Решение № 2-2203/2017 2-2203/2017~М-1845/2017 М-1845/2017 от 11 сентября 2017 г. по делу № 2-2203/2017

Дело № 2-2203/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 сентября 2017 года г.Лесосибирск

Лесосибирский городской суд Красноярского края в составе: председательствующего: судьи Рыжовой Т.В.

при секретаре Вороновой Д.А.

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ООО «СУ-59Л» ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «СУ-59Л» о взыскании компенсации в связи с увольнением, КТУ за май 2017 года, денежной компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «СУ-59Л» о взыскании компенсации в связи с увольнением, КТУ за май 2017 года, денежной компенсации морального вреда, мотивируя свои требования тем, что в ООО «СУ-59Л» она (ФИО1) была принята переводом главным бухгалтером с 01 апреля 2007 года, в указанной должности работала по 17 июня 2017 года. Ее оклад составлял 20 000 руб. Она (ФИО1) была лишена КТУ, в связи с чем написала заявление об увольнении в связи с выходом на пенсию. При окончательном расчете ответчиком была выплачена заработная плата за отработанные дни июня из расчета оклада и компенсации за неиспользованный отпуск. Окончательный расчет с учетом компенсации в связи с выходом на пенсию и КТУ ею (ФИО1) получен не был. С тем, что у предприятия нет финансовой возможности выплатить компенсацию при увольнении не согласна, это не соответствует действительности. Указанными действиями ответчика ей (ФИО1) причинен моральный вред, который выражается в потраченных нервах, унижении, неуважении. Просила взыскать с ООО «СУ-59Л» коэффициент трудового участия за май 2017 года в размере 20 600 руб., компенсацию в связи с выходом на пенсию за 3 месяца в размере 152 496 руб., денежную компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб. †††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††††† В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении исковых требований настаивала, обстоятельства, изложенные в заявлении, подтвердила. При этом показала, что действительно заказов у предприятия было мало, фактически работали в году 4 – 5 месяцев. Представитель ответчика ООО «СУ-59Л» ФИО2 в возражениях показал, что ФИО1 являлась не только главным бухгалтером предприятия, но и одним из его учредителей. В настоящее время ситуация на строительном рынке очень сложная, для предприятия тяжелая, в связи с чем решается вопрос о ликвидации ООО «СУ-59Л». В течение года предприятие фактически работало 4 – 5 месяцев. Финансовой возможности выплачивать компенсацию в связи с увольнением истцу не имеется. Учитывая вклад ФИО1 в дела предприятия в мае 2017 года, КТУ ей не был начислен. Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд находит исковое заявление ФИО1 не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям. HYPERLINK "consultantplus://of В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении исковых требований настаивала, обстоятельства, изложенные в заявлении, подтвердила. При этом показала, что действительно заказов у предприятия было мало, фактически работали в году 4 – 5 месяцев.

Представитель ответчика ООО «СУ-59Л» ФИО2 в возражениях показал, что ФИО1 являлась не только главным бухгалтером предприятия, но и одним из его учредителей. В настоящее время ситуация на строительном рынке очень сложная, для предприятия тяжелая, в связи с чем решается вопрос о ликвидации ООО «СУ-59Л». В течение года предприятие фактически работало 4 – 5 месяцев. Финансовой возможности выплачивать компенсацию в связи с увольнением истцу не имеется. Учитывая вклад ФИО1 в дела предприятия в мае 2017 года, КТУ ей не был начислен.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд находит исковое заявление ФИО1 не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Ч. 1 ст. 8 ТК РФ говорит о том, что работодатели, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями, принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями.

В соответствии с ч. 1 ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Согласно ч. 1 ст. 22 ТК РФ работодатель имеет право, в том числе, заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами; поощрять работников за добросовестный эффективный труд; принимать локальные нормативные акты (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями).

Исходя из положений ст. 40 ТК РФ, коллективный договор - правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения в организации или у индивидуального предпринимателя и заключаемый работниками и работодателем в лице их представителей.

П. 3 ч.1 ст. 77 ТК РФ предусмотрено, основаниями прекращения трудового договора является, в том числе расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

Ст. 80 ТК РФ предусмотрено, работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом.

Ст. 7 Федерального закона от 17.12.2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" установлено, что право на трудовую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет. Трудовая пенсия по старости назначается при наличии не менее пяти лет страхового стажа.

В соответствии со ст. 32 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30, в том числе мужчинам, достигшим возраста 55 лет, женщинам, достигшим возраста 50 лет, если они проработали не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 и 20 лет.

Как установлено в судебном заседании и никем не оспаривается, ФИО1 20 августа 1976 года принята на работу в СУ-59 треста «Красноярсклеспромстрой» на должность инженера-экономиста, 31 марта 2007 года уволена переводом в ООО «СУ-59Л», 01 апреля 2007 года принята на должность главного бухгалтера переводом из ООО «СУ-59». 13 июня 2017 года ФИО1 уволена по собственному желанию по п. 3 ч.1 ст. 77 ТК РФ.

П. 5.3 трудового договора от 01 мая 2008 года, заключенного между работодателем ООО «СУ-59Л» и работником ФИО1, предусмотрено, что в случае досрочного расторжения договора с главным бухгалтером по инициативе администрации, а также при увольнении работника по собственной инициативе и в связи с выходом на пенсию, работнику выплачивается компенсация в размере не ниже трех средних месячных заработков работника при наличии у администрации финансовой возможности.

Изложенное (п. 5.3 трудового договора) является основанием иска ФИО1

Выплата компенсации, на которую претендует ФИО1, как обязательная составляющая часть системы оплаты труда трудовым законодательством не предусмотрена, данная компенсация введена работодателем только для ФИО1 как главного бухгалтера предприятия, производится за счет собственных средств предприятия в дополнение к установленным государственным гарантиям и при наличии финансовой возможности.

Суд находит установленным, что в период увольнения ФИО1 с предприятия ответчика, у последнего не было финансовой возможности для выплаты обозначенной компенсации.

Так, согласно налоговой декларации за 2016 год, представленной ответчиком, за предыдущий год убыток составил 1 619 тыс. руб., за 2016 год – 3 056 тыс. руб. Данная налоговая декларация сдана в МРИ ФНС РФ № 9 по Красноярскому краю, о чем имеется на ней соответствующая отметка, принята последней в обозначенном виде.

Согласно отчету о финансовых результатах за период с января по июнь 2017 года убыток предприятия составил <данные изъяты> тыс. руб. В справке о финансовом состоянии ООО «СУ-59Л» за период с 01 января по 31 мая 2017 года указаны доход в размере <данные изъяты> руб., затраты в размере <данные изъяты> руб.

Из справки о финансовом состоянии ООО «СУ-59Л» за период с 01 октября по 31 декабря 2016 года следует, что доход общества за данный период определен как <данные изъяты> руб., затраты как <данные изъяты> руб.

По состоянию на 13 июня 2017 года дебиторская задолженность (долг заказчиков) составляла <данные изъяты> руб., остаток денежных средств на расчетном счете <данные изъяты> руб.; а кредиторская задолженность (долг поставщикам, субподрядчикам) <данные изъяты> руб., задолженность по заработной плате <данные изъяты> руб.

Кроме того, 09 июня 2017 года ООО «СУ-59Л» заключено 5 договоров на выполнение работ по благоустройству дворовой территории многоквартирных домов <адрес> (5 микрорайон, <адрес> - сумма затрат на материалы <данные изъяты> руб., 5 микрорайон, <адрес>, <адрес> – <данные изъяты> руб., 5 микрорайон, <адрес> – <данные изъяты> руб., <адрес>А – <данные изъяты> руб., 5 микрорайон, <адрес> – <данные изъяты> руб.); сумма средств, необходимых для приобретения материалов для выполнения данных работ, составляет <данные изъяты> руб.

Изложенное истцом не опровергнуто, на иное им не указано. Напротив, истцом не оспаривалось, что предприятие в течение года работало 4 – 5 месяцев.

Ссылку истца на то, что денежные средства на выполнение вышеуказанных договоров при выполнении заказа возможно пустить на приобретение материалов для выполнения следующего заказа, как на основание полагать, что финансовая возможность для выплаты спорной компенсации у работодателя ФИО1 имелась, суд находит несостоятельной. Принятие решений об очередности выполнения возникающих перед предприятием производственных задач, направлении потенциальных финансовых потоков является прерогативой ответчика.

При этом суд учитывает, что указанными выше контрактами предусмотрен расчет с подрядчиком (ООО «СУ-59Л») по факту выполненных работ без предоплаты после окончания работ в течение тридцати дней, сроки выполнения работ: с 15 июня по 15 июля 2017 года, с 30 июня по 15 июля 2017 года, с 16 июля по 16 августа 2017 года, с 21 июля по 15 августа 2017 года, с 07 августа по 30 августа 2017 года. В такой ситуации суд считает, что возможность использования денежных средств, полученных за выполнение договорных обязательств, для закупки материалов на следующий заказ у ответчика безусловно отсутствует. Сроки выполнения работ определены в достаточно короткий временной период, не имеют разрыва в срок 30 дней (для производства оплаты).

При таких обстоятельствах суд находит безусловно установленным, что ответчик для выплаты ФИО1 компенсации в размере не ниже трех средних месячных заработков работника не имел финансовой возможности.

В судебном заседании также установлено, что ФИО1 с 20 июля 2002 года назначена пенсия по старости. Увольнение ФИО1 13 июня 2017 года произведено по собственному желанию, а не в связи с ее выходом на пенсию.

В судебном заседании также установлено, что приказом от 31 мая 2017 года № 5, содержание которого – о начислении КТУ работникам АХП за май 2017 года, ФИО1 размер КТУ не установлен, в графе «Размер КТУ» напротив фамилии ФИО1 стоит прочерк.

Что касается требования ФИО1 о взыскании КТУ за май 2017 года, суд находит его не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно п. 3.2 трудового договора с главным бухгалтером по решению администрации главному бухгалтеру устанавливается персональная надбавка к должностному окладу в размере: оклад х (умножить) на приведенный коэффициент = до 3,0 ежемесячно (в зависимости от результата финансовой деятельности предприятия).

Согласно Положению о применении коэффициента трудового участия (КТУ), утв. 01 мая 2008 года, КТУ представляет собой индивидуальную количественную оценку трудового вклада каждого члена коллектива в общие результаты работы организации (структурного подразделения) и относится к выплатам стимулирующего характера (п.1.2). Размер КТУ устанавливается в зависимости от объема, сложности выполненной работы за отработанный месяц, а также в зависимости от квалификации сотрудника, соблюдения трудовой дисциплины, проявленной инициативы, нацеленной на достижение конечных результатов работы организации в целом (п.1.3). Сотрудникам административно-хозяйственного персонала размер КТУ устанавливается директором по результатам работы за месяц. В зависимости от вклада каждого работника в достижение общего результата директор определяет размер КТУ и утверждает приказом (п. 2.5).

Суд считает, что директор ООО «СУ-59Л», действуя в рамках своей компетенции, определенной, в том числе и Положением о применении КТУ, не установил ФИО1 ТКТУ за май 2017 года. Изложенное является его правом, входит в круг его полномочий.

Суд, руководствуясь положениями ст. ст. 129, 135 ТК РФ, локальным актом ООО «СУ-59Л» - Положением о применении коэффициента трудового участия (КТУ), утв. 01 мая 2008 года, приходит к выводу о том, что выплата надбавки с учетом КТУ не является гарантированной выплатой, ее выплата является правом работодателя для дополнительной меры стимулирования производительности труда и повышения материальной заинтересованности работника и устанавливается работодателем в соответствии с определенными условиями. Установление размера КТУ и соответственно выплата надбавки с его учетом не является обязанностью работодателя.

При исследовании доказательств по делу судом не установлены какие-либо нарушения трудовых прав истца по начислению и расчету заработной платы в части заявленных исковых требований.

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО1, в том числе и в части взыскания денежной компенсации морального вреда, как производного от указанных выше, не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «СУ-59Л» о взыскании компенсации в связи с увольнением, КТУ за май 2017 года, денежной компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме в Красноярский краевой суд через Лесосибирский городской суд.

Председательствующий: Т.В.Рыжова