Приговор № 01-0580/2025 1-580/2025 от 24 сентября 2025 г. по делу № 01-0580/2025

Дело № 1-580/25



ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 сентября 2025 г. г. Москва

Савёловский районный суд г. Москвы в составе председательствующего судьи Козловой А.С., при секретаре Захарченко В.Р.,

с участием государственного обвинителя–прокурора г. Москвы Жук М.С., помощника Савеловского межрайонного прокурора г. Москвы Кондратенко Е.Н.;

подсудимого ФИО1, защитника – адвоката Старокожевой Л.Н., переводчиков ФИО2, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

Кадырбай Уулу Кайратбек, ***,-

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, -

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах:

так он, в примерный период времени с 00 час. 01 мин. по 01 час. 08 мин. **, более точное время не установлено, находясь в квартире, расположенной по адресу***, кв. *, где между ним (ФИО1) и ранее знакомым ему У.А. произошел конфликт на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, в ходе которого у ФИО1 возник умысел на причинение смерти У.А.

Во исполнение своего преступного умысла, направленного на причинение смерти У.А., он (ФИО1), находясь в квартире, расположенной по адресу: ***, в период времени с 00 час. 01 мин. по 01 час. 08 мин., **, более точное время не установлено, руководствуясь внезапно возникшими личными неприязненными отношениями к последнему, в ходе произошедшего конфликта, действуя умышленно и осознавая общественно опасный характер своих действий, с целью причинения смерти У.А., взял со стола нож хозяйственно-бытового назначения, и удерживая его в правой руке, осознавая, что нанесение удара ножом, обладающим большой поражающей способностью в область жизненно-важных органов, таких как сердце, может повлечь смерть человека и желая наступления таких последствий, умышленно нанес У.А, вышеуказанным ножом, не менее одного удара в область сердца, причинив у У.А. своими вышеуказанными преступными действиями, согласно заключению медицинской судебной экспертизы № ** следующие телесные повреждения:

- рана (одна) в левой подгрудной области в 8,4 см влево от передней срединной линии, в 20,0 см книзу от проекции верхнего края левой ключицы, в 126,5 см от подошвенной поверхности левой стопы, в проекции левого 6-го межреберья, с повреждением по ходу раневого канала подкожной основы, левой большой грудной мышцы, сочленения между левыми 5 и 6 рёбрами по окологрудинной линии, межреберных мышц, пристеночной плевры, перикарда, сердца. Раневой канал направлен слева направо, несколько сверху вниз и спереди назад, глубиной до 15,9 см.

Вышеуказанная рана является колото-резаной, на что указывают её морфологические признаки (линейная форма при сведении краёв, преобладание глубины раневого канала над длиной и шириной раны, ровные края, гладкие стенки, наличие заостренного и М-образного концов).

Морфологические характеристики колото-резаной раны указывают на то, что она образовалась:

- прижизненно, незадолго до наступления смерти (минуты и десятки минут) при условии нормальной реактивности организма, что подтверждается гистологическим исследованием;

- в результате прокола тканей острым концом колюще-режущего предмета (по типу ножа) с последующим погружением клинка и одновременным рассечением тканей в направлении слева направо, несколько сверху вниз и спереди назад при условии правильного анатомического ортоградного положения тела;

- от одного воздействия колюще-режущего предмета (по типу однолезвийного ножа) с обушковым краем, на поперечном сечении близким к П-образному, обращенным вправо, шириной обуха ориентировочно 0,2 см.

Колото-резаное проникающее ранение левой подгрудной области с повреждением сердца, перикарда, пристеночной плевры, сочленения между левыми 5 и 6 рёбрами, мягких тканей, вызывавшее развитие острой кровопотери, имеет анатомические признаки тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни (п. 6.1.9. Приложения к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 г. №194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека»), наступление смерти находится с ним (вредом) в прямой причинной связи.

В результате вышеуказанных преступных действий У.К. смерть потерпевшего У.А. наступила в период времени с 00 час. 01 мин. по 01 час. 08 мин., **, в квартире, расположенной по адресу: *** вследствие острой кровопотери, развившейся в результате колото-резаного проникающего ранения левой подгрудной области с повреждением сердца, перикарда, пристеночной плевры, сочленения между левыми 5 и 6 рёбрами, мягких тканей, что подтверждается морфологическими признаками.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину свою в совершении преступления признал частично, и показал, что он защищался от действий У.А., который первый ударил его ножом в руку. В тот день У.А. на кухне в квартире, в которой они проживали, употреблял спиртные напитки, в какой-то момент У.А. стал его оскорблять, оскорблять его семью. Он (ФИО1) пытался У.А. успокоить, но тот схватил нож, после чего он (ФИО1) закрылся руками, У.А. попал ему ножом по руке, если бы он не закрылся руками, У.А. попал бы ему ножом в сердце. Опасаясь У.А., он (ФИО1) тоже взял нож со стола и ударил им в У.А. Он не видел, куда он попал ножом, умысла убивать У.А. у него не было, он, защищаясь, просто махал ножом.

Так, несмотря на избранную подсудимым позицию, существо которой изложено выше, обстоятельства совершения преступления и вина ФИО1 в ходе судебного разбирательства установлены и подтверждаются следующими представленными стороной обвинения достаточными доказательствами:

-показаниями свидетелей К.А. и А.М., данными ими в ходе производства предварительного расследования по делу (т. 1 л.д. 118-120, 134-136), оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что они работали в *** и проживали в квартире по адресу: ** где также проживали У.А. и ФИО1 В ночь с *** года У.А. и ФИО1 находились на кухне, распивали спиртные напитки и вели себя шумно. в А.М. Они () попытались их успокоить, поскольку общение между ними было напряженное. Через какое- то время ФИО1 резко встал и сказал, что он сирота и ему нечего терять, после чего взял нож со стола. У.А. также взял со стола второй нож. Они () резко встали со стульев и начали их разнимать. К.А. взял ФИО1 за талию, и пытался его успокоить. А.М взял У.А. за руку, в которой тот держал нож и пытался его успокоить. В какой-то момент ФИО1 вырвался и ударил У.А. правой рукой, в которой находился нож в область груди. После этого они вытолкнули ФИО1 из кухни в коридор. Затем А.М. вызвал скорую, а в К.А. прижав рану У.А., пытался остановить кровь. После того, как приехала бригада скорой помощи, врачи сообщили, что У.А. мертв; что также следует из протоколов очных ставок, в которых свидетели К.А. и А.М. полностью подтвердили свои показания (т.1 л.д. 156-159, 160-163);

-протоколами проверки показаний свидетелей А.М. и К.А. на месте от 11.04.2022 (т.1 л.д. 168-170, 177-178), в ходе каждый подробно показал об обстоятельствах нанесения ФИО4 удара У.А. ножом в область сердца; что наглядно и подробно отображено на приложенных к протоколу фототаблицах (т.1 л.д. 173-176, 181-185);

-протоколом осмотра места происшествия от *** (т.1 л.д. 17-25), в ходе которого была осмотрена квартира по адресу: г**, где был обнаружен труп ФИО5, а также осмотрен труп У.А., на котором на передней поверхности грудной клетки слева обнаружена рана линейной формы, и в ходе осмотра изъяты: следы рук, 4 ножа, которые в последующем в ходе расследования были осмотрены (т.2 л.д. 248-251); что наглядно и подробно отображено на приложенной к протоколу фототаблице (т.1 л.д. 39-65) и без нарушений требований закона признаны в качестве вещественных доказательств (т.3 л.д. 6);

-протоколом установления смерти человека от ода (т.1 л.д. 26), из которого следует, что врач выездной бригады скорой медицинской помощи констатировал смерть У.А.;

-протоколом предъявления для опознания по фотографии от года (т.1 л.д. 241-244), в ходе которого ФИО1 в присутствии защитника и переводчика среди четырех ножей, изъятых в ходе осмотра места происшествия, опознал на фотографии №2 нож, которым он нанес удар У.А.;

-протоколом осмотра ножа, опознанного ФИО1, из которого следует, что длина ножа составляет примерно 18,2 см, нож состоит из клинка и рукояти, клинок изготовлен из металла светло-серого цвета и прикреплен к полимерной рукоятке черного цвета, что отображено на фототаблице, приложенной к протоколу (т.3 л.д. 17-20);

-заключением экспертов № (т.2 л.д. 75-100), согласно выводам которого, при судебно-медицинской экспертизе трупа У.А. обнаружено следующее:

- рана (одна) в левой подгрудной области в 8,4 см влево от передней срединной линии, в 20,0 см книзу от проекции верхнего края левой ключицы, в 126,5 см от подошвенной поверхности левой стопы, в проекции левого 6-го межреберья, с повреждением по ходу раневого канала подкожной основы, левой большой грудной мышцы, сочленения между левыми 5 и 6 рёбрами по окологрудинной линии, межреберных мышц, пристеночной плевры, перикарда, сердца. Раневой канал направлен слева направо, несколько сверху вниз и спереди назад, глубиной до 15,9 см.

Вышеуказанная рана является колото-резаной, на что указывают её морфологические признаки (линейная форма при сведении краёв, преобладание глубины раневого канала над длиной и шириной раны, ровные края, гладкие стенки, наличие заостренного и М-образного концов).

Морфологические характеристики колото-резаной раны указывают на то, что она образовалась:

- прижизненно, незадолго до наступления смерти (минуты и десятки минут) при условии нормальной реактивности организма, что подтверждается гистологическим исследованием;

- в результате прокола тканей острым концом колюще-режущего предмета (по типу ножа) с последующим погружением клинка и одновременным рассечением тканей в направлении слева направо, несколько сверху вниз и спереди назад при условии правильного анатомического ортоградного положения тела;

- от одного воздействия колюще-режущего предмета (по типу однолезвийного ножа) с обушковым краем, на поперечном сечении близким к П-образному, обращенным вправо, шириной обуха ориентировочно 0,2 см.

Колото-резаное проникающее ранение левой подгрудной области с повреждением сердца, перикарда, пристеночной плевры, сочленения между левыми 5 и 6 рёбрами, мягких тканей, вызывавшее развитие острой кровопотери, имеет анатомические признаки тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни (п. 6.1.9. Приложения к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 г. №194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека»), наступление смерти находится с ним (вредом) в прямой причинной связи.

В результате вышеуказанных преступных действий ФИО1 смерть потерпевшего У.А. наступила в период времени с 00 час. 01 мин. по 01 час. 08 мин., , в квартире, расположенной по адресу: *** вследствие острой кровопотери, развившейся в результате колото-резаного проникающего ранения левой подгрудной области с повреждением сердца, перикарда, пристеночной плевры, сочленения между левыми 5 и 6 рёбрами, мягких тканей, что подтверждается морфологическими признаками.

Анализируя и оценивая представленные стороной обвинения доказательства в порядке ст. ст. 87-88 УПК РФ, суд приходит к выводу, что исследованные доказательства являются относимыми, допустимыми и достоверными, а в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела по существу, позволяя в своей взаимосвязи и взаимозависимости установить обстоятельства совершения в отношении У.А. преступления, как таковые изложены выше, и полностью доказывают вину ФИО1 в совершении убийства, то есть умышленного причинения смерти У.А., и не содержат каких-либо существенных противоречий, влияющих на данные выводы, к которым суд пришел с учетом оценки исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, оценив вышеуказанные показания названных свидетелей А.М., К.А., суд пришел к убеждению, что, давая показания по рассматриваемым обстоятельствам, каждый свидетель соответственно руководствовался личным восприятием увиденного им, их показания последовательны и не содержат каких-либо существенных противоречий, поэтому суд таковым доверяет и признает их надлежащими доказательствами по делу.

Вопреки доводам стороны защиты, судом не установлено, что показания свидетелей обвинения сформированы под чьим-либо воздействием, их показания согласуются между собой, подтверждены и дополнены друг другом, а также заключением эксперта, оценивая которое в совокупности с другими названными доказательствами по делу, в том числе сопоставляя таковое и с показаниями свидетелей, суд приходит к выводу, что экспертиза о телесных повреждениях У.А. и наступления смерти последнего, проведена в соответствии с требованиями закона компетентным лицом в рамках полномочий; выводы экспертов обоснованы медицинскими данными и результатами проведенных исследований по рассматриваемым обстоятельствам дела, не имеют каких-либо противоречий и содержат ответы на поставленные вопросы, а потому в данном случае заключение экспертов не вызывает у суда сомнений.

Названные протоколы следственных действий позволяют установить имеющие значение для дела обстоятельства, соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона и согласуются, как между собой, так и с другими исследованными доказательствами, а изложенные в протоколах результаты следственных действий никаких сомнений не вызывают, а потому они также являются надлежащими доказательствами.

Также в судебном заседании исследовались и доказательства, на которые ссылается как сторона обвинения, так и сторона защиты, а именно:

-показания свидетеля К.А., данные ею в ходе предварительного расследования (т.1 л.д. 84-86), оглашенные и частично подтвержденные ею в суде, что около 01 часа ночи брат ФИО1 в приложении «Вотс Ап» прислал ей свою геолокацию, а после того, как на ему перезвонила, попросил ее срочно подъехать, сказав, что он кого-то убил. После она приехала по указанному ей адресу, и увидела, как ее брата забирали сотрудники полиции.

В судебном заседании свидетель К.А. показала, что в тот день брат попросил ее срочно приехать, то, что он кого-то убил, он ей не говорил. Ей известно, что У.А. был родственником К.А. и А.М. В день, когда ее брата забирали сотрудники полиции, она видела у него на руке рану, и знает, что его отвозили в медицинское учреждение. Брата может охарактеризовать только положительно, он извинился перед семьей У.А. и обещал им помогать.

Оценивая показания свидетеля ФИО6, суд учитывает, что данного свидетеля с подсудимым связывают родственные отношения, в связи с чем, суд приходи к выводу, что свидетель имел основания давать показания и действовать в пользу подсудимого, будучи лицом, заинтересованным в благоприятном для подсудимого исходе дела. Кроме того, суд отмечает, что непосредственным очевидцем событий данный свидетель не являлся, о произошедшем ему стало известно со слов подсудимого, суд также учитывает противоречивость показаний данного свидетеля, данных им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, а потому судом достоверными признаны показания лишь в той части, в которой они согласуются с другими доказательствами, представленными стороной обвинения, и не противоречат материалам уголовного дела, а также в части положительной характеристики подсудимого.

Несмотря на ссылку стороны защиты показания названного свидетеля, вину ФИО6 в совершении преступления не опровергают, а поэтому, в той части, в которой они признаны судом достоверными, приводятся в качестве доказательств вины подсудимого в совершении изложенных в описательной части преступных действий.

Также в судебном заседании исследовались и доказательства, на которые ссылается сторона обвинения, а именно:

-показания свидетеля Н.И., данные ею в судебном заседании, что своего сына ФИО1 характеризует положительно. Ей известно, что у ФИО1 на руке была рана, со слов сына ее нанес ему **., которые первый стал замахиваться на него ножом.

Оценивая показания указанного свидетеля Н.И., сопоставляя их с другими доказательствами по делу, представленными стороной обвинения, суд доверяет показаниям в той части, в которой имеется положительная характеристика подсудимого, однако показания данного свидетеля вину ФИО1 в совершении преступления не опровергают, кроме того суд отмечает, что данный свидетель очевидцем событий не являлся, о произошедшем ему стало известно со слов подсудимого, более того, свидетеля с подсудимым связывают семейные отношения, в связи с чем, суд пришел к выводу, что данный свидетель, имел основания давать показания и действовать в пользу подсудимого, будучи лицом, заинтересованными в благоприятном для подсудимого исходе дела.

Кроме того, проведя анализ и оценку показаний подсудимого ФИО1, данных им как в судебном заседании, при том, что он не был лишен возможности давать показания по своему усмотрению и оснований для самооговора у него не имелось, суд нашел их достоверными лишь в той части, в которой он указал на то, что действительно нанес удар ножом У.А., в ходе внезапно возникшего между ними конфликта, так как они в данной части никоим образом не противоречат другим представленным обвинением и исследованным в судебном заседании доказательствам.

Существенных нарушений уголовно-процессуального и уголовного закона в ходе предварительного расследования и нарушения права на защиту ФИО1 судом не установлено, а также судом не установлены обстоятельства, позволяющие судить о самооговоре, об оговоре подсудимого и заинтересованности третьих лиц в исходе дела.

В частности, отмечается, что при таких обстоятельствах локализация телесного повреждения, обнаруженного у У.А., в совокупности с механизмом его образования, а именно нанесения его ножом, и сложившуюся обстановку, позволяют суду установить обстоятельства насильственного лишения жизни У.А., имевшего место в названный период времени по рассматриваемому адресу.

Следует также отметить, что в материалах дела не содержится и суду не представлено каких-либо доказательств тому, что в отношении ФИО1 имели место какие-либо действия У.А., которые свидетельствовали бы о преступном посягательстве на ФИО1 либо наличествовала реальная непосредственная угроза его применения, которые оправдывали бы преступные действия ФИО1 в отношении а У.А.

Кроме того, суд отмечает, что у ФИО1 каких-либо повреждений не было, что в частности следует и из представленных сведений из медицинской части *** об отсутствии у последнего телесных повреждений, на которые он ссылается, а также следует и из постановления об отказе в возбуждения уголовного дела, в том числе по доводам ФИО1 о нанесении ему У.А. удара ножом в руку, по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ.

При этом, характер действий ФИО1, а именно нанесение ударом ножом в область жизненно важного органа-сердца, размер образовавшегося раневого канала, свидетельствуют именно о наличии у ФИО1 умысла на убийство У.А.

А потому и показания ФИО1 в той части, в которой таковые противоречат исследованным доказательствам, в частности, в которых он указывает на то, что умысла на убийство у него не было, он защищался от действий У.А., который первый ударил его ножом в руку, куда он наносил удар У.А., он не видел, расцениваются судом как избранный им способ защиты, не противоречащий его процессуальному статусу, направленный на уменьшение степени ответственности за содеянное.

Поэтому, и доводы стороны защиты со ссылкой на то, что свидетели обвинения оговаривают подсудимого, на данные о личности потерпевшего, суд находит несостоятельными, данная версия надуманна и является способом защиты.

Так, представленные стороной обвинения доказательства, существо которых изложено выше, в своей совокупности позволяют суду установить обстоятельства совершения преступления, как таковые изложены в описательной части, и вину ФИО1 в том, что он в рассматриваемый период времени, в результате конфликта на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений в отношении ФИО5 действовал с умыслом, направленным именно на причинение смерти последнего, о чем свидетельствуют установленные судом обстоятельства лишения жизни У.А., при которых он, используя в отношении У.А. указанный предмет, осознавал общественно опасный характер своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий, а именно причинения таких повреждений, которые несовместимы с жизнью человека, и желал их наступления, о чем свидетельствует сам характер и целенаправленность, последовательность и интенсивность его действий.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства нашли свое подтверждение все признаки состава преступления, предусмотренного ст. 105 УК РФ, вмененного ФИО1

Тем самым, судом не установлено обстоятельств, дающих основание для иной квалификации действий подсудимого или оправдания его.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что содеянное ФИО1 надлежит квалифицировать именно по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Судом также изучено и психическое состояние подсудимого и согласно выводам заключения комиссии экспертов амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы № от года (т. 2 л.д. 44-47), ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, исключающим его способность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал в период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, и не страдает каким-либо психическим расстройством в настоящее время.

В период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, у ФИО1 не обнаруживалось также признаков какого-либо временного психического расстройства, в том числе и патологического аффекта, он мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Об этом свидетельствуют последовательный, целенаправленный характер его действий, адекватный речевой контакт с окружающими, отсутствие признаков расстроенного сознания и какой-либо продуктивной психотической симптоматики (бред, галлюцинации) при сохранности воспоминаний событий периода содеянного.

В настоящее время по своему психическому состоянию ФИО1 может понимать характер и значение уголовного судопроизводства (сущность процессуальных действий и получаемых посредством их доказательств), самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве, а также обладает способностью к самостоятельному совершению действий, направленных на реализацию указанных прав и обязанностей, может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания, участвовать в следственных действиях и судебном разбирательстве по делу, нести ответственность за содеянное.

В применении принудительных мер медицинского характера ФИО1 не нуждается. Как показал психологический анализ представленных материалов уголовного дела, индивидуально-психологические особенности не оказали существенного влияния на поведение ФИО1 в момент совершения инкриминируемого ему деяния. Как показал психологический анализ представленных материалов уголовного дела, в момент совершения инкриминируемого деяния ФИО1 не находился в состоянии аффекта или иного эмоционального состояния, которое могло существенно повлиять на его сознание и психическую деятельность. О чем свидетельствует отсутствие характерной трехфазной динамики развития эмоциональной реакции и особенностей ее проявления.

Оснований сомневаться в компетентности членов экспертной комиссии и данном ими заключении, которое по существу является непротиворечивым, обоснованным и убедительно аргументированным, у суда нет, в связи с чем, суд ему доверяет и признает правильными выводы названной экспертизы, поскольку она проведена в соответствии с требованиями закона при непосредственном исследовании личности ФИО1 и материалов уголовного дела.

Учитывая изложенное, а также то, что в судебном заседании подсудимый ведет себя адекватно, активно защищается и сомнений в его психическом состоянии не возникает, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 может и должен нести ответственность за совершенное преступление, поскольку совершил его в состоянии вменяемости и в соответствии со ст. 19 УК РФ подлежит уголовной ответственности.

В соответствии со ст. ст. 6 и 60 УК РФ суд при назначении наказания подсудимому, а также при разрешении других нижеперечисленных вопросов, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжких, а также личность подсудимого и влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Так, в ходе исследования обстоятельств, характеризующих личность ФИО1, на основе исследованных в судебном заседании документов, не вызывающих сомнений, судом установлено, что он на учете у врачей нарколога психиатра не состоит, положительно характеризуется в быту, по месту учебы, по месту жительства и предыдущему месту работы, имеет на иждивении малолетнего ребенка, родственников и близких лиц, нуждающихся в его заботе, уходе и материальной поддержке, в том числе в силу возраста и состояния здоровья, что, наряду его возрастом и образованием, семейным положением и сложившейся, в связи с этим, жизненной ситуацией, состоянием его здоровья, частичным признанием вины, принесением потерпевшей А.К. извинением, добровольным возмещение ущерба, причиненного в результате преступления, что следует из заявления потерпевшей (т.3 л.д. 5), применяя п.п. «г,к» ч. 1, ч. 2 ст. 61 УК РФ, судом в данном случае признается обстоятельствами, смягчающими подсудимому наказание. Иных обстоятельств, смягчающих ему наказание, предусмотренных ст. 61 УК РФ, не установлено.

Обстоятельств, отягчающих подсудимому наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

Вместе с тем, при установленных по делу обстоятельствах, в том числе характеризующих личность подсудимого, суд не находит оснований для применения в отношении него положений, предусмотренных ст. 64 УК РФ, не находя каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности данного преступления.

С учетом изложенного суд пришел к выводу о назначении в пределах санкции ч. 1 ст. 105 УК РФ подсудимому наказания в виде лишения свободы, которое ему надлежит отбывать реально, то есть в условиях изоляции от общества, что в полной мере соответствует целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, определяя ему срок лишения свободы с учетом признанных судом смягчающих ему наказание обстоятельств, а также учитывая положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Кроме того, учитывая фактические обстоятельства рассматриваемого преступления и степень его общественной опасности, и данные о личности подсудимого, в данном случае суд не находит оснований для применения в отношении него положений ч. 6 ст. 15 УК РФ относительно изменения категории преступления на менее тяжкую, не усмотрев также и оснований для применения в отношении него в данном случае положений ст. 73 УК РФ.

Применяя правило, предусмотренное п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, учитывая установленные по делу обстоятельства, в том числе касающиеся личности подсудимого, судом ФИО7 для отбывания наказания в виде лишения свободы назначается исправительная колония строгого режима.

При этом в сроки лишения свободы в соответствии с требованиями ст. 72 УК РФ и ч. 10 ст. 109 УПК РФ надлежит засчитать время задержания ФИО7 и содержания его под стражей.

В связи с этим, в том числе и для обеспечения исполнения приговора, избранную ФИО7 меру пресечения в виде заключения под стражу надлежит оставить прежней до вступления приговора в законную силу.

Вопрос о вещественных доказательствах судом разрешен в порядке ст. 81 УПК РФ. Гражданский иск по делу не заявлен.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, -

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, за которое назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 9 (девять) лет и 6 (шесть) месяцев в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора суда в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время задержания и содержания ФИО1 под стражей в период с *** года и до вступления приговора в законную силу, зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 оставить прежней в виде заключения под стражу до вступления приговора суда в законную силу.

Вещественные доказательства:

-***.

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Московского городского суда через Савеловский районный суд г. Москвы в течение пятнадцати со дня постановления приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, о чем необходимо указать в апелляционной жалобе либо самостоятельном ходатайстве.

Приговор может быть обжалован в кассационном порядке во Второй кассационный суд общей юрисдикции через Савеловский районный суд в течение шести месяцев со дня вступления в силу.

Судья Козлова А.С.