Апелляционное постановление № 10-6340/2025 от 11 декабря 2025 г.

Дело № 10-6340/2025 Судья Жилов М.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Челябинск 12 декабря 2025 г.

Челябинский областной суд в составе судьи - Домокуровой И.А.,

при ведении протокола помощником судьи Малетиной Т.Ю.,

с участием прокурора Глининой Е.В.,

осужденного ФИО2,

адвоката Федотова Ю.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Тимшина Р.Р. и апелляционным жалобам потерпевших ФИО10 и ФИО30, поданным в своих интересах и в <данные изъяты> Потерпевший №2 и Потерпевший №2, на приговор Агаповского районного суда Челябинской области от 03 октября 2025 года, которым

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, ранее не судимый,

осужден по ч. 5 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 2 года, с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком 2 года 9 месяцев.

В соответствии с положениями ст. 75.1 УИК РФ ФИО2 определен самостоятельный порядок следования в колонию-поселение на основании предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы, куда он обязан явиться для получения предписания не позднее 10 суток со дня вступления приговора в законную силу.

Срок отбывания основного наказания в виде лишения свободы постановлено исчислять со дня прибытия ФИО2 в колонию-поселение, время следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным ч. 1 ст. 75.1 УИК РФ, зачесть в срок лишения свободы, из расчета один день за один день.

В соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами постановлено исчислять с момента отбытия ФИО2 основного наказания в виде лишения свободы.

Решен вопрос об оставлении без изменения в отношении ФИО2 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, с указанием об ее отмене после вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск прокурора Агаповского района Челябинской области Тимшина Р.Р., предъявленный <данные изъяты> соответствии с ч. 2 ст. 309 УПК РФ передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Сохранен арест, наложенный на принадлежащее <данные изъяты> имущество, до исполнения решения суда в части гражданского иска.

Этим же приговором снят арест с автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащий ФИО2

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав выступление прокурора Глининой Е.В., поддержавшей доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб потерпевших; выступление осужденного ФИО2 и адвоката Федотова Ю.В., полагавших необходим приговор отменить, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции,

установил:

ФИО2 признан виновным и осужден за то, что 12 февраля 2025 года управляя автомобилем <данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты>, двигаясь на 3 километре автодороги «Стерлитамак Башкортостан-Белорецк Башкортостан-Магнитогорск» в Агаповском районе Челябинской области, нарушил Правила дорожного движения Российской Федерации (ПДД РФ), в результате чего совершил столкновение с автомобилем <данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО6, с пассажирами ФИО7 и Потерпевший №2

В результате дорожно-транспортного происшествия (далее ДТП) Потерпевший №1 и ФИО7 были причинены телесные повреждения, от которых наступила смерть последних, Потерпевший №2 причинен тяжкий вред здоровью.

Указанное преступление совершено при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Тимшин Р.Р. считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым в виду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, допущенных нарушений уголовно-процессуального законодательства, неправильного применения уголовного закона, назначения осужденному чрезмерно мягкого наказания. Просит приговор отменить, постановить новый обвинительный приговор:

- учесть отсутствие подлежащих обязательному учету в силу ч. 1 ст. 61 и ст. 63 УК РФ смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств;

- исключить признанные смягчающими наказание обстоятельствами - сожаление ФИО2 о произошедшем, намерение помощь потерпевшим, наличие официального трудоустройства;

- признать ФИО2 виновным по ч. 5 ст. 264 УК РФ, назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 6 лет 6 месяцев, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком 2 года 10 месяцев, с отбыванием основного наказания в исправительной колонии общего режима;

- гражданский иск прокурора района от 02 сентября 2025 года о компенсации морального вреда удовлетворить в полном объеме.

В обоснование доводов государственный обвинитель указывает на то, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда. Назначенное осужденному наказание, является несправедливым, не соответствует характеру и степени общественной опасности и обстоятельствам совершенного им преступления, личности виновного, а также не приведет к достижению целей, предусмотренных ст. 43 УК РФ.

Судом не соблюдены положения п. 5 ст. 307, п. 3 ч. 1 ст. 299 УПК РФ. Так, признавая ФИО2 виновным, суд в описательно-мотивировочной части приговора в нарушении требований ст. 307 УПК РФ не указал, каким образом установлено управление им транспортным средством в болезненном и утомленном состоянии, ставящим под угрозу безопасность движения. При этом в ходе судебного разбирательства на стадии судебных прений стороной обвинения было уточнено, что обвинение ФИО2 в нарушении им п. 2.7 ПДД РФ (управление транспортным средством в болезненном и утомленном состоянии, ставящим под угрозу безопасность движения) не нашло своего подтверждения в судебном заседании. В связи с чем, по мнению автора представления, п. 2.7 ПДД РФ подлежит исключению из обвинения в силу недоказанности.

Несмотря на это суд в нарушение ст. 252 УПК РФ, в своем итоговом решении вышел за пределы судебного разбирательства и обвинения, придя к выводу о нарушении ФИО2 п. 2.7 ПДД РФ.

Кроме того, в нарушение п. 2 ст. 307 УПК РФ в приговоре не указанна ссылка на показания свидетеля ФИО36, данные им в судебном заседании. Показания этого свидетеля оглашены ввиду существенных противоречий, оценка данным ФИО37 в ходе предварительного и судебного следствия показаниям, судом не дана. При этом на стр. 20 приговора указано, что в основу приговора берутся и показания свидетеля ФИО14, которые не противоречивы.

Также автор представления считает, что судом при назначении наказания, не соблюдены положения ч. 1 ст. 60 УК РФ. Назначенное наказание является слишком мягким. Тогда как, совершенное ФИО2 преступление представляет повышенную общественную опасность и посягает на охраняемые Конституцией РФ и уголовным законом интересы личности, общества и государства.

