Апелляционное постановление № 10-4/2020 от 8 ноября 2020 г. по делу № 10-4/2020

Дело № 10-4/2020

№ 60MS035-01-2018-001943-42


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

гор. Великие Луки 09 ноября 2020 года

Великолукский городской суд Псковской области в составе:

председательствующего судьи Боровского Р.М.,

при секретарях судебного заседания Невлениновой А.И., Дементьевой Н.Н.,

с участием государственного обвинителя Прокофьевой Н.В.,

осужденной ФИО1,

ее защитников:

– адвоката Великолукского городского филиала Псковской областной коллегии адвокатов Миронова С.В., представившего ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

- ФИО37, допущенного к участию в деле в соответствии с положениями ч. 2 ст. 49 УПК РФ,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденной ФИО1 на приговор мирового судьи судебного участка № 35 в границах административно-территориального образования «город Великие Луки» Псковской области от 16.12.2019, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>, гражданка РФ, имеющая высшее образование, замужняя, иждивенцев не имеющая, не военнообязанная, пенсионерка, зарегистрированная и проживающая по адресу: <адрес>, не судимая, под стражей не содержавшаяся,

признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 290 УК РФ и осуждена к наказанию в виде штрафа в размере 50 000 рублей с лишением права занимать должности в государственных и муниципальных бюджетных учреждениях здравоохранения, предусматривающих выдачу листков нетрудоспособности на срок 2 года; на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ освобождена от отбывания назначенного наказания и уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности уголовного преследования; по делу разрешена судьба вещественных доказательств,

У С Т А Н О В И Л:

Приговором мирового судьи судебного участка № 35 в границах административно-территориального образования «город Великие Луки» Псковской области от 16.12.2019 ФИО1 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 290 УК РФ, а именно в получении должностным лицом лично взятки в виде денег за совершение действия в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Уголовное дело рассмотрено в общем порядке судебного разбирательства.

В ходе предварительного следствия, а также в судебном заседании ФИО1 свою вину в совершении преступления не признала.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 просит отменить приговор суда, как незаконный, и вынести оправдательный приговор, поскольку:

- выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, так как в материалах дела нет ни одного документа либо достоверного свидетельского показания о том, что она когда-либо и кому-либо необоснованно выдавала больничные листвы, а ФИО8, имеющий органическое поражение центральной нервной системы с паранойяльным изменением личности, длительное время злоупотреблявший алкогольными напитками, находившейся в психиатрических клиниках, привлекавшийся к административной и уголовной ответственности, является провокатором, оказывал на нее давление, чтобы получить листок нетрудоспособности и не приходить на вторичный прием к врачу, при этом преследовал личные интересы в проведении в отношении нее провокации взятки, посредством которой хотел привлечь к уголовной ответственности свою бывшую сожительницу ФИО9;

- судом вынесен обвинительный приговор на основе только субъективных оценок неоднократно менявшихся показаний свидетелей стороны обвинения, при этом не учтены стабильные и правдивые показания свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО29;

- в материалах дела отсутствуют основания для проведения в отношении нее оперативно-розыскного мероприятия «Оперативный эксперимент» - дачи взятки, и в отношении нее сотрудниками правоохранительных органов совершена провокация взятки, при этом деньги, положенные ФИО8 ей на стол, она не брала, не распоряжалась ими;

- так как ей предъявлено обвинение в совершении преступления небольшой тяжести, проведение в отношении нее оперативно-розыскного мероприятия «ПТП» незаконно, нарушает требования ч. 1 ст. 186 УПК РФ, а также ее право на защиту при обращении к адвокату за квалифицированной юридической помощью;

- доказательства, полученные с нарушением закона в результате проведения оперативно-розыскного мероприятия «ПТП» не могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и ее разговор с дочерью по телефону о предполагаемой позиции защиты, возможных показаниях, обстоятельствах проведения в отношении нее оперативно-розыскного мероприятия, состоявшийся после перенесенного стресса и приема лекарственных средств;

- рассекречивание материалов оперативно-розыскного мероприятия «ПТП» произведено с нарушением процессуального закона;

- умысла корыстной заинтересованности в получении взятки в ее действиях не было;

- судом допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона, а именно нарушено право на проведение предварительного слушания при наличии соответствующего ходатайства;

- нарушено право на подготовку к судебному заседанию при несвоевременном получении судебной повестки, менее чем за 5 суток до начала судебного разбирательства;

- председательствующим, в нарушение ст. 262 УПК РФ, не установлена причина неявки в суд основных свидетелей;

- суд отказал в видеосъемке судебного заседания корреспонденту 1-го ТВ канала программы «Человек и Закон», тем самым нарушив ее права на гласность при рассмотрении уголовного дела в открытом судебном заседании;

- судом нарушен принцип равноправия сторон, систематически предоставляя возможность стороне обвинения подготавливать свидетелей стороны обвинения к допросам в суде, как вне здания суда, так и в здании, в судебном заседании с целью дачи последними не правдивых показаний;

- судом необоснованно отказывалось в удовлетворении ходатайств стороны защиты, в том числе о предъявлении свидетелям для ознакомления материалов дела, при этом предоставляя возможность стороне обвинения знакомить свидетелей с процессуальными документами, отношения к которым они не имели;

- действиями председательствующего допущена волокита при рассмотрении уголовного дела;

- судом предъявлены требования к стороне защиты представить письменный список документов, которые в последующем должны были быть предъявлены в качестве доказательств, при этом подобного рода требования к стороне обвинения не предъявлялись;

- судом нарушен принцип независимости суда, поскольку позиция суда и обвинения была согласована, фактически судья зависел от гособвинителя;

- судебное следствие завершено без допроса подсудимой;

- нарушено право на защиту в суде, а именно ДД.ММ.ГГГГ судом рассмотрен самоотвод защитника ФИО13, однако не смотря на возражения подсудимой, самоотвод был удовлетворен, а судья не представил возможности подсудимой выяснить отношения с адвокатом, самоотвод фактически лишил ее адвоката;

- назначенный по решению суда защитник ФИО14 вела себя в суде пассивно, в связи с чем она заявила данному адвокату отвод, однако суд отказал в отводе и продолжил заседание с участием ФИО14, чем лишил ее квалифицированной защиты;

- нарушены принципы справедливости и беспристрастности суда, так как судья Васенков С.Н. вел процесс с обвинительным уклоном, блокировал заявленные ходатайства о назначении экспертиз, решения принимал в нарушение закона прямо в зале судебного заседания;

- ходатайство о признании недопустимым доказательством протокола допроса свидетеля ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ судья не разрешил;

- приговор суда изготовлен с существенными нарушениями норм УПК РФ, а именно, в нарушение п. 3 ст. 304 УПК РФ в приговоре не указан участвовавший в заседании ДД.ММ.ГГГГ гособвинитель ФИО16;

- в приговоре нет ссылки на вынесенные судьей 2 частных определения;

- приговор создан сугубо с обвинительным уклоном, нарушены принципы равноправия сторон, всестороннего и объективного рассмотрения дела, принцип независимости от гособвинителя и беспристрастности по отношению к подсудимой и ее защите, приговор не справедливый;

- протокол судебного заседания изготовлен с грубыми нарушениями норм УПК РФ, так как не обеспечена полнота заполнения протокола, что видно по объему замечаний на протокол (в качестве примера может служить наличие 27 листов допроса ФИО8 в заседании ДД.ММ.ГГГГ и 14 листов с большей продолжительностью времени в заседаниях ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ;

- в протокол не внесены не только отдельные слова, но и большие блоки вопросов стороны защиты, в частности, в протокол от ДД.ММ.ГГГГ не включены вопросы гособвинителя ФИО17 к свидетелю ФИО8, не отражено заявление защитника ФИО37 о производстве аудиозаписи на диктофон, в протоколе не представлены поручения, на основании которых сторону обвинения представляли ФИО45 и ФИО17, искажены отдельные слова, вопросы и ответы на них, изменены смысловые выражения, что отражено в замечаниях на протокол;

- описательно-мотивировочная часть приговора изготовлена с нарушением закона, так как свидетель ФИО8 не являлся сотрудником ООО «<данные изъяты>», а сведения, представленные свидетелем о трудоустройстве являются ложными, однако внесены в приговор;

- в описании преступного деяния формулировка обвинения, как «реализуя свой преступный умысел из корыстной заинтересованности с целью личного обогащения получила лично от ФИО8 взятку-благодарность путем взятия положенных им на стол денег», является необоснованной, не справедливой и искажающей фактические события;

- в описании преступного деяния указано, что ФИО1 «по существу» отказалась от дачи показаний, хотя она заявляла ходатайство на заседаниях от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ о том, что желает дать показания после предъявления всех доказательств стороной защиты, однако судья объявил ДД.ММ.ГГГГ об окончании судебного следствия и тем самым лишил ее возможности дать показания;

- доказательства вины, приведенные в приговоре, субъективны и основаны на ложных показаниях свидетелей обвинения – ФИО46., ФИО47, ФИО18, ФИО27, ФИО23, ФИО24, ФИО8, свидетеля под псевдонимом «<данные изъяты>», ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22;

- ряд исследованных в суде письменных доказательств является недопустимым и подлежит исключению из материалов дела;

- резолютивная часть приговора представляет собой измышления судьи Васенкова С.Н. в разрезе проведенного с обвинительным уклоном судебного процесса;

- судья Васенков С.Н. вынес обвинительный приговор, не разрешив ходатайство подсудимой о признании недопустимым доказательством протокола допроса свидетеля ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ, признанного следственными органами и прокуратурой фальсифицированным;

- в приговоре мировой судья сослался на имеющуюся в распоряжении ОЭБ и ПК информацию о выдачи подсудимой за взятки необоснованных листков нетрудоспособности гражданам, однако в деле не имеется никаких доказательств о наличии такой информации, ОРМ «оперативный эксперимент» проведено без наличия на то оснований;

- свидетель ФИО8 был заинтересован в совершении провокации взятки, так как руководствовался чувством мести по отношению к своей бывшей сожительнице ФИО9, которую хотел привлечь к уголовной ответственности за дачу взяток;

- свидетель ФИО8, понятые ФИО23 и ФИО24 знакомы с сотрудниками полиции и их показаниям доверять нельзя;

- суд необоснованно отказал в истребовании сведений о телефонных переговорах свидетелей со стороны обвинения, что могло подтвердить их постоянную связь между собой;

- судом необоснованно отклонено ходатайство о запросе в СО уголовного дела, возбужденного по инициативе ФИО8 в отношении ФИО9 отклонялись вопросы данным свидетелям, что не позволило объективно установить наличие провокации взятки;

-судом не предлагалось свидетелю ФИО8 пройти добровольно психиатрическую экспертизу;

- в приговоре судьей сделан ложный вывод о ненахождении понятых ФИО23 и ФИО24 в состоянии алкогольного опьянения;

- судом не установлено, были ли в стопке денежных купюр 2 000 рублей, изъятых со стола медсестры ФИО29;

- в действиях подсудимой не было умысла на совершение корыстного преступления, видеофонограммой преднамеренность действий, в том числе, совершение корыстного преступления, не зафиксированы, что подтверждается заключением эксперта ФИО25;

- в суде была исследована неизвестно какая копия видеофонограммы ОРМ «оперативный эксперимент», ни один из свидетелей не мог утверждать, что видеофонограмма отражает все события в полном объеме, их показания субъективны;

- изготовленные сотрудником ОЭБ и ПК ОМВД РФ по г. Великие Луки ФИО46 акт единоличного просмотра видеозаписи от ДД.ММ.ГГГГ без участия лица, осуществлявшего эту запись, и акт оперативного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ - являются недопустимыми доказательствами, как документы, искажающие реальные факты создания и изменения электронного файла, признание данной видеофонограммы вещественным доказательством произведено с грубыми нарушениями закона;

- судом не исследованы всесторонне и объективно все доказательства по делу;

- судом в нарушение требований ч. 7 ст. 259 УПК РФ не представлен протокол судебного заседания, замечания на протокол вынуждена составлять по фотокопиям;

Таким образом, считает, что приговор мирового судьи судебного участка № 35 в границах административно-территориального образования «город Великие Луки» Псковской области от 16.12.2019 является необоснованным и несправедливым, подлежащем отмене ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а также в связи с нарушением норм УПК РФ. Просит вынести в отношении нее оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Прокофьева Н.В. находит приговор законным, обоснованным, справедливым.

Согласно ч. 1 ст. 389.19 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалобы, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Выслушав выступления ФИО1, ее защитников ФИО37, Миронова С.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, государственного обвинителя Прокофьеву Н.В., проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции находит приговор мирового судьи судебного участка № 35 в границах административно-территориального образования «город Великие Луки» Псковской области от 16.12.2019 законным, обоснованным и справедливым и не усматривает оснований для его отмены или изменения.

Как видно из материалов уголовного дела, органами следствия при производстве предварительного расследования и судом при рассмотрении дела в судебном заседании нарушений закона, влекущих отмену приговора и влияющих на постановление законного, обоснованного и справедливого решения, допущено не было. Дело расследовано и рассмотрено объективно и в соответствии с законом. Каких-либо нарушений требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения, исключающих возможность постановления судом приговора, органами предварительного следствия не допущено.

Выводы суда о виновности ФИО1 в преступных действиях, за которые она осуждена, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре показаниях свидетелей ФИО8, ФИО46., ФИО47 ФИО18, ФИО27, ФИО24, ФИО23, ФИО10, материалах оперативно-розыскных мероприятий «оперативный эксперимент», «прослушивание телефонных переговоров», проведенных на основании имевшейся информации о получении взятки, и иных доказательствах по уголовному делу, получивших объективную оценку суда в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в своей совокупности – достаточности для разрешения данного дела по существу.

Проверив обоснованность предъявленного ФИО1 обвинения, которое подтверждено собранными по делу доказательствами, мировой судья правильно квалифицировал ее действия по ч. 1 ст. 290 УК РФ, как получение должностным лицом лично взятки в виде денег за совершение действия в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции не допущено.

При назначении наказания мировым судьей, исходя из положений ст. 6, 60 УК РФ, в полной мере учтены характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства, смягчающие наказание, данные о личности подсудимой, влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия ее жизни и семьи, на достижение такой цели наказания, как предупреждение совершения новых преступлений. Так, судом первой инстанции указано, что ФИО1 совершила преступление небольшой тяжести с прямым умыслом, не судима, по месту прежней работы характеризуется положительно, на учете у врача-нарколога не состоит, в психоневрологическом отделении не наблюдается, на лечении в ГБУЗ ПО «Псковская областная психиатрическая больница № 2» не находилась. В качестве смягчающих наказание обстоятельств, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд первой инстанции обоснованно признал возраст подсудимой и состояние ее здоровья.

Учитывая данные обстоятельства, характер и степень общественной опасности содеянного, суд первой инстанции мотивированно назначил ФИО1 наказание в виде штрафа с лишением права занимать должности в государственных и муниципальных бюджетных учреждениях здравоохранения, предусматривающие выдачу листков нетрудоспособности, обоснованно не усмотрев возможности применения ст. 64 УК РФ и ст.73 УК РФ. Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что назначенное наказание является справедливым, соответствует тяжести содеянного и данным о ее личности. Таким образом, оснований для изменения ФИО1 назначенного наказания не имеется. Кроме того, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об освобождении ФИО1 от отбывания назначенного наказания и уголовной ответственности за данное преступление в связи с истечением сроков давности за данное преступление в соответствии с требованиями п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Доводы ФИО1 о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, суд апелляционной инстанции находит не состоятельными. Оснований не доверять приведенным в приговоре показаниям свидетелей, не имеется. Доказательств надуманности их показаний, а также данных об оговоре свидетелями ФИО1, заинтересованности в исходе дела, в судебном заседании не установлено. Выявленные в ходе судебного заседания неточности и незначительные противоречия, связанные с давностью произошедших событий, судом первой инстанции полностью устранены. Виновность ФИО1 установлена совокупностью полно и всесторонне исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств.

Так, свидетель ФИО8 показал, что с ДД.ММ.ГГГГ он обладал информацией о том, что врач невролог поликлиники № ФИО1 берет взятки за выдачу больничных листков из расчета <данные изъяты> рублей за 1 день. С целью пресечения ее деятельности ДД.ММ.ГГГГ он взял талончик к ней на прием и явился в отдел полиции по борьбе с экономическими преступлениями. Знал, что с имеющимися у него диагнозами (бессонница и склероз) больничный не дают, но был уверен, что если сообщит ФИО1, что он от ФИО9 (от которой и знал о взятках), то за деньги та даст ему больничный. Сотрудник ОЭБ ФИО46 организовал ДД.ММ.ГГГГ проведение оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент», в ходе которого он уточнил у ФИО1, сколько нужно денег, та ответила: «тысяча», и он положил ей на стол актированные <данные изъяты> рублей за период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, т.е. за <данные изъяты> дней нетрудоспособности. Получив больничный, он вышел из кабинета и подал условный знак ФИО46

Из показаний свидетеля ФИО46, старшего оперуполномоченного ОЭБ и ПК ОМВД России по г. Великие Луки, следует, что за 10 дней до ДД.ММ.ГГГГ в ОБЭП поступила информация о том, что ФИО1 выписывает больничные листы за денежное вознаграждение, фактически вымогает взятки. Сумма за <данные изъяты> дней составляла <данные изъяты> рублей. Данная информация была проверена и нашла подтверждение. Было принято решение о проведении дальнейших ОРМ в отношении ФИО1 Затем в подразделение БЭП обратился ФИО8, который сообщил, что у него имеется талон к врачу и он собирается брать больничный на 2 недели из расчета по <данные изъяты> рублей за 1 день. На предложение поучаствовать в ОРМ он согласился. В качестве незаинтересованных граждан для участия в ОРМ сотрудниками полиции привлечены ФИО24 и ФИО23 С участием ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ организовано ОРМ «оперативный эксперимент», в ходе которого ФИО1 выписала ему больничный и взяла актированные <данные изъяты> рублей, <данные изъяты> рублей из которых передала своей медсестре ФИО2.

Из показаний сотрудников ОЭБ и ПК ОМВД России по г. Великие Луки ФИО47 и ФИО18 следует, что ДД.ММ.ГГГГ они находились в поликлинике № ГБУЗ «<данные изъяты>», где их коллега ФИО46 проводил оперативный эксперимент с участием ФИО8 в отношении врача-невролога ФИО1 Они видели, что в коридоре находились также незаинтересованные лица ФИО24 и ФИО23, привлеченные ФИО46 к участию в данном мероприятии. После выхода ФИО8 из кабинета ФИО1 и подачи им условного знака ФИО46 о передаче денег, они участвовали в проведении осмотра места происшествия. На рабочем столе у ФИО1 была обнаружена часть актированных денег в сумме 13000 рублей, вторую часть актированных денег выдала медсестра ФИО2, которая пояснила, что это деньги предназначены для коллеги. Во время осмотра в кабинет заходила медработник ФИО59, несколько раз заглядывали какие-то люди.

Свидетель ФИО27 подтвердил факт своего участия и применение фотографирования в период с 13 час 30 мин. ДД.ММ.ГГГГ при осмотре места происшествия и изъятия актированных денег в каб.№ поликлиники № у врача невролога ФИО1

Свидетели ФИО24 и ФИО23 дали подробные показания об обстоятельствах участия ДД.ММ.ГГГГ в оперативно-розыскном мероприятии «оперативный эксперимент» и в осмотре места происшествия – каб. № поликлиники №. В судебном заседании они показали, что досмотр и выдача актированных денег, специального технического средства ФИО8, происходили в их присутствии. Эти же актированные деньги были изъяты в кабинете ФИО1, при этом часть их, в сумме 13000 рублей, находилась на столе у ФИО3, а часть, в сумме 2000 рублей, выдала медсестра ФИО29

Также суд апелляционной инстанции находит несостоятельными доводы ФИО1 об отсутствии оснований для проведения в отношении нее оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» и наличии со стороны правоохранительных органов провокации взятки. В соответствии со ст. 2 ФЗ от 12.08.1995 N 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» задачей оперативно-розыскной деятельности является, в том числе выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, а также выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших.

Согласно ст. 5 ФЗ от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» органам, осуществляющим ОРД, запрещается подстрекать, склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершению противоправных действий (провокация).

По смыслу закона (ст. 4 ФЗ от 12.08.1995 N 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности») тактика ОРД находится в исключительной компетенции органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность.

В соответствии с показаниями ФИО46., информация о выдаче ФИО1 больничных листов за денежное вознаграждение поступила в органы полиции за 10 дней до ДД.ММ.ГГГГ, то есть до дня проведения оперативно-розыскного мероприятия. Данная информация была проверена и нашла подтверждение, в связи с чем было принято решение о проведении дальнейших оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО1 После данных событий в подразделение БЭП обратился ФИО8, с участием которого организовано и проведено оперативно-розыскное мероприятие «оперативный эксперимент».

Данные показания свидетеля согласуются с иными, учтенными судом первой инстанции доказательствами, в частности, с показаниями ФИО8, указавшего в суде, что в ДД.ММ.ГГГГ году от ФИО9 ему стало известно, что врач невролог ФИО1 берет взятки за выдачу больничных листков. ФИО9 носила врачу ФИО1 за больничные листки деньги, ягоды, коньяк. В ДД.ММ.ГГГГ году, когда он еще жил со ФИО9 они собирались съездить за границу, в связи с чем он намеревался взять больничный, и тогда ФИО9 «инструктировала» его, говорила, что больничный у ФИО4 стоит 1 000 рублей в день, что она сразу деньги не берет, «ломается», но потом берет.

Показаниям свидетеля ФИО9 (ранее ФИО9), которая факт сообщения ФИО8 сведений о противозаконной деятельности врача ФИО1 отрицала, судом первой инстанции дана мотивированная оценка, как не соответствующим действительности в силу наличия неприязненных отношений с ФИО8

Факт наличия у оперативного подразделения информации о причастности ФИО1 к совершению тяжких преступлений до проведения ДД.ММ.ГГГГ оперативного эксперимента подтверждается вынесением ДД.ММ.ГГГГ на основании предоставленных материалов ОРД судьей постановления об ограничении конституционных прав ФИО1

Таким образом, имеющиеся доказательства указывают на наличие у оперативных сотрудников сведений о совершении должностным лицом тяжкого преступления, что в соответствии с требованиями действующего законодательства позволяло сотрудникам полиции организовать проведение оперативно-розыскных мероприятий «оперативный эксперимент» и «прослушивание телефонных переговоров».

Факт последующей переквалификации тяжкого преступления (ч. 3 ст. 290 УК РФ) на преступление небольшой тяжести (ч. 1 ст. 290 УК РФ) не свидетельствует о незаконности действий оперативных сотрудников полиции, поскольку на момент проведения оперативного эксперимента объективных сведений о наличии медицинских показаний к выдаче больничного листка ФИО8, у сотрудников правоохранительных органов не имелось.

В соответствии с п. 8 Пленума ВС РФ от 09.07.2013 № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», ответственность за получение, дачу взятки, посредничество во взяточничестве наступает независимо от времени получения должностным лицом взятки - до или после совершения им действий (бездействия) по службе в пользу взяткодателя или представляемых им лиц, а также независимо от того, были ли указанные действия (бездействие) заранее обусловлены взяткой или договоренностью с должностным лицом о передаче за их совершение взятки.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что условия проведения оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» сотрудниками полиции соблюдены, поскольку у них имелась оперативная информация о совершении ФИО1 тяжкого преступления (ч. 3 ст. 290 УК РФ). Постановление руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность о проведении оперативно-розыскного мероприятия, на основании которого реализован «оперативный эксперимент», соответствует требованиям закона.

По смыслу закона, полицейская провокация имеет место в случае, если намерение совершить преступление у лица возникает в результате вмешательства правоохранительных органов. При этом не может считаться провокацией, созданная в результате оперативно-розыскной деятельности ситуация, когда подозреваемое лицо не было лишено альтернативы выбора преступного и непреступного поведения. Согласно материалам дела у ФИО1 была альтернатива выбора такого поведения. Так, она могла выдать ФИО8 больничный, не принять от него денежное вознаграждение, настоять на его явке к ней ДД.ММ.ГГГГ. Однако ФИО1 приняла деньги от ФИО8 и после его ухода из кабинета незамедлительно поделила их, оставив себе 13 000 рублей, а 2 000 рублей передала медсестре ФИО29

Этот факт подтвержден конкретными материалами уголовного дела: протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ – каб. №, где зафиксировано изъятие части денег у ФИО1, а части у ФИО29, материалами оперативно-розыскной деятельности (постановлениями о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности – диска №, диска № с результатами оперативно-розыскных мероприятий «оперативный эксперимент», «прослушивание телефонных переговоров»), протоколом осмотра и прослушивания фонограммы на дисках № № №, где зафиксированы реплики ФИО1 в ее разговоре с ФИО8, реплики в разговоре со своей дочерью о том, что она передала часть денег ФИО29 (медсестре ФИО29).

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что до начала осуществления оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» в отношении ФИО1 в распоряжении сотрудников ОЭБ и ПК ОМВД России по г. Великие Луки имелась информация о последней, как о враче, принимающим взятки, которая в соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 7 Федерального закона № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», давала основания для проведения оперативного эксперимента. Преступный умысел сформировался у ФИО1 ещё до производства оперативно-розыскных мероприятий, то есть независимо от деятельности оперативных сотрудников. Обладая оперативными данными о противоправной деятельности ФИО1, сотрудники ОЭБ и ПК ОМВД России по г. Великие Луки приняли обоснованное решение о проведении в отношении неё оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент». Гражданин ФИО8 добровольно изъявил желание оказать помощь в изобличении противоправной деятельности ФИО1

Фактов, свидетельствующих о провокационном характере действий сотрудников правоохранительных органов, судом первой инстанции не установлено. С такой позицией мирового судьи соглашается и суд апелляционной инстанции.

Утверждение защитника ФИО37 о провокационном характере оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент», поскольку ФИО8 не являлся сотрудником <данные изъяты>», что подтверждается наличием двух противоречивых ответов руководителя <данные изъяты>» на его запросы, согласно одному из которых ФИО8 в данной организации не работал, а в соответствии с поступившим позже ответом – был трудоустроен в <данные изъяты>» в качестве стажера, является его субъективной оценкой и опровергается совокупностью собранных по уголовному делу доказательств, в том числе и данными в судебном заседании суда первой инстанции показаниями самого свидетеля ФИО8, согласно которым в период инкриминируемого ФИО1 преступления он работал в <данные изъяты>». Мотивированная оценка показаниям свидетеля ФИО8 дана судом первой инстанции в итоговом решении по существу уголовного дела.

Доводы стороны защиты о нарушении сотрудниками полиции Федерального закона № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» в части организации проведении оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО1 и фиксации результатов оперативно-розыскных мероприятий, судом признаны не состоятельными и не обоснованными. Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оперативно-розыскные мероприятия осуществлялись для решения задач, определенных в статье 2 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», при наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных соответственно ст.ст. 7, 8 указанного закона. Их результаты предоставлены следствию в соответствии с положениями «Инструкции о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд» от 27.09.2013, и закреплены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, объективно фиксируя отраженные в них данные, тем самым, как отвечающие требованиям, предъявляемым к доказательствам УПК РФ, использованы судом в качестве допустимых доказательств.

Нарушений уголовно-процессуального закона при предоставлении в мировой суд постановления судьи ФИО31 об ограничении конституционных прав ФИО1 по прослушиванию ее телефонных переговоров не имеется. Процедура предоставления рассекреченного постановления в суд соблюдена, нарушений требований ст. 89 УПК РФ не допущено. В судебное заседание предоставлен оригинал постановления судьи ФИО31 № от ДД.ММ.ГГГГ.

Доводы о незаконности проведения оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» после ДД.ММ.ГГГГ по причине нарушения права на защиту, также не состоятельны.

Как результат оперативно-розыскной деятельности, органу предварительного следствия предоставлен диск, содержащий аудиозапись телефонного разговора ФИО1 с ее дочерью, не имеющего отношения к адвокатской тайне.

Согласно ФЗ от 31.05.2002 N 63-ФЗ (ред. от 02.12.2019) «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокатская тайна – это любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю. Таким образом, сведения, сообщаемые доверителем не адвокату, а третьим лицам, к предмету адвокатской тайны не относятся.

Кроме того, не состоятельны доводы ФИО1 в части нарушения права на проведение предварительного слушания при наличии соответствующего ходатайства.

Как следует из материалов дела, копия обвинительного заключения ФИО1 вручена ДД.ММ.ГГГГ. Обвиняемая ФИО1 после ознакомления с материалами уголовного дела ДД.ММ.ГГГГ, то есть в течение трех суток со дня получения копии обвинительного заключения, заявила ходатайство о проведении предварительного слушания в связи с необходимостью решения вопроса об исключении из материалов дела недопустимых доказательств и прекращении в отношении нее уголовного дела. Судьей Великолукского городского суда Псковской области ФИО33 ДД.ММ.ГГГГ назначено предварительное слушание на ДД.ММ.ГГГГ. По итогам предварительного слушания ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление о назначении судебного заседания для рассмотрения по существу. Ходатайство защитника подсудимой ФИО5 адвоката ФИО13 об отводе судьи ФИО33, председательствующего по уголовному делу № по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 290 УК РФ, ДД.ММ.ГГГГ удовлетворено.

После чего ДД.ММ.ГГГГ от ФИО1, поступило ходатайство о проведении предварительного слушания в соответствии с ранее поданным ходатайством.

Судьей Великолукского городского суда Псковской области ФИО34 ДД.ММ.ГГГГ данное уголовное дело направлено по подсудности мировому судье судебного участка № 34 в границах административно-территориального образования «город Великие Луки» Псковской области. И.о. мирового судьи судебного участка № 34 г. Великие Луки Псковской области мировым судьей участка № 40 г. Великие Луки Псковской области ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело назначено к рассмотрению по существу без проведения предварительного слушания. Заявление защитника-адвоката ФИО13 об отводе мирового судьи судебного участка № 34 г. Великие Луки ФИО67., ДД.ММ.ГГГГ удовлетворено. Далее, ДД.ММ.ГГГГ от ФИО1 поступило ходатайство о проведении предварительного слушания. Постановлением судьи Великолукского городского суда Псковской области от ДД.ММ.ГГГГ изменена территориальная подсудность по данному уголовному делу и оно передано для рассмотрения мировому судье судебного участка № 35 в границах административно-территориального образования «г. Великие Луки» Псковской области Васенкову С.Н. Вышеуказанным судьей ДД.ММ.ГГГГ настоящее уголовное дело назначено к рассмотрению по существу. При этом судья не усмотрел оснований для проведения предварительного слушания, поскольку соответствующее ходатайство необоснованно в виду отсутствия письменного ходатайства с указанием конкретных оснований, предусмотренных пунктами ч. 2 ст. 229 УПК РФ.

Суд апелляционной инстанции соглашается с позицией мирового судьи по данному вопросу.

Так, в соответствии с ч. 3 ст. 229 УПК РФ ходатайство о проведении предварительного слушания может быть заявлено стороной после ознакомления с материалами уголовного дела либо после направления уголовного дела с обвинительным заключением или обвинительным актом в суд в течение 3 суток со дня получения обвиняемым копии обвинительного заключения или обвинительного акта.

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2009 N 28 (ред. от 15.05.2018) «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству» если в ходатайстве стороны не содержится мотивов и оснований для проведения предварительного слушания, судья при отсутствии таких оснований принимает решение об отказе в удовлетворении ходатайства и назначает судебное заседание.

Кроме того, в силу разъяснений, указанных в п. 21 вышеуказанного Постановления, требование статьи 242 УПК РФ о неизменности состава суда относится лишь к стадии судебного разбирательства, поэтому, если судья, проводивший предварительное слушание, по какой-либо причине (в связи с временной нетрудоспособностью по болезни, нахождением в отпуске и др.) лишен возможности продолжать участие в рассмотрении уголовного дела, судебное разбирательство в суде первой инстанции может быть проведено другим судьей, а предварительное слушание повторно не проводится.

Таким образом, оснований для проведения предварительного слушания у суда первой инстанции не имелось.

Суд апелляционной инстанции так же учитывает, что в первых же судебных заседаниях, до начала судебного следствия, защитники ФИО1 заявили ходатайство об исключении доказательств, которое рассмотрено судом в установленном порядке и по нему принято предусмотренное уголовно-процессуальным законом процессуальное решение.

Доводы ФИО1 о том, что в материалах дела нет ни одного документа либо достоверного свидетельского показания о том, что она когда-либо и кому-либо необоснованно выдавала больничные листы, а ФИО8, имеющий <данные изъяты> привлекавшийся к административной и уголовной ответственности, является провокатором, оказывал на нее давление, чтобы получить листок нетрудоспособности и не приходить на вторичный прием к врачу, при этом преследовал личные интересы в проведении в отношении нее провокации взятки, посредством которой хотел привлечь к уголовной ответственности свою бывшую сожительницу ФИО9; что ФИО8 был заинтересован в совершении провокации взятки, так как руководствовался чувством мести по отношению к своей бывшей сожительнице ФИО9, которую хотел привлечь к уголовной ответственности за дачу взяток; что ФИО8, понятые ФИО23 и ФИО24 знакомы с сотрудниками полиции и их показаниям доверять нельзя; что в действиях подсудимой не было умысла на совершение корыстного преступления, видеофонограммой преднамеренность действий, в том числе, совершение корыстного преступления, не зафиксированы, что подтверждается заключением эксперта ФИО25, тщательно исследовались в ходе судебного заседания судом первой инстанции и обоснованного подтверждения не нашли, что суд мотивированно указал в итоговом решении по делу. Оснований для несогласия с данными выводами мирового судьи у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы ФИО1 о том, что: судом вынесен обвинительный приговор на основе только субъективных оценок неоднократно менявшихся показаний свидетелей стороны обвинения, при этом не учтены стабильные и правдивые показания свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО29; судом нарушен принцип равноправия сторон, так как суд систематически предоставлял возможность стороне обвинения подготавливать свидетелей к допросам в суде, как вне здания суда, так и в здании суда, с целью дачи последними не правдивых показаний; судом необоснованно отказывалось в удовлетворении ходатайств стороны защиты, в том числе о предъявлении свидетелям для ознакомления материалов дела, при этом стороне обвинения предоставлялась возможность знакомить свидетелей с процессуальными документами, отношения к которым они не имели; действиями председательствующего допущена волокита при рассмотрении уголовного дела; судом предъявлены требования к стороне защиты представить письменный список документов, которые в последующем должны были быть предъявлены в качестве доказательств, при этом подобного рода требования к стороне обвинения не предъявлялись; судом нарушен принцип независимости суда, поскольку позиция суда и обвинения была согласована, фактически судья зависел от гособвинителя; резолютивная часть приговора представляет собой измышления судьи Васенкова С.Н. в разрезе проведенного с обвинительным уклоном судебного процесса; в приговоре судья сослался на имеющуюся в распоряжении ОЭБ и ПК информацию о выдачи подсудимой за взятки необоснованных листков нетрудоспособности гражданам, однако в деле не имеется никаких доказательств о наличии такой информации, оперативно-розыскное мероприятие «оперативный эксперимент» проведено без наличия на то оснований; суд необоснованно отказал в истребовании сведений о телефонных переговорах свидетелей со стороны обвинения, что могло подтвердить их постоянную связь между собой; в приговоре судьей сделан ложный вывод о ненахождении понятых ФИО23 и ФИО24 в состоянии алкогольного опьянения, являются субъективной оценкой ФИО1 и на объективность выводов суда первой инстанции не влияют.

Каких-либо фактических данных, свидетельствующих о нарушении судом принципа состязательности сторон, закрепленных в ст. 15 УПК РФ, не установлено.

Как видно из протокола судебного заседания, председательствующий судья нарушений принципа состязательности и равноправия сторон не допускал. Он действовал в строгом соответствии с требованиями ч. 1 и ч. 2 ст. 243 УПК РФ. Все участники судебного разбирательства, как со стороны обвинения, так и со стороны защиты, имели возможность заявлять ходатайства, активно участвовать в исследовании доказательств, в частности задавать вопросы свидетелям противоположенной стороны, выступать в прениях. Все ходатайства, заявляемые стороной защиты в стадии судебного разбирательства, являлись предметом обсуждения и были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Не состоятельны доводы ФИО1 о том, что судом необоснованно отклонено ходатайство о запросе в следственном органе уголовного дела, возбужденного по инициативе ФИО8 в отношении его бывшей сожительницы ФИО9. Данное ходатайство рассмотрено судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, по результатам принято обоснованное и мотивированное решение.

Безосновательны доводы ФИО1 о нарушении права на подготовку к судебному заседанию при несвоевременном получении судебной повестки, менее чем за 5 суток до начала судебного разбирательства, поскольку в соответствии с материалами уголовного дела, в связи с несвоевременностью получения судебной повестки подсудимой, судебное заседание откладывалось, процессуальные сроки в данной части не нарушены.

Вместе с тем, суд первой инстанции не мотивированно отказал корреспонденту 1-го ТВ канала программы «Человек и Закон» в проведении видеозаписи судебного заседания.

Так, согласно п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.12.2012 N 35 «Об открытости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятельности судов» лица, присутствующие в открытом судебном заседании, но не являющиеся участниками процесса, представители редакций средств массовой информации (журналисты), желающие осуществлять фотосъемку, видеозапись, киносъемку, трансляцию хода открытого судебного разбирательства, должны обратиться к суду с соответствующей просьбой (заявлением). Такая просьба отражается в протоколе судебного заседания, если он ведется судом, и подлежит обязательному рассмотрению судом с учетом мнения участников процесса. При принятии решения о допустимости осуществления фотосъемки, видеозаписи, киносъемки, трансляции хода открытого судебного разбирательства суду следует исходить из того, что такая фиксация возможна по любому делу, за исключением случаев, когда она может привести к нарушению прав и законных интересов участников процесса, в том числе права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени, на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, содержащих сведения личного характера (ст. 23 и ч. 4 ст. 29 Конституции Российской Федерации, ч. 7 ст. 10 ГПК РФ, ч. 3 ст. 24.3 КоАП РФ, ч. 5 ст. 241 УПК РФ). Если суд придет к выводу, что фотосъемка, видеозапись, киносъемка, трансляция хода открытого судебного разбирательства не приведут к нарушению прав и законных интересов участников процесса, то он не вправе их запретить только по причине субъективного и немотивированного нежелания участников процесса такой фиксации.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ в судебный участок № 35 г. Великие Луки Псковской области поступило ходатайство от руководителя «Правового Центра «Человек и Закон» ФИО35 о разрешении проведения съемки в здании суда, а также в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ. В ходе судебного заседания, выслушав мнение участников процесса, суд первой инстанции запретил корреспонденту вести видеозапись, киносъемку, онлайн трансляцию, разрешил вести аудиозапись и пользоваться письменными заметками. Однако свое решение суд не мотивировал.

Однако положения ч. 5 ст. 241 УПК РФ, предусматривающие возможность отказа суда от применения видео, -киносъемки, не могут расцениваться как ущемляющие конституционные права ФИО1, поскольку уголовно-процессуальный закон содержит нормы, гарантирующие достоверность фиксации хода и содержания судебного заседания.

Таким образом, данное решение суда первой инстанции не повлияло на вынесение законного и обоснованного итогового решения и не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим отмену или изменение приговора.

Так же суд апелляционной инстанции не относит к существенным нарушениям уголовно-процессуального закона, предусмотренным ст. 389.17 УПК РФ, отсутствие во вводной части приговора суда первой инстанции указания на участие в судебном заседании государственного обвинителя ФИО16 Данный недостаток не лишает и не ограничивает гарантированные уголовно-процессуальным законом права участников уголовного судопроизводства и не влияет на законность и обоснованность судебного решения.

Согласно доводам апелляционной жалобы, ДД.ММ.ГГГГ мировой судья объявил об окончании судебного следствия, тем самым лишив подсудимую возможности дать показания в суде. Суд апелляционной инстанции не находит нарушений в действиях председательствующего судьи в данной части, поскольку, как видно из содержания протокола судебного заседания, по окончании представления доказательств стороной защиты председательствующий неоднократно предлагал ФИО1 воспользоваться правом дачи показаний в суде, однако она отказалась, ссылаясь на необходимость исследования всех доказательств стороны защиты, которые суду не предоставила. Данные обстоятельства суд расценил как отказ подсудимой от дачи показаний и в соответствии с требованиями ст. 276 УПК РФ огласил показания ФИО1, данные ею на предварительном следствии.

Не состоятельны доводы ФИО1 о том, что она была лишена квалифицированной защиты. Судом первой инстанции обоснованно удовлетворено ходатайство о самоотводе адвоката ФИО1 – ФИО13 После чего судом предоставлена возможность подсудимой заключить соглашение с адвокатом ФИО36 Впоследствии ФИО1 отказалась от указанного защитника, в связи с чем судом первой инстанции предоставлен защитник в порядке ст. 51 УПК РФ.

Кроме того, в ходе рассмотрения настоящего уголовного дела защиту интересов подсудимой также осуществлял ее супруг - ФИО37, допущенный судом в качестве защитника.

Вопреки доводам ФИО1 судом дана правовая оценка протоколу допроса свидетеля ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ. Так, в приговоре указано, что суд не принимает в качестве доказательств со стороны обвинения протокол допроса свидетеля ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 186-192), так как последний указал, что на листах 187, 188, подписи не его. С учетом положений ст. 88 УПК РФ указанное доказательство не может быть расценено как достоверное.

Суд принял в качестве доказательств стороны обвинения показания свидетеля ФИО8, данные им при допросе в судебном заседании и обоснованно пришел к выводу, что оснований сомневаться в показаниях указанного свидетеля не имеется, поскольку они устойчивы и не противоречивы, согласуются с другими доказательствами по делу.

Из апелляционной жалобы ФИО1 следует, что в нарушение требований ст. 256 УПК РФ, при принятии решений об отказе в удовлетворении ходатайств стороны защиты о назначении экспертиз, председательствующий не удалялся в совещательную комнату, принимал решения в зале судебного заседания. Данные доводы не основаны на законе, все заявленные стороной защиты ходатайства судом рассмотрены в установленном ст. 256 УПК РФ порядке, нарушений при их рассмотрении не допущено. Согласно части 2 ст. 256 УПК РФ, в числе прочего, определение или постановление о назначении судебной экспертизы выносится в совещательной комнате. Все иные определения или постановления по усмотрению суда выносятся в зале судебного заседания и подлежат занесению в протокол. Как следует из материалов дела, при его рассмотрении постановления о назначении судебных экспертиз судом не выносились.

В апелляционной жалобе ФИО1 обращает внимание на то, что судом не предлагалось свидетелю ФИО8 пройти добровольно психиатрическую экспертизу.

По смыслу ч. 5 ст. 56 УПК РФ свидетель не может быть подвергнут судебной экспертизе или освидетельствованию принудительно, без его согласия, за исключением случаев, когда эти следственные действия производятся для оценки достоверности его показаний. К этим случаям следует отнести и производство судебно-медицинской и судебно-психиатрической экспертиз, когда возникает сомнение, способен ли свидетель правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания. Суд первой инстанции не усмотрел таких оснований, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам ФИО1 в ходе осмотра места происшествия – кабинета № Поликлиники ГБУЗ ПО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ на столе у врача ФИО1 обнаружены денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, а на столе медсестры ФИО29 – денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, а также медицинская карта ФИО8 (т. 1 л.д. 87-94). Протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей признан судом одним из письменных доказательств, подтверждающих вину ФИО1 Кроме того, указанные сведения подтвердили свидетели ФИО24 и ФИО23, показания которых также признаны судом доказательствами, подтверждающими вину ФИО1

Доводы ФИО1, о том, что судом исследована неизвестно какая копия видеофонограммы оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» субъективны и не состоятельны. Судом первой инстанции установлено происхождение видеозаписи оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент», дана надлежащая оценка как доказательству виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления. Требования ФИО1 о признании акта просмотра видеозаписи от ДД.ММ.ГГГГ и акта проведения оперативного мероприятия «оперативный эксперимент» от ДД.ММ.ГГГГ недопустимыми доказательствами, не обоснованы и не состоятельны.

Вопреки доводам ФИО1, судом первой инстанции в соответствии с ч. 7 ст. 259 УПК РФ предоставлена возможность ознакомления с протоколом судебного заседания и аудиозаписью, вручена копия аудиозаписи судебного заседания, о чем имеются отметки ФИО1 и ее защитника ФИО37 Судом также предоставлена возможность ФИО1, ФИО37 изготовить копию протокола судебного заседания самостоятельно, за свой счет, с использованием своих технических средств. Поданные ФИО1 замечания на протокол судебного заседания рассмотрены судом в полном соответствии с законом, принятые мировым судьей решения обоснованы и мотивированны, нарушений требований ст.ст. 259, 260 УПК РФ суд апелляционной инстанции не находит.

Суд апелляционной инстанции находит необоснованными доводы жалобы о незаконности приговора суда первой инстанции по причине отсутствия в нем сведений о вынесении судьей частного определения по уголовному делу. В соответствии со ст.ст. 304, 307-309 УПК РФ указание в приговоре о вынесении судом частного определения не требуется.

Фактически все доводы апелляционной жалобы являлись предметом исследования судом первой инстанции, им дана надлежащая оценка, которую суд апелляционной инстанции считает правильной. Стороны не были ограничены в праве предоставления доказательств, необоснованных отказов в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, не усматривается.

Вопреки доводам ФИО1, каких-либо оснований, свидетельствующих о необъективности и предвзятости суда первой инстанции, в материалах дела не усматривается. Уголовное дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, при этом нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, а также нарушений требований уголовно-процессуального закона при исследовании доказательств по делу не допущено. Как следует из протокола судебного заседания, судом исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства в точном соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ, а также, вопреки доводам ФИО1 – в соответствии с требованиями ст. 256 УПК РФ. Суд изложил в приговоре мотивы, по которым он принял одни доказательства и опроверг другие. Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованности отказов осужденной и ее защитникам в исследовании доказательств, которые могли бы иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

В приговоре суда первой инстанции дана надлежащая оценка доводам подсудимой о необходимости признания недопустимыми доказательствами исследованных в судебном заседании протоколов следственных действий и иных документов, в связи с наличием технических ошибок. Данные доводы признаны необоснованными, поскольку законность производства всех следственных и процессуальных действий проверена в судебном заседании, нарушений, влекущих их признание недопустимыми доказательствами, не установлено. Суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами и не находит оснований для изменения или отмены приговора суда в указанной части.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, сводятся к субъективной переоценке выводов суда, направлены на иную оценку доказательств об обстоятельствах, установленных и исследованных судом в соответствии с правилами ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ, и не могут являться основанием для отмены или изменения приговора.

Таким образом, оснований, влекущих отмену или изменение приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор мирового судьи судебного участка № 35 в границах административно-территориального образования «город Великие Луки» Псковской области от 16.12.2019 в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции города Санкт-Петербурга.

Председательствующий: Р.М. Боровский