Решение № 2-610/2020 2-610/2020~М-334/2020 М-334/2020 от 6 июля 2020 г. по делу № 2-610/2020

Дело № 2-610/2020

УИД - 61RS0036-01-2020-000478-49


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 июля 2020 года Каменский районный суд Ростовской области в составе судьи Курилова А.Е.,

с участием старшего помощника Каменского городского прокурора – Авдалова Р.Ю.,

истца ФИО1, ее законного представителя - матери ФИО2,

представителя истцов ФИО1, ФИО3, ФИО4 - ФИО5,

представителя ответчика ООО «Каменскавтодор» – адвоката Бондарь О.В.,

при секретаре Семерниковой Р.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 в лице законного представителя матери ФИО2, ФИО4, ФИО3 к ООО «Каменскавтодор» о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 в лице законного представителя матери ФИО2, ФИО4, ФИО3 обратились в суд с иском к ООО «Каменскавтодор» о компенсации морального вреда. В обоснование иска истцы указали, что ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие с участием отца несовершеннолетнего истца ФИО1, брата истца ФИО3, брата истца ФИО4 - ФИО6, на рабочем месте, при исполнении трудовых обязанностей, работающего в должности дорожного рабочего ООО «Каменскавтодор», где он в результате полученных травм, скончался на месте дорожно-транспортного происшествия. ДД.ММ.ГГГГ ООО «Каменскавтодор» был составлен Акт о несчастном случае на производстве. Согласно данному акту, в нарушении ст.ст. 209, 219 Трудового кодекса РФ, п.п. 33, 34, 35 Типового положения о системе управления охраной труда, утвержденного Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, с целью организации процедуры управления профессиональными рисками в ООО «Каменскавтодор», исходя из специфики своей деятельности, не реализованы мероприятия по управлению профессиональными рисками, а именно не произведена оценка уровня профессиональных рисков в полном объеме, не обеспечено снижение уровней профессиональных рисков в полном объеме, опасность травмирования работников в результате ДТП, риски повреждения здоровья, а также меры по защите от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов не идентифицированы, риски наступления этой опасности не рассчитаны, не управляются и не доведены до работников. Также, в нарушение ч. 7 ст. 213 Трудового кодекса РФ, п. 3 Правил прохождения обязательного психиатрического освидетельствования работниками, осуществляющими отдельные виды деятельности, утвержденных Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, работники ООО «Каменскавтодор» осуществляли трудовую деятельность без прохождения обязательного психиатрического освидетельствования. Истцам причинен моральный вред действиями работодателя, который выражается в нравственных переживаниях и страданиях от перенесенной утраты родного человека – отца и брата. Несовершеннолетний истец ФИО1 находится в постоянных переживаниях и чувствах тревоги, ее тревожит бессонница, чувство глубокой грусти и скорби, ощущение потерянности в связи со смертью ее отца. Истцы ФИО3, ФИО4 также испытывают нравственные страдания и переживания в связи со смертью брата, нравственная боль от потери брата не утихает. Истец ФИО3 находился на иждивении своего погибшего брата, так как является инвалидом второй группы и проживал совместно с братом.

На основании изложенного истец ФИО1 в лице своего законного представителя – матери ФИО2 просит суд взыскать с ООО «Каменскавтодор» денежную компенсацию морального вреда в сумме 2000000 рублей, истец ФИО4 просит взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда в сумме 1000000 рублей, истец ФИО7 просит взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда в сумме 2000000 рублей, а также каждый из истцов просят суд взыскать с ООО «Каменскавтодор» судебные расходы на представителя в сумме 30000 рублей в пользу каждого, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей в пользу каждого.

В судебном заседании истец ФИО1, ее законный представитель - ФИО2 исковые требования поддержали, просили их удовлетворить.

В судебное заседание истцы ФИО3, ФИО4 не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили, об отложении дела не ходатайствовали. Согласно ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено без участия истцов ФИО3, ФИО4 в судебном заседании.

В судебном заседании представитель истцов ФИО1, ФИО3, ФИО4 – ФИО5 исковые требования истцов поддержала, мотивируя доводами, указанными в исковом заявлении.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Каменскавтодор» – адвокат Бондарь О.В. возражала против удовлетворения исковых требований, суду пояснила, что смерть ФИО6 наступила в результате действий иного лица – водителя ФИО8, который нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности причинение смерти ФИО6 Приговором Каменского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ и ему назначено уголовное наказание. Вина ООО «Каменскавтодор» в причинении смерти ФИО6 отсутствует. Также отсутствует вина работодателя в причинении морального вреда истцам. Ответственным за причиненный вред является непосредственный причинитель вреда - водитель ФИО8 Указанные в Акте расследования группового несчастного случая нарушения со стороны работодателя, а именно не принятие мер по управлению профессиональными рисками в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО6 не находятся. Работодателем созданы все необходимые безопасные условия труда ФИО6 Работодатель лишен возможности обжалования результатов расследования несчастного случая на производстве. Кроме того, истцу ФИО1 назначена и выплачена единовременная страховая выплата в размере 1 000 000 рублей в связи со смертью отца, приговором Каменского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ частично удовлетворен гражданский иск ФИО4 к ФИО8 о компенсации морального вреда, взыскано с подсудимого в ее пользу в счет компенсации морального вреда 300000 рублей.

В судебном заседании старший помощник Каменского городского прокурора Авдалов Р.Ю. в своем заключении считал, что исковые требования истцов о компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, дав оценку представленным сторонами доказательствам, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 в лице законного представителя матери ФИО2, ФИО4, ФИО3 о компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работал в ООО «Каменскавтодор» в ремонтно-строительном участке в должности дорожного рабочего, что подтверждается копией трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, копией приказа (распоряжения) о приеме работника на работу №-к от ДД.ММ.ГГГГ.

Также из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ с ФИО6 произошел несчастный случай на производстве со смертельным исходом.

Согласно Акту о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая со смертельным исходом) от ДД.ММ.ГГГГ, составленному комиссией, в том числе в составе главного государственного инспектора труда ГИТ <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ около 08 часов 50 минут дорожные рабочие ООО «Каменскавтодор» ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО6, машинист укладчика асфальтобетона ФИО14 на автомобиле ГАЗ-22171 под управлением водителя ФИО15 следовали к месту производства дорожных работ в <адрес>. Внезапно появилась вибрация автомобиля, водитель ФИО15 съехал с проезжей части на обочину и остановил транспортное средство, чтобы выяснить причину неисправности. Включил аварийную сигнализацию, вышел, предварительно надев сигнальный жилет, чтобы установить знак аварийной остановки. По его просьбе рабочие вышли из салона и сгруппировались между автомобилем и барьерным ограждением впереди автомобиля. Знак аварийной остановки выставить не успел так как в это время водитель автомобиля марки 2834 NE, государственный регистрационный номер <***> ФИО8, двигаясь по участку автодороги М-4 «Дон» км. 904+735 м. по направлению движения от <адрес> в сторону <адрес>, допустил наезд на стоящее транспортное средство - автомобиль, принадлежащий ООО «Каменскавтодор» ГАЗ-22171, государственный регистрационный знак <***> и дорожного рабочего ООО «Каменскавтодор» ФИО16, находящегося в это время в автомобиле ГАЗ-22171. ФИО15 позвонил главному механику ФИО17, сообщил о происшедшем ДТП и совместно с работниками вызвали скорую помощь, МЧС, ГИБДД. Прибывшие машины скорой помощи оказали первую доврачебную помощь и доставили пострадавших в медицинские учреждения <адрес> и МБУЗ ЦГБ <адрес>. В результате ДТП дорожный рабочий ФИО6 получил телесные повреждения, от которых скончался на месте происшествия. В ходе расследования установлено, что смерть ФИО6 наступила в результате закрытой грубой сочетанной тупой травмы головы, туловища, конечностей (Акт судебно-медицинского исследования трупа № от ДД.ММ.ГГГГ Каменск-Шахтинского отделения ГБУ РО «БСМЭ»).

Согласно п. 11 указанного Акта о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая со смертельным исходом) от ДД.ММ.ГГГГ, в нарушении ст.ст. 209, 211, 212, 219 Трудового кодекса РФ, п.п. 33, 34, 35 Типового положения о системе управления охраной труда, утвержденного Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, с целью организации процедуры управления профессиональными рисками в ООО «Каменскавтодор», исходя из специфики своей деятельности, не реализованы мероприятия по управлению профессиональными рисками, а именно не произведена оценка уровня профессиональных рисков в полном объеме, не обеспечено снижение уровней профессиональных рисков в полном объеме. Таким образом, опасность травмирования работников в результате ДТП, риски повреждения здоровья, а также меры по защите от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов не идентифицированы, риски наступления этой опасности не рассчитаны, не управляются и не доведены до работников.

