Решение № 2-185/2020 2-185/2020(2-3864/2019;)~М-3231/2019 2-3864/2019 М-3231/2019 от 17 февраля 2020 г. по делу № 2-185/2020

Дело № 2-3864/2019 (2-185/2020)


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 февраля 2020 года

Советский районный суд г. Астрахани в составе:

председательствующего судьи Юденковой Э.А.,

с участием прокурора Корженевской И.С.,

при секретаре Колесовой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к Государственному автономному учреждению города Москвы «Гормедтехника» Департамента здравоохранения города Москвы о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда, установлении факта производственной травмы,

У С Т А Н О В И Л:

Истцы ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к Государственному автономному учреждению города Москвы «Гормедтехника» Департамента здравоохранения города Москвы о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда, установлении факта производственной травмы, указав в обоснование иска, что между ФИО1 и ГБУ города Москвы «Гормедтехника Департамента здравоохранения города Москвы» в лице генерального директора <ФИО>7, был заключен трудовой договор <номер> от <дата>. Истец был принят на работу в Учреждение на должность руководителя отдела в структурное подразделение - отдел управления рисками. <дата> переведен на должность руководителя отдела в структурное подразделение отдел внутреннего контроля. Приказом от <дата><номер>-к трудовые отношения были прекращены на основании п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ. <дата>, находясь в здании используемом ГБУ «Гормедтехника», расположенном по адресу: <адрес>, на своем рабочем месте в кабинете <номер> (закрепленным за отделом внутреннего контроля), в 13 часов 15 минут истец получил производственную травму правой руки. Сразу после получения травмы, правая кисть опухла и посинела, а место травмы начало болеть. Истец обратился к начальнику профсоюзного комитета ГБУ «Гормедтехника» <ФИО>8 (так как в учреждении отсутствует здравпункт) за советом, куда можно обратиться за медицинской помощью, так как он иногородний сотрудник. <ФИО>8 позвонил в медицинское учреждение с просьбой о приеме истца в экстренном порядке, расположенное по соседству со зданием ГБУ «Гормедтехника». Врач зафиксировал у истца перелом правой шейки 5 пястной кости правой руки после проведения рентген-обследования, наложил гипс и открыл больничный лист. При проведении обследования врач спросил, где была получена травма, истцом было дано пояснение, что травма была получена на рабочем месте при падении. Так как истец сообщил <ФИО>7 о произошедшем, записывался к последней на прием неоднократно, истец был вынужден вернуться на рабочее место, чтобы завершить свою работу. Больничный лист ему открыли с <дата> по <дата>, пояснив что он иногородний пациент и ему необходимо далее за медицинской помощью обращаться в медицинское учреждение по месту регистрации (г. Астрахань). В связи с тем, что истец занимал руководящий пост, и имел определенные обязательства по служебной деятельности, то не смог взять отпуск за свой счет, ранее чем с <дата> по <дата> на 4 календарных дня для того чтобы добраться до г.Астрахани и обратиться в поликлинику по месту регистрации для дальнейшего прохождения лечения. С момента производственной травмы и по настоящее время генеральный директор <ФИО>7 скрывает факт получении истцом производственной травмы. <ФИО>7 отказалась предоставить истцу время для восстановления функций руки в предоставлении отпуска без сохранения заработной платы. Указанный отпуск был истцу необходим, ввиду некачественного первоначального оказания медицинской помощи и недопущения в дальнейшем серьезных патологий функций кисти. По приезду в Астрахань ФИО1 записался на прием к врачу травматологу, но в связи с тем, что в ночь начались сильные боли в области кисти правой руки, был вынужден обратиться экстренно за помощью медиков <дата>. В больнице г.Астрахани истцу сообщили, что у него перелом со смещением, чего не было зафиксировано в медицинском учреждении г. Москвы, сделали новый снимок и наложили новый гипс, и сообщили, что ему необходимо обратиться к кистевому хирургу. <дата> истец явился на прием к врачу травматологу по месту учета в медицинском учреждении, где ему был открыт больничный лист и сообщено что требуется еще более месяца нахождения в гипсе. Ввиду невозможности вести нормальный и привычный здоровому человеку образ жизни, истцу было необходимо, по медицинским показаниям, время для восстановления, однако <ФИО>7 проигнорировала поданное им заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы, высказывала лично или через своих подчиненных угрозы об увольнении его по статье за совершение какого-либо проступка, в результате чего истец был вынужден написать заявление об увольнении. Приказ об увольнении и трудовую книжку он получил <дата> по почте.

Истец ФИО2 был принята на работу в Учреждение на должность руководителя финансового отдела. <дата> переведена на должность руководителя отдела в структурное подразделение отдел управления рисками. Приказом от <дата><номер>-к трудовые отношения были прекращены. Трудовая книжка была выдана лично на руки <дата> на основании п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ, ввиду понуждения к увольнению. Семья А-вых приняла решение переехать в Москву из города Астрахань по персональному предложению генерального директора ГБУ «Гормедтехника» <ФИО>7 Период переезда негативно сказался на состоянии здоровья ребенка истцов <ФИО>3 <дата> года рождения, ей был поставлен диагноз: двухсторонний катаральный отит, что грозило потерей слуха. Учитывая интересы ребенка истец ФИО2 приняла решение об уходе в отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста 3-х лет. Поскольку законодательство Российской Федерации допускает лишь формулировки отпуска по уходу за ребенком до 1,6 и 3-х лет, ФИО2 было написано соответствующее заявление. Фактически же, ФИО2 собиралась находится в отпуске в течении 2-3 месяцев, о чем <ФИО>7 была поставлена в известность. Указанное не устроило <ФИО>7, которая стала понуждать к увольнению ФИО2, предложив последней уволиться самостоятельно по соглашению сторон, с выплатой причитающейся заработной платы, чего сделано не было. Заработная плата в полной мере ни ФИО1, ни ФИО2 выплачена не была. В результате незаконных действий работодателя <ФИО>7, истцы оказались в сложной жизненной ситуации, ею были грубо нарушены нормы трудового права, злоупотребление своими полномочиями привело к незаконному вынужденному увольнению. Так, истец ФИО2 была уведомлена о своем увольнении 13.08.2019 года, о чем имеется соответствующая подпись. ФИО2 была вынуждена подписать необходимее документы ввиду постоянного давления на нее со стороны руководства Учреждения. Кроме того, обратиться за разрешением индивидуального трудового спора ФИО2 в установленный законом месячный срок не имела возможности, ввиду постоянного лечения малолетнего ребенка и истца ФИО1, который из-за некачественного получения медицинской помощи был лишен физической возможности самостоятельных действий, а также сказывалась ситуация с его положением в Учреждении, выраженном на него давлении уволиться.

Просили суд установить факт сокрытия ГБУ «Гормедтехника» производственной травмы ФИО1 и обязать ГБУ «Гормедтехника» сообщить о факте производственной травмы в ГУ Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации. Восстановить пропущенный срок на подачу искового заявления о восстановлении на работе ФИО2, ввиду его пропуска по уважительным причинам. Признать приказ от <дата><номер>-к об увольнении ФИО2 незаконным и отменить его, восстановив ФИО2 на работе. Обязать ГБУ «Гормедтехника» предоставить ФИО2 отпуск по уходу за ребенком, до достижения им возраста 3-х лет. Признать приказ от <дата><номер>-к об увольнении ФИО1 незаконным и отменить его, восстановив ФИО1 на работе. Взыскать с ГБУ «Гормедтехника» в пользу ФИО2 невыплаченную заработную плату в размере 319 200 рублей. Взыскать с ГБУ «Гормедтехника» в пользу ФИО1 невыплаченную заработную плату в размере 399 000 рублей. Взыскать с ГБУ «Гормедтехника» в пользу ФИО2 сумму заработка за время вынужденного прогула в размере 947 927 рублей. Взыскать с ГБУ «Гормедтехника» в пользу ФИО1 сумму заработка за время вынужденного прогула в размере 461 067 рублей. Взыскать с ГБУ «Гормедтехника» в пользу ФИО1, ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.

<дата> истцы уточнили свои исковые требования в части п.8 и 9, просили суд взыскать с ГБУ «Гормедтехника» в пользу ФИО2 сумму заработка за время вынужденного прогула в размере 1627 713 рублей 36 копеек. Взыскать с ГБУ «Гормедтехника» в пользу ФИО1 сумму заработка за время вынужденного прогула в размере 1131735 рублей 76 копеек.

Впоследствии исковые требования истцами были уточнены. Просили суд установить факт несчастного случая на производстве ГБУ «Гормедтехника» ФИО1 и обязать ГБУ «Гормедтехника» сообщить о факте производственной травмы в ГУ Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации. В остальной части требования оставили без изменения.

В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО2, представитель истцов ФИО3, заявленные исковые требования, с учетом уточнения, поддержали в полном объеме, просили суд иск удовлетворить.

В судебном заседании представитель ответчика Государственному автономному учреждению города Москвы «Гормедтехника» Департамента здравоохранения города Москвы ФИО4, действующая на основании доверенности, действующая на основании доверенности, исковое заявление не признала, просила суд в удовлетворении исковых требований отказать. Кроме того указала, что исковые требования ФИО2 удовлетворению не подлежат также в связи с пропуском срока для обращения в суд.

В судебное заседание представитель третьего лица Государственного учреждения – Московского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации, не явился, о дне слушания дела извещен надлежащим образом, в суд поступил отзыв на исковое заявление, согласно которому просили суд в части установления факта производственной травмы, отказать.

В судебное заседание представитель третьего лица – Государственной инспекции труда по городу Москва не явился, в суд представили заявление о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Суд, выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего, что требования истцов не подлежат удовлетворению, изучив материалы дела, приходит к следующему.

Целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей (статья 1 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Статья 37 Конституции РФ нормативно закрепляет, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Конституция РФ провозглашает права человека, его права и свободы высшей ценностью, а их признание, соблюдение и защиту – обязанностью государства (ст. 2) и устанавливает, что права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18).

В соответствии с ч. 1 ст. 394 ТК РФ, в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

В судебном заседании установлено, что <дата> истец ФИО1 был принят на работу в ГБУ <адрес> «Гормедтехника Департамента здравоохранения города Москвы» на должность руководителя отдела в структурное подразделение - отдел управления рисками, что подтверждается трудовым договором <номер>, копией трудовой книжки, приказом (распоряжением) о приеме работника на работу <номер>-к от <дата>.

<дата> ФИО1 переведен на должность руководителя отдела в структурное подразделение отдел внутреннего контроля, что подтверждается приказом (распоряжением) о переводе работника на другую работу <номер>-к от <дата>.

Согласно представленному к материалам дела заявлению от <дата> ФИО1 просил расторгнуть трудовой договор от <дата><номер> по собственному желанию <дата> и направить ему трудовую книжку, справки.

Приказом от <дата><номер>-к трудовые отношения с ФИО1 были прекращены по инициативе работника на основании п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ.

Все необходимые выплаты при увольнении истца ФИО1 ответчиком были произведены в полном объеме, в соответствии с действующим законодательством, что подтверждается представленными к материалам дела запиской-расчетом об исчислении среднего заработка от <дата>.

Истец ФИО1, обращаясь с иском в суд, указал, что он уволен по собственному желанию, тогда как данное увольнение не являлось добровольным, а было вынужденным.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора может быть расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

Согласно ст. 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

По истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу. В последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.

Если по истечении срока предупреждения об увольнении трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, то действие трудового договора продолжается.

В соответствии с п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от <дата> "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Однако в материалах дела отсутствуют доказательства того, что работодатель вынудил истца ФИО1 подать заявление об увольнении по собственному желанию. Не было добыто таких доказательств и в ходе судебного разбирательства. После подачи заявления об увольнении работник не отзывал его.

Из материалов дела следует, что с <дата> по <дата> истцу ФИО1 был предоставлен отпуск без сохранения заработной платы.

С <дата> по <дата> ФИО1 находился на больничном, что подтверждается листком нетрудоспособности.

<дата> ФИО1 было направлено в адрес работодателя о расторжении трудового договора по собственному желанию с <дата>.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает, в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).

Доводы истца и его представителя о написании истцом заявления вынужденно и под давлением работодателя, а также психологического воздействия на истца со стороны работодателя, подлежат отклонению как необоснованные, поскольку истцом не представлены доказательства, свидетельствующие об оказании ответчиком давления на истца при подаче заявления об увольнении.

Сведений о том, что истцом предпринимались меры по отзыву своего заявления об увольнении, также не имеется.

В совокупности указанные обстоятельства свидетельствуют о совершении истцом последовательных действий с намерением расторгнуть трудовой договор по собственному желанию.

Анализируя представленные в судебное заседание доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе истцу ФИО1 в удовлетворении заявленных требований о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании заработной платы, поскольку увольнение истца <дата> по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ произведено ответчиком с соблюдением требований действующего трудового законодательства и на основании поданного истцом заявления об увольнении по собственному желанию, все необходимые выплаты при увольнении ответчиком произведены.

Истец ФИО2 обратилась в суд с иском о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда.

Судом установлено, что <дата> ФИО2 была принята на работу в Учреждение на должность руководителя финансового отдела, что подтверждается трудовым договором <номер>, приказом (распоряжением) о приеме работника на работу <номер>-к, копией трудовой книжки.

<дата> ФИО2 переведена на должность руководителя отдела в структурное подразделение отдел управления рисками.

<дата> ФИО2 обратилась к генеральному директору ГБУ «Гормедтехника» <ФИО>7 с заявлением о разрешении ей работать дистанционно с <дата>.

<дата> ФИО2 подано заявление об увольнении ее по соглашению сторон с <дата>.

Приказом ГБУ города Москвы «Гормедтехника Департамента здравоохранения города Москвы» от <дата><номер>-к трудовые отношения с ФИО2 были прекращены по соглашению сторон, п.1 ч.1 ст.77 ТК РФ, с выплатой выходного пособия в размере двухкратного среднемесячного заработка.

Все причитающиеся истцу ФИО2 денежные средства были выплачены работодателем в установленные сроки и размере в полном соответствии с условиями заключенного между сторонами трудового договора и какая-либо задолженность по заработной плате у ответчика перед истцом отсутствует, что подтверждается представленными к материалам дела запиской-расчетом об исчислении среднего заработка от <дата>.

В данном случае не представлено доказательств, подтверждающих отсутствие у истца ФИО2 волеизъявления на расторжение трудового договора, либо свидетельствующих о понуждении к увольнению со стороны работодателя.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 27 декабря 1999 г. N 19-П и от 15 марта 2005 года N 3-П, положения статьи 37 Конституции Российской Федерации, обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать справедливые условия найма и увольнения, в том числе надлежащую защиту прав и законных интересов работника, как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, при расторжении трудового договора по инициативе работодателя, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (часть 1 статьи 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации).

Соглашение сторон как основание прекращения трудового договора предусмотрено пунктом 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 78 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Согласно п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17.03.2004 г. "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации), судам следует учитывать, что, в соответствии со статьей 78 Кодекса, при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Исходя из указанных норм, трудовой договор может быть прекращен на основании статьи 78 Трудового кодекса Российской Федерации только после достижения договоренности между работником и работодателем.

При рассмотрении дела судом установлено, что соглашение о расторжении трудового договора подписано истцом ФИО2 добровольно, с ее согласия, без принуждения со стороны работодателя. Доказательств, свидетельствующих о вынужденном характере подписания соглашения о расторжении трудового договора, истцом не представлено и в судебном заседании не добыто.

Обращаясь с иском в суд, истец ФИО2 утверждает, что приказ об увольнении является незаконным, поскольку работодатель вынудил ее подать заявление об увольнении по собственному желанию.

Вместе с тем, судом установлено, что истец ФИО2 добровольно подписала соглашение о расторжении трудового договора по соглашению сторон, после подписания соглашения в прокуратуру, иные правоохранительные органы или трудовую инспекцию не обращалась, получила причитающие ей при увольнении денежные средства и трудовую книжку.

Материалы дела не содержат, а истцом не представлено доказательств физического либо психологического воздействия на истца с целью понуждения её к подписанию соглашения о расторжении трудового договора.

Расторжение договора по основаниям статьи 78 Трудового кодекса Российской Федерации является добровольным волеизъявлением договаривающихся сторон.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что заключенное между сторонами трудового договора соглашение является законным, доказательств вынужденности заключения такого соглашения истцом не представлено.

Представитель ответчика, возражая относительно заявленных требований указал, что истцом пропущен установленный законом срок для разрешения индивидуального трудового спора.

Истец ФИО2 просила суд восстановить срок для обращения в суд с иском, поскольку он пропущен по уважительной причине, а именно по причине болезни членов семьи истца – ее дочери, супруга – истца по делу, и матери.

Из исследованных материалов следует, что приказом ГБУ города Москвы «Гормедтехника Департамента здравоохранения города Москвы» от <дата><номер>-к трудовые отношения с ФИО2 были прекращены по соглашению сторон.

ФИО2 обратилась в суд за разрешением спора, согласно почтовому штемпелю на конверте <дата>.

В соответствии с ч. 1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам названных сроков они могут быть восстановлены судом (ч. 4 ст. 392 ТК РФ).

В п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Вместе с тем, представленные в судебное заседание истцом медицинские документы о нахождении ее близких родственников на лечении не свидетельствуют о том, что ФИО2 была лишена возможности обратиться в суд в установленные законом сроки.

Поскольку истцом ФИО2 без уважительных причин был пропущен срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, что в свою очередь является самостоятельным основанием для отказа в иске и об этом было заявлено представителем ответчика в ходе судебного заседания, суд приходит к выводу об отказе в иске о восстановлении на работе, а также в удовлетворении производных требований истца о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, заработной платы.

Доводы истца ФИО2 о том, что у нее имелись уважительные причины пропуска срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора ввиду постоянного лечения малолетнего ребенка и истца ФИО1, который из-за некачественного получения медицинской помощи был лишен физической возможности самостоятельных действий, не свидетельствуют о том, что имелись объективные причины препятствующие обратиться в суд с иском своевременно.

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО2 о восстановлении на работе, о взыскании с ответчика заработной платы за время вынужденного прогула, заработной платы удовлетворению не подлежат.

Истец ФИО1 также обратился в суд с иском об установлении факта производственной травмы.

В соответствии со ст. 227 Трудового Кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:

в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;

при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком;

при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, в том числе действий, направленных на предотвращение катастрофы, аварии или несчастного случая.

В соответствии со 228 ТК РФ при несчастных случаях, указанных в статье 227 настоящего Кодекса, работодатель (его представитель) обязан:

немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию;

принять неотложные меры по предотвращению развития аварийной или иной чрезвычайной ситуации и воздействия травмирующих факторов на других лиц;

сохранить до начала расследования несчастного случая обстановку, какой она была на момент происшествия, если это не угрожает жизни и здоровью других лиц и не ведет к катастрофе, аварии или возникновению иных чрезвычайных обстоятельств, а в случае невозможности ее сохранения - зафиксировать сложившуюся обстановку (составить схемы, провести фотографирование или видеосъемку, другие мероприятия);

немедленно проинформировать о несчастном случае органы и организации, указанные в настоящем Кодексе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, а о тяжелом несчастном случае или несчастном случае со смертельным исходом - также родственников пострадавшего;

принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с настоящей главой.

В соответствии со ст. 229.2 ТК РФ при расследовании каждого несчастного случая комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) выявляет и опрашивает очевидцев происшествия, лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, получает необходимую информацию от работодателя (его представителя) и по возможности объяснения от пострадавшего.

На основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Согласно ст. 229.3 ТК РФ государственный инспектор труда при выявлении сокрытого несчастного случая, поступлении жалобы, заявления, иного обращения пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), лица, состоявшего на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лица, состоявшего с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), о несогласии их с выводами комиссии по расследованию несчастного случая, а также при получении сведений, объективно свидетельствующих о нарушении порядка расследования, проводит дополнительное расследование несчастного случая в соответствии с требованиями настоящей главы независимо от срока давности несчастного случая. Дополнительное расследование проводится, как правило, с привлечением профсоюзного инспектора труда, а при необходимости - представителей соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, и исполнительного органа страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя). По результатам дополнительного расследования государственный инспектор труда составляет заключение о несчастном случае на производстве и выдает предписание, обязательное для выполнения работодателем (его представителем).

В соответствии со ст. 5 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат: физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем.

В соответствии с п.9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ и статьи 227 ТК РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

При этом следует учитывать, что событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком, также может быть отнесено к несчастным случаям на производстве.

В связи с этим для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства:

относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 ТК РФ);

указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 ТК РФ);

соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 ТК РФ;

произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ);

имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 ТК РФ), и иные обстоятельства.

В судебном заседании установлено, что с <дата> по <дата> ФИО1 находился на больничном, что подтверждается листком нетрудоспособности от <дата>.

В судебном заседании истец ФИО1 пояснил, что <дата>, находясь в здании используемым ГБУ «Гормедтехника», расположенном по адресу: <адрес>, на своем рабочем месте в кабинете <номер> (закрепленным за отделом внутреннего контроля), в 13 часов 15 минут он получил производственную травму правой руки.

Пособие по временной нетрудоспособности за указанный период было выплачено ФИО1 в общей сумме 8455 рублей 38 копеек, что подтверждается платежными документами.

Согласно медицинской выписке ФИО1 выставлен диагноз: консолидирующийся перелом шейки 5 пястной кости правой кисти со смещением.

<дата> ФИО1, ФИО2 обратились к Руководителю Государственной инспекции труда по городу Москва с жалобой о проведении проверки законности действий <ФИО>7 по факту сокрытия производственной травмы и по факту невыплаты соответствующих компенсационных выплат ФИО1; проведении проверки законности действий <ФИО>7 по отказу в предоставлении отпуска, при наличии медицинских показаний, без сохранения заработной платы ФИО1; проведении проверки законности действий <ФИО>7 по отказу в предоставлении отпуска по уходу за ребенком до достижении им возраста 3-х лет ФИО2; проведении проверки законности действий <ФИО>7 по факту понуждения к увольнению ФИО2, ФИО2 и отменить соответствующие приказы об увольнении; восстановлении на работе; проведении проверки правильности выплат заработной платы при увольнении.

<дата> ФИО1 обратился к генеральному директору ГБУ «Горомедтехника» <ФИО>7, заместителю генерального директора по управлению персоналом <ФИО>11 с заявлением о предоставлении ему отпуска без сохранения заработной платы <дата> по <дата> по состоянию здоровья и выплате ему компенсации в размере двух среднемесячных заработных плат, либо расторжении с ним трудового договора.

Согласно письму ГАУ города Москвы «Гормедтехника» Департамента здравоохранения города Москвы от <дата>, заявление ФИО1 от <дата> рассмотрено, оснований для удовлетворения требований не установлено.

Указанное письмо было направлено в адрес ФИО1, что подтверждается реестром заказных писем.

Приказом генерального директора ГАУ «Горомедтехника» <ФИО>7 <номер> от <дата> создана комиссия по расследованию несчастного случая, произошедшего <дата> с руководителем отдела внутреннего контроля ГАУ «Гормедтехника» ФИО1

Согласно акту расследования несчастного случая от <дата> по результатам проведенного Комиссией анализа фактических обстоятельств получения ФИО1 травмы, документов, представленных ФИО1 и ГБУЗ «ГКБ <номер> ДЗМ», а также объяснений специалиста отдела внутреннего контроля <ФИО>12 и руководителя отдела по вводу в эксплуатацию <ФИО>15 Комиссия пришла к выводу о том, что отсутствует подтверждения того, что травма была получена ФИО1 при исполнении им трудовых обязанностей, полученная ФИО1 травма является бытовой.

В ходе судебного заседания не было добыто доказательств, подтверждающих, что ФИО1 получил повреждения при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении работы по поручению представителя работодателя, а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами.

Доводы истца о том, что травма кисти была получена на рабочем месте, суд считает несостоятельными, поскольку доказательств, подтверждающих указанное суду не представлено.

Таким образом, оснований для признания нарушения трудовых прав истца ФИО1 в судебном заседании не установлено.

Анализируя представленные в судебное заседание доказательства, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 об установлении факта несчастного случая на производстве ГБУ «Гормедтехника» и обязании ГБУ «Гормедтехника» сообщить о факте производственной травмы в ГУ Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации удовлетворению не подлежат.

Истцами также заявлены требования о компенсации морального вреда в размере 250 000 рублей.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Учитывая, что в удовлетворении исковых требований о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании заработной платы, установлении факта производственной травмы, отказано, требования о компенсации морального вреда удовлетворению также не подлежат.

Анализируя представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении иска ФИО1, ФИО2 к Государственному автономному учреждению города Москвы «Гормедтехника» Департамента здравоохранения города Москвы о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда, установлении факта производственной травмы отказать.

Решение может быть обжаловано в Астраханский областной суд в течение одного месяца с момента вынесения судом решения в окончательной форме.

Полный текст решения изготовлен 25 февраля 2020 года.

Судья Э.А. Юденкова