Апелляционное постановление № 22-1103/2024 от 16 июля 2024 г. по делу № 1-214/2024

Председательствующий Кузнецова Н.Н.

Дело № 22-1103/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Абакан 17 июля 2024 года

Верховный суд Республики Хакасия в составе

председательствующего Карпова В.П.,

при секретаре Мажаровой В.В.,

с участием прокурора отдела прокуратуры РХ Н.,

защитника - адвоката Ч.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление прокурора <адрес> А. на приговор Черногорского городского суда Республики Хакасия от 16 мая 2024 года, которым

ФИО1, <данные о личности изъяты>

осуждена по ч. 2 ст. 159 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по ч. 2 ст. 159 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по ч. 2 ст. 159 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по ч. 2 ст. 159 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по ч. 2 ст. 159 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы; по ч. 2 ст. 159 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по ч. 2 ст. 159 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по ч. 2 ст. 159 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы. На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний ФИО1 назначено наказание по совокупности преступлений в виде лишения свободы на срок 4 года. В соответствии со ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 4 года и возложением на неё определенных обязанностей.

Изучив обстоятельства дела и доводы апелляционного представления, выслушав участников судебного заседания, суд

УСТАНОВИЛ:

рассмотрев уголовное дело в особом порядке, предусмотренном главой 40 УПК РФ, суд признал ФИО1 виновной в восьми мошенничествах, то есть хищениях чужого имущества путем обмана, совершенных с причинением значительного ущерба гражданину.

Преступления совершены ФИО1 в период с 05 сентября 2023 года по 21 ноября 2023 года в г. Черногорске Республики Хакасия при обстоятельствах, указанных в описательно-мотивировочной части приговора.

В апелляционном представлении прокурор <адрес> А., не оспаривая квалификации действий осужденной, просит приговор изменить.

Приводя положения п. 30 постановления Пленума ВС РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», полагает, что судом необоснованно учтено ФИО1 в качестве смягчающего обстоятельства активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Как установлено материалами дела, все значимые и подлежащие доказыванию обстоятельства о времени, месте, способе и последствиях совершенных преступлений были установлены органом следствия на основании иных доказательств, включая показания самих потерпевших, большинству из которых ФИО1 ранее была известна, сведения о перечислении денежных средств и заключенных договорах. Указанное свидетельствует о том, что сотрудники полиции располагали всеми значимыми обстоятельствами, подлежащими доказыванию по уголовному делу. Необоснованно приведенные в приговоре выводы о наличии в действиях ФИО1 признаков активного способствования раскрытию и расследованию преступления и учёт данного обстоятельства смягчающим наказание послужили назначению (с учетом тяжести, количества совершенных преступлений, размера причиненного потерпевшим ущерба) чрезмерно мягкого наказания.

Также суд в описательно-мотивировочной части приговора ошибочно квалифицировал действия ФИО1 по факту хищения имущества у Д. вместо ч. 2 ст. 159 УК РФ по ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Просит приговор изменить, в описательно-мотивировочной части приговора правильно квалифицировать действия ФИО1 по факту хищения имущества у Д., исключить применение положений ч. 1 ст. 62 УК РФ и ст. 73 УК РФ, назначив более суровое наказание в виде реального лишения свободы.

В возражениях на апелляционное представление защитник К.В.Г. указывает, что суд при рассмотрении уголовного дела установил, что ФИО1 вину признала, активно способствовала раскрытию и расследованию преступления, в т.ч. путем дачи признательных показаний. ФИО1 представила органам следствия информацию об обстоятельствах совершения преступления до того им не известную, выдав договоры на оказание услуг, бланки заказов, чеки, кассовый аппарат, хотя имела возможность спрятать или уничтожить указанные доказательства. У органов следствия имелись копии неподписанных сторонами договоров, которые фактически не имеют юридической силы. Без данных доказательств и без признательных показаний ФИО1 это дело не было бы раскрыто, и вина ее не была бы доказана.

ФИО1 признала все исковые требования. Кроме того, суд учел, что на иждивении у ФИО1 находятся трое детей, двое из которых являются малолетними. С учетом положений п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 N 58 (ред. от 18.12.2018) "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" полагает, что суд назначил справедливое наказание, восстановил социальную справедливость, а также учел мнение потерпевших, просивших не лишать свободы ФИО1

Соответственно, суд обоснованно применил положения ч. 1 ст. 62, ст. 73 УК РФ.

В части исправления техничкой ошибки доводы апелляционного представления поддерживает, в остальной части в удовлетворении представления просит отказать.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционном представлении и возражении на него, а также доводы сторон в судебном заседании, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В судебном заседании ФИО1 полностью согласилась с предъявленным обвинением и поддержала заявленное ею совместно с защитником по окончании ознакомления с материалами уголовного дела ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства. Участники процесса со стороны обвинения не возражали против рассмотрения дела в порядке главы 40 УПК РФ.

Таким образом, процессуальных препятствий для постановления приговора в особом порядке судебного разбирательства у суда не имелось.

Признав обвинение ФИО1 в совершении восьми преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159 УК РФ, обоснованным и подтвержденным доказательствами, собранными по делу, суд постановил обвинительный приговор.

Вывод суда первой инстанции об обоснованности обвинения суд апелляционной инстанции находит правильным, поскольку он основан на материалах дела.

Каждое из совершенных ФИО1 преступлений верно квалифицировано судом как мошенничество, то есть хищение чужого имущества, путем обмана, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину, ответственность за которое предусмотрена ч. 2 ст. 159 УК РФ.

Вместе с тем при квалификации действий ФИО1 как мошенничество в отношении имущества потерпевшего Д. суд неверно указал на ч. 2 ст. 158 УК РФ. Данное указание, с учетом правильного изложения судом диспозиции нормы закона (ч. 2 ст. 159 УК РФ), по которой привлечена к уголовной ответственности ФИО1, суд апелляционной инстанции признает очевидной технической ошибкой, подлежащей исправлению.

При назначении ФИО1 наказания суд принял во внимание характер каждого из преступлений, конкретные обстоятельства их совершения, определяющие степень общественной опасности содеянного, влияние наказания на исправление подсудимой, на условия жизни ее семьи, данные о личности виновной, ее состояние здоровья.

Судом первой инстанции были в достаточной мере изучены характеризующие подсудимую материалы дела, имеющие значение для разрешения вопроса о наказании, им дана надлежащая оценка.

Обстоятельства, смягчающие наказание, в приговоре приведены, в их числе суд указал предусмотренные ч. 1 ст. 61 УК РФ – наличие малолетних детей (п. «г») и активное способствование раскрытию и расследованию каждого из преступлений (п. «и»), а также признанные на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ – признание вины, раскаяние в содеянном.

По смыслу закона, активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного пунктом «и» части 1 статьи 61 УК РФ, если лицо о совершенном с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органу дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления. (п. 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 N 58 (ред. от 18.12.2018) "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания").

С учетом указанного суд первой инстанции верно оценил действия ФИО1 как активное способствование раскрытию каждого из преступлений, поскольку в ходе проверки заявлений потерпевших о преступлениях ФИО1 в объяснениях от 28 февраля 2024 года, а затем и от 13 марта 2024 года (т. 2, л.д. 135-137, 138-142) признала умышленное совершение действий, направленных на хищение чужого имущества, сообщила о способе совершения хищения имущества у потерпевших, а также об иных обстоятельствах, имеющих значение для раскрытия преступления (заключенных договорах, использованных терминале оплаты и расчетном счете и т.д.). 29 февраля 2024 года указанные ФИО1 оригиналы договоров, заключенных с потерпевшими, терминал оплаты, печать были изъяты при осмотре арендуемого ею помещения, произведенного с ее участием (т. 1, л.д. 165-168). Именно данные обстоятельства и пояснения ФИО1 повлияли на правильность юридической оценки ее действий и повлекли принятие решений об отмене постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлениям ряда потерпевших и дальнейшем возбуждении каждого из уголовных дел 19 марта 2024 года (т. 1, л.д. 1, 4, 7, 10, 13, 16, 19, 22), т.е. после вышеуказанных объяснений.

Более того, только после объяснения от 28 февраля 2024 года, в котором ФИО1 сообщила в том числе о хищении денежных средств у К., от последнего 29 февраля 2024 года было получено заявление о преступлении (т. 2, л.д. 49), а 19 марта 2024 года возбуждено уголовное дело (т. 1, л.д. 19).

Указанное свидетельствует о том, что до указанного сообщения ФИО1 правоохранительным органам не было известно о совершенном ею деянии в отношении К.

При таких обстоятельствах объяснение ФИО1 от 28 февраля 2024 года в части сообщения сведений о хищении имущества К. в полной мере соответствует признакам, определяющим с учетом положений ст. 142 УПК РФ явку с повинной как добровольное сообщение лица о совершенном им или с его участием преступлении, сделанное в письменном или устном виде. (п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания")

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает необходимым признать добровольное сообщение ФИО1 о совершенном ею преступлении в отношении К. явкой с повинной и учесть ее в качестве обстоятельства, смягчающего в соответствии с п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ наказание, назначенное ей за данное преступление.

Оснований для признания явки с повинной по остальным преступлениям суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку заявления потерпевших, содержащие сведения о противоправных действиях ФИО1, были зарегистрированы до получения ее объяснений от 28 февраля 2024 года. После этого объяснения (06 марта 2024 года) было зарегистрировано заявление о преступлении потерпевшего Д., однако в вышеуказанном объяснении ФИО1 о совершении преступления в отношении данного лица не поясняла, в связи с чем признаки явки с повинной в этом случае в ее действиях отсутствуют.

Кроме того, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что суд необоснованно расценил способствование ФИО1 расследованию преступлений как активное, соответствующее по своему содержанию пункту «и» части 1 статьи 61 УК РФ.

Предоставленная ФИО1 в ходе допросов в качестве подозреваемой и обвиняемой информация для расследования совершенных ею хищений существенного значения уже не имела, а лишь подтверждала ранее полученные от нее сведения, изложенные в объяснении до возбуждения уголовных дел. При этом все значимые, подлежащие доказыванию обстоятельства о времени, месте, способе и последствиях совершения преступления были установлены органом следствия после возбуждения уголовного дела на основании иных доказательств, включая показания потерпевших и предоставленные ими копии договоров и квитанций, подтверждающих передачу денежных средств ФИО1 под влиянием обмана с ее стороны.

С учетом показаний потерпевших и предоставленных ими документов добровольно выданные ФИО1 оригиналы договоров, заключенных с потерпевшими, содержащих подписи сторон договора, кассовые чеки, на что указывается защитником, также не несли определяющей расследование информации и потому не свидетельствуют об активном способствовании расследованию преступлений.

В то же время показания ФИО1 об обстоятельствах совершенных ею деяний охватываются иными смягчающими наказание обстоятельствами, такими как признание вины и раскаяние в содеянном, которые правильно учтены судом на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ.

На основании изложенного, с учетом доводов апелляционного представления, подлежит исключению из приговора вывод о наличии смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства в виде активного способствования расследованию преступления.

С учетом вышеприведенных данных, в том числе о личности подсудимой, всех обстоятельств дела, отражающих степень общественной опасности содеянного, необходимости достижения целей наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ, суд обоснованно назначил ФИО1 за каждое из совершенных преступлений наказание в виде лишения свободы без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы, о чем мотивированно указано в приговоре.

Поскольку уголовное дело рассмотрено в порядке главы 40 УПК РФ, наказание судом верно назначено в пределах, установленных ч. 5 ст. 62 УК РФ, а с учетом смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, - с применением положений ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного ФИО1, которые бы позволили назначить ей более мягкое наказание с применением ст. 64 УК РФ, по делу не установлено, о чем верно указано в приговоре.

Приняв во внимание фактические обстоятельства преступлений и степень их общественной опасности, суд первой инстанции мотивированно не применил к подсудимой положения ч. 6 ст. 15 УК РФ, предусматривающие возможность изменения категории преступлений. Оснований не согласиться с таким решением не имеется.

Наказание по совокупности преступлений, относящихся к категории средней тяжести, правильно назначено судом по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ.

С учетом конкретных обстоятельств преступлений, определяющих степень общественной опасности содеянного, в сопоставлении их с данными о личности подсудимой (имеющей на иждивении троих малолетних детей, ранее к уголовной ответственности не привлекавшейся) и смягчающими наказание обстоятельствами суд обоснованно пришел к выводу о возможности ее исправления без реального отбывания наказания и постановил назначенное ФИО1 лишение свободы в соответствии со ст. 73 УК РФ считать условным, с возложением определенных обязанностей, которые будут способствовать ее исправлению.

Убедительных доводов, которые свидетельствовали бы о необоснованности такого решения и невозможности исправления ФИО1 без реального отбывания наказания, апелляционное представление не содержит и потому в этой части удовлетворению не подлежит.

При таких обстоятельствах наказание в виде лишения свободы, назначенное осужденной ФИО1 в соответствии с требованиями ст. 60, ч. 2 ст. 69 УК РФ и с применением ст. 73 УК РФ, суд апелляционной инстанции находит справедливым, соразмерным содеянному, соответствующим личности виновной. Оснований полагать о чрезмерной суровости наказания не имеется.

Исключение из числа смягчающих обстоятельств активного способствования расследованию преступлений, не влечет усиления наказания, с учетом того, что назначено оно исходя из наличия в действиях ФИО1 совокупности иных смягчающих обстоятельств, в том числе и предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ (активное способствование раскрытию преступления), притом что оснований признавать его несправедливым вследствие чрезмерной мягкости, как утверждается в апелляционном представлении, судом апелляционной инстанции не установлено.

Вместе с тем, с учетом установления в действиях ФИО1 нового обстоятельства – явки с повинной, предусмотренной п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве самостоятельного обстоятельства, смягчающего наказание, суд апелляционной инстанции считает необходимым смягчить осужденной наказание, назначенное за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 159 УК РФ, совершенное в отношении имущества К., а также по совокупности преступлений на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ.

Иных оснований для отмены или изменения приговора суд апелляционной инстанции не усматривает.

Гражданские иски потерпевших о возмещении имущественного вреда рассмотрены судом в соответствии с требованиями закона и обоснованно удовлетворены с учетом размера причиненного преступлением вреда, оставшегося невозмещенным на момент постановления приговора.

Вопросы о мере пресечения, а также вещественных доказательствах судом разрешены в соответствии с требованиями закона, что сторонами не оспаривается.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.18, 389.19, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Черногорского городского суда Республики Хакасия от 16 мая 2024 года в отношении ФИО1 изменить.

В описательно-мотивировочной части приговора считать правильной квалификацию действий ФИО1 по факту хищения имущества потерпевшего Д. по ч. 2 ст. 159 УК РФ вместо ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора вывод суда о наличии в действиях ФИО1 активного способствования расследованию преступления и признании данного обстоятельства смягчающим наказание за каждое из преступлений.

Признать явку с повинной обстоятельством, смягчающим в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ наказание ФИО1 за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 159 УК РФ, совершенное в отношении имущества К., и смягчить наказание, назначенное ФИО1 за это преступление, до 1 года 4 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года 10 (десять) месяцев.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор могут быть обжалованы в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в течение 6-ти месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

В случае принесения кассационных жалобы или представления осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий