13, указанном 15 и 17 ноября 2022 года неврологом в осмотрах, который не влечет установление инвалидности 3 группы; медико-социальная экспертиза может проводиться очно либо заочно, а в период с 2020 года до 01.07.2022 проводилась в заочной форме путем изучения медицинских документов; при необходимости комиссия просматривает сведения о больном в системе КВАЗАР; парез не может то появляться, то пропадать.

Свидетель Свидетель №12 дала в целом аналогичные показания, уточнив, что наличие пареза 3б является основанием для установления 3 группы инвалидности, а его отсутствие может быть основанием для отказа в установлении инвалидности; данные одного осмотра не могут быть основанием для установления инвалидности или отказа в этом; анализируются данные за несколько месяцев.

В подтверждение показаний свидетелей о порядке установления инвалидности и о направлении корректирующего письма судом исследованы письменные доказательства:

- выписки из приказов от 09.01.2013 и от 22.05.2023 главного врача ГУЗ «Липецкая городская поликлиника №» (далее ГУЗ «ЛГП №») о назначении ФИО1 на должность заместителя главного врача по экономическим вопросам (т.1, л.д.127) и увольнении по инициативе работника (т.1, л.д.136);

- скриншоты системы «КВАЗАР», в частности:

15.11.2022 Свидетель №13 посещал лечащего врача <данные изъяты>», указаны жалобы на боли в шейном, грудном, поясничном отделе позвоночника, ограничение движений в нем, недомогание, утомляемость, жжение между лопатками, анамнез: лекарственной аллергии нет, гепатит отрицает, эпид. анамнез не отягощен, ОНМК нет, ОИМ – отр., СД – отр., травмы головы – отр., ГБ – нет, в неврологическом статусе помимо прочего указано, что пареза нет, рекомендации: в дневной стационар («в д. ст.») (т.1, л.д.71);

17.11.2022 Свидетель №13 посещал лечащего врача <данные изъяты> указаны те же жалобы, тот же анамнез, в неврологическом статусе, помимо прочего, указано, что пареза нет, рекомендации: в дневной стационар (т.1, л.д.72).

- копия письма за подписью от имени главного врача ГУЗ «ЛГП №» Свидетель №1, с гербовой печатью, на имя начальника управления здравоохранения <адрес>, где администрация поликлиники № сообщает о наличии жалобы пациента, получившего заключение с неверными данными в личный кабинет посредством единого портала государственных услуг, ввиду чего администрация ГУЗ «ЛГП №» просит скорректировать амбулаторный случай пациента СИНЛС 16174035650 от ДД.ММ.ГГГГ, посещение невролога от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ изменить жалобы пациента на следующее: «Жалобы: на боли в шейном, грудном, поясничном отделе позвоночника, ограничение движений в ней, недомогание, утомляемость, жжение между лопатками». Указать в поле анамнез: «Парез 3б», и указать рекомендации: «р-р диклофенак 3.0 в/м №, р-р комбилипен 2.0 в/м №, р-р мидокалм 1.0 в/м №, т. карбамазепин 200 мг. по 1/2 т. 3 р. в день – 1 мес., т. амитриптилин 25 мг. по 1/4 т. 3 р. в день – 1 мес.»; допущенная ошибка обусловлена невнимательностью врача и шаблонностью создаваемых заключений (вид доступа «Личный шаблон» вид шаблона «Посещение врача» в региональной информационно-аналитической медицинской системе) заполнения амбулаторного случая; в целях исключения подобных случаев реализован дополнительный контроль со стороны заведующей поликлиники (т.1, л.д.73);

- письмо № от ДД.ММ.ГГГГ главного врача ГУЗ «ЛГП №» Свидетель №1 на имя начальника отдела цифрового развития и информационных технологий управления здравоохранения области, с просьбой считать недействительным письмо № от ДД.ММ.ГГГГ, проводится внутреннее расследование, действия по письму просит прекратить (т.1, л.д.75);

- протокол выемки от ДД.ММ.ГГГГ у свидетеля Свидетель №1 системного блока «ExeGate» (инвентарный №) в корпусе черного цвета (рабочего компьютера ФИО1) (т.1, л.д.178-179);

- заключение эксперта № от 21.09.2023 (т.1, л.д.185-188) о том, что на копии накопителя на жестком магнитном диске в удаленном (восстановленном) виде имеется информация в виде файлов, вероятно идентичная представленному на бумажном носителе. На копии НЖМД в явном (имеющемся) виде информация в виде файлов, идентичная представленному на бумажном носителе, не обнаружена.

- протокол осмотра предметов от 02.10.2023 (т.1, л.д.192-197) – осмотрены оптический диск однократной записи CD-R «M4 Media», предоставленный к заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, и системный блок «ExeGate» (инвентарный №). На диске в папке «Adobe PDF документ» находится файл «0107801.pdf», при просмотре которого обнаружено письмо (скан) от ГУЗ «Липецкая городская поликлиника №» в адрес начальника Управления здравоохранения <адрес> о корректировке амбулаторного случая пациента СНИЛС 16174035650, в нижней части письма - печать синего цвета ГУЗ «Липецкая городская поликлиника №», подпись главного врача Свидетель №1 В папке «Microsoft Word 2007 XML документ» находится файл «20230510_115200.docx», в котором имеется письмо от ГУЗ «Липецкая городская поликлиника №» в адрес начальника Управления здравоохранения <адрес> о корректировке амбулаторного случая пациента СНИЛС 16174035650, в нижней части документа надпись «главный врач ГУЗ «Липецкая городская поликлиника №» Свидетель №1» подпись и печать отсутствуют. Копии письма (скана) с подписью Свидетель №1 на имя начальника Управления здравоохранения <адрес> ФИО11, заверенного печатью ГУЗ «ЛГП №», с подписью Свидетель №1, а также письма с аналогичным содержанием без подписи Свидетель №1 и без печати, приобщены к протоколу осмотра (т.1, л.д.198-199).

- приказ от 02.05.2023 о предоставлении отпуска главному врачу ГУЗ «Липецкая городская поликлиника №» Свидетель №1 с 10 по ДД.ММ.ГГГГг. (т.1, л.д.63-64).

Также исследованы приказ № от ДД.ММ.ГГГГ о порядке использования факсимильной подписи главного врача; приказ № от ДД.ММ.ГГГГ о назначении лиц, ответственных за использование гербовой печати; должностная инструкция заместителя главного врача по экономическим вопросам ФИО1, утвержденная ДД.ММ.ГГГГ (т.1, л.д.128-131); протокол выемки от ДД.ММ.ГГГГ у свидетеля Свидетель №2 рабочего компьютера (т.1, л.д.235-238), при осмотре которого открыта папка «Почта» папки «Входящие», где имеется поступивший ДД.ММ.ГГГГ в 12:35 от имени ФИО1 файл во вложении. При открытии сообщения во вложении обнаружено письмо на имя начальника Управления здравоохранения <адрес> ФИО11 от имени главного врача ГУЗ «Липецкая городская поликлиника №» Свидетель №1 о корректировке сведений в отношении Свидетель №13 (т.1, л.д.239-245); сведения ООО «ВК» (т.1, л.д.208-211) о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 12:14, в 12:35, в 12:38 и в иное время происходила авторизация почтового ящика popovagp2@mail.ru (ФИО1) с IP-адреса 195.34.242.170, который, согласно информации ПАО «Ростелеком», является статическим (постоянным) IP-адресом ГУЗ «Липецкая городская поликлиника №» (т.1, л.д.213); протокол выемки от 22.02.2024 (т.2, л.д.29-31)у свидетеля ФИО12 диск DVD-RW с аудиозаписью от ДД.ММ.ГГГГ разговора с участием ФИО1, при прослушивании которого зафиксирована информация: голос 1 сообщает, что комиссия проводила служебное расследование по факту фальсификации документа, отправленного в Управление здравоохранения и спрашивает, знаком ли документ, голос 2 сообщает, что знаком; голос 1 спрашивает, как так получилось, голос 2 отвечает, что никого не было, надо было, в выписке одно, а в «КВАЗАРЕ» другое; при прослушивании диска в суде ФИО1 подтвердила, что на аудиозаписи зафиксировано, как она отвечает на вопросы главного врача Свидетель №1

Исследованы судом также копия дела освидетельствования Свидетель №13 в бюро МСЭ (т. 2 л.д. 91), выписка от ДД.ММ.ГГГГ из ГУЗ «Липецкая городская поликлиника №», подписанная лечащим врачом Свидетель №10, заведующей отделением ФИО13, согласно которой Свидетель №13 установлен диагноз: «Дорсопатия поясничная вертеброгенной этиологии. Грыжи диска L4-L5, L5-S1. Радикулопатия L5-S1 справа. Стойко выраженные болевые и мышечно-тонические проявления. Нижний парапарез» (т.2, л.д.100); выписка из истории болезни № из ГУЗ «ЛГБ «Свободный Сокол», где Свидетель №13 находился на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: «Дорсопатия поясничного уровня на фоне остеохондроза пояснично-крестцового отдела позвоночника. Грыжи дисков L4-L5-S1. Радикулопатия L5-S1 справа. Стойко выраженные болевые и мышечно-тонические проявления. Парез правой стопы. Обострение»…. Выписан с улучшением для дальнейшего лечения у невролога по м/ж, сохраняется парез правой стопы» (т.2, л.д.103).

Подтверждают вину осужденной и иные доказательства, полно и подробно приведенные в приговоре.

Указанные доказательства в своей совокупности являются достаточными для вывода о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое она осуждена.

Суд исследовал медицинскую документацию, представленную стороной защиты (т.2, л.д.180-190): выписку из медицинской карты ГУЗ «Липецкая РБ» стационарного больного № Свидетель №13, находившегося на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с основным заболеванием: М54.1 – Радикулопатия, в неврологическом статусе, в т.ч., наличие пареза правой стопы 3б, нет подписи лечащего врача ФИО14 и оттиска печати (т.2, л.д.182-183); два листа осмотров без подписи врача и печатей от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №13, врач Свидетель №10, в неврологическом статусе каждого осмотра указано наличие нижнего парапареза 3б MRS (т.2, л.д.185-186); выписку из истории болезни № ГУЗ «ЛГБ № «Липецк-Мед»» на Свидетель №13, находившегося на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в диагнозе, в т.ч., указано наличие синдрома радикуломиепатии с умеренным нижним парапарезом в стадии обострения (т.2, л.д.188); выписки из дневного стационара ГУЗ «Липецкая городская поликлиника №» на Свидетель №13, находившегося на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с подписями лечащего врача Свидетель №10 и заведующей отделением ФИО13, где указано наличие нижнего парапареза (т.2, л.д.189, 190).

Очевидно, что в части наличия либо отсутствия парапареза 3б указанные документы находятся в противоречии в результатами личного осмотра неврологом Свидетель №10 от 15 и ДД.ММ.ГГГГ, на правильности которых Свидетель №10 настаивала в суде.

Вопреки доводам жалобы, эти меддокументы, часть из которых не заверена должным образом, не опровергают предъявленное ФИО1 обвинение.

Соответственно, доводы стороны защиты об отсутствии состава преступления в действиях ФИО1 по направлению корректирующего письма в управление здравоохранения области, выдвинутые в обоснование занятой ею позиции, суд при безусловно подтвержденном факте подложности этого письма, отклоняет.

В ходе судебного разбирательства неопровержимо доказан факт изготовления корректирующего диагноз письма именно осужденной, что установлено из: показаний свидетеля Свидетель №2 (секретаря) о звонке от ФИО29, сказавшей, что поступившее с почты последней письмо надо отправить в управление здравоохранения; протокола осмотра рабочего компьютера свидетеля – секретаря Свидетель №2, согласно которому в папке «Почта», находящейся в папке «Входящие», обнаружен поступивший ДД.ММ.ГГГГ в 12:35 от ФИО1 скан этого письма; сведениями ООО ВК об авторизации ДД.ММ.ГГГГ в 12:14, в 12:35, в 12:38 почтового ящика popovagp2@mail.ru (ФИО1) с IP-адреса 195.34.242.170, принадлежащего ГУЗ «Липецкая городская поликлиника №»; заключения компьютерной экспертизы об обнаружении в рабочем компьютере ФИО1 удаленного скана этого письма с печатью поликлиники и подписью Свидетель №1, а также текста письма аналогичного содержания, но без подписи и печати, с одними и теми же ошибками и опечатками; аудиозаписью разговора Свидетель №1 с ФИО1, не оспаривавшей факт направления письма.

Версия защиты о получении ФИО1 корректирующего диагноз ее сына письма от невролога Свидетель №10, тщательно проверенная судом первой инстанции, отвергнута с приведением убедительных мотивов, с которыми соглашается суд апелляционной инстанции. Эта версия, возникшая у ФИО1 спустя год после события преступления и ее увольнения, опровергнута последовательными достоверными показаниями врача Свидетель №10, у которой отсутствуют основания для оговора осужденной; самим механизмом отправки письма (при правомерной отправке участия в этом осужденной как промежуточного звена не требовалось); обнаружением скана письма в ходе экспертизы в удаленных файлах и надуманным характером объяснений ФИО1 об обстоятельствах появления в ее рабочем компьютере скана письма.

При этом очевидно, что корректирующее письмо в Управление здравоохранения <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № содержало ложные сведения, в частности: в письме указано о наличии в ГУЗ «ЛГП №» жалобы пациента СНИЛС 16174035650 (т.е. сына осужденной Свидетель №13), тогда как в действительности такая жалоба в поликлинике отсутствовала, что установлено из показаний самого Свидетель №13 о том, что жалобу не подавал; результатов осмотра журнала входящей корреспонденции, по которому обращения в ГУЗ «ЛГП №» от Свидетель №13 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не поступали; в письме от ДД.ММ.ГГГГ № указано, что администрация ГУЗ «ЛГП №» просит скорректировать амбулаторный случай по пациенту СНИЛС 16174035650 по посещению врача невролога ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, изменить жалобы пациента на следующее: «Жалобы: на боли в шейном, грудном, поясничном отделе позвоночника, ограничение движений в ней, недомогание, утомляемость, жжение между лопатками». Указать в поле анамнез: «Парез 3б» и рекомендации (ряд лекарственных препаратов). Из показаний свидетелей Свидетель №1, ФИО15, Свидетель №3, Свидетель №10 установлено, что проверка по жалобе Свидетель №13 с целью корректировки данных в системе КВАЗАР не проводилась ввиду отсутствия его жалобы, необходимость внесения изменений в осмотры от 15 и ДД.ММ.ГГГГ отсутствовала; письмо это Свидетель №1 не подписывала.

В то же время, жалобы пациента, приведенные в письме от ДД.ММ.ГГГГ №, идентичны жалобам пациента, отраженным в осмотрах от 15 и ДД.ММ.ГГГГ в системе КВАЗАР (т.1, л.д.71-72, 198), а потому необходимость в их корректировке отсутствовала; указание «Парез 3б» должно было быть не в поле анамнеза, как предложено в данном письме, а в неврологическом статусе пациента или в диагнозе, а необходимость назначения медицинских препаратов отсутствовала в связи с направлением Свидетель №13 на лечение в дневной стационар, что следует из показаний свидетелей Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №12, ФИО16

Суд отклоняет доводы стороны защиты о достоверности сведений, отраженных в письме от ДД.ММ.ГГГГ №, о наличии «Пареза 3б» при осмотрах ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, по мотиву наличия у Свидетель №13 пареза нижних конечностей как до 15-ДД.ММ.ГГГГ, так и после, как указано в ряде медицинских документов. Само по себе наличие либо отсутствие пареза 3б у Свидетель №13 не имеет той правовой значимости, которую придает этому сторона защиты. Как упоминалось выше, заведомая ложность и недостоверность сведений, содержащихся в письме от ДД.ММ.ГГГГ №, заключается в направлении в Управление здравоохранения области сфабрикованного от имени главного врача ГУЗ «ЛГП №» письма, которое лечащий врач - невролог Свидетель №10 не составляла; Свидетель №1 не подписывала; вследствие жалобы пациента Свидетель №13, которой в действительности не было; о корректировке в системе КВАЗАР сведений об осмотрах от 15 и ДД.ММ.ГГГГ, при отсутствии необходимости в такой корректировке.

Вывод суда первой инстанции о направленности преступного умысла ФИО1 на получение её сыном социальных выплат по инвалидности третьей группы по общему заболеванию в период после ДД.ММ.ГГГГ в течение одного года соответствует установленным фактическим обстоятельствам дела.

Предметом тщательного исследования суда первой инстанции являлись версии защиты об отсутствии в действиях ФИО1 корыстного мотива, умысла на незаконное получение выплат, признаков мошенничества, которые путем исследования перечисленных выше доказательств полностью опровергнуты. В обоснование такого вывода в приговоре приведены убедительные мотивы, с которыми соглашается суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы жалобы в данной части.

Как верно установил суд первой инстанции, на основании п.п.26, 28 Правил признания лица инвалидом, утвержденных постановлением Правительства РФ №от ДД.ММ.ГГГГ, действующим с ДД.ММ.ГГГГ, по результатам рассмотрения зарегистрированных бюро документов с учетом мнения гражданина, указанного в направлении на медико-социальную экспертизу, в заявлении о проведении МСЭ бюро принимает решение о форме проведения медико-социальной экспертизы; медико-социальная экспертиза проводится в бюро без личного присутствия гражданина, с личным присутствием гражданина или дистанционно с применением информационно-коммуникационных технологий.

Из показаний свидетелей Свидетель №11, Свидетель №12 следует, что впервые направление на МСЭ на Свидетель №13 поступило 15.06.2022 из <данные изъяты>», медико-социальная экспертиза проведена 26.06.2022 <данные изъяты> в заочной форме на основании постановления Правительства РФ №183 от 17.02.2022 (действовало с 01.03.2020 по 01.07.2022 в целях предотвращения распространения коронавирусной инфекции. После 01.07.2022 продление инвалидности в соответствии с Правилами признания лица инвалидом (постановление Правительства РФ №588от 05.04.2022) стало возможным как в очной, так и в заочной (без личного присутствия гражданина) форме; решение о форме проведения МСЭ принимается с учётом мнения гражданина. В заочной форме оцениваются сведения, указанные в направлении и приложенных медицинских документах за несколько месяцев; при противоречивых диагнозах в документах, сомнений в их достоверности комиссия при проведении МСЭ вправе освидетельствовать гражданина лично, направить его для проведения дополнительного обследования, а также просмотреть сведения об осмотрах и диагнозах в системе КВАЗАР. При этом наличие диагноза «парез 3б» может быть основанием для установления или продления инвалидности, а его отсутствие может быть основанием для отказа в установлении инвалидности.

Из исследованных медицинских документов следует, что в направлении <данные изъяты>2» на медико-социальную экспертизу 10.06.2022 и в нескольких выписках из историй болезни и медицинских карт, данных осмотров в ряде медицинских учреждений в 2022-2023г.г. Свидетель №13 выставлялись диагнозы: «Нижний парапарез», «Парез правой стопы», «Парез правой стопы 3б», «Нижний парапарез 3б по MRS». При этом в осмотрах Свидетель №13 в <данные изъяты> от 15.11.2022 и 17.11.2022, отраженных в системе КВАЗАР (т.1, л.д.71-72), указано, что парезов нет.

С учётом таких противоречивых сведений отсутствие у Свидетель №13 парезов при осмотрах ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ при его обращении после ДД.ММ.ГГГГ ставит под сомнение возможность продления инвалидности при проведении МСЭ в заочной форме и влечет необходимость его личного освидетельствования, проведение дополнительных обследований и возможный отказ в продлении инвалидности.

Следовательно, осужденная ФИО2, изготовив письмо от 10.05.2023 №1-09/718 от имени главного врача <данные изъяты>» Свидетель №1 и направив его через Свидетель №2 в Управление здравоохранения области для внесения изменений в осмотры Свидетель №13 от 15.11.2022 и 17.11.2022 с указанием наличия пареза 3б, пыталась незаконным способом устранить препятствие в продлении инвалидности своему сыну Свидетель №13 с целью получения в дальнейшем им социальных выплат; со своей стороны, предприняла все зависящие от неё меры, однако довести преступный умысел до конца не смогла по независящим от неё обстоятельствам, поскольку её преступные действия были обнаружены.

Отсутствие дальнейшего обращения Свидетель №13 за продлением инвалидности, ввиду чего его повторная медико-социальная экспертиза не проводилась, является следствием выявления и пресечения противоправных действий ФИО1; не исключает преступный прямой умысел ФИО2 на хищение денежных средств при получении социальных выплат её сыном.

Доводы защитника о том, что Свидетель №13 не обращался в <данные изъяты> за продлением инвалидности, не влечет оправдание осужденной, поскольку срок инвалидности ее сына истекал 30.06.2023, а ее противоправные действия были пресечены 23.05.2023, что воспрепятствовало дальнейшей реализации ею мошенничества при получении выплат.

Доводы стороны защиты о наличии у сына осужденной определенного диагноза не подрывают выводов суда. Сам по себе факт направления осужденной через секретаря в медицинскую базу данных управления здравоохранения корректирующего письма (в отсутствие законного повода, вопреки установленному порядку, без каких-либо оснований, с ненадлежащей подписью и иной печатью) свидетельствует о наличии в ее действиях состава покушения на мошенничество при получении выплат.

Суд первой инстанции сделал вывод о направленности умысла осужденной, основываясь на ее реальных действиях. А действия эти заключались в незаконном направлении в медицинскую базу КВАЗАР сведений о результатах осмотра ее сына неврологом, которые в дальнейшем подлежали учету в Бюро МСЭ при решении вопроса о продлении сыну осужденной инвалидности, наличие которой влечет получение соответствующих социальных выплат. Своими действиями осужденная пыталась сформировать не содержащую противоречий документальную базу для беспрепятственного продления своему сыну инвалидности в заочной форме. Совершив такие действия, осужденная тем самым приступила к выполнению объективной стороны мошенничества. В свете этого суд первой инстанции верно квалифицировал ее действия как покушение на мошенничество при получении выплат, что полностью соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом из совокупности относимых, допустимых и достоверных доказательств.

Не влечет иной результат по делу и аргумент защиты о том, что управление здравоохранения не устанавливает инвалидность. Как верно установлено судом, при продлении инвалидности Бюро МСЭ использует, помимо прочего, и информацию, содержащуюся в базе данных управления здравоохранения КВАЗАР, куда осужденная незаконно передала сведения о результатах осмотров своего сына.

Вывод суда об исключении из описания преступного деяния указания на совершение ФИО2 преступления по предварительному сговору группой лиц и с использованием служебного положения является верным.

Все доказательства, принятые судом во внимание при вынесении приговора, являются относимыми, допустимыми, достоверными, а их совокупность – достаточной для вывода о том, что преступление имело место при обстоятельствах, указанных в описательной части приговора. Доказательства полно и объективно исследованы в ходе судебного разбирательства, их анализ и оценка подробно приведены в приговоре. Оснований для выводов о некорректном изложении в приговоре показаний допрошенных лиц не имеется.

Уголовное дело рассмотрено судом объективно и беспристрастно. Как видно из представленных материалов, судом соблюден установленный уголовно-процессуальным законом порядок рассмотрения дела, принципы состязательности и равноправия сторон, которым предоставлялась возможность исполнения их процессуальных функций и реализации гарантированных законом прав на представление доказательств, заявление ходатайств, а также иных прав, направленных на отстаивание своей позиции. Заявленные стороной защиты ходатайства, направленные на проверку доводов и выдвинутых версий, рассмотрены судом в соответствии с УПК РФ, по ним приняты обоснованные решения. Доводам защиты в приговоре дана мотивированная оценка, с которой согласен суд апелляционной инстанции. В связи с этим является безосновательным довод автора жалобы об обвинительном подходе суда к рассмотрению дела.

Юридическая оценка содеянного ФИО2 соответствует установленным фактическим обстоятельствам дела, исходя из которых, нет поводов для вывода об отсутствии в ее действиях состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст.159.2 УК РФ, как следствие – оснований для ее оправдания. Действия ФИО2 квалифицированы верно.

Назначая ФИО2 наказание, суд в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ в полной мере учел характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности ФИО2 (<данные изъяты>

Суд, назначая ФИО2 наказание, надлежаще мотивировал невозможность применения положений ст.64 УК РФ.

Ввиду осуждения ФИО2 за преступление небольшой тяжести положения ч.6 ст.15 УК РФ применению не подлежали, как и правила ч. 3 ст. 66 УК РФ, поскольку суд избрал наказание в виде штрафа, являющегося не самым строгим видом наказания за совершенное преступление.

Назначение ФИО2 наказания в виде штрафа является верным, поскольку отвечает общим началам и принципам его назначения, соответствует предусмотренным законом целям; является справедливым и соразмерным содеянному.

ФИО2 совершила преступление небольшой тяжести в период с 10 по 12 мая 2023 года, а потому суд первой инстанции на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ правомерно освободил её от отбытия наказания в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности в соответствии с п. 2 ч. 5 ст. 302 УПК РФ.

Существенных нарушений действующего законодательства при рассмотрении дела и постановлении приговора не допущено. Оснований для его отмены или изменения нет.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 398.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

приговор Октябрьского районного суда <адрес> от 02.09.2025в отношении ФИО2 оставить без изменения; апелляционную жалобу (с дополнениями) адвоката Гончарова Д.А. в защиту интересов осужденной ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу указанного выше приговора, путем подачи кассационной жалобы (представления) в Первый кассационный суд общей юрисдикции через суд, постановивший приговор. Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья Г.В. Здоренко

Судьи Е.П. Залыгаева

Л.В. Кузнецова