Решение № 02-0953/2026 02-0953/2026~М-5660/2025 2-953/2026 М-5660/2025 от 13 апреля 2026 г. по делу № 02-0953/2026

УИД 77RS0028-02-2025-010431-23

Дело №2-953/26


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«14» апреля 2026 года адрес

Тимирязевский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Макляк М.А., при секретаре фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-953/2026 по иску ФИО1 к ООО «РБ Страхование жизни» о признании недействительным договора, применении последствий недействительности сделки, компенсации морального вреда и штрафа в пользу потребителя,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику ООО «РБ Страхование Жизни», в котором просит на основании статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации признать недействительным договор инвестиционного страхования жизни № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года, заключенный между ФИО1 и ООО «РБ Страхование жизни», применить последствия недействительности сделки на основании статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации либо последствия расторжения договора, возвратив страховую премию или неосновательное обогащение в сумме сумма, а также взыскать компенсацию морального вреда в размере сумма, расходы по оплате государственной пошлины в размере сумма и штраф в размере 50 %, исчисленный на основании абзаца первого пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей».

Заявленные требования мотивированы тем, что истец 26.06.2024 года обратился в ПАО «Росбанк», в котором он является постоянным и многолетним клиентом, в целях заключения договора вклада. Вместо договора вклада истцу было предложено принять участие в программе «Премьер Инвест. Стратегия роста». Сотрудник банка убедил истца в том, что программа исключает риски потери капитала и гарантирует получение повышенного дохода. На момент посещения банка истец находился без очков, в связи с чем истец полагался на добросовестность сотрудника банка. Доверившись сотруднику банка, истец принял решение подписать документы и заключить договор. Комплект документов, включая платежное поручение, был заверен печатью банка, в связи с чем у истца сложилось убеждение в том, что договор заключен с банком и банк принял на себя обязательства по указанному договору, а заключение договора страхования требовалось в рамках правовой конструкции банковского продукта лишь по причине того, что обязательное государственное страхование вкладов не распространяется на суммы, превышающие сумма. В результате исполнения договора истец получил убыток в сумме сумма. Истец считает, что банк и ответчик умышленно ввели его в заблуждение и намеренно скрыли от него информацию о реальной возможности потери дохода и капитала. ФИО1 также указывает на то, что договор ему был навязан без учета отсутствия у истца специальных знаний в области финансов, что в договоре используется мелкий шрифт и сложные формулировки и что договор не был оформлен в форме единого и понятного документа. По мнению истца, договор носит кабальный характер и содержит несправедливые условия о размере выкупной суммы на случай его досрочного расторжения. Истец дополнительно указывает, что ответчик целенаправленно распространил недостоверные сведения о ключевых условиях продукта на своем сайте, разместив информацию с гарантиями о безрисковости вложений и о стопроцентном возврате капитала. Кроме того, истец полагает, что заключенный договор подлежит расторжению на основании статьи 32 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» и положений статьи 958 Гражданского кодекса Российской Федерации. Ссылаясь на указанные обстоятельства и считая свои права нарушенными, ФИО1 обратился настоящим иском в суд.

В ходе рассмотрения спора истец представил возражения на отзыв ответчика, в которых указал, что исковая давность им не пропущена, а эстоппель не подлежит применению, поскольку при осуществлении выплат ответчик производил подмену понятий, используя словосочетание «страховое возмещение» вместо «рисковая выплата». Истец также указал, что при заключении договора он был убежден в том, что денежные средства будут инвестированы в акции и что он приобретет право собственности на ценные бумаги. ФИО1 сослался на то, что страховщик не осуществил приветственный звонок после заключения договора, а в информации к договору (приложение № 1) ответчик использовал методы визуального и дизайн-мисселинга, когнитивного искажения, а также лингвистические манипуляции. Кроме того, истец считает сделку притворной.

14.04.2026 года истец уточнил исковые требования в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым истец просит на основании статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации признать недействительным договор инвестиционного страхования жизни № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года, заключенный между ФИО1 и ООО «РБ Страхование жизни», применить последствия недействительности сделки, предусмотренные пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, в форме взыскания с ответчика суммы в размере сумма, а также истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере сумма, расходы по оплате государственной пошлины в размере сумма и штраф в размере 50 %, рассчитанный на основании абзаца первого пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей».

Истец и представитель истца фио в судебном заседании поддержали уточненные исковые требования в полном объеме и просили их удовлетворить.

Представитель ответчика ООО «РБ Страхование Жизни» фио в судебном заседании поддержал ранее представленные письменные возражения, просил отказать истцу в иске в полном объеме.

адрес «ТБанк» (ПАО «Росбанк») в судебное заседание не явилось, явку своего представителя не обеспечило, о времени и месте проведения судебного заседания извещено надлежащим образом.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть гражданское дело при данной явке.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

На основании пункта 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух и более лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В силу пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Согласно пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Из пункта 1 статьи 927 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

В соответствии с пунктом 2 статьи 935 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность страховать свою жизнь или здоровье не может быть возложена на гражданина по закону.

В пункте 1 статьи 940 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что договор страхования должен быть заключен в письменной форме.

В силу пункта 2 статьи 940 Гражданского кодекса Российской Федерации договор страхования может быть заключен путем составления одного документа либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком.

Отношения между лицами, осуществляющими деятельность в сфере страхового дела, или с их участием, отношения по осуществлению надзора за деятельностью субъектов страхового дела, а также иные отношения, связанные с организацией страхового дела, регулируются Законом Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации».

Страхование жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика как вид страхования предусмотрено подпунктом 3 пункта 1 статьи 32.9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации».

Из абзацев третьего и пятого пункта 3 статьи 3 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» следует, что Банк России вправе определять в своих нормативных актах минимальные (стандартные) требования к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования, а страховщик, действующий самостоятельно либо с привлечением страхового агента или страхового брокера, которые действуют в интересах страховщика, в том числе с использованием финансовой платформы в соответствии с Федеральным законом «О совершении финансовых сделок с использованием финансовой платформы», обязан предоставить физическому лицу, имеющему намерение заключить договор страхования, достоверную информацию о таком договоре, в том числе о его условиях и рисках, связанных с его исполнением. Минимальные (стандартные) требования к объему и содержанию предоставляемой информации устанавливаются базовым стандартом защиты прав и интересов физических и юридических лиц - получателей финансовых услуг, оказываемых членами саморегулируемых организаций в сфере финансового рынка, объединяющих страховые организации и иностранные страховые организации, который разработан, согласован и утвержден в соответствии с требованиями Федерального закона от 13.07.2015 года № 223-ФЗ «О саморегулируемых организациях в сфере финансового рынка», и (или) нормативным актом Банка России. Указанная информация должна предоставляться в письменной форме на бумажном носителе или в электронной форме. Орган страхового надзора вправе установить форму, способы и порядок предоставления указанной информации.

Указанием Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У на основании абзацев третьего и пятого пункта 3 статьи 3 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» установлены минимальные (стандартные) требования к условиям и порядку осуществления добровольного страхования жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, к объему и содержанию информации о договоре добровольного страхования жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, в том числе о его условиях и рисках, связанных с его исполнением, предоставляемой страховщиком физическому лицу, имеющему намерение заключить указанный договор, а также форму, способ и порядок предоставления указанной информации.

В пункте 1 Указания Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У закреплены сведения, которые страховщик должен предоставить физическому лицу, имеющему намерение заключить договор добровольного страхования при осуществлении добровольного страхования жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика.

Из пункта 3 Указания Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У следует, что информация о договоре добровольного страхования, предусмотренная пунктом 1 настоящего Указания, за исключением информации, предусмотренной абзацем третьим подпункта 1.6, подпунктами 1.10 и 1.13 пункта 1 настоящего Указания, должна быть предоставлена страховщиком получателю страховых услуг при заключении договора добровольного страхования в виде таблицы по форме приложения 1 к настоящему Указанию (далее - таблица). Таблица должна быть подписана сторонами договора добровольного страхования и является неотъемлемой частью такого договора.

Судом установлено, что до заключения договора страхования истец был ознакомлен с письменной информацией о договоре добровольного страхования в форме таблицы, утвержденной Указанием Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У, в том числе об условиях и рисках, связанных с исполнением договора страхования.

В преамбуле информации указано, что заявитель должен использовать сведения, содержащиеся в таблице, при принятии решения о том, подходит ли ему соответствующая услуга или нет.

Информация в форме таблицы содержит все существенные условия страхования, в том числе в ней обозначены страховые риски и страховые суммы, размер вносимой премии, прописью по каждому риску указана сумма в виде разницы между страховой суммой и общим размером вносимой премии, отражены все формулы для расчета инвестиционного дохода с подробным описанием каждого символа из формулы, указано, что получение дохода страховщиком не гарантируется, а также зафиксировано, что договор страхования не является договором банковского вклада, а внесенные денежные средства не подлежат страхованию по закону о страховании вкладов.

Пункт 3 Указания Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У закрепляет положение о том, что информация в форме таблицы должна быть подписана сторонами и являться неотъемлемой частью заключенного договора страхования.

Ознакомившись с информацией, ФИО1 расписался в ней, подтвердив тем самым свое намерение и желание заключить со страховщиком договор страхования на условиях, содержащихся в информации.

Информация на последней странице договора содержит не только собственноручную подпись истца, но и расшифровку подписи.

Обращаясь в суд с иском, а также в ходе судебного разбирательства ФИО1 не заявлял о том, что содержащиеся в информации подпись и расшифровка подписи выполнены иным лицом.

