Решение № 2-867/2025 2-867/2026 2-867/2026~М-5223/2025 2-867/26 М-5223/2025 от 15 апреля 2026 г. по делу № 2-867/2025

Дело № 2-867/2025

74RS0031-01-2025-009356-13


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

02 апреля 2026 года Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Чухонцевой Е.В.

при секретаре Евстигнеевой К.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 своих интересах к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания, ГУФСИН России по Челябинской области, ФКУ «Следственный изолятор № 2» Главного управления Федеральной службы исполнения наказания по Челябинской области о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1, действуя в своих интересах, обратилась в суд с иском к ФКУ «Следственный изолятор № 2» Главного управления Федеральной службы исполнения наказания по Челябинской области о компенсации морального вреда.

В обоснование иска указано, что ФИО1 состояла в зарегистрированном браке с Адельбековым К.А. с <дата обезличена>.

14.12.2023 постановлением судьи Варненского районного суда Челябинской области Адельбекову К.А. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 02 месяца до 13.02.2024.

С 15.12.2023 Адельбеков К.А. содержался под стражей в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области по адресу: <...>.

В период с 29.12.2023 по 11.01.2024 Адельбекову К.А., содержащемуся в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области причинены телесные повреждения, от которых он скончался <дата обезличена>.

17.01.2024 Орджоникидзевским межрайонным следственным отделом СУ СК РФ по Челябинской области возбуждено уголовное дело <номер обезличен> по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 286 УК РФ, которое в последующем передано для производства расследования в первый отдел по расследованию особо важных дел СУ СК России по Челябинской области, и переквалифицировано на преступление, предусмотренное ч. 5 ст. 286 УК РФ.

В ходе предварительного следствия установлено, что смерть потерпевшего Адельбекова К.А. наступила непосредственно в результате действий следственно арестованного <ФИО>13, содержащийся совместно с Адельбековым К.А. в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области при следующих обстоятельствах:

Так, в период времени с 09:00 часов до 18:00 часов 30.12.2023 в одном из помещений санитарного пропускника ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, по адресу: <...>, между следственно-арестованными Адельбековым К.А. и <ФИО>13 произошел конфликт, в ходе которого последний причинил Адельбекову К.А. <данные изъяты> Адельбекова КА. Указанная травма закономерно осложнилась развитием сепсиса, в результате чего <дата обезличена> наступила смерть Адельбекова К.А. в ГАУЗ «Городская больница № 1 им. Г.И. Дробышева» г. Магнитогорска.

17.11.2025 в отношении <ФИО>13 принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 109, ч. 4 ст. 111 УК РФ по основанию, предусмотренному п. 4 части первой ст. 24 УПК РФ, в связи с его смертью.

27.11.2025 уголовное дело прекращено в связи с отсутствием признаков преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 286 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УК РФ.

Гибелью мужа истцу причинен неизмеримый моральный вред. В браке с Адельбековым К.А. у истца родились трое детей: <ФИО>5 А.К., <дата обезличена> г.р., <ФИО>5 М.К., <дата обезличена> г.р., <ФИО>12, <дата обезличена> г.р. На момент смерти Адельбеков К.А. был единственным кормильцем в семье. Адельбеков К.А. был замечательным человеком, нежным и любящим мужем и отцом для своих детей. Нравственные страдания истца выразились в форме страданий и переживаний по поводу смерти мужа. ФИО1 испытала горе, чувство утраты, беспомощности, одиночества. Потеря мужа полностью разрушила жизнь истца и жизнь ее семьи, это был очень дорогой и близкий человек для ФИО1, они практически все свободное от работы время проводили вместе, и истец не может представить большее горе от утраты. С момента смерти мужа прошло более года, но истец так и не смогла смириться со смертью Адельбекова К.А. Так же истец испытывает моральные страдания по поводу того, что её малолетние дети воспитываются без отца, а младшая дочь, фактически в силу возраста не запомнила Адельбекова К.А.

Истец считает, что смерть супруга наступила в результате бездействий сотрудников ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, в связи с чем, полагает, что соразмерным и справедливым возмещением морального вреда в связи с гибелью мужа является денежная компенсация в размере 5 000 000 рублей.

Просит взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей.

Истцу было разъяснено право обращения в суд с исковыми требованиями о компенсации морального вреда, действуя в интересах несовершеннолетних, однако с такими требованиями она не обратилась.

Определением суда от 21.01.2026 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ГУФСИН России по Челябинской области, ФСИН России. Исключить из числа третьих лиц ФСИН России. В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, привлечены прокуратура Челябинской области, ФИО2, ФИО3 (Л.Д.56).

Протокольным определением суда от 24.02.2026 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечены ФКУЗ МСЧ-74 ФСИН России.

Протокольным определением от 17.03.2026 года к участию в деле в качестве третьего лица, привлечена ФИО4

Истец ФИО1 в судебном заседании участия не принимала, извещена. Ранее в судебных заседаниях исковые требования поддержала.

Представитель истца Седин И.В., действующий на основании доверенности от 27.05.2025 (л.д.15-16), в судебном заседании поддержал заявленные требования по доводам и основаниям, изложенных в письменных пояснениях. Указал, что материалами уголовного дела <номер обезличен> установлено, что 30.12.2023 в помещении санитарного пропускника ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области Адельбеков К.А. и <ФИО>13 выводились младшим инспектором отдела режима и надзора ФИО2

В соответствии с Уставом учреждения, Положением об отделе режима и надзора и должностной инструкцией инспектор, инструкцией 204 ДСП инспектором отдела режима и надзора обязан обеспечивать соблюдение режима содержания, раздельное содержание лиц, а также их безопасность.

Согласно показаниям свидетеля ФИО2, данным по уголовному делу <номер обезличен>, санитарная обработка следственно-арестованных осуществляется покамерно: лица выводятся одним инспектором, перемещаются в санитарный пропускник, переодеваются и направляются в отдельные душевые помещения. При этом ФИО2 пояснил, что следственно-арестованные из различных камер могли одновременно находиться у скамеек перед душевыми кабинами — как до, так и после помывки. Он также допустил, что в указанный период оставлял следственно-арестованных из различных камер без присмотра.

Полагает, что в результате бездействия ФИО2 Адельбеков К.А. и <ФИО>60 содержавшиеся в разных камерах, были оставлены без надлежащего надзора, что противоречит требованиям служебных обязанностей и режима содержания. Указанное бездействие привело к конфликту и последующей драке между следственно-арестованными.

Материалами уголовного дела установлено, что конфликт между <ФИО>8 и <ФИО>13 возник в связи с совместным содержанием Адельбекова К.А. в одной камере с <ФИО>47, обвиняемым в совершении преступлений, предусмотренных ст. 131. 132 УК РФ. Установлено, что Адельбеков К.А. содержался в одной камере с <ФИО>47, что свидетельствует о нарушении требований закона.

Таким образом, допущенные нарушения режима содержания, оставление следственно-арестованных без надзора, а также искажение служебной документации находятся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

В связи с изложенным считает, что смерть Адельбекова К.А. наступила в результате действий (бездействия) сотрудников ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области.

Представитель ответчика ГУФСИН России по Челябинской области, ФКУ «Следственный изолятор № 2» Главного управления Федеральной службы исполнения наказания по Челябинской области, Федеральной службы исполнения наказания России - ФИО5, действующая на основании доверенностей от 13.01.2026, 14.01.2025 (л.д.55,65) В судебном заседании с исковыми требованиями не согласился по доводам и основаниям, изложенным в возражениях на иск. Указал, что 27.11.2025 следователем по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Челябинской области капитаном юстиции <ФИО>15 вынесено постановление о прекращении уголовного дела. Из постановления следует, что в ходе предварительного следствия установлено, что смерть потерпевшего Адельбекова К.А. наступила непосредственно в результате действий следственно-арестованного <ФИО>13 Все иные версии, включая причастность сотрудников ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, иных сотрудников правоохранительных органов, объективно опровергнуты в ходе расследования уголовного дела. Указанные преступные действия <ФИО>13 в отношении Адельбекова К.А. совершались при отсутствии прямых и независимых свидетелей.

Установленные обстоятельства причинения Адельбекову К.А. травм, приведших к смерти, исключают наступление уголовной ответственности для должностных лиц ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, иных сотрудников правоохранительных органов, поскольку отсутствуют объективные данные, свидетельствующие о совершении ими действий, явно выходящих за пределы их полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов следственно арестованного или охраняемых законом интересов общества и государства.

Истец, считает, что смерть супруга наступила в результате бездействий сотрудников ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области.

Согласно представленным медицинским данным, можно говорить о том, что возникновение травматических повреждений или их осложнений, приведших к смерти, не связанно с дефектами оказания медицинской помощи. На основании изученных документов можно сделать вывод о полном и своевременном оказании медицинской помощи на всех этапах, учитывая особенности течения заболевания и присоединившихся осложнений.

Также, в ходе расследования уголовного дела, помимо прочего, были допрошены сокамерники Адельбекова К.А., иные лица из числа спецконтингента, медицинский персонал учреждения, сотрудники администрации и иные лица, которые могли являться очевидцами преступления, располагать какой-либо значимой информацией. Установлено, что допрошенные вышеуказанные свидетели какими-либо сведениями о причастности должности лиц к совершению указанного преступления, не располагают.

Конфликт следственно-арестованных произошёл в условиях, регламентированных отсутствием камер видеонаблюдения, а также в зоне повышенной опасности - санпропускнике. Отсутствие видеокамер в помещении санпропускника ухудшает организацию надзора за следственноарестованным. В условиях отсутствия камер видеонаблюдения и сложности с постоянным присутствием сотрудников, полностью исключить все возможные конфликты невозможно. Особенно в приватных или закрытых зонах, таких как душевая. Отсутствие видеокамер в помещении санпропускника (душевой, раздевалке) в России является нормой и соответствует закону, так как установка камер в зонах, связанных с приватностью и переодеванием (туалеты, душевые, раздевалки), запрещена для защиты личной жизни и биометрических данных. В данном случае, в силу объективных условий, сотрудники не могли наблюдать за всеми действиями осуждённых в зоне личной гигиены.

Инцидент, послуживший основанием для иска, произошёл в условиях, регулируемых Законодательством РФ об учреждении исполнения наказаний и иных мер воздействия. Ответчик не может признать сам факт произошедшего, так как не располагает достаточной информацией для данного решения. Считает, что действия сотрудников соответствовали требованиям законодательства и внутренним нормативным актам. Сотрудники действовали добросовестно, в рамках своих возможностей и служебных обязанностей, а возникшая ситуация - это следствие непредсказуемого события, полностью вне их контроля.

Согласно постановлению о прекращении уголовного дела, сотрудниками учреждения предприняты все возможные меры по обеспечению безопасности, а их действия соответствовали нормативам, а не нарушали права и интересы заключённых. Действия сотрудников не содержат признаков халатности или умысла, что подтверждается внутренним аудитом и служебными документами, а также постановлением о прекращении уголовного дела в отношении должностных лиц учреждения.

Обвинение в халатности или ненадлежащем контроле не подтверждается доказательствами. Сотрудники учреждения не имели умысла причинить вред, а их действия соответствовали служебным нормативам и инструкциям (л.д.47-53).

Третьи лица: ФИО2 ФИО3 ФИО4, ФКУЗ МСЧ-74 ФСИН России участия в судебном заседании не принимали, о дате и времени судебного заседания извещены надлежащим образом.

Суд в силу ч. 2.1 ст. 113, ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего подлежащими удовлетворению требования истца, приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктами 1,2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ определяющих общие основания ответственности за причинение вреда (как имущественного, так и морального) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Понятие, основания и порядок компенсации морального вреда определены в Гражданском кодексе Российской Федерации.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 указано, что при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, суду необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Из пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 следует, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Суду при определении размера компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных истцам физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда надлежит привести в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

В судебном заседании установлено, что Адельбеков К.А. и ФИО1 состоят в зарегистрированном браке с <дата обезличена>, что подтверждается актовой записью <номер обезличен> от 21.03.2015 (л.д.19).

Имеют на иждивении детей <ФИО>10- <дата обезличена> г.р., <ФИО>11 - <дата обезличена> г.р., <ФИО>12 – <дата обезличена> г.р.(л.д.20-22).

13.12.2023 Адельбеков К.А. задержан в порядке ст. 91 УПК РФ.

14.12.2023 постановлением судьи Варненского районного суда Челябинской области Адельбекову К.А. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 02 месяца до 13.02.2024.

С 15.12.2023 Адельбеков К.А. содержался под стражей в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области по адресу: <...>.

В период с 29.12.2023 по 11.01.2024 Адельбекову К.А., содержащемуся в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области причинены телесные повреждения, от которых последний скончался <дата обезличена>.

17.01.2024 Орджоникидзевским межрайонным следственным отделом СУ СК РФ по Челябинской области возбуждено уголовное дело <номер обезличен> по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 286 УК РФ, которое в последующем передано для производства расследования в первый отдел по расследованию особо важных дел СУ СК России по Челябинской области, и переквалифицировано на преступление, предусмотренное ч. 5 ст. 286 УК РФ (л.д.118-121).

27.11.2025 следователем но особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Челябинской области капитан юстиции <ФИО>15 вынесено постановление о прекращении уголовного дела <номер обезличен>, возбужденное 17.01.2024 по признакам преступления, предусмотренного п. «а», «в», «е» ч. 3 ст. 286 УК РФ, и в дальнейшем переквалифицированное на ч. 5 ст. 286 УК РФ, о связи с отсутствием в действиях <ФИО>16, <ФИО>17; <ФИО>18, <ФИО>19, <ФИО>20, <ФИО>57; <ФИО>2, <ФИО>21, <ФИО>22, <ФИО>23. <ФИО>24, <ФИО>25, <ФИО>26, <ФИО>27, <ФИО>28, <ФИО>29, <ФИО>34, <ФИО>35, <ФИО>36 признаков состава преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 286 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (л.д.24-40).

В ходе предварительного следствия установлено следующее.

В отношении инспекторов ДПС ГИБДД ОМВД России по Варненскому району Челябинской области Адельбекова К.А. и <ФИО>30 в следственном отделе по г. Карталы следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Челябинской области 13.12.2023 возбуждены уголовные дела по п.п. «г», «е», ч. 3 ст. 286 и ч. 3 ст. 290 УК РФ, по факту получения взятки за незаконное освобождение от административной ответственности жителя Варненского района. С указанным уголовным делом в одно производство соединен ряд уголовных дел по факту получения Адельбековым К.А. взяток от иных граждан Варненского района Челябинской области. При этом, уголовное дело в отношении обвиняемого <ФИО>30 выделено в отдельное производство в связи с заключением прокурором с обвиняемым досудебного соглашения о сотрудничестве и изобличением в преступлении Адельбекова К.А.

В рамках расследования вышеуказанного уголовного дела по обвинению Адельбекова К.А. уголовные дела в отношении руководства ОМВД России по Варненскому району Челябинской области не возбуждались.

Адельбеков К.А. 13.12.2023 задержан в порядке ст. 91 УПК РФ. При задержании Адельбекова К.А. сотрудниками ОРЧ СБ ГУ МВД России по Челябинской области и УФСБ России по Челябинской области в отношении него противоправных действий не совершалось, телесные повреждения не причинялись, что подтверждается, помимо прочего, осмотром видеозаписи задержания Адельбекова К.А. и доставления его к следователю, а также показаниями <ФИО>30

После проведения следственных действий 13.12.2023 Адельбеков К.А. доставлен в ИВС МО МВД России «Карталинский» Челябинской области, откуда 14.12.2023 доставлен в ИВС ОМВД России по Варненскому району Челябинской области, а затем в Варненский районный суд Челябинской области для рассмотрения ходатайства следствия об избрании ему меры пресечения в виде заключения под стражу.

Далее, 15.12.2023 в связи с избранием меры пресечения в виде заключения под стражу Адельбеков К.А. для дальнейшего содержания этапирован и помещен в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области (г. Магнитогорск). Проведенным медицинским осмотром при поступлении в указанное учреждение у Адельбекова К.А. телесных повреждений не выявлено, жалоб на состояние здоровья от последнего не поступало.

Ухудшение состояния здоровья Адельбекова К.А. впервые стало проявляться незадолго до новогодних праздников, о чем он сообщил своим сокамерникам, с которыми совместно содержался в камере <номер обезличен>. Непосредственно сотрудникам учреждения жалобы на состояние своего здоровья Адельбеков К.А. впервые начинал предъявлять 02.01.2024.

Адельбеков К.А. обратился к медицинским сотрудникам следственного изолятора с жалобами на острую боль <данные изъяты>, которую испытывает с 05.01.2024. Поставлен предварительный диагноз <данные изъяты> ему назначено лечение. 09.01.2024 Адельбеков К.А. обратился к медицинским сотрудникам с аналогичными жалобами.

В связи с отсутствием положительного эффекта после лечения, 11.01.2024 Адельбеков К.А. бригадой скорой медицинской помощи доставлен в ГАУЗ «Городская больница № 1 им. Г.И. Дробышева г. Магнитогорск». Жалобы при обращении: <данные изъяты> повышение температуры тела до 39 градусов, <данные изъяты>. Считает себя больным с 30.12.2023, когда появились жалобы. Поставлен диагноз <данные изъяты> Выписано лечение, при ухудшении состояния - госпитализация в <данные изъяты>. После этого, Адельбеков К.А. направлен в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области на амбулаторное лечение.

В связи с ухудшением состояния 14.01.2024 Адельбеков К.А. бригадой скорой медицинской помощи вновь доставлен в ГАУЗ «Городская больница № 1 им. Г.И. Дробышева г. Магнитогорск», где оставлен на стационарное лечение.

Травмы и операции отрицал, высказал жалобы на боли в животе, тошноту, рвоту. Основное заболевание - <данные изъяты> Адельбекову К.А, проведено хирургическая операция - «лапаротомия». Диагноз после оперативного вмешательства - <данные изъяты>

Далее, 17.01.2024 Адельбекову К.А. повторно проведена хирургическая операция. Основное заболевание - <данные изъяты>

После оперативного вмешательства в период с 17.01.2024 Адельбеков К.А. находился на стационарном лечении в указанном медицинском учреждении, где <дата обезличена> наступила смерть последнего.

По уголовному делу из ИВС МО МВД России «Карталинский» Челябинской области, ИВС ОМВД России по Варненскому району Челябинской области, ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, ГАУЗ «Городская больница № 1 им. Г.И. Дробышева г. Магнитогорск», а также из иных медицинских учреждений, где ранее проходил лечение Адельбеков К.А. истребована медицинская документация, которая в дальнейшем предоставлена на судебно-медицинскую экспертизу трупа. При этом, при поступлении в ГАУЗ «Городская больница № 1 им. Г.И. Дробышева г. Магнитогорск» 14.01.2024 каких-либо наружных повреждений у Адельбекова К.А. зафиксировано не было.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы <номер обезличен> от 22.03.2024, при проведении которой присутствовали представитель потерпевшей ФИО1 и заявленный им специалист - судебно- медицинский эксперт, смерть Адельбекова К.А. наступила <данные изъяты> Более точно определить давность образования повреждений не представляется возможным в связи с присоединением в областях повреждений гнойного воспаления.

В связи с отсутствием конкретизации и недостаточной информативности выводов эксперта, в ГБУЗ «Челябинское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» назначено проведение дополнительной комиссионной судебно- медицинской экспертизы трупа Адельбекова К.А., на разрешение экспертов поставлены, в том числе, заявленные ФИО1 и ее представителем вопросы.

Согласно заключению комиссии экспертов <номер обезличен> от 18.112024, проведенной в ГБУЗ «Челябинское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», у Адельбекова К.А. подтверждается наличие следующих телесных повреждений: <данные изъяты> квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека.

Указанная травма образовалась в результате двух (возможно более) травматических взаимодействий тупого предмета (предметов) <данные изъяты>

Характер, объем и локализация повреждений не исключали возможности совершения пострадавшим в посттравматическом периоде активных самостоятельных действий.

Из показаний эксперта <ФИО>31 следует, что вышеуказанная травма Адельбековым К.А. была получена в один из дней в период с 29.12.2023 по 06.01.2024.

Кроме того, согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы качества оказания медицинской помощи <номер обезличен> от 21.11.2024, проведенной в ГБУЗ «Челябинское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», в представленных материалах не имеется данных о том, что возникновение травматических повреждений или их осложнений, приведших к смерти, связано с дефектами оказания медицинской помощи.

Учитывая, что потерпевшая ФИО1 была не согласна с выводами заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы качества оказания медицинской помощи <номер обезличен> от 21.11.2024, она заявила ходатайство о проведении повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы качества оказания медицинской помощи в <ФИО>61

Согласно заключению повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы качества оказания медицинской помощи <номер обезличен> от 30.09.2025, проведенной по ходатайству потерпевшей в ООО «Экспертная организация Воронежский центр медицинских экспертиз», в представленных материалах не имеется данных о том, что возникновение травматических повреждений или их осложнений, приведших к смерти, связано с дефектами оказания медицинской помощи. На основании представленных материалов можно говорить о полном и своевременном оказании медицинской помощи на всех этапах (в том числе, в условиях СИЗО-2, в ГАУЗ «Городская больница №1 им. Г.И. Дробышева г. Магнитогорск»), учитывая особенности течения заболевания и присоединившихся осложнений. Дефекты оказания медицинской помощи Адельбекову К.А., находящиеся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти, отсутствуют.

В качестве потерпевшей по уголовному делу признана супруга Адельбекова К.А. - ФИО1, которая допрошена в соответствующем процессуальном статусе. Кроме того, в качестве свидетеля допрошена мать Адельбекова К.А. - <ФИО>32 Указанные лица показали, что после задержания Адельбекова К.А. последний был помещен в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области. Им известно, что 29.12.2023 у Адельбекова К.А. было нормальное состояние здоровья. 06.01.2024 Адельбеков К.А. звонил с мобильного телефона из следственного изолятора ФИО1, в ходе разговора сообщил, что к нему приходили оперативные сотрудники, задерживавшие его 13.12.2023, и предлагали сообщить ему о фактах совершения иных преступлений, в том числе, его руководством. О своем решении, о сотрудничестве с органами следствия, он не сообщил. Адельбеков К.А. высказывал жалобы <данные изъяты> О фактах применения насилия, в том числе, со стороны сотрудников правоохранительных органов, не сообщал.

Несмотря на это, считают, что к причинению травм Адельбекову К.А. причастны сотрудники следственно изолятора или правоохранительных органов, акцентируя особенное внимание на сотрудниках ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области ФИО3 и УФСБ России по Челябинской области <ФИО>33

В качестве свидетелей допрошены: сотрудники ОРЧ СБ МВД России по Челябинской области <ФИО>34, <ФИО>35, <ФИО>36; сотрудник УФСБ России по Челябинской области <ФИО>33; 6 сотрудников СОБР Управления Росгвардии по Челябинской области, производившие задержание Адельбекова К.А. 13.12.2023. Проведено более 100 допросов сотрудников ГУФСИН России по Челябинской области, в том числе, допрошены: оперативный сотрудник ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской облает ФИО3, давший 06.01.2024 Адельбекову К.А. мобильный телефон с целью совершения звонка родственникам; иные оперативные сотрудники, сотрудники отдела режима и надзора, руководство учреждения. Кроме этого, допрошено 13 сотрудников конвойной службы ИВС ОМВД России по Варненскому и Карталиискому районам Челябинской области, а также 8 инспекторов ГИБДД по Варненскому району Челябинской области, проходивших службу совместно с Адельбековым К.А.

Кроме того, допрошены лица, совместно содержащиеся под стражей с Адельбековым К.А. в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, в том числе, в одной камере. Так, в период получения Адельбековым К.А. травм (с 29.12.2023 по 05.01,2024) совместно с последним в одной камере содержались исключительно <ФИО>37 и <ФИО>38, иные лица совместно с <ФИО>8 в указанный период времени не содержались.

Кроме того, допрошены в качестве свидетелей 2 хирурга и врач- анестезиолог, проводившие оперативное вмешательство Адельбекову К.А.. 4 сотрудника скорой медицинской помощи, госпитализировавшие Адельбекова К.А. из ФКУ СИЗО-2 ГУСИН России по Челябинской области в ГАУЗ «Городская больница № 1 им. Г.И. Дробышева г. Магнитогорск».

11.01.2024 и 14.01.2024, медицинские сотрудники данного учреждения, осматривавшие Адельбекова К.А. при поступлении в медицинское учреждение 11.01.2024 и 14.01.2024, а также осматривавшие его после проведенной операции.

В ходе допросов вышеуказанных лиц установлено, что в их присутствии никто насилия к Адельбекову К.А. не применял, жалоб по данному поводу последний никому не высказывал. Адельбеков К.А. высказывал жалобы <данные изъяты>. Адельбекову К.А. оказывалось лечение силами медицинского персонала ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, а затем он был госпитализирован в ГАУЗ «Городская больница №1 им. Г.И. Дробышева г. Магнитогорска», где проведено оперативное лечение. При посещении Адельбекова К.А. в медицинской палате адвокатом, матерью, последние выясняли у него, применял ли в отношении него кто-либо насилие, на что Адельбеков К.А. отвечал однозначным отказом. Мать Адельбекова К.А. в разговоре склоняла его указать, что к нему в следственном изоляторе применялось насилие, что зафиксировано, в том числе, на видеорегистратор сотрудника конвойной службы. Несмотря на это, информацию непосредственно сам Адельбеков К.А. ей не подтвердил, факты совершения в отношении него противоправных действий должностными лицами в условиях следственного изолятора отрицал. При этом, говорить о каком-либо возможном давлении на Адельбекова К.А. в медицинском учреждении сотрудниками следственного изолятора, иных правоохранительных органов, нельзя, поскольку он в указанный период времени находился вне пределов следственного изолятора, в присутствии иных гражданских лиц, а также под присмотром медицинского персонала, что делало невозможным совершение каких-либо противоправных действий в отношении Адельбекова К.А.

Кроме этого, установлено, что 18.12.2023, 25.12,2023 и 29.12.2023 Адельбеков К.А. выводился из камеры на встречу с адвокатом Сединым И.В., а также 29.12.2023 на встречу с оперуполномоченным УФСБ России по Челябинской области ФИО8, в соответствии с имеющимся разрешением следственного органа. Иные лица в период нахождения Адельбекова К.А. в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области последнего не посещали, что подтверждается, помимо прочего, протоколами осмотра сведений системы контроля и управления доступом ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области и осмотра видеозаписей с камер видеонаблюдения следственного изолятора.

Так, 18.12.2023, 25.12.2023 и 29.12.2023 Адельбеков К.А. во время своего нахождения в следственных боксах (комнатах для проведения следственных действий) и общения с адвокатом Сединым И.В. передвигается самостоятельно, не хромает, каких-либо особенностей в походке, в движениях, не имеется. Факты каких-либо противоправных действий в отношении ФИО9 отсутствуют, физическую силу к нему никто не применяет, он не падает, травм не получает.

При этом, 29.12,2023 Адельбеков К.А. после беседы с адвокатом Сединым И.В. выведен в оперативный кабинет №11 па встречу с оперативным сотрудником УФСБ России по Челябинской области <ФИО>33, какие-либо иные лица совместно с <ФИО>33 на территорию следственного изолятора не заходили. Как в момент прихода Адельбекова К.А. в оперативный кабинет, так и в момент его вывода из оперативного кабинета, Адельбеков К.А. передвигается самостоятельно, не хромает, каких-либо особенностей в походке, в движениях, не имеется. При этом, в период нахождения Адельбекова К.А. в оперативном кабинете какие-либо иные лица в кабинет не заходят. Факты противоправных действий в отношении Адельбекова К.А. отсутствуют, физическую силу к нему никто не применяет, он не падает, травм не получает, что также подтверждается протоколом осмотра аудиозаписи разговора от 29.12.2023 между <ФИО>33 и Адельбековым К.А., записанным на диктофон. Кроме того, несмотря на то, что оперативная работа <ФИО>33 со следственно-арестованным Адельбековым К.А. осуществлялась в оперативном кабинете следственного изолятора, а не в следственных боксах, что также не является нарушением, <ФИО>33 каких-либо мер конспирации не принимает, делает это открыто, строго следуя официальному, регламентированному законом порядку взаимодействия между представителями правоохранительных органов, посещающих следственный изолятор и лицами, содержащимися в нем под стражей, что также подтверждается материалами уголовного дела.

При этом, в период нахождения Адельбекова К.А. в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области сотрудники ОРЧ СБ МВД России по Челябинской области <ФИО>34, <ФИО>35, <ФИО>36 в следственный изолятор не заходили и не выходили. Указанные обстоятельства, полностью опровергают предположения супруги и матери потерпевшего о применении насилия 29.12.2023 заинтересованными должностными лицами, оказывающими оперативное сопровождение по уголовному делу по обвинению Адельбекова К.А. в получении взяток.

Кроме этого, по уголовному делу проведены психофизиологические исследования с использованием полиграфа в отношении сотрудников ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, а именно начальника учреждения <ФИО>41, заместителя начальника учреждения <ФИО>42, начальника оперативного отдела <ФИО>18, оперуполномоченного <ФИО>57'Г., 2 иных оперативных сотрудников, инспектора отдела режима и надзора <ФИО>2, 10 иных инспекторов, контактировавших с <ФИО>8, 2 сотрудников медицинской части, заместителя начальника отдела ОРЧ СБ ГУ МВД России по Челябинской области <ФИО>431., оперуполномоченных указанного отдела ОРЧ СБ <ФИО>35, <ФИО>36, оперуполномоченного УФСБ России по Челябинской области <ФИО>33, сотрудников СОБР Росгвардии по <адрес обезличен><ФИО>44, <ФИО>45, <ФИО>46, сокамерников <ФИО>8, следственно-арестованных <ФИО>47, <ФИО>37, <ФИО>38, а также <ФИО>51

При этом, в отношении сотрудников ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области ФИО3 и УФСБ России по Челябинской области <ФИО>33 проведен комплекс оперативно-розыскных мероприятий, направленных на проверку их причастности к совершению данного преступления.

Каких-либо сведений о применении насилия п отношении Адельбекова К.А., вышеуказанными лицами, в том числе, лицами, проводившими встречи и контактировавшими с Адельбековым К.А., не установлено.

Кроме того, в ИВС МО МВД «Карталинский» Челябинской области и ИВС ОМВД по Варненскому району Челябинской области изъяты и осмотрены видеозаписи с камер видеонаблюдения, согласно которым в отношении Адельбекова К.А. физическое насилие никто не применял, факты самостоятельного получения им травм не зафиксировано. При этом, согласно изъятым в указанных учреждениях журналам осмотра задержанных какие-либо телесные повреждения у Адельбекова К.А. на момент его помещения в данные учреждения отсутствовали.

Кроме того, в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области х также изъяты видеозаписи с камер видеонаблюдения, а также регистраторов сотрудников конвоя за период нахождения в медицинском учреждении Адельбекова К.А.

Осмотром видеозаписей из ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области за период нахождения Адельбекова К.А. в указанном учреждении установлено, что в период с 31.12.2023 у Адельбекова К.А. впервые прослеживаются признаки травмы, он производит пальпацию в области ягодиц, зарядку Адельбеков К.А., как это было ранее, не делает, спортом в камере не занимается. В дальнейшем на протяжении каждого дня в период с 01.01.2024 до 04.01.2024 состояние здоровья Адельбекова К.А. по внешним признакам ухудшается, он испытывает чувство дискомфорта, начинает более аккуратно присаживаться на твердую поверхность скамейки, а также на кровать, при ходьбе прихрамывает, на периодической основе употребляет медикаменты (обезболивающие таблетки). Далее в период с 04.01.2024 по 14.01.2024 травма у Адельбекова К.А. прогрессирует, он испытывает сильное чувство дискомфорта, производит пальпацию в области ягодиц и поясницы, при этом, в положении сидя на скамейке подкладывает под ягодицы мягкий предмет - подушку, при ходьбе прихрамывает.

При этом, в период с 15.12.2023 по 14.01.2024 факты каких-либо противоправных действий в отношении Адельбекова К.А. в камерах <номер обезличен>, в коридоре третьего этажа режимного корпуса ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, где располагались данные камеры, отсутствуют, физическую силу к нему никто не применяет, он не падает, травм не получает.

Осмотром видеозаписей регистраторов сотрудников конвоя за период нахождения в медицинском учреждении Адельбекова К.А., содержащих разговоры между Адельбековым К.А. и его матерью <ФИО>58, адвокатом Сединым И.В., оперуполномоченным полиции <ФИО>48, установлено, что в ходе указанных бесед Адельбеков К.А. отрицал какие-либо факты совершения в отношении него противоправных действии и применения насилия, в том числе, со стороны должностных лиц в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области.

Кроме того, в ходе расследования уголовного дела проведены осмотры мест происшествия, в том числе, помещений оперативного кабинета административного корпуса следственного изолятора и следственных боксов, куда выводился <ФИО>5 К.А. для беседы с сотрудником УФСБ России по Челябинской области и своим адвокатом, камер <номер обезличен>, где содержался Адельбеков К.А., помещений медико-санитарной части и прогулочных двориков учреждения, в ходе которых следов и предметов, свидетельствующих о применении физического насилия к Адельбекову К.А. не обнаружено.

При вышеуказанных обстоятельствах органы следствия приходят к выводу об отсутствии оснований для организации уголовного преследования сотрудников ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, а также иных сотрудников правоохранительных органов по факту превышения ими должностных полномочий и причинения Адельбекову К.А. травм, приведших к смерти, и как следствие, наличии достаточных оснований для прекращения уголовного дела.

В ходе расследования настоящего уголовного дела для установления истины и проверки доводов потерпевшей о совершении в отношении Адельбекова К.А. противоправных действий со стороны сотрудников следственного изолятора и иных должностных лиц, несмотря на сложности, обусловленные закрытым характером учреждения и условиями неочевидности, выполнен исчерпывающий перечень следственных и процессуальных действий, направленных на объективное и всестороннее изучение обстоятельств произошедшего, и как следствие, на установление лиц, причастных к совершению преступления в отношении Адельбекова К.А.

По уголовному делу, помимо прочего, допрошены сокамерники Адельбекова К.А,, иные лица из числа специального контингента, медицинский персонал учреждения, сотрудники администрации, а также иные сотрудники и лица, контактировавшие с Адельбековым К.А., которые могли являться очевидцами преступления, располагать какой-либо значимой информацией, их показания подробно зафиксированы, сопоставлены с иными доказательствами по уголовному делу, тем самым, проверены. Установлено, что допрошенные по уголовному делу вышеуказанные свидетели какими-либо сведениями о причастности должностных лиц к совершению указанного преступления не располагают. Кроме того, проведены очные ставки между потерпевшей Адельбековой К.А, и свидетелем <ФИО>58 с одной стороны, и свидетелями <ФИО>33 и ФИО3 с другой стороны, то есть, с лицами, заподозренными потерпевшими в причастности к причинению травм Адельбекову К.А. В ходе проведения очных ставок свидетели ФИО8 и ФИО3 свои показания подтвердили, свою причастность к совершению указанного преступления отрицали, указанным лицам потерпевшими были заданы вопросы, на которые получены соответствующие ответы. Кроме этого, по месту проживания свидетели ФИО3 проведен обыск, какие-либо предметы и документы, интересующие органы следствия, обнаружены не были. Проведенным перечнем следственных и процессуальных действий в отношении ФИО3 и <ФИО>33 причастность указанных лиц к причинению <ФИО>8 травм не подтвердилась.

Кроме того, как указано выше, по уголовному делу, помимо прочего, проведена судебно-медицинская экспертиза для установления причины смерти Адельбекова К.А., наличия на его теле телесных повреждений, определения степени тяжести вреда, механизма и давности их образования, проведены осмотры камер содержания Адельбекова К.А., прогулочных двориков, оперативного кабинета и других помещений следственного изолятора, где, предположительно могли происходить противоправные действия в отношении Адельбекова К.А., с целью обнаружения следов преступления. Также изъяты и тщательно осмотрены записи с камер видеонаблюдения, установленных в следственном изоляторе, для фиксации перемещения Адельбекова К.А. и иных лиц. и регистрации событий в интересующий следствие период, проведены иные следственные и процессуальные действия.

По результатам проведенного расследования факты совершения каких-либо противоправных действий и превышения должностных полномочий со стороны должностных лиц следственного изолятора, а также иных сотрудников правоохранительных органов в отношении следственно-арестованного Адельбекова К.А. не нашли своею объективного подтверждения. В связи с этим, оснований для привлечения сотрудников учреждения к уголовной ответственности по ч. 5 ст. 286 УК РФ, не имеется.

Несмотря на это, в рамках расследования уголовного дела, исходя из осмотренных видеозаписей с камер видеонаблюдения, зафиксировавших внешние проявления прогрессирования травмы у Адельбекова К.А., результатов дополнительной комплексной судебно-медицинской экспертизы о периоде получения Адельбековым К.А. травм, показаний эксперта <ФИО>31 и иных допрошенных по уголовному делу в качестве свидетелей лиц, следует, что <данные изъяты> образовалась у Адельбекова К.А. в период с 29.12.2023 по 06.01.2024, то есть, в период его нахождения непосредственно в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области. Указанные обстоятельства подтверждаются собранными по делу доказательствами в своей совокупности, а внешние проявления травмы, такие, как изменение поведения Адельбекова К.А., жалобы на боль и прием им обезболивающих препаратов позволяет сузить интервал получения травмы до 30.12.2023.

Так, в ходе следствия установлено, что в период времени с 09:00 часов до 18:00 часов 30.12.2023 в одном из помещений санитарного пропускника ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, по адресу: <...>, между следственноарестованными Адельбековым К.А. и <ФИО>13 произошел конфликт, в ходе которого последний причинил Адельбекову К.А. <данные изъяты> Адельбекова К.А. Указанная травма закономерно осложнилась развитием сепсиса, в результате чего 19.01.2024 наступила смерть Адельбекова К.А. в ГАУЗ «Городская больница № 1 им. Г.И. Дробышева г. Магнитогорск».

Причастность <ФИО>62 к совершению данного преступления подтверждается совокупностью собранных но делу доказательств.

Опрошенный Адельбеков К.А. пояснил, что его состояние здоровья ухудшилось непосредственно 30.12.2023. Каких-либо телесных повреждений сотрудники полиции, Следственного комитета, сотрудники СИЗО-2, а также сокамерники ему не наносили.

В ходе осмотра медицинской документации на имя Адельбекова К.А., полученной из ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области и ГАУЗ «Городская больница № 1 им. Г.И. Дробышева г. Магнитогорск», установлено, что непосредственно сам Адельбеков К.А. считает себя больным именно с 30.12.2023.

Осмотром видеозаписей из ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области за период нахождения Адельбекова К.А. в указанном учреждении, как говорилось ранее, установлено, что в отношении Адельбекова К.А. физическое насилие никто не применял, фактов самостоятельного получения им травм камерами видеонаблюдения не зафиксировано, что свидетельствует о получении Адельбековым К.А. травм в местах отсутствия камер видеонаблюдения, которым является помещение санитарного пропускника ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области.

В ходе осмотра места происшествия - санитарного пропускника ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, установлено, что вход в санитарный пропускник осуществляется через металлическую дверь, оборудованную врезным замком, после чего двигаясь по коридору расположено помещение, в котором справа расположена комната выдачи сменного постельного белья, в которой согласно материалам уголовного дела следственно-арестованные фактически производили стрижку волос. Далее коридор вышеуказанного помещения поворачивает направо, где расположены помывочные камеры в количестве четырех штук (помывочные камеры №№ 3,4,5,6). В конце коридора слева имеется металлическая решетчатая дверь, которая исключает проход из южной половины санитарного пропускника в северную.

Из показаний допрошенного в качестве свидетеля <ФИО>64 сведения о личности которого в соответствии со ст.ст. 11, 166 УПК РФ сохранены в тайне, следует, что 30.12.2023 во время посещения санитарного пропускника он стал очевидцем того, как из помещения, в котором следственно-арестованные осуществляют стрижку, вышел <ФИО>63 находившийся в возбужденном эмоциональном состоянии, его лицо было покрасневшим, у него прослеживалась отдышка. После этого из данного помещения для стрижки также вышел Адельбеков К.А., который находился в подавленном состоянии, его лицо также было покрасневшим, он был молчаливым и хмурым, передвигался <ФИО>5 К,А. в тот момент неестественно, то есть крайне медленно, шаг его был короткий сравнительно с обычной его походкой. Исходя из увиденного, он сделал вывод, что между указанными лицами произошел конфликт в помещении для стрижки.

Из показаний допрошенного в качестве свидетеля <ФИО>65, сведения о личности которого в соответствии со ст.ст. 11, 166 УПК РФ сохранены в тайне, следует, что со слов <ФИО>66X. ему известно о том, что 30.12.2023 между <ФИО>67. и Адельбековым К.А. в помещении санитарного пропускника произошел словестный конфликт, причиной которого стало совместное содержание Адельбекова К.А. в одной камере с 'Гурлиным А.В., обвиняемым за совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 131, 132 УК РФ. В момент конфликта Адельбеков К.А. и <ФИО>68 находились в помещении для стрижки, словестный конфликт между ними перешел в борьбу, во время которой Адельбеков К.А. падал на пол. Кроме того, с учетом личности <ФИО>13, прохождения им ранее службы в правоохранительных органах, непосредственно в силовом подразделении ОМОНа, наличия у него навыков единоборст <ФИО>13, совершенно спокойно мог спровоцировать Адельбекова К.А. на конфликт, после чего нанести последнему удары по телу. Сами <ФИО>13 и Адельбеков К.А. не придавали значения данному конфликту. При этом, именно данный случай связан с получением Адельбековым травм, которые впоследствии обострились и привели к его смерти.

Из показаний допрошенного в качестве свидетеля <ФИО>51, следует, что он совместно с <ФИО>13 содержался в один период времени в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области за совершение ряда преступлений, они привлекались к уголовной ответственности по одному уголовному делу. Санитарный пропускник они посещали по субботам, в том числе, 30.12.2023. После вынесения приговора он совместно с <ФИО>13 отбывал наказание в ФКУ ИК-4 ГУФСИН России по Чувашской Республике. В начале 2025 года, перед тем как он был этапирован в г. Екатеринбург для проведения с его участием следственных действий и прохождения им полиграфа по факту причинения травм Адельбекову К.А., у него состоялся разговор с <ФИО>50, который в ходе общения сообщил, что в случае, если в дальнейшем ему (<ФИО>13) придется также проходить полиграф по данному факту, то данный полиграф он не пройдет. По возвращению обратно в ФКУ ИК-4 ГУФСИН России по Чувашской Республике он узнал, что <ФИО>13 заключил контракт с Министерством обороны и убыл на территорию проведения СВО.

Из показаний допрошенного в качестве свидетеля <ФИО>47, следует, что в период до 25.12.2023 он содержался совместно с Адельбековым К.А. в одной камере <номер обезличен>, отношения между ними были нормальные, конфликтов не было. В период с 15.12.2023 до 25.12.2023 в ходе посещения санитарного пропускника у него возник конфликт с <ФИО>51, причиной которого стало совместное содержание «статейника», то есть, его, как лица, привлекаемого по ст.ст. 134, 135 УК РФ, совместно с иными лицами, не привлекаемыми по данным статьям. Поскольку <ФИО>51 и <ФИО>13 привлекались по одному уголовному делу, то есть являлись «подельниками», и общались между собой, считает, что в дальнейшем об указанном конфликте <ФИО>51 с ним узнал <ФИО>69 и подобного рода претензии <ФИО>13 высказал Адельбекову К.А. в части совместного содержания со «статейником», после чего указанный конфликт перерос в драку.

Из показаний допрошенных в качестве свидетелей <ФИО>37 и <ФИО>38. содержащихся совместно с Адельбековым К.А. в одной камере в период получения последним травмы, следует, что 30.12.2023 они совместно с Адельбековым К.А., <ФИО>51, <ФИО>13 и иными лицами выводились на помывку в санитарный пропускник. В отношении Адельбекова К.А. непосредственно в камере содержания насилие кто-либо не применял, непосредственно сам Адельбеков К.А. не жаловался на совершение в отношении него противоправных действий. Иные лица в период получения Адельбековым К.А. травм совместно с ними в одной камере не содержались.

Кроме того, факт нахождения следственно-арестованного <ФИО>13 совместно с иными следственного-арестованными в санитарном пропускнике подтвердил следственно-арестованный <ФИО>52 При этом, допрошенные лица из числа специального контингента, являющиеся непосредственно «бывшими сотрудниками (БС)» показали, что в момент помывки они в помывочных камерах не запираются, запираются лишь в целом в помещении санитарного пропускника.

Кроме того, допрошенный в качестве свидетеля ФИО2 показал, что он проходил службу в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской V- области в должности младшего инспектора отдела режима и надзора. Так, 30.12.2023 он контактировал с Адельбековым К.А. во время вывода последнего в санитарный пропускник с целью помывки. Помимо Адельбекова К.А. он 30.12.2023 выводил иных следственно-арестованных, содержащихся на 3 этаже режимного корпуса, при этом, не исключает того факта, что <ФИО>13 по тем или иным причинам мог также выводиться в санитарный пропускник 30.12.2023.

Согласно сведениям, предоставленным ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, следует, что Адельбеков К.А. 30.12.2023 выводился в санитарный пропускник на повымку. При этом, в ходе осмотра журнала учета санитарной обработки подозреваемых, обвиняемых и осужденных в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, установлено, что 30.12.2023 на санитарную обработку выводился <ФИО>70 что подтверждает показания иных лиц из числа следственно-арестованных, допрошенных в качестве свидетелей в части присутствия <ФИО>13 в санитарном пропускнике 30.12.2023.

Кроме того, осмотром видеозаписей с камеры видеонаблюдения из коридора южного тоннеля, ведущего в санитарный пропускник ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, установлено, что следственноарестованные выводятся в санитарный пропускник сотрудником учреждения, после чего остаются в нем на достаточно продолжительный промежуток времени без присмотра сотрудников учреждения, поскольку далее сотрудник учреждения покидает санитарный пропускник и спустя определенное время приводит иных следственно-арестованных, что также свидетельствует о прямой возможности причинения <ФИО>13 травм Адельбекову К.А. при отсутствии непосредственного контроля со стороны сотрудников учреждения в отсутствие камер видеонаблюдения.

Из показаний допрошенной в качестве свидетеля <ФИО>53 следует, что <ФИО>13 приходился ей родным отцом. <ФИО>71 ранее проходил службу в силовом подразделении ОМОН г. Магнитогорска Челябинской области, физически был развит, имел навыки силовых единоборств. По характеру <ФИО>13 был агрессивным человеком, умел манипулировать людьми, ему нравилось находиться в центре внимания. В середине 2024 года, со слов адвоката <ФИО>13 ей стало известно о том, что, находясь в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, <ФИО>13 применил насилие в отношении какого-то лица, кого именно ей неизвестно. В рамках расследования уголовного дела от <ФИО>53 получено согласие на принятие решения о прекращении уголовного преследования (об отказе в возбуждении уголовного дела) в отношении <ФИО>13 по основанию предусмотренному п. 4 части первой ст. 24 УПК РФ. то есть в связи со смертью подозреваемого (обвиняемого).

Материалами уголовного достоверно установлено, что у Адельбекова К.А. в период нахождения его в СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области неоднократно имелась возможность сообщить о фактах применения в отношении него насилия со стороны должностных лиц, при их наличии, своему адвокату, также своим родственникам однако он этого не сделал, данные факты категорически отрицал. В период нахождения Адельбекова К.А. в указанном учреждении и непосредственно в период получения им травмы, Адельбеков К.А. вину в совершении инкриминируемых ему преступлений не признавал, раскрытию и расследованию преступлений не способствовал, в связи с чем, в случае применения в отношении него насилия со стороны сотрудников следственно изолятора, иных сотрудников правоохранительных органов, какие- либо причины и основания скрывать данные факты у Адельбекова К.А. отсутствовали. Кроме того, в случае применения в отношении Адельбекова К.А. насилия со стороны специального контингента, содержащегося в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, непосредственно по поручению должностных лиц с целью его принуждения к даче показаний, у Адельбекова К.А., придерживающегося позиции не признания вины в инкриминируемых ему преступлениях, также отсутствовали какие-либо причины скрывать данные факты, а наоборот, имелись все основания сообщить об этом, в том числе, своим родственникам и адвокату, чего он не сделал.

Применение же насилия со стороны иного следственно-арестованного, в данном конкретном случае - ФИО10 III.X., по личным мотивам, наоборот, подтверждает мотивацию Адельбекова К.А. скрыть данный факт. Так, в условиях закрытого учреждения, такого как следственный изолятор, реакция на насилие со стороны другого-следственного арестованного, в случае, доведения указанной информации до администрации учреждения, либо до иных лиц, могло повлечь за собой немедленный риск осуждения и социального остракизма со стороны лиц из числа специального контингента, о чем, Адельбекову К.А., являвшемуся лицом, проходившим службу в правоохранительных органах, достоверно было известно. Таким образом, мотивация сообщить об указанных событиях у Адельбекова К.А. отсутствовала.

В ходе предварительного следствия установлено, что смерть потерпевшего Адельбекова К.А. наступила непосредственно в результате действий следственно- арестованного <ФИО>13 Все иные версии, включая причастность сотрудников СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, иных сотрудников правоохранительных органов, объективно опровергнуты в ходе расследования настоящего уголовного дела.

На основании приговора Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 08.02.2024 <ФИО>13 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «б», «в» ч. 2 ст. 241, ч. 3 ст. 240, ч. 3 ст. 162, п. «б» ч. 3 ст. 163, п.п. «а», «в», «з» ч. 2 ст. 126 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лег с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима. 19.01.2025 <ФИО>13 заключен контракт о прохождении военной службы с пунктом отбора на военную службу по контракту г. Чебоксары сроком на I год, и 15.07.2025 он исключен из списка части в связи со смертью (гибелью).

По факту применения <ФИО>72 насилия в отношении Адельбекова К.А. и причинения ему травм, приведших к его смерти, следователем по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Челябинской области 17.11,2025 в отношении <ФИО>13 принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 109, ч. 4 ст. 111 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 4 части первой ст. 24 УПК РФ, в связи с его смертью.

Указанные преступные действия <ФИО>13 в отношении Адельбекова К.А. совершались при отсутствии прямых и независимых свидетелей, что требовало применения особо тщательных методов сбора косвенных доказательств, в том числе, путем сохранения сведений о личности допрашиваемых лиц в тайне в соответствии со ст.ст. 11, 166 УПК РФ, анализа временных интервалов получения Адельбековым К.А. травмы и их сопоставления с иными обстоятельствами по уголовному делу.

Установленные обстоятельства причинения Адельбекову К.А. травм, приведших к смерти, исключают наступление уголовной ответственности для должностных лиц ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области, иных сотрудников правоохранительных органов, поскольку отсутствую! объективные данные, свидетельствующие о совершении ими действий, явно выходящих за пределы их полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов следственно-арестованного или охраняемых законом интересов общества и государства

Таким образом, в действиях сотрудников ГУФСИ11 России по Челябинской области <ФИО>54, <ФИО>17; <ФИО>18, <ФИО>19, <ФИО>20, <ФИО>57; <ФИО>2, <ФИО>21, <ФИО>55, <ФИО>23, <ФИО>24, <ФИО>25, <ФИО>26, <ФИО>270., <ФИО>28, <ФИО>29, сотрудников ОРЧ СБ МВД России по Челябинской области <ФИО>34, <ФИО>35, <ФИО>36, не усматривается признаков преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 286 УК РФ.

Кроме того, в действиях сотрудника УФСБ <ФИО>33 также не усматривается признаков преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 286 УК РФ, однако, принять соответствующее процессуальное решение в рамках настоящего уголовного дела не представляется возможным в виду наличия у <ФИО>33 на момент совершения расследуемого преступления статуса военнослужащего, в связи с чем, материалы проверки в отношении <ФИО>33 выделены в отдельное производств и направлены но подследственности в 308 военный следственный отдел Следственного комитета Российской Федерации (л.д.24-40).

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (часть 1 статьи 20), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст.151 ГК РФ).

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает требования разумности и справедливости, предусмотренные п. 2 ст. 1101 ГК РФ.

В соответствии с ч.1 ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательство по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 2 указанного постановления отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Согласно п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26 января 2010 года "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Приоритетная функция деликтного обязательства по компенсации морального вреда – это компенсация за нарушение личных неимущественных прав и посягательство на нематериальные блага. В случае причинения вреда жизни и здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда).

В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага.

Суд считает, что смерть супруга, бесспорно, причинила истцу глубокие нравственные страдания.

Смерть близкого человека сама по себе является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата родного человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественные право на семейные связи. Неизгладимой является боль утраты супруга и подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные и душевные страдания, влекущим изменение образа жизни.

Смерть супруга не могла не повлечь существенных изменений привычного и сложившегося образа жизни истца, а также осознание того, что она навсегда лишена душевного тепла и поддержки со стороны мужа. Данные обстоятельства свидетельствуют о значительной степени тяжести переносимых ей нравственных страданий.

Разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда, суд учитывает, что ФИО1 потерял близкого человека – супруга. Суд соглашается с доводами истца о том, что утрата близкого человека причиняет нравственные страдания, поскольку данные доводы также основаны на личных переживаниях.

Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 ГПК РФ).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 ГПК РФ).

Вред здоровью, повлекший причинение смерти Адельбекова К.А. был причинен ему в период содержания под стражей в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области.

В соответствии со ст. 7 ФЗ от 15 июля 1995 г. N ЮЗ-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" местом содержания под стражей являются следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы.

В соответствии со ст. 4 ФЗ от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые).

В соответствии со ст. 17 ФЗ от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемые и обвиняемые имеют право на личную безопасность в местах содержания под стражей (пункт 2), на получение бесплатного медико- санитарного обеспечения (пункт 9).

В соответствии со ст. 19 ФЗ от 15 июля 1995 г. N ЮЗ-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" при возникновении угрозы жизни и здоровью подозреваемого или обвиняемого либо угрозы совершения преступления против личности со стороны других подозреваемых или обвиняемых сотрудники мест содержания под стражей обязаны незамедлительно принять мер по обеспечению личной безопасности подозреваемого или обвиняемого.

В соответствии со ст. 24 ФЗ от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" оказание медицинской помощи и обеспечение санитарно- эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

В соответствии с Уставом учреждения, Положением об отделе режима и надзора и должностной инструкцией инспектор, инструкцией 204 ДСП инспектором отдела режима и надзора обязан обеспечивать соблюдение режима содержания, раздельное содержание лиц, а также их безопасность.

В соответствии со ст.1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно выписке из приказа МЮ РФ от 03.11.2005г. № 204-дсп «Об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы» младший инспектор на посту у санпропускника осуществляет помывку спецконтингента только в дневное время суток. Он обязан: тщательно проверять и контролировать исправность оборудования, находящегося в санпропускнике, освещения, средств сигнализации и связи, противопожарного оборудования и инвентаря, организовывать в случае обнаружения каких-либо неисправностей их устранение; знать лиц, находящихся под особым наблюдением; не оставлять подозреваемых, обвиняемых или осужденных без надзора в помещениях санпропускника, строго соблюдать изоляцию; не допускать побега подозреваемых, обвиняемых и осужденных из помещений санпропускника; производить неполный обыск подозреваемых, обвиняемых или осужденных после проведения санобработки; осуществлять помывку и смену постельного белья подозреваемых, обвиняемых и осужденных согласно графику, утвержденному начальником СИЗО (тюрьмы), а также вести учет количества лиц, прошедших через санпропускник, в «Журнале учета санитарной обработки подозреваемых, обвиняемых и осужденных» (приложения № 69, 69а); производить осмотр всех помещений санпропускника после вывода из них подозреваемых, обвиняемых и осужденных. Обнаруженные при осмотре записки, запрещенные предметы изымать и передавать начальнику дневной смены, который рапортом докладывает об обнаруженных записках, запрещенных предметах руководству учреждения; осуществлять надзор за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными во время санобработки. При проведении санитарной обработки женщин наблюдение за ними осуществляется младшими инспекторами-женщинами. В случае обнаружения подозреваемых, обвиняемых и осужденных со следами телесных повреждений докладывать об этом дежурному медработнику и начальнику дневной смены; отвечать за сохранность и исправное состояние оборудования и инвентаря, имеющегося в помещениях санпропускника; следить за санитарным и техническим состоянием помещений санпропускника, своевременно принимать меры к устранению выявленных недостатков.

Адельбеков К.А., в отношении которого избрана мера пресечения в качестве заключения под стражу, находясь в следственном изоляторе, вправе был рассчитывать на свою безопасность, обеспечение сотрудниками изолятора надлежащего содержания.

Между тем, отсутствие уголовно наказуемого деяния в действиях конкретного работника СИЗО, либо отсутствие приговора суда в отношении последнего, не исключает гражданско-правовой ответственности ФКУ «Следственный изолятор № 2» Главного управления Федеральной службы исполнения наказания по Челябинской области, обязанного обеспечивать безопасность лиц, содержащихся в указанном учреждении, независимо от того, кто из его работников должен был обеспечивать надлежащее содержание.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии причинно-следственной связи между ненадлежащим исполнением своих должностных обязанностей работником ответчика, на которого возложена обязанность осуществлять надзор за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными.

В результате бездействия сотрудников ФКУ «Следственный изолятор № 2» Главного управления Федеральной службы исполнения наказания по Челябинской области Адельбеков К.А. и <ФИО>73 содержавшиеся в разных камерах, были оставлены без надлежащего надзора, что противоречит требованиям служебных обязанностей и режима содержания. Указанное бездействие привело к конфликту и последующей драке между следственно-арестованными.

Суд приходит к выводу, что смерть Адельбекова К.А. наступила в результате бездействий сотрудников ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Челябинской области.

При определении размера компенсации морального вреда суд соглашается с доводами ФИО1 о том, что утрата близкого человека причиняет нравственные страдания, поскольку данные доводы также основаны на личных переживаниях. Суд учитывает степень родства с умершим Адельбековым К.А., факта совместного проживания в семье.

Суд считает установленным, что преждевременная утрата для близких родственников Адельбекова К.А. родного человека, обладающего положительными (обратного не доказано) личностными качествами приносит дополнительные нравственные страдания.

Суд соглашается с доводами истца, что со смертью супруга, она лишилась его любви и поддержи, не может вести привычный образ жизни, ей не хватает общения с ним.

Из пояснений истца следует, что гибелью мужа истцу причинен неизмеримый моральный вред. В браке с Адельбековым К.А. у истца родились трое детей: <ФИО>5 А.К., <дата обезличена> г.р., <ФИО>5 М.К., <дата обезличена> г.р., <ФИО>12, <дата обезличена> г.р. На момент смерти Адельбеков К.А. был единственным кормильцем в семье. Супруг был замечательным человеком, нежным и любящим мужем и отцом для своих детей. В результате смерти супруга она испытала горе, чувство утраты, беспомощности, одиночества. Потеря мужа полностью разрушила жизнь истца и жизнь ее семьи, это был очень дорогой и близкий человек для ФИО1, они практически все свободное от работы время проводили вместе, и истец не может представить большее горе от утраты.

В материалы дела стороной истца представлены совместные фотографии с погибшим, из которых усматриваются близкие и теплые отношения в семье (л.д.89-115).

Смерть супруга стала самым страшным событием в ее жизни, которое до сих пор приходится переживать. С момента смерти мужа прошло более года, но истец так и не смогла смириться со смертью мужа. Горечь от утраты и пустота не покинули ее до сих пор.

Так же истец испытывает моральные страдания по поводу того, что её малолетние дети воспитываются без отца, а младшая дочь, фактически в силу возраста не запомнила своего отца.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО1 суд, руководствуясь указанными выше нормами права, регулирующие спорные правоотношения, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, степень и характер причиненных истцу нравственных страданий, связанных с необратимой утратой самого родного человека – супруга; степень нравственных страданий, связанных с индивидуальной особенностью истца, а именно ее возраст, на момент произошедшего последней было всего 33 года, нахождении на иждивении трех малолетних детей, последней из которых на дату смерти супруга исполнилось полных 1 год и 2 месяца, степень родства и привязанность к погибшему; нарушение у истца в связи с утратой близкого человека психоэмоциального благополучия и изменение привычного и сложившегося образа ее жизни; долговременный характер душевных переживаний после смерти родного человека; отсутствие необратимых и значительных негативных для физического состояния последствий, связанных с гибелью мужа; степень вины ответчика, принцип разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании размера компенсации морального вреда в размере 800 000 рублей. Сумму 5 000 000 рублей суд считает чрезмерно завышенной, не отвечающей требованиям разумности и справедливости, конкретным обстоятельствам дела, установленным судом.

Суд считает, что указанная сумма соответствуют положениям ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, а также требованиям разумности и справедливости, характеру нравственных страданий, фактическим обстоятельствам дела, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальным особенностям потерпевших. В наибольшей степени обеспечивает баланс прав и законных интересов истца, компенсирует, в некоторой степени, причиненные нравственные страдания, и не направлена на личное их обогащение. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере не имеется.

Суд также учитывает, что жизнь человека бесценна и не может быть возвращена выплатой денег. Гражданский кодекс лишь в максимально возможной степени обеспечивает определенную компенсацию понесенных близкими родственниками потерь.

Руководствуясь ст. ст. 103, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания, ГУФСИН России по Челябинской области, ФКУ «Следственный изолятор № 2» Главного управления Федеральной службы исполнения наказания по Челябинской области о компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств - Федеральной службы исполнения наказания (ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт серии <номер обезличен>) компенсацию морального вреда в размере 800 000 (восемьсот тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Орджоникидзевский районный суд г.Магнитогорска Челябинской области.

Председательствующий:

Мотивированное решение изготовлено 16 апреля 2026 года.