Определяя срок наказания, суд учел пожилой возраст ФИО2, стояние <данные изъяты> а также сожаление о произошедшем и намерение оказывать помощь потерпевшим. Однако ФИО2 ни в ходе расследования, ни в судебном заседании вину не признавал, перекладывая ответственность за ДТП на действия водителя второго автомобиля, следовательно он не раскаялся в содеянном. При этом он, ни в ходе предварительного расследования, ни в ходе рассмотрения дела в суде, никаких мер к заглаживаю вреда, причиненного потерпевшим, не предпринял, извинений им не принес, материальную помощь не оказал.

Более того, на момент рассмотрения дела судом ФИО2 трудовую деятельность в <данные изъяты> не осуществлял. Его официальное трудоустройство, в ином месте работы не подтверждено материалами уголовного дела.

В связи с изложенным, по мнению автора апелляционного представления, у суда не имелось правовых оснований для учета в качестве смягчающих наказание обстоятельств - «сожаления ФИО2 о произошедшем и намерение оказывать помощь потерпевшим» (высказанное им в последнем слове), а также наличие официального трудоустройства. В результате чего они подлежат исключению из числа обстоятельств, смягчающих наказание.

Незначительным является срок лишения свободы, назначенный судом осужденному, при этом судом оставлены без учета те обстоятельства, что в ходе ДТП погибли <данные изъяты>, <данные изъяты><данные изъяты>

Также необоснованно судом определен осужденному вид учреждения для отбывания наказания в виде лишения свободы – колония-поселение. Выводы суда в данной части не мотивированы. С учетом обстоятельств совершененного преступления и личности виновного ФИО2 следовало назначить отбывание наказания в исправительной колонии общего режима.

Кроме того, принимая решение о выделении гражданского иска прокурора к <данные изъяты> о взыскании компенсации морального вреда, суд, в нарушение ч. 2 ст. 309 УПК РФ, несмотря на обязанность разрешить предъявленный по делу гражданский иск, необоснованно выделил его, указав на необходимость производства дополнительных расчетов. Вместе с тем, такая необходимость, с учетом предъявленных требований, вытекающих из факта причинения морального вреда <данные изъяты>, фактически отсутствует. Размер такой компенсации мог быть определен судом при постановлении приговора.

В совместной апелляционной жалобе потерпевшие ФИО10 и ФИО31 также выражают несогласие с приговором, считают его несправедливым в силу назначения осужденному ФИО2 чрезмерно мягкого наказания. Просят назначить виновному наказание в виде лишения свободы сроком на 6,5 лет.

В обоснование доводов, потерпевшие указывают на то, что в результате ДТП, произошедшего по вине осужденного, они <данные изъяты>

Отмечают, что <данные изъяты>

После случившегося члены их семьи испытывают душевные страдания и боль.

Также обращают внимание на то, что осужденный ФИО2 после ДТП здоровьем <данные изъяты> даже не интересовался.

В апелляционной жалобе потерпевшая ФИО31 в интересах <данные изъяты> Потерпевший №2, на соглашаясь с приговором, также указывает на несправедливость назначенного ФИО2 наказания, считая его слишком мягким. Просит усилить наказание.

В апелляционной жалобе потерпевшая ФИО31, действуя в интересах <данные изъяты> Потерпевший №2, отмечает, что в результате ДТП, произошедшего по вине ФИО2, погибли два человека, <данные изъяты>. В связи с чем, назначенное осужденному наказание является очень мягким. Просит наказание усилить.

Выслушав мнение участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб потерпевших, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Осужденный ФИО2 в суде первой инстанции и в суде апелляционной инстанции свою виновность в совершении ДТП, в результате которого погибли потерпевшие, фактические обстоятельства, установленные судом первой инстанции, не признал. Вместе с тем, состоявшийся в отношении него обвинительный приговор сторона защиты в апелляционном порядке не обжаловала.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО2 и его адвокат Федотов Ю.В. выразили свое несогласие с приговором, считая его незаконным и необоснованным, просили обвинительный приговор отменить и ФИО2- оправдать.

Несмотря на такую позицию осужденного, анализ материалов уголовного дела подтверждает правильность выводов суда о виновности ФИО2 в совершении инкриминируемого ему преступления и юридической квалификации его действий.

Выводы суда о доказанности вины осужденного в совершении преступления, описанного в приговоре, вопреки доводам государственного обвинителя и стороны защиты, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на достаточной совокупности относимых, допустимых и достоверных доказательств, собранных и исследованных в ходе судебного разбирательства с соблюдением принципа состязательности сторон. При этом суд учел все обстоятельства, которые могли бы существенно повлиять на его выводы о виновности ФИО2, достаточно мотивировав свои выводы, с которыми соглашается суд апелляционной инстанции.

Так, обстоятельства совершения ФИО2 преступления подтверждаются показаниями потерпевших- ФИО10, ФИО31, ФИО6, <данные изъяты>- Потерпевший №2, ФИО6, показаниями свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО13, ФИО24, ФИО16, ФИО11, ФИО12, данными, как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании, анализ и оценка которых, содержится в приговоре.

Как следует из показаний свидетеля ФИО14 12 февраля 2025 года в вечернее время он поехал в <адрес> на своем автомобиле <данные изъяты> гос. номер №. В пути его автомобиль сломался, и он попросил своего знакомого ФИО13 подъехать и оттащить его автомобиль в <адрес>. ФИО13 согласился и через некоторое время подъехал вместе с ФИО15 на автомобиле Киа Манжетис черного цвета, они прицепили его (ФИО3) автомобиль на трос и поехали в сторону г. Магнитогорска. При этом они двигались по автодороге «Магнитогорск-Белорецк-Стерлитамак» со стороны г. Белорецк в сторону г. Магнитогорска. Не доезжая <данные изъяты> у них слетел трос и они были вынуждены остановиться на обочине справа относительно их направления движения. При этом их автомобили стояли полностью на обочине, на проезжую часть никакая часть автомобилей не выступала. Затем они все трое вышли из машин и стали подцеплять трос. Когда они пошли садиться в свои автомобили, то он (ФИО14) увидел, что со стороны г. Магнитогорска движется автомобиль <данные изъяты> пассажирский, который выехал на встречную для него полосу движения, при этом данный автомобиль проехал в непосредственной близости от левого края дороги (относительно его направления движения), а именно очень близко к его (ФИО38 автомобилю, примерно на расстоянии 50 см., после чего автомобиль <данные изъяты> продолжил движение по встречной для него полосе движения. В следующий момент он (ФИО14) услышал свист тормозов, громкий хлопок от столкновения автомобилей, повернул голову и увидел, что автомобиль <данные изъяты> движется с левой полосы (относительное его направления движения) на правую полосу в состоянии заноса, перед передней частью автомобиля <данные изъяты> находится легковой автомобиль «<данные изъяты> ФИО13 сразу же побежал в сторону автомобиля <данные изъяты> а он стал вызывать экстренные службы, а ФИО15 стал останавливать проезжающие мимо автомобили. После того, как он дозвонился до экстренных служб, он пошел в сторону автомобиля «Газель», увидел, что под передней частью автомобиля «<данные изъяты> находится автомобиль <данные изъяты> в котором находились мужчина на водительском сиденье, женщина на заднем пассажирском сиденье слева, девочка на переднем пассажирском сиденье, мальчик на заднем пассажирском сиденье справа. Пассажиры автомобиля «Газель» находились на улице, с водителем автомобиля <данные изъяты> он не разговаривал и даже не понял, кто из присутствующих является водителем автомобиля «<данные изъяты> После прибытия автомобиля МЧС они уехали в <адрес>.

Аналогичные показания в судебном заседании дали свидетели ФИО15 и ФИО13, которые также полностью подтвердили свои показания, данные в ходе предварительного расследования.

О том, что 12 февраля 2025 года произошло дорожно-транспортное между автомобилями <данные изъяты> в судебном заседании подтвердил свидетель ФИО16, который ехал в автомобиле <данные изъяты> в качестве пассажира.

Согласно показаниям свидетеля ФИО11 с 30 января 2024 года он является директором <данные изъяты> Вид деятельности – регулярные <данные изъяты> всего 7 автомобилей. 02 июля 2022 года он приобрел в собственность автомобиль <данные изъяты> № <данные изъяты> и передал его по договору аренды <данные изъяты> директором которого являлся ФИО17 После технического осмотра данный автомобиль был поставлен на рейс <данные изъяты>, осуществляющий перевозку пассажиров в указанном направлении. Каждый автомобиль был оборудован тахографом. Ежедневно с 05.00 часов до 07.00 часов водители их предприятия проходят предрейсовый осмотр у медицинского работника. Также ежедневно осуществляется осмотр автотранспорта <данные изъяты> ФИО12 За управлением автомобиля «<данные изъяты> было закреплено два водителя -ФИО18 и ФИО2 График работы у водителей 2 дня работают и 2 дня отдыхают. Ежедневно с 05.00 часов до 21.00 часов. 12 февраля 2025 года на смену заступил водитель ФИО2, который прошел медицинский осмотр, а автомобиль был осмотрен <данные изъяты> находился в исправном состоянии и после этого допущен до выхода на линию. В 05:15 часов автомобиль под управлением ФИО2 выехал на линию. 3а смену автомобиль должен сделать 4 рейса. Между рейсами водители отдыхают около 1 часа. В направлении <данные изъяты> ежедневно выходит 5 автомобилей. Ежедневно водителю выдаются путевой лист, один раз в 6 месяцев автомобиль проходит технический осмотр, страховой полис и страховой договор ОСГОП (договор обязательного страхования гражданской ответственности перевозчиком на причинение вреда, жизни, здоровья имущества пассажиров), карта маршрута регулярных перевозок. ФИО2 выехал на линию с полным комплектом документов. На день ДТП ФИО2 работал в <данные изъяты> около недели, всего отработал 3 смены. Зарекомендовал себя с положительной стороны, не был замечен с запахом алкоголя. 12 февраля 2025 года около 19:40 часов ему позвонили сотрудники МЧС и сообщили, что автомобиль <данные изъяты>», под управлением ФИО2 попал в ДТП, в котором погибло 2 человека. Он сразу же сообщил в управление государственного автодорожного надзора, а именно ФИО19 о ДТП. После чего сам выехал на место ДТП. По приезду он увидел, что автомобиль <данные изъяты> находится нa полосе движения по направлению- из г. Магнитогорска в сторону г. Верхнеуральска. По расписанию ФИО2 выехал из <данные изъяты> этом в салоне автомобиля находилось <данные изъяты>. Когда он приехал на место ДТП, то увидел, что автомобиль <данные изъяты> находился под передней частью автомобиля «<данные изъяты> Все замеры на месте ДТП осуществляли сотрудники полиции.

Свидетель ФИО20 в судебном заседании также подтвердил, что он является сотрудником <данные изъяты>», работает в должности <данные изъяты> в его обязанности входит <данные изъяты>. 12 февраля 2025 года в утреннее время им осматривался автомобиль <данные изъяты> который был в исправном состоянии. Водитель ФИО2 находился в трезвом состоянии, на свое самочувствие не жаловался. Также ему известно, что автомобиль «<данные изъяты> попала в ДТП, в результате которого погибли люди. Со слов ФИО2 ему (ФИО20) известно, что когда он (ФИО2) ехал, на обочине стояли автомобили, а навстречу ему выскочил автомобиль «<данные изъяты>». Столкновение произошло на полосе движения в направлении из <адрес> в сторону <адрес>. Также ФИО20 пояснил, что автомобиль «<данные изъяты>» оснащен техническим средством контроля – тахографом.

Объективно виновность ФИО2 подтверждается письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании, а именно- рапортами оперативного <данные изъяты><адрес> ФИО21 от 12 февраля 2025 года, согласно которым от ФИО14 ФИО22, ФИО23 поступили сообщения о том, что произошло ДТП с участием автобуса гос. номер № и автомобиля <данные изъяты> гос. ФИО32 253 КХ 774. с пострадавшими от <адрес> 8 км на <адрес>; протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и схемой места ДТП, согласно которым <данные изъяты>-<адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие между автомобилем <данные изъяты> и автомобилем <данные изъяты>. Место столкновения установлено по следам шин на проезжей части находится на расстоянии 6,6 м от правого края проезжей части, место столкновения ФИО2 находится на расстоянии 3,8 м от правого края проезжей части. Со слов водителя ФИО1 место столкновения находится на расстоянии <данные изъяты> поворота установленного у правой обочины в сторону <адрес>. Место столкновения произошло на 299 км по направлению движения из <адрес> и <данные изъяты> из <адрес>. В салоне автомобиля <данные изъяты> водительском сиденье находится труп мужчины - ФИО6, и труп женщины - ФИО7; протоколом выемки от 13 февраля 2025 года, согласно которому у свидетеля ФИО12 был изъят тахограф <данные изъяты>» с распечаткой, который в дальнейшем был осмотрен; протоколом выемки документов у свидетеля ФИО11 - журнала учета предрейсовых (предсменных) медицинских осмотров водителей, журнал учета послерейсовых (послесменных) медицинских осмотров водителей, путевые листы, которые в дальнейшем также были осмотрены и признаны вещественными доказательствами по делу; протоколами осмотра предметов- автомобилей <данные изъяты> № и автомобиля <данные изъяты> в ходе которых были установлены наличие технических повреждений.

Согласно заключению эксперта №200 от 26 марта 2025 года, основное взаимодействие, в том числе первоначальное, осуществлялось левой передней частью автомобиля «<данные изъяты> (на участке блок-фары) с передней частью автомобиля «<данные изъяты> (правее от продольной оси), при этом угол между продольными осями транспортных средств в момент столкновения мог составлять величину около 10°. Методом построения масштабной схемы установлено расположение автомобилей «<данные изъяты> относительно границ проезжей части и элементов дороги в момент их первоначального взаимодействия с соответствующими размерами, в том числе точное расположение места их столкновения, которое расположено на проезжей части дороги - на полосе, предназначенной для первоначального направления движения автомобиля <данные изъяты> на расстоянии 6,9 м от левой границы проезжей части (ориентировано относительно первоначального направления движения автомобиля «<данные изъяты>

Согласно заключению эксперта №201 от 27 марта 2025 года, при осмотре автомобиля «<данные изъяты> установлено, что детали подвески, рулевое управление и тормозная система находятся в неисправном/неработоспособном техническом состоянии. Повреждения подвески автомобиля <данные изъяты>» представляют собой смещения колес передней оси и деформации с нарушением соединения деталей подвески левого колеса передней оси, в том числе стабилизатора поперечной устойчивости. Повреждения рулевого управления автомобиля «<данные изъяты> представляют собой смещения рулевого колеса и рулевых тяг с сопрягаемыми деталями, а также отделение бачка ГУР со штатного места. Повреждения рабочей тормозной системы автомобиля «<данные изъяты> представляют собой смещения деталей и механизмов тормоза колес передней оси и педали тормоза, а также отделение бачка главного цилиндра гидропривода тормозов со штатного места. С технической точки зрения, локализацию наружных повреждений кузова автомобиля «<данные изъяты>», характер и направление их образования, а также механизм и причины образования обнаруженных повреждений деталей и механизмов исследуемых систем, в том числе закономерности технического характера, установлено, что они были образованы в результате рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия - при столкновении с автомобилем «<данные изъяты>

Согласно заключению эксперта №203 от 27 марта 2025 года при осмотре автомобиля «<данные изъяты> установлено, что детали подвески, рулевое управление и тормозная система находятся в неисправном/неработоспособном техническом состоянии. Повреждения подвески автомобиля <данные изъяты>» представляют собой смещения передней оси с колесами и деформациями и нарушением соединений деталей их подвески. Повреждения рулевого управления автомобиля «<данные изъяты> представляют собой смещения рулевых тяг с сопрягаемыми деталями, а также смещения и отделения деталей и элементов ГУР. Повреждение рабочей тормозной системы автомобиля <данные изъяты>» представляет собой смещения тормозных дисков с механизмами тормоза колес передней оси. С технической точки зрения, учитывая локализацию наружных повреждений кузова автомобиля «<данные изъяты>», характер и направление их образования, а также механизм и причины образования исследуемых систем, в том числе закономерности технического характера, установлено, что они были образованы в результате рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия - при столкновении с автомобилем «<данные изъяты>

Из заключения эксперта №339 от 28 мая 2025 года следует, что в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, при заданных исходных данных, водитель автомобиля «<данные изъяты>», с технической точки зрения, должен был руководствоваться требованиями п. 1.5 ч. 1 и п. 9.11Правил дорожного движения, а также требованиями горизонтальной дорожной разметки 1.1. В общем случае, в сложившейся дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля «<данные изъяты>» должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 ч. 2 Правил дорожного движения. Однако, как было указано в исследовательской части, решать вопрос о наличии у водителя данного автомобиля технической возможности предотвратить столкновение транспортных средств нецелесообразно. С технической точки зрения, в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, при заданных исходных данных, действия водителя автомобиля «<данные изъяты>», не соответствующие требованиям п.9.11 и горизонтальной дорожной разметке 1.1 ПДД, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с фактом дорожно-транспортного происшествия. C технической точки зрения, в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, при заданных исходных данных в действиях водителя автомобиля «<данные изъяты>» нет несоответствий требований ПДД, находящихся в причинной связи с фактом дорожно-транспортного происшествия.

Согласно заключению эксперта №408 от 02 апреля 2025 года, у ФИО6 обнаружена <данные изъяты> что является квалифицирующим признаком тяжкого вреда здоровью.

Кроме этого при судебно-медицинской экспертизе трупа обнаружены <данные изъяты> и по этому признаку, как в совокупности, так и каждое в отдельности, могут квалифицироваться как повреждения, не причинившие вред здоровью.

При судебно-химической экспертизе в крови этиловый спирт не найден, а также не установлено наличие сильнодействующих лекарственных и наркотических веществ.

Согласно заключению эксперта № от 26 марта 2025 года смерть ФИО7 наступила <данные изъяты>.

Согласно заключению эксперта №289 «Д» от 03 апреля 2025 года у <данные изъяты>

Приведенные судом доказательства, в том числе показания потерпевших и свидетелей, положенные в основу приговора, вопреки доводам стороны обвинения и стороны защиты, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, являются непротиворечивыми, последовательными, логичными, согласуются между собой, дополняют друг друга в той части, в которой каждый из указанных лиц был очевидцем событий. Показания потерпевших и свидетелей подтверждаются письменными доказательствами, приведенными в приговоре. Протоколы допросов потерпевших и свидетелей на предварительном следствии, оглашенные в суде в соответствии со ст. 281 УПК РФ, также составлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Каких-либо существенных противоречий, которые могли бы повлиять на выводы суда о причастности и виновности осужденного, между показаниями потерпевших, свидетелей и иными перечисленными в приговоре доказательствами, не установлено.

При этом содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре полно, а именно в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения юридически значимых для дела обстоятельств.

Не имеется в материалах уголовного дела сведений об оговоре осужденного со стороны указанных лиц, а также об их заинтересованности в исходе дела, в искусственном создании доказательств обвинения, на что в суде апелляционной инстанции фактически ссылалась сторона защиты.

Допустимыми доказательствами по делу являются письменные доказательства, в том числе все заключения экспертиз, приведенные в приговоре, которые соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, выполнены на основе экспертных исследований, специалистами в своей области, имеющими соответствующий уровень специальной подготовки и большой стаж экспертной работы. Выводы указанных в приговоре экспертиз не содержат противоречий, достаточно и убедительно изложены в заключениях, согласуются с другими доказательствами по делу. Суд дал надлежащую оценку указанным заключениям экспертов, оценив их в соответствии с правилами ст. ст. 17, 88 УПК РФ, в совокупности с другими доказательствами, представленными суду. В этой связи, вопреки доводам стороны защиты, заявленным в суде апелляционной инстанции, оснований для проведения дополнительной экспертизы, у суда первой инстанции не имелось, поэтому стороне защиты обоснованно было отказано в этом.

Кроме того, в материалах уголовного дела нет сведений о фальсификации исходных данных, указанных в протоколе осмотра места происшествия и схеме ДТП, принятых во внимание при проведении автотехнических экспертиз, на что в суде апелляционной инстанции указала сторона защиты.

Как следует из материалов уголовного дела, осмотр места происшествия 12 февраля 2025 года, в ходе которого делались различные замеры, проводились в присутствии самого ФИО2, понятых, инспекторов ГИБДД, эксперта и специалиста, которым перед началом осмотров разъяснялись их процессуальные права и обязанности. С участием понятых, ФИО2 были составлены схемы места дорожно-транспортного происшествия (черновая и чистовая). По окончании следственного действия был составлен протокол осмотра места происшествия, с которым все участники ознакомились, он был подписан понятыми, специалистом, лицом, составившим протокол, без каких либо замечаний. При этом ФИО2 от подписи в протоколе отказался, не указав причин. Само проведение осмотра места происшествия соответствует положениям главы 24 УПК РФ, регулирующей порядок проведения осмотров, освидетельствований и следственных экспериментов, в том числе позволяющих проведение осмотров мест происшествия до возбуждения уголовного дела. Данные обстоятельства в суде первой инстанции подтвердил свидетель ФИО24, который непосредственно выезжал на место ДТП и составлял протокол осмотра места происшествия, а также схему места происшествия. Из показаний данного свидетеля также следует, что замеры для составления схемы места происшествия производились лазерной рулеткой. Первоначально составлялся черновой вариант схемы места происшествия, а чистовой вариант схемы составлялся уже в отделе полиции.

При этом, то обстоятельство, что чистовая схема места ДТП, приложенная к протоколу осмотра места происшествия, была подписана понятыми не в день ее составления, а по окончании предварительного расследования по делу, что в судебном заседании подтвердила <данные изъяты>, в производстве которой находилось уголовное дело в отношении ФИО2, вопреки доводам стороны защиты, не свидетельствует о неверных исходных данных (замерах). Все замеры, месторасположение транспортных средств и иные данные, зафиксированные в чистовой схеме, также были зафиксированы в протоколе осмотра места происшествия, который, как уже указывалось выше, был подписан всеми участниками данного следственного действия, в том числе понятыми. При этом протокол осмотра места происшествия, не содержит каких-либо исправлений либо дописок относительно выполненных замеров, свидетельствовавших об его недопустимости. Указанный протокол осмотра места происшествия, а также иные доказательства в дальнейшем и были представлены экспертам для проведения автотехнических экспертиз, что следует из содержания заключения № 200 от 21 марта 2025 года и заключения № 339 от 21 мая 2025 года. В этой связи доводы стороны защиты о том, что заключения экспертов являются недопустимыми доказательствами по делу, поскольку они основаны на недостоверных данных, как необоснованные подлежат отклонению.

Также не ставит под сомнение допустимость протокола осмотра места происшествия и тот факт, что ФИО2 отказался от подписи в протоколе, что фактически является его правом. При этом доводы ФИО2 в суде о том, что он не подписал протокол, поскольку не был согласен с местом столкновения, являются необоснованными и противоречат сведениям, указанным в данном протоколе.

Таким образом, оснований сомневаться в достоверности доказательств, приведенных в приговоре, вопреки доводам стороны защиты, у суда первой инстанции не имелось, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Кроме того, всем исследованным доказательствам, в том числе показаниям свидетеля ФИО14, данным в судебном заседании, судом дана надлежащая правовая оценка в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, с которой соглашается суд апелляционной инстанции. Избирательного подхода к оценке доказательств, игнорирования доводов сторон и непринятия должных мер к их проверке в целях всестороннего и объективного разбирательства по делу не имеется. При этом суд в соответствии с п. 2 ст. 307 УПК РФ привел причины, по которым он признал достоверными одни доказательства и отверг другие. Как следует из протокола и его аудиозаписи свидетель ФИО14 непосредственно был допрошен в судебном заседании, сторонами свидетелю задавались вопросы. Кроме этого, в судебном заседании были оглашены показания ФИО14, данные им в ходе предварительного расследования, которые свидетель подтвердил. Суд, исходя из содержания приговора, взял за основу показания свидетеля ФИО14, которые согласуются и не противоречат иным доказательствам. То есть судом, вопреки доводам государственного обвинителя, показаниям свидетеля ФИО14, в том числе данным в судебном заседании, дана должная оценка. При этом не приведение в приговоре показаний ФИО14, данных в судебном заседании, само по себе не свидетельствует, что данное доказательство судом не исследовалось и не учитывалось при вынесении итогового решения по делу.

Несогласие государственного обвинителя с оценкой суда доказательств, положенных в основу приговора, не свидетельствует о недопустимости этих доказательств, о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а равно о существенных нарушениях уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, которые могут повлечь отмену приговора в апелляционном порядке.

Совокупность доказательств, исследованных судом и приведенных в приговоре, является достаточной для разрешения уголовного дела по существу и установления виновности осужденного в совершении инкриминируемого ему преступления. В этой связи доводы осужденного о том, что в ходе предварительного расследования не были установлены лица, которые с его слов являлись очевидцами ДТП, не свидетельствуют о его невиновности, и недостаточности доказательств по делу.

Дана судом правильная оценка и показаниям осужденного относительно его невиновности в совершении им инкриминируемого преступления. Суд правильно оценил доводы осужденного о его невиновности в дорожно-транспортном происшествии, что он на полосу встречного движения не выезжал, что столкновение с автомобилем «<данные изъяты>» произошло на его полосе движения, как избранный им способ защиты, опровергаемые показаниями потерпевших и свидетелей, письменными доказательствами по делу.

Таким образом, оценив совокупность исследованных в суде первой инстанции доказательств с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, суд правильно установил фактические обстоятельства дела, и квалифицировал действия ФИО2 по ч.5 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц и причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Как установлено судом и это следует из материалов уголовного дела, 12 февраля 2025 года в период времени с 19:16 часов по 19:45 часов ФИО2, управляя технически исправным автомобилем «<данные изъяты> двигаясь по проезжей части автодороги «Стерлитамак Башкортостан-Белорецк Башкортостан-Магнитогорск» в Агаповском районе Челябинской области со стороны <адрес> в направлении <адрес>, <данные изъяты> указанной автодороги по направлению движения в сторону <адрес>, выехал на полосу движения встречного направления, где совершил столкновение с автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, следующего во встречном направлении под управлением ФИО6, на расстоянии <данные изъяты> - (направление поворота на развилке налево или направо малого радиуса), установленного справа по направлению движения в <адрес> Республики Башкортостан.

В результате дорожно-транспортного происшествия водителю и пассажиру автомобиля «<данные изъяты> Потерпевший №1 и ФИО7 были причинены телесные повреждения, от которых наступила смерть последних на месте ДТП, а также пассажиру- <данные изъяты> Потерпевший №2 были причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни.

Суд первой инстанции исключил из объема предъявленного ФИО2 обвинения, нарушение им п.п. 1.3, 1.5 ПДД РФ, которые, как указал суд в приговоре, не состоят в причинно-следственной связи с наступившими общественно опасными последствиями, посчитав, что иные допущенные ФИО2 нарушения п. 2.7 и п. 9.1 (1), а также нарушения требований горизонтальной дорожной разметки 1.11 разделяющей потоки противоположных или попутных направлений на участках дорог, где перестроение разрешено только из одной полосы, состоят в причинно-следственной связи с наступившими общественно опасными последствиями.

Однако суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводом в суда в части нарушения ФИО2 п.2.7 Правил Дорожного Движения РФ, согласно которому «Водителю запрещается управлять транспортным средством …в болезненном и утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения», что фактически не нашло своего подтверждения в судебном заседании. При этом показания свидетеля ФИО16 о том, что у водителя «<данные изъяты>» был уставший вид, в достаточной степени не свидетельствует о том, что ФИО2 находился в болезненном или утомленном состоянии. Напротив, из показаний свидетелей ФИО11 и ФИО20 следует, что ФИО2 перед ДТП находился в трезвом состоянии, на свое самочувствие не жаловался. Показания указанных свидетелей согласуются и подтверждаются сведениями распечаток с технического средства контроля- тахографа, которым был оснащен автомобиль «<данные изъяты>

Кроме того, как следует из содержания обжалуемого приговора, судом в данной части не приведено каких-либо мотивов о наличии п. 2.7 ПДД РФ.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции, частично соглашаясь с доводами государственного обвинителя в указанной части, считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на допущенное ФИО2 нарушение пункта 2.7 Правил ДД РФ.

Исключение данного пункта ПДД РФ, не свидетельствует о невиновности ФИО2, о неверной квалификации его действий, что могло быть основанием для смягчения наказания.

Остальные нарушения Правил Дорожного Движения РФ, допущенные ФИО2, установленные судом первой инстанции, нашли свое подтверждение в судебном заседании.

Между допущенными ФИО2 нарушениями правил дорожного движения (п. 9.1 (1)) и нарушениями требований горизонтальной дорожной разметки 1.11 разделяющей потоки противоположных или попутных направлений на участках дорог, где перестроение разрешено только из одной полосы) Приложения 2 к Правилам дорожного движения РФ: «Дорожная разметка и ее характеристики (по ГОСТ Р 51256-2011 и ГОСТ Р 52289-2004), и наступившими последствиями в виде смерти ФИО6 и ФИО7, а также в виде причинения Потерпевший №2 телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни, по неосторожности, имеется причинно-следственная связь.

Оснований для иной правовой оценки действий осужденного, не имеется.

При этом суд обоснованно исключил из объема обвинения ФИО2 указание на причинение легкого вреда здоровью ФИО26, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, поскольку данное обстоятельство не относится к объективной стороне ст. 264 УК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона в ходе предварительного расследования по делу, не допущено.

Также, каких-либо нарушений уголовно- процессуального закона при рассмотрении уголовного дела, в том числе нарушений ст. 252 УПК РФ, которые могли повлечь отмену приговора в целом и вынесения нового обвинительного приговора, в том числе по доводам апелляционного представления, судом первой инстанции не допущено.

Согласно протоколу судебного заседания и его аудиозаписи, судебное разбирательство по делу проведено с соблюдением равенства прав, гарантированных сторонам, созданы необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. В ходе судебного следствия в полной мере были исследованы доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты. Все ходатайства сторон, в том числе ходатайства стороны защиты, рассмотрены и по ним приняты мотивированные решения, в представлении доказательств, стороны не были ограничены. Необоснованных отказов в удовлетворении заявленных ходатайств, не установлено. В свою очередь, несогласие стороны защиты с решением суда об отказе в удовлетворении ходатайства о назначении повторной автотехнической экспертизы, не ставит под сомнение законность такого решения, принятого с учетом мнения всех участников процесса. Данные о том, что судья каким-либо образом выражал свое мнение в поддержку стороны обвинения, в деле отсутствуют.

Также как следует из материалов уголовного дела, в соответствии с требованиями ст. 260 УПК РФ были рассмотрены судом замечания государственного обвинителя на протокол судебного заседания. По результатам рассмотрения принято мотивированное постановление, обоснованность и законность которого, не вызывает сомнений у суда апелляционной инстанции, учитывая при этом аудиозапись протокола судебного заседания.

При назначении наказания ФИО2, согласно приговору, суд учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, которое относится к категории преступлений средней тяжести, данные о личности, обстоятельства смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Установлены и приняты судом во внимание сведения, характеризующие личность осужденного, который женат, имеет официальное трудоустройство, на учетах у врачей-специалистов не состоит, невоеннообязанный.

Отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств судом обоснованно учтены- привлечение к уголовной ответственности <данные изъяты>

Также обоснованно судом первой инстанции учтено в качестве данных о личности осужденного, <данные изъяты>

В этой связи доводы государственного обвинителя, заявленные в указанной части, как несостоятельные подлежат отклонению.

Совокупность обстоятельств, установленных судом и указанных в приговоре, позволила суду первой инстанции назначить ФИО2 основное наказание в виде лишения свободы и дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. Такое решение суда, является обоснованным, достаточно мотивированным.

Данных, свидетельствующих о наличии исключительных обстоятельств по делу, позволяющих применить положения ст. 64 УК РФ, а также оснований для назначения более мягкого вида основного наказания, чем в виде лишения свободы, предусмотренного ст. 53.1 УК РФ, оснований для применения положений ст. 73 УК РФ, судом не установлено. С такими выводами соглашается и суд апелляционной инстанции.

При отсутствии по делу смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п.п. «и, к» ч.1 ст. 61 УК РФ, у суда первой инстанции не имелось законных оснований для применения положений ч.1 ст. 62 УК РФ.

Соглашается суд апелляционной инстанции с выводом суда об отсутствии оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, сделанным с учетом фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности.

Вместе с тем заслуживают внимания доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб потерпевших о несправедливости назначенного ФИО2 наказания вследствие его чрезмерной мягкости размера основного наказания.

Согласно ч. 4 ст. 389.15 УПК РФ, одним из оснований для изменения судебного решения, является несправедливость приговора.

В соответствие с ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ, несправедливым является приговор, по которому назначено наказание, не соответствующие тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части УК РФ, но по своему виду или размеру является несправедливым вследствие чрезмерной мягкости.

Согласно ч.ч.1,2 ст.2 УК РФ, задачами уголовного закона являются охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, предупреждение преступлений. Для осуществления этих задач Уголовный кодекс РФ устанавливает основание и принципы уголовной ответственности.

В соответствии с ч.3 ст.60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Согласно ч.1 ст.6 УК РФ наказание должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

При этом назначенное наказание должно отвечать целям наказания, которое согласно ст.43 УК РФ применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Однако судом первой инстанции указанные требования закона в полной мере не выполнены.

Как уже указывалось выше, судом при назначении ФИО2 основного наказания в виде лишения свободы были учтены- смягчающие наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих обстоятельств, а также характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о личности, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Суд счел эти обстоятельства достаточными для исправления осужденного при назначении ему наказания в виде лишения свободы сроком на 2 года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года 9 месяцев.

Вместе с тем, судом первой инстанции оставлены без внимания сведения о привлечении ФИО2 к административной ответственности за совершение грубого правонарушения в области дорожного движения. Как видно из материалов уголовного дела ФИО2 в течение года привлекался к административной ответственности по ч.3 ст. 12.12 КоАП РФ за повторный проезд на запрещающий сигнал светофора (08.01.2025 г.), за которое он был подвергнут административному штрафу. Постановление по делу об административном правонарушении вступило в законную силу 08 февраля 2025 года и на момент совершения преступления, за которое ФИО2 осужден обжалуемым приговором, сроки давности привлечения его к административной ответственности не истекли (т.2, л.д. 237). Данные сведения, согласно протоколу судебного заседания судом первой инстанции исследовались, однако не получили оценки в приговоре.

Также судом первой инстанции фактически оставлены без внимания обстоятельства совершенного преступления, которое относится к категории средней тяжести, при этом представляет повышенную общественную опасность. ФИО2 на день совершения преступления, являлся профессиональным водителем рейсового автобуса, что предполагает неукоснительное соблюдение Правил дорожного движения, нарушение которых стало причиной ДТП, в результате которого два человека от полученных телесных повреждений скончались на месте происшествия, <данные изъяты> был причинен тяжкий вред здоровью.

Учитывая указанные обстоятельства, тяжесть и общественную опасность преступления, смягчающие наказание обстоятельства, установленные судом первой инстанции, данные о личности осужденного, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, суд апелляционной инстанции считает необходимым усилить назначенное ФИО2 основное наказание в виде лишения свободы, увеличив его срок до 4-х лет. Именно такой размер основного наказания в виде лишения свободы будет отвечать целям восстановления социальной справедливости, соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, данным о личности виновного, позволит достичь исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

При этом оснований для смягчения либо усиления дополнительного наказания, назначенного ФИО2, не имеется. Размер дополнительного наказания, является соразмерным содеянному.

Вид исправительного учреждения, назначенный осужденному для отбывания наказания- колонию-поселение, судом определен в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, верно, с учетом всех обстоятельств дела, совершенного преступления и личности осужденного. В этой связи доводы государственного обвинителя о необходимости назначения для отбывания наказания исправительную колонию общего режима, как несостоятельные подлежат отклонению.

Правильно судом применены положения ч. 1 ст. 75.1 УИК РФ, а также положения о зачете в срок отбывания наказания из расчета один день за один день время самостоятельного следования осужденного к месту отбывания наказания.

Аргументированным является решение суда в части передачи иска прокурора Агаповского района Челябинской области, заявленного в интересах потерпевших о взыскании компенсации морального вреда, для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, что не противоречит требованиям закона и разъяснениям, содержащимся в п. п. 12 и 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года N 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу».

Исходя из требований закона, при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, связанных с причинением вреда работником организации (юридического лица) при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (например, о преступлениях, предусмотренных ч. 2 ст. 109, ст. ст. 143, 238 УК РФ), к участию в деле в качестве гражданского ответчика привлекается юридическое лицо (ст. 1068 ГК РФ); если при совершении преступления вред причинен источником повышенной опасности (например, по делам о преступлениях, предусмотренных ст.ст. 263, 264 УК РФ), - владелец этого источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ), в том числе заинтересованные лица.

То есть, принятое судом решение в указанной части обусловлено объективной необходимостью привлечения в данном случае заинтересованных лиц, получения доказательств, связанных с этим, что требуют отложения судебного разбирательства. При этом решение суда о передачи иска для рассмотрения в гражданском судопроизводстве не нарушает чьих-либо прав, в том числе потерпевших, за которыми фактически признано право на удовлетворение гражданского иска. Учитывая изложенное, доводы государственного обвинителя, изложенные в апелляционном представлении в указанной части, являются необоснованными и подлежат отклонению.

В связи с передачей гражданского иска для разрешения в гражданском судопроизводстве, судом обоснованно в соответствии с п.1 ч.1 ст. 299 УПК РФ в целях обеспечения гражданского иска сохранен арест, наложенные на имущество к <данные изъяты>

Таким образом, апелляционное представление государственного обвинителя Тимшина Р.Р. и апелляционные жалобы потерпевших подлежат частичному удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, 389.20, 389.28, ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Агаповского районного суда Челябинской области от 03 октября 2025 года в отношении ФИО2 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части указание на допущенное ФИО2 нарушение п. 2.7 ПДД РФ;

- усилить ФИО2 по ч.5 ст. 264 УК РФ основное наказание в виде лишения свободы до 4 (четырех) лет.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление и апелляционные жалобы потерпевших ФИО10 и ФИО30, поданные в своих интересах и в интересах <данные изъяты> Потерпевший №2 и Потерпевший №2 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу данного судебного решения, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.10-401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационной жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья