Приговор № 1-41/2017 1-529/2016 от 19 февраля 2017 г. по делу № 1-41/2017

Дело № 1-41/2017


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

20 февраля 2017 года

г.Архангельск

Ломоносовский районный суд г. Архангельска в составе

председательствующего Аршинова А.А.

при секретарях Сафроновой Е.А., Поваровой А.М.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора г. Архангельска Брагина С.Л.,

потерпевшей Д.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Трусова В.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1 ча, родившегося <Дата> на ..., гражданина Российской Федерации, с неполным средним образованием, состоящего в браке, имеющего на иждивении троих малолетних детей, неработающего, зарегистрированного по адресу: ..., проживающего по адресу: ..., ранее судимого:

- <Дата> Холмогорским районным судом Архангельской области по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 10 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, освобожденного <Дата> по отбытии срока наказания,

содержащегося под стражей с <Дата>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил убийство при следующих обстоятельствах.

В период с <Дата> до <Дата> ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в ..., в ходе конфликта с С., возникшего на почве личных неприязненных отношений из-за высказанных С. оскорблений в адрес ФИО1, с целью убийства С. умышленно нанес ему удар клинком ножа в шею, причинив телесное повреждение характера ранения левой боковой поверхности шеи с повреждением левой внутренней сонной артерии, сопровождавшееся закономерным развитием декомпенсированного геморрагического шока, острой ишемии левого большого полушария головного мозга с развитием его инфаркта, а также острой гнойной абсцедирующей бронхопневмонии, которое по квалифицирующему признаку вреда, опасного для жизни человека, оценивается как тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением <Дата> в <***> смерти С.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину признал частично и пояснил, что умысла на убийство С. у него не было, он лишь хотел припугнуть потерпевшего ножом, чтобы тот поскорее покинул его квартиру, а удар ножом в шею потерпевшего он нанес случайно при падении с С. на пол. В дальнейшем от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции Российской Федерации.

В связи с отказом подсудимого от дачи показаний по ходатайству государственного обвинителя на основании п.3 ч.1 ст. 276 УПК РФ в судебном заседании были исследованы показания ФИО1, данные им на стадии предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, из которых следует, что действительно <Дата> во время распития спиртных напитков у него произошел конфликт с С. из-за высказанных тем оскорблений в его адрес. На шум потасовки прибежала Д., которая вывела С. из кухни и попросила того уйти, а, кроме того, она стала удерживать дверь кухни, чтобы он (Стариков) не мог выйти. С. при этом продолжал оскорблять его грубой нецензурной бранью. Тогда он, желая напугать С., взял кухонный нож, с которым через окно вылез на улицу и затем через входную дверь зашел в квартиру. Однако С. стал толкать его руками, провоцируя дальнейшее развитие конфликта, на что он также толкнул С. руками, от чего тот запнулся за порог и упал на пол на спину в комнату. При падении С. схватил его за одежду, поэтому они упали вместе, а поскольку в его руке находился нож, он сам не заметил, как поранил шею С.. После этого он сразу же попросил супругу вызвать С. врачей скорой медицинской помощи, однако, испугавшись уголовной ответственности за содеянное, попросил Д. подтвердить его показания о том, что в квартиру ворвались трое неизвестных мужчин и нанесли С. ножевое ранение. После этого он выбросил нож в окно и попросил Д. спрятать его.

Аналогичной позиции ФИО1 придерживался на протяжении всего предварительного следствия, показав, при этом, на месте происшествия каким именно образом С., по его мнению, получил телесные повреждения, и настаивал на правдивости своих показаний на очной ставке с потерпевшей Д., а также в судебном заседании (т.2 л.д. 74-79, 80-97, 129-136, 137-141).

Вместе с тем в своей явке с повинной ФИО1 описывал развитие событий иным образом.

Так, после разъяснения ему положений ст. 51 Конституции Российской Федерации ФИО1 в своей явке с повинной от <Дата> добровольно сообщил в правоохранительные органы, что в ходе возникшего конфликта он ударил ножом в шею С. (т.1 л.д.13). При этом в своих объяснениях от <Дата>, данных им до возбуждения уголовного дела, детально описывал причины и обстоятельства возникшего между ним и С. конфликта, в ходе которого он целенаправленно нанес удар ножом в шею С. (т.1 л.д. 20-21, 22-23, 24-27).

В судебном заседании подсудимый подтвердил свои показания, данные им на стадии предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, однако от явки с повинной и данных им объяснений до возбуждения уголовного дела отказался, пояснив, что эти объяснения и явка с повинной даны им под физическим и психическим давлением со стороны сотрудников полиции.

Несмотря на занятую подсудимым позицию, его вина в совершении убийства С. при указанных в обвинении обстоятельствах полностью подтверждается совокупностью представленных стороной обвинения доказательств, исследованных и проверенных судом.

Доводы подсудимого о применении к нему недозволенных методов расследования со стороны сотрудников правоохранительных органов тщательным образом проверялись на стадии предварительного расследования и обоснованно были признаны несостоятельными (т.2 л.д. 202-206).

Допрошенная в судебном заседании потерпевшая Д. показала, что <Дата> у её мужа ФИО1 и родного брата С. во время распития спиртных напитков произошел конфликт, в который она вынуждена была вмешаться, чтобы предотвратить между ними драку. Она попросила С. покинуть квартиру и для этого вывела его в коридор одеваться, а Старикова закрыла на кухне и удерживала дверь, чтобы тот не мог выйти. Стариков и С. продолжали оскорблять друг друга и в какой-то момент она услышала звук разбившегося стекла, а спустя некоторое время стук в дверь. Открыв дверь, она увидела Старикова с ножом в руках, который сразу же схватил С. за шею и толкнул его, отчего тот запнулся за порог и упал на спину в комнату. Сразу после этого Стариков сел на С. сверху и с размаха с силой ударил его ножом в шею, отчего у С. сильно брызнула кровь. При этом С. какого-либо сопротивления Старикову не оказывал, поскольку находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. Испугавшись произошедшего, она сразу же выбежала с сыном из квартиры, вызвала сотрудников полиции и скорую помощь, которых стала ожидать на улице. Спустя какое-то время на улицу вышел Стариков, который также попросил её вызвать бригаду скорой медицинской помощи и сотрудников полиции, а также подтвердить его показания о том, что С. убили неизвестные молодые люди из-за денег. После этого он вернулся в квартиру и выбросил нож в окно, который попросил её спрятать, что она, опасаясь Старикова, и сделала.

Аналогичным образом развитие событий потерпевшая Д. описывала и на стадии предварительного следствия при допросах в качестве свидетеля и потерпевшей, подтверждая правдивость своих показаний на месте происшествия, а также в ходе очной ставки со ФИО1, настаивая при этом, что Стариков умышленно нанес удар ножом в шею С. (т.1 л.д.86-97, 98-114, т.2 л.д. 137-141).

В судебном заседании потерпевшая уверенно исключила возможность нанесения ножевого ранения в шею С. в результате падения, поскольку при падении ФИО2 за одежду не хватал и его за собой не тянул. Она отчетливо видела, как после падения ФИО2 сел на него сверху и с замахом нанес тому удар ножом в шею.

Допрошенный в судебном заседании несовершеннолетний свидетель Д., который также являлся непосредственным очевидцем произошедшего, описал развитие событий таким же образом. При этом Д. уверенно показал, что он отчетливо видел как после падения С. на пол Стариков садился на того сверху, однако сам момент нанесения удара он не видел, так как испугался и убежал из квартиры. При этом Д. отметил, что слышал, как во время словесного конфликта Стариков кричал С., что зарежет его.

Допрошенные на стадии предварительного следствия в качестве свидетелей врачи скорой медицинской помощи Б. и С., показания которых были исследованы в судебном заседании на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ, одинаково показали, что прибыли по вызову в ..., где обнаружили С. с колото-резанной раной шеи и обильной кровопотерей (т.1 л.д. 126-130, 141-145).

Аналогичные сведения содержатся и в картах вызова скорой медицинской помощи, копии которых имеются в материалах уголовного дела (т.1 л.д. 60-61, 62-63).

Из оглашенных в судебном заседании на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ показаний сотрудников полиции Б. и Б. известно, что они прибыли в квартиру Д. и ФИО1 по вызову оперативного дежурного, где Д. пояснила, что её брату причинено ножевое ранение, а ФИО1 сообщил, что из квартиры, в которой они проживают, выбежали несколько подростков, которые попросили ФИО1 оказать помощь пострадавшему. Пройдя в квартиру, ими был обнаружен С. с колото-резанной раной шеи, а пол комнаты был обильно залит кровью (т.1 л.д. 126-130, 136-140).

Показания потерпевшей и вышеуказанных свидетелей объективно подтверждаются и другими доказательствами, исследованными в судебном заседании в соответствии со ст. 285 УПК РФ.

В ходе осмотра ... на полу одной из комнат обнаружены многочисленные сгустки вещества бурого цвета, которые согласно заключению эксперта <№> от <Дата> являются кровью человека, происхождение которой не исключается от С. Помимо этого, на прилегающей к дому территории, был обнаружен и изъят кухонный нож со следами, похожими на кровь человека (т.1 л.д. 34-37, 38-42, 45-56, 189-190).

Согласно заключениям экспертов <№> от <Дата> и <№> от <Дата> на изъятом кухонном ноже обнаружены следы крови человека, которая могла принадлежать С., а также следы большого пальца правой руки, оставленные ФИО1 (т.2 л.д. 56-60, 197-202, 208-210).

На обнаруженной в ходе осмотра места происшествия бутылке из-под водки <***> обнаружены следы безымянного пальца правой руки ФИО1 (т.1 л.д. 178-12).

Кроме того, подсудимым ФИО1 в ходе предварительного следствия была добровольно выдана одежда, в которой он находился в момент конфликта с С., при осмотре которой были также обнаружены следы крови человека в виде брызг, пятен и помарок, видовую принадлежность которой установить не удалось (т.1 л.д. 148-156, т. 1 л.д. 214-218, 224-227, т. 2 л.д. 62-71).

Кухонный нож, изъятый при осмотре места происшествия, а также выданные ФИО1 личные вещи: футболка, куртка, брюки, шорты, пара туфель (ботинок) осмотрены на стадии предварительного следствия и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т.2 л.д. 61, 72).

Согласно заключению эксперта <№> от <Дата> при госпитализации С. в стационар <Дата> у него обнаружено ранение левой боковой поверхности шеи в верхней трети (располагалось по задней границе грудино-ключично-сосцевидной мышцы) с полным пересечением по ходу раневого канала раны левой внутренней сонной артерии, осложнившееся развитием декомпенсированного геморрагического шока и развитием острой ишемии левого полушария головного мозга, которое согласно п. 6.1.26. приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» от 24.04.2008 № 194н по квалифицирующему признаку вреда здоровью, опасного для жизни человека, оценивается как тяжкий вред здоровью.

Выявленное у С. повреждение могло образоваться незадолго до его госпитализации в стационар <***><Дата> в <Дата>, а направление раневого канала раны левой боковой поверхности шеи потерпевшего указывает на то, что воздействие травмирующим предметом было в направлении слева направо, несколько сзади наперед и несколько сверху вниз относительно стандартного вертикального положения тела потерпевшего (т.1 л.д. 241-243).

Как следует из заключения эксперта <№> от <Дата>, смерть С. наступила в <Дата> в <***> от ранения левой боковой поверхности шеи с повреждением левой внутренней сонной артерии, которое в соответствии с п. 6.1.26. приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» от 24.04.2008 № 194н и п. 4а «Правил определения степени тяжести вреда здоровью, причиненного здоровью человека», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 года №522, по квалифицирующему признаку вреда здоровью, опасного для жизни человека, оценивается как тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти С.

Указанное телесное повреждение могло образоваться от одного воздействия острого предмета (т.2 л.д. 8-17).

Анализируя вышеизложенные доказательства, суд находит вину подсудимого в совершении убийства С. полностью доказанной.

Сам факт причинения ФИО1 ножевого ранения С. подсудимым не оспаривается и подтверждается его собственными признательными показаниями, данными им на стадии предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого и подтвержденными в судебном заседании, а также показаниями потерпевшей Д. и свидетеля Д., являвшихся непосредственными очевидцами произошедшего, протоколами других следственных действий и заключениями проведенных экспертных освидетельствований потерпевшего и сомнений у суда не вызывает.

Указанные доказательства являются полными, подробными, взаимно дополняют друг друга, в целом согласуются между собой, а поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и относятся к существу предъявленного ФИО1 обвинения суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 в ходе конфликта с С., возникшего из-за высказанных потерпевшим оскорблений в адрес ФИО1, сознательно нанес ему удар ножом в область шеи, что со всей очевидностью указывает на умысел подсудимого, направленный на лишение жизни С.

Об этом же свидетельствует и выбор им в качестве орудия преступления ножа, обладающего повышенными травмирующими характеристиками, которым он нанес потерпевшему удар в место расположения жизненно важной кровеносной артерии.

Суд отвергает показания подсудимого о том, что умысла на убийство С. у него не было, а ножевое ранение потерпевшему он нанес случайно во время падения.

Допрошенные в судебном заседании потерпевшая Д. и несовершеннолетний свидетель Д. уверенно показали и настаивали в судебном заседании на том, что С. в момент падения руками за одежду Старикова не хватал и упал на пол один. Только после падения С. на пол Стариков сел на него сверху и с замахом нанес ему целенаправленный удар в шею. Кроме того, Д. отчетливо слышал, что во время словесного конфликта Стариков высказывал угрозу зарезать С., если тот не покинет квартиру в течение трех минут.

Указанные показания потерпевшей Д. и свидетеля Д. в отличие от показаний подсудимого являются последовательными и правдоподобными, а поскольку они согласуются не только между собой, но и с другими материалами дела, суд признает их достоверными.

Об умышленном нанесении Стариковым удара ножом в шею потерпевшего также свидетельствуют и дальнейшие его действия, направленные на сокрытие орудия преступления и выстраивание им своей позиции о непричастности к данному преступлению. Так, непосредственно после случившегося Стариков попросил Д. подтвердить его показания о том, что телесные повреждения С. причинили неизвестные лица, а сразу после этого им был выброшен нож в окно, который он попросил Д. спрятать от сотрудников полиции.

При этом каких-либо мер по оказанию С. первой медицинской помощи до прибытия врачей скорой помощи ни Стариковым, ни Д., опасавшейся подсудимого из-за содеянного им, не предпринималось.

Суд принимает во внимание и доводы стороны защиты о том, что смерть С. наступила не сразу и указанное обстоятельство было очевидно для подсудимого, однако им не было принято мер по дальнейшему лишению жизни С., что, по мнению стороны защиты, подтверждает отсутствие у него умысла на убийство С. и причинение ему смерти по неосторожности, однако находит их несостоятельными по следующим основаниям.

Как установлено в судебном заседании, после нанесения Стариковым удара ножом в шею С. у потерпевшего началась обильная кровопотеря, а следовательно, Стариков понимал, что причиненное им С. ножевое ранение и начавшаяся обильная кровопотеря являются опасными для жизни потерпевшего и в случае неоказания ему медицинской помощи могут привести к смерти потерпевшего.

По смыслу закона (ч. 2 ст. 26 УК РФ), при неосторожности расчет виновного лица, ожидающего, что общественно-опасные последствия в результате его действий не наступят, должен опираться на реальные обстоятельства, которые дают основание предполагать такой исход, однако в судебном заседании таких обстоятельств не установлено.

После нанесения удара ножом в шею потерпевшего и начавшейся у того обильной кровопотери у Старикова не было оснований рассчитывать на то, что смерть потерпевшего от его действий не наступит, а следовательно, он осознавал общественную опасность своих действий и предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в результате своих действий, то есть смерть потерпевшему он причинил умышленно.

Поскольку нанесённый им удар являлся достаточным для лишения жизни потерпевшего, что было очевидно для подсудимого, у него не было необходимости в продолжении нанесения ударов для осуществления умысла на убийство, который был им уже фактически реализован.

Согласно заключениям экспертов полученное С. в результате нанесенного ФИО1 удара ножом ранение по квалифицирующему признаку опасности вреда здоровью оценивается как тяжкий вред здоровью человека и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти потерпевшего <Дата> в <***>.

Результаты проведенных по делу экспертиз по установлению тяжести вреда здоровью потерпевшего и причины его смерти ни подсудимым, ни его защитником не оспариваются. Заключения экспертиз соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, имеют четкие, мотивированные, научно обоснованные ответы на поставленные вопросы и объективно подтверждаются обстоятельствами дела.

Обстоятельств, указывающих на нахождение ФИО1 в состоянии физиологического аффекта, необходимой обороны, равно как и на превышение ее допустимых пределов по делу не установлено, в связи с чем суд приходит к выводу, что данное преступление совершено ФИО1 в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений.

При таких обстоятельствах суд квалифицирует действия ФИО1 по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

За содеянное ФИО1 подлежит наказанию, при назначении которого суд, руководствуясь требованиями ст.ст.6, 43, 60, 68 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о его личности, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, а также характер и степень общественной опасности ранее совершенного им преступления и обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным.

Подсудимым совершено умышленное преступление против жизни, которое в соответствии с ч.5 ст. 15 УК РФ относятся к категории особо тяжких.

ФИО1 ранее судим за аналогичное преступление против жизни человека, длительное время отбывал наказание в местах лишения свободы, откуда освободился лишь <Дата> по отбытию срока наказания (т.2 л.д. 154, 160-162). После освобождения из мест лишения свободы проживал с женой и тремя малолетними детьми, в воспитании и содержании которых принимал непосредственное участие. По месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется отрицательно как лицо, злоупотребляющее спиртными напитками (т.2 л.д. 178, 180, 181).

Как пояснил в судебном заседании сам подсудимый, после его освобождения из мест лишения свободы он привлекался к административной ответственности за нарушение общественного порядка, что объективно подтверждается сведениями, предоставленными центром по исполнению административного законодательства УМВД России по г. Архангельску (т.2 л.д. 166, 167, 168, 169).

За время отбытия наказания ФИО1 зарекомендовал себя с положительной стороны, неоднократно поощрялся администрацией учреждения за примерное поведение и добросовестное отношение к труду, за что также был переведен для отбывания наказания из исправительной колонии строгого режима в колонию-поселение (т.2 л.д.184-186, 187).

На учете у врачей психиатра и нарколога ФИО1 не состоит, ранее перенес заболевание <***>, в настоящее время испытывает проблемы <***>, а кроме того, в период с <Дата> по <Дата> находился на стационарном лечении в психонаркологическом отделении ГБУЗ Архангельской области «Архангельская клиническая психиатрическая больница» с диагнозом: <***>, а в период с <Дата> по <Дата> с диагнозом: <***> (т.2 л.д. 170, 171, 174).

Согласно заключению комиссионной судебно-психиатрической экспертизы <№> от <Дата> ФИО1 страдает психическим расстройством в форме <***> и страдал им во время совершения инкриминируемого ему деяния, однако по своему психическому состоянию он мог осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В настоящее время по своему психическому состоянию он также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, реально воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать по ним показания и принимать участие в судебном разбирательстве, а потому в принудительных мерах медицинского характера он не нуждается (т.2 л.д.51-54).

С учетом выводов комиссии экспертов, а также, исходя из данных о личности подсудимого и его поведения в судебном заседании, суд признает ФИО1 вменяемым и не находит оснований для применения к нему принудительных мер медицинского характера, однако учитывает наличие у него указанного психического расстройства при назначении наказания.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признает его явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие у него на иждивении троих малолетних детей, в содержании и воспитании которых он принимал непосредственное участие, частичное признание им своей вины, принятие им мер по вызову скорой медицинской помощи С. после совершения преступления, а также аморальное поведение потерпевшего С., выразившееся в высказывании им оскорблений в адрес подсудимого, что явилось поводом для преступления.

Принимая во внимание неснятую и непогашенную судимость ФИО1 по приговору суда от <Дата>, суд признает в его действиях рецидив преступлений, который в соответствии п. «б» ч. 3 ст. 18 УК РФ является особо опасным, и учитывает рецидив преступлений в качестве обстоятельства, отягчающего его наказание (п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ).

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления и обстоятельства его совершения, а также сведения о личности подсудимого и его пояснения в судебном заседании о том, что алкогольное опьянение, в котором он находился в момент совершения данного преступления, существенным образом сказалось на его поведении и ослабило его самоконтроль за поступками, суд в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ признает в качестве обстоятельства, отягчающего его наказание, совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Иных обстоятельств, смягчающих или отягчающих наказание подсудимого, суд не усматривает.

С учетом всех обстоятельств уголовного дела в совокупности, характера и категории тяжести совершенного ФИО1 преступления, являющегося умышленным и направленным против жизни человека, а также данных о личности подсудимого, который ранее судим за аналогичное особо тяжкое преступление против жизни, а данное преступление совершил спустя непродолжительное время после его освобождения из мест лишения свободы, суд приходит к выводу о том, что достижение целей наказания, установленных ст.43 УК РФ, возможно только в условиях изоляции ФИО1 от общества, а потому не находит законных оснований для назначения ему более мягкого наказания, чем лишение свободы, с назначением дополнительного наказания в виде ограничения свободы, предусмотренного санкцией ч.1 ст. 105 УК РФ.

При определении размера наказания суд учитывает наличие по делу вышеуказанных смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, возраст подсудимого, состояние его здоровья и членов его семьи, а также положения ч. 1 и ч.2 ст. 68 УК РФ.

Фактических и правовых оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, равно как и для применения к нему положений ст.64, ч.3 ст.68, ст.73 УК РФ, а также для освобождения ФИО1 от наказания, суд не усматривает.

Принимая во внимание, что ФИО1 совершил умышленное особо тяжкое преступление против жизни человека спустя крайне незначительное время после его освобождения из мест лишения свободы, где он отбывал наказание за аналогичное преступление, а после совершения преступления предпринял попытки сокрытия орудия преступления и оказания давления на свидетеля Д., что свидетельствует о его повышенной общественной опасности, учитывая его отрицательные характеристики по месту жительства, суд считает необходимым для достижения целей наказания, установленных ст. 43 УК РФ, на основании ч.2 ст. 58 УК РФ назначить ему отбывание части срока наказания в тюрьме.

Согласно п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ оставшуюся часть срока наказания ФИО1 надлежит отбывать в исправительной колонии особого режима.

В связи с этим в целях обеспечения исполнения приговора избранная в отношении подсудимого мера пресечения в виде заключения под стражу отмене или изменению до вступления приговора в законную силу не подлежит.

При этом время содержания ФИО1 под стражей до судебного разбирательства в период с <Дата> по <Дата> в соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день содержания его под стражей за один день лишения свободы, а время содержания его под стражей с момента постановления приговора до его вступления в законную силу в соответствии с ч.2 ст. 58 УК РФ подлежит зачету в срок отбывания наказания в тюрьме из расчета один день содержания его под стражей за один день отбывания наказания в тюрьме.

На основании ч.3 ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства:

- кухонный нож как орудие преступления подлежит уничтожению;

- футболку, куртку, брюки, шорты и пару туфель, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по округу Варавино-Фактория г. Архангельска СУ СК Российской Федерации по Архангельской области и НАО, суд считает возможным вернуть их законному владельцу – ФИО1 (т.2 л.д. 61, 62).

В судебном заседании потерпевшей Д. к подсудимому ФИО1 предъявлены исковые требования об имущественной компенсации морального вреда в размере <***>, причиненного убийством её родного брата.

Разрешая гражданский иск потерпевшей о компенсации морального вреда, суд исходит из положений ст. 151 ГК РФ, согласно которым если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как установлено в судебном заседании в результате противоправных действий ФИО1 потерпевшей Д. причинены нравственные страдания, обусловленные гибелью её единственного родного брата.

При разрешении гражданского иска потерпевшей суд руководствуется положениями ст. ст. 151, 1099, 1100 и 1101 Гражданского Кодекса Российской Федерации и при определении размера компенсации морального вреда учитывает характер причиненных потерпевшей нравственных страданий, связанных с её индивидуальными особенностями, степень вины подсудимого, его материальное и семейное положение, состояние здоровья его и членов его семьи, а также требования разумности и справедливости, и находит размер компенсации морального вреда, заявленный потерпевшей, завышенным и подлежащим уменьшению до <***>.

На стадии предварительного расследования и в суде защиту ФИО1 осуществляли адвокаты по назначению следователя и суда, которым за оказание такой помощи отдельными постановлениями выплачены вознаграждения в общей сумме <***> (т.3 л.д. 34-35).

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131, ст. 132 УПК РФ указанные расходы являются процессуальными издержками, которые взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

В связи с тем, что ФИО1 от услуг адвокатов не отказывался, о своей имущественной несостоятельности убедительных доводов не привел, находится в трудоспособном возрасте, относительно здоров и полностью трудоспособен, суд не усматривает оснований для его полного или частичного освобождения от уплаты данных процессуальных издержек и считает необходимым взыскать их в полном объеме со ФИО1 в федеральный бюджет.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 ча признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 12 (двенадцать) лет с отбыванием первых 5 (пяти) лет наказания в тюрьме, а остальной части наказания в исправительной колонии особого режима, с ограничением свободы на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев с возложением следующих ограничений:

- не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбытия лишения свободы,

- не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации,

а также возложением на него обязанности являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц.

Срок наказания исчислять с <Дата>.

Зачесть в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей в период с <Дата> по <Дата> включительно из расчета один день содержания его под стражей за один день лишения свободы.

Зачесть в срок отбывания наказания в тюрьме время содержания ФИО1 под стражей в период с <Дата> до вступления приговора в законную силу включительно из расчета один день содержания его под стражей за один день отбытия наказания в тюрьме.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу на апелляционный период оставить без изменения.

Взыскать со ФИО1 ча в пользу Д. <***> в качестве компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Вещественные доказательства:

- кухонный нож уничтожить;

- футболку, куртку, брюки, шорты и пару туфель, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по округу Варавино-Фактория г. Архангельска СУ СК Российской Федерации по Архангельской области и НАО, возвратить ФИО1

Взыскать со ФИО1 ча в доход федерального бюджета процессуальные издержки в виде сумм, выплаченных адвокатам за оказание юридической помощи осужденному по назначению, в размере <***>.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Архангельском областном суде через Ломоносовский районный суд г. Архангельска в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный, содержащийся под стражей, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем должен указать в апелляционной жалобе, а в случае подачи апелляционного представления или жалобы другого лица – в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу (представление) в течение 10 суток со дня вручения копии жалобы (представления).

Осужденный также вправе ходатайствовать об апелляционном рассмотрении дела с участием защитника, о чем должен подать в суд, постановивший приговор, соответствующее заявление в срок, установленный для подачи возражений на апелляционные жалобы (представление).

Председательствующий

А.А. Аршинов

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Архангельского областного суда от <Дата> приговор Ломоносовского районного суда г. Архангельска от <Дата> в отношении ФИО1 ча изменен.

Исключено из приговора указание на отбывание первых пяти лет наказания в тюрьме, назначив ФИО1 отбывание всего срока лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

В срок лишения свободы зачтено время содержания ФИО1 под стражей <Дата>.

В остальном приговор оставлен без изменения, а апелляционная жалоба и апелляционное представление - без удовлетворения.