Также, в нарушение ч. 7 ст. 213 Трудового кодекса РФ, водитель ООО «Каменскавтодор» ФИО15 допущен к исполнению трудовых обязанностей (в том числе ДД.ММ.ГГГГ) без прохождения обязательного психиатрического освидетельствования.

Согласно разделу 5 Акта о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая со смертельным исходом) от ДД.ММ.ГГГГ, причинами, вызвавшими несчастный случай, являются:

1. Нарушение правил дорожного движения, выраженное в наезде водителем сторонней организации на стоящее транспортное средство ООО «Каменскавтодор», повлекшее причинение тяжкого вреда здоровью людей и смерть человека, предусмотренное ч. 3 ст. 264 УК РФ,

2. Неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствии мероприятий по управлению профессиональными рисками, а именно опасность травмирования работников в результате ДТП, риски повреждения здоровья, а также меры по защите от воздействия вредных и (или опасных) производственных факторов не идентифицированы, риски наступления этой опасности не рассчитаны, не управляются и не доведены до работников, чем нарушены требования ст. 209, ст. 211, ст. 212, ст. 219 Трудового Кодекса РФ, п. 33, п. 34, п. 35 Типового положения о системе управления охраной труда, утвержденного Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 19.08.2016 г. № 438н.

В разделе 6 Акта о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая со смертельным исходом) от ДД.ММ.ГГГГ дано Заключение о лицах, ответственных за допущенные нарушения законодательства и иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая:

1. ФИО8 – водитель, нарушивший ПДД РФ, выраженное в наезде на стоящее транспортное средство ООО «Каменскавтодор», повлекшее причинение тяжкого вреда здоровью людей и смерть человека;

2. ФИО18 – директор ООО «Каменскавтодор» - не обеспечила наличие мероприятий по управлению профессиональными рисками, а именно опасность травмирования работников в результате ДТП, риски повреждения здоровья, а также меры по защите от воздействия вредных и (или опасных) производственных факторов не идентифицированы, риски наступления этой опасности не рассчитаны, не управляются и не доведены до работников, чем нарушены требования ст. 209, ст. 211, ст. 212, ст. 219 Трудового Кодекса РФ, п. 33, п. 34, п. 35 Типового положения о системе управления охраной труда, утвержденного Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 19.08.2016 г. № 438н.

Разделом 7 указанного Акта о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая со смертельным исходом) от ДД.ММ.ГГГГ комиссией несчастный случай квалифицирован как связанный с производством, поскольку нахождение пострадавших на месте несчастного случая обусловлено выполнением работ в интересах работодателя.

В разделе 8 указанного Акта, в мероприятиях по устранению причин несчастного случая указано, в том числе, на необходимость разработать и обеспечить функционирование мероприятий по управлению профессиональными рисками, рассчитать и оценить уровни профессиональных рисков в полном объеме.

Также из материалов дела следует, что приговором Каменского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 264 ч. 5 УК РФ и ему назначено уголовное наказание. Данный приговор вступил в законную силу.

Согласно указанному приговору суда, ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ около 08 часов 50 минут, управляя технически исправным автомобилем 2834 NE, государственный регистрационный знак <***> регион, двигаясь по участку автомобильной дороги М-4 «Дон» 904 км. + 735 м. по направлению движения от <адрес> в сторону <адрес> на территории <адрес>, в нарушение п.п. 1.3, 1.5 абз. 1, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения РФ (далее ПДД РФ), будучи обязанным знать и соблюдать относящиеся к нему требования ПДД РФ, не убедился, что своими действиями не причинит вреда, что скорость движения обеспечивает ему возможность постоянного контроля над движением своего транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ и позволяет правильно оценить меняющуюся дорожную обстановку, проявил преступную небрежность, выразившуюся в невнимательности к управлению транспортным средством, являющимся источником повышенной опасности, не учел возможного наступления общественно опасных последствий, хотя мог и обязан был их предвидеть, не выбрал необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения, при обнаружении опасности не принял мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, допустил наезд на стоящий частично на проезжей части и частично на обочине автомобиль ГАЗ 22171, государственный регистрационный знак <***> регион, водитель которого - ФИО15 совершил вынужденную остановку транспортного средства, включив аварийную световую сигнализацию, а так же допустил наезд на пешеходов ФИО6, ФИО11, ФИО15, находящихся около автомобиля. В результате дорожно-транспортного происшествия пешеход ФИО6 от полученных телесных повреждений скончался на месте происшествия.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесены в том числе право на жизнь (статья 20), право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абзац первый статьи 151 Гражданского кодекса РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзацы первый и второй пункта 2 названного постановления).

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Законодатель, закрепив в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда связана с посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

Согласно ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса РФ, работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса РФ).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса РФ).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.

Как указано, согласно разделу 5 Акта о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая со смертельным исходом) от 12.11.2019 года, причинами, вызвавшими несчастный случай, являются, в том числе, неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствии мероприятий по управлению профессиональными рисками, а именно опасность травмирования работников в результате ДТП, риски повреждения здоровья, а также меры по защите от воздействия вредных и (или опасных) производственных факторов не идентифицированы, риски наступления этой опасности не рассчитаны, не управляются и не доведены до работников, чем нарушены требования ст. 209, ст. 211, ст. 212, ст. 219 Трудового Кодекса РФ, п. 33, п. 34, п. 35 Типового положения о системе управления охраной труда, утвержденного Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 19.08.2016 г. № 438н.

В разделе 6 Акта о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая со смертельным исходом) от 12.11.2019 года дано Заключение о лицах, ответственных за допущенные нарушения законодательства и иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая, в том числе ФИО18 – директор ООО «Каменскавтодор» - не обеспечила наличие мероприятий по управлению профессиональными рисками.

Согласно ст. 209 Трудового кодекса РФ, охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Профессиональный риск - вероятность причинения вреда здоровью в результате воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов при исполнении работником обязанностей по трудовому договору или в иных случаях, установленных настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

Управление профессиональными рисками - комплекс взаимосвязанных мероприятий, являющихся элементами системы управления охраной труда и включающих в себя меры по выявлению, оценке и снижению уровней профессиональных рисков.

Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 19 августа 2016 года № 438н утверждено Типовое положение о системе управления охраной труда.

Согласно п. 39 указанного Типового положения о системе управления охраной труда, к мерам по исключению или снижению уровней профессиональных рисков относятся: а) исключение опасной работы (процедуры); б) замена опасной работы (процедуры) менее опасной; в) реализация инженерных (технических) методов ограничения риска воздействия опасностей на работников; г) реализация административных методов ограничения времени воздействия опасностей на работников; д) использование средств индивидуальной защиты; е) страхование профессионального риска.

Таким образом, неудовлетворительная организация ООО «Каменскавтодор» производства работ, выразившаяся в отсутствии мероприятий по управлению профессиональными рисками, в том числе, в отношении должности дорожного рабочего ФИО6, свидетельствует о нарушении ООО «Каменскавтодор» прямо предусмотренных трудовым законодательством мер по охране труда работников.

Доводы представителя ответчика о том, что отсутствие управления профессиональными рисками не находится в прямой причинно-следственной связи с гибелью ФИО6, сами по себе не свидетельствуют о том, что работодателем были приняты все возможные меры по охране труда ФИО6, включая управление профессиональными рисками.

Доказательств того, что работодателем принимались меры по исключению или снижению уровней профессиональных рисков, в том числе в виде исключения опасной работы (процедуры), замены опасной работы (процедуры) менее опасной, реализации инженерных (технических) методов ограничения риска воздействия опасностей на работников, реализация административных методов ограничения времени воздействия опасностей на работников, суду не предоставлено.

Согласно п. 38 указанного Типового положения о системе управления охраной труда, эффективность разработанных мер по управлению профессиональными рисками должна постоянно оцениваться.

Как указано, несчастный случай квалифицирован как связанный с производством, наезд на ФИО6 произошел в его рабочее время, при исполнении трудовых обязанностей и на его рабочем месте (в пути следования к рабочему месту), в качестве причины, вызвавшей несчастный случай, указано, в том числе на неудовлетворительную организацию производства работ, выразившуюся в отсутствии мероприятий по управлению профессиональными рисками, в разделе 6 Акта о расследовании группового несчастного случая в заключении о лицах, ответственных за допущенные нарушения законодательства, указано на директора ООО «Каменскавтодор» как не обеспечившего наличие мероприятий по управлению профессиональными рисками, что свидетельствует о том, что работодателем не приняты все возможные меры по охране труда работника.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является дочерью погибшего ФИО6; истец ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения является сестрой погибшего ФИО6, истец ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения является братом погибшего ФИО6

Требования истцов к работодателю о компенсации морального вреда связаны с таким основанием возникновения их нравственных страданий, как утрата близкого человека, исполнявшего трудовые обязанности на момент гибели, что привело, в том числе к разрыву их семейных связей.

При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса РФ).

Суд считает, что жизнь является высшей ценностью и прекращение жизни отца истца ФИО1 и брата истцов ФИО3, ФИО4 принесло его дочери, сестре и брату невосполнимые нравственные страдания, связанные с безвозвратной утратой близкого человека. Смерть близкого, родного человека является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, затрагивающие личность, психику, здоровье и самочувствие.

В связи с этим, причинение морального вреда истцам в связи со смертью ФИО6 суд считает доказанным. Доказательств, опровергающих доводы истцов, изложенные в исковом заявлении, о перенесенных нравственных страданиях и переживаниях, суду не представлены.

С учетом конкретных обстоятельств дела, характера и степени причиненных истцу ФИО1 нравственных страданий, вызванных гибелью отца, учитывая требования разумности и справедливости, индивидуальные особенности несовершеннолетней, суд полагает необходимым удовлетворить требования несовершеннолетней дочери погибшего - ФИО1 о компенсации морального вреда частично и взыскать с ответчика ООО «Каменскавтодор» в ее пользу денежную компенсацию в возмещение причиненного морального вреда в сумме 250 000 рублей.

Также, с учетом конкретных обстоятельств дела, характера и степени причиненных истцам ФИО4, ФИО3 нравственных страданий, вызванных гибелью брата, учитывая требования разумности и справедливости, индивидуальные особенности данных истцов, суд полагает необходимым удовлетворить их требования о компенсации морального вреда частично и взыскать с ответчика ООО «Каменскавтодор» в пользу каждого из данных истцов денежную компенсацию в возмещение причиненного морального вреда в сумме 200 000 рублей.

При этом, определяя такую сумму компенсации морального вреда в пользу каждого из истцов, суд считает, что она является разумной, справедливой и возможной компенсировать истцам причиненный моральный вред, т.е. перенесенные нравственные страдания.

Истцами также заявлены требования о возмещении судебных расходов на представителя в сумме 30000 рублей, понесенными каждым из истцов.

Согласно ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 в лице законного представителя матери ФИО2, оплатила услуги представителя – ФИО5 в сумме 30000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от ДД.ММ.ГГГГ, соглашением об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ, истец ФИО4 оплатила услуги представителя – ФИО5 в сумме 30000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от ДД.ММ.ГГГГ, соглашением об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ, истец ФИО3 оплатил услуги представителя – ФИО5 в сумме 30000 рублей, что подтверждается соглашением об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ.

Как указал Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Учитывая требования закона, фактический объем оказанных представителем истцов Варламовой, ФИО4, ФИО3 – ФИО5 услуг, принцип разумности расходов, характер спорного правоотношения, конкретный объем работы представителя в судебных заседаниях при рассмотрении дела, продолжительность судебных заседаний, исходя из принципа соблюдения баланса интересов лиц, участвующих в деле, и соотношения судебных расходов с объемом защищаемого права, судья считает, что сумма оплаты услуг представителя истцов - ФИО5 в размере 20000 рублей в отношении каждого из истцов, будет являться разумной и соответствовать конкретным обстоятельствам дела. Суд считает, что заявленный каждым из истцов размер расходов на представителя в сумме 30000 рублей, с учетом объема работ по подготовке искового заявления и объема работы представителя в судебном заседании при рассмотрении дела, является завышенным и не соответствует принципам разумности.

Из материалов дела следует, что истцами при подаче иска оплачена государственная пошлина в сумме 300 рублей каждым. В связи с этим, с ответчика ООО «Каменскавтодор» в пользу каждого из истцов подлежит взысканию оплаченная при подаче иска государственная пошлина.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 в лице законного представителя матери ФИО2, ФИО4, ФИО3 к ООО «Каменскавтодор» о компенсации морального вреда, - удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Каменскавтодор» в пользу ФИО1 в лице законного представителя матери ФИО2 в счет компенсации морального вреда 250000 рублей, расходы на представителя в сумме 20000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей.

Взыскать с ООО «Каменскавтодор» в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда 200000 рублей, расходы на представителя в сумме 20000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей.

Взыскать с ООО «Каменскавтодор» в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда 200000 рублей, расходы на представителя в сумме 20000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 в лице законного представителя матери ФИО2, ФИО4, ФИО3 к ООО «Каменскавтодор» о компенсации морального вреда, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Ростовского областного суда через Каменский районный суд <адрес> в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий: