Апелляционное постановление № 22-263/2020 от 4 марта 2020 г. по делу № 1-108/2019

Судья: Гусельникова Л.А. № 22 – 263/2020


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Калининград 5 марта 2020 года

Калининградский областной суд в составе:

председательствующей судьи Татаровой Т.Д.,

при секретарях Чика О.А., Мазяр К.А., Герасименко О.В.,

с участием прокурора Новиковой Н.Е.,

потерпевшего А..,

представителей адвоката Тесленка А.В. и Шаманина Н.Б.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Разумовского Ю.Ю.,

рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Разумовского Ю.Ю. в интересах осужденного ФИО1

на приговор Ленинградского районного суда г. Калининграда от 11 декабря 2019 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в г. <данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 7 месяцам ограничения свободы;

в соответствии со ст. 53 УК РФ ФИО1 установлены ограничения:

не выезжать за пределы городского округа «Город Калининград»,

не менять место жительства и работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы,

один раз в месяц являться в этот орган для регистрации.

Заслушав выступления защитника, осужденного, поддержавших доводы апелляционной жалобы об отмене приговора, мнение потерпевшего, его представителей, прокурора, полагавших приговор подлежащим оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в том, что 7 июля 2018 года, управляя автомобилем «<данные изъяты>» в период времени с 13 часов 20 минут до 13 часов 40 минут, нарушил Правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью А., управлявшего мотоциклом «<данные изъяты>».

В апелляционной жалобе в защиту осужденного ФИО1 адвокат Разумовский Ю.Ю. просит приговор отменить и вынести оправдательный приговор в связи с тем, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. Приводит следующие доводы.

Запись с видеорегистратора автомобиля «<данные изъяты>» под управлением Б. указывает, что столкновение произошло на встречной полосе по ходу движения мотоцикла под управлением А., который до этого совершал обгон ряда автомобилей, в том числе и автомобиля Б. непосредственно напротив знака 5.19.1 ПДД «Пешеходный переход».

Вывод суда о том, что автомобиль под управлением Б. остановился не перед нерегулируемым пешеходным переходом, а перед знаком особых предписаний «Пешеходный переход», необоснованный, так как в силу ПДД остановка перед знаком 5.19.1 означает остановку перед пешеходным переходом.

Из показаний А. в судебном заседании, заключения дополнительной комплексной судебно-технической экспертизы и представленного защитой экспертного исследования следует, что при соблюдении п.п. 10.1, 11.1, 11.4 и 14.2 ПДД А. имел техническую возможность избежать столкновения, однако судом не дано оценки данному обстоятельству.

В силу положений постановления Пленума Верховного Суда РФ №20 от 25 июня 2019 года нарушивший правила обгона А. не имел преимущественного права движения, а у ФИО1 отсутствовала обязанность уступить ему дорогу.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель потерпевшего адвокат Соловьев А.А. считает приговор законным и обоснованным. Полагает, что в действиях потерпевшего А. отсутствуют нарушения ПДД, и у него не имелось технической возможности избежать столкновения с автомобилем под управлением ФИО1, просит приговор оставить без изменения.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Пономарева К.А. указывает, что нарушения, допущенные ФИО1, находятся в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, действия А. не препятствовали ФИО1 своевременно обнаружить опасность для движения и правильно оценить дорожную обстановку. Полагает приговор подлежащим оставлению без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим оставлению без изменения.

Выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминированном деянии соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и основаны на совокупности исследованных в судебном заседании, приведенных в приговоре доказательств.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 убедился в безопасности своего выезда на главную дорогу, а дорожно-транспортное происшествие (ДТП) произошло по вине А., нарушившего Правила дорожного движения РФ, судом тщательно проверены и мотивированно опровергнуты в приговоре.

Потерпевший А. показал, что двигался на мотоцикле по ул. Гайдара со стороны ул. Озерной в сторону ул. Горького в г. Калининграде со скоростью около 40 км/час, обгоняя по встречной для движения полосе образовавшуюся пробку из автомобилей. Когда он заканчивал обгон, подъезжая к нерегулируемому пешеходному переходу, неожиданно для него с прилегающей территории д. № по <адрес> выехал автомобиль «<данные изъяты>». Пытаясь уйти от столкновения, он А. применил экстренное торможение, но столкновения избежать не удалось, в результате он получил травмы.

Судебно-медицинской экспертизой констатировано, что обнаруженные у А. телесные повреждения могли образоваться в срок и при обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия 7 июля 2018 года от действия твердых тупых предметов, коими могли являться выступающие части движущегося транспортного средства, ударов таковыми или от ударов о таковые; причинили в совокупности тяжкий вред здоровью как повлекшие за собой значительную стойкую утрату трудоспособности не менее, чем на одну треть.

Свидетель Б. пояснил, что двигался на автомобиле «<данные изъяты>» по ул. Гайдара со стороны ул. Озерной в сторону ул. Горького со скоростью не более 10 км/час из-за плотного движения автомобилей в его направлении и увидел, что автомобиль «<данные изъяты>» хочет выехать с придомовой территории и совершить поворот налево, он остановился, чтобы дать возможность водителю этого автомобиля совершить маневр. «<данные изъяты>» начал движение, и в тот момент, когда его передняя часть оказалась на встречной полосе движения, он услышал резкий звук мотоцикла, двигавшегося по встречной полосе и обгонявшего поток из автомобилей. Мотоциклист применил экстренное торможение, мотоцикл завалился на левый бок, но произошло столкновение.

Помимо этого судом проанализированы экспертные заключения от 23 августа 2018 года, от 24 октября 2018 года, от 17 сентября 2019 года, пояснения экспертов Д. и В., Правила дорожного движения РФ (пункты 8.3, 10.1 ч. 2, 11.1, 11.4, 14.2). В результате правильно установлено, что ФИО1 в нарушение п. п. 8.1, 8.3 Правил дорожного движения РФ при выполнении маневра поворот налево при выезде на дорогу с прилегающей территории не убедился в безопасности этого маневра, и в том, что он не создаст помех другим участникам дорожного движения, не уступил дорогу двигавшемуся по главной дороге мотоциклу под управлением А. и допустил столкновение с ним.

Как пояснил судебный эксперт В., в данной дорожной ситуации автомобиль под управлением ФИО1 не имел преимущества в движении, поскольку выезжал с прилегающей территории в тот момент, когда по главной дороге двигался мотоцикл под управлением А. Водитель А. должен был вести мотоцикл со скоростью, не превышающей установленного ограничения и позволяющей осуществлять полный контроль за движением мотоцикла, с момента возникновения опасности для движения должен был применить торможение. Предотвращение дорожно-транспортного происшествия зависело от соблюдения водителем ФИО1 Правил дорожного движения РФ. ФИО1 располагал технической возможностью предотвратить столкновение, уступив дорогу мотоциклу под управлением А., и только после этого, в отсутствие других транспортных средств, продолжить движение в выбранном направлении.

На просмотренной в ходе судебного следствия и в судебном заседании суда апелляционной инстанции видеозаписи, произведенной с видеорегистратора, установленного в автомобиле «Nissan Х-Trail», видно, что, выезжая с прилегающей территории на главную дорогу, совершая поворот налево, водитель ФИО1 смотрит только направо, то есть на ту полосу движения, на которую собирается выезжать. Налево же он посмотрел только в момент столкновения с мотоциклом под управлением А.

Судом проверялись доводы защиты о том, что ДТП произошло в результате нарушения Правил дорожного движения РФ водителем мотоцикла А., однако своего подтверждения не нашли и мотивированно опровергнуты в приговоре. Действия А. в данной дорожной ситуации не препятствовали ФИО1, выезжавшему с прилегающей территории на главную дорогу, своевременно обнаружить опасность для движения и правильно оценить дорожную обстановку. Водитель А. совершал обгон транспортных средств по встречной полосе, свободной от транспортных средств, на достаточном для обгона расстоянии, не создавая опасности и помех другим участникам дорожного движения, а водитель ФИО1 выезжал на главную дорогу с прилегающей территории в условиях ограниченной видимости.

Мнение экспертов о несоответствии с технической точки зрения действий А. пунктам 10.1, 11.1, 14.2 Правил дорожного движения РФ не предопределяет обязательность для суда вывода о наступлении последствий, указанных в ч. 1 ст. 264 УК РФ, ввиду нарушения конкретных пунктов ПДД и потерпевшим.

Суд апелляционной инстанции находит обоснованным вывод суда о том, что эксперт Д. дал пояснения и провел экспертное исследование, исходя из ошибочного утверждения о том, что водитель автомобиля «<данные изъяты>» Б. начал снижать скорость и остановился перед пешеходным переходом, поэтому водитель А. также должен был снизить скорость и остановиться. Анализ представленных доказательств позволил суду обоснованно указать на то, что автомобиль под управлением Б. остановился при отсутствии пешеходов не из-за наличия нерегулируемого пешеходного перехода. Остановка произошла перед знаком особых предписаний «Пешеходный переход» лишь для того, чтобы дать возможность автомобилю ФИО1 выехать с прилегающей территории на главную дорогу и осуществить поворот налево.

С оценкой, данной судом приведенным в приговоре доказательствам, суд апелляционной инстанции согласен.

Действия ФИО1 квалифицированы правильно.

Процессуальных нарушений, влекущих отмену приговора, не допущено.

При назначении осужденному наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность ФИО1, ранее не судимого, положительно характеризующегося по месту работы, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, смягчающее наказание обстоятельство – наличие на иждивении малолетней дочери.

Суд установил, что прямой причинно-следственной связи с нарушением А. Правил дорожного движения РФ и наступившими последствиями нет, поэтому основания для признания данного обстоятельства смягчающим наказание в соответствии с п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года № 25 отсутствовали.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Ленинградского районного суда г. Калининграда от 11 декабря 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения.

Апелляционную жалобу адвоката Разумовского Ю.Ю. оставить без удовлетворения.

Судья: