Приговор № 1-3(25007)/17 1-3/2017 1-350/2016 от 7 февраля 2017 г. по делу № 1-3/2017

Дело № 1-3(25007)/17


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Кирово-Чепецк 08 февраля 2017 г.

Кирово-Чепецкий районный суд Кировской области в составе председательствующего судьи Хусаиновой Е.И.,

секретарях Ашихминой Т.М., Куниловой О.В.,

государственных обвинителей – старшего помощника Кирово-Чепецкого городского прокурора Порошиной Т.Л., заместителя Кирово-Чепецкого городского прокурора Зайцева А.В.,

защитников – адвоката Филимонова Г.Б., представившего удостоверение № 465 и ордер № 018045, адвоката Носкова А.Н., представившего удостоверение № 791 и ордер № 030196, адвоката Шипуновой О.И., представившей удостоверение № 482 и ордер № 016444,

с участием подсудимых ФИО1, ФИО2,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению:

ФИО1, <данные изъяты>, ранее судимого: 31.03.2004 Кировским областным судом по ст. 131 ч. 3 п. «в», ст. 64 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима, освобожден 11.04.2008 по отбытии срока наказания, <данные изъяты>, под стражей содержащегося по данному делу с 25.03.2016,

в совершении преступлений, предусмотренных ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 3 п.п. «а», «б», ст. 228 ч.2, ст. 228 ч.2 УК РФ,

ФИО2, <данные изъяты>, судимой: 20.06.2016 Кирово-Чепецким районным судом Кировской области по ст. 228 ч. 1 УК РФ к 1 году исправительных работ с удержанием ежемесячно в доход государства 10% из заработной платы, постановлением этого же суда от 31.10.2016 неотбытое наказание в виде исправительных работ заменено на 4 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, содержащейся по стражей по данному делу с 23.09.2016,

в совершении преступления, предусмотренного ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 3 п.п. «а», «б»УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

1. Подсудимые ФИО1 и ФИО2 совершили покушение на незаконный сбыт наркотических средств, группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере при следующих обстоятельствах.

В один из дней в период с начала декабря 2015 года по 15.12.2015 ФИО2 и ФИО1, постоянно проживая в <адрес>, являясь потребителями наркотических средств под сленговыми названиями <данные изъяты>, <данные изъяты>, достоверно зная, что они запрещены в гражданском обороте на территории Российской Федерации, преследуя корыстную цель, решили совместно незаконно сбывать указанные наркотические средства жителям <адрес>. В связи с этим ФИО2 и ФИО1 вступили между собой в преступный сговор на совершение задуманного преступления с распределением ролей.

В осуществление задуманного ФИО2 и ФИО1 в указанный период, с целью незаконного сбыта наркотических средств, создали учетные записи в интернет - приложении <данные изъяты>, а также зарегистрировали на свои абонентские номера сотовых телефонов QIWI-кошельки.

Кроме того, ФИО1 в период с начала декабря 2015 года по 18.12.2015 с целью последующего совместного незаконного сбыта наркотических средств посредством сети Интернет через тайники «закладки» приобрёл у неустановленных следствием лиц наркотическое средство – смесь, в состав которой входит <данные изъяты>, в общем количестве не менее 0,73 г.

В период с 16.12.2015 по 17.12.2015 в дневное время ФИО1, находясь в квартире по адресу: <адрес>, действуя согласно предварительной договоренности с ФИО2 по незаконному сбыту наркотических средств, обратился посредством интернет- приложения <данные изъяты> к неустановленному следствием лицу, с которым договорился об условиях незаконного приобретения наркотического средства.

В осуществление задуманного, в указанный период ФИО1 в качестве оплаты за приобретаемое им с целью сбыта наркотическое средство в неустановленном следствием месте перевел на счет неустановленного следствием лица деньги за незаконно приобретаемое наркотическое средство, а после этого получил от неизвестного сведения о месте тайника (закладки) с наркотическим средством.

Продолжая свои преступные действия, направленные на совместный с ФИО2 сбыт наркотических средств, в период с 16.12.2015 по 17.12.2015 в дневное время, ФИО1 в неустановленном месте забрал, а тем самым незаконно приобрел для последующего незаконного сбыта наркотическое средство – смесь, в состав которой входит <данные изъяты>, в количестве не менее 0,35 г, что является значительным размером.

Затем 18.12.2015 в период с 16 часов 00 минут до 20 часов 20 минут к ФИО2 в квартиру по адресу: <адрес>, с целью незаконного приобретения наркотического средства для личного потребления, обратились ранее ей знакомые П. и Б., являющиеся потребителями наркотических средств. При этом ФИО2 согласно предварительной договоренности, осуществляя единый преступный умысел, направленный на незаконный сбыт наркотических средств, получив предварительно от ФИО1, находившегося в состоянии наркотического опьянения, указания, в тот же день в период с 16 часов 00 минут до 20 часов 20 минут сообщила П., что в качестве оплаты за незаконно приобретаемое наркотическое средство та должна перечислить денежные средства в сумме 1000 рублей на QIWI-кошелек ***, зарегистрированный ФИО1

Продолжая осуществлять задуманное, 18.12.2015 в период с 20 часов 20 минут до 20 часов 45 минут ФИО2, получив от П. информацию об оплате наркотического средства, согласно предварительной договоренности с ФИО1, договорилась с П. и Б. о встрече на лестничной площадке между первым и вторым этажами подъезда *** дома *** по <адрес>, где в этот же период передала П., наркотическое средство - смесь, в состав которой входит <данные изъяты>, в количестве 0,35 г, что является значительным размером. Тем самым ФИО1 и ФИО2 совместно осуществили незаконный сбыт указанного наркотического средства П. и Б.

18.12.2015 около 21 часа 30 минут П. и Б. были задержаны сотрудниками УФСКН России по Кировской области, после чего в тот же день в период с 22 часов 05 минут до 22 часов 25 минут в помещении <данные изъяты> по адресу: <адрес> было произведено исследование предметов одежды, вещей П., в ходе которого у нее при себе было обнаружено и изъято наркотическое средство – смесь, в состав которой входит <данные изъяты>, в количестве 0,35 г.

Согласно заключению эксперта *** от <дата> порошкообразное вещество, которое ФИО2 и ФИО1 незаконно сбыли П. и Б., является наркотическим средством – смесью, в состав которой входит <данные изъяты>, в количестве на момент исследования 0,35 г.

Приговором Кирово-Чепецкого районного суда от 16.06.2016 П. и Б. осуждены за совершение преступления, предусмотренного ст. 228 ч.1 УК РФ.

Продолжая свои действия, направленные на незаконный сбыт наркотических средств, ФИО1 18.12.2015 в период с 12 часов 30 минут до 22 часов 15 минут, действуя согласно предварительной договоренности с ФИО2 по незаконному сбыту наркотических средств, обратился посредством Интернет - приложения <данные изъяты> к неустановленному следствием лицу, с которым договорился об условиях незаконного приобретения наркотического средства.

В осуществление задуманного 18.12.2015 в указанный период ФИО1 в качестве оплаты за приобретаемое им с целью сбыта наркотическое средство в неустановленном следствием месте перевел на счет неустановленного следствием лица деньги за незаконно приобретаемое наркотическое средство, а после этого получил от неизвестного сведения о месте тайника (закладки) с наркотическим средством.

Продолжая свои преступные действия, направленные на совместный сбыт наркотических средств, 18.12.2015 в период с 12 часов 30 минут до 22 часов 35 минут ФИО2 через сеть Интернет подыскала для ФИО1 автомашину для поездки из <адрес> в <адрес> и обратно, а ФИО1 в тот же период согласно предварительной договоренности автомобильным транспортом проследовал по адресу: <адрес>, а затем по адресу: <адрес>, и последнему адресу забрал, а тем самым незаконно приобрел для последующего незаконного сбыта 2 пакетика с наркотическим средством – смесью, в состав которой входит <данные изъяты>, в количестве не менее 0,38 г, что является значительным размером.

Приобретенное наркотическое средство ФИО1 стал незаконно хранить при себе с целью незаконного сбыта до момента его задержания, а именно до 22 часов 35 минут 18.12.2015.

18.12.2015 около 22 часов 35 минут ФИО1 был задержан сотрудниками УФСКН по Кировской области в *** подъезде дома *** по <адрес>, после чего в тот же день в период с 22 часов 40 минут до 22 часов 50 минут доставлен в <данные изъяты> по адресу: <адрес>

18.12.2015 в период с 23 часов 05 минут до 23 часов 25 минут в помещении <данные изъяты> было проведено исследование предметов одежды, вещей ФИО1, в ходе которого у него при себе было обнаружено и изъято наркотическое средство - смесь, в состав которой входит <данные изъяты>, в количестве 0,38 г, что является значительным размером.

Указанное наркотическое средство ФИО1 и ФИО2 по независящим от них обстоятельствам не смогли сбыть, так как наркотик был изъят из незаконного оборота сотрудниками УФСКН России по Кировской области.

Согласно заключению эксперта *** от <дата> порошкообразное вещество, которое ФИО2 и ФИО1 незаконно приобрели с целью последующего незаконного сбыта при указанных обстоятельствах, является наркотическим средством – смесью, в состав которой входит <данные изъяты>, в количестве на момент исследования 0,38 г.

Таким образом, ФИО2 и ФИО1 согласно предварительной договорённости, действуя группой лиц, в период с начала декабря 2015 года по 18.12.2015 приобрели и хранили с целью последующего незаконного сбыта наркотическое средство – смесь, в состав которой входит <данные изъяты>, в общем количестве не менее 0,73 г, что является значительным размером, при этом в указанное время осуществили незаконный сбыт части приобретенного наркотического средства – смеси, в состав которой входит <данные изъяты>, в количестве 0,35 г. Однако довести свой совместный преступный умысел, направленный на незаконный сбыт наркотического средства в общем количестве 0,73 г до конца не смогли, по независящим от них обстоятельствам, в связи с тем, что наркотическое средство было изъято сотрудниками УФСКН России по Кировской области из незаконного оборота на территории РФ.

Согласно Постановлению Правительства РФ № 681 от 30.06.1998 N-метилэфедрон и его производные отнесены к наркотическим средствам, оборот которых в Российской Федерации запрещен.

Согласно Постановлению Правительства № 1002 от 01.10.2012 наркотическое средство – N-метилэфедрон и его производные, в размере свыше 0,2 г до 1 г является значительным размером.

В судебном заседании подсудимая ФИО2 свою вину в совершении преступления признала частично, показала, что с 2015 года она сожительствовала с ФИО1, оба употребляли наркотические средства. 18.12.2015 ей позвонила ее знакомая П. и спросила, можно ли у нее приобрести наркотическое средство. Созвонившись с ФИО1, она сказала П. перечислить денежные средства на киви-кошелек. Когда П. сообщила ей, что денежные средства она перевела, она сказала приезжать к ней домой. Когда П. приехала, она отдала ей наркотическое средство, часть которого они совместно употребили в подъезде. Позднее её и ФИО1 задержали и доставили в отдел наркоконтроля. Первоначально признала, что сбыла наркотическое средство, но без предварительного сговора с ФИО1, затем заявила, что имела место провокация со стороны П. и сотрудников УФСКН, ее вины в происшедшем нет.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину в совершении преступления признал частично, показал, что с 2015 года он сожительствовал с ФИО2, употреблял наркотические средства под сленговым названием <данные изъяты>, <данные изъяты>. 18.12.2015 ему на сотовый телефон, когда он находился в <адрес>, позвонила ФИО3 и сказала, что ее подруга просит продать наркотическое средство на 1000 рублей. Он дал своё согласие, т.к. не мог ей отказать.

18.12.2015 утром, списавшись в программе <данные изъяты> с лицом под ником <данные изъяты>, он поехал в <адрес>, чтобы приобрести наркотическое средство. Он положил денежные средства на киви-кошелек. По указанному лицом адресу закладки с наркотическим средством не оказалось. Тогда он списался с лицом под ником <данные изъяты>, и также договорился через закладку приобрести наркотическое средство. После оплаты в размере 1200 рублей, ему пришло сообщение с указанием адреса закладки по адресу: <адрес>, куда он приехал и забрал 2 пакетика. Данное наркотическое средство он приобрел для личного употребления. Затем его задержали, в отделе наркоконтроля в присутствии понятых приобретенные пакеты у него были изъяты.

Несмотря на частичное признание вины подсудимыми, их вина в совершении преступления нашла своё подтверждение в судебном заседании и подтверждается нижеприведенными доказательствами.

Так, из показаний ФИО1, данных им на предварительном следствии в качестве подозреваемого 13.01.2016, 24.02.2016, и оглашенных в судебном заседании в порядке ст. 276 ч.1 п.1 УПК РФ, следует, что с 2015 года он проживал по адресу: <адрес> с сожительницей ФИО2, вместе с которой они употребляли наркотические средства <данные изъяты> и <данные изъяты>, которые приобретали через интернет сервис <данные изъяты>. Сначала он приобретал наркотические средства для личного потребления, затем стал приобретать не только для себя, но и для продажи.

Так как он и ФИО3 испытывали привязанность к наркотическим средствам и нуждались в денежных средствах на приобретение наркотических средств, то в начале декабря 2015 года они договорились с ФИО3, что будут приобретать наркотические средства у лиц, занимающихся сбытом наркотических средств через интернет сервис <данные изъяты>, часть наркотического средства оставлять себе для личного употребления, а часть наркотического средства продавать чуть дороже, чем приобретали, жителям <адрес> путем тайников-закладок. Разницу в приобретении и продаже они и использовали в дальнейшем приобретении наркотика для личного употребления и продажи. Для сбыта они использовали учетные записи в интернет сервисе <данные изъяты>, которые создавал он: <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, также некоторым знакомым они продавали из рук в руки. Для сбыта наркотических средств они использовали несколько КИВИ-кошельков, периодически он менял их. Последний номер киви кошелька, куда потребители перечисляли деньги, был ***. Вывод денежных средств осуществлялся на КИВИ-кошельки, которые были привязаны к абонентским номерам телефонов ***, которым пользовался он, и *** – ФИО3. Все операции по регистрации и переводу денежных средств по КИВИ-кошелькам, а также регистрации учетных записей осуществлял он. Продавали они наркотик дороже, чем приобретали, а на разницу снова приобретали наркотик, часть из которого употребляли, часть – продавали.

Для приобретения наркотических средств они списывались с неустановленным лицом в интернет сервисе <данные изъяты>, который давал после оплаты, а именно после перевода с их КИВИ-кошельков на КИВИ кошелек неизвестного, адреса тайников-закладок, которые находились как на территории <адрес>, так и <адрес>. После получения адреса в интернет переписке, обычно он ходил или ездил забирать наркотическое средство из тайника, после чего привозил его домой, где они приобретённый наркотик делили на части, после этого ФИО1 ходил и раскладывал закладки с наркотиком по городу, сообщал ФИО3 адреса тайников закладок, и если кто-то обращался относительно приобретения наркотика из ее знакомых, ФИО3 сообщала им после того, как те перечисляли деньги на их киви- кошелёк, адрес тайника закладки, который он ей сообщал.

18 декабря 2015 года около 19 часов ФИО3 на сотовый телефон позвонил Б. и в завуалированной форме спросил, есть ли у них наркотическое средство, на что она ответила отказом. После чего ей позвонила П. и также спросила, есть ли наркотик на 1000 рублей. Посовещавшись с ФИО1, они решили продать ей имевшееся у них наркотическое средство, которое они приобрели через закладку, расположенную в районе дома *** по <адрес> 17.12.2015 в период с 13 до 14 часов. Он (ФИО1) объяснил ФИО3, на какой киви-кошелек нужно перечислять деньги за наркотик, потом объяснил, какой наркотик нужно отдать П., а потом объяснил, как проверить поступление денежных средств на киви-кошелек.

Так как больше наркотика у них не было, то он, списавшись с лицом, использующим аккаунт <данные изъяты> в интернет-сервисе <данные изъяты>, договорился приобрести у него наркотическое средство. Ему сообщили, что закладки есть только в <адрес>. После того, как он перевел 1200 рублей на указанный лицом киви-кошелек, ему сообщили адрес закладки по <адрес>. Через социальную сеть <данные изъяты> он нашел водителя, с которым можно доехать до <адрес>. Когда он находился в <адрес>, ему позвонила ФИО3 и спросила, какое наркотическое средство отдать П., в черных или в серых пакетиках, на что он ответил, что любой. По указанному адресу в <адрес> закладки не оказалось, тогда ему дали другой адрес – <адрес>. Получив адрес, он позвонил ФИО3, чтобы она договорилась в социальной сети <данные изъяты>, чтобы его подвезли из <адрес> в <адрес>, что она и сделала. 18.12.2015 около 21 час. 30 мин. он приехал в <адрес>, пришел по вышеуказанному адресу, где примерно около 21 час. 40 мин. нашел наркотик, положил его в карман, вышел из подъезда и направился домой. Когда он вошёл в подъезд своего дома *** по <адрес>, его задержали сотрудники УФСКН и доставили его в МРО, где в присутствии понятых его досмотрели и изъяли у него два полимерных пакетика с порошкообразным наркотическим средством и сотовый телефон <данные изъяты>, который он использовал при приобретении наркотического средства. Свою вину в незаконном сбыте наркотического средства совместно с ФИО3 признает, в содеянном раскаивается. (т.3, л.д. 111-115, 116-119)

Из протокола проверки показаний ФИО1 на месте от 24.02.2016 следует, что он в присутствии своего защитника, с применением средств фотофиксации добровольно подробно рассказал и указал место – деревянная горка во дворе дома *** по <адрес>, где он 17.12.2015 в период с 13 до 14 часов, находясь у себя дома по адресу: <адрес>, списавшись через программу <данные изъяты> с лицом под аккаунтом <данные изъяты>, переведя на указанный им номер киви-кошелька 500 рублей, по указанному адресу обнаружил сверток с наркотическим средством, которое он поместил в карман своей куртки и направился к себе домой. Также ФИО1 указал на место в подъезде *** дома *** по <адрес>, где он 18.12.2015 около 19 часов договорился вышеуказанным способом о приобретении наркотического средства, перевел на счёт киви-кошелька 1200 рублей, после чего около 21 час. 30 мин. обнаружил два пакета с порошком внутри, которые поместил в карман куртки и направился к себе домой, в подъезде дома он был задержан. (т.3, л.д. 120-124)

Из показаний ФИО2, данных ею на предварительном следствии в качестве подозреваемой 13.01.2016, 24.02.2016, и оглашенных в судебном заседании в порядке ст. 276 ч.1 п.1 УПК РФ, следует, что по адресу: <адрес> она проживала с сожителем ФИО1, оба употребляли наркотические средства <данные изъяты> и <данные изъяты>. Так как они не работали, испытывали привязанность к наркотическим средствам и нуждались в денежных средствах на приобретение наркотических средств, то примерно в начале декабря 2015 года она и ФИО1 решили приобретать наркотические средства у лиц занимающихся сбытом наркотических средств через интернет сервис <данные изъяты>, часть наркотического средства оставлять себе для личного употребления, а часть наркотического средства продавать чуть дороже чем приобретали, жителям <адрес> путем тайников-закладок. Разницу в приобретении и продаже они и использовали в дальнейшем приобретении наркотика для личного употребления и продажи. Для сбыта они использовали учетные записи в интернет сервисе <данные изъяты>, которые создавал ФИО1, а также некоторым знакомым они продавали из рук в руки. Для сбыта наркотических средств они использовали несколько киви-кошельков, периодически ФИО1 менял их. Последний номер киви кошелька, куда потребители перечисляли деньги, был ***. Денежные средства перечислялись на киви-кошельки, которые были привязаны к абонентским номерам телефонов ***, которым пользовался ФИО1, и *** – её. Все операции с киви-кошельками осуществлял ФИО1.

Для приобретения наркотических средств они списывались с неустановленным лицом в интернет сервисе <данные изъяты>, который после оплаты давал адреса тайников-закладок. После получения адреса в интернет переписке, ФИО1 забирал наркотическое средство из тайника, привозил его домой, где они приобретённый наркотик делили на части, после этого ФИО1 раскладывал закладки с наркотиком по городу, сообщал ей адреса тайников закладок. Если кто-то обращался за приобретением наркотика из её знакомых, она сообщала им после того, как те перечислят деньги на их киви-кошелёк, адрес тайника закладки, который ей сообщал ФИО1.

18 декабря 2015 года около 18 часов 20 минут ей на сотовый телефон ***, зарегистрированный на её имя, позвонил её знакомый Б., который ранее приобретал у них указанный ею способом наркотик, и спросил в завуалированной форме, есть ли у них наркотические средства для продажи. Она ответила отказом, так как не обговорила с ФИО1 продажу наркотика Б., через некоторое время ей на сотовый телефон позвонила П., она также приобретала наркотик у них ранее. П. спросила, есть ли у них наркотические средства для продажи. Поговорив с ФИО1, они решили продать П. наркотические средства, находящиеся у них и хранившееся для личного употребления, а после списаться с неустановленным лицом, использующим аккаунт <данные изъяты> в интернет сервисе <данные изъяты>, чтобы приобрести у него наркотическое средство. ФИО1 списался в интернете с неизвестным по приобретению наркотика, ему ответили, что в <адрес> нет адресов с тайниками закладками, а есть только в <адрес>. После этого с киви-кошелька ФИО1 перевел неизвестному денежные средства в сумме 1200 рублей и попросил адрес. Она по просьбе ФИО1 через группу в социальной сети <данные изъяты> под названием <данные изъяты> подыскала Беляеву автомобиль до <адрес>. Через некоторое время ей на сотовый телефон позвонила П. и спросила, можно ли приобрести у них наркотическое средство. Она, так как уже договорились с ФИО1 продать П. наркотик, 18 декабря 2015 года около 18 часов 25 минут ответила ей, что они продадут ей наркотик, и чтобы та положила деньги в сумме 1000 рублей на их киви-кошелек ***, с комментарием ***. Затем она созвонилась с ФИО1, который ей сказал, что наркотических средств в закладках у него нет, сказал взять два пакетика с наркотическим средством у него в сумочке, положить в один и передать П.. Через некоторое время П. продиктовала ей время и сказала, что скоро выезжает к их дому, после чего она сказала П., чтобы она ехала к магазину <данные изъяты>, который находится с торца дома *** по <адрес>, и сказала, чтобы П. позвонила ей, когда подъедет к указанному месту. Она не знала, в какие пакетики упаковано наркотическое средство, которое было необходимо отдать П., в указанный период она (ФИО3) позвонила ФИО1 на сотовый телефон и спросила, какие пакеты необходимо отдать, черные или серые. На это ФИО1 ответил, что ему без разницы. При этом ФИО1 ей давал указания, какие действия необходимо совершить на компьютере, чтобы зайти в киви-кошелек и проверить поступление денежных средств от П.. Она взяла один пакет с наркотиком, который у них оставался, и вышла в подъезд. Через некоторое время ей позвонила П., которой она сказала, подойти к *** подъезду дома *** по <адрес>, а сама она вышла в подъезд между *** и *** этажами на лестничной клетке, где и встретила П.. Затем 18 декабря 2015 года в 19-ом часу, находясь на лестничной клетке между *** и *** этажами подъезда *** дома *** по <адрес> она передала П. серый непрозрачный полимерный пакет с наркотическим средством внутри, после этого П. ушла. После этого она ушла домой, ей позвонил ФИО1, которому она сообщила, что отдала наркотик. ФИО1 попросил её снова найти машину, чтобы добраться из <адрес> в <адрес>, т.к. наркотика по адресу в <адрес> в тайнике не оказалось, поэтому ему дали адрес с закладкой в <адрес>, которую он заберет и приедет домой.

18 декабря 2015 г. около 23 часов в сопровождении сотрудников УФСКН домой пришел ФИО1. Ей также сказали собираться и взять телефоны, с которых они осуществляли переписку и вели переговоры. Телефоны она добровольно выдала в присутствии понятых.

Продавая наркотик вместе с ФИО1, она понимала, что совершает преступление, вину в совершении преступления, а именно в незаконном сбыте П. наркотических средств группой лиц совместно с ФИО1 она признает, раскаивается в содеянном. (т. 3, л.д. 47-50, 51-54)

Из протокола проверки показаний на месте от 24.02.2016 следует, что ФИО2 в присутствии своего защитника, с применением средств фотофиксации добровольно подробно рассказала и указала место – лестничная площадка между *** и *** этажами подъезда *** дома *** по <адрес>, где она 18.12.2015 сбыла наркотическое средство П., пояснив, что она в период с 18 час. 25 мин. до 19 час. 30 мин. 18.12.2015, используя сотовый телефон, договорилась с П. продать ей наркотик на 1000 рублей, которые необходимо перевести на киви-кошелек. Она согласовала и обсудила свои действия с ФИО1, взяла имевшееся у них для продажи наркотическое средство, находящееся в двух пакетах, положила их в пакет серого цвета, проверила поступление денежных средств на киви-кошелек. Около 20 час. 40 мин. она встретилась в указанном ею месте с П., где передала ей пакет с наркотическим средством.

В протоколе имеется отметка, что ФИО2 желает давать показания добровольно, без физического и морального принуждения, что подкреплено подписью ФИО2 (т.3, л.д. 55-60)

Из протокола допроса ФИО2 в качестве обвиняемой 22.08.2016, оглашенного в судебном заседании в порядке ст. 276 ч.1 п.1 УПК РФ, следует, что ФИО2 пояснила, что вину признает полностью, подтверждает ранее данные ею показания. (т.3, л.д. 68-71)

Из протокола очной ставки между ФИО1 и ФИО2 от 02.09.2016, оглашенного в судебном заседании в порядке ст. 276 ч.1 п.1 УПК РФ, следует, что ФИО2 в присутствии ФИО1 подтвердила ранее данные показания относительно распределения ролей при осуществлении сбыта ею и ФИО1 наркотических средств, рассказала об обстоятельствах сбыта наркотического средства 18.12.2015 П., а также показала, что ей известно об обстоятельствах приобретения ФИО1 18.12.2015 наркотического средства для себя и для продажи, она нашла ему машину, чтобы ФИО1 доехал до <адрес>, где закладки не оказалось, после чего ФИО1 сообщил ей, что приобрел наркотик в <адрес>. (т.3, л.д. 218-224)

После оглашения в судебном заседании данных показаний подсудимые ФИО1 и ФИО2 их не подтвердили.

ФИО1 пояснил, что он протоколы допроса не читал, допросы проходили в отсутствие адвокатов, сотрудники правоохранительных органов применяли к нему физическую силу, оказывали на него психическое давление. В ходе проверки показаний на месте он действительно указывал адреса, где он когда-то приобретал наркотические средства, не связанные с уголовным делом.

ФИО2 пояснила, что только подписывала протоколы, составленные следователем, адвокат на допросы подходил позднее, следователь угрожал ей, что их с Беляевым арестуют, она себя оговорила, чтобы побыть до суда дома. На очной ставке следователь на нее кричала, довела до слез, не давала подумать.

Доводы подсудимых о применении к ним физического и психического давления со стороны сотрудников правоохранительных органов был проверен судом и своего подтверждения не нашёл.

Доводы ФИО1 и ФИО2 по применению к каждому из них недозволенных методов ведения следствия были предметом проверки, проведенной <данные изъяты> и <данные изъяты>, в ходе которых факты применения в ходе следствия к ним физической силы и психологического давления со стороны оперуполномоченных и следователей не подтвердились, а напротив, были опровергнуты, постановлениями от 17.01.2017 и от 03.02.2017 в возбуждении уголовного дела было отказано.

Таким образом, в результате тщательного изучения протоколов допроса в качестве подозреваемых, обвиняемых, очной ставки следует, что подсудимые допрашивались несколько раз в ходе следствия в присутствии адвокатов, с соблюдением норм УПК РФ: каждому из них разъяснялись предусмотренные законом права подозреваемого, обвиняемого, положения ст. 51 Конституции РФ, а также то, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств и в случае последующего отказа от них; своей подписью ФИО1, ФИО2 и их защитники удостоверяли верность и объективность отражения в протоколах показаний со слов подсудимых, при этом заявлений, ходатайств по поводу ведения процессуальных действий ни от них, ни от их защитников не поступало.

Оценивая показания ФИО1 на предварительном следствии, данных им в качестве подозреваемого 13.01.2016, 24.02.2016, проверки показаний на месте 24.02.2016, показания ФИО2, данные ею в качестве подозреваемой 13.01.2016, 24.02.2016, в ходе проверки показаний на месте 24.02.2016, допроса обвиняемой 22.08.2016, в ходе очной ставки 02.09.2016, и в судебном заседании, суд считает наиболее правдивыми показания каждого из них, данные ими на предварительном следствии, поскольку они подробны и обстоятельны, в них сообщается о фактах, которые могли быть известны, только лицам, совершившим преступление, они согласуются как между собой, так и объективно подтверждаются с другими доказательствами по делу, а изменение ими своих показаний в судебном заседании суд расценивает как стремление избежать справедливого наказания за совершенное преступление.

При изложенных обстоятельствах суд признает показания ФИО1, данные им 13.01.2016, 24.02.2016 в качестве подозреваемого, а также в ходе проверки показаний на месте 24.02.2016, показания ФИО2, данные ею в качестве подозреваемой 13.01.2016, 24.02.2016, в ходе проверки показаний на месте 24.02.2016, допроса обвиняемой 22.08.2016, в ходе очной ставки 02.09.2016, допустимыми и достоверными доказательствами.

Из показаний свидетеля П., данных ею в судебном заседании, показаний, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в соответствии с ч.3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденных ею в судебном заседании следует, что она длительное время знакома с ФИО3, вместе с которой они употребляли наркотические средства <данные изъяты>, <данные изъяты>. От её сожителя Г. ей было известно, что ФИО1 и ФИО3 продают наркотические средства, что ФИО1 ездит в <адрес> и приобретает там наркотические средства для личного потребления и продажи.

Вечером 18 декабря 2015 года она встретилась с Б., и они решили употребить наркотическое средство. Около 18 час. 25 мин. она с телефона Б. *** позвонила ФИО3 на ее сотовый телефон *** и в завуалированной форме спросила, есть ли у нее наркотическое средство, на что Козлова ответила, что ничего нет. Через некоторое время, около 19 часов 30 минут она снова позвонила ФИО3 и снова в завуалированной форме спросила, можно ли приобрести у нее наркотическое средство на 1000 рублей. Через некоторое время она снова позвонила ФИО3, которая продиктовала ей номер ***, на который необходимо было положить деньги в сумме 1000 рублей в счет оплаты за наркотик, с комментарием ***. После этого они вместе с Б. около 20 часов 20 минут пришли в магазин <данные изъяты> по адресу: <адрес>, где Б. перечислил при помощи терминала платежной системы QIWI на указанный ФИО3 номер счета 1000 рублей. Кассовый чек о переводе денег Б. взял себе, позвонил сам ФИО3 на ее телефон и сообщил точное время перевода денег, а также оставленный комментарий. В ходе телефонного разговора ФИО3 сказала подъезжать к магазину <данные изъяты>, который расположен в доме *** по <адрес>, как раз в том доме, где проживают ФИО1 и ФИО3, и как к нему подъедут, чтобы снова позвонили. Около 20 час. 40 мин. они подъехали к дому ФИО3, она позвонила ФИО3, сообщила о своем приезде. ФИО3 сказала ей, чтобы она зашла в *** подъезд дома *** по <адрес>, где она проживает, в это время ФИО3 стояла в подъезде и помахала ей рукой со второго этажа. На лестничной клетке между *** и *** этажами данного подъезда они с ФИО3 встретились, где ФИО3 передала ей прямоугольный пакет серого цвета, в котором прощупывалось порошкообразное вещество. Пакет она поместила в карман куртки, вышла на улицу, села в машину такси, где ее ждал Б., и они поехали по адресу: <адрес>.

Около 21 часа 30 минут у дома *** по <адрес> они с Б. вышли из такси и направились в сторону подъезда. В это время они были задержаны сотрудниками <данные изъяты>, доставлены в отдел по адресу: <адрес>, где в присутствии двух понятых её досмотрели. В ходе досмотра из кармана её куртки у нее был обнаружен и изъят полимерный пакет серого цвета, с двумя полиэтиленовыми пакетами с порошкообразным веществом внутри. Все было упаковано и опечатано. Изъятый у нее пакет она приобрела у ФИО2, более по пути они нигде не останавливались, ни у кого более наркотические средства в тот день не приобретала. Оснований оговаривать ФИО2 у нее не имеется. (т. 3, л.д. 1-4)

Из протокола доставления, протокола исследования предметов одежды, вещей от 18.12.2015 следует, что в период с 21 час. 30 мин. до 21 час. 40 мин. в здание по адресу: <адрес> была доставлена П., в ходе исследования предметов одежды которой в период с 22 час. 05 мин. до 22 час. 25 мин. из левого наружного кармана надетой на ней куртки обнаружен и изъят непрозрачный полимерный пакет серого цвета, внутри которого два прозрачных полимерных пакетика с порошкообразным веществом бежевого цвета. Все изъятое упаковано и опечатано. (т. 1, л.д. 66, 67)

Согласно заключению эксперта *** от <дата> вещества, изъятые у П. 18.12.2015, являются наркотическим средством – смесью, в состав которой входит <данные изъяты>, в суммарном количестве на момент исследования 0,35 г. (т. 2, л.д. 40-42)

Из показаний свидетеля Б., данных им в судебном заседании, показаний, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в соответствии с ч.3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденных им в судебном заседании, следует, что ранее он употреблял наркотические средства. 18 декабря 2015 года в вечернее время он договорился встретиться с П.. Еще до встречи с П. он позвонил ФИО3 и спросил, можно ли у нее приобрести наркотик, но та ответила, что у нее ничего нет. Встретившись с П., они решили употребить наркотик, приобрести его у ФИО3. П. с его сотового телефона позвонила ФИО3, с которой договорилась о приобретении наркотика, ФИО3 сообщила П. номер QIWI-кошелька, на который необходимо перевести деньги за наркотик. В магазине <данные изъяты> он перевел на указанный ФИО3 номер деньги в сумме 1000 рублей, позвонил ФИО3 и сообщил о переводе денег. ФИО3 сказала им приехать по адресу: <адрес>. Приехав на такси по указанному адресу, П. вышла из машины и зашла в *** подъезд, а он остался у машины. Через непродолжительное время П. вернулась и сказала, что ФИО3 передала ей наркотическое средство, и они поехали по адресу: <адрес>, где в 21 час. 30 мин. их задержали сотрудники наркоконтроля, доставили в отдел. В присутствии понятых у него был обнаружен и изъят чек о переводе денежных средств на номер QIWI-кошелька, а такжесотовый телефон. (т. 3, л.д. 5-7)

Из протокола доставления, протокола исследования предметов одежды, вещей от 18.12.2015 следует, что в период с 21 час. 35 мин. до 21 час. 45 мин. Б. был доставлен в здание по адресу: <адрес>, в период с 23 час. 30 мин. до 23 час. 50 мин. было проведено исследование предметов его одежды, в ходе которого из левого кармана его куртки был обнаружен и изъят сотовый телефон <данные изъяты> и чек платежной системы Qiwi от 18.12.2015 в 20:24 на сумму 1000 рублей, деньги переведены на номер киви-кошелька ***. Все изъятое упаковано и опечатано. (т. 1, л.д. 68, 69-70)

Из показаний свидетеля Ш., данных ею в судебном заседании, показаний, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в соответствии с ч.3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденных ею в судебном заседании следует, что 18 декабря 2015 года около 22 часов по просьбе сотрудников <данные изъяты> она с ранее незнакомой женщиной принимала участие в качестве понятого при досмотре женщины, которая представилась П.. Им было объявлено, что П. будет досмотрена на предмет наличия при ней наркотиков, разъяснены права. Сотрудник полиции – женщина в их присутствии стала досматривать П. и из левого кармана куртки был изъят полимерный непрозрачный пакет серого цвета прямоугольной формы, внутри которого находилось два прозрачных полиэтиленовых пакета, в каждом из которых находилось порошкообразное вещество бежевого цвета. П. пояснила, что вещество в пакете является наркотическим средством, которое она приобрела за 1000 рублей для личного потребления. После этого изъятые пакеты были упакованы в полиэтиленовый пакет, который был перевязан так, что доступ к содержимому пакета стал невозможен. Данный пакет был опечатан, снабжён пояснительным текстом, на котором она, второй понятой, сотрудник полиции и П. поставили свои подписи.

По факту исследования предметов одежды, вещей П. сотрудником женщиной был составлен протокол, который сотрудник полиции прочитала вслух всем присутствующим, заявлений и замечаний по протоколу не было. Данный протокол все присутствующие, в том числе и П., подписали. В протоколе была указана ее девичья фамилия – М., поскольку у второй понятой была такая же фамилия – Ш., поэтому сотрудник полиции предложила занести ее в протокол под девичьей фамилией, на что она согласилась. (т. 3, л.д. 14-16)

Свидетель Ю. в судебном заседании показал, что в 2015-2016 г.г. он исполнял обязанности руководителя <данные изъяты>. Летом 2015 года ФИО1 был поставлен на учёт как лицо, склонное к употреблению наркотических средств. ФИО3 состояла на таком же учете. 18.12.2015 были задержаны П. и Б., ФИО1 и ФИО3, с которых были отобраны объяснения и направлены на медосвидетельствование, поскольку у них имелись признаки наркотического опьянения. Исследование предметов одежды и вещей является оперативно-розыскным мероприятием, специальных познаний для исследования одежды не требуется, оно проводится в целях отыскания запрещенных предметов. Поскольку в <данные изъяты> отсутствовали сотрудники женского пола, то для досмотра женщин ими привлекались сотрудники женского пола <данные изъяты> из состава следственно-оперативной группы.

Свидетель Д. в судебном заседании показал, что до марта 2016 года он проходил службу в УФСКН <данные изъяты>. 18 декабря 2015 года в УФСКН поступила информация, что неустановленное лицо торгует наркотическими средствами по адресу: <адрес>. Он вместе с сотрудниками УФСКН участвовал в оперативно-розыскном мероприятии – наблюдение. Вечером 18.12.2015 к подъезду указанного дома подъехало такси, из которого вышли П. и Б., которые состоят на учете как лица, склонные к употреблению наркотиков. Он видел, как П. помахала рукой в сторону окна, откуда было видно, что ей тоже помахала девушка. Б. ждал П. около автомобиля. Когда П. вернулась, они сели в это же такси, и поехали. Он и еще один сотрудник отправились наблюдать за такси, двое остались наблюдать за подъездом. По пути такси нигде не останавливалось. Такси приехало к дому *** по <адрес>. Когда П. и Б. стали выходить из такси, ими было принято решение об их задержании. После задержания П. и Б. доставили в <данные изъяты> по адресу: <адрес>. При личном досмотре П. в присутствии понятых был обнаружен полимерный пакет с порошкообразным веществом белого цвета, в последствии экспертиза показала, что это является наркотическим средством. Со слов сотрудников УФСКН ему известно, что в тот же день – 18.12.2015, в вечернее время был задержан Б., у которого был обнаружен чек на сумму 1000 рублей и изъят телефон. ФИО1 также был доставлен в <данные изъяты>, при личном досмотре у которого был обнаружен полимерный пакет с порошкообразным веществом белого цвета, впоследствии экспертиза показала, что это является наркотическим средством. В этот же день ФИО3 добровольно выдала сотовый телефон, и в ходе обыска был изъят компьютер. В ходе медицинского освидетельствования ФИО1 и ФИО3 установлено, что они находились в наркотическом состоянии, за что они были привлечены к административной ответственности.

Из показаний свидетеля Л., данных им в судебном заседании, показаний, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в соответствии с ч.3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденных им в судебном заседании, следует, что 18 декабря 2015 года около 23 часов 00 минут он по приглашению сотрудников УФСКН участвовал в качестве понятого при исследовании предметов одежды, вещей ранее незнакомого мужчины. В кабинете в здании по адресу: <адрес>, находился он, второй понятой и ранее незнакомый ему мужчина, который представился ФИО1 После разъяснения прав и обязанностей сотрудник УФСКН стал досматривать ФИО1. В правом кармане куртки ФИО1 был изъят сотовый телефон <данные изъяты> с сим-картами операторов <данные изъяты> и <данные изъяты>. ФИО1 пояснил, что данный телефон принадлежит ему, и назвал номера сим-карт. Изъятое было опечатано, упаковано, были поставлены подписи, пакет обозначен под номером 1. Затем в этом же правом кармане куртки ФИО1 сотрудником были обнаружены и изъяты два полимерных пакета из непрозрачного материала, один пакет был черного цвета, а другой серого. Оба пакета были с застежками зип-лок, на одной из сторон каждого пакета имелись полоски двустороннего скотча. Внутри каждого пакета было по одному прозрачному полиэтиленовому пакетику, в каждом из которых находилось порошкообразное вещество бежевого цвета. Изъятые пакеты также упакованы, опечатаны, участвующие лица поставили свои подписи. Составленный протокол был прочитан вслух всем присутствующим, заявлений и замечаний по протоколу не было. ФИО1 вел себя спокойно, судя по его поведению, он сделал вывод, что ФИО1 находится в адекватном состоянии.

Затем оперативным сотрудником им было предложено принять участие в качестве понятых при производстве исследования предметов одежды, вещей другого гражданина. Согласившись на указанное предложение, они перешли в другой кабинет этого же здания, где находился ранее незнакомый ему мужчина, который представился Б. В ходе досмотра Б. в левом кармане куртки был обнаружен и изъят сотовый телефон <данные изъяты> с сим картой оператора <данные изъяты> и чек о переводе денежных средств в размере 1000 рублей от 18.12.2015. Сотовый телефон и чек были упакованы, опечатаны, поставлены подписи. Протокол также был прочитан вслух всем присутствующим, заявлений и замечаний к протоколу не было. (т. 3, л.д. 17-20)

Из протокола доставления, протокола исследования предметов одежды, вещей от 18.12.2015 следует, что с 22 час. 40 мин. до 22 час. 50 мин. ФИО1 был доставлен в здание по адресу: <адрес>, где проведено исследование предметов его одежды и вещей, в ходе которого из правого наружного кармана надетой на нём куртки изъят сотовый телефон <данные изъяты> с абонентскими номерами *** и ***, а также два полимерных непрозрачных пакета, один черного цвета, другой – серого цвета, внутри каждого из которых находился один прозрачный полимерный пакет с порошкообразным веществом бежевого цвета, на непрозрачных пакетах имеются полоски двустороннего скотча. (т. 1, л.д. 78, 79-85)

Согласно заключению эксперта *** от <дата> вещества, изъятые 18.12.2015 у ФИО1 являются наркотическим средством - смесью, в состав которой входит <данные изъяты> в количестве на момент исследования 0,38 г. (т. 2, л.д. 50-52)

Согласно постановлению мирового судьи судебного участка № 16 Кирово-Чепецкого судебного района Кировской области от 29.01.2016 ФИО1 был привлечен к административной ответственности за употребление 18.12.2015 около 16 часов наркотического средства, т.е. за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.9 ч.1 КоАП РФ. (т.1, л.д. 99)

Из протокола исследования предметов, документов от 19.12.2015 следует что ФИО1 добровольно выдал системный блок персонального компьютера черного цвета, на рабочем столе открыт файл управления киви-кошельком ***, открыт интернет-сервис <данные изъяты> с учетной записью <данные изъяты>, открыта страница социальной сети <данные изъяты> с группой <данные изъяты>. (т.1, л.д. 86-89)

Согласно заключению эксперта *** от <дата> на жестком диске предоставленного ФИО1 системного блока персонального компьютера обнаружены следы использования программ персональной связи через Интернет – <данные изъяты> под учетными записями <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, скайп под учетной записью <данные изъяты>. (т. 2, л.д. 75-79)

Из протокола исследования предметов, веществ, выданных добровольно следует, что 19.12.2015 ФИО2 добровольно выдала сим-карту оператора <данные изъяты>, сотовый телефон <данные изъяты>, сотовый телефон <данные изъяты> с повреждениями экрана и камеры. (т. 1, л.д. 91)

Согласно заключению эксперта *** от <дата> в памяти сотового телефона <данные изъяты>, добровольно выданного ФИО2, обнаружены следы использования программ персональной связи <данные изъяты>, <данные изъяты>, содержащие переписку на тему незаконного оборота наркотических средств. В памяти сотового телефона <данные изъяты> обнаружены входящие смс-сообщения с номера ***, являющиеся частью разговора о незаконном сбыте ФИО2 и ФИО1 наркотических средств П. и Б..

Кроме того, в сотовом телефоне <данные изъяты> обнаружена сим-карта с абонентским номером ***. Сим-карта <данные изъяты>, выданная ФИО2 соответствует абонентскому номеру ***. (т. 2, л.д. 86-102)

Из заключения эксперта *** от <дата> видно, что в памяти сотового телефона <данные изъяты>, изъятого в ходе исследования предметов одежды, вещей ФИО1, обнаружены исходящие смс-сообщения, являющиеся частью разговора о незаконном сбыте ФИО2 и ФИО1 наркотических средств П. и Б.. Кроме того, в сотовом телефоне <данные изъяты> обнаружены 2 сим-карты с абонентскими номерами *** и ***. (т. 2, л.д. 109-115)

Из протоколов осмотра и прослушивания фонограмм, осмотра вещественных доказательств и прослушивания фонограмм в судебном заседании следует, что были осмотрены и прослушаны компакт-диски с аудиофайлами, содержащими разговоры ФИО3 с ФИО1, П. и Б. по поводу сбыта наркотического средства 18.12.2015. Установлено, что ФИО3 ведет переговоры с П., Б. и ФИО1, в которых речь идет о сбыте наркотического средства, обговаривают количество сбываемого наркотического средства, сумму. ФИО1 дает ФИО3 инструкции по поводу сбыта имеющегося в наличии наркотического средства, какие действия необходимо произвести на компьютере для сбыта наркотика, ФИО3 сообщает П. и Б., на какой номер киви-кошелька перевести деньги и где забрать наркотик. (т. 2, л.д. 186-195, 196-208)

Из протокола дополнительного допроса подозреваемой ФИО2 от 24.02.2016, оглашенного в судебном заседании в соответствии ст. 276 ч.1 п.1 УПК РФ, следует, что после прослушивания аудиозаписи разговоров она подтвердила, что аудиофайлы содержат разговоры между ней и П. и Б., а также между ней и ФИО1 по поводу сбыта 18.12.2015 наркотического средства. (т.3, л.д. 51-54)

Из протокола дополнительного допроса подозреваемого ФИО1, оглашенного в судебном заседании в соответствии ст. 276 ч.1 п.1 УПК РФ, следует, что он признал, что звуковые файлы содержат его и ФИО2 переговоры, в которых он дает указания последней о том, какие действия нужно совершить на киви-кошельке с целью сбыта наркотического средства П. (т.3, л.д. 116-119)

Из протокола осмотра предметов, осмотра вещественных доказательств в судебном заседании видно, что были осмотрены предметы и вещества, изъятые 18.12.2015 у П., Б., ФИО1, ФИО2: застегивающиеся пакеты из прозрачного полимерного материала с веществом в виде порошка желтого цвета в каждом, застегивающиеся пакеты из полимерного материала серого цвета с наклеенным отрезком липкой ленты; аппарат мобильной связи <данные изъяты>; кассовый чек о перечислении 18.12.2015 в 20:24:35 на счет *** денежных средств в размере 1000 рублей через терминал, расположенный по адресу: <адрес>; аппарат мобильной связи <данные изъяты>; аппарат мобильной связи <данные изъяты>, системный блок компьютера в корпусе черного цвета. Пакеты с содержимым упакованы, опечатаны, повреждений не имели. (т. 2, л.д. 216-221)

Из протокола осмотра предметов видно, что при осмотре представленной <данные изъяты> информации на компакт дисках, являющихся приложением к заключению эксперта *** от <дата>, установлено, что через приложение <данные изъяты> велась переписка с учетной записи <данные изъяты>, связанная с незаконным сбытом наркотических средств, пользователям сообщался номер киви-кошелька, на который они должны перевести денежные средства за наркотики, на киви-кошельки поступают условленные суммы, после этого пользователям сообщались адреса закладок с наркотиком. (т. 2, л.д. 236-253)

Из протокола осмотра предметов, а также в ходе судебного следствия также была осмотрена детализация телефонных соединений, приобщенная в качестве вещественного доказательства, из которой следует, что с сотового телефона ФИО2 *** 18.12.2015 в период с 18 до 21 часов велись переговоры с абонентским номером ***, с которых осуществляли звонки П. и Б., а также с абонентским номером ФИО1. (т.2, л.д. 212-214)

Из приговора Кирово-Чепецкого районного суда от 16.06.2016 видно, что П. и Б. признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 228 УК РФ, а именно в незаконном приобретении наркотического средства 18.12.2015 около 20 часов 40 минут по адресу: <адрес>, *** подъезд, а также в незаконном хранении указанного наркотического средства в значительном размере. (т. 3, л.д. 8-13)

Допрошенный в качестве свидетеля <данные изъяты> О. в судебном заседании показал, что до мая 2016 года он занимал должность <данные изъяты>. При задержании лица, подозреваемого в незаконном обороте наркотических средств, его доставляют в отдел, где в присутствии понятых досматривают. Изымаемые вещества упаковываются, опечатываются, снабжаются пояснительными надписями, которые передаются эксперту, который описывает в своем заключении упаковки, в которых к нему поступило на исследование вещество, проводит по нему исследование и упаковывает в свою упаковку. Замена веществ исключена. Исследованные вещества возвращались следователю, который после осмотра сдавал их в камеру хранения либо по квитанции, либо через журнал, местонахождение которого после ликвидации УФСКН ему не известно. После ликвидации УФСКН уголовное дело вместе с вещественными доказательствами было передано в производство <данные изъяты>.

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд считает вину подсудимых ФИО1 и ФИО2 доказанной.

В основу приговора суд кладет признательные показания ФИО1 и ФИО2, данные ими в ходе предварительного следствия, в которых они признали и подробно рассказали, о том, как они в декабре 2015 года договорились между собой о совместном сбыте наркотических средств. Подробно и обстоятельно рассказали о том, как ФИО1 в период с 16.12.2015 по 17.12.2015 с целью последующего совместного с ФИО2 незаконного сбыта наркотических средств приобрёл наркотическое средство, а затем в 18.12.2015 в период с 16 часов 00 минут до 20 часов 20 минут они совместными действиями продали наркотическое средство П. и Б.; после чего ФИО1 18.12.2015 в период с 12 часов 30 минут до 22 часов 15 минут, приобрел наркотическое средство, в том числе с целью последующего его сбыта.

Данные следственные действия были оценены судом с точки зрения допустимости, и показания признаны судом допустимыми доказательствами, оснований для признания их недопустимыми не имеется, поскольку они получены с соблюдением требований УПК РФ, предъявляемым к данным доказательствам.

Также в основу приговора суд кладет и протоколы проверки показаний на месте ФИО2 и ФИО1, в которых они также подробно и обстоятельно на месте указали, где, когда и при каких обстоятельствах приобрели наркотические средства и сбыли их 18.12.2015 при вышеизложенных обстоятельствах.

Свидетели П. и Б. дали показания, изобличающие как ФИО2, так и ФИО1 в совершении преступления, подробно рассказали, как, когда и где приобрели наркотические средства у ФИО2, а также показаниями свидетелей – <данные изъяты> Д., проводившего наблюдение за П. и Б., показаниями свидетелей – понятых Ш., Л. показаниями свидетелей Ю., О.

У суда не имеется оснований не доверять показаниям данных свидетелей, поскольку они последовательны, логичны, не противоречат друг другу и собранным по делу доказательствам. Обстоятельств заинтересованности данных свидетелей в неблагоприятном для подсудимых исходе дела, а также оснований для оговора П. и Б. подсудимых в судебном заседании не установлено.

Также вина ФИО2 и ФИО1 подтверждается письменными материалами дела: протоколами доставления и протоколами исследования предметов одежды, вещей от 18.12.2015 П., Б., ФИО1, ФИО2, заключениями физико-химических экспертиз, о том, что изъятые у указанных лиц вещества являются наркотическими средствами, заключениями компьютерных экспертиз сотовых аппаратов, программ системного блока, изъятых у ФИО2 и ФИО1, содержащих информацию, свидетельствующую о незаконном сбыте ФИО2 и ФИО1 наркотических средств.

Из содержания телефонных переговоров ФИО2, ФИО1, содержания программ, установленных в их сотовых телефонах, информации Qiwi-банка, следует, что телефонные разговоры между ними и иными лицами, переписка между ними также свидетельствуют о незаконном сбыте ими наркотических средств.

Судом установлено, что все оперативно-розыскные мероприятия по делу производились в соответствии с требованиями Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и ст. 89 УПК РФ, поскольку проведенные по делу оперативно-розыскные мероприятия были оформлены надлежащим образом, в необходимых случаях должностными лицами выносились соответствующие постановления о проведении ОРМ, в предусмотренном законом порядке было получено разрешение суда, по итогам проведения ОРМ составлены протоколы, в которых указано, какие результаты достигнуты в ходе проведенных мероприятий. Соответствующие материалы оперативно-розыскной деятельности были надлежащим образом рассекречены и переданы в распоряжение следственного органа.

Доводы адвоката Шипуновой О.В. о том, что оперативно-розыскное мероприятие «наблюдение», проводившееся 18.12.2015, являлось негласным, а потому требовалось отдельное постановление на его проведение, являются ошибочными и противоречащими установленным обстоятельствам, поскольку данное ОРМ проводилось на улице, конституционные права граждан его проведением нарушены не были, соответственно, разрешения на его проведение не требовалось, как и не требовалось уведомлять ФИО2 и ФИО1 о проведении в отношении них ОРМ.

В соответствии с пп. 1 ч. 2 ст. 7 указанного Федерального закона основаниями для проведения оперативно-розыскной деятельности являются ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Нарушений ст. ст. 6, 7, 8 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» при проведении 18.12.2015 оперативно-розыскных мероприятий не допущено, поскольку из показаний свидетелей Ю., Д., материалов дела, следует, что правоохранительные органы раполагали информацией о том, что ФИО2 и ФИО1 причастны к незаконному сбыту наркотических средств, и именно с целью проверки указанной информации проводили в предусмотренной законом форме оперативно-розыскное мероприятие – наблюдение. Документы, отражающие проведение ОРМ, составлены в соответствии с требованиями Закона. При использовании результатов оперативно-розыскной деятельности для формирования доказательств на стадии предварительного расследования нарушений уголовно-процессуального законодательства, вопреки утверждениям защиты, допущено не было. По указанным основаниям суд считает несостоятельным и довод защитника об отсутствии оснований для проведения оперативно-розыскных мероприятий по настоящему уголовному делу.

Суд также считает несостоятельным довод адвоката Шипуновой О.В. о том, что протокол исследования предметов одежды и вещей П. является недопустимым доказательством в связи с составлением его ненадлежащим лицом, поскольку как было установлено в судебном заседании, доставленную П., являющуюся лицом женского пола, во избежание нарушения ее конституционного права на личную неприкосновенность, вправе было осматривать должностное лицо также женского пола. Из показаний <данные изъяты> Ю. следует, что в связи с отсутствием в их штате лиц женского пола к досмотру женщин привлекались лица женского пола из числа следственно-оперативной группы МО МВД России <данные изъяты>, что и имело место 18.12.2015. <данные изъяты> С. как сотрудник полиции, в соответствии со ст. 12 Федерального закона от 07.02.2011 N 3-ФЗ «О полиции» была вправе осуществлять оперативно-розыскную деятельность в целях выявления, предупреждения, пресечения и раскрытия преступлений, обеспечения собственной безопасности, а также в иных целях, предусмотренных федеральным законом. Впоследствии <данные изъяты> С. в расследовании данного уголовного дела не участвовала.

Также суд находит несостоятельными доводы адвоката о том, что исследование предметов одежды и вещей требует специальных познаний, которыми <данные изъяты> С. не располагала, поскольку данные рассуждения не основаны на законе. Перечень оперативно-розыскных мероприятий установлен Федеральным Законом от 12.08.1995 N 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», является исчерпывающим, п.5 ст. 6 указанного закона предусматривает такое ОРМ как «исследование предметов и документов», которое и было проведено в отношении П. 18.12.2015, по итогам которого был составлен соответствующий протокол.

Доводы адвоката о том, что документы, составленные 18.12.2015 по результатам ОРМ, должны были быть признаны в качестве вещественных доказательств, также суд считает не основанными на законе, поскольку в соответствии с ч.1 ст. 81 УПК РФ вещественными доказательствами признаются любые предметы, которые служили орудиями, оборудованием или иными средствами совершения преступления или сохранили на себе следы преступления; на которые были направлены преступные действия; деньги, ценности и иное имущество, полученные в результате совершения преступления; иные предметы и документы, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела. Документы оперативно-розыскных мероприятий по смыслу закона, в соответствии с п. 6 ч. 2 ст. 74, ст. 84 УПК РФ относятся к иным документам, которые допускаются в качестве доказательств, если изложенные в них сведения имеют значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

Доводы адвоката о недопустимости судебных решений: постановлений мировых судей о привлечении к административной ответственности ФИО1 и ФИО3 18.12.2015, постановлений о разрешении оперативно-розыскных мероприятий, об их рассекречивании суд также признает ошибочными и несостоятельными, т.к. в силу ст. 90 УПК РФ они носят преюдициальный характер, для отмены судебных решений, вступивших в законную силу, законом предусмотрен иной порядок.

Также суд не может согласиться с доводами защиты о недопустимости вещественных доказательств по делу – наркотических средств, поскольку в различных документах указан различный цвет изъятого вещества. Оснований сомневаться в происхождении приобщенных к уголовному делу вещественных доказательств у суда не возникло. При осмотре вещественных доказательств в судебном заседании была установлена идентичность упаковок изъятых и осмотренных пакетов и наркотических средств, в протоколах их изъятия указано на то, каким образом они были упакованы, упаковки совпадают как при производстве экспертиз, так и при осмотре в судебном заседании. Незначительные расхождения в указании цвета изъятых веществ, суд относит на субъективное восприятие цвета лицом, его описывающим, что не ставит под сомнение происхождение наркотических средств и достоверность вещественных доказательств.

Вопреки утверждениям стороны защиты, в ходе судебного следствия было достоверно установлено, что умысел на сбыт наркотических средств сформировался у ФИО2 и ФИО1 независимо от деятельности сотрудников правоохранительных органов, в связи с чем провокации ни в действиях сотрудников УФСКН, ни в действиях П. и Б. не усматривается. Об этом свидетельствует и факт привлечения последних к уголовной ответственности за незаконные действия по приобретению наркотических средств, за которые им назначено наказание. Размышления защитников о том, что сотрудникам правоохранительных органов было заранее известно, куда поедут 18.12.2015 П. и Б., о том, что был приглашен «свой» понятой, ничем не подтверждены и являются их предположением.

Об отсутствии провокации указывают и те факты, что 18.12.2015 ФИО2 и ФИО1 имели возможность отказаться от просьбы П. и Б. продать им наркотическое средство, вместо этого они приняли активные действия по незаконному сбыту последним за деньги наркотического средства, что полностью подтверждается материалами настоящего уголовного дела.

Доводы стороны защиты, что ни ФИО2, ни ФИО1 первыми П. и Б. не звонили, чтобы предложить купить наркотики, что якобы указывает на провокацию со стороны сотрудников полиции, является, также по мнению суда, несостоятельным. Сам по себе факт неоднократных звонков со стороны свидетелей П. и Б. на сотовый телефон ФИО3 не свидетельствует о какой-либо провокации со стороны как последних, так и сотрудников полиции: указанные звонки на сотовый телефон являлись составляющей частью процесса сбыта наркотика.

Об умысле ФИО2 и ФИО1 на сбыт наркотических средств, помимо их признательных показаний на предварительном следствии, свидетельствует расфасовка обнаруженного наркотика в удобные для передачи упаковки, наличие соответствующей договоренности с потребителями, использование при этом методов конспирации. Умысел на сбыт приобретенного ФИО1 18.12.2015 наркотического средства подтверждается показаниями ФИО2, данными ею в ходе очной ставки с ФИО1, где ФИО2 показала, что наркотическое средство ФИО1 приобрел в том числе для последующего сбыта, она оказывала ему помощь в его приобретении, подыскивая автомобиль, на котором ФИО1 ездил за наркотиком, осуществляла операции на компьютере для приобретения наркотического средства, а также умысел подтверждается телефонными переговорами, перепиской ФИО1, из которых следует, что имелся спрос на приобретенный им наркотик.

Доводы защиты об отсутствии умысла на сбыт, т.к. у ФИО1 и ФИО2 не были обнаружены весы, об отсутствии материальной выгоды, о принятии наркотика ФИО1 от головной боли, суд также считает надуманными.

Доводы стороны защиты, что у П. был изъят не тот пакет, который передала ей ФИО2, опровергаются показаниями свидетелей П. и Б., которые категорично утверждали, что изъятое у П. наркотическое средство она приобрела именно у ФИО2, более в тот день наркотики ни у кого не приобретала.

Наркотические средства были изъяты из незаконного оборота, поэтому преступление ФИО2 и ФИО1 не было доведено до конца по независящим от них обстоятельствам.

Заключениями химических экспертиз установлено, что вещества, незаконно сбывавшиеся и предназначавшиеся для сбыта ФИО2 и ФИО1, являются наркотическими средствами. Экспертизы были проведены компетентными высококвалифицированными экспертами, их заключения последовательны и непротиворечивы, научно обоснованны, выводы мотивированны, оснований сомневаться в компетентности экспертов, а также в достоверности и объективности выводов заключений, в том числе в части размера наркотического средства, суд не усматривает.

Все имеющиеся по делу доказательства получены с соблюдением требований УПК РФ, а оперативно-розыскные мероприятия – также в соответствии с ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», полученные по их результатам материалы соответствуют требованиям, предъявляемым УПК РФ к доказательствам. Доказательства согласуются между собой, дополняют друг друга и не содержат существенных противоречий, в связи с чем не вызывают сомнений в своей допустимости и достоверности, а в совокупности являются достаточными для вынесения обвинительного приговора. Оснований для прекращения уголовного дела в отношении подсудимых, о чем просит защита, не имеется.

В соответствии с Постановлениями Правительства РФ от 30.06.1998 N 681 и от 01.10.2012 № 1002 оборот указанных в описательной части приговора наркотических средств в РФ запрещен, размер наркотических средств, сбытых П. и Б. а также изъятого у ФИО1 и предназначавшееся для сбыта, в общей сложности соответствует значительному размеру, поэтому квалифицирующий признак преступления «в значительном размере», нашел свое подтверждение в судебном заседании.

Квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору» в покушении на сбыт наркотического средства также нашел свое подтверждение, т.к. ФИО2 и ФИО1 договорились о совершении сбыта наркотических средств, и их действия носили совместный, согласованный характер, направленный на незаконный сбыт наркотических средств, ФИО1 давал указания ФИО2 по сбыту наркотического средства, которые она выполняла, в связи с чем доводы подсудимых в судебном заседании об отсутствии предварительного сговора на сбыт наркотических средств суд считает несостоятельными, данные доводы опровергаются как показаниями подсудимых, данных ими на предварительном следствии, так и обстоятельствами дела и вышеприведенными доказательствами.

Учитывая изложенное, суд квалифицирует действия ФИО2 и ФИО1, каждого, по ст. 30 ч.3, ст. 228.1 ч.3 п.п. «а», «б» УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере.

2. Подсудимый ФИО1 совершил незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере при следующих обстоятельствах.

В один из дней с 28.02.2016 по 06.03.2016 в дневное время с сотового телефона ФИО1 обратился посредством интернет-приложения <данные изъяты> к неустановленному следствием лицу, с которым договорился об условиях незаконного приобретения наркотического средства, пообещав неустановленному лицу оплатить приобретаемое наркотическое средство в будущем, после чего получил от неустановленного следствием лица сведения о месте тайника (закладки) с наркотическим средством.

Затем в указанный период ФИО1 проследовал по адресу: <адрес>, где забрал, а тем самым незаконно приобрел для личного потребления наркотическое средство – смесь, в состав которой входит – <данные изъяты>, в количестве не менее 9,66 г, что является крупным размером.

Приобретенное наркотическое средство ФИО1 стал незаконно хранить при себе, не преследуя цели сбыта в дальнейшем, до момента его задержания, а именно до 18 часов 55 минут 10.03.2016.

10.03.2016 в 18 часов 55 минут ФИО1 был задержан сотрудниками УФСКН по Кировской области в отделении <данные изъяты> по адресу: <адрес>, после чего в тот же день в период с 18 часов 55 минут до 19 часов 30 минут доставлен в УФСКН России по Кировской области по адресу: <адрес>.

10.03.2016 в период с 19 часов 40 минут до 20 часов 06 минут в помещении УФСКН России по Кировской области по указанному адресу был произведен личный досмотр вещей, находящихся при ФИО1, в ходе которого у него при себе обнаружено и изъято 19 полимерных пакетиков с веществом, которое согласно справке об исследовании *** от <дата> и заключению эксперта *** от <дата>, является наркотическим средством – смесью, в состав которой входит <данные изъяты>, в количестве 9,66 г и 9,47 г соответственно, что является крупным размером.

Согласно постановлению Правительства РФ № 681 от 30.06.1998 N – метилэфедрон и его производные, в том числе в составе смеси, относится к наркотическим средствам, оборот которых на территории Российской Федерации запрещён.

Согласно постановлению Правительства РФ №1002 от 01.10.2012 количество наркотического средства N – метилэфедрон и его производных, в том числе в составе смеси, от 1 г до 200 г, является крупным размером.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину в совершении преступления признал частично, показал, что утром 09.03.2016 он в сопровождении сотрудников наркоконтроля приехал в <данные изъяты>, где его досмотрели, после чего, он взял матрас в палате *** и ушел в свою палату, где он обнаружил, что в его матрасе есть дыра, о чем он сказал медперсоналу. Утром 10.03.2016 из дыры в матрасе выпали шприцы с иголками, также из дыры он достал один пакет серого цвета, внутри которого были пакеты черного цвета. Он понял, что это наркотик, обрадовался, решил его употребить. Лежавший с ним в палате мальчик, увидев, что он ставит себе укол, рассказал об этом санитарам. Шприц он положил под плинтус под кроватью, остальные шприцы положил к себе в трусы. Затем пришли сотрудники больницы, он им сказал, что шприц принадлежит ему. Сотрудники его осмотрели, из трусов, носков достали пакетики и шприцы, забрали трусы и всё унесли, сказав ждать сотрудников полиции. Через некоторое время приехали сотрудники УФСКН и увезли его. В присутствии понятых у него был изъят пакет. Он подтвердил, что изымаемый пакет принадлежит ему, т.к. ему пообещали, что его отпустят домой. Признает, что, найдя в матрасе наркотическое средство, он приобрел его.

Несмотря на частичное признание вины подсудимым, его вина в совершении преступления нашла своё подтверждение в судебном заседании и подтверждается нижеприведенными доказательствами.

Так, из показаний ФИО1, данных им на предварительном следствии в качестве подозреваемого 17.03.2016, и оглашенных в судебном заседании в порядке ст. 276 ч.1 п.1 УПК РФ, следует, что в период с 28.02.2016 по 06.03.2016 он, используя интернет-программу <данные изъяты>, списался с неизвестным лицом, использующим <данные изъяты>, который сообщил, что даст ему наркотическое средство, чтобы разложить по закладкам. Так как денежных средств у него не было, а употребить наркотик хотелось, он согласился на предложение <данные изъяты>, но после получения наркотика больше не отвечать на его сообщения, т.е. он решил таким образом обмануть неизвестного, а наркотик решил оставить у себя для личного употребления. В указанный период он списался с неизвестным, который сообщил ему адрес с закладкой – <адрес>. Получив адрес закладки, в период с 28.02.2016 по 06.03.2016 на такси он приехал к дому *** по <адрес>, где у входа в подъезд *** справа он нашел пачку из-под сигарет, внутри которой на ощупь находились пакеты. Он положил обнаруженную пачку из-под сигарет в карман, где и стал хранить для личного употребления. На автобусе он приехал в <адрес>, где посмотрел, что находится внутри пачки, увидел, что внутри находятся пакеты с наркотическим средством, принес все домой по адресу: <адрес>. О приобретенном наркотике он ФИО3 не говорил. Часть наркотика они с ФИО3 употребляли. 09.03.2016, понимая, что его поместят в <данные изъяты>, и что там ему захочется употребить наркотик, он в период с 6 по 8 марта 2016 года, находясь в ванной комнате у себя дома, опасаясь, что сотрудники наркоконтроля и больницы могут обнаружить у него наркотик, он сам вшил несколько пакетов – не менее 6-7, в трусы, которые взял с собой в ручной клади, также взял с собой шприцы.

09.03.2016 в сопровождении сотрудников УФСКН он приехал в <данные изъяты>, где его никто не досматривал. Находясь в палате, вечером 09.03.2016, он часть наркотика разложил по носкам, часть оставил в трусах, где они были вшиты. 10.03.2016, он, находясь в палате, решил употребить находящееся у него наркотическое средство. В это время его заметили и вызвали УФСКН. 10.03.2016 около 19-20 часов его доставили вместе с его вещами, в которых он прятал наркотики, в здание УФСКН в <адрес>, где в присутствии двух понятых его досмотрели, изъяли хранившееся при нем наркотическое средство, опросили и отпустили домой. Приобретая и храня при себе наркотическое средство, он понимал, что совершает преступление, вину признает, в содеянном раскаивается. (т.3, л.д. 128-131)

Из показаний ФИО1, данных им на предварительном следствии в качестве обвиняемого 23.03.2016 и 04.08.2016, и оглашенных в судебном заседании в порядке ст. 276 ч.1 п.1 УПК РФ, следует, что ранее данные показания ФИО1 подтвердил, 04.08.2016 пояснил, что, направляясь в <данные изъяты>, он в свои сменные трусы вшил большое количество полимерных пакетиков <данные изъяты>, чтобы ему хватило на месяц пребывания в больнице, для личного употребления. (т.3, л.д. 144-146, 176-178)

Из протокола проверки показаний на месте подозреваемого ФИО1, следует, что он 17.03.2016 добровольно, в присутствии своего защитника указал на место по адресу: <адрес>, где он в период с 28.02.2016 по 06.03.2016 приобрел наркотическое средство в виде порошка, которое он хранил при себе и которое у него было 10.03.2016 обнаружено в <данные изъяты> и впоследствии изъято. (т. 3, л.д. 132-137)

После оглашения в судебном заседании данных показаний подсудимый ФИО1 их не подтвердил, показав, что протоколы допроса он не читал, допросы проходили в отсутствие адвокатов, сотрудники правоохранительных органов применяли к нему физическую силу, оказывали на него психическое давление. В ходе проверки показаний на месте он действительно указывал адреса, где он когда-то приобретал наркотические средства, не связанные с уголовным делом.

Данные доводы подсудимого были проверены судом и своего подтверждения не нашли.

Доводы ФИО1 по применению недозволенных методов ведения следствия были предметом проверки, проведенной <данные изъяты> и <данные изъяты>, в ходе которой факты применения в ходе следствия к нему физической силы и психологического давления со стороны оперуполномоченных и следователя не подтвердились, а напротив, были опровергнуты, постановлениями от 17.01.2017 и от 03.02.2017 в возбуждении уголовного дела было отказано.

Таким образом, в результате тщательного изучения протоколов допроса в качестве подозреваемого и обвиняемого, протокола проверки показаний на месте следует, что подсудимый допрашивался несколько раз в ходе следствия в присутствии адвокатов, с соблюдением норм УПК РФ: ему разъяснялись предусмотренные законом права подозреваемого, обвиняемого, положения ст. 51 Конституции РФ, а также то, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств и в случае последующего отказа от них; своей подписью ФИО1, и его защитники удостоверяли верность и объективность отражения в протоколах показаний со слов подсудимого, при этом заявлений, ходатайств по поводу ведения процессуальных действий ни от него, ни от его защитников не поступало.

Оценивая показания ФИО1 на предварительном следствии, данных им в качестве подозреваемого, обвиняемого, и в судебном заседании, суд считает наиболее правдивыми его показания, данные им на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого, поскольку они подробны и обстоятельны, в них сообщается о фактах, которые могли быть известны, только лицу, совершившему преступление, они согласуются как между собой, так и объективно подтверждаются с другими доказательствами по делу, а изменение им своих показаний в судебном заседании суд расценивает как стремление избежать справедливого наказания за совершенное преступление.

При изложенных обстоятельствах суд признает показания ФИО1, данные им 17.03.2016 в качестве подозреваемого, 24.03.2016 и 04.08.2016 в качестве обвиняемого, а также в ходе проверки показаний на месте 17.03.2016, допустимыми и достоверными доказательствами.

Свидетель Т. в судебном заседании показала, что она работает в должности <данные изъяты>. 10.03.2016 она находилась на рабочем месте. Около 17-18 часов к ней обратился медбрат А. и сказал, что пациент ФИО1 пытался поставить себе инъекцию внутривенно. Когда они зашли в палату, у них возникло подозрение, что ФИО1 пытался поставить себе инъекцию наркотического средства, поэтому решили осмотреть постель ФИО1 и надетые на нем предметы одежды. Беляев активно сопротивлялся их действиям. В трусах ФИО1 они обнаружили 2 или 3 шприца. Кроме того, в носках, под плинтусом, а также в ластовице трусов они обнаружили полимерные пакетики черного цвета. О случившемся она сообщила в УФСКН по Кировской области. Все обнаруженное у ФИО1 они перенесли в кабинет, после чего прибывшие оперативные сотрудники все описали, упаковали и забрали ФИО1 со всеми его вещами. Из матраса, на котором лежал ФИО1, ничего не изымалось. В матрасе от предыдущего пациента никаких предметов остаться не могло, т.к. матрасы после пациента зашиваются при наличии повреждений, и хранятся в отдельной палате, откуда следующий пациент этот матрас забирает.

Из показаний свидетеля А., данных им в судебном заседании и на предварительном следствии, оглашенных в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденных им, следует, что, работая в должности <данные изъяты>, 10.03.2016 он находился на рабочем месте. Около 17 часов к нему подошел санитар и сообщил, что один из испытуемых – ФИО1, пытается поставить себе инъекцию внутривенно. Он рассказал об этом Т., вместе они зашли в палату, где обнаружили у ФИО1 шприцы. Также из трусов и носков у ФИО1 они обнаружили более пяти пакетиков. ФИО1 сказал, что это всё для личного употребления. О случившемся они сообщили в УФСКН по Кировской области. После этого прибыли оперативные сотрудники, которые забрали ФИО1 со всеми его вещами. (т.3, л.д. 30-32)

Из показаний свидетеля З., данных им в судебном заседании и на предварительном следствии, оглашенных в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденных им, следует, что в марте 2016 года он проходил службу в должности <данные изъяты>, 10.03.2016 в 18 часов 00 минут на телефон доверия дежурной части УФСКН России по Кировской области поступил звонок из <данные изъяты>. Медсестра Т. сообщила, что испытуемый ФИО1 был замечен при попытке сделать себе внутривенную инъекцию, кроме того при ФИО1 находится вещество в полиэтиленовых пакетиках, и у неё возникли подозрения, что это наркотические средства. По указанию руководителя он выехал в <данные изъяты>, где медицинские работники указали на ФИО1 Он визуально осмотрел вещи ФИО1 и увидел в его пакете полимерные пакетики, в каких обычно бывают наркотические средства. После этого было принято решение доставить ФИО1 в УФСКН по Кировской области по адресу: <адрес>, где произвести его личный досмотр и досмотр находящихся при нем вещей.

По прибытии по указанному адресу им были приглашены двое понятых – мужчин, которым были разъяснены их права в ходе личного досмотра. После этого он досмотрел ФИО1 и изъял из находящегося при нем пакета: 19 полимерных пакетиков с порошкообразным веществом светлого цвета, ватный тампон, фрагмент ремня, три шприца, резиновые перчатки. Все изъятое было упаковано в присутствии понятых, по факту досмотра был составлен протокол, понятые расписались в протоколе и на пояснительных записках. ФИО1 после личного досмотра был отпущен домой и заобязан явкой на 11.03.2016 в <данные изъяты>. (т. 3, л.д. 21-23)

Из показаний свидетеля Г., данных им в судебном заседании и на предварительном следствии, оглашенных в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденных им, следует, что 10.03.2016 около 19 часов 30 минут он принимал участие в качестве понятого в ходе личного досмотра ранее незнакомого ФИО1 Перед началом личного досмотра ему и второму понятому были разъяснены права и обязанности, после чего сотрудник УФСКН досмотрел ФИО1 и вещи, находящиеся при нем. В ходе личного досмотра ФИО1 сотрудник полиции обнаружил и изъял большое количество полимерных пакетиков с порошкообразным веществом светлого цвета, а также шприцы, иглы, фрагмент ремня, ватку, перчатки. Все изъятое в присутствии понятых было упаковано и опечатано, все участвующие лица расписались в протоколе и на пояснительных записках к изъятому. ФИО1 сказал, что все изъятое принадлежит ему, для личного использования. В ходе досмотра ФИО1 нервничал, но вел себя адекватно. (т.3, л.д. 27-29)

Из протокола доставления видно, что 10.03.2016 в период с 18.55 до 19.30 часов ФИО1 был доставлен из <данные изъяты>, расположенной по адресу: г<адрес> в здание УФСКН России по Кировской области по адресу: <адрес>. (т.1, л.д. 144)

Из протокола личного досмотра, досмотра вещей, находящихся при физическом лице видно, что 10.03.2016 в период с 19 час. 40 мин. до 20 час. 06 мин. у ФИО1, одетого в трусы, носки и тапки, имеющего телесные повреждения в виде следов на обеих руках от внутривенных инъекций и шишку на правой голени, в присутствии понятых, в пакете, находящемся при ФИО1, обнаружено и изъято: три медицинских шприца: 1 - объемом на 3 мл с жидкостью красного цвета, 1- пустой шприц объемом 2 мл, 1- инсулиновый пустой шприц, все упаковано в пакет № 1; 6 пакетов черного цвета, запаянных, при вскрытии одного внутри обнаружено порошкообразное вещество белого цвета, 2 вскрытых полимерных пакета черного цвета, в одном порошкообразное вещество белого цвета, во втором пакете – фрагмент ремня и ватка, все упаковано в пакет № 2. Кроме того, обнаружено три полимерных пакета серого цвета с надписями: «3,01/3», внутри которого находятся 3 полимерных пакета черного цвета, «0,3/5», внутри которого находятся 5 полимерных пакета черного цвета, «0,2/4», внутри которого находятся 4 полимерных пакета черного цвета, В общей сложности обнаружено 19 полимерных пакетиков. (т. 1, л.д. 145-147)

Согласно справке об исследовании *** от <дата>, заключению эксперта *** от <дата> жидкость в шприце на 3 мл, изъятом 10.03.2016 у ФИО1, является наркотическим средством - смесь, в состав которой входит <данные изъяты> в количестве в высушенном виде на момент исследования 0,020 г и 0,015 г. В шприце без маркировочных делений и инсулиновом шприце, на иглах и колпачках в следовых количествах обнаружено наркотическое средство - смесью, в состав которой входит <данные изъяты>. (т. 1, л.д. 150, т.2, л.д. 142-144)

Согласно справке об исследовании *** от <дата>, заключению эксперта *** от <дата> вещества в 19 полимерных пакетиках, изъятых 10.03.2016 у ФИО1, являются наркотическим средством смесью, в состав которой входит <данные изъяты> в количестве на момент исследования 9,66 г и 9,47 г. На ватном тампоне, изъятом 10.03.2016 в ходе личного досмотра ФИО1 в следовом количестве обнаружено наркотическое средство – смесь, в состав которой входит <данные изъяты>. (т. 1, л.д. 153-154, т. 2, л.д. 132-135)

Из протокола осмотра предметов, осмотра вещественных доказательств в судебном заседании видно, что были осмотрены три медицинских шприца, в одном из которых находилась жидкость, два пустых шприца, 19 полимерных пакетиков с порошкообразным веществом светлого цвета, ватный тампон, фрагмент ремня, три пакета серого цвета с надписями, которые приобщены к материалам дела. (т.2, л.д. 226-228)

Согласно справке 10.03.2016 в 18 час. 00 мин. на телефон доверия дежурной части УФСКН России по Кировской области поступил звонок от Т. о нахождении в отделении ФИО1 с признаками наркотического опьянения и с веществом, которое необходимо изъять. (т.1, л.д. 143)

Из постановления мирового судьи судебного участка № 18 Кирово-Чепецкого судебного района Кировской области от 15.03.2016 видно, что ФИО1 за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.8 ч.1 КоАП РФ, а именно за то, что он 10.03.2016 в 19 час. 40 мин. при досмотре по адресу: <адрес>, незаконно хранил без цели сбыта наркотическое средство - <данные изъяты>, в количестве 0,020 г в высушенном виде, за что ему назначено наказание в виде 10 суток административного ареста. (т.1, л.д. 165-166)

Оценивая все исследованные в ходе судебного следствия доказательства в их совокупности, суд находит вину подсудимого ФИО1 в совершении преступления полностью доказанной.

В основу приговора суд кладёт признательные показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, в которых он признал и подробно рассказал, о том, как он в период с 28.02.2016 по 06.03.2016, списавшись в интернете с неустановленным лицом, незаконно приобрел около д. *** по <адрес> наркотическое средство, которое он незаконно хранил с целью личного употребления, находясь в <данные изъяты> 9-10 марта 2016 г. признал, что все изъятые 10.03.2016 в палате больницы пакеты с наркотическим средством, шприцы принадлежат ему.

Данные следственные действия были оценены судом с точки зрения допустимости, и показания признаны судом допустимым доказательством, оснований для признания их недопустимыми не имеется, поскольку они получены с соблюдением требований УПК РФ, предъявляемым к данным доказательствам.

Также в основу приговора суд кладет и протокол проверки показаний на месте ФИО1, в которых он также подробно и обстоятельно на месте указал, где, когда и при каких обстоятельствах приобрел наркотические средство с целью личного употребления.

Свидетели Т., А. – <данные изъяты> дали показания, изобличающие ФИО1 в совершении преступления, рассказав, каким образом, в каком количестве они обнаружили и изъяли у пациента ФИО1 пакеты с веществом, как передали все прибывшим сотрудникам УФСКН, а также показаниями свидетелей – <данные изъяты> З., проводившего личный досмотр ФИО1, показаниями свидетеля – понятого Г.

У суда не имеется оснований не доверять показаниям данных свидетелей, поскольку они последовательны, логичны, не противоречат друг другу и собранным по делу доказательствам. Обстоятельств заинтересованности данных свидетелей в неблагоприятном для подсудимого исходе дела в судебном заседании не установлено.

Также вина ФИО1 подтверждается письменными материалами дела: протоколом доставления, протоколом личного досмотра, справками об исследовании и заключениями физико-химических экспертиз, о том, что изъятые у ФИО1 вещества являются наркотическими средствами, протоколом осмотра предметов.

Все имеющиеся по делу доказательства получены с соблюдением требований УПК РФ, они согласуются между собой, дополняют друг друга и не содержат существенных противоречий, в связи с чем не вызывают сомнений в своей допустимости и достоверности, а в совокупности являются достаточными для вынесения обвинительного приговора.

Экспертизы проведены компетентными высококвалифицированными экспертами, их заключения последовательны и непротиворечивы, научно обоснованны, выводы мотивированны, оснований сомневаться в компетентности экспертов, в том числе в части размера наркотического средства, а также в достоверности и объективности выводов заключений суд не усматривает.

Судом установлено, что все оперативно-розыскные мероприятия производились в соответствии с требованиями ФЗ РФ «Об оперативно-розыскной деятельности», проведенные по делу оперативно-розыскные мероприятия были оформлены надлежащим образом, по итогам их проведения составлены протоколы, в которых указано, какие результаты достигнуты в ходе проведенных мероприятий. Соответствующие материалы оперативно-розыскной деятельности были надлежащим образом рассекречены и переданы в распоряжение следственного органа.

Доводы защиты о том, что не весь объем изъятого у ФИО1 10.03.2016 в здании УФСКН России по Кировской области наркотика, принадлежит ему, суд считает надуманными. Данный довод опровергается показаниям самого подсудимого ФИО1, данных им в ходе следствия, признанными судом допустимыми доказательствами, в которых он признал, что все пакеты, изъятые у него 10.03.2016, принадлежат ему, предназначались для личного употребления на период пребывания в больнице – на месяц. Эти же обстоятельства подтвердили свидетели: <данные изъяты> З., понятой Г.; свидетели Т., А., из показаний которых следует, что все найденное у ФИО1 ими было сложено в отдельный пакет, перенесено в кабинет, именно этот пакет взяли сотрудники УФСКН, ФИО1 признал, что все изъятое принадлежит ему. Кроме того, в ходе судебного следствия было установлено, что все пакеты, изъятые 10.03.2016 у ФИО1, имели один цвет и размер упаковки.

Оснований сомневаться в происхождении приобщенных к уголовному делу вещественных доказательств у суда не возникло. При осмотре вещественных доказательств в судебном заседании была установлена идентичность упаковок изъятых и осмотренных пакетов и наркотических средств, в протоколах их изъятия указано на то, каким образом они были упакованы, упаковки совпадают как при производстве экспертиз, так и при осмотре в судебном заседании.

Согласно справкам об исследовании и заключения экспертов вещество, изъятое у ФИО1, является наркотическим средством – смесью, содержащей наркотическое средство – <данные изъяты>, в общем количестве 9,66 г и 9,47 г соответственно.

В соответствии с Постановлениями Правительства РФ от 30.06.1998 N 681 и от 01.10.2012 № 1002 оборот вышеуказанного наркотического средства в РФ запрещен, размер данного наркотического средства, от 1 г до 200 г соответствует крупному размеру.

При таких обстоятельствах суд считает, что квалифицирующий признак преступления «в крупном размере», нашел свое подтверждение в судебном заседании.

Учитывая изложенное, суд квалифицирует действия ФИО1 по ст. 228 ч.2 УК РФ как незаконное приобретение, хранение без цели сбыта наркотического средства в крупном размере.

Органами предварительного следствия в вину ФИО1 вменено также незаконное приобретение и хранение без цели сбыта трёх медицинских шприцев, в которых согласно справке об исследовании *** от <дата> и заключению эксперта *** от <дата> жидкость в шприце на 3 мл, изъятом 10.03.2016 у ФИО1, является наркотическим средством – смесью, в состав которой входит <данные изъяты>, в количестве в высушенном виде на момент исследования 0,020 г и 0,015 г соответственно; в шприце без маркировочных делений и инсулиновом шприце, на иглах и колпачках в следовых количествах обнаружено наркотическое средство – смесь, в состав которой входит <данные изъяты>, а также ватный тампон, на котором в следовом количестве обнаружено наркотическое средство – смесь, в состав которой входит <данные изъяты>.

Суд исключает из объема обвинения незаконное приобретение и хранение без цели сбыта указанного количества наркотического средства (0,020 г) и ватного тампона без указания количества наркотического средства, поскольку постановлением мирового судьи от 15.03.2016 за данные действия ФИО1 был признан виновным в совершении административного правонарушения и подвергнут административному наказанию, данное постановление вступило в законную силу, а в соответствии с международными и конституционными принципами никто не может нести ответственность дважды за одно и то же деяние.

3. Подсудимый ФИО1 совершил незаконное приобретение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере при следующих обстоятельствах.

11.03.2016 в период с 8 часов до 17 час. 40 мин. ФИО1 с сотового телефона обратился посредством интернет-приложения <данные изъяты> к неустановленному следствием лицу, с которым договорился об условиях незаконного приобретения наркотического средства.

Затем ФИО1 в указанный период в качестве оплаты за приобретаемое им наркотическое средство в неустановленном следствием месте перевел на счет неустановленного следствием лица деньги за незаконно приобретаемое наркотическое средство, а после этого получил от неизвестного сведения о месте тайника (закладки) с наркотическим средством.

Продолжая свои преступные действия, ФИО1 в указанный период проследовал по адресу: <адрес>, где забрал, а тем самым незаконно приобрел для личного употребления, не преследуя цели сбыта в дальнейшем, наркотическое средство – смесь, в состав которой входит - <данные изъяты>, в количестве не менее 1,86 г, что является крупным размером, положив в карман одежды и пошёл домой.

11.03.2016 в 18 часов 00 минут ФИО1 был задержан сотрудниками УФСКН по Кировской области возле дома *** по <адрес>, после чего в тот же день в период с 18 часов 00 минут до 18 часов 10 минут доставлен в <данные изъяты> по адресу: <адрес>.

11.03.2016 в период с 18 часов 50 минут до 19 часов 10 минут в помещении <данные изъяты> по указанному адресу было произведено исследование предметов одежды и вещей, находящихся при ФИО1, в ходе которого у него при себе обнаружено и изъято вещество, которое согласно справке об исследовании *** от <дата> и заключению эксперта *** от <дата>, является наркотическим средством – смесью, в состав которой входит <данные изъяты>, в количестве 1,86 г и 1,84 г соответственно.

Согласно постановлению Правительства РФ № 681 от 30.06.1998 N – метилэфедрон и его производные, в том числе в составе смеси, относится к наркотическим средствам, оборот которых на территории Российской Федерации запрещён.

Согласно постановлению Правительства РФ №1002 от 01.10.2012 количество наркотического средства N – метилэфедрон и его производных, в том числе в составе смеси, от 1 г до 200 г является крупным размером.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину в совершении преступления не признал, показал, что 11.03.2016 он утром употребил с ФИО3 наркотическое средство. Через некоторое время ФИО3 забрали сотрудники УФСКН и увезли. Он из дома в течение дня не выходил. Вечером его также забрали сотрудники наркоконтроля и увезли в отдел на <адрес>, где он съел несколько таблеток <данные изъяты>, ему вызвали скорую помощь. Сотрудники УФСКН подкинули ему сверток с наркотическим средством в задний карман джинс.

Несмотря на непризнание вины подсудимым, его вина в совершении преступления нашла своё подтверждение в судебном заседании и подтверждается нижеприведенными доказательствами.

Так, из показаний ФИО1, данных им на предварительном следствии в качестве подозреваемого 17.03.2016, и оглашенных в судебном заседании в порядке ст. 276 ч.1 п.1 УПК РФ, следует, что 11.03.2016 в 8-9 часов он списался в сети интернет, используя свой сотовый телефон в программе <данные изъяты> с неустановленным лицом, использующим <данные изъяты>, и договорился с ним о приобретении наркотического средства для личного употребления. В терминале, расположенном в магазине <данные изъяты> на <адрес>, он перевел на счет 5000 рублей и сообщил неизвестному время оплаты. Через несколько минут ему пришло сообщение с адресом закладки - <адрес>. Получив адрес закладки, 11.03.2016 в период с 13-14 часов он пришел по указанному адресу, забрал закладку, положил ее в карман и ушел домой. Вечером 11.03.2016 в 18-19 часов его забрали сотрудники УФСКН, доставили в отдел, где у него в присутствии понятых обнаружили и изъяли наркотическое средство, которое он приобрел с целью личного употребления. Приобретая 11.03.2016 наркотическое средство, он понимал, что совершает преступление, вину признает, раскаивается в содеянном. (т.3, л.д. 128-131)

Из показаний ФИО1, данных им на предварительном следствии в качестве обвиняемого 23.03.2016 и 04.08.2016, и оглашенных в судебном заседании в порядке ст. 276 ч.1 п.1 УПК РФ, следует, что ранее данные показания ФИО1 подтвердил, показал, что 11.03.2016 приобрел для личного потребления наркотик «скорость», для личного употребления, сбывать его не собирался, который при задержании был изъят у него в помещении УФСКН. (т.3, л.д. 144-146, 176-178)

Из протокола проверки показаний на месте подозреваемого ФИО1, следует, что он 17.03.2016 добровольно, в присутствии своего защитника указал на место по адресу: <адрес>, на пешеходном переходе с правой стороны, где он 11.03.2016 около 13 часов приобрел наркотическое средство в виде порошка, которое он хранил при себе, и которое у него было обнаружено и изъято 11.03.2016. (т. 3, л.д. 132-137)

После оглашения в судебном заседании данных показаний подсудимый ФИО1 их не подтвердил, показав, что протоколы допроса он не читал, допросы проходили в отсутствие адвокатов, сотрудники правоохранительных органов применяли к нему физическую силу, оказывали на него психическое давление. В ходе проверки показаний на месте он действительно указывал адреса, где он когда-то приобретал наркотические средства, не связанные с уголовным делом.

Данные доводы подсудимого были проверены судом и своего подтверждения не нашли.

Доводы ФИО1 по применению недозволенных методов ведения следствия были предметом проверки, проведенной <данные изъяты>, в ходе которой факты применения в ходе следствия к нему физической силы и психологического давления со стороны оперуполномоченных и следователя не подтвердились, а напротив, были опровергнуты, постановлением от 17.01.2017 в возбуждении уголовного дела было отказано.

Таким образом, в результате тщательного изучения протоколов допроса в качестве подозреваемого и обвиняемого, протокола проверки показаний на месте следует, что подсудимый допрашивался несколько раз в ходе следствия в присутствии адвокатов, с соблюдением норм УПК РФ: ему разъяснялись предусмотренные законом права подозреваемого, обвиняемого, положения ст. 51 Конституции РФ, а также то, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств и в случае последующего отказа от них; своей подписью ФИО1, и его защитники удостоверяли верность и объективность отражения в протоколах показаний со слов подсудимого, при этом заявлений, ходатайств по поводу ведения процессуальных действий ни от него, ни от его защитников не поступало.

Оценивая показания ФИО1 на предварительном следствии, данных им в качестве подозреваемого, обвиняемого, и в судебном заседании, суд считает наиболее правдивыми его показания, данные им на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого, поскольку они подробны и обстоятельны, в них сообщается о фактах, которые могли быть известны, только лицу, совершившему преступление, они согласуются как между собой, так и объективно подтверждаются с другими доказательствами по делу, а изменение им своих показаний в судебном заседании суд расценивает как стремление избежать справедливого наказания за совершенное преступление.

При изложенных обстоятельствах суд признает показания ФИО1, данные им 17.03.2016 в качестве подозреваемого, 24.03.2016 и 04.08.2016 в качестве обвиняемого, а также в ходе проверки показаний на месте 17.03.2016, допустимыми и достоверными доказательствами.

Свидетель Д. в судебном заседании показал, что в марте 2016 года он занимал должность <данные изъяты>. 11.03.2016 в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по факту хранения им наркотического средства в <адрес>. Поступила информация, что ФИО1 находится у себя дома и необходимо проведение с ним следственных действий. Из дома ФИО1 был доставлен в <данные изъяты>, где в ходе досмотра из кармана его брюк в присутствии понятых был изъят полимерный пакет с наркотическим средством.

Из показаний свидетеля К., данных им в судебном заседании, показаний, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в соответствии с ч.3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденных им в судебном заседании следует, что 11.03.2016 около 18 часов 50 минут он по просьбе сотрудников УФСКН участвовал в качестве понятого при исследовании предметов одежды, вещей ранее незнакомого молодого человека. Ему и второму понятому были разъяснены права, после чего проводилось исследование предметов одежды и вещей молодого человека – ФИО1. Сотрудник УФСКН стал проверять содержимое карманов одежды ФИО1, и в заднем правом кармане его джинс нашел бумажный сверток, внутри которого был полимерный пакет черного цвета, а внутри пакета комкообразное вещество светлого цвета. Изъятое было упаковано в полиэтиленовый пакет, опечатано, он и второй понятой расписались на пояснительной записке к пакету и в составленном протоколе исследования предметов одежды и вещей. По факту приобретения изъятого вещества ФИО1 им ничего не пояснял. (т.3, л.д. 33-35)

Допрошенный по ходатайству стороны защиты свидетель И. в судебном заседании показал, что он работает <данные изъяты>, 11.03.2016 в 18.45-19.15 час. он приехал в здание <данные изъяты>, где им был обнаружен пациент - ФИО1, который, со слов сотрудников, принял таблетки <данные изъяты> – <данные изъяты>. Других жалоб ФИО1 не предъявлял, он был заторможен, находился в подавленном состоянии, со слов ФИО1, ему стало известно, что он также употребил наркотическое средство <данные изъяты>. ФИО1 отказался от промывания желудка, о чем поставил подпись. Также в его присутствии происходило исследование одежды ФИО1, в заднем кармане джинс которого, в его присутствии сотрудники наркоконтроля обнаружили сверток, внутри которого находился порошок светлого цвета. Замечаний от ФИО1 не поступало, заявлений о том, что сверток ему не принадлежит, ФИО1 не делал.

Из протокола доставления следует, что 11.03.2016 в период с 18.00 до 18.10 часов ФИО1 был доставлен от дома *** по <адрес> до здания УФСКН по <адрес>. (т.1, л.д. 174)

Из протокола исследования предметов одежды, вещей ФИО1 видно, что 11.03.2016 в период с 18.50 до 19.10 часов, из заднего правого кармана джинс ФИО1 был обнаружен и изъят бумажный сверток с полиэтиленовым пакетиком с комкообразным веществом светлого цвета внутри. (т. 1, л.д. 175-178)

Согласно справке об исследовании *** от <дата>, заключению эксперта *** от <дата>, вещество, изъятое у ФИО1 11.03.2016, является наркотическим средством - смесью, в состав которой входит <данные изъяты> в количестве на момент исследования 1,86 г и 1,84 г на момент проведения экспертизы. (т. 1, л.д. 189-193, т. 2, л.д. 169-175)

Из протокола осмотра предметов, осмотра вещественных доказательств в судебном заседании следует, что был осмотрен полимерный пакет и тетрадный лист бумаги, полимерный пакет с застежкой типа зип-лок, внутри которого находится порошкообразное вещество, имеющее желтоватый оттенок. Целостность упаковок перед осмотром нарушена не была. (т.2, л.д. 226-228)

Свидетель защиты Я. в судебном заседании показал, что проживает в том числе со своим дядей ФИО1 в квартире по адресу: <адрес>. 11.03.2016 он в течение дня находился дома, играл в компьютерные игры. ФИО1 также в течение дня находился дома, никуда не выходил. В течение дня несколько раз приходили сотрудники УФСКН, которым он сказал, что ФИО1 нет дома. Вечером ФИО1 забрали сотрудники УФСКН, нанесли ФИО1 при этом побои.

Свидетель защиты Е. в судебном заседании положительно охарактеризовала своего брата ФИО1, показала, что не видела никогда у брата наркотических средств, не верит, что он мог сбывать их. В период следствия считает, что на нее оказывалось психологическое давление со стороны сотрудников УФСКН. У ФИО1 есть двое детей, в воспитании которых он участвовал.

Оценивая все исследованные в ходе судебного следствия доказательства в их совокупности, суд находит вину подсудимого ФИО1 в совершении преступления полностью доказанной.

В основу приговора суд кладёт признательные показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, в которых он признал и подробно рассказал, о том, как он 11.03.2016, списавшись в интернете с неустановленным лицом, через закладку незаконно приобрел около <адрес> наркотическое средство с целью личного употребления, которое у него было изъято в помещении УФСКН вечером 11.03.2016. ФИО1 признал, что изъятый пакет с наркотическим средством принадлежит ему.

Данные следственные действия были оценены судом с точки зрения допустимости, и показания признаны судом допустимым доказательством, оснований для признания их недопустимыми не имеется, поскольку они получены с соблюдением требований УПК РФ, предъявляемым к данным доказательствам.

Также в основу приговора суд кладет и протокол проверки показаний на месте ФИО1, в которых он также подробно и обстоятельно на месте указал, где, когда и при каких обстоятельствах приобрел наркотические средство с целью личного употребления.

Свидетели – понятые К., И. подтвердили в судебном заседании, что в их присутствии 11.03.2016 в здании <данные изъяты> у ФИО1 из заднего кармана джинс был изъят сверток с порошкообразным веществом, которое было упаковано, каких-либо заявлений от ФИО1 при изъятии наркотика не поступало.

Вина ФИО1 в незаконном приобретении наркотических средств также подтверждается показаниями сотрудника УФСКН Д., письменными доказательствами: протоколом доставления, протоколом исследования предметов одежды и вещей, справками об исследовании и заключениями физико-химических экспертиз, о том, что изъятое у ФИО1 вещество является наркотическим средством, протоколом осмотра предметов.

У суда не имеется оснований не доверять показаниям данных свидетелей, поскольку они последовательны, логичны, не противоречат друг другу и собранными по делу доказательствам. Обстоятельств заинтересованности данных свидетелей в неблагоприятном для подсудимого исходе дела в судебном заседании не установлено.

Все имеющиеся по делу доказательства получены с соблюдением требований УПК РФ, они согласуются между собой, дополняют друг друга и не содержат существенных противоречий, в связи с чем не вызывают сомнений в своей допустимости и достоверности, а в совокупности являются достаточными для вынесения обвинительного приговора.

Экспертизы по делу были проведены компетентными высококвалифицированными экспертами, их заключения последовательны и непротиворечивы, научно обоснованны, выводы мотивированны, оснований сомневаться в компетентности экспертов, а также в достоверности и объективности выводов заключений суд не усматривает.

Оснований сомневаться в происхождении приобщенных к уголовному делу вещественных доказательств у суда не возникло. При осмотре вещественных доказательств в судебном заседании была установлена идентичность упаковок изъятых и осмотренных пакетов и наркотических средств, в протоколе их изъятия указано на то, каким образом они были упакованы, упаковки совпадают как при производстве экспертизы, так и при осмотре в судебном заседании.

Судом установлено, что все оперативно-розыскные мероприятия по делу производились в соответствии с требованиями ФЗ РФ «Об оперативно-розыскной деятельности», поскольку проведенные по делу оперативно-розыскные мероприятия были оформлены надлежащим образом, по итогам проведения ОРМ составлены протоколы, в которых указано, какие результаты достигнуты в ходе проведенных мероприятий. Соответствующие материалы оперативно-розыскной деятельности были надлежащим образом рассекречены и переданы в распоряжение следственного органа.

Доводы стороны защиты о том, что наркотическое средство было подкинуто ФИО1 сотрудниками УФСКН, суд считает надуманными, не нашедшим своего подтверждения в судебном заседании, данный довод опровергается вышеизложенными объективными доказательствами, в частности, показаниями ФИО1 на предварительном следствии, протоколом исследования предметов одежды и вещей, в ходе которого у ФИО1 изъяли наркотическое средство в присутствии понятых, подтвердивших в судебном заседании, что в их присутствии проводилось данное следственное действие, и сверток с наркотическим средством был изъят именно у ФИО1, от которого заявлений не поступило.

Версия о том, что наркотическое средство было подброшено, была выдвинута ФИО1 лишь в ходе судебного разбирательства, в ходе следствия, длившегося более 9 месяцев, данные доводы ФИО1 не приводились.

Согласно справкам об исследовании и заключения экспертов вещество, изъятое 11.03.2016 у ФИО1, является наркотическим средством – смесью, содержащей наркотическое средство – <данные изъяты>, в количестве 1,86 г и 1,84 г соответственно.

В соответствии с Постановлениями Правительства РФ от 30.06.1998 N 681 и от 01.10.2012 № 1002 оборот вышеуказанного наркотического средства в РФ запрещен, размер данного наркотического средства, от 1 г до 200 г соответствует крупному размеру.

При таких обстоятельствах суд считает, что квалифицирующий признак преступления «в крупном размере», нашел свое подтверждение в судебном заседании.

Суд критически относится к показаниям свидетеля защиты Я., о том, что ФИО1 11.03.2016 не выходил из дома, поскольку они, во-первых, опровергаются показаниями подсудимого ФИО1, данными им в ходе предварительного следствия, признанным судом допустимым доказательством и положенным в основу приговора, во-вторых, являются неправдоподобными, поскольку как пояснил Я. он в течение дня играл на компьютере, находился в разных с ФИО1 комнатах, двери которых находятся на одной стороне и не видны, выходил из квартиры, когда к нему пришла девушка, и постоянно ФИО1 в течение дня в поле его зрения не находился. Данные показания суд расценивает как способ помочь своему родственнику избежать справедливого наказания за содеянное.

Показания свидетеля Е. никак не опровергают виновность ФИО1 в совершении преступления, очевидцем или свидетелем каких-либо событий, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, она не была, её показания, что она не верит, что ее брат виновен в совершении преступления, является её субъективной оценкой, и не могут быть приняты судом.

Учитывая изложенное, суд квалифицирует действия ФИО1 по ст. 228 ч.2 УК РФ как незаконное хранение без цели сбыта наркотического средства в крупном размере.

Органами предварительного следствия действия ФИО2 и ФИО1 были квалифицированы как единое продолжаемое преступление, предусмотренное ст. 30 ч.3, ст. 228.1 ч.4 п. «г» УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере – в общем количестве 11,92 г, в период с 01.11.2015 по 11.03.2016.

В судебном заседании государственный обвинитель Зайцев А.В. изменил обвинение в сторону смягчения:

- действия ФИО2 переквалифицировал со ст. 30 ч.3, ст. 228.1 ч.4 п. «г» УК РФ на ст. 30 ч.3, ст. 228.1 ч.3 п.п. «а,б» УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере, совершенные 18.12.2015, исключил из объема обвинения покушение на сбыт наркотического средства совместно с ФИО1 10 и 11 марта 2016 г.;

- действия ФИО1 переквалифицировал со ст. ст. 30 ч.3, ст. 228.1 ч.4 п. «г» УК РФ на ст. 30 ч.3, ст. 228.1 ч.3 п.п. «а,б» УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере за действия, совершенные 18.12.2015, на ст. 228 ч.2 УК РФ как незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере за действия 10.03.2016 и на ст. 228 ч.2 УК РФ как незаконное приобретение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере за действия 11.03.2016.

Данное изменение обвинения не ухудшает положение подсудимых и не нарушает их право на защиту, поскольку изменённое обвинение каждому не содержит признаков более тяжкого преступления, фактический объем обвинения не увеличен, санкции ч.3 ст. 228.1, ч.2 ст. 228 УК РФ являются более мягкими по сравнению с ч.4 ст. 228.1 УК РФ, объем наркотического средства, в покушении на сбыт которого обвинялись подсудимые, значительно уменьшен государственным обвинителем.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Принимая во внимание, что психиатрические экспертизы в отношении подсудимых проведены компетентными экспертами, заключения последовательны, объективно подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами, а также с учетом личного участия подсудимых в судебном заседании суд находит выводы экспертов достоверными и не вызывающими сомнений, в связи с чем признает ФИО1 и ФИО2 при совершении преступлений вменяемыми и подлежащими уголовной ответственности.

Назначая вид и меру наказания подсудимым, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, личности подсудимых, конкретные обстоятельства дела.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2 и ФИО1, суд признает активное способствование расследованию преступлений, выразившееся в даче ими подробных показаний, проверке их на месте, представлении органам следствия информации о совершенных ими преступлениях, ранее тем не известную, и в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ – признание вины и раскаяние в содеянном на предварительном следствии, поскольку их показания, данные в ходе следствия, в которых они признавали вину и раскаивались в содеянном, положены судом в основу приговора.

Также обстоятельством, смягчающим наказание каждого из подсудимых, суд признает наличие у них малолетних детей.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой ФИО2, суд не усматривает.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, суд в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ признает рецидив преступлений, который в соответствии п. «б» ч.3 ст. 18 УК РФ является особо опасным, т.к. ФИО1, будучи судимым за особо тяжкое преступление по приговору от 31.03.2004, вновь совершил в том числе особо тяжкое преступление.

Довод подсудимого ФИО1 о том, что судимость по приговору от 31.03.2004 не должна учитываться в связи с её погашением в настоящее время, не основан на законе, поскольку наличие рецидива устанавливается на момент совершения нового преступления, а не вынесения за него приговора, как считает подсудимый.

Учитывая все обстоятельства дела, личности виновных ФИО2 и ФИО1, суд не находит достаточных оснований для признания в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением наркотических средств.

Учитывает суд и личности подсудимых. Подсудимый ФИО1 на учётах у врачей нарколога и психиатра не состоит, <данные изъяты>, по службе в армии в 2002 году характеризовался положительно, в 2004 году был осужден, в местах лишения свободы характеризовался отрицательно, признавался злостным нарушителем порядка отбывания наказания, на меры воспитательного характера реагировал слабо, на путь исправления не встал, после освобождения над ФИО1 был установлен административный надзор, за нарушения ограничений которого он систематически и многократно привлекался к административной ответственности, на меры профилактического характера не реагировал, также неоднократно привлекался к ответственности за правонарушения в области безопасности дорожного движения. По неофициальным местам работы в коллективе <данные изъяты>, у <данные изъяты>, у <данные изъяты>, по месту регистрации в <адрес> и по месту жительства характеризовался положительно, жалоб на него не поступало.

Подсудимая ФИО2 на учётах у врачей нарколога и психиатра не состоит, <данные изъяты>, с 2009-2012 г.г. неоднократно обсуждалась и привлекалась к ответственности за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей, по работе у <данные изъяты> характеризовалась положительно, по месту регистрации жалоб на ее поведение не поступало.

Учитывая все обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершённого ФИО2 преступления, обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, данные о личности подсудимой ФИО2, роль и степень её в совершении преступления, состояние здоровья, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимой и на условия жизни её семьи, суд приходит к выводу о необходимости назначения ей наказания в виде лишения свободы.

Размер наказания ФИО2 за преступление суд определяет путем последовательного применения положений ч.3 ст. 66 УК РФ, поскольку подсудимой совершено покушение на преступление, ч.1 ст. 62 УК РФ, поскольку установлено смягчающее обстоятельство, предусмотренное п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ, при отсутствии отягчающих обстоятельств, учитывая при этом разъяснения п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 N 58, согласно которому если в результате применения статей 66 и 62 УК РФ срок или размер наказания, который может быть назначен осужденному, окажется менее строгим, чем низший предел наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ, то наказание назначается ниже низшего предела без ссылки на статью 64 УК РФ.

Исходя из всех обстоятельств дела, степени общественной опасности преступления, объектом которого являются здоровье населения, суд не находит оснований для применения при назначении наказания ФИО2 положений об условном осуждении, предусмотренном ст. 73 УК РФ.

Учитывая все обстоятельства дела, личность виновного ФИО1, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, роль и степень его участия в совершении преступления 18.12.2015, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, состояние здоровья, а кроме того в соответствии с ч. 1 ст. 68 УК РФ – характер и степень общественной опасности ранее совершенного преступления и обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным, характер и степень общественной опасности вновь совершенных преступлений, суд считает, что дальнейшее исправление ФИО1 возможно только в местах лишения свободы с назначением наказания в виде лишения свободы.

Законных оснований для условного осуждения в соответствии со ст. 73 УК РФ в отношении ФИО1 не имеется.

Каких-либо обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных ФИО1 преступлений, не установлено, в связи с чем оснований для применения к подсудимому при назначении наказания положений ст. 64 УК РФ суд не усматривает, как и не находит суд оснований для назначения ему наказания с применением ч. 3 ст. 68 УК РФ, то есть без учета правил назначения наказания при рецидиве.

При определении срока наказания суд учитывает положения ч. 2 ст. 68 УК РФ, т.к. в действиях ФИО1 установлен рецидив преступлений, а за совершение преступления 18.12.2015 – также положения ч.3 ст. 66 УК РФ, поскольку подсудимым совершено покушение на преступление.

Принимая во внимание смягчающие наказание обстоятельства, семейное и имущественное положение подсудимых, суд также считает возможным не применять к ним дополнительные меры наказания в виде штрафа и ограничения свободы.

Поскольку преступление по настоящему делу ФИО2 совершила до вынесения в отношении неё приговора Кирово-Чепецкого районного суда Кировской области от 20.06.2016, то окончательное наказание ей следует назначить по правилам ст. 69 ч.5 УК РФ, при этом суд применяет принцип полного сложения наказаний.

В соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы ФИО1 следует назначить в исправительной колонии особого режима, а ФИО2 в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ – в исправительной колонии общего режима.

Учитывая фактические обстоятельства преступлений и степень их общественной опасности, наличие отягчающего наказание обстоятельства у ФИО1, суд не находит оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкие в соответствии с ч.6 ст. 15 УК РФ.

В соответствии с ч.1 ст.81 УПК РФ в ходе предварительного следствия в качестве вещественного доказательства был обоснованно признан принадлежащий ФИО1 системный блок компьютера и принадлежащий ФИО2 сотовый телефон <данные изъяты>, которые являлись средством совершения 18.12.2015 преступления, поскольку как следует из показаний ФИО2 и ФИО1 именно на данном системном блоке были установлены программы, использовавшиеся для сбыта наркотических средств, именно с него она осуществляла операции, чтобы проверить поступление денежных средств за сбываемое 18.12.2015 наркотическое средство, с сотового телефона <данные изъяты> созванивалась с П. и ФИО1, обговаривая условия сбыта наркотического средства.

На основании п.«г» ч.1 ст.104.1 УК РФ системный блок, принадлежащий ФИО1, и сотовый телефон <данные изъяты>, принадлежащий ФИО2, как средства совершения преступления 18.12.2015, подлежат конфискации и обращению в собственность государства.

Судьбу иных вещественных доказательств надлежит определить в соответствии со ст. 81, 82 УПК РФ следующим образом: наркотические средства подлежат уничтожению, как запрещенные к обращению предметы; предметы, не представляющие материальной ценности (пакеты, шприцы, перчатки), подлежат уничтожению, сотовые телефоны подлежат возврату их владельцам (родственникам), чек Qiwi ***, компакт-диски с записью телефонных переговоров, детализацию соединений, компакт диски (приложение к заключению эксперта *** от <дата>), компакт диски с ответами <данные изъяты>, следует хранить при уголовном деле.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ст. 30 ч.3, ст. 228.1 ч.3 п.п. «а», «б» УК РФ, и назначить ей наказание в виде 5 (пяти) лет лишения свободы.

На основании ст. 69 ч.5 УК РФ по совокупности преступлений, путём полного сложения наказаний, назначенных по настоящему приговору и приговору Кирово-Чепецкого районного суда Кировской области от 20 июня 2016 года, окончательно назначить ФИО2 наказание в виде 5 (пяти) лет 4 (четырех) месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО2 исчислять с 08.02.2017.

Зачесть в срок отбытия наказания ФИО2 время содержания её под стражей по данному делу в период с 23.09.2016 по 30.10.2016 включительно.

Зачесть в срок отбытия наказания ФИО2 наказание, отбытое ею по приговору Кирово-Чепецкого районного суда Кировской области от 20 июня 2016 года, с 31.10.2016 по 07.02.2017 включительно.

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст. 30 ч.3, ст. 228.1 ч.3 п.п. «а», «б» УК РФ, ст. 228 ч.2 УК РФ (за преступление 10.03.2016), ст. 228 ч.2 УК РФ (за преступление 11.03.2016), и назначить ему наказание:

- по ст. 30 ч.3, ст. 228.1 ч.3 п.п. «а», «б» УК РФ – 9 лет 6 месяцев лишения свободы,

- по ст. 228 ч.2 УК РФ (за преступление 10.03.2016) – 5 лет лишения свободы;

- по ст. 228 ч.2 УК РФ (за преступление 11.03.2016) – 4 года лишения свободы.

На основании ст. 69 ч.3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО1 наказание в виде 12 (двенадцати) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять с 08.02.2017.

Зачесть в срок отбытия наказания ФИО1 время нахождения его в психиатрическом стационаре и время содержания его под стражей по данному делу в период с 09.03.2016 по 10.03.2016 и с 25.03.2016 по 07.02.2017 включительно.

Меру пресечения ФИО2 и ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежней – заключение под стражу.

Вещественные доказательства: наркотические средства - серый пакет, внутри которого 2 пакетика с порошкообразным веществом серого цвета, 2 полимерных пакета с веществом бежевого цвета, бумажный сверток, внутри которого пакет с порошкообразным веществом белого цвета, пакет, внутри которого три шприца (3 мл с жидкостью красного цвета; 2 мл пустой, инсулиновый пустой), три колпачка, 1 из них с иглами, 19 полимерных пакетов с порошкообразным веществом светлого цвета, резиновый перчатки, переданные в камеру хранения вещественных доказательств <данные изъяты>, - уничтожить;

- сотовый телефон <данные изъяты>, IMEI: ***, ***, с сим-картами ***, ***, выдать родственникам ФИО1,

- чек Qiwi ***, компакт-диски с записью телефонных переговоров, детализацию соединений, компакт диски (приложение к заключению эксперта *** от <дата>), компакт диски с ответами <данные изъяты> -хранить при уголовном деле;

- сотовый телефон <данные изъяты> выдать свидетелю Б.,

- сотовый телефон <данные изъяты>, сим-карту <данные изъяты> *** выдать родственникам ФИО2

- системный блок компьютера ФИО1, сотовый телефон <данные изъяты> ФИО2 конфисковать и обратить в собственность государства.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кировский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осуждёнными, содержащимися под стражей, – в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осуждённые вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чём они должны указать в своей апелляционной жалобе или отдельном ходатайстве или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий

Справка.

Апелляционным постановлением Кировского областного суда Кировской области от 02 мая 2017 года приговор Кирово-Чепецкого районного суда от 08 февраля 2017 года в отношении ФИО4, ФИО1 изменен.

Исключено из резолютивной части приговора указание об уничтожении хранящихся в камере хранения вещественных доказательств <данные изъяты> наркотических средств - серого пакета, внутри которого 2 пакетика с порошкообразным веществом серого цвета, 2 полимерных пакета с веществом бежевого цвета, бумажного свертка, внутри которого пакет с порошкообразным веществом белого цвета, пакета, внутри которого три шприца, 19 полимерных пакетов с порошкообразным веществом светлого цвета.

Вещественные доказательства: серый пакет, внутри которого 2 пакетика с порошкообразным веществом серого цвета, 2 полимерных пакета с веществом бежевого цвета, бумажный сверток, внутри которого пакет с порошкообразным веществом белого цвета, пакет, внутри которого три шприца, 19 полимерных пакетов с порошкообразным веществом светлого цвета, хранить в камере хранения вещественных доказательств <данные изъяты> до принятия итогового решения по уголовным делам ***, ***, ***.

Зачтено ФИО1 в срок отбывания наказания время административного ареста с 11 марта 2016 года по 24 марта 2016 года.

В остальном этот же приговор в отношении ФИО1, ФИО2 оставлен без изменения, апелляционные жалобы (с дополнениями) осужденных ФИО1, ФИО2, защитника-адвоката Шипуновой О.И. - без удовлетворения.