Решение № 2-304/2018 2-304/2018 ~ М-249/2018 М-249/2018 от 4 июня 2018 г. по делу № 2-304/2018

Дело № 2 - 304/2018


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 июня 2018 года город Торжок

Торжокский городской суд Тверской области в составе

председательствующего судьи Морозовой И. С.

при секретаре судебного заседания Кукушкиной Е. С.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика – Федерального казённого учреждения «Исправительная колония № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Тверской области» ФИО2,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, – Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Тверской области и соответчика Федеральной службы исполнения наказаний – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казённому учреждению «Исправительная колония № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Тверской области» о взыскании доплаты за исполнение обязанностей временно отсутствующего работника в размере 27 070 рублей, компенсации за несвоевременную выплату задолженности в сумме 10 068 рублей 14 копеек, компенсации морального вреда в денежной форме в размере 10 000 рублей и судебных расходов в размере 4 000 рублей,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Федеральному казённому учреждению «Исправительная колония № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Тверской области» о взыскании доплаты за исполнение обязанностей временно отсутствующего работника в размере 27 070 рублей, компенсации за несвоевременную выплату задолженности в сумме 10 068 рублей 14 копеек, компенсации морального вреда в денежной форме в размере 10 000 рублей и судебных расходов в размере 4 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указано следующее.

ФИО1 с 01 октября 2007 года проходил службу в должности заместителя начальника отдела охраны ФКУ ИК-4 УФСИН России по Тверской области на основании контракта от 01 июля 2010 года, заключенного с УФСИН России по Тверской области.

В 2015, 2016, 2017 годах на основании приказов начальника ФКУ ИК-4 УФСИН России по Тверской области № 62-к от 13.05.2015, № 119-к от 28.08.2015, № 33-к от 06.04.2016, № 102-к от 08.08.2016 и рапорта заместителя начальника - начальника отдела охраны ФКУ ИК-4 УФСИН России по Тверской области подполковника внутренней службы ФИО4 от 10.03.2017 в указанные периоды на истца были возложены обязанности временно отсутствующего работника, а именно: заместителя начальника - начальника отдела охраны ФКУ ИК-4 УФСИН России по Тверской области подполковника внутренней службы ФИО4: с 15.05.2015 по 29.05.2015 - 14 дней; с 02.09.2015 по 06.10.2015 - 35 дней; с 10.04.2016 по 19.05.2016 - 40 дней; с 08.08.2016 по 31.08.2016 -24 дня; с 03.04.2017 по 18.04.2017 - 16 дней, а всего 129 дней. Доплата за указанные периоды за исполнение обязанностей временно отсутствующего работника ответчиком по настоящее время истцу не произведена. Указанное мотивировано тем, что доплата в связи с возложением на истца дополнительных обязанностей по должности заместителя начальника - начальника отдела охраны ФКУ ИК-4 УФСИН России по Тверской области за 2015, 2016, 2017 годы не производилась в соответствии с указаниями ФСИН от 20.12.2013 № 02-47344 и от 04.02.2014 № 02-4535.

На основании писем УФСИН России по Тверской области возложение на сотрудников временного исполнения обязанностей допускается только по вакантным и не вакантным должностям начальников учреждений и вакантным должностям заместителей начальников учреждений с выплатой компенсации в соответствии с п. п. 52 - 57 приказа ФСИН России от 27.05.2013 № 269. В нарушение данных указаний на истца соответствующими приказами было возложено временное исполнение обязанностей по не вакантной должности заместителя начальника учреждения, однако оплата за указанное совмещение не производилась. В приказах о возложении дополнительных обязанностей какая-либо информация о дате начала выплат и их размерах отсутствует, несмотря на то, что в силу п. 5 Приказа ФСИН России от 27.05.2013 № 269 (ред. от 15.05.2017) «Об утверждении Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы, порядка выплаты премий за добросовестное выполнение служебных обязанностей сотрудникам» в приказах указываются специальное звание, фамилия, имя, отчество, замещаемая должность, нормативные правовые акты и документы, послужившие основанием для установления ежемесячных и иных дополнительных выплат, дата начала выплат и их размеры.

Ссылаясь на пункты 55, 56 Приказа ФСИН России от 27.05.2013 № 269 (ред. от 15.05.2017) «Об утверждении Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы, Порядка выплаты премий за добросовестное выполнение служебных обязанностей сотрудникам», ст. ст. 60.2, 151 ТК РФ, истец указывает, что в связи с возложением дополнительных обязанностей за временно отсутствующего работника в указанные выше периоды ему фактически приходилось совмещать две штатные единицы без соответствующей доплаты, в связи с чем работодателем были нарушены его права, предусмотренные действующим законодательством Российской Федерации. Полагает, что в связи с указанным перед ним сформировалась задолженность в размере 27 070 рублей, расчет которой производит следующим образом:

общее количество дней исполнения истцом дополнительных обязанностей составляет 129 календарных дней;

в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 7 июня 2014 года № 525 «Об окладах месячного денежного содержания сотрудников уголовно- исполнительной системы» ежемесячный оклад по замещаемой должности заместителя начальника-начальника отдела охраны ФКУ ИК-4 УФСИН России по Тверской области составляет - 21 000 руб., т. е., если исходить из принципа разумности и справедливости, доплаты в размере 30% от должностного оклада по должности, по которой возложено выполнение дополнительных обязанностей (п. п. 55, 56 Приказа ФСИН России от 27.05.2013 № 269 (ред. от 15.05.2017) «Об утверждении Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы, Порядка выплаты премий за добросовестное выполнение служебных обязанностей сотрудникам»), то ежемесячная доплата составляет - 6 300 руб.

6300 (ежемесячную доплату): на 30(кол-во дней) = 210 руб. в день.

с 15.05.2015 по 29.05.2015 - 14 дней = 2 920,00 руб.; с 02.09.2015 по 06.10.2015 - 35 дней = 7 350,00 руб.; с 10.04.2016 по 19.05.2016 - 40 дней = 8 400,00 руб.; с 08.08.2016 по 31.08.2016 - 24 дня = 5 040,00 руб.; с 03.04.2017 по 18.04.2017 - 16 дней =3360,00 руб., а всего 27 070,00 руб.

В связи с нарушением его трудовых прав истец считает, что с работодателя также подлежит взысканию компенсация по ст. 236 Трудового кодекса РФ в размере 10 068 рублей 14 копеек, расчет которой истец производит исходя из доплаты в размере 30% от должностного оклада по должности, по которой было возложено выполнение дополнительных обязанностей следующим образом:

- с 15.05.2015 по 29.05.2015 - 2 920,00 руб.; просрочка - 1006 дней (с 26.06.2015 по 28.03.2018), сумма % за просрочку-1 393,47руб., расчет на 28.03.2018:

с 27 июня 2015 г. по 31 декабря 2015 г. (188 дн.) в сумме 150 руб. 96 коп. (2 920,00 руб. х 8.25% х 1/300 х 188 дн.);

с 1 января 2016 г. по 13 июня 2016 г. (165 дн.) в сумме 176 руб. 66 коп. (2 920,00 руб. х 11% х 1/300 х 165 дн.);

с 14 июня 2016 г. по 18 сентября 2016 г. (97 дн.) в сумме 99 руб. 13 коп. (2 920,00 руб. х 10.5% х 1/300 х 97 дн.);

с 19 сентября 2016 г. по 2 октября 2016 г. (14 дн.) в сумме 13 руб. 63 коп. (2 920,00 руб. х 10% х 1/300 х 14 дн.);

с 3 октября 2016 г. по 31 декабря 2016 г. (90 дн.) в сумме 175 руб. 20 коп. (2 920,00 руб. х 10% х 1/150x90 дн.);

с 1 января 2017 г. по 26 марта 2017 г. (85 дн.) в сумме 165 руб. 47 коп. (2 920,00 руб. х 10% х 1/150 x 85 дн.);

с 27 марта 2017 г. по 1 мая 2017 г. (36 дн.) в сумме 68 руб. 33 коп. (2 920,00 руб. х 9.75% х 1/150 х 36 дн.);

с 2 мая 2017 г. по 18 июня 2017 г. (48 дн.) в сумме 86 руб. 43 коп. (2 920,00 руб. х 9.25% х 1/150 х 48 дн.);

с 19 июня 2017 г. по 17 сентября 2017 г. (91 дн.) в сумме 159 руб. 43 коп. (2 920,00 руб. х 9% х 1/150x91 дн.);

с 18 сентября 2017 г. по 29 октября 2017 г. (42 дн.) в сумме 69 руб. 50 коп. (2 920,00 руб. х 8.5% х 1/150 х 42 дн.);

с 30 октября 2017 г. по 17 декабря 2017 г. (49 дн.) в сумме 78 руб. 69 коп. (2 920,00 руб. х 8.25% х 1/150x49 дн.);

с 18 декабря 2017 г. по 11 февраля 2018 г. (56 дн.) в сумме 84 руб. 49 коп. (2 920,00 руб. х 7.75% х 1/150 х 56 дн.);

с 12 февраля 2018 г. по 25 марта 2018 г. (42 дн.) в сумме 61 руб. 32 коп. (2 920,00 руб. х 7.5% х 1/150x42 дн.);

с 26 марта 2018 г. по 28 марта 2018 г. (3 дн.) в сумме 4 руб. 23 коп. (2 920,00 руб. х 7.25% х 1/150x3 дн.);

итого 1 393 руб. 47 коп.;

за период с 02.09.2015 по 06.10.2015 - 35 дней - 7 350,00 руб.; просрочка - 884 дня (с 26.10.2015 по 28.03.2018), сумма % за просрочку — 3 260,95 руб., расчет на 28.03.2018:

с 27 октября 2015 г. по 31 декабря 2015 г. (66 дн.) в сумме 133 руб. 40 коп. (7 350,00 руб. х 8.25% х 1/300 х 66 дн.);

с 1 января 2016 г. по 13 июня 2016 г. (165 дн.) в сумме 444 руб. 68 коп. (7 350,00 руб. х 11% х 1/300x 165 дн.);

с 14 июня 2016 г. по 18 сентября 2016 г. (97 дн.) в сумме 249 руб. 53 коп. (7 350,00 руб. х 10.5% х 1/300x97 дн.);

с 19 сентября 2016 г. по 2 октября 2016 г. (14 дн.) в сумме 34 руб. 30 коп. (7 350,00 руб. х 10% х 1/300 х 14 дн.);

с 3 октября 2016 г. по 31 декабря 2016 г. (90 дн.) в сумме 441 руб. 00 коп. (7 350,00 руб. х 10% х 1/150 х 90 дн.);

с 1 января 2017 г. по 26 марта 2017 г. (85 дн.) в сумме 416 руб. 50 коп. (7 350,00 руб. х 10% х 1/150 x85 дн.);

с 27 марта 2017 г. по 1 мая 2017 г. (36 дн.) в сумме 171 руб. 99 коп. (7 350,00 руб. х 9.75% х 1/150 х 36 дн.);

с 2 мая 2017 г. по 18 июня 2017 г. (48 дн.) в сумме 217 руб. 56 коп. (7 350,00 руб. х 9.25% х 1/150 х48 дн.);

с 19 июня 2017 г. по 17 сентября 2017 г. (91 дн.) в сумме 401 руб. 31 коп. (7 350,00 руб. х 9% х 1/150x91 дн.);

с 18 сентября 2017 г. по 29 октября 2017 г. (42 дн.) в сумме 174 руб. 93 коп. (7 350,00 руб. х 8.5% х 1/150x42 дн.);

с 30 октября 2017 г. по 17 декабря 2017 г. (49 дн.) в сумме 198 руб. 08 коп. (7 350,00 руб. х 8.25% х 1/150x49 дн.);

с 18 декабря 2017 г. по 11 февраля 2018 г. (56 дн.) в сумме 212 руб. 66 коп. (7 350,00 руб. х 7.75% х 1/150 х 56 дн.);

с 12 февраля 2018 г. по 25 марта 2018 г. (42 дн.) в сумме 154 руб. 35 коп. (7 350,00 руб. х 7.5% х 1/150x42 дн.);

с 26 марта 2018 г. по 28 марта 2018 г. (3 дн.) в сумме 10 руб. 66 коп. (7 350,00 руб. х 7.25% х 1/150x3 дн.);

итого 3260 руб. 95 коп.;

с 10.04.2016 по 19.05.2016 - 40 дней - 8 400,00 руб.; просрочка - 671 день (с 26.05.2016 по 28.03.2018), сумма % за просрочку - 3 121,58 руб., расчет на 28.03.2018:

с 27 мая 2016 г. по 13 июня 2016 г. (18 дн.) в сумме 55 руб. 44 коп. (8 400,00 руб. х 11% х 1/300 х 18 дн.);

с 14 июня 2016 г. по 18 сентября 2016 г. (97 дн.) в сумме 285 руб. 18 коп. (8 400,00 руб. х 10.5% х 1/300 x97 дн.);

с 19 сентября 2016 г. по 2 октября 2016 г. (14 дн.) в сумме 39 руб. 20 коп. (8 400,00 руб. х 10% х 1/300 х 14 дн.);

с 3 октября 2016 г. по 31 декабря 2016 г. (90 дн.) в сумме 504 руб. 00 коп. (8 400,00 руб. х 10% х /150x90 дн.);

с 1 января 2017 г. по 26 марта 2017 г. (85 дн.) в сумме 476 руб. 00 коп. (8 400,00 руб. х 10% х 1/150 x 85 дн.);

с 27 марта 2017 г. по 1 мая 2017 г. (36 дн.) в сумме 196 руб. 56 коп. (8 400,00 руб. х 9.75% х 1/150x36 дн.);

с 2 мая 2017 г. по 18 июня 2017 г. (48 дн.) в сумме 248 руб. 64 коп. (8 400,00 руб. х 9.25% х 1/150 х 48 дн.);

с 19 июня 2017 г. по 17 сентября 2017 г. (91 дн.) в сумме 458 руб. 64 коп. (8 400,00 руб. х 9% х 1/150x91 дн.);

с 18 сентября 2017 г. по 29 октября 2017 г. (42 дн.) в сумме 199 руб. 92 коп. (8 400,00 руб. х 8.5% х 1/150 х 42 дн.);

с 30 октября 2017 г. по 17 декабря 2017 г. (49 дн.) в сумме 226 руб. 38 коп. (8 400,00 руб. х 8.25% х 1/150x49 дн.);

с 18 декабря 2017 г. по 11 февраля 2018 г. (56 дн.) в сумме 243 руб. 04 коп. (8 400,00 руб. х 7.75% х 1/150 х 56 дн.);

с 12 февраля 2018 г. по 25 марта 2018 г. (42 дн.) в сумме 176 руб. 40 коп. (8 400,00 руб. х 7.5% х 1/150x42 дн.);

с 26 марта 2018 г. по 28 марта 2018 г. (3 дн.) в сумме 12 руб. 18 коп. (8 400,00 руб. х 7.25% х 1/150x3 дн.);

итого 3 121 руб. 58 коп.;

- с 08.08.2016 по 31.08.2016 - 24 дня - 5 040,00 руб.; просрочка - 548 дней (с 26.09.2016 по 28.03.2018), сумма % за просрочку -1 655,14 руб., расчет на 28.03.2018:

с 27 сентября 2016 г. по 2 октября 2016 г. (6 дн.) в сумме 10 руб. 08 коп. (5 040,00 руб. х 10% х 1/300 х 6 дн.);

с 3 октября 2016 г. по 31 декабря 2016 г. (90 дн.) в сумме 302 руб. 40 коп. (5 040,00 руб. х 10% х 1/150x90 дн.);

с 1 января 2017 г. по 26 марта 2017 г. (85 дн.) в сумме 285 руб. 60 коп. (5 040,00 руб. х 10% х 1/150 x 85 дн.);

с 27 марта 2017 г. по 1 мая 2017 г. (36 дн.) в сумме 117 руб. 94 коп. (5 040,00 руб. х 9.75% х 1/150 х 36 дн.);

с 2 мая 2017 г. по 18 июня 2017 г. (48 дн.) в сумме 149 руб. 18 коп. (5 040,00 руб. х 9.25% х 1/150 х48 дн.);

с 19 июня 2017 г. по 17 сентября 2017 г. (91 дн.) в сумме 275 руб. 18 коп. (5 040,00 руб. х 9% х 1/150x91 дн.);

с 18 сентября 2017 г. по 29 октября 2017 г. (42 дн.) в сумме 119 руб. 95 коп. (5 040,00 руб. х 8.5% х 1/150x42 дн.);

с 30 октября 2017 г. по 17 декабря 2017 г. (49 дн.) в сумме 135 руб. 83 коп. (5 040,00 руб. х 8.25% х 1/150x49 дн.);

с 18 декабря 2017 г. по 11 февраля 2018 г. (56 дн.) в сумме 145 руб. 82 коп. (5 040,00 руб. х 7.75% х 1/150 х 56 дн.);

с 12 февраля 2018 г. по 25 марта 2018 г. (42 дн.) в сумме 105 руб. 84 коп. (5 040,00 руб. х 7.5% х 1/150x42 дн.);

с 26 марта 2018 г. по 28 марта 2018 г. (3 дн.) в сумме 7 руб. 31 коп. (5 040,00 руб. х 7.25% х 1/150 хЗ дн.);

итого 1655 руб. 14 коп.;

- с 03.04.2017 по 18.04.2017 - 16 дней - 3 360,00 руб., просрочка - 701 день (с 26.04.2017 по 28.03.2018), сумма % за просрочку- 637,00 руб., расчет на 28.03.2018:

с 27 апреля 2017 г. по 1 мая 2017 г. (5 дн.) в сумме 10 руб. 92 коп. (3 360,00 руб. х 9.75% х 1/150 х 5 дн.);

с 2 мая 2017 г. по 18 июня 2017 г. (48 дн.) в сумме 99 руб. 46 коп. (3 360,00 руб. х 9.25% х 1/150 х 48 дн.);

с 19 июня 2017 г. по 17 сентября 2017 г. (91 дн.) в сумме 183 руб. 46 коп. (3 360,00 руб. х 9% х 1/150x91 дн.);

с 18 сентября 2017 г. по 29 октября 2017 г. (42 дн.) в сумме 79 руб. 97 коп. (3 360,00 руб. х 8.5% х 1/150x42 дн.);

с 30 октября 2017 г. по 17 декабря 2017 г. (49 дн.) в сумме 90 руб. 55 коп. (3 360,00 руб. х 8.25% х 1/150x49 дн.);

с 18 декабря 2017 г. по 11 февраля 2018 г. (56 дн.) в сумме 97 руб. 22 коп. (3 360,00 руб. х 7.75% х 1/150 х 56 дн.);

с 12 февраля 2018 г. по 25 марта 2018 г. (42 дн.) в сумме 70 руб. 56 коп. (3 360,00 руб. х 7.5% х 1/150x42 дн.);

с 26 марта 2018 г. по 28 марта 2018 г. (3 дн.) в сумме 4 руб. 87 коп. (3 360,00 руб. х 7.25% х 1/150x3 дн.);

итого 637 руб. 00 коп., а соответственно общая задолженность по 236 ТК РФ составляет 10 068,14 руб.

Истец также считает, что действиями работодателя ему причинен моральный вред, и, руководствуясь ст. 237 ТК РФ, п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», просит взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 10 000 рублей. Указанная сумма, по мнению истца, соотносится с принципом разумности и справедливости

Кроме этого, просит в соответствии со ст. 94 ГПК РФ взыскать с ответчика расходы на оплату оказанных юридических услуг по составлению искового заявления по договору от 26.03.2018 и расписке в получении денежных средств от 29.03.2018 по указанному договору в размере 4 000 руб. 00 коп.

Определением Торжокского городского суда Тверской области от 06 апреля 2018 года, занесённым в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной службы исполнения наказаний по Тверской области (далее - УФСИН по Тверской области).

Определением городского суда Тверской области от 07 мая 2018 года, занесённым в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний России (далее - ФСИН России).

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просил их удовлетворить. Поддержал свои письменные пояснения, согласно которым он действительно был ознакомлен с приказами о возложении обязанностей, однако его подпись в них не свидетельствует о том, что он был согласен на совмещение без соответствующих доплат. В силу ст. 34.1 Положения о службе приказ, отдаваемый начальником, обязателен для исполнения, точно и в срок. Обсуждение приказа недопустимо. Отсутствие приказа о возложении обязанностей за 2017 год не говорит о том, что на истца не возлагались дополнительные обязанности. Факт совмещения за указанный период в 2017 году подтверждается графиками и рапортом. Считает, что нарушение работодателем выплат имеет затяжной характер согласно разъяснениям, данным в ст. 56 ТК РФ и п. 56 Постановления Пленума ВС РФ № 2 от 17 марта 2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», поэтому сроки, установленные ст. 392 ТК РФ им не пропущены. Обязанность работодателя по полному погашению и своевременной оплате труда сотрудникам, включая выплату задержанных средств, сохраняется в течение периода действия трудового договора. Если сотрудник продолжает числиться в штате и его трудовой договор не расторгнут, то работодатель обязан выплатить ему все имеющиеся задолженности по заработной плате и другим выплатам, которые связаны с трудовой деятельностью работника. 06.02.2018 трудовые отношения прекращены не были, истцом на имя ответчика было направлено письмо с просьбой произвести доплату за совмещение за указанные периоды в досудебном порядке. 20.02.2018 за № 71/ТО/404-Б-1 в адрес истца со стороны ответчика поступил отказ. Таким образом, о нарушении своих прав истцу стало известно только 20.02.2018 года, а 30.03.2018 он обратился с исковым заявлением в суд за защитой своих трудовых прав. Кроме того, как указывает истец, в ст. 140 ТК РФ на работодателя возложена обязанность по выплате работнику всех причитающихся сумм. На основании указанной выше статьи при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму. Поэтому срок для обращения в судебные органы должен исчисляться с момента невыполнения этой обязанности, поскольку именно при увольнении работник может узнать об отсутствии у работодателя намерения исполнить свои обязанности по выплате всех причитающихся за исполнение в его интересах трудовой функции сумм. Истец был уволен 16.03.2018 приказом от 16.03.2018 № 118 - лс «Об увольнении ФИО1». К тому же, по мнению истца, положение статьи 392 Трудового кодекса РФ в системной связи со статьей 395 данного Кодекса не препятствует удовлетворению денежных требований работника в полном размере при условии признания этих требований правомерными органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Также просит учесть то обстоятельство, что, если работодатель не выплатил заработную плату, а работник уволился, то три месяца начинают отсчитываться с момента увольнения с 16.03.2018, поскольку именно при увольнении производится окончательный расчет сотрудника, и в этот момент работник может узнать о нарушении своих прав, т. е. по общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (ст. 200 ГК РФ). Гражданский кодекс РФ предусматривает период исковой давности в три года, за который можно взыскать компенсацию за невыплаченную заработную плату. Таким образом, истец с исковым заявлением за защитой своих трудовых прав обратился в течении установленного действующим законодательством РФ срока исковой давности 1 (один) год с момента, когда узнал о своем нарушенном праве, а именно: при увольнении после произведенного с истцом окончательного расчета, а соответственно срок исковой давности не пропущен, следовательно, оснований для удовлетворения ходатайства ответчика о пропуске срока исковой давности не имеется. Просит признать срок исковой давности не пропущенным и рассматривать его исковые требования по существу.

Представитель ответчика – Федерального казённого учреждения «Исправительная колония № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Тверской области» ФИО2 исковые требования не признал и просил в иске отказать в связи с пропуском истцом срока обращения в суд в соответствии со ст. 392 Трудового кодекса РФ. Также поддержал письменные возражения, согласно которым обеспечение денежным довольствием сотрудников осуществляется в соответствии со ст. 349 ТК РФ, Федеральным законом от 30.12.2012 г. № 283 - ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», Порядком обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы, Порядком выплаты премий за добросовестное выполнение служебных обязанностей сотрудникам уголовно-исполнительной системы и Порядком оказания материальной помощи сотрудникам уголовно-исполнительной системы, утвержденным Приказом ФСИН России от 27.05.2013 года № 269. В соответствии с пунктами 4 и 5 Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы, основанием для выплаты денежного довольствия является приказ соответствующего руководителя учреждения или органа УИС (далее - приказ) о назначении на штатную должность, зачислении в распоряжение учреждений или органов УИС, зачислении на учебу в образовательные учреждения. В приказах указываются специальное звание, фамилия, имя, отчество, замещаемая должность, нормативные правовые акты и документы, послужившие основанием для установления ежемесячных и иных дополнительных выплат, дата начала выплат и их размеры. Пунктами 8 и 9 Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы определено, что выплата сотрудникам денежного довольствия за текущий месяц производится один раз в период с 20 по 25 число. В этот же срок выплачивается денежное довольствие по перерасчетам в связи с присвоением специального звания, назначением на иную штатную должность, изменением размера ежемесячной надбавки к окладу денежного содержания за стаж службы (выслугу лет) и по другим основаниям, влекущим изменение размеров денежного довольствия. Сотрудникам, на которых в установленном порядке возложено выполнение дополнительных обязанностей за временно отсутствующего сотрудника, выплачивается компенсация. В соответствии с пунктами 55 - 56 Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы установлено, что возложение дополнительных обязанностей за временно отсутствующего сотрудника оформляется соответствующим приказом, в котором помимо сведений, указанных в пункте 5 настоящего Порядка, указываются срок (период), на который устанавливается совмещение обязанностей, а также размер компенсации в процентах от должностного оклада по должности, по которой возложено выполнение дополнительных обязанностей. Статьей 151 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что при совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата. Размер доплаты устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы (статья 60.2 Кодекса).

Приказами ФКУ ИК-4 УФСИН России по Тверской области № 62-к от 13.05.2015 г., № 119-к от 28.08.2015 г., № 33-к от 06.04.2016 г., № 102-к от 08.08.2016 г. на истца дополнительно возлагались обязанности за временно отсутствующего сотрудника. В 2017 году приказы о возложении дополнительных обязанностей на истца не издавались. С возложением дополнительных обязанностей истец был согласен и не возражал на совмещение без соответствующих доплат. С указанными приказами истец был также ознакомлен под роспись. Ежемесячно сотрудниками бухгалтерии, сотрудникам, получающим денежное довольствие, выдаются расчетные листки, в которых указан размер денежного довольствия за текущий месяц, которые истец получал. Таким образом, истец знал о том, что доплата за временно отсутствующего сотрудника ему не выплачивается и не возражал.

Приказом ФКУ ИК-4 УФСИН России по Тверской области № 62-к от 13 мая 2015 года дополнительное возложение обязанностей за временно отсутствующего сотрудника на истца было возложено с 15.05.2015 года по 29.05.2015 года. В соответствии с п. 8 Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы установлено, что выплата сотрудникам денежного довольствия за текущий месяц производится один раз в период с 20 по 25 число. Таким образом, 25.05.2015 года истец при получении денежного довольствия за май 2015 года знал, что компенсация за выполнение им дополнительных обязанностей не производилась. Аналогично и за сентябрь, октябрь 2015 года, апрель, май, август 2016 года. В силу п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Истец знал о нарушении трудовых прав при получении денежного довольствия и расчетных листков, следовательно, должен был обратиться в суд с иском в установленные ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки, а именно: за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении. Однако истец в установленный законом срок в суд не обращался, при этом препятствий к обращению в суд с иском истец не имел. Доказательств уважительности причин пропуска срока обращения в суд с иском истец не представил. В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Оснований для компенсации истцу морального вреда в соответствии со ст. 237 ТК РФ ответчиком не усматривается, ибо истцом не указано, какими неправомерными действиями или бездействием причинен моральный вред и в чем он выразился, доказательств этого не представил. Требования о взыскании процентов по задолженности за выполнение им дополнительных обязанностей в соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации, считает незаконными и не подлежащими удовлетворению в связи с тем, что нарушений ответчиком срока выплаты денежного довольствия истцу нет, задолженности по выплате истцу за выполнение им дополнительных обязанностей не имеется. Учитывая, что требования истца о взыскании процентов в соответствии со ст. 236 ТК РФ и морального вреда в соответствии со ст. 237 ТК РФ, возникают из требований истца о взыскании доплаты за выполнение им дополнительных обязанностей, считает, что истцом также пропущен срок обращения в суд с иском, установленный ст. 392 ТК РФ, по основаниям, указанным выше, и на основании ст. 207 ГК РФ, так как в связи с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т. п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию. В случае пропуска срока предъявления к исполнению исполнительного документа по главному требованию срок исковой давности по дополнительным требованиям считается истекшим.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, – Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Тверской области и соответчика Федеральной службы исполнения наказаний – ФИО3 исковые требования не признала и просила в иске отказать. Согласно письменным возражениям Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Тверской области ФИО1 проходил службу в уголовно-исполнительной системе с 05.08.1994 в должности начальника караула роты отдела охраны участка ОН-55/4 СИД и СР УВД Тверской области, 16.03.2018 г., уволен из УИС с должности заместителя начальника отдела охраны ФКУ ИК-4 УФСИН России по Тверской области. В обоснование позиции об отказе в иске привела доводы, аналогичные доводам представителя ФКУ ИК-4 УФСИН России по Тверской области ФИО2 Полагала, что срок на обращение в суд, предусмотренный ст. 392 ТК РФ, истцом пропущен, в связи с чем просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Выслушав объяснения истца, представителя ответчика – Федерального казённого учреждения «Исправительная колония № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Тверской области», представителя третьего лица - Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Тверской области и соответчика Федеральной службы исполнения наказаний ФИО3, исследовав и оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

По делу установлено, что согласно записям трудовой книжки AT-V № 0929966, ФИО1 с 05 августа 1994 года проходил службу в уголовно-исполнительной системе на основании приказа ИК-4 № 87лс от 12.08.1994 г.

В соответствии с Указом президента Российской Федерации от 28 июля 1998 г. № 904 уголовно-исполнительная система Министерства внутренних дел передана в ведение Министерства юстиции Российской Федерации приказом УВД/УИН № 233/217 от 19.08.1998 г.

Управление исполнения наказаний Министерства юстиции Российской Федерации по Тверской области 29 марта 2005 преобразовано в Управление Федеральной службы исполнения наказаний по Тверской области (УФСИН России по Тверской области) на основании Указа Президента РФ от 13.10.2004 г. № 1314, приказ ФСИН № 2 от 18.01.2005 г.

В соответствии с контрактом № 512 от 01 июля 2010 года, заключенным на срок 5 лет, ФИО1 проходил службу в уголовно-исполнительной системе в учреждении ФКУ ИК-4 УФСИН по Тверской области в должности заместителя начальника отдела охраны ФКУ ИК-4 УФСИН России по Тверской области.

Из контракта № 324 от 01 июля 2015 года, заключенного на неопределенный срок, следует, что ФИО1 проходил службу в уголовно-исполнительной системе в учреждении ФКУ ИК-4 УФСИН по Тверской области в должности заместителя начальника отдела охраны ФКУ ИК-4 УФСИН России по Тверской области.

Приказом УФСИН № 118 - лс от 16.03.2018 г. ФИО1 был уволен из уголовно-исполнительной системы по п. «б» ч. 1 ст. 58 по достижению предельного возраста. Выписку из приказа и трудовую книжку ФИО1 получил 16 марта 2018 года согласно его подписи.

В силу с ч. 1 и ч. 3 ст. 2 Федерального закона от 30.12.2012 № 283-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» денежное довольствие сотрудников является основным средством их материального обеспечения и стимулирования выполнения ими служебных обязанностей.

Денежное довольствие сотрудников состоит из месячного оклада в соответствии с замещаемой должностью (далее также - должностной оклад) и месячного оклада в соответствии с присвоенным специальным званием (далее - оклад по специальному званию), которые составляют оклад месячного денежного содержания (далее - оклад денежного содержания), ежемесячных и иных дополнительных выплат.

Приказом ФСИН России от 27.05.2013 № 269 утвержден Порядок обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы.

Согласно п. 53 Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы возложение временного выполнения обязанностей оформляется соответствующим приказом.

Приказом № 62-к от 13 мая 2015 года на ФИО1 возлагались дополнительные обязанности заместителя начальника колонии – начальника отдела охраны с 15 мая 2015 года по 29 мая 2015 года с согласия последнего от 27.04.2015.

Приказом № 119-к от 28 августа 2015 года временное исполнение обязанностей заместителя начальника колонии – начальника отдела охраны с 02 сентября 2015 года по 06 октября 2015 года дополнительно возложено на ФИО1 с согласия последнего от 17.08.2015 г.

Приказом № 33-к от 06 апреля 2016 года временное исполнение обязанностей заместителя начальника колонии – начальника отдела охраны с 10 апреля 2016 года по 19 мая 2016 года дополнительно возложено на ФИО1 с согласия последнего от 25.03.2016 г.

Приказом № 102-к от 08 августа 2016 года временное исполнение обязанностей заместителя начальника колонии – начальника отдела охраны с 08 августа 2016 года по 31 августа 2016 года дополнительно возложено на ФИО1 с согласия последнего от 25.07.2016 г.

Возложение на истца приказами № 62-к от 13.05.2015, № 119-к от 28.08.2015, № 33-к от 06.04.2016, № 102-к от 08.08.2016 дополнительных обязанностей заместителя начальника колонии – начальника отдела охраны в вышеуказанные периоды соответственно сторонами не оспаривалось.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

При подготовке дела к судебному разбирательству лицам, участвующим в деле, разъяснялись положения ст. 56 ГПК РФ, в связи с чем суд на основании ч. 2 ст. 195 ГПК РФ и в соответствии с закрепленным в ч. 3 ст. 123 Конституции РФ принципом состязательности и равноправия сторон, основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, а суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, только создает необходимые условия для всестороннего и полного исследования доказательств и установления фактических обстоятельств дела.

В ходе судебного разбирательства истец не представил допустимых доказательств, подтверждающих факт возложения на него дополнительных обязанностей в 2017 году.

В судебном заседании сторонами не оспаривался факт того, что в 2017 году приказов о возложении на истца дополнительных обязанностей не издавалось.

В соответствии с пунктами 4 и 5 указанного Положения основанием для выплаты денежного довольствия является приказ соответствующего руководителя учреждения или органа УИС (далее - приказ) о назначении на штатную должность, зачислении в распоряжение учреждений или органов УИС, зачислении на учебу в образовательные учреждения.

В приказах указываются специальное звание, фамилия, имя, отчество, замещаемая должность, нормативные правовые акты и документы, послужившие основанием для установления ежемесячных и иных дополнительных выплат, дата начала выплат и их размеры.

В силу п. 56 Положения возложение дополнительных обязанностей за временно отсутствующего сотрудника оформляется соответствующим приказом, в котором помимо сведений, указанных в пункте 5 настоящего Порядка, указываются срок (период), на который устанавливается совмещение обязанностей, а также размер компенсации в процентах от должностного оклада по должности, по которой возложено выполнение дополнительных обязанностей.

Анализ представленных суду приказов в совокупности с пояснениями сторон свидетельствует о том, что возложение и выполнение дополнительных обязанностей ФИО1 какую-либо компенсацию не предусматривало и при этом было согласовано. Доказательств обратного суду не представлено.

При этом надлежит отметить, что правовым основанием для возложения дополнительных обязанностей является издание соответствующего приказа, его утверждение и согласование, то есть соблюдение предусмотренной законом процедуры. Рапорт в данном случае не может служить основанием для исполнения обязанностей временно отсутствующего сотрудника, поскольку не является двусторонне согласованным документом.

Правовой анализ вышеперечисленных норм свидетельствует о том, что только издание приказа является основанием возложения дополнительных обязанностей с целью двустороннего согласования и обеспечения контроля за законностью и обоснованностью такого возложения и производства выплат в определённом размере.

Ссылка истца на документы (рапорты и табеля) не устанавливает обоснованность его требований в указанной части, ввиду помимо изложенного и особенностей специфики службы в органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, предусматривающей особый правовой статус сотрудников органах внутренних дел Российской Федерации.

Знание ФИО1 ввиду занимаемой им должности и на основании, в том числе, должностной инструкции процедуры оформления возложения дополнительных обязанностей, включающей в себя оформления приказами командира периода возложения дополнительных обязанностей временно отсутствующего сотрудника с последующим их утверждением, предполагается. Возражений истца относительно возложения на него дополнительных обязанностей без соответствующего приказа материалы дела не содержат.

Таким образом, каких-либо допустимых доказательств, подтверждающих прямо или косвенно наличие у истца указанных полномочий на исполнение дополнительных обязанностей временно отсутствующего сотрудника в 2017 года, а также факт их исполнение при согласовании и без соответствующего приказа вследствие недобросовестности или умышленного бездействия со стороны работодателя, суду не представлено и в судебном заседании таковых не установлено.

Учитывая изложенное, оснований для взыскания в пользу истца денежных средств за совмещение обязанностей за 2017 год не имеется.

Ответчиками заявлено о пропуске истцом срока на обращение в суд за разрешением спора и применении последствий пропуска срока.

В силу статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, в редакции действовавшей до 03 октября 2016 года, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

В соответствии со статьёй 392 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона № 272 - ФЗ от 03.07.2016, действующей с 03 октября 2016 года) работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Выражение «должен был узнать» означает, что работник в силу его обычных знаний, в том числе правовых и жизненного опыта мог и должен был узнать о нарушении его трудовых прав. При этом действует презумпция, что работник мог или должен был узнать, а потому обязанность доказывания обратного (не мог и не должен был) возлагается на работника.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

То есть обстоятельством, имеющим значение для правильного разрешения настоящего трудового спора, является момент, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что положения статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации конкретизируют положения статьи 37 (часть 4) Конституции Российской Федерации о признании права на индивидуальные трудовые споры с использованием установленных федеральным законом способов их разрешения; сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, предусмотренные данной нормой, направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника; своевременность обращения в суд зависит от волеизъявления работника (определение от 16 декабря 2010 года № 1722-О-О). Такой срок, выступая в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, не может быть признан неразумным и несоразмерным; установленные данной статьёй сокращённый срок для обращения в суд и правила его исчисления направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника, включая право на своевременную оплату труда, и по своей продолжительности этот срок является достаточным для обращения в суд (определения от 21 мая 1999 года № 73-О, от 12 июля 2005 года № 312-О, от 15 ноября 2007 года № 728-О-О, от 21 февраля 2008 года № 73-О-О и др.).

Как установлено п. п. 8 и 9 Положения выплата сотрудникам денежного довольствия за текущий месяц производится один раз в период с 20 по 25 число. В этот же срок выплачивается денежное довольствие по перерасчетам в связи с присвоением специального звания, назначением на иную штатную должность, изменением размера ежемесячной надбавки к окладу денежного содержания за стаж службы (выслугу лет) и по другим основаниям, влекущим изменение размеров денежного довольствия.

Материалами дела подтверждается, что денежное довольствие за спорные периоды истцу выплачивалось своевременно путем зачисления на расчетный счет и с выдачей расчетных листков.

С приказами о возложении дополнительных обязанностей истец ФИО1 был ознакомлен под роспись.

Следовательно, даже исходя из презумпции неосведомленности ФИО1 об отсутствии компенсации за выполнение дополнительных обязанностей при подписании приказов и рапортов, он не позднее 20 - 25 числа текущего месяца знал об указанном обстоятельстве при получении денежного довольствия.

Таким образом, следует признать установленным, что истец мог (имел реальную возможность) и должен был знать о своем нарушенном праве каждый раз получая заработную плату без доплаты за выполнение дополнительных обязанностей, имел возможность выяснить спорные, по его мнению, вопросы начисления заработной платы. Следовательно, срок на обращение в суд подлежал исчислению с 20 мая 2015 года, 18 сентября 2015 года, 20 октября 2015 года, 20 апреля 2016 года, 20 мая 2016 года, 19 августа 2016 года, 20 апреля 2017 года.

Отсюда следует, что трёхмесячный срок обращения истца в суд с требованиями о взыскании доплаты за исполнение обязанностей временно отсутствующего работника за период, имевший место до 03 октября 2016 года, истек соответственно 21 августа 2015 года, 19 декабря 2015 года, 21 января 2016 года, 21 июля 2016 года, 21 августа 2016 года.

За период, имевший место после 03 октября 2016 года, (за апрель 2017 года) срок на обращение в суд истёк 20 августа 2017 года.

Однако судом правовых оснований для удовлетворения данного требования за 2017 год не установлено, в решении приведены доводы об отказе в данной части иска в связи с недоказанностью факта совмещения.

ФИО1 с иском в суд о взыскании соответствующих сумм обратился только 02 апреля 2018 года, то есть с пропуском срока.

По требованию ФИО1 о взыскании выплат за совмещение обязанностей в апреле 2017 года, срок на обращение в суд не истёк на момент предъявления иска.

Изложенные обстоятельства дела свидетельствуют о том, что предусмотренный частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, срок обращения в суд с настоящим иском был пропущен.

Согласно части 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации суд может восстановить пропущенный срок обращения в суд только в том случае, если пропуск срока был вызван уважительными причинами.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Ходатайство о восстановлении пропущенного срока истцом не заявлялось, поскольку, по мнению истца, срок им пропущен не был, он подлежит исчислению с момента увольнения в порядке ст. 140 ТК РФ.

Вместе с тем данный довод не может быть признан обоснованным, ибо указанные выплаты (доплата за совмещение) к числу денежных средств, подлежащих выплате при увольнении, не относятся.

Исходя из части 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации и статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, уважительность причин пропуска срока обращения в суд в настоящем споре доказывается истцом.

В то же время каких-либо допустимых доказательств, с бесспорностью свидетельствующих об обстоятельствах, препятствовавших истцу своевременно обратиться в суд с исковыми требованиями, истцом не представлено, а судом таких причин не установлено.

Довод истца ФИО1 о том, что его правоотношения с работодателем носят длящийся характер, а потому срок на обращение в суд им не пропущен, основан на неверном толковании норм действующего трудового законодательства.

Для признания нарушения трудовых прав длящимися необходимо, чтобы заработная плата работнику была начислена, но не выплачена. Работник, зная, что работодатель исполнил свою обязанность по начислению соответствующей оплаты за труд, в период действия трудового договора, вправе рассчитывать на выплату причитающейся ему суммы, поэтому такие правоотношения носят длящийся характер.

В рассматриваемом споре спорные суммы заработной платы истцу не начислялись, в связи с чем данные правоотношения невозможно отнести к длящимся, а, следовательно, истцом пропущен срок обращения в суд по требованию о взыскании доплаты за исполнение обязанностей временно отсутствующего работника.

Ссылку истца ФИО1 о том, что срок на обращение в суд подлежит исчислению с момента увольнения (с 16.03.2018), суд не может признать обоснованной в силу вышеизложенного.

В соответствии с абзацем 3 части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в иске в связи с признанием неуважительными причин пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что истцу в удовлетворении требований о взыскании доплаты за исполнение обязанностей временно отсутствующего работника в размере 27 070 рублей, должно быть отказано в связи с пропуском срока на обращение в суд за период по 2016 год включительно, а за апрель 2017 года в связи с отсутствием правовых оснований для удовлетворения иска.

Требование о взыскании компенсации за нарушение сроков выплаты денежных средств за совмещение является производным требованию, в удовлетворении которого судом отказано, в связи с чем оснований для его удовлетворения не имеется, в связи с чем в иске в данной части надлежит отказать.

Разрешая требование истца о компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Согласно статье 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причинённый работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 63 Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда в случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причинённого ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Поскольку в судебном заседании не нашел своего подтверждения факт неправомерных действий работодателя, нарушений трудовых прав ФИО1 не установлено, то оснований для компенсации морального вреда не имеется, и в его возмещении истцу надлежит отказать.

Разрешая вопрос о судебных расходах, суд приходит к следующему.

Ввиду того, что истцу в удовлетворении исковых требований отказано в соответствии со статьёй 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы с ответчика взысканию не подлежат, в связи с чем в удовлетворении заявления о взыскании судебных расходов истцу надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

в удовлетворении иска ФИО1 к Федеральному казённому учреждению «Исправительная колония № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Тверской области» о взыскании доплаты за исполнение обязанностей временно отсутствующего работника в размере 27 070 рублей, компенсации за несвоевременную выплату задолженности в сумме 10 068 рублей 14 копеек, компенсации морального вреда в денежной форме в размере 10 000 рублей и судебных расходов в размере 4 000 рублей отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Торжокский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий И. С. Морозова

Решение в окончательной форме принято 10 июня 2018 года.

Председательствующий И. С. Морозова