Кроме того, до момента заключения договора ФИО1 заполнил декларацию, в которой сообщил, что совокупный объем его активов и финансовых инструментов (включая депозиты, текущие счета, ценные бумаги, доверительное управление, паи ПИФов, ИИС, денежные средства, в том числе в иностранной валюте и т.п.) составляет не менее сумма.

Под финансовым инструментом, согласно подпункту 22 пункта 1 статьи 2 Федерального закона от 22.04.1996 года № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг», следует понимать ценную бумагу или производный финансовый инструмент.

На основании подпункта 23 пункта 1 статьи 2 Федерального закона от 22 апреля 1996 года № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» производный финансовый инструмент – это договор (за исключением договора репо, а также опционного договора, заключенного с физическим лицом в связи с исполнением им трудовых обязанностей на основании трудового договора или в связи с участием физического лица в органах управления хозяйственного общества), предусматривающий одну или несколько из следующих обязанностей:

обязанность сторон или стороны договора периодически или единовременно уплачивать денежные суммы, в том числе в случае предъявления требований другой стороной, в зависимости от изменения цен на товары, ценные бумаги, курса соответствующей валюты, величины процентных ставок, уровня инфляции, значений, рассчитываемых на основании цен производных финансовых инструментов, значений показателей, составляющих официальную статистическую информацию, значений физических, биологических и (или) химических показателей состояния окружающей среды, от наступления обстоятельства, свидетельствующего о неисполнении или ненадлежащем исполнении одним или несколькими юридическими лицами, государствами или муниципальными образованиями своих обязанностей (за исключением договора поручительства и договора страхования), либо иного обстоятельства или иных показателей, которые предусмотрены федеральным законом или нормативными актами Центрального банка Российской Федерации (далее - Банк России) и относительно которых неизвестно, наступят они или нет, а также от изменения значений, рассчитываемых на основании одного или совокупности нескольких указанных в настоящем пункте показателей. При этом такой договор может также предусматривать обязанность сторон или стороны договора передать другой стороне ценные бумаги, товар или валюту либо обязанность заключить договор, являющийся производным финансовым инструментом;

обязанность сторон или стороны на условиях, определенных при заключении договора, в случае предъявления требования другой стороной купить или продать ценные бумаги, валюту или товар либо заключить договор, являющийся производным финансовым инструментом;

обязанность одной стороны передать ценные бумаги, валюту или товар в собственность другой стороне не ранее третьего дня после дня заключения договора, обязанность другой стороны принять и оплатить указанное имущество и указание на то, что такой договор является производным финансовым инструментом.

При участии агента ПАО «Росбанк» (в настоящее время адрес) на основании письменной информации о договоре добровольного страхования, составленной в форме таблицы, утвержденной Указанием Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У, и подписанной ФИО1, был подготовлен проект договора по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия роста» № PR-9675-057424, сторонами которого являлись истец и ответчик.

Из преамбулы договора следует, что страховщик в соответствии и на условиях статьи 435 Гражданского кодекса Российской Федерации предлагает страхователю заключить договор страхования на изложенных по тексту договора условиях и в соответствии с правилами накопительного страхования жизни и страхования жизни с участием в инвестиционном доходе, утвержденными страховщиком в редакции, действующей на дату оформления договора страхования. На основании статей 435 и 438 Гражданского кодекса Российской Федерации договор страхования считается заключенным с момента уплаты страхователем страховой премии в полном объеме. Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования, являются неотъемлемой частью договора страхования и обязательны для исполнения страхователем и страховщиком.

В соответствии с пунктом 2 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

Из девятого раздела договора страхования под названием «гарантии и заверения страхователя» следует, что оплачивая страховую премию и принимая от страховщика договор страхования, страхователь подтверждает, что до заключения договора ему предоставлена и страхователь ознакомился с информацией о договоре добровольного страхования, в том числе о его условиях и рисках, связанным с его исполнением, страхователю предоставлена исчерпывающая информация о страховщике, разъяснены условия страхования, размер премии и порядок ее оплаты, условия отказа от договора страхования и возврата страховой премии (взноса) / выплаты выкупной суммы, исключения из страхования, сроках рассмотрения выплаты, принципах расчета выплаты, страхователь с правилами страхования и текстом договора ознакомлен, согласен на заключение договора страхования на предложенных страховщиком условиях.

В десятом разделе договора содержится запись, согласно которой страхователю известно о том, что правила доступны на официальном сайте страховщика https://rosbankinsurance.ru/insurance_case_rules/, а также могут быть вручены (направлены) по его запросу. В случае спорных ситуаций положения договора и приложений к нему имеют приоритетную силу по отношению к правилам страхования.

Таким образом, в договоре страхования содержится действующая по настоящее время ссылка на сайт страховщика, на котором в любое время можно посмотреть, скачать и сохранить соответствующие правила страхования.

26.06.2024 года истцом оплачена страховая премия по договору страхования в полном объеме в размере сумма, что подтверждается платежным поручением № 24896.

Указанное означает, что, страхователь, оплатив страховую премию, подтвердил не только желание заключить договор страхования на предложенных страховщиком условиях, но и тот факт, что с правилами страхования он ознакомлен.

Таким образом, правила, обозначенные в договоре по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия Роста» № PR-8705-057348 от 24.06.2024 года, являются неотъемлемой частью заключенного между сторонами договора и подлежат применению во взаимоотношениях между сторонами.

В договоре также имеется запись о том, что в случае спорных ситуаций положения договора и приложения к нему имеют приоритетную силу по отношению к правилам страхования.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2024 года № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества» сказано, что если условия договора страхования, документы, предусмотренные пунктом 2 статьи 940 Гражданского кодекса Российской Федерации, и правила страхования, на основании которых заключен договор, противоречат друг другу, то приоритет отдается тем условиям, которые индивидуально согласованы сторонами договора (пункт 3 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Разъяснения, данные Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 25.06.2024 года № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества», несмотря на их изложение в Постановлении, посвященном договорам страхования имущества, носят общий характер и подлежат применению к иным видам страхования, в том числе личного.

Таким образом, если положения договора противоречат положениям правил страхования, то преимущественную силу имеют положения договора.

Из пункта 4 договора по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия роста» № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года следует, что договор страхования считается заключенным с момента уплаты страховой премии в полном объеме и при одновременном выполнении следующих условий:

- отсутствие заявления страхователя о возврате страховой премии в течение свободного периода;

- если в течение 10 календарных дней после уплаты страховой премии страховщиком не будут выявлены основания для отказа в заключении договора страхования в соответствии со статьей 142.4 Налогового кодекса Российской Федерации в связи с непредставлением страхователем информации, запрашиваемой страховщиком в отношении налогового резидентства страхователя, а также выявлением страховщиком недостоверности, неполноты или противоречия указанной информации.

При невыполнении хотя бы одного из указанных условий договор страхования считается незаключенным, никакие права и обязанности по договору страхования не возникают, за исключением обязанности страховщика осуществить возврат страхователю полученной от него страховой премии (взноса) по договору страхования в рублях Российской Федерации.

Договор страхования вступает в силу с 00.00 часов дня, следующего за днем оплаты страховой премии в полном объеме. При этом оплата страховой премии после даты, указанной в разделе «страховая премия», не влечет для сторон юридических последствий, а поступившая денежная сумма подлежит возврату страхователю в полном объеме.

Согласно пункта 2 статьи 957 Гражданского кодекса Российской Федерации, страхование, обусловленное договором страхования, распространяется на страховые случаи, происшедшие после вступления договора страхования в силу, если в договоре не предусмотрен иной срок начала действия страхования.

Срок действия Договора страхования определен сторонами с 26.06.2024 года по 24.12.2024 года.

Судом отклоняется довод истца о применении в спорных взаимоотношениях положений статьи 32 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», поскольку в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» сказано, что если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

Правоотношения сторон по вопросам возврата страховой премии в случае отказа страхователя от договора страхования регулируются статьей 958 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, положения статьи 32 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» применяются в случаях, когда потребитель отказался от исполнения договора до окончания срока его действия, в то время как ФИО1 в период действия договора страхования от него не отказывался.

В силу пункта 1 статьи 958 Гражданского кодекса Российской Федерации договор страхования прекращается до наступления срока, на который он был заключен, если после его вступления в силу возможность наступления страхового случая отпала и существование страхового риска прекратилось по обстоятельствам иным, чем страховой случай. К таким обстоятельствам, в частности, относятся: гибель застрахованного имущества по причинам иным, чем наступление страхового случая; прекращение в установленном порядке предпринимательской деятельности лицом, застраховавшим предпринимательский риск или риск гражданской ответственности, связанной с этой деятельностью.

Отказ от действующего, не прекратившегося по указанным выше основаниям договора страхования, предусмотрен пунктом 2 статьи 958 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому страхователь (выгодоприобретатель) вправе отказаться от договора страхования в любое время, если к моменту отказа возможность наступления страхового случая не отпала по обстоятельствам, указанным в пункте 1 данной статьи.

В силу пункта 3 статьи 958 Гражданского кодекса Российской Федерации при досрочном прекращении договора страхования по обстоятельствам, указанным в пункте 1 данной статьи, страховщик имеет право на часть страховой премии пропорционально времени, в течение которого действовало страхование. При досрочном отказе страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования уплаченная страховщику страховая премия не подлежит возврату, если договором не предусмотрено иное.

Из приведенной нормы следует, что если страховая премия уплачена за весь период страхования, а в дальнейшем этот договор прекратился по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 958 Гражданского кодекса Российской Федерации, то страхователь имеет право на возврат части страховой премии пропорционально тому периоду времени, на который договор страхования прекратился. Требование страхователя о возврате этой части страховой премии в таком случае не является отказом от договора, поскольку договор страхования уже прекратился с наступлением обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 958 Гражданского кодекса Российской Федерации, в то время как пункт 2 указанной нормы предусматривает отказ от действующего договора страхования, когда основания досрочного прекращения договора страхования, указанные в пункте 1 этой нормы, отсутствуют.

В соответствии с условиями заключенного договора страхования к числу страховых случаев отнесены смерть и дожитие застрахованного лица.

Таким образом, абзац 1 пункта 3 статьи 958 Гражданского кодекса Российской Федерации в данном случае не применим, поскольку существование страхового риска (наступление смерти или дожитие застрахованного лица до окончания срока действия договора / до определенных договором дат) не прекратилось, а возможность наступления страхового случая не отпала.

Кроме того, в соответствии пунктом 7 статьи 10 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» при расторжении договора страхования жизни, предусматривающего дожитие застрахованного лица до определенного возраста или срока либо наступления иного события, страхователю возвращается сумма в пределах сформированного в установленном порядке страхового резерва на день прекращения договора страхования (выкупная сумма), но не уплаченные страховые взносы.

Доводы о низком размере выкупной суммы по истечении свободного периода (14 календарных дней со дня заключения договора страхования) судом не могут быть приняты во внимание, поскольку суду не представлено доказательств того, что ФИО1 до истечения срока страхования обращался к ответчику с заявлением о досрочном отказе от договора страхования.

Договором по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия Роста» № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года предусмотрен свободный период (14 календарных дней со дня заключения договора страхования), под которым понимается период, в течение которого отказ страхователя от договора страхования влечет за собой прекращение договора страхования с момента заключения независимо от момента уплаты страховой премии и при отсутствии в данном периоде событий, имеющих признаки страхового случая. В случае прекращения договора страхования в течение свободного периода страхователю возвращается сумма оплаченной страховой премии (выкупная сумма) в полном объеме в срок, не превышающий 10 (десять) рабочих дней со дня получения письменного заявления страхователя об отказе от договора страхования.

При досрочном прекращении действия договора страхования по истечении свободного периода страхователю или наследникам страхователя выплачивается выкупная сумма в соответствии с таблицей выкупных сумм. Выплата выкупной суммы производится в течение 10 (десяти) рабочих дней с момента получения страховщиком соответствующего заявления. В дополнение к выкупной сумме по истечении свободного периода может выплачиваться дополнительный инвестиционный доход (при наличии).

Вместе с тем, в ходе рассмотрения спора сторонами не оспаривалось, что в период действия договора (с 26.06.2024 года по 24.12.2024) истец не обращался к страховщику с заявлением о досрочном расторжении договора страхования ни в свободный период (14 календарных дней после заключения договора страхования), ни по истечении 14-дневного срока.

В соответствии с пунктом 1 статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату - (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

В третьем разделе договора по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия роста» № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года обозначены условия страхования:

Риск «дожитие застрахованного до дат, указанных в договоре страхования» (далее – «дожитие до дат») с указанием следующих страховых сумм:

- Дожитие до даты 23.08.2024 года: сумма.

- Дожитие до даты 20.09.2024 года: сумма.

- Дожитие до даты 18.10.2024 года: сумма.

- Дожитие до даты 15.11.2024 года: сумма.

- Дожитие до даты 13.12.2024 года: сумма.

- Страховая выплата составляет 100 % от страховой суммы по данному страховому риску и инвестиционный доход при его наличии.

Риск «дожитие застрахованного до окончания срока действия договора страхования» (далее - «дожитие»):

- Страховая сумма: сумма.

- Страховая выплата составляет 100 % от страховой суммы по данному страховому риску.

Риск «смерть застрахованного по любой причине» (далее – «смерть ЛП»):

- Страховая сумма: сумма.

- Страховая выплата составляет 100 % от страховой суммы по данному страховому риску и инвестиционный доход при его наличии.

Риск «смерть застрахованного в результате авиационного происшествия» (далее – «смерть в результате авиакатастрофы»):

- Страховая сумма: сумма.

- Страховая выплата составляет 100 % от страховой суммы по данному страховому риску.

В пункте 1.1. правил страхования содержатся определения таких терминов как страховая сумма, страховой случай, страховая выплата и инвестиционный доход.

Страховая сумма – это определенная договором страхования денежная сумма, исходя из которой страховщик производит страховую выплату при наступлении страхового случая.

Страховой случай – это совершившееся событие, предусмотренное договором страхования, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату выгодоприобретателю.

Страховая выплата – это денежная сумма, установленная договором страхования и выплачиваемая страховщиком выгодоприобретателю в соответствии с условиями договора страхования при наступлении страхового случая.

Инвестиционный доход – это денежная сумма, рассчитанная по утвержденной страховщиком методике и выплачиваемая при определенных договором страхования событиях.

Договором по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия роста» № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года определено, что в случае неблагоприятного или отрицательного финансового результата по ценным бумагам дополнительный инвестиционный доход по договору страхования может быть равен нулю.

Кроме того, инвестиционный доход по договору страхования не выплачивается в случаях, предусмотренных страховым законодательством Российской Федерации, а также в случаях, когда страховщик не рассчитал инвестиционный доход по договору страхования в связи с тем, что:

- инвестиционный доход по договору страхования зависит от исполнения обязательств лицом, обязанным по ценной бумаге, и (или) стороной договора, являющегося производным финансовым инструментом, договора банковского вклада, поименованным в договоре страхования, и такие лица не исполнили свои обязательства по указанной ценной бумаге и(или) по указанным договорам;

- получение страховщиком информации о значении (изменении значения) показателя, от которого зависит размер инвестиционного дохода по договору страхования, невозможно и у страховщика имеются документы, подтверждающие невозможность получения такой информации.

В седьмом разделе договора по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия роста» № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года отражены заверения страхователя по рискам в части дополнительного инвестиционного дохода.

Из указанного раздела следует, что страхователь подтверждает, что инвестирование связано с высокой степенью рисков и не подразумевает гарантий получения каких-либо доходов, а заверения любых лиц об увеличении в будущем стоимости объектов инвестирования могут расцениваться не иначе как предположения.

Страховщик не гарантирует получение инвестиционного дохода по договору страхования.

Страхователь также подтверждает, что в отношении дополнительного инвестиционного дохода он принимает на себя и понимает суть возможных рисков, связанных с осуществлением операций на финансовых рынках, в том числе риски неполучения инвестиционного дохода, а также следующие риски: рыночные риски; риск левериджа; операционные риски, связанные с возможностью неправильного функционирования оборудования и программного обеспечения, используемого при обработке транзакций, а также неправильных действий или бездействия персонала организаций, участвующих в расчетах или осуществлении депозитарной деятельности, и прочие обстоятельства; кредитные и системные риски; юридические риски; риски, связанные с налогообложением; политические и экономические риски, связанные с возможностью изменения политической ситуации, экспроприации, национализации, проведения политики, направленной на ограничение инвестиций в международный рынок или в отрасли экономики, являющиеся сферой особых государственных интересов, падением цен на энергоресурсы и прочие обстоятельства; прочие риски, которые могут повлиять на инвестиционный доход, но не затрагивают гарантии страховщика.

В отношении обозначенных рисков, которые могут стать причиной неполучения инвестиционного дохода, в седьмом разделе договора страхования содержатся примеры с указанием того, что именно включает в себя каждый риск, а также приводятся определения отдельных терминов.

В шестом разделе договора по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия Роста» № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года изложена формула расчета дополнительного инвестиционного дохода, которая целиком и полностью повторяет формулу, содержащуюся в письменной информации о договоре добровольного страхования, составленной в форме таблицы, утвержденной Указанием Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У, и подписанной ФИО1

Указанная формула позволяет получить доход по факту дожития застрахованного лица до следующих дат: до 23.08.2024 года; до 20.09.2024 года; до 18.10.2024 года; до 15.11.2024 года и до 13.12.2024 года.

Кроме того, в шестом разделе договора имеется условие о том, что дополнительный инвестиционной доход рассчитывается по формуле, изложенной выше в шестом разделе договора, и если доход не равен нулю, то он выплачивается в дополнение к страховой выплате по риску «дожитие до дат» одновременно со страховой выплатой.

В данном разделе договора также закреплено положение о том, что акцептом договора страхования страхователь/застрахованный подтверждает выбор стратегии инвестирования «Премьер Инвест. Стратегия Роста».

При этом, из описания стратегии, изложенной в договоре и в письменной информации о договоре добровольного страхования, следует, что стратегия подразумевает выплату фиксированного купонного дохода, привязанного к изменению стоимости акций.

Согласно условиям договора по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия Роста» № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года, наблюдение за изменением стоимости акций осуществляется в отношении активов следующих эмитентов:

- МКПАО «ВК», тикер акции на бирже VKCO, торговая адрес;

- ПАО «Совкомфлот», тикер акции на бирже FLOT, торговая адрес;

- ПАО «Ростелеком», тикер акции на бирже RTKM, торговая адрес;

- адрес Банк», тикер акции на бирже TCSG, торговая адрес;

- адрес, тикер акции на бирже RUAL, торговая адрес.

Из шестого раздела договора усматривается, что стоимость базовых активов проверяется на основании данных, содержащихся на официальном сайте российского организатора торгов (ПАО «Московская биржа») (торговая адрес). В соответствующем разделе договора страхования также приводится ссылка на страницу биржи.

В этом же раздела договора определены как дата начала (18.07.2024 года) наблюдения за акциями пяти эмитентов, так и дата финального (06.12.2024 года) наблюдения, в связи с чем динамика активов рассматривается исключительно за конкретный период (с 18.07.2024 года по 06.12.2024 года).

Судом установлено, что формула расчета дохода по факту дожития застрахованного лица до таких дат как 23.08.2024 года, 20.09.2024 года, 18.10.2024 года и 15.11.2024 года содержит только константы, т.е. значения, которые определены при заключении договора страхования и остаются неизменными, а формула расчета, позволяющая получить дополнительный инвестиционный доход по факту дожития застрахованного лица до 13.12.2024 года содержит константы и всего сумма прописью переменную или неизвестную величину.

Этой единственной неизвестной величиной во всей формуле является стоимость акций по состоянию на дату закрытия торгов 06.12.2024 года на Московской бирже.

Инвестиционное страхование жизни включает высокорисковую составляющую, поскольку не гарантирует прибыль и при неудачной стратегии сумма выплаты может быть меньше размера внесенных денежных средств.

Заключая договор страхования 24.06.2024 года, стороны не могли знать о том, какова будет стоимость акций по состоянию на 06.12.2024 года.

Указанное означает, что если бы стоимость акций выбранных эмитентов выросла по состоянию на дату финального наблюдения (06.12.2024 года) по сравнению со стоимостью, зафиксированной на дату начала (18.07.2024 года) наблюдения за акциями, то и размер итогового дохода фио превысил бы сумму внесенных денежных средств.

В период действия договора страхования истец обратился к ответчику с письменным заявлением от 26.08.2024 года о выплате возмещения по риску «дожитие до дат».

Из заявления усматривается, что ФИО1 просил страховщика последовательно перечислять ему страховые выплаты по факту дожития застрахованного лица.

За дожитие до 23.08.2024 года, до 20.09.2024 года, до 18.10.2024 года и до 15.11.2024 года ответчик перечислил четыре страховые выплаты, размер каждой из которых составил сумма, что подтверждается платежным поручением № 907469 от 29.08.2024 года, платежным поручением № 128316 от 07.11.2024 года, платежным поручением № 128318 от 07.11.2024 года и платежным поручением № 129737 от 21.11.2024 года.

Сумма в размере сумма образуется за счет 100 % страховой суммы, которая составляет сумма, и инвестиционного дохода, рассчитанного по формуле:

(сумма умножить на 1,833 %) плюс сумма = сумма.

Формула содержит только константы, т.е. все без исключения подставляемые в формулу значения, были согласованы сторонами при заключении договора страхования.

Расчет выплаты по факту дожития застрахованного лица до 23.08.2024 года, до 20.09.2024 года, до 18.10.2024 года, до 15.11.2024 года и до 13.12.2024 года истцом не оспаривался при рассмотрении спора.

По итогу завершения торгов от 18.07.2024 года на Московской бирже была определена следующая стоимость акций: МКПАО «ВК» - сумма; ПАО «Совкомфлот» - сумма; ПАО «Ростелеком» - сумма; адрес Банк» - сумма; адрес - сумма.

Торги от 06.12.2024 года на Московской бирже завершились со следующей стоимостью акций: МКПАО «ВК» - сумма; ПАО «Совкомфлот» - сумма; ПАО «Ростелеком» - сумма; адрес Банк» - сумма; адрес - сумма.

Таким образом, акции всех без исключения пяти эмитентов по состоянию на дату финального (06.12.2024 года) наблюдения подешевели по сравнению с датой начала (18.07.2024 года) наблюдения за стоимостью акций.

По условиям заключенного договора дополнительный инвестиционный доход по факту дожития до даты 13.12.2024 года определяется исходя из наименьшего значения динамики стоимости акций по одной из двух формул, выбор которой поставлен в зависимость от того, «меньше барьера» либо «больше или равно барьеру» составило наименьшее значение динамики стоимости акций.

Договором страхования определено, что под «барьером» понимается уровень финального погашения, используемый для расчета дополнительного инвестиционного дохода после даты 06.12.2024 года, на последнюю дату экспирации - 06.12.2024 года.

В договоре страхования зафиксировано значение барьера, которое составляет 85 %.

Наименьшее значение динамики акций было у акций МКПАО «ВК», а именно значение 56,84 % (сумма умножить на 100 и разделить на сумма).

Поскольку числовое выражение наименьшего значения (56,84 %) динамики акций на дату финального наблюдения (06.12.2024 года) было меньше барьера (85 %), постольку для расчета итогового инвестиционного дохода применяется формула «меньше барьера».

Формула расчета «меньше барьера» содержит всего сумма прописью переменную (наименьшее значение динамики акций), которая не была известна сторонам по состоянию на дату заключения договора, и которую можно было определить лишь по состоянию на дату закрытия торгов 06.12.2024 года на Московской бирже.

Посредством формулы «меньше барьера» можно рассчитать итоговый размер инвестиционного дохода:

(сумма умножить на 100 % умножить на (56,84 % разделить на 100 %) минус сумма умножить на 0,1 %) плюс сумма умножить на 1,833 % = сумма.

За дожитие застрахованного лица до даты 13.12.2024 года также подлежала выплате страховая сумма в размере сумма, в связи с чем ответчик на основании заявления фио от 29.01.2025 года перечислил выплату в размере сумма (сумма + сумма), что подтверждается платежным поручением № 194554 от 03.02.2025 года.

В связи с окончанием срока действия договора страхования ответчик также перечислил выплату в размере страховой суммы сумма по риску «дожитие», что подтверждается платежным поручением № 194845 от 04.02.2025 года.

Таким образом, общий размер произведенных ответчиком выплат составил сумма (сумма плюс сумма плюс сумма плюс сумма плюс сумма плюс сумма).

Расчеты, произведенные ответчиком, судом проверены.

Соответствующие расчеты полностью соответствует условиям заключенного договора страхования.

Впоследствии ФИО1 и его супруга фио обратились к ответчику с письменной претензией от 18.02.2025 года о расторжении договора страхования и о возврате остатка уплаченных денежных средств.

Из текста претензии следовало, что сделка состоялась с юридическим пороком без получения согласия супруги истца. Заявители также указывали о том, что в процессе заключения договора истцу были предоставлены гарантии высокой доходности и надежности инвестиционного страхования, при этом не была сообщена полная информация о реальных рисках, связанных с этим договором. Условия договора, касающиеся возможных потерь, были недостаточно прозрачными, что привело к возникновению ложных ожиданий и убытков. При заключении договора сотрудника банка и страховщика убеждали истца в высокой доходности и надежности программы инвестиционного страхования, однако по истечении срока действия договора страховая выплата была меньше размера уплаченной страховой премии. Образовавшуюся разницу представители страховщика и банка объяснили падением стоимости базовых активов, что противоречило первоначальным заверениям о безубыточности и гарантированности вложений. По мнению заявителей, при заключении договора страховщик и банк намеренно ввели истца в заблуждение относительно фактических характеристик и рисков продукта в целях навязывания невыгодной и ущербной для истца сделки.

Претензия от 18.02.2025 года также была направлена ответчику 24.02.2025 года посредством электронной почты.

В ответ на претензию от 18.02.2025 года ответчик направил истцу письмо № CL-HELPRSBINS-152021 от 07.03.2025 года, в котором со ссылками на условия заключенного договора страхования изложил свою позицию.

20.03.2025 года посредством электронной почты истец дважды направил ответчику две одинаковые по содержанию претензии.

Кроме того, досудебная претензия от 20.03.2025 года была подана нарочным способом через офис ответчика.

Из текста претензии от 20.03.2025 года не следовало, что договор страхования заключен путем обмана и введения истца в заблуждение и, как следствие, такой договор является недействительным.

Наоборот, по тексту претензии истец выражал несогласие с действиями ответчика в части исполнения обязательств по договору по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия Роста» № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года.

Истец в досудебной претензии от 20.03.2025 года признал, что между ним и ответчиком заключен договор страхования, при этом, по мнению истца, ответчик неверно исчислил размер причитающейся истцу суммы страховой выплаты.

ФИО1 требовал от ответчика исполнить обязательства по договору страхования и выплатить ему страховую сумму в размере сумма.

В ответ на претензию от 20.03.2025 года ответчик направил истцу письмо № CL-HELPRSBINS-155468 от 25.03.2025 года, в котором со ссылками на условия заключенного договора страхования разъяснил расчет по всем произведенным выплатам.

Обращаясь в суд с иском, ФИО1 указал, что изначально он намеревался заключить договор вклада, в услуге страхования жизни он не нуждался и не был заинтересован, а лишь после окончания срока действия договора он узнал, что договором, который он подписал, доверившись сотруднику банка, был договор страхования, стороной по которому выступал не банк, а ООО «РБ Страхование жизни». ФИО1 утверждает, что договор страхования был заключен под влиянием заблуждения и что если бы истец осознавал последствия совершения спорной сделки, то он не стал заключать договор страхования.

Суд не может согласиться с доводом истца о том, что договор страхования был заключен под влиянием заблуждения по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 и пунктом 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Из пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (подпункты 1 - 5 пункта 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

В пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что, если стороне переговоров ее контрагентом представлена неполная или недостоверная информация либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до ее сведения, и сторонами был заключен договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (статьи 178 или 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 1 статьи 10 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора.

Из пункта 1 статьи 16 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» следует, что недопустимые условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются ничтожными.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, содержащейся в пункте 44 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных ему недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о его свойствах и характеристиках, имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10).

Информация о товарах (работах, услугах) в соответствии с пунктом 2 статьи 8 Закона должна доводиться до сведения потребителя в наглядной и доступной форме в объеме, указанном в пункте 2 статьи 10 Закона. Предоставление данной информации на иностранном языке не может рассматриваться как предоставление необходимой информации и влечет наступление последствий, перечисленных в пунктах 1, 2 и 3 статьи 12 Закона.

Согласно положениям части 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, а в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющий принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

В ходе судебного разбирательства установлено, что спорный договор инвестиционного страхования жизни и каждое приложение к договору собственноручно подписаны самим ФИО1, что не отрицалось в ходе судебного разбирательства.

ФИО1 оспаривал лишь подписи в документе под названием «информация, предоставляемая кредитной организации, действующей от имени страховой организации, иностранной страховой организации при заключении с физическим лицом договора добровольного страхования жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика».

Вместе с тем, соответствующий документ приложением к договору страхования не является.

Проставляя свою подпись в договоре инвестиционного страхования жизни, истец подтвердил, что он ознакомлен и согласен со всеми условиями страхования, изложенными в договоре и в приложениях к нему.

Волеизъявление истца заключить договор страхования подтверждается оплатой страховой премии и принятием договора страхования.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» сказано, что в силу пункта 3 статьи 154 и пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» следует, что существенными условиями, которые должны быть согласованы сторонами при заключении договора, являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах существенными или необходимыми для договоров данного вида (например, условия, указанные в статьях 555 и 942 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Существенные условия договора личного страхования закреплены в статье 942 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункта 2 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации, при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение: 1) о застрахованном лице; 2) о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случая); 3) о размере страховой суммы; 4) о сроке действия договора.

Суд принимает во внимание, что оспариваемый договор страхования содержит все существенные условия договора личного страхования, предусмотренные статьей 942 Гражданского кодекса Российской Федерации, которые были согласованы между сторонами, является заключенным и вступившим в силу.

Доказательств, свидетельствующих о том, что в момент заключения договора страхования ФИО1 не имел воли и желания на заключение договора страхования на обозначенных условиях, истцом не представлено и судом не добыто.

При заключении договора страхования истец был проинформирован о возможности отказаться от договора страхования в течение 14 календарных дней с даты заключения договора страхования и вернуть страховою премию в полном объеме, однако истец не воспользовался этим правом из чего следует, что истец понимал условия договора страхования, был согласен с ними и намеревался сохранить договорные отношения с ответчиком.

Из содержания договора и иных документов, являющихся его неотъемлемой частью, в частности из письменной информации о договоре добровольного страхования в форме таблицы, утвержденной Указанием Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У, следует, что договор страхования целиком и полностью соответствует Указанию Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления добровольного страхования жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, к объему и содержанию предоставляемой информации о договоре добровольного страхования жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, а также о форме, способах и порядке предоставления указанной информации», а именно в договоре содержится наименование Страховщика, кредитный рейтинг (АА (RU)) и наименование кредитного рейтингового агентства (АКРА), присвоившего данный рейтинг; порядок определения страховой выплаты и размер страховой суммы по каждому страховому риску; размер денежных средств, направляемых на обеспечение исполнения обязательств страховщика по выплате выгодоприобретателю страховой суммы и инвестиционного дохода (97,5 %), а также о размере агентского и комиссионного вознаграждения (2,5 %); информация о том, что размер денежных средств, направленных на обеспечение исполнения обязательств страховщика по выплате страховой суммы и инвестиционного дохода, и размер агентского и комиссионного вознаграждения в совокупности составляют 100,00 % от суммы премии в размере сумма; порядок расчета дохода по договору добровольного страхования и разница в рублях между страховой суммой по каждому страховому риску и совокупной страховой премией по договору добровольного страхования; способ определения дохода по договору добровольного страхования с указанием перечня показателей; информация о том, что значение (изменение значения) показателей и (или) доходность по договору добровольного страхования в прошлом не гарантирует доход по договору добровольного страхования; информация об обязанности страховщика в случаях, когда он является налоговым агентом, удержать налог при расчете страховой выплаты (выкупной суммы) и о размере такого удержания; порядок расчета выкупной суммы, а также размер выкупной суммы, подлежащей возврату получателю страховых услуг в зависимости от срока действия договора добровольного страхования и периода, в котором он прекращен; информация о том, что договор добровольного страхования не является договором банковского вклада в кредитной организации и переданные по такому договору денежные средства не подлежат страхованию в соответствии с Федеральным законом от 23 декабря 2003 года № 177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации»; перечень случаев, предусмотренных договором добровольного страхования, при наступлении которых доход по договору добровольного страхования не выплачивается; сведения о том, что отсутствует информация о доходности по договорам добровольного страхования с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, по которым обязательства по уплате страховой суммы по риску дожития за три календарных года, предшествующих заключению договора добровольного страхования, прекращены исполнением в связи с тем, что заключенный истцом договор страхования содержит условия о сроке действия договора отличные от сроков действия договоров страхования, по которым обязательства прекращены исполнением.

Истец в возражениях на отзыв ответчика подтвердил, что оспариваемый им договор соответствует Указанию Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У.

Указанные выше обстоятельства свидетельствуют об осведомленности истца обо всех существенных условиях договора инвестиционного страхования жизни и стороне сделки - ООО «РБ Страхование Жизни».

В нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено достоверных и достаточных доказательств того, что при заключении договора страхования жизни ФИО1 был лишен возможности подробно ознакомиться с текстом договора, изучить предлагаемые условия страхования. Напротив, договор страхования содержит всю необходимую информацию.

Кроме того, уже после подписания договора у истца было достаточно времени и для того, чтобы оценить условия заключенного договора страхования в свободный период и отказаться от договора, получив при этом внесенную страховую премию в полном объеме. В указанный срок истец от договора не отказался.

С учетом изложенного, судом не могут быть приняты во внимание доводы истца о его доверии сотруднику банка.

Информация о том, что не является гарантированной выплата инвестиционного дохода, размер которого зависит от итоговой стоимости акций в последнюю дату наблюдения, содержится в договоре страхования и была представлена истцу при заключении и подписании договора страхования.

Поскольку договор по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия Роста» № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года соответствует требованиям закона, предъявляемым к такого рода договорам страхования, содержит всю необходимую информацию, предоставляемую страховщиками (их агентами) при заключении договоров инвестиционного страхования жизни, в соответствии с Указанием Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У, в том числе о размере страховой суммы по каждому страховому риску, разнице в рублях между страховой суммой по каждому страховому риску и совокупной страховой премией по договору страхования, а также о способе определения инвестиционного дохода, которая была доведена до истца, постольку оснований полагать, что ФИО1 был введен в заблуждение, путем обмана, относительно предмета и природы сделки, её стороны, полагая, что заключает договор банковского вклада, не имеется, как не имеется и оснований полагать, что ответчиком были нарушены положения статей 10 и 16 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей».

В силу пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации вступление в договорные отношения является свободным усмотрением гражданина и связано исключительно с его личным волеизъявлением. Истцом добровольно принято решение о заключении данного договора на указанных условиях, он не был лишен возможности заключить договор на иных условиях, либо отказаться от заключения такого договора.

Утверждение истца о том, что в период действия договора он получал денежные суммы, которые он воспринимал как проценты и узнал о наличии договора страхования лишь после окончания срока его действия, опровергается представленным в ходе рассмотрения спора доказательством, а именно заявлением от 26.08.2024 года, в соответствии с которым ФИО1 ровно через два месяца после заключения договора страхования обратился с письменным заявлением, адресованным не банку, а ООО «РБ Страхование Жизни», на шести листах, каждая страница которого подписана собственноручно истцом, в соответствии с которым он просил ООО «РБ Страхование Жизни» последовательно перечислять ему страховые выплаты по факту дожития застрахованного лица до 16.08.2024 года, до 13.09.2024 года, до 11.10.2024 года, до 08.11.2024 года и до 06.12.2024 года.

На основании соответствующего заявления ответчик производил страховые выплаты истцу, которые ФИО1 получал не от банка, а именно от страховщика ООО «РБ Страхование Жизни».

Кроме того, в графе «наименование платежа» в каждом платежном поручении указано, что на счет фио перечисляются не проценты, а именно страховое возмещение.

Суд считает необоснованным утверждение истца о том, что ответчик произвел подмену понятий, когда осуществлял выплаты в пользу истца, используя в наименовании платежа словосочетание «страховое возмещение» вместо «рисковая выплата», поскольку ни глава 48 Гражданского кодекса Российской Федерации – «страхование», ни специальный Закон Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», ни Указание Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У не содержат такого определения как рисковая выплата.

Полученные страховые выплаты ФИО1 не возвращал ответчику с указанием на ошибочное перечисление по причине того, что между истцом и ответчиком договорные отношения отсутствуют и, как следствие, никакие страховые выплаты от ООО «РБ Страхование Жизни» не могли поступать на счет фио

Указанное поведение истца свидетельствует о том, что ФИО1 понимал, что перечисление выплат осуществляется страховщиком по факту исполнения последним своих обязательств по заключенному и действующему между сторонами договору страхования.

Из содержания пункта 70 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Материалы гражданского дела содержат доказательства, подтверждающие неоднократное исполнение страховщиком перед страхователем обязанностей по договору страхования, по факту обращения самого истца за страховой выплатой.

Сторона, подтвердившая каким-либо образом действие договора (сделки), не вправе ссылаться на его (ее) незаключенность (недействительность, мнимость), что влечет за собой в целях пресечения необоснованных процессуальных нарушений потерю права на возражение («эстоппель»).

Данное правило вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Из совокупности представленных в материалы дела доказательств суд приходит к выводу о том, что действия самого фио были направлены на фактическое возникновение гражданских прав и обязанностей по осуществлению и реализации оспариваемой сделки.

Требование истца о признании договора страхования недействительным по мотиву того, что он был введен в заблуждение, путем обмана, относительно предмета и природы сделки, полагая при этом, что он заключает договор банковского вклада, последовало только после получения от страховщика шести страховых выплат, перечисленных в разные периоды и лишь по окончании срока действия договора страхования, т.е. тогда, когда истец понял, что общий размер всех выплат не соответствует его ожиданиям по сделке; такое поведение свидетельствовало о волеизъявлении истца на протяжении шестимесячного срока действия договора страхования сохранить силу сделки на тех условиях, о которых стороны изначально договорились, поэтому данное обстоятельство влечет за собой утрату права на оспаривание (эстоппель).

Кроме того, суд учитывает, что после того, как истец по окончании срока действия договора страхования заявил о недействительности договора, истец впоследствии изменил позицию, предъявив ответчику требование о доплате страховой выплаты и указав на ненадлежащее исполнении ответчиком своих обязательств по договору страхования, тем самым признав легитимность заключенного между сторонами договора страхования.

ФИО1 не представил суду доказательств, что сделка была совершена под влиянием угрозы.

Истец по тексту иска также указывает на кабальный характер сделки.

Согласно пункта 3 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

При этом, по мотиву кабальности не может быть оспорена сделка, заключенная вследствие легкомысленного поведения потерпевшего, незнания рыночной конъюнктуры либо экономического просчета потерпевшего.

Истец не указал и не представил суду доказательств того, что он был вынужден заключить с ответчиком договор вследствие стечения тяжелых обстоятельств, равно как и не представил доказательств того, что ответчик знал об этих тяжелых обстоятельствах, которыми воспользовался.

Таким образом, у суда отсутствуют основания для признания договора по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия Роста» № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года кабальной сделкой.

Кроме того, истцом заявлено о притворности сделки по причине того, что ответчик не приобрел активы эмитентов, указанных в договоре.

Суд полагает, что довод истца о притворности сделки является необоснованным.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна.

Как следует из правовой позиции, изложенной в пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оспариваемый истцом договор не является договором комиссии, договором поручения или агентским договором, по которому ответчик принял на себя обязательство сначала приобрести в обусловленную дату, а затем продать для истца в согласованную сторонами дату определенные виды ценных бумаг.

В договоре страхования стороны согласовали условие о выплате дохода, привязанного к изменению стоимости акций.

При этом, в пункте 5 статьи 3 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» сказано, что условиями договора страхования по виду страхования, указанному в подпункте 3 пункта 1 статьи 32.9 (страхование жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика) настоящего Закона, может быть предусмотрено, что размер страховой суммы и (или) инвестиционного дохода зависит от одного или нескольких обстоятельств, указанных в абзаце втором подпункта 23 пункта 1 статьи 2 Федерального закона от 22.04.1996 года № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг», а в соответствующем абзаце подпункта 23 пункта 1 статьи 2 Федерального закона от 22.04.1996 года № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» сказано, что договором может быть предусмотрена обязанность стороны периодически или единовременно уплачивать денежные суммы, в том числе в зависимости от изменения цен на ценные бумаги.

Таким образом, условие договора о выплате дохода, привязанного к изменению стоимости акций без приобретения самих акций, не противоречит действующему законодательству, в связи с чем у суда отсутствуют основания для вывода о том, что договор имеет признаки притворной сделки.

Оценив представленные доказательства в их совокупности суд приходит к выводу о том, что оснований для признания договора недействительным у суда не имеется.

Отказывая в удовлетворении иска о признании договора страхования недействительным, суд также исходит из явно противоречивой позиции истца, что выражается в том, что в уточненном иске истец указал, что он намеревался разместить личные сбережения на банковском вкладе, а в возражениях на отзыв ответчика истец обозначил, что при заключении договора он был убежден в том, что его денежные средства будут инвестированы в акции известных эмитентов и что он приобретет реальное право собственности на эти ценные бумаги.

Поскольку суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения искового требования фио о признании недействительным договора по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия Роста» № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года, постольку также не подлежат удовлетворению производные требования о применении последствий недействительности сделки путем возврата денежных средств в размере сумма, уплаченных истцом в качестве страховой премии по договору по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия Роста» № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года, а также требования о взыскании компенсации морального вреда в размере сумма, расходов по оплате государственной пошлины в размере сумма и штрафа в размере 50 %, рассчитанного на основании абзаца первого пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей».

При принятии судебного акта суд учитывает, что возможность установления страховой суммы по договору личного страхования с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика в размере меньшем, чем совокупная страховая премия, прямо предусмотрена Указанием Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У. Из пункта 4.3. Указания Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У следует, что страховая сумма по риску дожития не может быть менее совокупной страховой премии по договору добровольного страхования, а в соответствии с пунктом 5 Указания Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У условия осуществления добровольного страхования, предусмотренные пунктом 4 Указания, не применяются в случае осуществления добровольного страхования с условием о единовременной уплате страхователем совокупной страховой премии в размере сумма и более.

Размер страховой премии по договору по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия Роста» № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года составил сумма, в связи с чем положения пункта 4.3. Указания Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У к рассматриваемому договору страхования не применимы, а страховая сумма может быть меньше, чем размер оплаченной страховщику страховой премии.

Кроме того, суд учитывает, что до заключения договора страхования истец был ознакомлен с письменной информацией о договоре добровольного страхования в форме таблицы, утвержденной Указанием Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У, в которой обозначена разница в рублях между страховой суммой по каждому страховому риску и совокупной страховой премией по договору добровольного страхования.

В информации указано, что разница между страховой суммой по риску дожития до указанных в договоре дат и совокупной страховой премией по договору добровольного страхования составляет сумма, разница между страховой суммой по риску дожития до окончания срока действия договора страхования и совокупной страховой премией по договору добровольного страхования составляет сумма, разница между страховой суммой по риску смерти по любой причине и совокупной страховой премией по договору добровольного страхования составляет сумма, а разница между страховой суммой по риску смерти в результате авиакатастрофы и совокупной страховой премией по договору добровольного страхования составляет сумма.

Информация о договоре добровольного страхования представлена истцу в форме таблицы, утвержденной Указанием Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У, в связи с чем не могут быть приняты во внимание доводы истца о том, что ответчик использовал лингвистические манипуляции, дизайн-мисселинг и подменил математический знак минус знаком препинания в форме тире.

Довод о когнитивном искажении за счет использования в приложении № 1 к договору более крупного полужирного шрифта с подчеркиванием в отношении суммы сумма также является необоснованным, поскольку из абзаца 3 пункта 3 Указания Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У прямо следует, что информация, предусмотренная абзацем первым подпункта 1.6 пункта 1 (разница в рублях между страховой суммой по каждому страховому риску и совокупной страховой премией по договору добровольного страхования) настоящего Указания, размещается в правом верхнем углу первой страницы таблицы и указывается цифрами и прописными буквами на четыре пункта больше кегля шрифта максимального размера из используемых на странице размеров шрифта, а также выделяется полужирным шрифтом и подчеркивается.

Именно с учетом этого требования из Указания при обозначении разницы между страховой суммой по каждому риску и совокупной страховой премией по договору добровольного страхования использовался полужирный шрифт большего размера с применением подчеркивания.

Судом не может быть принят во внимание довод истца о том, что на сайте ответчика, размещена информация о полном возврате страховой премии по окончании срока страхования, поскольку из представленного истцом протокола от 26.02.2025 года осмотра доказательства, составленного временно исполняющей обязанности нотариуса адрес фио - фио, следует, что осмотр страницы с сайта ответчика произведен в отношении договора по программе страхования «Премьер Инвест» со сроком страхования от 3 до 5 лет и возможностью получения ежегодного социального налогового вычета в размере 13%, в то время как между сторонами заключен договор на условиях совершенно иной программы страхования - «Премьер Инвест. Стратегия роста».

Ответчик в ходе судебного разбирательства пояснил, что на сайте для ознакомления также выложен проект (шаблон) договора по программе страхования «Премьер Инвест», который не совпадает с договором по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия роста».

Таким образом, суд не может признать обоснованным довод истца о том, что ответчик на своем сайте целенаправленно распространил недостоверные сведения об условиях программы страхования «Премьер Инвест. Стратегия роста».

В целом, действующее законодательство не закрепляет за страховщиками обязанность выкладывать на своих сайтах информацию и шаблоны по всем без исключения заключаемым договорам.

Суд не может согласиться с утверждением истца о том, что ответчик не произвел истцу приветственный звонок в свободный период.

Несмотря на то, что осуществление приветственного звонка носит рекомендательный характер, ответчиком представлены сведения о том, что в свободный период времени, когда от договора можно было отказаться с полным возвратом перечисленной страховой премии, на номер телефона <***>) страхователя, указанный в договоре страхования, были произведены попытки осуществить приветственный звонок (07.07.2024 года, 08.07.2024 года и 09.07.2024 года).

В ходе судебного разбирательства истец заявил, что соответствующий номер телефона ему не принадлежит.

Соответствующие утверждение суд оценивает критически, поскольку номер телефона указан в договоре страхования, который подписан истцом, при этом истец в период действия договора не обращался к ответчику с письменным заявлением о внесении изменений в договор в связи с тем, что при оформлении договора была допущена ошибка.

Кроме того, этот же номер телефона <***>) был указан истцом при обращении к ответчику с претензией от 18.02.2025 года и с претензией от 20.03.2025 года.

Суд не может согласиться с доводом истца о том, что заболевание в форме миопии - 2 диоптрии препятствовало заключению договора, поскольку миопия или близорукость означает дефект зрения, при котором человек хорошо видит вблизи, но плохо вдали. По степени выраженности к слабой относится миопия до 3-х диоптрий.

Кроме того, по условиям заключенного договора истец в течении свободного периода (14 календарных дней со дня заключения договора страхования), находясь в спокойной обстановке и за пределами территории банка, мог дополнительно изучить условия договора, задать при необходимости интересующие вопросы страховщику и принять решение о досрочном прекращении договора на условиях полного возврата страховой премии.

Суд также учитывает, что истец выступает учредителем ООО «ВИТА ЭСТЕТИК» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) и ООО «ТРИУМ ТРЕЙД» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), а также с 12.11.2009 года и по настоящее время является генеральным директором ООО «МЕЗО РЕАЛ» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), основным видом деятельности которого по ОКВЭД является общая врачебная практика, при этом миопии - 2 диоптрии не препятствует исполнению ФИО1 должностных обязанностей руководителя медицинской организации, утвержденных приказом Минздравсоцразвития России от 23.07.2010 года № 541н «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, раздел «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения»», в том числе обязанностей по утверждению финансового плана, годового отчета и годового бухгалтерского баланса организации.

Суд также не может согласиться с доводом истца о том, что ответчиком было получено неосновательное обогащение.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.

Вместе с тем, при рассмотрении настоящего спора судом не было установлено, что перевод денежных средств в счет оплаты страховой премии был произведен в отсутствие волеизъявления истца на основании заявления, подписанного неуполномоченным на то лицом.

На счет страховщика 26.06.2024 года была перечислена именно страховая премия в размере сумма.

Таким образом, страховая премия, полученная страховщиком, не является неосновательным обогащением.

Судом не может быть принят во внимание довод истца о том, что он не обладал специальным знаниями в области финансовых инструментов, поскольку проверка специальных знаний в рассматриваемом случае не требовалась в соответствии с положениями Закона «Об организации страхового дела в Российской Федерации» от 27.11.1992 года № 4015-1.

В пункте 5 статьи 3 Закона «Об организации страхового дела в Российской Федерации» от 27.11.1992 года № 4015-1 указано, что если условиями договора страхования по виду страхования, указанному в подпункте 1 пункта 1 статьи 32.9 (страхование жизни на случай смерти, дожития до определенного возраста или срока либо наступления иного события) или 3 пункта 1 статьи 32.9 (страхование жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика) настоящего Закона, предусмотрено, что размер страховой суммы и (или) инвестиционного дохода зависит от одного или нескольких обстоятельств, указанных в абзаце втором подпункта 23 пункта 1 статьи 2 Федерального закона от 22.04.1996 года № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг», такой договор может быть заключен с физическим лицом, не являющимся квалифицированным инвестором, только при наличии положительного результата тестирования, проведенного страховщиком в соответствии с пунктами 1 - 4 статьи 51.2-1 Федерального закона от 22.04.1996 года № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг», за исключением случаев, указанных в пункте 8 настоящей статьи.

Из подпункта 1 пункта 8 статьи 3 Закона «Об организации страхового дела в Российской Федерации» от 27.11.1992 года № 4015-1 следует, что договор страхования, указанный в пункте 5 настоящей статьи, может быть заключен с физическим лицом, не являющимся квалифицированным инвестором, без проведения тестирования в соответствии с пунктом 5 настоящей статьи в случае, если условия договора страхования предусматривают единовременную уплату страхователем страховой премии в размере, равном или превышающем сумма.

Размер страховой премии по договору по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия Роста» № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года превышал установленную законом сумму, в связи с чем оспариваемый договор мог быть заключен без подтверждения у истца специальных знаний в области финансов.

Подлежит отклонению довод истца о том, что банк принял на себя обязательства по оспариваемому договору.

В десятом разделе договора страхования содержится положение о том, что страхователь соглашается на использование страховщиком факсимильного воспроизведения печати и подписи, которое признается сторонами аналогом оригинального оттиска и собственноручной подписи. Договор считается заключенным только при наличии на настоящем договоре подлинной или факсимильной подписи и оригинального или факсимильного оттиска печати, а в случае несоблюдения данного условия договор страхования считается незаключенным.

Договор страхования содержит на последней странице печать и подпись генерального директора ответчика.

Из преамбулы договора следует, что договор заключен между страховщиком ООО «РБ Страхование Жизни» и страхователем ФИО1

Печать и подпись генерального директора ответчика также имеются на последней странице приложения № 1 и в приложении № 2 к договору страхования.

Сам по себе факт заверения банком выданного истцу его экземпляра договора во взаимоотношениях сторон ничего не меняет, поскольку факт заверения договора не породил у банка каких-либо самостоятельных прав и обязанностей по сделке, сторонами по которой выступают истец и ответчик.

Оценивая заявление истца о том, что он считал именно банк стороной по договору и что банк принял на себя обязательства, суд не может не отметить, что в ходе судебного разбирательства со стороны истца не представлены документы, свидетельствующие о том, что истец обращался с требованиями в банк об исполнении последним обязательств по договору

Кроме того, уже после окончания договора истец в претензии от 20.03.2025 года требовал от ответчика произвести доплату страхового возмещения до суммы сумма по договору страхования, указывая при этом, что именно ответчик не в полном объеме исполнил обязательства по заключенному межу сторонами договору страхования.

Не нашло подтверждения в ходе судебного разбирательства утверждение истца о том, что банк поставил гербовую печать на договоре.

В статье 4 Федерального конституционного закона от 25.12.2000 года № 2-ФКЗ «О Государственном гербе Российской Федерации» сказано, что государственный герб Российской Федерации помещается на печатях федеральных органов государственной власти, иных государственных органов, организаций и учреждений, на печатях органов, организаций и учреждений независимо от форм собственности, наделенных отдельными государственно-властными полномочиями, а также органов, осуществляющих государственную регистрацию актов гражданского состояния.

Государственный герб Российской Федерации не содержится на печати банка, в связи с чем печать банка нельзя признать гербовой.

При заключении договора по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия Роста» № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года от истца не скрывался факт того, что договор заключен с участием агента.

На последней странице договора страхования, на которой содержится подпись фио, в десятом разделе содержится запись, согласно которой страхователь подтверждает, что ему разъяснено право получить информацию о размере вознаграждения страхового агента.

Указание Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления добровольного страхования жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, к объему и содержанию предоставляемой информации о договоре добровольного страхования жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, а также о форме, способах и порядке предоставления указанной информации» не содержит положений, обязывающих агента представить агентский договор страхователю в случае, если договор страхования оформлен при участии агента.

Материалы гражданского дела не содержат письменных доказательств, свидетельствующих о том, что истец до заключения договора страхования просил агента представить ему возможность ознакомиться и изучить агентский договор и что агент соответствующую просьбу отклонил.

В пункте 1 Указания Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У, в котором перечислены сведения, которые страховщик должен предоставить физическому лицу, имеющему намерение заключить договор добровольного страхования при осуществлении добровольного страхования жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, указано, что страхователю должна быть предоставлена информация о размере агентского вознаграждения, комиссионного вознаграждения и на платежи, связанные с заключением и исполнением договора добровольного страхования, а также информация о том, что размер денежных средств, направленных на обеспечение исполнения обязательств страховщика по выплате страховой суммы и инвестиционного дохода, а также на выплату агентского вознаграждения, комиссионного вознаграждения и на платежи, связанные с заключением и исполнением договора добровольного страхования, в совокупности составляют 100,00 % от суммы премии.

Судом установлено, что соответствующие требования из Указания Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У выполнены, поскольку до заключения договора страхования истец был ознакомлен с письменной информацией о договоре добровольного страхования в форме таблицы, которая содержит как информацию о размере агентского вознаграждения, комиссионного вознаграждения и на платежи, связанные с заключением и исполнением договора добровольного страхования (2,5 %, пункт 6 абзац 1 приложения № 1 к договору страхования), так и информацию о том, что размер денежных средств, направленных на обеспечение исполнения обязательств страховщика по выплате страховой суммы и инвестиционного дохода, а также на выплату агентского вознаграждения, комиссионного вознаграждения и на платежи, связанные с заключением и исполнением договора добровольного страхования, в совокупности составляют 100,00 % от суммы премии (сумма, пункт 6 абзац 2 приложения № 1 к договору страхования).

В материалы гражданского дела представлен агентский договор № 2015-06-ИСЖ-ФЛ от 16.11.2015 года, заключенный между агентом ПАО «Росбанк» (в настоящее время адрес) и принципалом ООО «СОСЬЕТЕ ЖЕНЕРАЛЬ Страхование Жизни».

С 30.09.2022 года ООО «Сосьете Женераль Страхование Жизни» переименовано в ООО «РБ Страхование Жизни», о чем внесены соответствующие изменения в ЕГРЮЛ.

Из п. 7.1. агентского договора следует, что договор считается заключенным с момента его подписания и действует в течение одного года. Действие настоящего договора распространяется на отношения, возникшие между сторонами с 20.07.2015 года. В случае если за 1 (один) месяц до окончания срока действия настоящего Договора ни одна из сторон письменно не заявит о своем желании прекратить действие настоящего договора, то настоящий договор считается продленным на каждый последующий год.

Поскольку за месяц до окончания срока действия агентского договора (20.07.2015 года) ни одна из сторон не заявила о своем желании прекратить действие договора, постольку срок действия договора был продлен.

Агентский договор № 2015-06-ИСЖ-ФЛ от 16.11.2015 года действовал на момент заключения договора по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия Роста» № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года.

В силу пункта 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от имени и за счет принципала, права и обязанности возникают непосредственно у принципала.

Проанализировав условия агентского договора № 2015-06-ИСЖ-ФЛ от 16.11.2015 года, суд не усматривает, что в соответствующем договоре содержатся положения, согласно которым агент согласился по поручению принципала навязывать потребителям страховых услуг заключение договоров страхования на невыгодных для последних договорных условиях.

Наоборот, из пункта 2.1.1. агентского договора № 2015-06-ИСЖ-ФЛ от 16.11.2015 года прямо следует, что по условиям агентского договора агент принял на себя обязательство осуществить поиск и привлечение клиентов, изъявивших желание в добровольном порядке заключить с принципалом договор страхования.

В соответствии с пунктом 2.1.3. агентского договора № 2015-06-ИСЖ-ФЛ от 16.11.2015 года агент обязан до момента заключения договора страхования сообщать клиентам потенциальным страхователям сведения о принципале, предусмотренные законодательством Российской Федерации, и его деятельности, (в т.ч. включая, но не ограничиваясь: сведения о его фирменном наименовании, месте его нахождения, режиме работы, виде деятельности, номере лицензии, сроке ее действия и выдавшем органе), и информацию о страховой услуге, разъяснять положения, содержащиеся в правилах страхования и договоре страхования, в т.ч. (включая, но не ограничиваясь) о размере страховой премии по договору страхования, об условиях ее оплаты и последствиях неуплаты (неполной) уплаты, о страховых случаях и исключениях из страхования, о страховой сумме, о порядке определения размера страховой выплаты, о максимальных размерах страховых выплат, о порядке расчета выкупной суммы, о порядке расчета инвестиционного дохода, способах его начисления и об изменении его размера.

На основании пункта 2.1.4. агентского договора № 2015-06-ИСЖ-ФЛ от 16.11.2015 года агент должен осуществить прием документов / сбор сведений, необходимых для заключения договоров страхования, а в силу пункта 2.1.5. агентского договора подготовить и оформить договоры страхования, вручить подписанные принципалом договоры страхования страхователям с обязательным получением подписей страхователей в договорах страхования.

Из пункта 2.1.6. агентского договора № 2015-06-ИСЖ-ФЛ от 16.11.2015 года следует, что агент в соответствии со сведениями, предоставленными страхователями, контролирует правильность заполнения и подписания страхователями документов, необходимых для заключения договора страхования, а также иные документы, являющиеся неотъемлемой частью договора страхования и (или) подлежащие вручению страхователю в соответствии с указаниями принципала.

Указанное означает, что взаимосвязанные положения агентского договора исключают возможность оформления такого договора страхования, при заключении которого не было волеизъявления страхователя и который не подписан страхователем собственноручно.

Суд также не может принять во внимание довод истца о том, что условия заключенного договора не соответствовали устным заверениям сотрудника банка, поскольку действующим законодательством определено, что договор банковского вклада и договор добровольного страхования должны быть заключены исключительно в письменной форме (пункт 1 статьи 836 и пункт 1 статьи 940 Гражданского кодекса Российской Федерации), а несоблюдение письменной формы влечет недействительность каждого из таких договоров (пункт 2 статьи 836 и пункт 1 статьи 940 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оспариваемый истцом договор заключен в письменной форме и содержит все существенные условия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации.

Суд не может согласиться с утверждением истца о том, что договор составлен с применением мелкого шрифта.

На момент заключения договора страхования действовал «Базовый стандарт защиты прав и интересов физических и юридических лиц - получателей финансовых услуг, оказываемых членами саморегулируемых организаций, объединяющих страховые организации и иностранные страховые организации», утвержденный Банком России (протокол № КФНП-26 от 03.08.2023 года).

Из подпункта 6 пункта 2.2. Базового стандарта следует, что информация, подлежащая раскрытию страховщиком в соответствии со стандартом и законодательством Российской Федерации, доводится до получателей страховых услуг в соответствии со следующим принципом: в случае предоставления информации на бумажном носителе информация излагается с использованием удобочитаемых шрифтов, форматов и в соответствии с Санитарными правилами и нормами СанПиН «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания», утвержденными постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 28.01.2021 года № 2 (в части требований к изданиям книжным, журнальным и газетным для взрослых).

Указанный СанПин в отношении изданий книжных, журнальных и газетных для взрослых позволяет использовать шрифты 7-10 размеров.

В пункте 3 Указания Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У указано, что информация о договоре добровольного страхования, предусмотренная пунктом 1 настоящего Указания, за исключением информации, предусмотренной абзацем третьим подпункта 1.6, подпунктами 1.10 и 1.13 пункта 1 настоящего Указания, должна быть предоставлена страховщиком получателю страховых услуг при заключении договора добровольного страхования в виде таблицы по форме приложения 1 к настоящему Указанию (далее - таблица). Таблица должна быть подписана сторонами договора добровольного страхования и является неотъемлемой частью такого договора.

Таблица и приложения к таблице оформляются в соответствии с требованиями национального стандарта Российской Федерации ГОСТ Р 7.0.97-2016 «Национальный стандарт Российской Федерации. Система стандартов по информации, библиотечному и издательскому делу. Организационно-распорядительная документация. Требования к оформлению документов», утвержденного приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 08.12.2016 года № 2004-ст «Об утверждении национального стандарта Российской Федерации» (М., ФГУП «Стандартинформ», 2017). Таблица по объему не должна превышать четырех печатных страниц без учета приложений к таблице, предусмотренных абзацем вторым настоящего пункта.

Таким образом, в пункте 3 Указания Банка России от 05.10.2021 года № 5968-У предусмотрено, что ГОСТ Р 7.0.97-2016 применяется в отношении информации о договоре добровольного страхования, предусмотренной пунктом 1 Указания, которая предоставляется страховщиком получателю страховых услуг при заключении договора добровольного страхования в виде таблицы по форме приложения 1 к Указанию.

Согласно пункта 3.3. ГОСТ Р 7.0.97-2016, для создания документов необходимо использовать свободно распространяемые бесплатные шрифты. Для оформления документов рекомендуется использовать размеры шрифтов № 12, 13, 14. При составлении таблиц допускается использовать шрифты меньших размеров.

Поскольку информации о договоре добровольного страхования, предусмотренная пунктом 1 Указания, предоставляется именно в виде таблицы, постольку в соответствии с ГОСТ Р 7.0.97-2016 для таблиц можно использовать размеры шрифтов меньших размеров.

Кроме того, суд учитывает, что требования к шрифтам для договоров страхования определены Банком России, в то время как ФИО1 в 2025 году обращался с жалобой в Службу по защите прав потребителей и обеспечению доступности финансовых услуг Банка России.

Вместе с тем, суду не представлено доказательств того, что Банк России в отношении ответчика выносил предписания или привлекал ответчика к административной ответственности за нарушение норм страхового законодательства, в том числе за ненадлежащее оформление договора страхования, выразившееся в применении в договоре шрифта, размеры которого не соответствуют утвержденным Банком стандартам.

Истцом заявлено ходатайство о фальсификации документа под названием «информация, предоставляемая кредитной организации, действующей от имени страховой организации, иностранной страховой организации при заключении с физическим лицом договора добровольного страхования жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика».

В отношении указанного документа истцом также заявлено ходатайство о проведении судебной почерковедческой экспертизы.

Ходатайство о фальсификации, а также ходатайство о проведении судебной почерковедческой экспертизы судом рассмотрены и оставлены без удовлетворения, поскольку, согласно уточненным исковым требованиям, истец просит признать недействительным именно договор инвестиционного страхования жизни № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года, в то время как документ, в отношении которого заявлено о фальсификации и о поведении экспертизы, не является ни самим договором, ни приложением к нему. Ответчиком в материалы гражданского дела представлен оригинал договора страхования вместе с приложениями, подписи и расшифровки подписей в которых истец не стал оспаривать.

Ответчиком также заявлено о пропуске срока исковой давности.

В силу пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Согласно пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Срок исковой давности по оспоримым сделкам начинает течь с момента прекращения угроз, получения истцом сведений, по поводу которых он заблуждался или был обманут, а, учитывая, что договор подписан лично истцом, с момента подписания договора, когда истцу стали известны все условия оспариваемой сделки.

Из материалов гражданского дела достоверно следует, что о заключении договора страхования на определенных условиях истцу стало известно в день заключения данного договора, т.е. 26.06.2024 года, когда истцом была оплачена страховая премия и получен полный пакет документов, с которыми истец мог ознакомиться в домашних условиях.

Таким образом, с 11.06.2024 года истцу было известно о правовой природе договора, и до истца была доведена вся необходимая информация о договоре, в том числе о возможности отказаться от договора страхования в течение 14 календарных дней с даты заключения договора страхования.

Поскольку договор страхования, заключенный с истцом, по основаниям, заявленным ФИО1, является оспоримой сделкой, то срок исковой давности по оспариванию такого договора в силу пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет один год.

Дата начала страхования приходится на 26.06.2024 года, следовательно, срок исковой давности по требованию о признании недействительным договора по программе страхования «Премьер Инвест. Стратегия Роста» № PR-9675-057424 от 26.06.2024 года истек 27.06.2025 года.

Исковое заявление в суд подано по истечении годичного срока исковой давности.

Ходатайство о восстановлении пропущенного срока суду заявлено не было.

При изложенных обстоятельствах суд отказывает истцу в удовлетворении иска к ответчику в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «РБ Страхование жизни» – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Тимирязевский районный суд адрес.

Решение изготовлено в окончательной форме 27.04.2026.

Судья М.А. Макляк