Решение № 12-69/2021 5-1136/2021 от 14 марта 2021 г. по делу № 12-69/2021

Судья Емельянова М.В. № 12-69/2021

Дело № 5- 1136 /2021

УИД 60RS0001-01-2020-000973-72

П С К О В С К И Й О Б Л А С Т Н О Й С У Д


Р Е Ш Е Н И Е

15 марта 2021 г. гор. Псков

Судья Псковского областного суда Русакова О.С.,

при секретаре Ереминой Я.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление судьи Псковского городского суда Псковской области от 1 февраля 2021 г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 5 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), в отношении ФИО1, <данные изъяты> г. рождения, уроженца <данные изъяты>, зарегистрированного и проживающего по адресу: <данные изъяты>

у с т а н о в и л :

постановлением судьи Псковского городского суда Псковской области от 1 февраля 2021 г. ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 5 статьи 20.2 КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 15000 рублей.

В жалобе, поступившей на рассмотрение в Псковский областной суд, ФИО1 ставит вопрос об отмене постановления судьи и прекращении производства по делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения, недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено обжалуемое постановление.

В обоснование жалобы указывает на то, что дело судом первой инстанции в основу вынесенного постановления положены документы, составленные старшим инспектором ОИАЗ УМВД России по гор. Пскову Р. С.С. без ее допроса в качестве свидетеля, то есть изложенные в них сведения не проверены; дело рассмотрено в отсутствие стороны обвинения в условиях, когда суд взял на себя функции обвинения.

Указывает, что он принял участие в публичном мероприятии с целью выражения мнения против уголовного преследования Н. А.А., при этом обоснованность ограничения его права на свободу мирных собраний не подтверждена материалами дела, поскольку нет доказательств того, что он нарушал общественный порядок или создавал какую-либо опасность. Ссылается на невозможность согласования проведения акции, приуроченной к аресту Н. А.А., на ближайший выходной день.

Ссылается на незаконное применение доставления в отдел полиции и задержания.

В судебном заседании ФИО1 доводы жалобы поддержал, дополнительно пояснил, что присоединился к участникам публичного мероприятия у памятника княгине Ольге на Октябрьской площади города Пскова, следовал с шествием по Октябрьскому проспекту, а когда участники мероприятия разделились, он последовал с группой участников к улице Кузнецкой и был задержан. Требований сотрудников полиции разойтись не слышал, так как во время мероприятия был в наушниках, кроме того, полагает, что подобные требования в данной ситуации не были законными.

Исследовав материалы дела, оснований для отмены или изменения постановления судьи не нахожу.

В соответствии с частью 5 статьи 20.2 КоАП РФ административным правонарушением признается нарушение участником публичного мероприятия установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, за исключением случаев, предусмотренных частью 6 настоящей статьи.

Согласно статье 31 Конституции Российской Федерации граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.

Реализация этого права осуществляется в рамках регулирования, установленного Федеральным законом от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» (далее – Закон № 54-ФЗ).

В Законе № 54-ФЗ публичное мероприятие определено как открытая, мирная, доступная каждому, проводимая в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акция, осуществляемая по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений. Одной из закрепленных Законом № 54-ФЗ целей публичного мероприятия является свободное выражение и формирование мнений, выдвижение требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики (пункт 1 статьи 2).

Шествие в Законе № 54-ФЗ определяется как массовое прохождение граждан по заранее определенному маршруту в целях привлечения внимания к каким-либо проблемам (пункт 5 статьи 2).

Законом № 54-ФЗ предусмотрен ряд процедур, имеющих своим предназначением предупреждение нарушений общественного порядка и безопасности для здоровья и имущества граждан на основе разумного баланса интересов организаторов и участников публичных мероприятий, с одной стороны, и третьих лиц – с другой.

Пунктом 1 части 4 статьи 5 Закона № 54-ФЗ предусмотрена обязанность организатора публичного мероприятия уведомить орган исполнительной власти субъекта РФ или орган местного самоуправления о проведении публичного мероприятия в случаях и в сроки, установленные статьей 7 названного Закона (за исключением одиночного пикета).

Законом Псковской области от 8 февраля 2007 г. № 638-оз «О порядке подачи уведомления о проведении публичного мероприятия на территории Псковской области» предусмотрено, что уведомление о проведении публичного мероприятия (за исключением случаев, установленных федеральным законодательством и законодательством области) подается его организатором в письменной форме в местную администрацию муниципального района или городского округа, на территории которого планируется проведение публичного мероприятия (пункт 1 статьи 2), за установленными случаями исключений. В частности, уведомление о проведении публичного мероприятия подается в Администрацию области в случаях, если предполагаемое количество участников публичного мероприятия, планируемого к проведению на территории муниципального образования «Город Псков», составляет более 100 человек (подпункт 5 пункта 2 статьи 2).

В силу части 5 статьи 5 Закона № 54-ФЗ организатор публичного мероприятия не вправе его проводить, если он не подал в срок уведомление о проведении публичного мероприятия.

На основании части 1 статьи 6 Закона № 54-ФЗ участниками публичного мероприятия признаются граждане, члены политических партий, члены и участники других общественных объединений и религиозных объединений, добровольно участвующие в нем.

Как разъяснено в пункте 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 г. № 28 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел и дел об административных правонарушениях, связанных с применением законодательства о публичных мероприятиях», нарушение участником мирного публичного мероприятия установленного порядка проведения публичного мероприятия, влекущее административную ответственность по части 5 статьи 20.2 КоАП РФ, может иметь место только в случае невыполнения (нарушения) участником публичного мероприятия обязанностей (запретов), установленных частями 3, 4 статьи 6 Закона № 54-ФЗ.

Пунктом 1 части 3 статьи 6 Закона № 54-ФЗ на участников публичного мероприятия во время его проведения возложена обязанность выполнять все законные требования сотрудников органов внутренних дел (военнослужащих и сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации).

При этом обязанности участника публичного мероприятия устанавливаются для него Законом № 54-ФЗ безусловно и не связываются законодателем с тем, принимало ли лицо участие в согласованном, либо не согласованном публичном мероприятии.

Как следует из материалов дела, 23 января 2021 г. в период времени с 14 часов 00 минут до 15 часов 05 минут ФИО1 в составе группы граждан принял участие в публичном мероприятии в форме шествия, несогласованном с Администрацией города Пскова и Администрацией Псковской области, целью которого было выражение мнения по поводу заключения под стражу Н. А.А. При этом ФИО1, являясь участником указанного публичного мероприятия, осознавая противоправный характер своих действий в связи с неоднократным публичным информированием сотрудниками органов внутренних дел присутствующих лиц о нарушении порядка проведения публичных мероприятий с предъявлением им требования прекратить проведение данного мероприятия и разойтись, данное законное требование сотрудников органов внутренних дел проигнорировал, продолжив участие в публичном мероприятии, чем нарушил установленный порядок проведения шествия.

Действия ФИО1 квалифицированы судьей Псковского городского суда по части 5 статьи 20.2 КоАП РФ.

Факт совершения административного правонарушения и вина ФИО1 подтверждаются доказательствами, представленными в суд первой инстанции и дополнительно на основании пункта 8 части 2 статьи 30.6 КоАП РФ представленными при пересмотре дела по жалобе на постановление судьи городского суда:

- протоколом от 26 января 2021 г. об административном правонарушении, в котором отражены обстоятельства совершенного ФИО1 административного правонарушения;

- рапортом полицейского ОБППСП УМВД России по городу Пскова Б. А.П. о том, что 23 января 2020 г. в 15 часов 05 минут в УМВД России по городу Пскову в целях составления протокола об административном правонарушении им был доставлен ФИО1, являвшийся участником шествия по Октябрьскому проспекту города Пскова;

- показаниями допрошенного в суде второй инстанции в качестве свидетеля Б. А.П. о том, что (дд.мм.гг.) он находился в автобусе, предназначенном для задержанных участников несогласованного публичного мероприятия, который был размещен изначально у Октябрьской площади – места начала публичного мероприятия, затем перемещался по ходу движения шествия. В период проведения несанкционированного публичного мероприятия сотрудниками полиции посредством звукоусиливающей аппаратуры участники мероприятия оповещались о незаконности его проведения, им предъявлялись требования разойтись. Эти требования озвучивались по ходу всего движения шествия. Непосредственно ФИО1 был препровожден в автобус сотрудниками ОМОНа, а затем был доставлен в УМВД России по городу Пскову. Были ли у ФИО1 наушники, он не помнит;

- рапортом старшего инспектора ОИАЗ УМВД России по городу Пскову Р. С.С. от 26 января 2021 г. о выявлении видеозаписей, подтверждающих факт участия ФИО1 в несанкционированном шествии от Октябрьской площади города Пскова и невыполнения им требований сотрудников органов внутренних дел о прекращении данных действий;

- показаниями допрошенной в качестве свидетеля в суде второй инстанции ФИО2 о том, что ею осуществлялась работа по выявлению конкретных участников несанкционированного публичного мероприятия, проведенного в городе Пскове 23 января 2021 г., путем просмотра видеозаписей, выполненных сотрудниками полиции в ходе шествия. В частности, ею были выявлены записи, где отобразилось участие в шествии ФИО1, при этом на требования сотрудников полиции разойтись он не реагировал. Указанные обстоятельства послужили основанием для составления ею в отношении ФИО1 протокола об административном правонарушении, предусмотренном частью 5 статьи 20.2 КоАП РФ;

- видеозаписью, из которой следует, что ФИО1 двигался в составе шествия по Октябрьскому проспекту города Пскова, участники которого скандировали лозунги: «Свободу!», «ФИО4!», «Свободу России!», не покинул место скопления граждан после неоднократных и четких озвученных посредством звукоусиливающей аппаратуры предупреждений о незаконности проводимого мероприятия и требований к участникам мероприятия прекратить его проведение и разойтись с предупреждением о возможности наступления административной и уголовной ответственности. При этом ФИО1, исходя из видеозаписи, имел возможность удалиться с места проведения шествия;

- ответами Комитета правового обеспечения Администрации города Пскова от 26 февраля 2021 г. и Администрации Псковской области от 1 марта 2021 г. о том, что уведомления о проведении 23 января 2021 г. публичных мероприятий на территории города Пскова не поступало; публичные мероприятия не согласовывались;

- копией фототаблиц мониторинга сети «Интернет», содержащих скриншоты страниц с сайта «Вконтакте» и видеохостинга Yuotube, где была размещена предварительная агитация в отношении указанного публичного мероприятия, запланированного на 23 января 2021 г. в 14 часов, в Пскове, у памятника княгине Ольге с требованием «отпустить Алексея Навального», за «общую свободу», «против путинских судов и произвола силовиков», «против воров и убийц, против коррупции и несправедливости», «за собственное будущее».

В силу положений статьи 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Протокол об административном правонарушении и другие материалы дела составлены в соответствии с требованиями закона, надлежащим должностным лицом, не доверять сведениям, указанным в них, оснований не имеется, в связи с чем, судья городского суда правильно признала их допустимыми доказательствами и положила в основу обжалуемого постановления, оценив по правилам статьи 26.11 КоАП РФ.

Рапорты полицейского ОБППСП УМВД России по городу Пскову Б. А.П. и старшего инспектора ОИАЗ УМВД России по городу Пскову р. С.С. в своей совокупности содержат необходимые сведения, указывающие на событие данного нарушения и на лицо, к нему причастное, согласуются с осмотренной в судебном заседании видеозаписью и показаниями свидетелей Б. А.П. и Р. С.С., данными в суде второй инстанции, составлены должностными лицами в рамках их должностных обязанностей в связи выявлением административного правонарушения. Каких-либо сведений, объективно свидетельствующих о заинтересованности данных сотрудников полиции, материалы дела не содержат, а исполнение полицейскими своих служебных обязанностей, включая выявление правонарушений, само по себе, не может свидетельствовать о предвзятости в изложении совершенного ФИО1 правонарушения.

При указанных обстоятельствах данные рапорты являются допустимыми доказательствами по настоящему делу.

Одновременно, не может быть признано допустимым доказательством и подлежит исключению из числа доказательств по делу объяснение, отобранное у ФИО1 после его доставления в отделение полиции, поскольку при даче объяснения ему, хотя и были разъяснены положения статьи 51 Конституции Российской Федерации, не были разъяснены права, предусмотренные статьей 25.1 КоАП РФ, и он был предупрежден об административной ответственности по статье 17.9 КоАП РФ, что свидетельствует о нарушении его права на защиту (пункт 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

Вместе с тем, совокупность иных представленных по настоящему делу доказательств является достаточной для установления обстоятельств, перечисленных в статье 26.1 КоАП РФ.

Вывод о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного частью 5 статьи 20.2 КоАП РФ, соответствует фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, которые получили надлежащую оценку в судебном постановлении. Каких-либо противоречий или неустранимых сомнений, влияющих на правильность вывода судьи о доказанности вины ФИО1 в совершении описанного выше административного правонарушения, материалы дела не содержат.

ФИО1 в жалобе и в суде второй инстанции не отрицал, что в указанное время и в указанном месте принимал участие в несанкционированном шествии.

Позиция ФИО3 о том, что требование сотрудников полиции разойтись он не слышал, так как был в наушниках, опровергается материалами дела, поскольку на указанное обстоятельство при составлении протокола об административном правонарушении он не ссылался, находился в составе участников акции около часа при регулярном доведении указанных требований сотрудниками органов внутренних дел посредством звукоусиливающей аппаратуры. При этом из просмотренной видеозаписи следует, что на один из моментов обращений сотрудников полиции к участникам мероприятия с применением звукоусиливающего устройства он находился в передних рядах колонны, дальнейшему движению, которой препятствовали полицейские, производил съемку полицейских и участников, пытавшихся вести с ними переговоры; из видеозаписи очевидно следует, что он в полной мере реагировал на происходившие по ходу движения колонны изменения, в связи с чем оснований полагать, что он мог заблуждаться относительно характера мероприятия, не слышать обращенные к участникам мероприятия требования, не имеется.

Наличие вынесенного и не отмененного постановления заместителя начальника полиции УМВД России по гор. Пскову А. В.А. от 26 января 2021 г. о прекращении производства по делу об административном правонарушении по части 2 статьи 20.2 КоАП РФ в отношении ФИО1 в связи с отсутствием события административного правонарушения не может быть принято в качестве обстоятельства, исключающего возможность привлечения ФИО1 к административной ответственности по части 5 статьи 20.2 КоАП РФ, исходя из пункта 7 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ. В рамках возбужденного в отношении ФИО1 дела об административном правонарушении по части 2 статьи 20.2 КоАП РФ было установлено отсутствие признаков, необходимых для квалификации его действий по данной статье, но не признаков административного правонарушения, предусмотренного частью 5 статьи 20.2 КоАП РФ; препятствий для возбуждения дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 5 статьи 20.2 КоАП РФ путем составления протокола об административном правонарушении и последующего рассмотрения дела о привлечении ФИО1 к административной ответственности по указанной норме, не имелось.

Согласиться с доводами жалобы о том, что действия органов внутренних дела и привлечение к административной ответственности в данном случае посягают на гарантированное право на свободу мирных собраний, не представляется возможным.

Положения Закона № 54-ФЗ, предусматривающие обязанность подачи организатором публичного мероприятия уведомления о его проведении, ранее уже были предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации, который в постановлениях от 18 мая 2012 г. № 12-П, от 14 февраля 2013 г. № 4-П, от 13 мая 2014 г. № 14-П, от 18 июня 2019 г. № 24-П указал, что процедура предварительного уведомления органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления о проведении публичного мероприятия преследует цель заблаговременно довести до соответствующих органов публичной власти необходимую информацию о форме, месте (маршруте движения), времени начала и окончания публичного мероприятия, предполагаемом количестве его участников, способах обеспечения общественного порядка и организации медицинской помощи, а также об организаторах и лицах, уполномоченных выполнять распорядительные функции по организации и проведению публичного мероприятия. Иначе органы публичной власти, не имея достоверного представления о планируемом публичном мероприятии, его характере и масштабах, лишались бы реальной возможности исполнить возложенную на них статьей 2 Конституции Российской Федерации обязанность по соблюдению и защите прав и свобод человека и гражданина и принять необходимые меры, в том числе профилактические и организационные, направленные на обеспечение безопасных как для самих участников публичного мероприятия, так и для иных лиц условий проведения публичного мероприятия.

Доводы жалобы об отсутствии возможности согласования публичного мероприятия не могут являться основанием для освобождения ФИО1 от административной ответственности, поскольку в соответствии с положениями статьи 26.1 КоАП РФ при рассмотрении настоящего дела об административного правонарушения устанавливаются наличие события и состава административного правонарушения, предусмотренного частью 5 статьи 20.2 КоАП РФ, а также виновность привлеченного лица в его совершении. Оценка процедуры согласования публичного мероприятия не входит в предмет обсуждения по деланному делу об административном правонарушении.

С учетом изложенного, обстоятельства настоящего дела не свидетельствуют о нарушении прав ФИО1 на свободу выражения мнения и свободу собраний.

В силу пункта 6 части 1 статьи 2 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» (далее - Закон № 3-ФЗ) к основным направлениям деятельности полиции в числе иных относится обеспечение правопорядка в общественных местах.

Положениями статьи 12 Закона № 3-ФЗ на полицию возложен ряд обязанностей, в том числе: обеспечивать безопасность граждан и общественный порядок на улицах, площадях, стадионах, в скверах, парках, на транспортных магистралях, вокзалах, в аэропортах, морских и речных портах и других общественных местах; обеспечивать совместно с представителями органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления и организаторами публичных мероприятий безопасность граждан и общественный порядок, оказывать в соответствии с законодательством Российской Федерации содействие организаторам массовых мероприятий в обеспечении безопасности граждан и общественного порядка в местах проведения этих мероприятий (пункты 5, 6 части 1).

Согласно пунктам 1, 7 части 1 статьи 13 названного Закона полиция для выполнения возложенных на нее обязанностей имеет право требовать от граждан и должностных лиц прекращения противоправных действий; обращаться к группам граждан, нахождение которых в общественных местах не связано с проводимыми на законных основаниях публичными и массовыми мероприятиями, с требованием разойтись или перейти в другое место, если возникшее скопление граждан создает угрозу их жизни и здоровью, жизни и здоровью других граждан, объектам собственности, нарушает работу организаций, препятствует движению транспорта и пешеходов.

В данном случае требования сотрудников полиции о прекращении вышеназванного публичного мероприятия были законными, основанными на требованиях Закона № 54-ФЗ и названного Федерального закона «О полиции», с учетом того, что указанное публичное мероприятие в форме шествия в установленном законом порядке не было согласовано с уполномоченными органами, проходило в центральной части города при значительном скоплении людей при введенном в качестве ограничительной меры, направленной на противодействие распространению новой коронавирусной инфекции, запрете на проведение публичных мероприятий (подпункт «а» пункта 1 Указа Губернатора Псковской области от 15 марта 2020 г. № 30-УГ «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Псковской области в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)»), то есть указанные требования обусловлены необходимостью защиты прав иных лиц.

ФИО1, зная о несогласованности публичного мероприятия, принял в нем участие, несмотря на четкие и неоднократные законные требования сотрудников органов внутренних дел прекратить участие в нем, продолжил свое участие в публичном мероприятии, в связи с чем его действия правильно квалифицированы по части 5 статьи 20.2 КоАП РФ.

Утверждение о нарушении судом принципа состязательности и равноправия сторон, в связи с отсутствием в судебном заседании лица, исполняющего функцию государственного обвинения, не влечет отмену или изменение судебного акта.

Статьей 6 Конвенции о защите прав и основных свобод, статьями 46, 47 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на судебную защиту посредством независимого и беспристрастного суда, компетенция которого установлена законом.

Из разъяснений, данных в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. № 5 должностные лица, составившие протокол об административном правонарушении, а также органы и должностные лица, вынесшие постановление по делу об административном правонарушении, не являются участниками производства по делам об административных правонарушениях, круг которых перечислен в главе 25 КоАП РФ. Вместе с тем, при рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за административное правонарушение, а также по жалобам и протестам на постановления по делам об административных правонарушениях в случае необходимости не исключается возможность вызова в суд указанных лиц для выяснения возникших вопросов.

Таким образом, требованиями КоАП РФ не предусмотрена необходимость обязательного участия в рассмотрении дела должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении.

ФИО1 в суде первой инстанции о вызове и допросе каких-либо лиц не ходатайствовал, соответственно, оснований полагать, что судом первой инстанции были нарушены его права на защиту, не имеется.

Полномочия прокурора в рамках производства по делам об административных правонарушениях установлены частью 1 статьи 25.11 КоАП РФ, поддержание государственного обвинения в указанный перечень не входит. Дело не относится к категориям, предусмотренным частью 2 статьи 25.11 КоАП РФ, по которым извещение прокурора о рассмотрении дела об административном правонарушении является обязательным.

Утверждения о незаконности примененного к ФИО1 административного задержания несостоятельны, поскольку из материалов дела следует, что данная мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении к нему не применялась.

Возможность применения меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении в виде доставления КоАП РФ обуславливает целью составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, если составление протокола является обязательным.

Указанная цель доставления получила отражение в рапорте должностного лица, а отсутствие протокола о доставлении лица, совершившего административное правонарушение, не влияет на доказанность вины ФИО1 и не порочит другие процессуальные акты, составленные в ходе производства по делу.

Кроме того, пунктом 40 названного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26 июня 2018г. № 28 разъяснено, что действия (бездействие) должностных лиц, связанные с применением мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, могут быть оспорены лицом, к которому применены такие меры, законным представителем этого лица либо прокурором в суд общей юрисдикции по правилам главы 22 КАС РФ.

По существу доводы жалобы не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, которые были исследованы судьей городского суда при рассмотрении дела об административном правонарушении.

При назначении наказания судья городского суда учел характер совершенного административного правонарушения, обстоятельства совершения, личность виновного. Назначенное ФИО1 административное наказание согласуется с его предупредительными целями (статья 3.1 КоАП РФ), соответствует принципам законности, справедливости, неотвратимости и целесообразности юридической ответственности, а также тяжести содеянного. Оснований для признания, назначенного наказания чрезмерно суровым, не имеется.

Порядок и срок давности привлечения к административной ответственности не нарушены.

Оснований для отмены или изменения постановления судьи, в том числе с учетом доводов, изложенных в жалобе, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 30.7 КоАП РФ, судья Псковского областного суда

Р Е Ш И Л :

постановление судьи Псковского городского суда Псковской области от 1 февраля 2021 г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 5 статьи 20.2 КоАП РФ, в отношении ФИО1 оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Настоящее решение вступает в законную силу после его вынесения и может быть обжаловано, опротестовано путем подачи жалобы, принесения протеста непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Псковского областного суда О.С. Русакова