Апелляционное определение № 22-4728/2025 от 17 декабря 2025 г.

Судья Безруков О.А. №22-4728/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Нижний Новгород 18 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Нижегородского областного суда в составе председательствующего судьи Кузнецова Д.А.,

судей Чипиги К.В., Потаповой И.А.,

с участием прокурора Карпычевой Н.А.,

осужденного ФИО1, и его защитников- адвокатов Караваева И.О., Мошковой С.А., Левичевой Н.Ю.,

осужденного ФИО2 и его защитников- адвокатов Грибковой Н.В., Плешкан И.А., защитника наряду с адвокатом – Аверьяновой Н.А,

при секретаре судебного заседания Тетневе В.А.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании материалы уголовного дела с апелляционным представлением государственного обвинителя Османкина В.Г., апелляционной жалобой (основной и дополнительной) защитника осужденного ФИО1- адвоката Караваева И.О., апелляционной жалобой (основной и дополнительной) защитника осужденного ФИО1- адвоката Левичевой Н.Ю., апелляционной жалобой (основной и дополнительной) защитника осужденного ФИО1- адвоката Прудовской Н.В., апелляционной жалобой (основной и дополнительной) осужденного ФИО2, апелляционной жалобой (основной и дополнительной) защитника осужденного ФИО2 – адвоката Плешкан И.А., апелляционной жалобой (основной и дополнительной) защитника осужденного ФИО2 наряду с адвокатом- Аверьяновой Н.А., апелляционной жалобой (основной и дополнительной) защитника осужденного ФИО2 – адвоката Грибковой Н.В. на приговор Московского районного суда г.Нижнего Новгорода от 8 августа 2025 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, зарегистрированный по адресу: <адрес>, имеющий высшее образование, женат, малолетних и несовершеннолетних детей на иждивении не имеющий, не трудоустроенный, на учёте у врача нарколога и психиатра не состоящий, ранее не судимый,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч.6 ст.290 УК РФ к 8 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в трёхкратном размере суммы взятки, то есть в размере пятнадцати миллионов шестисот тысяч рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных, административно-хозяйственных функций в государственных корпорациях, хозяйственных обществах, в высшем органе управления которых Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование имеет право прямо или косвенно (через подконтрольных им лиц) распоряжаться более чем пятьюдесятью процентами голосов на срок 5 лет.

До вступления приговора суда в законную силу ФИО1 оставлена мера пресечения в виде заключения под стражу.

Срок отбытия наказания ФИО1 постановлено исчислять со дня вступления настоящего приговора в законную силу.

В соответствии с п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачтено ФИО1 в срок лишения свободы время его задержания и нахождения под стражей в период с 29.03.2023 года до вступления приговора в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один день лишения свободы в колонии строгого режима.

В соответствии с п.«а» ч.1 ст.104.1 УК РФ взыскано с ФИО1 в доход государства 1350000 (один миллион триста пятьдесят тысяч) рублей, в счёт конфискации денежных средств, полученных им в результате совершения преступления из денежных средств, признанных вещественным доказательством.

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, зарегистрированный по адресу: <адрес>, имеющий высшее образование, женат, малолетних и несовершеннолетних детей на иждивении не имеющий, не трудоустроенный, на учёте у врача нарколога и психиатра не состоящий, ранее не судимый,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч.6 ст.290 УК РФ к 8 годам 3 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в трёхкратном размере суммы взятки, то есть в размере пятнадцати миллионов шестисот тысяч рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных, административно-хозяйственных функций в государственных корпорациях, хозяйственных обществах, в высшем органе управления которых Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование имеет право прямо или косвенно (через подконтрольных им лиц) распоряжаться более чем пятьюдесятью процентами голосов на срок 5 лет.

До вступления приговора суда в законную силу ФИО2 оставлена мера пресечения в виде заключения под стражу.

Срок отбытия наказания ФИО2 постановлено исчислять со дня вступления настоящего приговора в законную силу.

В соответствии с п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачтено ФИО2 в срок лишения свободы время его задержания и нахождения под стражей в период с 29.03.2023 года до вступления приговора в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один день лишения свободы в колонии строгого режима.

В соответствии с п.«а» ч.1 ст.104.1, 104.2 УК РФ взыскано с ФИО2 в доход государства 1350000 (один миллион триста пятьдесят тысяч) рублей, в счёт конфискации денежных средств, полученных им в результате совершения преступления, из которых 1000000 рублей постановлено конфисковать из денежных средств, признанных вещественным доказательством, а 350000 рублей постановлено конфисковать, обратив взыскание на имущество ФИО2, на которое наложен арест, а оставшееся после конфискации имущество обратить в доход государства в части исполнения дополнительного наказания в виде штрафа.

Судьба вещественных доказательств разрешена.

Заслушав доклад судьи Чипиги К.В., мнения сторон обвинения и защиты, проверив материалы уголовного дела, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 осужден за преступление, предусмотренное ч.6 ст.290 УК РФ – получение должностным лицом лично взятки в виде денег за совершение действий в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица, и оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям, а равно за общее покровительство и попустительство по службе, совершенное группой лиц по предварительному сговору в особо крупном размере.

ФИО2 осужден за преступление, предусмотренное ч.6 ст.290 УК РФ – получение должностным лицом лично взятки в виде денег за совершение действий в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица, и оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям, а равно за общее покровительство и попустительство по службе, совершенное группой лиц по предварительному сговору в особо крупном размере.

Обстоятельства совершения преступления подробно изложены в описательно-мотивировочной части приговора.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Османкин В.Г. просит приговор Московского районного суда г.Нижнего Новгорода от 8 августа 2025 года в отношении ФИО1 и ФИО2 отменить в виду существенного нарушения уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона при назначении дополнительного наказания каждому осужденному, а также в виду чрезмерной мягкости назначенного им наказания. Указывает, что суд первой инстанции необоснованно признал в качестве смягчающего наказания обстоятельства ФИО1 – активное способствование расследованию и раскрытию преступления, что послужило основанием для применения положений ч.1 ст.62 УК РФ при назначении ему наказания. С учетом позиции ФИО1, отрицавшего свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч.6 ст.290 УК РФ, а также отсутствии обстоятельств добровольного сообщения им правоохранительным органам о совершении указанного преступления, положения ч.1 ст.62 УК РФ к нему применены быть не могут. Подробные изобличающие ФИО1 и ФИО2 показания в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства дал Свидетель №9, а иные доказательства вины осужденных были получены правоохранительными органами в рамках ОРМ. Также государственный обвинитель указывает, что суд лишил осужденных права заниматься деятельностью, характеристики которой взял из примечания к ст.285 УК РФ, которая недостаточно конкретизирует вид деятельности, связанный с совершенным ими преступлением. При этом права занимать определенные должности ФИО1 и ФИО2 лишены не были. На основании изложенного просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции, и при новом рассмотрении назначить осужденным ФИО1 и ФИО2 наказание в виде лишения свободы на более длительный срок, в рамках санкции ч.6 ст.290 УК РФ, со штрафом в пятикратном размере суммы взятки, с лишением права заниматься деятельностью в сфере организации и проведения закупок товаров, работ, услуг для государственных и муниципальных нужд на срок 5 лет.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвокат Караваев И.О., действующий в интересах осужденного ФИО1, выражает несогласие с приговором Московского районного суда г.Нижнего Новгорода от 8 августа 2025 года, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим изменению. Указывает на несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам, установленным в ходе судебного заседания, а также на существенное нарушение уголовно-процессуального закона, выразившееся в незаконном и необоснованном отказе суда в удовлетворении ходатайств стороны защиты о проведении судебно-фоноскопической экспертизы. Подробно приводит и анализирует со своей точки зрения текст приговора, в том числе и содержание исследованных в судебном заседании доказательств, обращает внимание на неправильное применение уголовного закона, что привело к неправильной квалификации действий ФИО1, по ч.6 ст.290 УК РФ, в то время как они должны быть квалифицированы по ч.4 ст.159 УК РФ. В частности указывает, что ФИО1, занимая должность заместителя генерального директора по маркетингу, закупкам и логистике <данные изъяты>, был наделен полномочиями, относящимся исключительно к вопросам закупки оборудования и товаров, управлению складским хозяйством и логистике. Полномочия в сфере исполнения контрактов, приемки продукции, оплаты за эту продукцию у ФИО1 отсутствовали, полномочий на заключение дополнительных соглашений к заключенным контрактам у ФИО1 не имелось. Инициатором совещаний Комитета по особым условиям проведения закупок ФИО1 не являлся. Следовательно, никаких денежных средств в качестве взятки, как должностное лицо, наделенное соответствующими полномочиями, ФИО1 получить не мог, и не получал.

Кроме того, ФИО1 не имел полномочий заключить дополнительное соглашение, повлиять на его заключение, внести конкретные условия в это дополнительное соглашение, представить гарантии, перенести сроки поставки оборудования. При этом защитник указывает, что все фактические действия ФИО1 были совершены в интересах не ООО «<данные изъяты>» и Свидетель №9, а в интересах <данные изъяты>.

В полномочия ФИО1, как должностного лица <данные изъяты> также не входили приёмка и подписание каких-либо актов приёмки оборудования, и вопросы, связанные с оплатой за данное оборудование. Об изготовлении кулачков, ФИО1 узнал ДД.ММ.ГГГГ от Свидетель №9, то есть уже после того, как фактически все совещания о необходимости выполнения работы по изготовлению кулачков были проведены.

ФИО1 не отрицает получение от Свидетель №9 денежных средств в размере 2700000 рублей, однако утверждает, что передача взятки в сумме 5200000 рублей им с Свидетель №9 не обсуждалась, его умысел не был направлен на получение взятки. Кроме того, несмотря на то, что эти действия выполнялись ФИО1 в связи с исполнением им своих трудовых обязанностей, они никак не были связаны с полномочиями должностного лица. И не были направлены на получение взятки от Свидетель №9, а являлись простым исполнением своих служебных обязанностей в интересах <данные изъяты>».

Также адвокат указывает на многочисленные противоречия в показаниях свидетеля Свидетель №9, на которые было акцентировано внимание суда первой инстанции, однако возникшие противоречия не были устранены. Таким образом, в основу обвинительного приговора положены противоречивые показания Свидетель №9, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование в связи с дачей взятки, и осуществлялось оперативное сопровождение по факту завышения цены и мошеннических действий при поставках оборудования по государственным контрактам. Очевидно, что показания Свидетель №9 являются показаниями заинтересованного лица, который стремился избежать уголовного преследования за передачу взятки согласно возбуждённому ранее в отношении него уголовного дела.

Разговор, который Свидетель №9 в своих показаниях толкует, как договоренность о передаче взятки в размере 5200000 рублей, зафиксирован и приобщен к материалам уголовного дела. Однако из данного разговора следует, что никакого предложения со стороны Свидетель №9 о передаче взятки в сумме 5200000 рублей на данной встрече не прозвучало. При этом сама аудиозапись крайне низкого качества, что препятствует определению её дословного содержания без использования дополнительного оборудования и усиливающей звук аппаратуры. Однако как следует из протокола осмотра предметов и документов от 10 апреля 2023 года (№), при прослушивании аудиозаписи на предварительном следствии следователем никакие специальные устройства, позволяющие бесспорно, дословно и достоверно установить содержание аудиозаписи, не применялись, что привело к искажению содержания аудиозаписи от «17.01.23» в стенограмме. При этом суд первой инстанции без достаточных на то оснований отказал стороне защиты в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы, чем допустил грубое нарушение положений статей 87, 88 УПК РФ о правилах проверки и оценки доказательств, т.к. принял решение об оценке поставленного под сомнение и оспариваемого защитой доказательства без надлежащей проверки его содержания при наличии возможности установления дословного содержания спорной аудиозаписи от «17.01.23» экспертным путем.

При таких обстоятельствах адвокат просит обжалуемый приговор изменить, переквалифицировать действия осужденного ФИО1 с ч.6 ст.290 УК РФ на ч.4 ст.159 УК РФ и снизить назначенное наказание.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) защитник осужденного ФИО1 – адвокат Прудовская Н.В., ссылаясь на нормы уголовного и уголовно-процессуального законодательства, считает приговор Московского районного суда г.Нижнего Новгорода от 8 августа 2025 года незаконным и необоснованным, подлежащим изменению по следующим основаниям. Исследованные в ходе судебного следствия показания свидетелей, материалы уголовного дела, вещественные доказательства, показания осужденных ФИО1 и Аверьянова не свидетельствуют о наличии объективных доказательств в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч.6 ст.290 УК РФ. В частности защитник указывает, что решение по заключению дополнительного соглашения между <данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>» на увеличение суммы контракта и срока поставки оборудования, об увеличении льготного периода и временного отказа от осуществления прав на наложение штрафных санкций и пений за просрочку поставки Оборудования по договору № от ДД.ММ.ГГГГ в его компетенцию не входило. Заключение дополнительного соглашения и включение в него пунктов, связанных с изменением сроков поставки, сроков выполнения договора и неприменения штрафных санкций, было осуществлено генеральным директором <данные изъяты> Свидетель №4, что он подтвердил в судебном заседании, будучи допрошенным в качестве свидетеля. Решение Комитета по особым условиям при разрешении вопроса носило для него рекомендательный характер. Кроме того, согласно обвинительного заключения, умысел на получение взятки у ФИО1 и Аверьянова возник в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, однако из материалов уголовного дела следует, что к ДД.ММ.ГГГГ фактически все необходимые решения по взаимодействию между <данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>» в лице Свидетель №9 на продление срока поставки оборудования были приняты в пользу ООО «<данные изъяты>».

У ФИО1 отсутствовал умысел на получение взятки, в то же время он признался в том, что вводил Свидетель №9 в заблуждение относительно своих возможностей в решении вопросов по станку ANCA и преднамеренно умалчивал о своих реальных полномочиях. В действительности ни на кого из сотрудников <данные изъяты> ФИО1 никакого влияния и давления не оказывал, никого ни к чему не принуждал.

В протоколе осмотра диска с аудиозаписью разговора Свидетель №9, ФИО1 и Аверьянова в кафе «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ (№) не в полном объеме, не достоверно отражена речь участников разговора, а также имеется ряд несоответствий, которые существенным образом влияют на смысл и содержание данного разговора, собственно его значение в целом, в том числе его значение как доказательства по делу.

По инициативе стороны защиты (на основании адвокатского запроса) была исследована аудиозапись состоявшего разговора между Свидетель №9, ФИО2 и ФИО1, и получено заключение специалиста, из которого в частности следует, что «в ходе лингвистического исследования не установлен предмет речи о передаче или получении денежных средств. Есть предмет речи - деньги, но сумма 5200000 рублей относится к поставке конкретного оборудования, о котором говорит диктор Ml, а не о передаче или получении денежных средств». Имеющиеся сомнения и неясности в исследовании данного доказательства в ходе судебного заседания устранены не были. Судом был нарушен принцип состязательности, не обеспечен баланс прав сторон и возможности надлежащей реализации стороной защиты ее процессуальных прав, таких как исследование доказательств аудиозаписи для поддержания своей позиции при допросе в качестве специалиста ФИО, а в последующем отказ в назначении и проведении фоноскопической судебной экспертизы. Из этого следует, что сумма взятки, являющаяся важным обстоятельством, подлежащим доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, в инкриминируемом ФИО1 и Аверьянову деянии достоверно установлена не была.

Также сторона защиты на согласна с утверждением и считает, что суд ошибочно пришел к выводу о том, что ФИО1 дал ФИО2 указание на изготовление недостающего комплекта кулачков для подписания АО «<данные изъяты>» акта сдачи-приёмки работ и акта оказанных услуг и последующей окончательной оплаты ООО «<данные изъяты>» денежных средств за поставленное Оборудование.

Сторона защиты полагает, что судом первой инстанции был нарушен принцип невиновности. Все сомнения, указанные в ходе рассмотрения данного дела, были истолкованы против интересов ФИО1, наличие доказательств, подтверждающих обоснованность сомнений, приведенные стороной защиты, не были приняты во внимание. Таким образом, действия ФИО1 были неправильно квалифицированы по ч.6 ст.290 УК РФ. Адвокат считает, что действия ФИО1 попадают под диспозицию ч.4 ст.159 УК РФ. Просит обжалуемый приговор изменить, переквалифицировать действия осужденного ФИО1 с ч.6 ст.290 УК РФ на ч.4 ст.159 УК РФ и снизить назначенное наказание.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) защитник осужденного ФИО1- адвокат Левичева Н.Ю. выражает несогласие с приговором Московского районного суда г.Нижнего Новгорода от 8 августа 2025 года, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим изменению по следующим основаниям. ФИО1, как на предварительном следствии, так и в ходе судебного разбирательства не отрицал факт получения денежных средств от Свидетель №9, однако сторона защиты полагает, что данное обстоятельство не может расцениваться как взятка, а действия ФИО1 должны быть квалифицированы по ч.4 ст.159 УК РФ. Стороной обвинения не представлено доказательств того, что умысел осужденных был направлен на получение взятки. Из прослушанной аудиозаписи встречи ФИО1, ФИО2 и Свидетель №9, состоявшейся ДД.ММ.ГГГГ в кафе «<данные изъяты>» следует, что никакой взаимосвязи между поставкой станка АНКА и получением взятки нет. Адвокат указывает, что имеются существенные противоречия между прослушанным разговором, состоявшимся в кафе «Абсолют», и протоколом осмотра диска с аудиозаписью этого разговора. Данные противоречия были судом не устранены. Ходатайства стороны защиты о проведении фонетико-лингвистической экспертизы были необоснованно отклонены. Не содержит приговор суда и обоснований по каким причинам не принял во внимание доводы стороны защиты об отсутствии у ФИО1 каких-либо надзорных функций над Свидетель №9 ФИО1 не оказывал ему покровительство. Также ФИО1 не обеспечивал организацию совещания комитета по особым условиям, не аргументировал целесообразность заключения дополнительного соглашения. На заседании КОУ рассматривали только выполнение ООО «<данные изъяты>» отлагательных условий, в том числе получение данной организацией банковской гарантии. Допрошенные в ходе судебного заседания члены КОУ заявили, что решения они принимали самостоятельно, ФИО1 давления на них не оказывал. Кроме того, окончательное принятие решения о заключении дополнительного соглашения и его подписание в компетенцию ФИО1 не входило, что подтвердил допрошенный в судебном заседании генеральный директор ОКБМ Свидетель №4 Кроме того, защитник оспаривает, что ФИО1 дал указание ФИО2 на изготовление кулачков для адаптивного патрона. О факте отсутствия кулачков ФИО1 стало известно уже после того, как без его участия было принято решение об изготовлении кулачков силами ОКБМ. Таким образом, по мнению стороны защиты, часть обстоятельств изложена судом в приговоре неверно, а части обстоятельств дана неверная юридическая оценка. На основании изложенного защитник просит переквалифицировать действия ФИО1 на ч.4 ст.159 УК РФ и соразмерно снизить наказание.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденный ФИО2 подробно раскрывает свою позицию, согласно которой приговор суда подлежит отмене, поскольку судом не приняты во внимание его доводы о невиновности во вмененном ему преступлении, и имеются существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального законодательства. Указывает, что он не совершал никаких действий в пользу Свидетель №9 для заключения дополнительного соглашения: каких-либо документов для инициирования и подготовки к совещанию он не готовил, в заседаниях Комитета участия не принимал, ни к кому из его членов с какими-либо просьбами не обращался. Сведений об обратном в приговоре не приведено. Кроме того, никакими должностными полномочиями, связанными с закупкой оборудования, заключением соответствующих договоров и дополнительных соглашений к нему, а также приемкой и оплатой оборудования он не обладал.

Вопрос о заключении дополнительного соглашения был уже разрешен до инкриминируемой даты возникновения преступного, умысла. Так, согласно обвинительному заключению и приговору суда, преступный умысел у ФИО2 и ФИО1 возник в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Однако вопрос о заключении дополнительного соглашения по письму Свидетель №9 от ДД.ММ.ГГГГ (вх.№) о необходимости изменения сроков и увеличении цены договора в связи с геополитической обстановкой и введенными санкциями был уже рассмотрен и фактически одобрен на заседании Комитета по особым условиям ДД.ММ.ГГГГ.

По итогам указанного заседания на поступившее обращение Свидетель №9, которое по своей сути с учетом требований п.1 ст.435 ГК РФ является офертой, с учетом всех обоснований о высокой производственной необходимости поставки и анализа финансовых затрат, Свидетель №9 направлено письмо за подписью генерального директора <данные изъяты> Свидетель №4 от ДД.ММ.ГГГГ №), содержащее скорректированные условия договора и требование в срок до ДД.ММ.ГГГГ предоставить новые обеспечения возврата аванса и обеспечения исполнения скорректированных обязательств, по Договору во избежание применения к ООО «<данные изъяты>» штрафных санкции за просрочку поставки.

Свидетель №9, получив письмо от ДД.ММ.ГГГГ (№), которое в силу требований п.1 ст.435 ГК РФ и ст.443 ГК РФ является новой офертой, в срок, установленный для ее акцепта до ДД.ММ.ГГГГ совершил действия по выполнению указанных в оферте условий, а именно, предъявил это письмо банку, который на основании этого письма продлил Банковскую гарантию обеспечения возврата аванса, а также в обеспечение исполнения обязательств по Договору ДД.ММ.ГГГГ перечислил на <данные изъяты> денежные средства в размере 5055097,34.

Учитывая, что согласно ст.433 ГК РФ договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта, вышеуказанное дополнительное соглашение к договору считается заключенным ДД.ММ.ГГГГ, когда Свидетель №9 были выполнены указанные в оферте условия.

На очередном заседании комитета, состоявшемся ДД.ММ.ГГГГ с целью соблюдения необходимой регламентированной процедуры, было констатировано выполнение ООО «<данные изъяты>» требований по предоставлению обеспечения возврата аванса и исполнения договора. Никаких новых обсуждений, аргументаций перед членами Комитета по целесообразности заключения дополнительного соглашения в протоколе совещания Комитета не зафиксировано и как фактически, так и юридически уже не требовалось.

Заседание комитета ДД.ММ.ГГГГ проведено во исполнение указания генерального директора <данные изъяты> Свидетель №4 по итогам заседания Комитета по особым условиям от ДД.ММ.ГГГГ. В связи с этим ни ФИО1, ни ФИО2 не могли повлиять на вопросы проведения или непроведения указанного комитета. Тем более, они не могли повлиять на вопросы изменения условий договора, которые уже были предрешены на заседании от ДД.ММ.ГГГГ и приняты Свидетель №9, который к ДД.ММ.ГГГГ году уже выполнил указанные в письме генерального директора <данные изъяты> Свидетель №4 от ДД.ММ.ГГГГ условия, тем самым совершив акцепт направленной ему оферты.

Кроме того, фактически в заключении Дополнительного соглашения принимали участие два руководителя - директор ООО «<данные изъяты>» Свидетель №9 и

Генеральный директор Свидетель №4, являющийся единоличным исполнительным органом, на которого согласно п.5 Приказа Госкорпорации «<данные изъяты>» № «О применении особых условий осуществления закупочной процедуры» возложена персональная ответственность за необходимость и эффективность конкретной закупки, осуществляемой в соответствии с п.З указанного приказа проведения закупок, в том числе за определение окончательной стоимости договора, дополнительного соглашения.

Также автор жалобы оспаривает вывод суда о его виновности в получении взятки за общее покровительство и попустительство по службе, полагая, что он не является субъектом данного преступления, поскольку у него нет никаких организационно-распорядительных функций, распространяемых на Свидетель №9 и представляемое им общество. Как следует из должностной инструкции ФИО2, его служебные полномочия касаются исключительно процесса производства продукции, выпускаемой <данные изъяты>. Никакими служебными полномочиями, связанными с закупкой оборудования, заключением соответствующих договоров и дополнительных соглашений к нему, а также приемкой и оплатой оборудования не обладал.

Суд оставил без внимания и должной оценки вопросы надлежащей комплектности и обнаруженной недоукомплектации оборудования. Так, в процессе судебного разбирательства достоверно установлено, что полный комплект необходимых кулачков состоит из 8 комплектов по 2, однако в ходе судебного разбирательства также достоверно установлено, что было изготовлено только 2 комплекта кулачков, что никоим образом не устраняло обнаруженную недоукомплектацию. Утверждает, что изготовление 2 комплектов кулачков никак не влияло на приемку оборудования, а только позволило провести обучение станочников изготовлению метчика и проверить его качество, для чего они и были изготовлены. Кроме того, ответственность за недостачу кулачков лежала не на ООО «<данные изъяты>», а на <данные изъяты>. Переданные Свидетель №9 ФИО1 денежные средства никакого отношению к изготовленным комплектам кулачков не имеют, о чем неоднократно заявлял сам Свидетель №9 ФИО1 не давал и фактически не мог дать указания об изготовлении кулачков. Кулачки были изготовлены по инициативе сотрудников технологического отдела.

Также осужденный ФИО2 в своей апелляционной жалобе полагает, что показания свидетеля Свидетель №9 являются недопустимыми и недостоверными доказательствами, приводит свой собственный подробный анализ этих показаний.

И в заключение указывает на несправедливость назначенного ему наказания в виду чрезмерной строгости. Считает, что учитывая его состояние здоровья, наличие многочисленных хронических заболеваний, даже несмотря на полное непризнание вины, у суда имелись все основания для назначения ему наказания с применением ст.64 УК РФ.

Подводя итог, осужденный заявляет, что суд занял обвинительную позицию, не учел общественную опасность инкриминируемого ему преступления, проигнорировал тот факт, что все решения были приняты правильно, в интересах предприятия, а значит и в государственных интересах. Считает, что в его действиях отсутствует состав преступления, предусмотренного ч.6 ст.290 УК РФ, в связи с чем просит обжалуемый приговор отменить и вынести оправдательный приговор. В случае если суд не разделит позицию стороны защиты о его невиновности, просит переквалифицировать его действия со ст.290 УК РФ на ст.159 УК РФ и применить положения ст.64,73,15,61 УК РФ, а в случае отмены приговора и направления дела на новое судебное разбирательство, а также в случае возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, просит изменить меру пресечения в виде заключения под стражу на иную, более мягкую.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО2 наряду с адвокатом- Аверьянова Н.А., ссылаясь на нормы уголовного и уголовно-процессуального законодательства, считает приговор Московского районного суда г.Нижнего Новгорода от 8 августа 2025 года незаконным, необоснованным и подлежащим отмене, поскольку выводы суда о виновности ФИО2 в совершении инкриминируемого ему преступления не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Суд не устранил существенные противоречия в исследованных доказательствах, в частности содержащихся в показаниях свидетеля Свидетель №9. Суд не дал оценку доводам стороны защиты. Вина ФИО2 не доказана, выводы суда об обратном не основаны на материалах дела. В этой связи просит приговор суда отменить, ФИО2 оправдать.

В апелляционной жалобе адвокат Грибкова Н.В., действующая в интересах ФИО2, указывает, что выводы суда, изложенные в обжалуемом приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Суд не устранил существенные противоречия в показаниях свидетеля Свидетель №9 и других доказательствах, не дал оценку всем доводам стороны защиты. Автор жалобы полагает, что вина ФИО2 не доказана, выводы суда об обратном не основаны на материалах дела. На основании изложенного просит приговор Московского суда г.Нижнего Новгорода от 8 августа 2025 года отменить, постановить в отношении ФИО2 оправдательный приговор.

В совместной дополнительной апелляционной жалобе защитники осужденного ФИО2 – адвокаты Плешкан И.А., Грибкова Н.В., защитник осужденного ФИО2 наряду с адвокатом- Аверьянова Н.А., ссылаясь на нормы уголовного и уголовно-процессуального законодательства, считает приговор Московского районного суда г.Нижнего Новгорода от 8 августа 2025 года незаконным и подлежащим отмене, поскольку выводы суда о виновности их подзащитного в совершении инкриминируемого ему преступления опровергаются рассмотренными в судебном заседании доказательствами. Судом первой инстанции нарушена презумпция невиновности, согласно которой все неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. В частности адвокаты указывают, что суд первой инстанции в приговоре дал оценку доказательствам в их совокупности только в части, и при этом не указал основания, по которым одни доказательства им приняты, а другие отвергнуты. Данная судом оценка доказательств является не объективной и противоречит доказательствам, которые были исследованы в суде первой инстанции. Кроме того, в нарушение п.2 ч.1 ст.307 УПК РФ, доказательства, исследованные судом первой инстанции, в частности показания обвиняемых, всех свидетелей (и каждого в отдельности), письменные доказательства, аудиозаписи, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела и вынесения законного и обоснованного судебного решения, в приговоре изложены не полно, а лишь в той части, в которой они могут быть расценены как свидетельствующие о наличии в действиях осужденных состава преступлений. В приговоре также имеются ссылки на показания свидетелей без изложения их содержания в объеме сообщенных сведений, имеющих существенное значение. В приговоре приведены показания свидетелей с искаженным содержанием от протокола судебного заседания, что заведомо приводит к незаконности постановленного итогового решения. Судом не дана оценка доводам защиты, в том числе указанным в прениях защитников.

Указывают, что протокол судебного заседания не отражает подлинную картину происходившего в зале суда, в связи с чем стороной были поданы замечания на протокол судебного заседания, которые, однако, судом были отклонены.

Считают, что суд первой инстанции незаконно и необоснованно отказал в удовлетворении ряда ходатайств стороны защиты, в частности о назначении судебной фонографической лингвистической экспертизы аудиозаписи от ДД.ММ.ГГГГ разговора в ходе встречи осужденных и Свидетель №9 в ресторане «<данные изъяты>», в то время как имеются существенные противоречия между содержанием протокола осмотра от ДД.ММ.ГГГГ с прослушиванием диска с записью разговора вышеуказанных лиц. Кроме того, судом первой инстанции незаконно отказано защитнику Плешкан И.А. в предоставлении копии данной аудиозаписи.

Указывает на существенные нарушения уголовного закона. По мнению защитников, профессиональные обязанности, имеющиеся у ФИО2, не подлежат квалификации в качестве должностных обязанностей, являющихся квалифицирующими спецсубъекта по ст.290 УК РФ. ФИО2 и ФИО1, по мнению стороны защиты, не являются должностными лицами. Исследованными доказательствами установлено достоверно, что у ФИО2 отсутствуют организационно-распорядительные функции и административно-хозяйственные функции. Это само по себе исключает у ФИО2 квалификацию «группы лиц» ввиду отсутствия должностных полномочий, необходимых для совершения вмененных в вину действий. Обвинением не раскрыто, не доказано, в вину ФИО2 не вменяются определенные и конкретные действия, совершенные им в пользу взяткодателя.

По мнению защиты, формулировка обвинения, как она была представлена следствием, а равно, как она изложена в приговоре, содержит существенные противоречия, суд явно «увеличил» по существу объем обвинения и судом установлена форма исполнения объективной стороны двумя взаимоисключающими способами, а обвинение просило признать в чем-то одном.

Судом не дано оценки версии защиты о том, что имеет место быть «дезинформация» от получателя денег в адрес взяткодателя, когда получатель не рассматривал вознаграждение как взятку. То есть осужденные не рассматривали полученные средства в качестве взятки, в т.ч. и потому, что заведомо знали то, что не обладают полномочиями и возможностями, и все необходимое уже было сделано, и это исключало необходимость что-то делать в интересах взяткодателя. Более того, значительная часть действий, не вмененных в вину, и совершенных до ДД.ММ.ГГГГ, уже образовали неизбежность наступления благоприятных последствий для Свидетель №9 Судом не опровергнута версия стороны защиты о том, что умысел осужденных был направлен на получение вознаграждения за оказанные разные услуги, помощь, консультации, не связанных со станком АНКА. Свидетель Свидетель №9 подтвердил – «я обещал отблагодарить». Такая форма для получателей сопряжена не с получением взятки, а получением благодарности.

Судом не совершено разграничений по вмененному преступному и «вмененному» непреступному периоду о совершенных действиях «до преступного» периода, которые не совершались и не могли совершаться во вмененный как преступный период. Это влечет за собой нарушение судом при постановлении приговора в части описания времени и места совершения бы преступления. Судом не дано оценки тому, что все совершавшееся в «до преступный» период образовало «исполнимость» тех результатов, вмененных в качестве преступных целей, что исключает преступность по ст.290 УК РФ.

В вину подсудимым вменен период совершения объективной стороны состава преступления, предусмотренного ч.6 ст.290 УК РФ с ДД.ММ.ГГГГ. Из этого следует, что все свершившееся как действия или бездействия не являются преступными. Часть значимых деяний, как совершенных осужденными, так и иными лицами, совершенных до ДД.ММ.ГГГГ являются самостоятельными основаниями, мотивами, причинами происходившего после ДД.ММ.ГГГГ, и совершавшееся после ДД.ММ.ГГГГ не обусловлено «самостоятельностью» причин, условий, обстоятельств, мотиваций – так как заложенное в основу того, что произошло после ДД.ММ.ГГГГ, стало возможным только потому, что были совершены некоторые действия до ДД.ММ.ГГГГ.

Защитники приводят хронологию событий и свою оценку действиям осужденных, заключая, что в действиях ФИО2 отсутствует состав преступления.

Судом не дано оценки тому, что заседание КОУ № от ДД.ММ.ГГГГ, вне зависимости от инициаторов и иных обстоятельств, - проведено в «до преступный» период, и исполнение рекомендаций данного КОУ № (от ДД.ММ.ГГГГ) выполнены также доДД.ММ.ГГГГ, что означало и означает с правовой точки зрения, о чем знал и не мог не знать Свидетель №9 и представляемое им общество, об обязательности заключения допсоглашения вне зависимости от даты проставления подписи на его текст со стороны <данные изъяты>. Тем самым в «до преступный» период выполнены все действия, направленные на заключение ДС, и юридически с ДД.ММ.ГГГГ допсоглашение считается заключенным. <данные изъяты> запрещено отказываться от своей ОФЕРТЫ от ДД.ММ.ГГГГ, на которую (оферту) акцептировано от имени ООО «<данные изъяты>».

Также судом не дано оценки тому, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ вопросов/проблем/конфликтов/споров/намеков/признаков срыва сроков пусконаладки, шеф-монтажа, оплаты не было, что исключает даже намеки на возможность существования умысла/цели/мотивов, вытекавших бы из приемки и оплаты. Станка еще нет, приемки еще нет, что полностью исключает любое бы согласование с мотивами и целями по приемке и оплате до этих дат. Исходя из фактических обстоятельств, установленных по делу, надлежит признать, что до ДД.ММ.ГГГГ возникновение бы умысла на покровительство и попустительство по вопросу беспрепятственной приемки не возникало и не могло возникнуть. Кроме того, ни у ФИО1, ни у ФИО2 служебных полномочий в приемке и оплате не было и нет.

Сторона защиты дает критическую оценку всем показаниям свидетеля Свидетель №9 относительно его договоренности с осужденными о взятке.

В частности, Свидетель №9 о том, что на встрече ДД.ММ.ГГГГ применялись стики, бумажки с надписями –никогда и нигде не давал показаний. Причину изменения показаний в суде об этом свидетель объяснить не мог. Поэтому по мнению стороны защиты, бумажек и стиков не было. Аверьянов не отвечал «угу». Выводы суда об этом не подтверждены доказательствами и основаны на противоречиях, не устраненных в суде.

Судом проигнорирован тот факт, что к ДД.ММ.ГГГГ, когда прибывший сотрудник сторонней организации (Росмарксталь ФИО3) для пуско-наладочных работ с участием допрошенного в качестве свидетеля ФИО4 обнаружили отсутствие «ответных» кулачков и все имеющиеся 8штук (кулачков) не имели ответных восьми кулачков для адаптивного патрона, при условии того, что ДД.ММ.ГГГГ ОКБМ приняло без замечаний Оборудование по комплектности. Это означает, что отсутствие кулачков после подписания товарной накладной лежит на ОКБМ, и, следовательно, все дальнейшие действия были совершены в интересах ОКБМ, а не в интересах НПИ, - с целью недопущения нарушений договора со стороны и по вине ОКБМ. Это исключает важный квалифицирующий признак покровительства или попустительства – совершение чего-либо в интересах взяткодателя.

Судом не дано оценки тому, что ответственные за приемку сотрудники ОКБМ, не подчиненные ФИО1 и Аверьянову, знали о невозможности предъявления претензий к поставщику в связи с обнаружением отсутствия ответных кулачков (НПИ) и были вынуждены в интересах предприятия и исходя из карьеризма (недопустимость получения дисциплинарных взысканий) – принимать решения самостоятельно с самостоятельным умыслом (не преступным) без участия сознательной сферы осужденных о совершении любых действий для недопустимости вскрытия нарушений при приемке или хранении принятого по комплектности оборудования, что могло повлечь последующие негативные последствия для ОКБМ и для них лично ввиду срыва сдачи-приемки станка, иное.

Судом не дано оценки тому обстоятельству, что причастные к приемке станка лица самостоятельно между собой без участия любого из осужденных обсуждали сложившуюся ситуацию об отсутствии кулачков и принимали самостоятельно меры к нивелированию ответственности <данные изъяты> за срыв пуско-наладки. К Аверьянову поход был основан на обсуждении между ними (собой) вариантов и для передачи Аверьянову уже своих выработанных вариантов. С первого раза вопрос решен не был и Аверьянов указал о продолжении проработки прибывшими лицами всех предложенных вариантов и предложить варианты после. На второй встрече, на следующий день, прибывшие озвучили для них оптимальный вариант в виде изготовления кулачков силами <данные изъяты>. Решение об их изготовлении Аверьянов не принимал. Причина обращения к Аверьянову связана с тем, чтобы получить от него разрешение на использование оборудования ОКБМ для непосредственного изготовления. Указаний на их изготовление Аверьянов не давал. ФИО1 участие в этом не принимал, а узнал об отсутствии кулачков от Свидетель №9. В результате такие изготовленные на <данные изъяты> кулачки не применялись в приемке оборудования.

Судом не обоснованно «объединены» обстоятельства по заключению допсоглашения и изготовление кулачков для приемки и оплаты, так как эти обстоятельства не связаны между собой, и это было невозможно в момент отсутствия «оборудования» в Российской территориальной зоне.

Судом не дано оценки постановлению о прекращении уголовного преследования в отношении Свидетель №9, не отмененного до настоящего времени.

Судом не дана оценка показаниям свидетелей, которые опровергают обвинение.

Доказательство в виде положения о Комитете по особым условиям опровергает обвинение и выводы суда о том, виновен ли кто-либо из осужденных в инициации совещания комитета по особым условиям. Созыв комитета по особым условия ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ инициирован в строгом соответствии с законодательством.

Судом неправильно установлены фактические обстоятельства. Так, процедура пуско-наладки и шеф-монтажа необоснованно поименована судом как «ввод в эксплуатацию», что противоречит фактам, т.к. процедура ввода в эксплуатацию является внутренней для <данные изъяты> и исключает участие иных лиц, и производится после приемки оборудования от поставщика. Поэтому указание судом о том, что до ДД.ММ.ГГГГ станок был введен в эксплуатацию – не верен и противоречит доказательствам по делу и фактическим обстоятельствам, так как до ДД.ММ.ГГГГ станок не был введен в эксплуатацию. Поэтому в процедуре ввода в эксплуатацию станка после ДД.ММ.ГГГГ в действительности могли быть использованы кулачки, которые были изготовлены силами <данные изъяты>.

Также судом не учтено то, что причин и оснований заявления претензий в адрес НПИ в связи с обнаружением ДД.ММ.ГГГГ отсутствия кулачков не имелось, что исключает НПИ из ответственных за их отсутствие лиц.

В жалобе приводится подробный анализ текста приговора, изложена описательная часть приговора, касающаяся обстоятельств совершения преступления. При этом защитниками, с изложением подробного собственного анализа текстов обжалованных ими судебных актов и собранных по уголовному делу доказательств, приведены доводы о необоснованности осуждения ФИО2

Адвокаты указывают, что осужденному ФИО2 не может быть назначено наказание, связанное с лишением свободы либо он подлежит освобождению от наказания в виде лишения свободы в связи с наличием тяжелых заболеваний, одно из которых согласно Перечня тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 14.01.2011г №3 в редакции Постановления Правительства РФ от 23.06.2025г № –<данные изъяты>» предусмотрено как тяжелое, препятствующее содержанию под стражей.

На основании изложенного, адвокаты Плешкан И.А., Грибкова Н.В., защитник осужденного ФИО2 наряду с адвокатом- Аверьянова Н.А., просят отменить постановление Московского районного суда г.Нижнего Новгорода от 29.09.2025 года в части, в которой отказано в удостоверении замечаний на протокол судебного заседания. Отменить постановление Московского районного суда г.Нижнего Новгорода от 16.09.2025 года в части, в которой защитникам отказано в удостоверении замечаний на протокол судебного заседания. Отменить приговор Московского районного суда г.Нижнего Новгорода от 08.08.2025 года о признании осужденного ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.6 ст.290 УК РФ, и постановить оправдательный приговор.

В суде апелляционной инстанции прокурор Карпычева Н.А. доводы апелляционного представления поддержала, просила состоявшийся в отношении ФИО1 и ФИО2 приговор изменить по доводам апелляционного представления; при этом прокурор просила отказать в удовлетворении апелляционных жалоб.

Осужденный ФИО1 и его защитники- адвокаты Караваев И.О., Мошкова С.А., Левичева Н.Ю.- поддержали доводы своих апелляционных жалоб, просили приговор изменить, переквалифицировать действия ФИО1 на ч.4 ст.159 УК РФ и соразмерно снизить наказание.

Осужденный ФИО2 и его защитники- адвокаты Плешкан И.А., Грибкова Н.В., защитник осужденного ФИО2 наряду с адвокатом- Аверьянова Н.А.- поддержали доводы своих апелляционных жалоб, просили отменить приговор Московского суда г.Нижнего Новгорода от 08.08.2025 года о признании осужденного ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.6 ст.290 УК РФ, и постановить оправдательный приговор, а случае невозможности вынесения оправдательного приговора- обжалуемый приговор изменить, переквалифицировать действия ФИО2 на ч.4 ст.159 УК РФ и соразмерно снизить наказание.

Проверив представленные материалы, доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб с дополнениями, заслушав мнения участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

Постановленный судом приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст.299 УПК РФ.

Проанализировав и дав надлежащую оценку всем исследованным материалам дела, проверив доводы осужденных, суд первой инстанции мотивировал в приговоре, почему он, с одной стороны, принял те или иные доказательства в качестве допустимых для разрешения дела, а с другой критически оценил и отверг показания осужденных ФИО1 и ФИО2 и выдвинутые ими аргументы.

Судебная коллегия констатирует, что изложенные в приговоре выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминированного им преступления, фактическим обстоятельствам уголовного дела соответствуют, подтверждаются совокупностью надлежащим образом исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, которым суд в соответствии со ст. 88 УПК РФ дал правильную оценку, как каждому доказательству в отдельности, так и в их совокупности с точки зрения относимости и допустимости. В приговоре суд привел свои мотивы, по которым доказательства, положенные в основу приговора, он признал достоверными, а другие отверг. Все собранные по делу доказательства в совокупности суд верно признал достаточными для разрешения дела по существу, имевшиеся противоречия устранил и пришел к обоснованным выводам о доказанности вины ФИО1 и ФИО2 в получении должностным лицом лично взятки в виде денег за совершение действий в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица, и оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям, а равно за общее покровительство и попустительство по службе, совершенное группой лиц по предварительному сговору в особо крупном размере.

Вина каждого из осужденных в совершении установленного приговором суда преступления, предусмотренного ч.6 ст.290 УК РФ, подтверждается приведенными в приговоре доказательствами.

Прежде всего, показаниями осужденного ФИО1, данными им на предварительном следствии и в судебном заседании, в той части, в которой они согласуются между собой и с другими доказательствами по делу.

В частности, из оглашённых в порядке п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ показаний ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (№), данных в качестве подозреваемого, от ДД.ММ.ГГГГ (№), данных в качестве обвиняемого с участием защитника следует, что, что в 2021 году с ООО «<данные изъяты>» был заключён договор на поставку материально-технических ценностей, в срок до конца 2022 года, в случае нарушения сроков договора, в адрес ООО «<данные изъяты>» были прописаны различные штрафные санкции, вплоть до расторжения договора.

Примерно летом 2022 года, Свидетель №9 попросил о личной встрече, связанной с исполнением договора поставки и возникшими сложностями и попросил пригласить на данную встречу начальника департамента производства ФИО2, на что он согласился, и они договорились о встрече в кафе «<данные изъяты>», расположенному по адресу: <адрес>. В ходе данной встречи с Свидетель №9, на которой также присутствовал ФИО2, Свидетель №9 сообщил о том, что имеются сложности с выполнением заключённого договора поставки, так как поставляемые материально – технические ценности производятся иностранными государствами (являются импортом) и в настоящее время возникли логистические сложности, а также имеется увеличение стоимости начальной стоимости закупки у производителя данных материально – технических ценностей и попросил не применять к возглавляемому обществу каких – либо штрафных санкций и не расторгать договор с возглавляемым им обществом. В ходе разговора ФИО2 обозначил Свидетель №9 о том, что они готовы оказать ему и возглавляемому им обществу содействия за передачу в их адрес денежных средств в сумме 5200000 (пять миллионов двести тысяч) рублей, на что тот согласился, но сообщил о том, что сумма очень большая и он будет осуществлять ее передачу в несколько этапов, на что он и ФИО2 согласились, а именно за передачу ему и ФИО2 денежных средств обеспечить беспрепятственную приёмку и последующую оплату поставленной продукции ООО «<данные изъяты>», и не применять штрафные санкций или расторгать договор за не своевременное его исполнение ООО «<данные изъяты>», отдельно хочет отметить, что он не помнит, обговаривали ли они с ФИО2 до этого сумму взятки, которую должен передать Свидетель №9, но не исключает этого. В последующем во исполнение достигнутой договорённости Свидетель №9 в декабре 2022 года, Свидетель №9 позвонил ему и предложил встретиться возле кинотеатра «<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес>, после чего он один встретился с Свидетель №9 (без присутствия ФИО2). Он сел в автомобиль Свидетель №9, где в салоне автомобиля Свидетель №9 передал ему в наличной форме часть взятки в виде денежных средств в сумме 700000 рублей (семьсот тысяч) рублей за оказание содействия ООО «<данные изъяты>», а именно в виде обеспечения беспрепятственной приёмки и оплаты поставленной продукции, и не применения штрафных санкций или расторжения договора за не своевременное его исполнение. Денежными средствами, полученными от Свидетель №9 он, в том числе по заранее достигнутой с ФИО2 договорённостью, поделился поровну, то есть в декабре 2022 года передал ФИО2 в наличной форме 350000 (триста пятьдесят) тысяч рублей, то есть его часть денежных средств, которые он получил от Свидетель №9 за оказание тому содействия, общее покровительство и обеспечение беспрепятственной приёмки и оплаты поставленной ООО «НижПромИнжиниринг» продукции, и не применение штрафных санкций или расторжения договора за не своевременное его исполнение. Далее после исполнения ООО «<данные изъяты>» всех обязательств данным обществом и перечислением денежных средств АО «<данные изъяты>» в адрес возглавляемого Свидетель №9 общества ДД.ММ.ГГГГ около 12 часов 00 минут последний позвонил ему и сообщил о том, что готов передать ещё часть денежных средств в сумме 2000000 (два миллиона) рублей и они вновь договорились о встрече возле торгового центра «<данные изъяты>», на что он согласился, и они встретились с ним около 12 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ, он также сел в автомобиль к Свидетель №9, где в салоне автомобиля Свидетель №9 передал ему часть взятки в виде денежных средств в сумме 2000000 (два миллиона) рублей в наличной форме, в том числе для передачи части денежных средств в адрес ФИО2 за обеспечение беспрепятственную приёмку и оплату уже поставленной ООО «<данные изъяты>» продукции, и не применение штрафных санкций и расторжения договора за не своевременное его исполнение. Уточняет, что ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №9, приезжал на автомобиле марки «Хендай». Далее ДД.ММ.ГГГГ он, находясь у себя в кабинете, пригласил около 07 часов 00 минут ФИО2, которому по заранее достигнутой договорённости передал его часть денежного вознаграждения полученного от Свидетель №9 в размере 1000000 (одного миллиона) рублей в наличной форме. Отдельно отмечает, что денежные средства ему передал Свидетель №9 между ними троими им, Свидетель №9 и ФИО2 имелась договорённость, что он и ФИО2 окажут содействие за общее покровительство и обеспечение беспрепятственной приёмки и оплаты поставленной ООО «<данные изъяты>» продукции, и не применение штрафных санкций или расторжения договора за не своевременное его исполнение.

Кроме того, из оглашённых в порядке п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ показаний ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, данных в ходе дополнительного допроса в качестве обвиняемого с участием защитника, следует, что он подтвердил разговор в кафе «<данные изъяты>» в котором присутствовали он, ФИО2 и Свидетель №9, когда идёт разговор про проценты и сумму 5200000 рублей, учитывая, что плохая запись он не может прокомментировать разговор. В остальных разговорах он узнает свой голос и голос Свидетель №9 в которых они, в том числе обсуждают избежание обществом Свидетель №9 штрафных санкций в связи с не допоставленными кулачками. Также в ходе просмотра видеозаписи он узнает себя и Свидетель №9, где он получает от последнего денежные средства в размере 2000000 рублей за совершение действий в пользу Свидетель №9 и представляемого им общества (№).

Из оглашённых в порядке п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ показаний ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (№), данных в ходе дополнительного допроса в качестве обвиняемого с участием защитника следует, что между ним и Свидетель №9 велись переговоры по вопросу возможности заключения между АО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» дополнительного соглашения, а также по вопросу получения банковской гарантии. Кроме того, ФИО1 пояснил, что в ходе встречи в декабре 2022 года около кинотеатра «<данные изъяты>» Свидетель №9 передал ему денежные средства в размере 700000 рублей в качестве благодарности. Из данных денежных средств 350000 рублей, он передал ФИО2, так как на одной из рабочих встреч, на которой присутствовали ФИО1, ФИО2 и Свидетель №9 последний им обозначил, что у ООО «<данные изъяты>» возникли проблемы в реализации контракта и в случаи если ФИО1 и ФИО2 помогут Свидетель №9, тот их отблагодарит. ФИО1 и ФИО2 договорились, что благодарность Свидетель №9 будут делить пополам.

В суде первой инстанции ФИО1 оглашённые показания не подтвердил, утверждая, что они были даны им по рекомендации сотрудника ФСБ.

Не отрицая получения денежных средств от Свидетель №9 и передачи их части ФИО2, ФИО1 в суде вину в предъявленном обвинении о получении денежных средств в виде взятки не признал. Подробно рассказал об обстоятельствах заключения дополнительного соглашения АО «<данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты>», но пояснил, что о сумме в 5200000 рублей он с Свидетель №9 не договаривался, разговоров о такой сумме передаваемых денежных средств не было, эту сумму Свидетель №9 озвучивал, как финансовый результат. Он считает, что все действия, которые он совершал - это его профессиональные обязанности. К приёмке оборудования он не имеет отношения. Написанную им явку с повинной он подтверждает. Лично ФИО2 никакого отношения к заключению дополнительного соглашения не имеет, никаких указаний он ему не давал. На встречах с Свидетель №9 ФИО2 присутствовал как технический консультант, поскольку он, как производственник, должен знать, какое оборудование поставить и чтобы Аверьянов услышал от Свидетель №9, какие у Свидетель №9 перед ОКБМ долги. На встрече ДД.ММ.ГГГГ в конце разговора Свидетель №9 говорил, что отблагодарит, поскольку они были вдвоём, то он понял, что их двоих, однако за что, он не знает. С ФИО2, о том, как будут распределять благодарность, они не обговаривали. Получение им 700000 тысяч рублей происходило следующим образом. Он собирался ехать к жене, Свидетель №9 позвонил ему, предложил встретиться у ТЦ «<данные изъяты>». Он был на своей машине Порше Кайен, он сел к нему в машину, где ему передали свёрток. То, что там деньги, он выяснил, когда приехал к жене. Свидетель №9 при этом ничего не говорил и они с ним о передаче свёртка не договаривались, почему он взял свёрток, он не знает. Дома он открыл свёрток, пересчитал, там оказалось 700000 рублей. Он посчитал, что это деньги, переданные в качестве благодарности для него с Аверьяновым. На следующей неделе половину он передал ФИО2, который принял эту сумму. Следующая передача денег от Свидетель №9 произошла ДД.ММ.ГГГГ. Инициатором этой встречи был Свидетель №9, предлагал сначала подъехать в другое место, но ему было удобнее подъехать к ТЦ «<данные изъяты>», поскольку он находится недалеко от предприятия. Он подъехал, сел к Свидетель №9 в автомобиль, взял деньги из бардачка автомобиля, они находилась в Свидетель №2 пакете. Свидетель №9 сказал: «здесь два», он понял, что «здесь два миллиона». Он посчитал, что это деньги за его мнимое участие в оформлении дополнительного соглашения, а поскольку они присутствовали вдвоём на встрече, то деньги предназначались им двоим ему и Аверьянову. Свидетель №9 не просил заключать дополнительное соглашение, однако 1 ноября, когда они говорили про него (дополнительное соглашение), он в конце сказал, что отблагодарит за помощь. Придя домой, он открыл пакет, посмотрел, что там два миллиона, там было 4 пачки по 5000 рублей. На следующий день, 29 числа, он приехал на работу и передал Аверьянову часть денег в своём кабинет. Затем они вышли из кабинета, и сотрудники ФСБ их задержали.

Судебная коллегия соглашается с критической оценкой суда первой инстанции, данной показаниям ФИО1 в ходе судебного заседания, и также расценивает их как способ защиты осужденного от предъявленного обвинения, поскольку они опровергаются его собственными признательными показаниями, данными в ходе предварительного расследования, и совокупностью иных доказательств, исследованных в судебном заседании.

На всех стадиях уголовного судопроизводства ФИО1 был обеспечен адвокатами, присутствовавшими при производстве различных процессуальных действий, в том числе при его допросах. Никаких заявлений, замечаний, жалоб на действия сотрудников полиции осужденный не высказывал, все протоколы допроса им подписаны и в них не отражены какие-либо его замечания.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель, оперуполномоченный ФСБ РФ, участвующий непосредственно в задержании осужденных и сопровождавший ФИО1 в здание СК РФ показал суду, что на ФИО1 никто никакого воздействия не оказывал, не говорил о необходимости дачи последним определённых показаний.

Таким образом, суд обоснованно положил в основу приговора подробные и последовательные показания осужденного по делу ФИО1, неоднократно допрошенного в ходе предварительного следствия, с участием защитников, с разъяснением ему прав, в том числе права не свидетельствовать против себя самого, с предупреждением о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства в случае последующего отказа от них, признавшего свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч.6 ст.290 УК РФ в полном объеме и сообщившего об обстоятельствах его совершения.

Признательные показания ФИО1, данные им на предварительном следствии, полностью согласуются с показаниями свидетеля Свидетель №9, который также подробно и последовательно давал показания об обстоятельствах передачи взятки ФИО1 и ФИО2

Так, в судебном заседании свидетель Свидетель №9 сообщил, что является учредителем и директором ООО «<данные изъяты>», основной деятельностью которого является продажа промышленного оборудования. ДД.ММ.ГГГГ между АО «<данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты>» был заключен договор по поставке станка «<данные изъяты>», цена станка была 1690000 евро. Срок поставки по договору ДД.ММ.ГГГГ, а шефмонтаж ДД.ММ.ГГГГ. В качестве ответственности были штрафы и пени. В ходе исполнения договора возникла проблема с его исполнением, он понимал, что не успеет поставить его в срок, готов был заплатить пени, однако у него заканчивалась банковская гарантия. По данному договору было заключено дополнительное соглашение о продлении сроков и суммы поставки. Оборудование было поставлено в сроки, указанные в дополнительном соглашении. С ФИО1 он знаком с 2018 года по работе, с ним обсуждал возможность заключения дополнительного соглашения. Первый разговор о взятке между ними тремя (им, ФИО1, ФИО2) произошёл ДД.ММ.ГГГГ в ресторане «Абсолют», он говорил, что отблагодарит их, но суммы конкретной не называл. На встрече он сообщил, на какой стадии находятся по дополнительному соглашению. Из места встречи, контекста разговора, вербальных жестов он понял, что у него просят взятку. Диалог в основном он вёл с ФИО2, от него и исходили жесты. Как он понимал, деньги от него просят за отсутствие проблем по проблемному договору «<данные изъяты>» и заключение дополнительного соглашения. Он понимал, что ФИО2 и ФИО1 являются высокопоставленными лицами <данные изъяты> и, что будет ещё встреча. На тот момент он уже продлил банковскую гарантию. Также им поступил проект дополнительного соглашения от <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ была вторая встреча в ресторане «Абсолют», но перед ней, ДД.ММ.ГГГГ он был в <адрес>, созвонился с ФИО1 и предложил встретиться у ТЦ «<данные изъяты>». Когда ФИО1 подъехал, то он указал ему на бардачок своего автомобиля, откуда ФИО1 взял денежные средства в размере 700000 рублей. На второй встрече также они были втроём. На этом разговоре ФИО2 в руках держал стикер, на котором было написано <данные изъяты> и спросил «а с этим что», после чего Свидетель №9 назвал сумму 5200000 рублей, на что ФИО2 ответил «угу», а ФИО1 кивнул, после чего они разговаривали на рабочие моменты. Все понимали, что это взятка по станку «<данные изъяты>», но конкретно за что ими не обговаривалось. ДД.ММ.ГГГГ документы по станку «<данные изъяты>» были подписаны. ДД.ММ.ГГГГ он вновь находился в <адрес> и созвонился с ФИО1, договорились с ним встретиться у ТЦ <данные изъяты>, он показал ФИО1 на бардачок и сказал, что там «два», после того как ФИО1 взял свёрток с денежными средствами и они разошлись. Все денежные средства им передавались для ФИО1 и ФИО2 за содействие по контракту, заключение дополнительного соглашения и дальнейшее решение вопросов по контракту, т.к. он понимал, что один из них является заместителем генерального директора, а другой начальником производства.

Из оглашённых в порядке ч. 3 статьи 281 УПК РФ показаний Свидетель №9 от ДД.ММ.ГГГГ (т№), от ДД.ММ.ГГГГ (№), от ДД.ММ.ГГГГ №), от ДД.ММ.ГГГГ (т№), данных в ходе предварительного следствия следует, что в 2011 году он учредил ООО «<данные изъяты>» (далее - Общество). Ему принадлежит доля в уставном капитале Общества в размере 100 %. Он является директором Общества. Основным видом деятельности Общества является — поставка промышленного оборудования. С 2018 года между Обществом и АО «<данные изъяты>" (далее - «<данные изъяты>») были заключены первые контракты на поставку промышленного оборудования. Всего в период с 2018 по 2021 год между Обществом и «<данные изъяты>» заключено около 20 контрактов на общую сумму около 500 000 000 рублей. Данные контракты были заключены и выполнены на общих условиях. В настоящее время между Обществом и «<данные изъяты>» действует несколько контрактов, ранее был заключён договор № от ДД.ММ.ГГГГ на поставку промышленного станка, на общую сумму около 1600000 евро или на 140000000 рублей. Данный контракт стал несколько проблемным, так как из-за ведения антироссийский санкций возникли проблемы с ввозом станка. Неоднократно менялись и иностранные поставщики, и логистика поставки, в связи с чем, он не смог поставить необходимое оборудование вовремя, примерный срок поставки, а именно ДД.ММ.ГГГГ. В ходе взаимодействия с сотрудниками «<данные изъяты>» он познакомился с ФИО2, который занимает должность начальника производства, и ФИО1, занимающим должность заместителя директора «<данные изъяты>». Первоначально его общение с ФИО1 и ФИО2 происходило строго в рамках нормальных отношений заказчика и поставщика – они встречались в переговорной «<данные изъяты>», обсуждали текущие вопросы и проблемы поставки по договору № от ДД.ММ.ГГГГ. При дистанционном общении с ФИО1 и ФИО2 он использовал простую телефонную связь. У него имелись их единственные мобильные номера, которые записаны в телефонной книге его мобильного телефона их именами. Однако, в связи с санкционными ограничениями он не мог поставить станок «<данные изъяты>» в указанные в договоре сроки, он был готов к небольшой просрочке поставки станка и наложения штрафных санкций, однако в конце октября заканчивался срок действия банковской гарантии, и он понимал, что до октября он не успеет поставить станок и банковская гарантия вскроется, что повлечёт за собой возврат обеспечения в виде аванса в размере около 40000000 рублей, в этой связи в конце августа 2022 года обратился к ФИО1 с вопросом о возможности подписать дополнительное соглашение к данному договору, которым были бы увеличены сроки поставки, а также сумма контракта. Изначально данный вопрос он обсуждал исключительно с ФИО1 О том, что ФИО2 в курсе всего данного переговорного процесса, он понял позже - ДД.ММ.ГГГГ, при встрече в ресторане «<данные изъяты>». Так, с конца августа 2022 года ФИО1 стал ему оказывать содействие в исполнении контракта, а именно информировал о ходе подписания, сроках подписания и возможности подписания дополнительного соглашения для поставки станка на предприятие. Кроме того, ФИО1 содействовал в подготовке заводом гарантийного письма для ООО «<данные изъяты>» для продления банковской гарантии. В ходе общения с ФИО1 ему стало понятно, что в силу занимаемой высокой должности тот может повлиять на решение ОКБМ не раскрывать банковскую гарантию и, соответственно, на заключение с ООО «<данные изъяты>» дополнительного соглашения о продлении сроков поставки станка «<данные изъяты>».Так в ходе одного из их разговоров, в конце октября 2022 года они созвонились с ФИО1 и договорились вместе пообедать в ресторане «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>, куда также ФИО1 пригласил ФИО2 Встреча произошла ДД.ММ.ГГГГ в обеденное время в один из рабочих дней. На встрече присутствовал он, ФИО1 и ФИО2 Между ними состоялся разговор. Сначала он общался с ФИО2, они обсуждали проблемы поставки оборудования по договору № от ДД.ММ.ГГГГ. В ходе данного разговора ФИО1 и ФИО2 ему дали понять, что для положительного решения вопроса о заключении дополнительного соглашения он должен будет передать им наличные денежные средства. Он понял, что у него они просят взятку. Размер взятки не озвучивался, из общего смысла разговора было понятно, что с ее общим размером определятся позже, в ходе разговора он согласился с их условиями и сказал, что отблагодарит их (впоследствии - в конце декабря он передал первую часть взятки - 700000 рублей). Он понимал, что ФИО1 и ФИО2 являются руководящими должностными лицами «<данные изъяты>» от чьих решений и действий зависит судьба договора № от ДД.ММ.ГГГГ. Он понимал, что из-за санкционных ограничений не укладывается в сроки поставки оборудования, они теоретически могли расторгнуть контракт, приметь штрафные санкции и вообще прекратить какие-либо договорные отношения с его фирмой. Далее после этой встречи они находились в плотном контакте с ФИО1 по телефону, также он несколько раз приезжал на <данные изъяты> в комнату переговоров для обсуждения вопросов по ходу исполнения данного договора. В частности он докладывал, где находится станок, как они планируют его завозить на территорию России, какие сроки поставки этого станка. Также до подписания дополнительного соглашения ФИО1 давал ему рекомендации о необходимости направления в адрес АО «<данные изъяты>» письма о причинах изменения сроков поставки и цены контракта. В дальнейшем данное письмо было им подготовлено и направлено в адрес АО «<данные изъяты>», ФИО1 просмотрев текст письма, сказал, что его текст их устраивает. ДД.ММ.ГГГГ было подписано то самое дополнительное соглашение, в заключении которого содействие оказывал ФИО1, согласно которому была увеличена цена договора и срок поставки в виде продления льготного период не выставления штрафных санкций. В итоге станок был поставлен ДД.ММ.ГГГГ, до ДД.ММ.ГГГГ на завод была отгружена дополнительная комплектация к станку. То есть условия дополнительного соглашения, они выполнили в полном объёме. Далее, ДД.ММ.ГГГГ он телефонным звонком предложил ФИО1 встретиться около кинотеатра «<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес>, ФИО1 ответил согласием. В этот же день примерно в обеденное время он подъехал на автомобиле «<данные изъяты>» г/н №, припарковался на парковку к кинотеатру «<данные изъяты>» и позвонил ФИО1, сообщив его местоположение. ФИО1 подошёл, сел в его автомобиль, они поздоровались. Он указал ФИО1 на бардачок, расположенный напротив переднего пассажирского кресла, сказал «здесь 700». ФИО1 сам открыл бардачок, взял денежные средства в сумме 700000 рублей, банкнотами номиналом 5000 рублей, упакованными в какой-то свёрток, убрал их в свой портфель. Они попрощались. Так, он передал ФИО1 первую часть от общей суммы взятки. Он осознавал, что несмотря на то, что заключение того дополнительного соглашения соответствует нормам действующего законодательства, ФИО1 мог начать вставлять «палки в колеса». На тот момент они ещё не определились с окончательной суммой взятки. Сумма в размере 700000 была как бы гарантией того, что он согласен на его условия. Потом, впоследствии в ресторане «<данные изъяты>» в январе 2023 года они окончательно определись с размером суммы взятки. А именно, что он должен передать взятку в общей сумме 5200000 рублей. Далее после этой встречи с ФИО1 они снова с ним находились в плотном контакте по телефону, также он опять неоднократно приезжал на <данные изъяты> в комнату переговоров для обсуждения текущих рабочих вопросов. Далее, в ходе одной из бесед они договорились с ФИО1 опять встретиться в ресторане «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес> Данная встреча произошла ДД.ММ.ГГГГ примерно в обеденное время. На эту встречу ФИО1 и ФИО2 опять пришли вместе. Сначала они обсуждали текущие рабочие вопросы, потом они завели разговор о том, что нужно определиться с размером взятки, которую он должен им передать за содействие в решении вопроса о заключении дополнительного соглашения на поставку станка «<данные изъяты>». То есть нужно было определиться, какая будет общая сумма, часть которой в размере 700000 рублей он ранее передал ФИО1 Так, в ходе данной встречи они определились, что общая сумма будет 5200000 рублей. Данную сумму озвучил он, так как при назначении данной встречи прекрасно понимал, о чем пойдёт речь, поэтому пытался опередить их и ограничиться предложенной им суммой. Он боялся, что они назовут очень большую сумму, которую он не смог бы собрать для передачи им. Они в итоге согласились на оглашённую им сумму. Как он уже показал ранее, поставка станка и комплектующих к нему была осуществлена ими в сроки, оговорённые в дополнительном соглашении. Ими была произведена его пуско-наладка. Завод, в свою очередь, произвёл расчёт с их организацией. Однако при введении в январе 2023 года станка в эксплуатацию они обнаружили, что при комплектации поставщик положил к станку детали – «кулачки» не в полном объёме, о нехватке комплектующих ему также сообщил ФИО1, и от <данные изъяты>» было письмо о доукомплектовании оборудования. Они стали узнавать, через сколько смогут привезти данные кулачки, однако они не укладывались в сроки пуско-наладки. В связи с чем в ходе разговора с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ они с ним определились, что не успеют поставить кулачки до окончания срока пуско-наладки и ФИО1, сказал, что он даст указание ФИО2 изготовить недостающие кулачки, а они в последующем их до поставят. После чего до ДД.ММ.ГГГГ станок был введён в эксплуатацию, при эксплуатации были использованы кулачки, которые предоставил сам завод. Далее они предприняли экстренные меры для того, чтобы доставить недостающие «кулачки». В последующем ФИО1 информировал его, когда будет произведена оплата, и данный вопрос находится у него на контроле. В конце февраля 2023 года была произведена оплата. В начале марта 2023 года допоставили эти позиции и закрыли этот вопрос. Далее, ДД.ММ.ГГГГ примерно в 12 часов он позвонил ФИО1 и сообщил, что он находится в городе и им необходимо встретиться. ФИО1 предложил сейчас же встретиться у кинотеатра «Москва». Примерно через 15 минут, он находился на парковке кинотеатра «<данные изъяты> напротив центрального входа и позвонил ФИО1 ФИО1 сел в его автомобиль, он указал на бардачок, расположенный напротив переднего пассажирского кресла, показав указательным и средним пальцами правой руки цифру «два». ФИО1 сам открыл бардачок, взял денежные средства в сумме 2000000 рублей, упакованные в пакет белого цвета с какой-то чёрной надписью, все купюры были номиналом 5000 рублей и в банковской упаковке. ФИО1 ничего не сказал, и прямо с пакетом вышел из машины. Таким образом, он передал ему ещё одну часть от общей суммы взятки. Как выше он говорил в ходе допроса, он передал эту сумму ФИО1, так он ему дал понять, что в силу занимаемой высокой должности он может повлиять на решение <данные изъяты> не раскрывать банковскую гарантию и, соответственно, на заключение дополнительного соглашения о продлении сроков поставки станка «<данные изъяты>». Он осознавал, что несмотря на то, что заключение того дополнительного соглашения соответствует нормам действующего законодательства, но ФИО1 мог начать вставлять «палки в колеса». 700000 рублей, которые он передал ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ и 2000000 рублей, которые он передал ему ДД.ММ.ГГГГ - это части взятки в размере 5200000 рублей, о которой они договорились. Может сказать, что со стороны ФИО1 было оказано содействие в виде оказания содействия при заключении дополнительного соглашения на продление сроков поставки станка «<данные изъяты>», оказания содействия получения гарантийного письма для получения банковской гарантии и не применения в отношении его организации штрафных санкций. Данные обстоятельства они с ФИО1 обсуждали в ходе их телефонных разговоров.

Оглашённые показания свидетель подтвердил, сообщил, что давал такие показания. На дополнительные вопросы пояснил, что в протоколе допроса и протоколе очной ставки от ДД.ММ.ГГГГ он сообщил, что сумму взятки озвучил ФИО2 и то, что это проходило летом 2022 года, однако на самом деле сумму озвучил он, а дело было не летом, а зимой, об этом он сообщил в последующих его допросах. Противоречия вызваны тем, что при даче показаний он находился в стрессовой ситуации, и так помнил, в последующем, когда ему предоставили результаты ОРД, вспомнил, как было точнее. По прослушанной в ходе судебного заседания аудиозаписи от ДД.ММ.ГГГГ в кафе «<данные изъяты>» свидетель пояснил, что сумма взятки была озвучена им здесь, также он озвучивал и о других своих контрактах. Говоря о сумме взятки, он имел ввиду только станок «<данные изъяты>», т.е. без всех остальных позиций. Рентабельность по другим договорам сообщалась им для того, чтобы показать, что он немного зарабатывает, с целью обоснования суммы взятки. Он первый назвал сумму, чтобы ему не назвали её больше.

Оценивая данные показания, суд обоснованно пришел к выводу, что Свидетель №9 в ходе предварительного расследования неоднократно, последовательно излагал обстоятельства совершенного ФИО1 и ФИО2 преступления. Показания получены с соблюдением требований УПК РФ и судом они правильно положены в основу приговора.

Вопреки доводам защиты, показания свидетеля Свидетель №9, изобличающие осужденных в совершенном преступлении и положенные в основу приговора, последовательны, детальны, не содержат существенных противоречий относительно обстоятельств совершения преступления, которые бы ставили под сомнение достоверность его показаний в целом, и которые бы касались обстоятельств, существенно влияющих на доказанность вины подсудимых и квалификацию их действий, данные показания подтверждены свидетелем в судебном заседании, согласуются с показаниями других свидетелей по делу, аудиозаписью разговора, и иными доказательствами.

Существенных противоречий, оснований для оговора осужденных, и причин его личной заинтересованности в исходе дела, не установлено, вследствие чего оснований относиться к показаниям свидетеля Свидетель №9 критически, а также для признания этих показаний недопустимыми или недостоверными доказательствами не имеется.

Доводы стороны защиты о том, что свидетель Свидетель №9 является взяткодателем и дал показания, оговорив осужденных, с целью избежать привлечения к уголовной ответственности, являются несостоятельными, поскольку указывая в своих показаниях на ФИО1 и ФИО2 как на взяткополучателей, Свидетель №9 давал признательные показания и о своих противоправных действиях, которые предопределяли его индивидуальную ответственность за содеянное, не зависящую от привлечения к уголовной ответственности ФИО1 и ФИО2

Кроме того, вина осужденных ФИО1, и ФИО2 в совершении инкриминируемого им преступления, подтверждается показаниями свидетелей, данными как в ходе судебного разбирательства, так и предварительного следствия в части известных им сведений, относящихся к фактическим обстоятельствам инкриминируемого ФИО1 и ФИО2 преступлению (каждый в свой отрезок времени, который свидетели описали в своих показаниях).

Так, из оглашённых в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №1 от ДД.ММ.ГГГГ (№), данных в ходе предварительного следствия и подтвержденных им в судебном заседании, следует, что в 2019–2020 годах инвестиционным комитетом <данные изъяты>» было принято решение о приобретение станка «<данные изъяты>», с целью изготовления осевого инструмента и метчиков, приобретение данного станка было разумно с финансовой стороны, так как самим было дешевле изготовить изделие, чем приобрести у сторонних организацией. Конкурс на поставку станка «<данные изъяты>» выиграло ООО «<данные изъяты>», подписантом договора от имени <данные изъяты>» был он, кто являлся подписантом договора от ООО «<данные изъяты> он не знает. Может сказать, что с поставщиками он не встречался и никогда не разговаривал на тему исполнения данного договора и по другим каким – либо вопросам, так как с заказчиками обычно общается держатели договора в лице ФИО1 и его подчинённых сотрудников, а по техническим вопросам представитель производственного блока. В последующем ему стало известно, что ООО «<данные изъяты>» не укладывается в сроки указанные в договоре на поставку станка, насколько он помнит, ему об этом стало известно на комитете по особым условиям закупки. Инициатором организации заседания комитета по особым условиям закупок является держатель договора в лице ФИО1, так как они являются держателями договора и отвечают за его исполнение и поставку. По результатам заседания комитета по особым условиям закупок было принято решение об увеличении суммы договора и увеличения льготного периода. Инициатором изменения условий договора на заседании комитета по особым условиям закупки является держатель договора, в данном случаи им являлся ФИО1, так как он являлся членом комитета и аргументы, выдвинутые им были убедительные на изменение условий договора, в связи с чем члены комитета согласовали данные изменения в договоре. После чего между <данные изъяты>» был заключено дополнительное соглашение, согласно которому была увеличена сумма договора и был увеличен льготный период по договору. В последующем ООО «<данные изъяты>» поставило в <данные изъяты>» данный станок, нюансы поставки оборудования, а также дальнейшей его приёмки ему неизвестны.

Аналогичные показания об обстоятельствах созыва и проведения Комитета по особым условиям в октябре и ноябре 2022 года и заключении дополнительного соглашения о продлении сроков поставки станка «Anca» дали свидетели Свидетель №13, Свидетель №6, Свидетель №4, Свидетель №10

Допрошенный в ходе судебного заседания свидетель Свидетель №2 показал, что в <данные изъяты> работает с 2018 года начальником отделения изготовления инструмента и оснастки. В его обязанности входит планирование, загрузка и организация работы отделения. ФИО2 является начальником департамента и являлся его руководителем. Ему от ФИО47 стало известно, что комплектность станка «<данные изъяты>» не совпадала с договором, а именно был некомплект кулачков. Об этом он доложил ФИО48. Отсутствие кулачков влияет на возможность сделать метчики. Его пригласили на совещание к ФИО2, где последним ему была дана команда срочно сделать кулачки самим, чтобы отработать программу метчиков и убедится, что станок работает. После того, как ФИО2 поручил ему это сделать, он поручил это своим сотрудникам. После их изготовления кулачки он передал ФИО49. Впоследствии кулачки были допоставлены, об этом ему также сообщил ФИО4. Отсутствие кулачков обнаружили после открытия коробки. Он был на 1 или 2 совещаниях у ФИО2, там же присутствовали ФИО50 и ФИО51. ФИО52 занимался документацией на кулачки, т.к. без чертежа их изготовить невозможно. Без технологов изготовление кулачков невозможно. На совещании у ФИО2 мнения присутствующих не спрашивали.

Показания данного свидетеля полностью согласуются с последовательными и непротиворечивыми показаниями свидетелей Свидетель №7, свидетель, ФИО53 свидетель, которые также подтвердили, что комплектность станка «<данные изъяты>» не совпадала с договором, был некомплект кулачков, а поручение изготовить кулачки дал ФИО2 В связи с чем доводы стороны защиты о том, что решение об изготовлении недостающих кулачков ФИО2 не принимал, являются несостоятельными.

Объективно проанализированы и положены в основу приговора также показания следующих свидетелей стороны обвинения:

- свидетеля Свидетель №14, являющейся начальником бюро судебной практики юридического отдела <данные изъяты>» и подтвердившей, что ФИО1 к ней обращался по порядку продления банковских гарантий ООО «<данные изъяты>»;

- свидетеля Свидетель №8, являющегося начальником отдела снабжения материально-технического обеспечении, сообщившему, в частности, что по единому отраслевому стандарту закупок <данные изъяты>, в случае, если поставщик не выполняет обязательства по сроку поставки, подразделение 25 пишет заявку на претензионную работу в юридических отдел и направляет письмо поставщику с требованиями выполнить договорные обязательства, с указанием сроков выполнения обязательств и причинах не выполнения обязательств в установленные сроки. Письмо в юридический отдел не было направлено, так как решался вопрос о дальнейшей судьбе договора и прорабатывался вопрос о заключении дополнительного соглашения на продление сроков либо отказа поставки станка «<данные изъяты>». Вопрос о дальнейшей судьбе договора прорабатывался ФИО1, так как, насколько ему известно, ФИО1 напрямую общался с представителем ООО «<данные изъяты>», а также давал напрямую поручения его подчинённой Свидетель №5, которая являлась ведущей данного договора, подготавливать различные договорные документы для обоснования увеличения сроков и цены договоры. Может сказать, что ФИО1 общался с Свидетель №5 напрямую, хоть она и являлась его подчинённым сотрудником;

- свидетеля Свидетель №5, являющейся ведущим специалистом отдела снабжения в <данные изъяты>, подтвердившей, что ФИО1 обращался к ней по рабочим вопросам контроля поставки станка <данные изъяты>;

- свидетеля Свидетель №3, работает в отделе материально - технического обеспечения <данные изъяты>, также подтвердившей, что вопрос исполнения договора поставки станка «<данные изъяты>» находился на контроле ФИО1

Содержание вышеуказанных показаний потерпевшей и свидетелей в приговоре раскрыто полно и судом не искажено.

Оснований не доверять показаниям свидетелей стороны обвинения не имеется, оснований для оговора ими осужденных или иной их заинтересованности в исходе уголовного дела не установлено.

Суд обоснованно признал показания вышеуказанных лиц достоверными, поскольку они согласуются между собой и другими доказательствами по делу.

Помимо этого, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО1 и ФИО2 в инкриминируемом преступлении, всесторонне и полно проведя анализ письменных материалов дела, таких как: постановление о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, в суд от ДД.ММ.ГГГГ (№); постановление на проведение оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» от ДД.ММ.ГГГГ (№); акт обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.48-56); протокол осмотра предметов ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрены денежные средства в размере 472000 рублей (все купюры номиналом 5000 рублей), изъятые ДД.ММ.ГГГГ в кабинете № АО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес> ходе проведения ОРМ обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств (№); протокол осмотра предметов ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, (т№); протокол осмотра предметов ДД.ММ.ГГГГ с прилагаемой к нему фототаблицей, (№); вещественное доказательство: компакт диск, предоставленный УФСБ России по <адрес> с записями с камер видеонаблюдения установленных в ПАО «<данные изъяты>» (№); протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ с прилагаемой к нему фототаблицей, из которого следует, что осмотрен оптический диск №, полученный из УФСБ России по <адрес>, на котором имеется аудиозаписи переговоров Свидетель №9, ФИО1 и ФИО2 в помещении кафе «<данные изъяты>», а также переговоров ФИО1 и Свидетель №9 в служебном кабинете ФИО1 и видеозапись встречи ФИО1 и Свидетель №9 ДД.ММ.ГГГГ около кинотеатра «<данные изъяты>» по адресу: <адрес> (№); вещественное доказательство: оптический диск №, на котором имеется аудиозаписи переговоров Свидетель №9, ФИО1 и ФИО2 в помещении кафе «<данные изъяты>» (№); постановление о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, в суд от ДД.ММ.ГГГГ (№); постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей от ДД.ММ.ГГГГ (№); постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей от ДД.ММ.ГГГГ (т№ протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ с прилагаемой к нему фототаблицей, из которого следует, что осмотрен оптический диск №, полученный из УФСБ России по <адрес>, на котором имеется видеозапись встречи ФИО1 и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в служебном кабинете ФИО1, в ходе которой зафиксирована передача ФИО1 ФИО2 1000000 рублей полученных ранее от Свидетель №9 (№); вещественное доказательство: оптический диск №, полученный из УФСБ России по <адрес>, на котором имеется видеозапись встречи ФИО1 и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в служебном кабинете ФИО1, в ходе которой зафиксирована передача ФИО1 ФИО2 1000000 рублей полученных ранее от Свидетель №9 №); протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ с прилагаемой к нему фототаблицей, из которого следует, что осмотрен оптический диск №, полученный из УФСБ России по <адрес>, на котором имеется аудиозаписи телефонных переговоров Свидетель №9, ФИО1 и ФИО2 (№); вещественное доказательство: оптический диск № на котором имеется аудиозаписи телефонных переговоров Свидетель №9, ФИО1 и ФИО2 (№); постановление о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, в суд от ДД.ММ.ГГГГ (№); постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей от ДД.ММ.ГГГГ (№);протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ с прилагаемой к нему фототаблицей, из которого следует, что осмотрен оптический диск №, полученный из УФСБ России по <адрес>, на котором имеется аудиозаписи телефонных переговоров Свидетель №9 и ФИО1 (№); вещественное доказательство: оптический диск №, полученный из УФСБ России по <адрес>, на котором имеется аудиозаписи телефонных переговоров Свидетель №9 и ФИО1 (№); протокол обыска от ДД.ММ.ГГГГ в жилище ФИО1 по адресу: <адрес>, д.Шумилово, коттеджный посёлок «Чешская деревня» <адрес>. (№); протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ с прилагаемой к нему фототаблицей, (№); постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей от ДД.ММ.ГГГГ №); приказ заместителя генерального директора – исполнительного директора <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ №-ЛС о назначен ФИО1 на должность заместителя генерального директора по маркетингу, закупкам и логистике АО «<данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ (т№); приказ генерального директора – генерального конструктора <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ №-ЛС о назначении ФИО2 на должность начальника объединённого производства подразделения 11 АО «<данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ (№); паспорт должности заместителя генерального директора по маркетингу, закупкам и логистике АО <данные изъяты>» (№); должностная инструкция начальника департамента объединённого производства <данные изъяты>» (т.<адрес> л.д.53-62); устав <данные изъяты>» (№); ответ из АО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому кулачки в количестве двух штук были изготовлены в январе-феврале 2023 года силами <данные изъяты>» по поручению ФИО2 (№ договор № от ДД.ММ.ГГГГ с приложениями и перепиской по договору (№); явка с повинной ФИО1 согласно которой, он добровольно сообщает о факте получения им от Свидетель №9 денежных средств в общей сумме 2700000 рублей №).

Вопреки доводам стороны защиты, содержание вышеуказанных письменных доказательств в приговоре судом не искажено.

Протоколы осмотров предметов и документов составлены с соблюдением требований УПК РФ, содержат в себе все необходимые реквизиты и подписи, а также содержат в себе изложение существа осмотренных предметов и документов, достаточное для уяснения их содержания.

Содержание оптических дисков, признанных вещественными доказательствами по уголовному делу, осмотрено в ходе предварительного следствия надлежащим образом, также надлежащим образом осмотрены денежные средства, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в кабинете №б <данные изъяты>». Оптические диски с содержащейся на них информацией признаны вещественными доказательствами по уголовному делу в установленном законом порядке.

Эти доказательства, принятые судом за основу своих выводов, существенных противоречий, влияющих на составообразующие обстоятельства дела, не имеют, являются последовательными, логичными, соотносящимися между собой и дополняющими друг друга.

Выводы суда первой инстанции о достоверности и допустимости данных доказательств суд апелляционной инстанции полностью разделяет.

Суд апелляционной инстанции, вопреки позиции стороны защиты осужденных ФИО1 и ФИО2, не находит оснований для признания какого-либо доказательства, положенного судом первой инстанции в основу обжалуемого приговора, недопустимым.

Реализованные оперативно-розыскные мероприятия соответствовали целям и задачам оперативно-розыскной деятельности, перечисленным в ст.2 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности" от 12 августа 1995 года N144-ФЗ, проведены при наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных ст.ст.7 и 8 указанного федерального закона.

Оперативно-розыскные мероприятия рассекречены и предоставлены органу следствия на основании соответствующих постановлений, утвержденных надлежащим должностным лицом. Составленные в ходе оперативно-розыскных мероприятий документы соответствуют предъявляемым к ним требованиям и содержат в себе достаточные данные о запрещенной уголовным законом деятельности осужденных.

Доводы адвокатов Караваева И.О. и Мошковой С.А., заявленные в суде апелляционной инстанции о признании недопустимым доказательством протокола осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ (т№) в части осмотра содержимого диска и прослушивания аудиозаписи от «17.01.23» и стенограммы данной аудиозаписи, судебная коллегия находит необоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Проведение осмотра предметов и документов без участия понятых соответствует положениям п.1.1 ч.1 ст.170 УПК РФ, поскольку ход и результаты следственного действия фиксировались с помощью технических средств. Протокол подписан лицом его составлявшим - следователем ФИО Таким образом, протокол осмотра предметов и документов от 10 апреля 2023 года составлен в соответствии со ст.166,176,177,180 УПК РФ.

Оценка объективности сведений, зафиксированных в протоколе, судом проверена в совокупности с другими доказательствами по делу и сомнений не вызывает. Так, в частности, в ходе дополнительного допроса обвиняемого ФИО1, в присутствии адвокатов Прудовской Н.В. и Караваева И.О., сам ФИО1 подтвердил подлинность данной записи, узнав на ней свой голос и голоса ФИО2 и Свидетель №9 (№).

Тот факт, что по аудиозаписи разговора ФИО1, ФИО2 и Свидетель №9 от ДД.ММ.ГГГГ не назначалась и не проводилась экспертиза, не может расцениваться как основание для исключения указанной аудиозаписи из числа доказательств по уголовному делу, учитывая, что в ходе осмотра (прослушивания) указанной аудиозаписи и осужденный ФИО1, и свидетель Свидетель №9 подтвердили, что на ней фигурирует их разговор в кафе «<данные изъяты>».

С учетом изложенного, судебная коллегия не находит обоснованных причин для признания недопустимым положенного в основу приговора доказательства- протокола осмотра предметов и документов от 10 апреля 2023 года.

Как пояснила в суде апелляционной инстанции адвокат Мошкова С.А., поскольку экспертиза в отношении аудиозаписи «17.01.23» по делу не проводилась, защита предоставила копии данной аудиозаписи специалисту ФИО для их исследования. По результатам исследования специалистом ФИО дано заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ

Приобщенное в суде апелляционной инстанции стороной защиты осужденного ФИО1 заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ содержит выводы о том, что дословное содержание разговоров, зафиксированных на представленных на исследование носителях установлено и представлено в исследовательской части настоящего Заключения на стр.№ На фонограммах, содержащихся на представленных носителях, зафиксированы одни и те же события, один и тот же разговор между тремя дикторами-мужчинами- М1,М2,М3. На фонограмме с флеш-накопителя «Smartbuy» зафиксирован фрагмент этого же разговора между трем дикторами-мужчинами – М1,М2,М3. Длительность фрагмента разговора составляет 8 минут 15 секунд.

При этом судебная коллегия отмечает, что данное заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ не основано на материалах уголовного дела, поскольку материалы уголовного дела специалисту не предоставлялись, проведенное исследование фактически подтверждает, что на представленных носителях зафиксированы одни и те же события, один и тот же разговор между тремя дикторами-мужчинами, и вопреки доводам стороны защиты, существенных противоречий в содержании разговоров, изложенных в исследовательской части заключения, и стенограммы данной аудиозаписи, имеющейся в материалах уголовного дела, не имеется.

Таким образом, доводы стороны защиты осужденного ФИО1, поддержанные стороной защиты осужденного ФИО2, о допущенных нарушениях при проведении осмотров предметов и документов и искажении имеющейся на аудиозаписи информации, являются несостоятельными, поскольку объективно нарушений при осмотрах предметов и документов органом следствия допущено не было, а мнение адвокатов об обратном является их субъективным мнением, обусловленном избранной защитной позицией по уголовному делу.

Не вызывает сомнений и тот факт, что ФИО1 и ФИО2 являются субъектами должностного преступления - получения взятки, поскольку их служебный статус и должностные полномочия установлены исследованными судом доказательствами.

Как верно установлено судом первой инстанции, о должностном положении осужденного ФИО1, являвшимся заместителем генерального директора по маркетингу, закупкам и логистике <данные изъяты>», свидетельствует занимаемая им должность в указанном обществе, на основании приказа заместителя генерального директора – исполнительного директора <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, а также паспорт должности, согласно которым ФИО1 был наделён административно-хозяйственными и организационно-распорядительными функциями в <данные изъяты>», то есть являлся должностным лицом.

Также о должностном положении осужденного ФИО2, являвшимся начальником департамента объединённого производства, свидетельствует занимаемая им должность в указанном обществе, на основании приказов генерального директора – генерального конструктора <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ №-П «Об изменении штатного расписания подразделения 11», а также должностная инструкция, согласно которым ФИО2 был наделён административно-хозяйственными и организационно-распорядительными функциями в <данные изъяты>», то есть являлся должностным лицом.

Кроме того, о должностном положении осужденных свидетельствует то обстоятельство, что <данные изъяты>» является хозяйственным обществом, контрольный пакет акций которого по состоянию на 2021-2023 годы принадлежал АО «<данные изъяты>», данное общество и акционеры входят в группу лиц Государственной корпорации по атомной энергии «<данные изъяты>», владеющей прямо или косвенно более 95 % долей в их уставных капиталах. При этом <данные изъяты>» является хозяйственным обществом, в высшем органе управления которого Российская Федерация имеет право косвенно (через подконтрольных лиц) распоряжаться более чем пятьюдесятью процентами голосов, что подтверждается представленными генеральным директором <данные изъяты>» сведениями, подтверждёнными им в ходе допроса в суде, а также документами, представленными <данные изъяты>» в ходе судебного разбирательства.

Как следует из паспорта должности заместителя генерального директора по маркетингу, закупкам и логистике <данные изъяты>», ФИО1 обладал полномочиями по организации подготовки решений о целесообразности инициирования сделки (участия в конкурентной процедуре в качестве участника); даче обязательных для исполнения распоряжений и выдаче поручений подчинённым подразделениями; подписанию от имени организации договорной и финансовой документации, необходимой для исполнения договоров, и других документов.

Из должностной инструкции начальника департамента объединённого производства следует, что ФИО2 был наделён полномочиями по обеспечению согласования и увязки технических и финансовых вопросов с заказчиками, предприятиями-соисполнителями работ, представителями заказчика, в том числе с другими подразделениями организации; исполнению обязанностей заместителя генерального директора по производству и комплектным поставкам в его отсутствие.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п.п.2-3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 июля 2013 года N 24 "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях", при рассмотрении дел о преступлениях, предусмотренных ст.290 УК РФ, необходимо иметь в виду, что в этой статье установлена ответственность за совершение должностным лицом входящих в его служебные полномочия действий (бездействия) в пользу взяткодателя или представляемых им лиц.

Под входящими в служебные полномочия действиями (бездействием) должностного лица следует понимать такие действия (бездействие), которые оно имеет право и (или) обязано совершить в пределах его служебной компетенции (например, сокращение установленных законом сроков рассмотрения обращения взяткодателя, ускорение принятия должностным лицом соответствующего решения, выбор должностным лицом в пределах своей компетенции или установленного законом усмотрения наиболее благоприятного для взяткодателя или представляемых им лиц решения).

Судом первой инстанции проверялись доводы осужденных ФИО1, ФИО2 и их защитников о том, что осужденные не являлись субъектами инкриминируемого им преступления, однако исследованными в судебном заседании доказательствами установлено иное, а именно, что ФИО1 и ФИО2, являясь должностными лицами, действовали в интересах взяткодателя Свидетель №9 и представляемого им <данные изъяты>», обеспечивая беспрепятственную приёмку с последующей оплатой поставленной продукции <данные изъяты>», и не применение штрафных санкций или расторжения договора за не своевременное его исполнение <данные изъяты>», в связи с чем суд первой инстанции правильно квалифицировал действия осужденных, как получение должностным лицом лично взятки в виде денег за совершение действий в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица, и оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям, а равно за общее покровительство и попустительство по службе, совершенное группой лиц по предварительному сговору в особо крупном размере.

О наличии общего покровительства и попустительства по службе ФИО1 и ФИО2 также свидетельствуют обстоятельства того, что на протяжении длительного времени Свидетель №9 обращался к ним с различными проблемами, возникавшими у него при осуществлении бизнеса.

Доводы осужденных о том, что они совершили мошеннические действия, поскольку их действия были направлены на введение Свидетель №9 в заблуждение относительно своих возможностей в решении вопросов по станку ANCA, судебная коллегия находит необоснованными.

Так, согласно абз.2 п.24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09 июля 2013 года N 24 "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях", если должностное лицо путем обмана или злоупотребления доверием получило ценности за совершение в интересах дающего или иных лиц действий (бездействие) либо за способствование таким действиям, которые оно не может осуществить ввиду отсутствия соответствующих служебных полномочий или должностного положения, содеянное следует квалифицировать как мошенничество, совершенное лицом с использованием своего служебного положения.

Между тем, как было указано выше, осужденные ФИО1 и ФИО2 получили от Свидетель №9 деньги за действия, которые входили в их служебные полномочия, в связи с чем не имеется предусмотренных законом оснований для квалификации содеянного ими как мошенничества.

Вопреки доводам стороны защиты, получение ФИО1 и ФИО2 денежных средств от Свидетель №9 после совершения ряда действий, направленных на заключение дополнительного соглашения и обеспечения беспрепятственной приемки станка ANCA, не свидетельствуют об отсутствии в действиях осуждённых состава преступления, предусмотренного ч.6 ст.290 УК РФ, поскольку в силу разъяснений, содержащихся в п.8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09 июля 2013 года N24 "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях", ответственность за получение взятки наступает независимо от времени получения должностным лицом взятки - до или после совершения им действий (бездействия) по службе в пользу взяткодателя или представляемых им лиц, а также независимо от того, были ли указанные действия (бездействие) заранее обусловлены взяткой или договоренностью с должностным лицом о передаче за их совершение взятки.

То обстоятельство, что переданные от Свидетель №9 деньги ФИО1 и ФИО2.М. расценивали как благодарность, на правильность квалификации содеянного ими как получение взятки не влияет.

Таким образом, правовая оценка содеянного ФИО1 и ФИО2, данная судом первой инстанции, соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом и сомнений не вызывает, а доводы осужденных и их защитников о недоказанности вины, о переквалификации действий на ст.159 УК РФ, по сути сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст.17 УПК РФ. То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение принятое судом решение.

Размер взятки как особо крупный установлен судом на основании исследованных доказательств, а также в соответствии с примечанием к ст.290 УК РФ.

Совершение преступления ФИО1 и ФИО2 в составе группы лиц по предварительному сговору подтверждено совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, которым в приговоре дана надлежащая правовая оценка, соответствующая положениям ч.2 ст.35 УК РФ, роль и степень участия в ней каждого осужденного надлежаще выяснены.

Действия ФИО1 и ФИО2 судом квалифицированы правильно по ч.6 ст.290 УК РФ.

Уголовное дело судом рассмотрено с соблюдением принципа состязательности сторон, предусмотренного ст.15 УПК РФ. Судом созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты исследованы. Заявленные сторонами ходатайства разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, принятые судом по ходатайствам решения мотивированы и аргументированы.

Все доводы стороны защиты проверялись судом первой инстанции, результаты проверки отражены в приговоре с указанием мотивов принятых решений.

Приговор вынесен с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, нарушений требований ст.252 УПК РФ при описании преступного деяния судом не допущено.

Неустраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности осужденных, требующих истолкования их в пользу последних, судом апелляционной инстанции по делу не установлено.

Каких-либо противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2 и которым суд не дал бы оценки в приговоре, в деле не имеется.

Представленные материалы не дают оснований для переоценки доказательств, положенных в основу обвинительного приговора, в том числе с учетом и приведенных осужденными и их защитниками суждений.

Несогласие стороны защиты с оценкой судом положенных в основу приговора доказательств не свидетельствует о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в ходе судебного разбирательства, недоказанности виновности ФИО1 и ФИО2 в содеянном и неправильном применении уголовного закона.

Нельзя признать состоятельными доводы стороны защиты об обвинительном уклоне и необъективности при рассмотрении уголовного дела, поскольку судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.273-291 УПК РФ, всесторонне, полно и объективно, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, без существенных нарушений уголовно-процессуального закона. Нарушений процессуальных прав участников судебного разбирательства, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого решения, не допущено. Председательствующий судья создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, какой-либо заинтересованности судьи в исходе дела не усматривается.

Также судебная коллегия не соглашается с доводами защитников о неоднократном незаконном отказе в удовлетворении ряда ходатайств, в том числе о назначении фонетико-лингвистической экспертизы и копировании вещественных доказательств по уголовному делу, поскольку отказ в удовлетворении заявленных ходатайств по мотивам их необоснованности, при соблюдении судом предусмотренной процедуры разрешения этих ходатайств, не может быть оценен как нарушение закона и ограничение прав стороны защиты.

Кроме того, оснований полагать, что отказ суда в удовлетворении ходатайств стороны защиты нарушил конституционные права обвиняемых и затруднил их доступ к правосудию, не имеется.

Не нарушены также и требования ст.14 УПК РФ, определяющей презумпцию невиновности.

Вопреки доводам, приведенным в апелляционных жалобах защитников, протокол судебного заседания соответствует требованиям ст.259 УПК РФ. В нем зафиксирован ход судебного процесса, указаны заявления, возражения, ходатайства, вопросы участвующих в уголовном деле лиц, достаточно подробно записаны их показания, содержание выступлений, отражены принятые судом процессуальные решения и иные значимые для дела обстоятельства.

Замечания сторон на протокол судебного заседания рассмотрены в соответствии с положениями ст.260 УПК РФ. По результатам рассмотрения принято решение, законность и обоснованность которого сомнений не вызывает.

Сведений о том, что судебное разбирательство проводилось предвзято либо с обвинительным уклоном, и что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается.

Постановленный приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию.

Согласно ст.6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

При этом в силу ч.2 ст.43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

В соответствии с ч.3 ст.60 УК РФ при назначении наказания лицу, признанному виновным в совершении преступления, учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Как следует из приговора, при назначении осужденным ФИО1 и ФИО2 наказания, суд первой инстанции в соответствии с требованиями ст.ст.6,43,60 УК РФ в полной мере учел конкретные обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, влияние назначенного наказания на исправление осужденных, условия их жизни и жизни их семьи, наличие ряда смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих обстоятельств, а также иные данные о личности осужденных, возраст, состояние их здоровья, состояние здоровья из близких родственников, наличие грамот и наград, положительные характеристики.

При назначении наказания осужденному ФИО1, в качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признал в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ - совершение преступления впервые, состояние здоровья осужденного и его близких родственников, наличие грамот и наград, положительные характеристики, возраст, признание получения денежных средств от Свидетель №9; в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ - активное способствование расследованию преступления, которое выразилось в активных действиях, направленных на сотрудничество с органами предварительного следствия, даче подробных и последовательных показаний об обстоятельствах совершенного преступления в ходе предварительного расследования.

Судом первой инстанции обоснованно учтено при назначении ФИО1 наказания в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, в соответствии с п."и" ч.1 ст.61 УК РФ, - активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в активных действиях, направленных на сотрудничество с органами предварительного следствия, даче подробных и последовательных показаний об обстоятельствах совершенного преступления в ходе предварительного расследования. Данные выводы суда в приговоре мотивированы, соответствуют фактическим обстоятельствам и оснований для их переоценки не имеется.

Доводы апелляционного представления о необоснованном признании вышеуказанного обстоятельства в качестве смягчающего и исключении данного обстоятельства из числа смягчающих, а также об исключении при назначении наказания осужденному ФИО1 ссылки на применение положений ч.1 ст.62 УК РФ, судебная коллегия считает неубедительными и не подлежащими удовлетворению.

Согласно материалам уголовного дела, после задержания ФИО1 полностью признал свою вину, давал признательные показания об обстоятельствах совершения преступления, он описал свою роль и роль ФИО2 в преступлении. Данная информация имела важное значение для раскрытия и расследования преступления.

При назначении наказания осужденному ФИО2, в качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признал в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ - совершение преступления впервые, состояние здоровья подсудимого и его близких родственников, наличие грамот и наград, положительные характеристики, возраст.

Обстоятельств отягчающих наказание ФИО1, ФИО2, согласно ст.63 УК РФ, не установлено.

Вопреки доводам осужденного ФИО2 и его защитников, изложенным в апелляционных жалобах, в материалах дела нет данных, свидетельствующих о том, что по состоянию здоровья ФИО2 не может отбывать наказание в виде лишения свободы, не представлено их и судебной коллегии.

В то же время осужденному разъясняется, что вопрос об освобождении его от наказания в связи с болезнью, в соответствии со ст.81 УК РФ, может быть решен судом в порядке исполнения приговора.

Таким образом, все известные по делу обстоятельства, смягчающие наказание осужденным ФИО1 и ФИО2, были учтены судом при назначении наказания.

Новых данных о смягчающих обстоятельствах, которые бы не были известны суду первой инстанции, либо которые, в силу требований закона могли бы являться безусловным основанием к снижению назначенного осужденным ФИО1 и ФИО2 наказания, в материалах дела не имеется и в суд апелляционной инстанции не представлено.

Отсутствие оснований для применения в отношении ФИО1 и ФИО2 положений ч.6 ст.15, ст.73 УК РФ в приговоре мотивированы.

Кроме того, по делу не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновных, их поведением во время или после совершения преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, а, следовательно, оснований для применения ст.64 УК РФ при назначении ФИО1 и ФИО2 наказания не имеется.

Размер штрафа, назначенный ФИО1 и ФИО2, вопреки их доводам, определен судом с учетом тяжести совершенного преступления, их имущественного и семейного положения, наличия имущества, иждивенцев, размер штрафа исчислен судом в пределах санкции статьи, исходя из суммы взятки.

Вид исправительного учреждения осужденным ФИО1 и ФИО2 определен судом верно исходя из требований п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима.

Вместе с тем, судебная коллегия находит заслуживающими внимание доводы апелляционного представления о необходимости внесения изменения приговор в части назначенного ФИО1 и ФИО2 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью.

Из приговора следует, что при назначении наказания ФИО1 и ФИО2 по ч.6 ст.290 УК РФ, наряду с наказанием в виде штрафа, определенном в кратном размере от суммы взятки, суд назначил каждому осужденному предусмотренное санкцией вместе со штрафом наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных, административно-хозяйственных функций в государственных корпорациях, хозяйственных обществах, в высшем органе управления которых Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование имеет право прямо или косвенно (через подконтрольных им лиц) распоряжаться более чем пятьюдесятью процентами голосов на срок 5 лет.

Согласно ч.1 ст.47 УК РФ наказание в виде лишения заниматься определенной деятельностью состоит в запрещении заниматься определенной профессиональной или иной деятельностью.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", лишение права занимать определенные должности состоит в запрещении занимать должности только на государственной службе или в органах местного самоуправления. Лишение права заниматься определенной деятельностью может выражаться в запрете заниматься как профессиональной, так и иной деятельностью. В приговоре следует конкретизировать вид такой деятельности.

Между тем, суд лишил осужденных ФИО1 и ФИО2 права заниматься деятельностью, характеристики которой взял из примечания к ст.285 УК РФ, которая не была связана с совершенным ими преступлением.

В связи с изложенным назначенное ФИО1 и ФИО2 дополнительное наказание нельзя признать соответствующим требованиям ст.47 УК РФ.

При таких обстоятельствах, учитывая, что ФИО1 и ФИО2 осуждены за совершение преступления, относящегося к категории особо тяжких, посягающих на интересы государственной власти и службы, учитывая степень общественной опасности и тяжести совершенного преступления, обстоятельства его совершения, дополнительное наказание, назначенное осужденным по ч.6 ст.290 УК РФ, следует изменить, указав, что ФИО1 и ФИО2 запрещается заниматься деятельностью в сфере организации и проведения закупок товаров, работ и услуг для государственных и муниципальных нужд на срок 5 лет.

Иных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение состоявшихся по уголовному делу судебных решений, судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Московского районного суда г.Нижнего Новгорода от 8 августа 2025 года в отношении ФИО1, ФИО2 изменить:

Исключить из приговора назначение ФИО1 по ч.6 ст.290 УК РФ дополнительного наказания в части лишения права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных, административно-хозяйственных функций в государственных корпорациях, хозяйственных обществах, в высшем органе управления которых Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование имеет право прямо или косвенно (через подконтрольных им лиц) распоряжаться более чем пятьюдесятью процентами голосов на срок 5 лет.

Указать о назначении ФИО1 по ч.6 ст.290 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью в сфере организации и проведения закупок товаров, работ и услуг для государственных и муниципальных нужд на срок 5 лет.

Исключить из приговора назначение ФИО2 по ч.6 ст.290 УК РФ дополнительного наказания в части лишения права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных, административно-хозяйственных функций в государственных корпорациях, хозяйственных обществах, в высшем органе управления которых Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование имеет право прямо или косвенно (через подконтрольных им лиц) распоряжаться более чем пятьюдесятью процентами голосов на срок 5 лет.

Указать о назначении ФИО2 по ч.6 ст.290 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью в сфере организации и проведения закупок товаров, работ и услуг для государственных и муниципальных нужд на срок 5 лет.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы (основные и дополнительные) осужденного ФИО2, адвокатов Караваева И.О., Левичевой Н.Ю., Прудовской Н.В., Плешкан И.А., Грибковой Н.В., защитника осужденного ФИО2 наряду с адвокатом- Аверьяновой Н.А. - оставить без удовлетворения, апелляционное представление государственного обвинителя Османкина В.Г. - удовлетворить частично.

Апелляционное определение вступает в законную силу немедленно, может быть обжаловано в порядке, предусмотренном гл.47.1 УПК РФ.

Кассационные жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст.ст.401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы через суд первой инстанции, вынесший обжалуемое решение, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу. Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи