Апелляционное постановление № 22-557/2026 22К-557/2026 от 29 января 2026 г.

Судья 1-й инстанции: Маслаков Е.П. № 22-557/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Владивосток 30 января 2026 года

Приморский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Зиновьевой Н.В.

при ведении протокола помощником судьи Ермохиной Ю.В.

с участием прокурора Ляшун А.А.

обвиняемого ФИО1 (по ВКС) и в его защиту адвоката Виноградовой В.А.

обвиняемого ФИО2 (по ВКС) и в его защиту адвоката Загородного А.Н.

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвокатов Москвина К.А., Загородного А.Н., Виноградовой В.А. на постановление Фрунзенского районного суда г. Владивостока от 29 декабря 2025 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцу <адрес> края, не судимому, обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ,

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцу <адрес>, не судимому, обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ,

- продлен срок содержания под стражей на 01 месяц 05 суток, а всего до 03 месяцев 05 суток, то есть по 18.02.2026 года, каждому.

Заслушав доклад председательствующего, выступление обвиняемых и их защитников, поддержавших доводы апелляционных жалоб об отмене постановления суда, мнение прокурора, полагавшей постановление суда законным и обоснованным, апелляционный суд

установил:

В производстве второго отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Приморскому краю находится уголовное дело, возбужденное 19.03.2025 года в отношении ФИО2 и неустановленных лиц, по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, которое в дальнейшем соединено в одно производство с десятью аналогичными уголовными делами, возбужденными 14.11.2025, 08.12.2025, 23.12.2025 гг. в отношении ФИО2, ФИО6 и неустановленных лиц (10 дел), а также, в отношении ФИО1 (5 дел).

Срок предварительного следствия по соединенному делу продлен до 19.02.2026 года.

14.11.2025 года ФИО2 и ФИО1 задержаны в порядке статей 91-92 УПК РФ и в отношении каждого из них избрана мера пресечения в виде заключения под стражу до 14.01.2026 года.

До истечения указанного срока, следователь обратился в суд с ходатайством о продлении срока содержания ФИО2 и ФИО1 под стражей еще 01 месяц 05 суток, т.е. до 19.02.2026 года, которое судом рассмотрено и удовлетворено.

В апелляционных жалобах:

адвокат Москвин К.А. в защиту ФИО2 выражает несогласие с постановлением суда. Ссылаясь по различные нормы УПК РФ и постановления Пленума ВС РФ (О мерах пресечения) и цитируя их содержание, указывает, что ФИО2 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, совершенного в сфере предпринимательской деятельности, в связи с чем, в силу ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ к нему не может применяться мера пресечения в виде заключения под стражу; вопреки требованиям закона и разъяснениям Верховного Суда РФ, продлевая ФИО2 срок содержания под стражей, суд устранился от проверки обоснованности подозрения в его причастности к инкриминируемым преступлениям, которая материалами дела не подтверждена, поскольку сумма похищенных денежных средств не основана на доказательствах, признаки мошенничества усматриваются в действиях самих потерпевших, которые не указывают о том, что их обманули, и которые самостоятельно в правоохранительные органы не обращались, законность заключенных договоров была проверена судом в гражданском порядке, что имеет преюдициальное значение для данного дела, а материалы ОРМ, подтверждающие причастность ФИО2 к преступлению, суду не представлены. Продлевая ФИО2 меру пресечения, суд не дал оценки тому, что уголовное дело расследуется длительное время и что срок следствия по нему продлен уже до 11 месяцев, что указывает на волокиту со стороны органов следствия. Также суд не учел, что тяжесть предъявленного обвинения может являться основанием для избрания меры пресечения только на первоначальном этапе следствия, однако достаточным основанием для ее продления, она не является. Оспаривает вывод суда о том, что обвиняемый может скрыться от следствия, ссылается на то, что ФИО2 женат, на его иждивении находится грудной ребенок, с момента возбуждения уголовного дела в марте 2025 года он попыток скрыться не предпринимал, не имеет недвижимости и счетов за границей, привлекает лиц к участию в СВО, имеет стойкие социальные связи во Владивостоке. Считает, что достаточной мерой пресечения в отношении ФИО2 будет являться домашний арест, который также лишит его возможности скрыться. Не согласен с выводом суда о том, что ФИО2 может оказать давление на участников судопроизводства, ссылается на то, что при избрании обвиняемому меры пресечения суд к такому выводу не приходил. Полагает, что суд не дал должной оценки состоянию здоровья ФИО2 и наличию у него заболевания, препятствующего содержанию под стражей, и продлил ему срок содержания под стражей с нарушением ч. 2.1 ст. 108 УПК РФ. Просит постановление суда отменить, избрать в отношении ФИО2 меру пресечения - домашний арест.

адвокат Загородный А.Н. в защиту ФИО2 также не согласен с решением суда, считает, что суд не выяснил, сохранилась ли вероятность того, что ФИО2 может совершить действия, указанные в ч. 1 ст. 97 УПК РФ, не привел конкретных обстоятельств и доказательств, обосновывающих продление срока содержания под стражей, выводы суда основаны на предположениях. Отмечает, что уголовное дело возбуждено ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, следствие не находится на первоначальном этапе, за это время ФИО2 никаких противоправных действий в отношении потерпевших не совершал, а потому вывод суда о том, что он может оказать на них давление, не основан на материалах дела. Суд не дал оценку тому, что на протяжении 10 месяцев органы следствия не допросили всех лиц, обладающих сведениями о совершенных преступлениях, и не учел, что сама по себе необходимость проведения следственных действий не может выступать в качестве достаточного основания для продления срока содержания под стражей. Суд не учел, что не все доводы следователя подтверждены представленными материалами и что достаточные данные для продления меры пресечения ФИО2, следователем представлены не были. Суд не оценил доводы защиты об изъятии следствием всех паспортов у ФИО2, что исключает его выезд за пределы РФ и его передвижение на общественном транспорте, и что с момента возбуждения уголовного дела в марте 2025 года ФИО2 попыток скрыться от органов следствия не предпринимал. Суд исследовал положительные характеристики ФИО2, данные об отсутствии у него судимостей и наличии ребенка и заболевания, препятствующего содержанию под стражей, однако должным образом эти сведения о личности обвиняемого не оценил. Не согласен с оценкой судом эффективности предварительного следствия по делу, в обоснование ссылается на то, что несколько следователей расследуют три эпизода мошенничества на протяжении 10 месяцев. Суд не мотивировал невозможность применения к ФИО2 домашнего ареста или залога. Суд не учел, что тяжесть обвинения может являться основанием для заключения лица под стражу только на первоначальных этапах расследования, однако достаточным основанием для дальнейшего продления меры пресечения она не является. Просит постановление суда отменить, избрать в отношении ФИО2 иную меру пресечения, не связанную с арестом.

адвокат Виноградова В.А. в защиту ФИО1 не согласна с постановлением суда, считает, что оно принято с нарушением ст. 6.1 УПК РФ и норм международного права. Согласившись с доводами следователя о том, что ФИО1 может скрыться и воспрепятствовать производству по делу, суд не учел доводы защиты о том, что ФИО1 не судим, по месту жительства характеризуется положительно, ранее к уголовной и административной ответственности не привлекался, имеет стойкие социальные связи, источник дохода, официально трудоустроен. Полагает, что доводы следователя, изложенные в ходатайстве, объективно ничем не подтверждены, а суд, соглашаясь с ними, свое решение не мотивировал и не установил, каким именно путем ФИО1 может воспрепятствовать производству по делу и в чем заключается опасность обвиняемого оказать давление на свидетелей преступления. Цитируя ст. 108 УПК РФ и различные положения Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 (О мерах пресечения), считает, что аргументы следователя и суда основаны на предположениях, конкретных доказательств следователь суду не представил, при этом ходатайство защиты о применении к ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста или запрета определенных действий не учтено судом в ходе судебного заседания и мотивы такого решения суд в постановлении не указал, чем существенно нарушил требования уголовно-процессуального закона. Просит постановление суда отменить, избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста или запрета определенных действий.

В возражениях на апелляционные жалобы адвокатов прокурор отдела прокуратуры Приморского края Марценюк Н.А. просит оставить их без удовлетворения, а постановление суда - без изменения. В обоснование приводит собственные суждения относительно несостоятельности позиции защитников.

Изучив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, проверив представленные материалы, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 2 ст. 109, ч. 1 ст. 110 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судом на срок до 6 месяцев; при этом мера пресечения отменяется или изменяется, когда в ней отпадает необходимость или когда изменяются основания избрания меры пресечения, предусмотренные ст. ст. 97, 99 УПК РФ.

Эти требования закона судом соблюдены.

Принимая решение о продлении срока содержания ФИО2 и ФИО1 под стражей, суд первой инстанции строго руководствовался нормами ст.ст. 99, 108-110 УПК РФ и учитывал, что срок содержания обвиняемых под стражей истекает 14.01.2026 года, закончить предварительное следствие до указанного срока не представляется возможным, а основания, по которым мера пресечения в отношении них была избрана, не только не потеряли своей актуальности, но и напротив, изменились в сторону увеличения объема инкриминируемых им преступных действий.

В частности, до настоящего времени остались неизменными такие обстоятельства, послужившие основанием для избрания ФИО2 и ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу, как характер и фактические обстоятельства инкриминируемого им умышленного тяжкого группового преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, которое направлено против собственности граждан и за которое уголовным законом предусмотрена возможность назначения наказания только в виде лишения свободы на срок до 10 лет; тот факт, что 14.11.2025 года задержание ФИО2 в качестве подозреваемого проведено на том основании, что потерпевшие или очевидцы указали на него как на лицо, совершившее преступление; а задержание ФИО1 – что это лицо застигнуто непосредственно после совершения преступления, потерпевшие указали на него как на совершившее преступление и при наличии иных данных, дающих основание подозревать лицо в совершении преступления; при этом предварительное расследование по групповому многоэпизодному уголовному делу продолжается, следствием ведется активный сбор доказательств, направленный на установление всех значимых обстоятельств преступлений и всех причастных к ним лиц.

Кроме того, судом обоснованно учтен и тот факт, что после заключения ФИО2 и ФИО1 под стражу, 19.11.2025 года им было предъявлено обвинение в совершении трех тяжких групповых преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, а впоследующем в отношении них возбуждено еще несколько аналогичных уголовных дел – в отношении ФИО2 - 8 дел, в отношении ФИО1 – 3 дела, которые также являются предметом расследования по настоящему уголовному делу (в связи с их соединением на основании ч. 1 ст. 153 УПК РФ), а потому, как уже было отмечено выше, объем инкриминируемых обвиняемым преступных действий значительно увеличился по сравнению с тем, в котором они подозревались на момент избрания меры пресечения.

Изложенные обстоятельства, в совокупности с мотивированными доводами следователя об объеме и характере запланированных по соединенному уголовному делу следственных и процессуальных действий, позволили суду придти к обоснованному выводу о том, что необходимость содержания обвиняемых под стражей не отпала, так как, находясь на свободе, ФИО2 и ФИО1 могут скрыться от органов предварительного следствия и суда, оказать давление на участников уголовного судопроизводства и еще не установленных следствием лиц, чем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Оснований для того, чтобы давать иную оценку тем фактическим обстоятельствам, которыми суд первой инстанции руководствовался при принятии указанного решения, суд апелляционной инстанции не находит. Иная же оценка этих обстоятельств защитниками обвиняемых, в силу ст. 8.1, ст. 17 УПК РФ, не свидетельствует о нарушениях закона, допущенных судом, а потому основанием для отмены обжалуемого постановления не является.

Ссылки адвокатов в жалобах о несоблюдении судом различных положений УПК РФ, Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 (О мерах пресечения) носят общий декларативный характер и выводов суда не опровергают.

Доводы защитников о незаконности содержания ФИО2 и ФИО1 под стражей со ссылкой на нарушение требований ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ и на то, что инкриминируемые обвиняемым преступления совершены в сфере предпринимательской деятельности, суд апелляционной инстанции оставляет без рассмотрения. Наличие оснований для заключения ФИО2 и ФИО1 под стражу, равно как и отсутствие оснований для применения к ним положений ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ установлено вступившими в законную силу постановлениями Фрунзенского районного суда г. Владивостока от 15.11.2025 года, вынесенными в отношении каждого обвиняемого, которые уже являлись предметом проверки суда апелляционной инстанции и пересмотру в настоящем судебном заседании не подлежат.

По этим же основаниям, суд апелляционной инстанции оставляет без рассмотрения доводы защитников о необоснованности выдвинутого в отношении ФИО2 и ФИО1 подозрения, поскольку согласно правовой позиции, изложенной в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 (О мерах пресечения), обоснованность подозрения и наличие в ходатайстве следователя конкретных сведений, указывающих на причастность лица к совершенному преступлению, проверяется судом при рассмотрении вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, а не при решении вопроса о ее продлении. Доводы защитников об обратном, не основаны на законе и прямо противоречат вышеуказанному постановлению Пленума Верховного Суда РФ.

Вопреки мнению адвокатов, сам по себе факт предъявления ФИО2 и ФИО1 обвинения в совершении нескольких умышленных тяжких преступлений, за каждое из которых им может быть назначено наказание только в виде лишения свободы на срок до 10 лет, подтверждает обоснованность выводов суда о том, что они могут скрыться от следствия и суда, что следует из абзаца 2 п. 5 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ.

Исходя из правовой позиции, изложенной в абзаце 4 пункта 5 того же Постановления Пленума Верховного Суда РФ, предъявление ФИО2 и ФИО1 обвинения в совершении нескольких преступлений в составе организованной группы, свидетельствует о том, что обвиняемые могут оказать давление на участников уголовного судопроизводства, в том числе еще не установленных органом следствия потерпевших, круг которых, с учетом обстоятельств расследуемых преступлений, им известен.

Все указанные адвокатами сведения о личности ФИО2 и ФИО1 – не судимы, имеют близких родственников и иждивенцев, а также постоянное место жительства и работы, были известны суду и оценивались при принятии решения. Сопоставив их с иными обстоятельствами, приведенными в ч. 1 ст. 99 УПК РФ, в том числе, с количеством, характером и тяжестью инкриминируемых им умышленных преступлений, суд обоснованно признал эти сведения недостаточными для принятия решения о применении в отношении обвиняемых более мягких мер пресечения.

Соглашаясь с выводами суда в данной части, суд апелляционной инстанции отмечает, что в целом уголовно-процессуальное законодательство не связывает с наличием у обвиняемых иждивенцев, жилья и работы, наступление обязательных правовых последствий в виде отказа суда от избрания или продления им меры пресечения в виде заключения под стражу.

Доводы защитников ФИО2 о том, что с момента возбуждения уголовного дела в марте 2025 года обвиняемый попыток скрыться не предпринимал, также не ставят под сомнение выводы суда, поскольку не являются гарантией того, что в настоящее время, когда в отношении ФИО2 расследуется уже 11 уголовных дел о совершении тяжких преступлений, его поведение не изменится и он не скроется от органов следствия и суда, опасаясь возможного уголовного наказания.

При этом отсутствие у обвиняемого паспорта и недвижимости за рубежом, не свидетельствует об отсутствии у него возможности скрыться от следствия, в том числе за пределами г. Владивостока и Приморского края.

С учетом положений ч. 3 ст. 6.1 УПК РФ и продления срока содержания обвиняемых под стражей всего до 3 месяцев 5 суток, доводы адвокатов о том, что срок предварительного следствия по делу продлен уже до 11 месяцев и что по делу допускается волокита, не свидетельствуют о нарушении прав ФИО2 и ФИО1 и о незаконности вынесенного в отношении них постановления о мере пресечения.

Медицинских документов, подтверждающих, что по состоянию здоровья ФИО2 не может содержаться в условиях содержания под стражей, суду первой и апелляционной инстанции не представлено. Копия выписки из амбулаторной карты ФИО2, представленная защитой в суд первой инстанции, содержит лишь сведения о перенесенном им в мае-июне 2023 года обострении хронического заболевания позвоночника, об объеме полученного лечения и данных ему рекомендациях. При таких данных, нарушений требований ч. 2.1 ст. 108 УПК РФ судом не допущено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции находит решение суда первой инстанции о необходимости продления срока содержания ФИО2 и ФИО1 под стражей обоснованным и мотивированным, и предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ оснований для его отмены или изменения, в том числе по доводам апелляционных жалоб защитников, не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Постановление Фрунзенского районного суда г. Владивостока от 29 декабря 2025 года в отношении ФИО1 и ФИО2 - оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в течении шести месяцев со дня его вынесения, а обвиняемыми, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии данного постановления, при этом они также вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении материала судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Зиновьева Н.В.