Решение № 2-1007/2018 2-56/2019 2-56/2019(2-1007/2018;)~М-904/2018 М-904/2018 от 26 мая 2019 г. по делу № 2-1007/2018

Дело № 2-56/2019 г. 24RS0027-01-2018-001011-14


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

(подлинник)

г. Кодинск 27 мая 2019 года

Кежемский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Плаховой С.А.,

при секретаре Цыреновой Ж.Г.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Кежемского района в интересах ФИО1 к АО СП БИВА о взыскании заработной платы, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, -

У С Т А Н О В И Л:

Прокурор Кежемского района обратился в суд с исковым заявлением в интересах ФИО1 к АО СП БИВА о взыскании задолженности по заработной плате в размере 321172 руб. 68 коп., а также денежной компенсации за задержку выплат заработной платы в соответствии со ст. 236 ТК РФ в размере 56349 руб. 76 коп. В обоснование исковых требований указано, что по результатам проведенной прокуратурой района проверки АО СП БИВА по факту наличия задолженности по заработной плате установлено, что ФИО1 в период с 02.10.2013 года по 11.09.2017 года состояла в трудовых отношениях с ответчиком. По состоянию на 18.07.2018 года задолженность по заработной плате ответчика перед ФИО1 составляет 321172,68 руб. Учитывая, что на момент расторжения трудовых отношений, ответчиком, как работодателем, не была выплачена заработная плата, чем нарушены трудовые права работника при увольнении, сумма задолженности по заработной плате подлежит взысканию с учетом положений ст. 236 ТК РФ. Согласно расчету сумма денежной компенсации за задержку выплат заработной платы составляет 56349 руб. 76 коп.(том №1 л.д.2-3).

В дальнейшем в суд поступило заявление об уточнении исковых требований, в соответствии с которым истец ФИО1 просила взыскать в свою пользу задолженность по заработной плате в размере 321172 руб. 68 коп., а также денежную компенсацию за задержку выплат заработной платы в соответствии со ст. 236 ТК РФ за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты 01.10.2017 года по день вынесения решения суда; компенсацию морального вреда в размере 50000 руб. В обоснование компенсации морального вреда указано, что неправомерными действиями работодателя ей причинен моральный вред, который выразился в постоянном стрессе из-за отсутствия денежных средств, долгам, кредитам, т.к. она воспитывает ребенка одна. Причиненный моральный вред она оценивает в 50000 руб. (том №2 л.д. 17).

В судебном заседании и.о. прокурора Кежемского района Алексанина И.В. уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить по основаниям изложенным при подаче иска в суд.

В судебном заседании материальный истец ФИО1 уточненные исковые требования поддержала, просила их удовлетворить. Предоставила расчет денежной компенсации за задержку выплат заработной платы в соответствии со ст. 236 ТК РФ за период с 20.09.2017 года по 27.05.2019 года в размере 100634 руб. 11 коп. Всего истец просила взыскать 421806 руб. 79 коп., из них задолженность по заработной плате в размере 321172 руб. 68 коп., а также денежную компенсацию за задержку выплат заработной платы в соответствии со ст. 236 ТК РФ в размере 100634 руб. 11 коп., компенсацию морального вреда в размере 50000 руб. Дополнительно пояснила, что работала в организации ответчика со 02.10.2013 года по 11.09.2017 года. 15.09.2017 года устроилась на работу в КГБУЗ «Кежемская РБ». По документам руководителем организации с ноября 2015 года до введения конкурсного управления являлся ФИО2, он табелировался, ему начислялась заработная плата, он подписывал документы, подписывал усиленной электронной подписью отчетность в пенсионные и налоговые органы. Приказ на свое увольнение подготавливала она сама, оставила на работе документы, когда приехала, забрала уже подписанные документы. Запись в трудовую книжку она также вносила сама на основании приказа. До весны 2017 года заработная плата на предприятии выдавалась через кассу по ведомостям, после этого заработную плату стали перечислять на банковский счет. Задолженность по заработной плате стала образовываться с марта 2016 года еще до введения процедуры «наблюдение». Обещали выплатить, однако этого не сделали. Она обратилась за защитой нарушенных прав в прокуратуру. Прокуратура вела переписку с конкурсным управляющим о включении задолженности в реестр кредиторов, однако все безрезультатно. В настоящее время предприятие выкупили, оно продолжает функционировать, однако задолженность перед ней и другими работниками так и не погасили до настоящего времени.

В судебном заседании представитель ответчика АО СП БИВА ФИО3, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал. В обоснование возражений на иск указал, что ФИО2 не являлся директором с 30.06.2016 года, поэтому не имел права подписывать приказ об увольнении истца. Ссылался на факт отсутствия в организации приказа об увольнении истца. Считает, что истец сама себя уволила, то есть подготовила приказ о своем увольнении. Также, считает, что задолженность по заработной плате истца завышена, так как заработная плата перечислялась не только на банковскую карту, но и могла выдаваться «на руки». В настоящее время не имеется возможности получить достаточные подтверждения о погашении задолженности перед истцом по заработной плате, а также проверить правильность начисления имеющейся задолженности. Просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, изучив письменные материалы дела, полагает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ч.2 ст.37 Конституции РФ, ч.1 ст.4 ТК РФ, принудительный труд запрещен.

К принудительному труду также относится работа … в том числе в связи с: нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере (ч. 3).

В соответствии со ст. 21 ТК РФ, работник имеет право в т.ч. на: … своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно ст. 22 ТК РФ, работодатель обязан в т.ч.: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; … выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии со ст. 136 ТК РФ, заработная плата выплачивается работнику, как правило, в месте выполнения им работы либо переводится в кредитную организацию, указанную в заявлении работника, на условиях, определенных коллективным договором или трудовым договором. Работник вправе заменить кредитную организацию, в которую должна быть переведена заработная плата, сообщив в письменной форме работодателю об изменении реквизитов для перевода заработной платы не позднее чем за пять рабочих дней до дня выплаты заработной платы.

Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

В соответствии со ст. 140 ТК РФ, при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, положения которой следует рассматривать во взаимосвязи с положениями п.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 ГПК РФ, закрепляющими принципы состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено и подтверждается представленными материалами, что АО «Совместное предприятие «БИВА» является самостоятельным юридическим лицом, зарегистрировано в качестве юридического лица с 31.07.1995 года с местом нахождения: 663491, Красноярский край Кежемский район г. Кодинск, территория Стройбаза левого берега, основной вид экономической деятельности – производство пиломатериалов, профилированных по кромке; производство древесного полотна, древесной муки; производство технологической щепы или стружки; с 10.05.2017 года находилось в стадии ликвидации, конкурсным управляющим был назначен ФИО4; директором с 24.08.2018 года являлся ФИО3, с 29.01.2019 года директором является ФИО5 (том №1 л.д. 10-23, 24-27, 55-67, 13-14).

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 06.10.2017 года следует, что АО СП БИВА признано банкротом и в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев до 29.03.2018 года.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 31.05.2018 года прекращено производство по делу о банкротстве АО СП БИВА

В соответствии с приказом от 02.10.2013 года № 318, ФИО1 принята на работу в ЗАО «Совместное предприятие «БИВА» специалистом отдела кадров со 02.10.2013 года с окладом 8210,19 руб. (том №1 л.д.7).

02.10.2013 года с ФИО1 заключен трудовой договор №230, из которого следует, что ФИО1 принимается в администрацию на должность специалиста отдела кадров на не определенный срок. Работа по настоящему договору является основным местом работы работника (п.1). Должностной оклад составляет 8210,19 руб., процентная надбавка за работу в районах Крайнего Севера (приравненных к ним местностях) в зависимости от северного стажа не более 50% в месяц, районный коэффициент к заработной плате 60% в месяц. Работнику устанавливается пятидневная рабочая неделя продолжительностью 36 часов (п.4). (том №1 л.д. 8).

Как следует из трудовой книжки на имя ФИО1 04.02.2015 года на основании приказа от 04.02.2015 года она была переведена на должность начальника отдела кадров (том №1 л.д. 170)

На основании приказа от 11.09.2017 года №14, ФИО1 уволена из АО СП БИВА с должности начальника отдела кадров с 11.09.2017 года согласно п.3 ст. 77 ТК РФ (собственное желание), ей положена компенсация за неиспользованный отпуск 142 дня. (том №1 л.д.9).

Период работы ФИО1 в организации ответчика со 02.10.2013 года по 11.09.2017 года подтверждается также записями в ее трудовой книжке (том №1 л.д. 167-172).

12.09.2017 года ФИО1 принята на работу в КГБУЗ «Кежемская РБ» на должность начальника отдела кадров.

В судебном заседании представитель ответчика, возражая относительно доводов истца, ссылался на тот факт, что приказ об увольнении ФИО1 в организации отсутствует. Говорил о том, что ФИО1 сама себя табелировала, издала приказ о своем увольнении, то есть сама себя уволила.

Несмотря на возражения представителя ответчика в части законности увольнения истца из организации АО СП «БИВА», суд отмечает, что в судебном заседании представитель ответчика не оспаривал, что ФИО1 действительно работала в АО СП БИВА, в настоящее время не работает.

Суд отмечает, что отсутствие приказа об увольнении истца в организации ответчика кроме того, который имеется в материалах дела (издание приказа об увольнении относится к обязанности работодателя) не может расцениваться судом как факт, в связи с которым можно считать что увольнение истца не состоялось и соответственно, у работодателя в связи с этим не возникла обязанность по выплате истцу всех причитающихся в связи с увольнением сумм.

Как следует из справки представителя АО «СП «БИВА» ФИО6 от 18.07.2018 года, перед ФИО1 имеется задолженность по заработной плате в размере 321172,68 руб. (том №1 л.д.6).

В судебном заседании представитель ответчика, возражая относительно достоверности указанной справки пояснил, что ФИО6 на 18.07.2018 года не был уполномочен выдавать такую справку.

Суд отмечает, что указанная справка не только подписана от имени АО СП ФИО7 ФИО6, но и удостоверена печатью АО СП БИВА. Кроме того, указанная справка, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительным средством доказывания и оценивается судом в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами.

Как следует из справки директора АО СП БИВА ФИО2 от 09.11.2017 года, ФИО1 работала со 02.10.2013 года по 11.09.2017 года в администрации АО СП БИВА на должности начальника отдела кадров. Задолженность по заработной плате перед работником составляет 321172,68 руб. (том №1 л.д. 99).

В судебном заседании представитель ответчика, возражая относительно достоверности указанной справки пояснил, что ФИО2 на 09.11.2017 года не был уполномочен выдавать такую справку.

Суд отмечает, что указанная справка не только подписана от имени АО СП БИВА ФИО2, но и выполнена на фирменном бланке ответчика, удостоверена печатью АО СП БИВА.

Кроме того, в материалы дела представлены материалы прокурорской проверки по факту невыплаты заработной платы работникам АО СП БИВА в которых имеются справки о наличии задолженности по заработной плате перед работниками АО СП БИВА, подписанные директором ФИО2 и главным бухгалтером ФИО8, оформленные на типовом бланке ответчика, заверенные печатью ответчика, предоставленные по запросу прокурора Кежемского района, из которых следует, что по заработной плате перед работником ФИО1 задолженность составляет по состоянию на: за июль 2015 года 15311,00 руб., за август, сентябрь 2015 года 30364,00 руб., за август, сентябрь 2015 года 30364,00 руб., за январь 2016 года 15182,00 руб., за февраль-март 2016 года 30364,00 руб., на 14.07.2016 года 33237 руб., на 18.08.2016 года 60928 руб..

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3 не оспаривал факт того, что в организации главным бухгалтером в указанные периоды времени работала ФИО8, ее правомочия по отражению задолженности по заработной плате перед работниками организации он не оспаривал.

Также, в материалы дела истцом представлен проект доверенности на ФИО1 от 09.01.2017 года, из которой следует, что директор АО СП БИВА ФИО2 уполномочил ФИО1 представлять интересы Общества во всех судебных, арбитражных, административных и нотариальных учреждениях, организациях и предприятиях, органах государственной власти, органах местного самоуправления, органах прокуратуры РФ…представлять интересы Общества в Инспекциях ФНС РФ….представлять право расписываться от имени Общества в любых документах, а именно исходящая корреспонденция Общества, приказы, договоры, заявления (прием, увольнения, отпуск) работников, производственные приказы, утверждение табелей рабочего времени, выставленные счета на оплату… Доверенность выдана сроком до 31 декабря 2017 года без права передоверия полномочий другим лицам. (том №1 л.д. 214). Как пояснила истица по такой (но подписанной) доверенности она действовала в интересах АО СП БИВА, в т.ч. и в рамках прокурорской проверки по задолженности по заработной плате перед работниками.

Как следует из информации Межрайонной ИФНС России №8 по Красноярскому краю, за 1 квартал и полугодие 2017 года имеются сведения о выплатах и исчисленных страховых взносах в пользу ФИО1

Из справки о доходах физического лица за 2016 год формы 2-НДФЛ на ФИО1 и выписки из персонифицированного учета за 1 полугодие 2017 года, следует, что она в 2016 года и 1 полугодии 2017 года имела ежемесячный доход в АО СП БИВА в размере 17241,40 руб. и за нее производились отчисления страховых взносов. (том №1 л.д. 188-189).

Из информации Межрайонной ИФНС России №8 по Красноярскому краю от 11.04.2019 года, АО СП БИВА перечисляло страховые взносы в отношении своих работников за 2017 год, что подтверждается балансом расчетов по состоянию на 01.01.2018 г. (том №2)

Из ответа ОПФР по Красноярскому краю от 17.04.2019 года следует, что на застрахованное лицо ФИО1 за период с 01.01.2016 г. по 31.12.2017 г. страхователь АО СП БИВА производило перечисление страховых взносов в том числе с января 2017 г. по август 2017 г., с сентября 2017 г. по декабрь 2017 г. перечисление страховых взносов производил страхователь КГБУЗ «Кежемская РБ».

В подтверждение информации государственных органов о начислении истице ФИО1 заработной платы и удержанных страховых взносов прокурором представлены расчетные листы за период с января 2015 года по сентябрь 2017 года, табеля учета рабочего времени за этот же период (т.1, л.д.100-166), заверенные в установленном законом порядке печатью АО СП БИВА.

Из информации ПАО Сбербанк следует, что в 2016 году ФИО1 производились перечисления на банковскую карту, за 2017 год перечислений на банковскую карту не было. (том №1 л.д. 190-212).

Таким образом, в судебном заседании установлено, что истец работала в организации ответчика до 11.09.2017 года, ей начислялась заработная плата и с указанной заработной платы не только начислялись страховые взносы в обязательные фонды, но и фактически перечислялись работодателем, что отражено в представленных выше документах.

12.10.2017 года ФИО1 обратилась к прокурору Кежемского района с заявление, поясняя, что 11.09.2017 года она уволилась с организации ответчика, с октября 2016 года перестали выдавать заработную плату. Просила обратиться в ее интересах в суд (т.1, л.д.5).

Как следует из ответов конкурсного управляющего АО СП БИВА ФИО9 от 20.11.2017 года в адрес прокурора Кежемского района и приложенных к нему отчетов, определением Арбитражного суда Красноярского края от 29.09.2017 года в отношении АО СП БИВА введена процедура конкурсного производства. Ввиду того, что кадровые и бухгалтерские документы, достаточные для формирования второй очереди реестра требований кредиторов АО СП БИВА от руководителя должника, временного управляющего, так и не поступили, конкурсным управляющим направил в адрес работников ФИО1 и др. работников письма с целью запроса документов, подтверждающих наличие задолженности по заработной плате. Отсутствие первичной документации не позволяет конкурсному управляющему исполнить обязанность по самостоятельному включению требований работников во вторую очередь реестра требований кредиторов задолженности по заработной плате (том №1 л.д.70-98)

В адрес президента союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс» прокурор Кежемского района 08.05.2018 года направлял представление об устранении нарушений законодательства о несостоятельности (банкротстве) в котором в частности указывал о том, что сведений о включении в реестр требований кредиторов задолженности по заработной плате перед работниками АО СП БИВА ФИО10, ФИО1, ФИО11 в представленном отчете конкурсного управляющего ФИО9 не имеется, эффективных мер, направленных на установление задолженности по заработной плате и ее погашении конкурсным управляющим не принимается.

Как следует из выписки из протокола №157 заседания Дисциплинарного Комитета Союза «Саморегулируемая Организация Арбитражных Управляющих «Альянс» от 04.06.2018 года, принято решение не применять мер дисциплинарной ответственности к арбитражному управляющему ФИО9 в связи с отсутствием оснований для их применения, поскольку в его адрес никаких документов в обоснование имеющейся задолженности по заработной плате перед работниками АО СП БИВА не поступало.

Судом исследовались реестры требований кредиторов АО СП БИВА, представляемые конкурсным управляющим прокурору Кежемского района в рамках прокурорской проверки, в которых, действительно, задолженность по заработной плате перед ФИО1 не значиться.

Суд отмечает, что несмотря на то, что задолженность по заработной плате перед истцом не была включена в реестр требований второй очереди кредиторов не может служить основанием для невыплаты задолженности перед истцом.

Как разъяснил Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 22.06.2012 г. №35, Арбитражного суда Применяя пункт 5 статьи 142 Закона о банкротстве в части последствий заявления требований работников по истечении установленного абзацем третьим пункта 1 той же статьи срока, следует исходить из того, что этот срок считается соблюденным, если в его пределах арбитражный управляющий включил требование работника в реестр или если в этот срок заявление о включении данного требования в реестр было направлено арбитражному управляющему работником либо представителем работников должника.

Кроме того, необходимо учитывать, что согласно абзацу второму пункта 11 статьи 16 Закона о банкротстве трудовые споры между должником и работником должника рассматриваются в порядке, определенном трудовым законодательством и гражданским процессуальным законодательством. В связи с этим на требования работника об оплате труда или выплате выходного пособия не распространяется правило абзаца седьмого пункта 1 статьи 126 Закона о том, что с даты признания должника банкротом все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства. В ходе конкурсного производства, а также любой другой процедуры банкротства требования работников о взыскании с должника задолженности по оплате труда или выплате выходного пособия независимо от даты их возникновения, в том числе возникшие до возбуждения дела о банкротстве, могут быть предъявлены работниками в суд в порядке, определенном трудовым и гражданским процессуальным законодательством. По таким требованиям (независимо от даты вступления в законную силу судебного акта о взыскании задолженности по ним) в ходе любой процедуры банкротства, кроме конкурсного производства, допустимо осуществление исполнительного производства с учетом для внешнего управления положений абзаца шестого пункта 1 статьи 94 Закона о банкротстве.

Согласно представленных расчетных ведомостей, табелей учета рабочего времени, справок о наличии задолженности, подписанной в том числе главным бухгалтером организации, информации о начислении заработной платы истице, исчислении обязательных платежей и их перечислении в соответствующие фонды работодателем, установлено, что заработная плата истцу за период работы выдавалась несвоевременно и не в полном объеме, на день увольнения перед истцом имелась задолженность по заработной плате, в том числе за неиспользованные дни отпуска.

Суд полагает считать установленным факт того, что истец в период с 02 октября 2013 года по 11 сентября 2017 года состояла с ответчиком в трудовых отношениях в должности начальника отдела кадров, заработная плата и расчет при увольнении выплачены ей не были, в связи с чем, ее требования в части взыскания в ее пользу с ответчика заработной платы и расчета при увольнении подлежат удовлетворению.

Разрешая требования о взыскании заработной платы, суд учитывает, что по условиям заключенного между сторонами договора истцу установлен оклад, заработная плата истцу начислялась ежемесячно в размере 17241,40 руб., исходя из оклада 8210,19 руб. с учетом районного коэффициента и северной надбавки.

Истец в судебном заседании пояснила, что размер ее оклада с 2015 года не изменялся, в связи с чем расчет задолженности по заработной плате произведен исходя из оклада 8210,19 руб.

Задолженность по заработной плате перед истцом по состоянию на декабрь 2016 года составляла 121838,86 руб.

Согласно расчетным ведомостям начисления за 8 месяцев 2017 года составили 137931,20 руб. (17241,40 х 8), за неполный отработанный месяц сентябрь 2017 года 5747,14 руб., компенсация за неиспользованные дни отпуска составила 83558,48 руб., к выплате без учета НДФЛ подлежит 199333,82 руб., а с учетом задолженности по заработной плате перед истцом по состоянию на декабрь 2016 года в размере 121838,86 руб., к выплате истцу подлежит 321172,68 руб.

Суд признает указанный расчет задолженности перед истцом по заработной плате верным. Иного расчета задолженности, доказательств выплат, стороной ответчика не предоставлено, контррасчет не предоставлен.

Таким образом, с учетом отсутствия возражений ответчика в части расчета, истцом предоставлены достаточные и допустимые доказательства заявленных требований в соответствии с ч.1, 2 ст. 136 ТК РФ, в связи с чем требования истца в части взыскания в ее пользу с ответчика заработной платы и расчета при увольнении в размере 321172,68 руб. подлежат удовлетворению в полном объеме.

С учетом отсутствия возражений ответчика, истцом предоставлены достаточные и допустимые доказательства заявленных требований в соответствии с ч.1, 2 ст. 136 ТК РФ, в связи с чем, требования о взыскании задолженности по заработной плате подлежат удовлетворению в полном объеме.

Удовлетворяя требования истца по указанному требованию в полном объеме, на сумму 321172,68 рубля суд указывает, что в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, ст.22 ТК РФ начисление, выплата заработной платы это обязанность работодателя, соответственно бремя доказывания об отсутствии нарушений с его стороны возложенных на него трудовым законодательством обязанностей лежит на нем. Между тем, со стороны АО СП БИВА суду не предоставлено каких-либо финансовых документов, подтверждающих об исполнении им обязанностей о выплате ФИО1 заработной платы за период работы, а также компенсации за отпуск при увольнении, т.е. выплаты полного расчета при увольнении работника. Ведение бухгалтерского учета, начисление оплаты труда и ее выплата возлагается исключительно на работодателя. Доказательств в подтверждение выплаты заработной платы истцу ФИО1 ответчиком не предоставлено.

Удовлетворяя требования истца о взыскании денежной компенсации за задержку выплат при увольнении, суд принимает во внимание следующее:

В соответствии со ст. 236 ТК РФ, при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм. Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика в ее пользу процентов за нарушение сроков выплаты сумм при увольнении за период с 20.09.2017 года по 27.05.2019 года в размере 100634,11 руб.

Как разъяснено в п. 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении спора, возникшего в связи с отказом работодателя выплатить работнику проценты (денежную компенсацию) за нарушение срока выплаты выплат, причитающихся работнику, необходимо иметь в виду, что в соответствии со ст. 236 ТК РФ суд вправе удовлетворить иск независимо от вины работодателя в задержке выплаты указанных сумм.

Суд расчет денежной компенсации по ст. 236 ТК РФ, предоставленный истцом проверил. С ним согласен, признает его верным. Ответчиком контр расчёт суду не предоставлен. В связи с чем полагает взыскать с АО СП БИВА в пользу истца ФИО1 100634,11 руб. в порядке ст. 236 ТК РФ согласно произведенного расчета.

Удовлетворяя требования истца о компенсации морального вреда, суд принимает во внимание следующее:

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред (ч. 2).

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Ч. 2 п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 17.03.2004 г. (в ред. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.09.2010 N 22) «О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации» гласит, что, учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Суд считает, что истцу причинен моральный вред по факту нарушения его трудовых прав в связи с невыплатой заработной платы и расчета при увольнении, поэтому полагает, что требования истца о взыскании компенсации морального вреда должны подлежать удовлетворению в размере 20000 руб., при этом суд исходит из конкретных обстоятельств дела, учитывая объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины работодателя, суд учитывает период нарушения прав истца, сумму, подлежащую выплате при увольнении, а также требования разумности и справедливости.

Разрешая вопрос об определении размера судебных расходов, и их распределении между сторонами суд указывает следующее.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 333.36 ч. 1 п. 1 НК РФ от уплаты государственной пошлины освобождаются истцы по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений.

Расчет госпошлины, подлежащей взысканию с ответчика в доход бюджета муниципального образования Кежемский район будет следующим: согласно п. 1 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ, государственная пошлина уплачивается в размере ((321172,68 руб. + 100634,11 руб.) – 200000 руб.)) х 1 % + 5200 руб. = 7418,07 руб., с требования неимущественного характера о компенсации морального вреда 300 рублей, а всего 7718,07 руб.

Таким образом, с ответчика в доход бюджета муниципального образования Кежемский район подлежит взысканию госпошлина в размере 7718,07 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования прокурора Кежемского в интересах ФИО1 к АО СП БИВА о взыскании заработной платы, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, удовлетворить.

Взыскать с АО СП БИВА в пользу ФИО1 441806 рублей 79 копеек, из которых:

- 321 172 рубля 68 копеек – задолженность по заработной плате,

- 100 634 рубля 11 копеек - денежную компенсацию за нарушение сроков выплаты заработной платы,

- 20 000 рублей – в счет компенсации морального вреда.

Взыскать с АО СП БИВА в доход местного бюджета муниципального образования Кежемский район государственную пошлину в размере 7718 рублей 07 копеек.

На решение может быть подана апелляционная жалоба течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Красноярский краевой суд с подачей жалобы через Кежемский районный суд Красноярского края.

Председательствующий С.А. Плахова

Мотивированное решение изготовлено 01 июня 2019 года.