Решение № 2-324/2025 2-324/2025~М-317/2025 М-317/2025 от 30 ноября 2025 г. по делу № 2-324/2025

Дело № 2-324/2025

22RS0041-01-2025-000459-23

ЗАОЧНОЕ
РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Ребриха 28 ноября 2025 года

Ребрихинский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Зык Р.М.

при секретаре Соповой А.П.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Ребрихинского района Алтайского края в защиту интересов ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании отношений трудовыми, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Ребрихинского района Алтайского края в интересах ФИО1 обратился в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании отношений трудовыми, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что в ходе проверки по обращению ФИО1 о соблюдении ИП ФИО2 требований трудового законодательства установлено, что между ИП ФИО2 и прокуратурой Алтайского края 29.11.2024 заключен государственный контракт №, согласно которому исполнитель (ИП ФИО2) обязуется в период действия контракта оказать заказчику услуги по уборке помещений и территории прокуратуры Алтайского края в соответствии с Техническим заданием. Согласно сведениям ЕГРИП основным видом деятельности ИП ФИО2 является деятельность по общей уборке зданий (ОКВЭД 81.21). Установлено, что ответчик привлекал материального истца к выполнению работы в должности уборщика помещений с января 2024 года ежедневно с понедельника по пятницу, предоставляя инвентарь и моющие средства, необходимые для оказания услуг, ФИО1 приступила к работе с ведома и по поручению работодателя ИП ФИО2 без заключения трудового договора. ИП ФИО2 надлежащим образом трудовые отношения не оформил, хотя ФИО1 осуществляла трудовые функции с января 2024 года. С учётом изложенного, истец просит признать отношения между ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО2 за период с 01.01.2024 по настоящее время трудовыми в должности «уборщика помещений»; взыскать в пользу ФИО1 задолженность за август 2025 года в размере 4000 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.; обязать ИП ФИО2 внести электронные сведения о трудовой деятельности в отношении ФИО1 за период с 01.01.2024 по настоящее время в должности «уборщика помещений»; обязать ИП ФИО2 произвести обязательные отчисления в Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю за ФИО1; обязать ИП ФИО2 исчислить налог на доходы ФИО1 за период работы у ИП ФИО2 по форме 6-НДФЛ, предоставить в Межрайонную ИФНС России №16 по Алтайскому краю отчет о начисленном налоге; решение суда обратить к немедленному исполнению.

Протокольным определением от 28.10.2025 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Алтайскому краю, прокуратура Алтайского края, Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 16 по Алтайскому краю.

В судебном заседании помощник прокурора Ребрихинского района Бабаева О.А. исковые требования поддержала по доводам, изложенным в иске, уточнив, что период трудовой деятельности просит установить по 03.10.2025 включительно.

Материальный истец ФИО1 в суд не явилась, извещена надлежащим образом, в предыдущем судебном заседании на исковых требованиях настаивала, по доводам, изложенным в иске, указав, что трудовою деятельность осуществляла каждый рабочий день 5 дней в неделю, объем работы, рабочий график (5 рабочих дней), порядок оплаты и получения денежных средств на приобретение моющих средств был предварительно согласован с ответчиком, оплату за август ответчик произвёл 08.10.2025, от заключения трудового договора она не уклонялась.

Ответчик индивидуальный предприниматель ФИО2 в суд не явился, извещен надлежаще; в поступивших возражениях просил отказать в удовлетворении исковых требований, поскольку между сторонами возникли гражданско-правовые отношения по договору оказания услуг, исполнителю (материальному истцу) не устанавливался график работы, был согласован только предмет договора - оказание конкретной услуги; с исполнителем не было устойчивого стабильного длительного характера взаимоотношений; исполнитель не нанимался на какую-либо должность; ответчик не осуществлял контроль деятельности исполнителя, для него важен был лишь конкретный результат - оказанная по договору услуга; выплаты не носили стабильный ежемесячный характер, была оговорена разовая выплата за выполнение услуги; поскольку отношения не являются трудовыми, на них не распространяются положения ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации; задолженность в размере 4000 руб. перед ФИО1 погашена; с 01.09.2025 последняя прекратила оказание услуг без предупреждения, просил разрешить вопрос об отмене мер по обеспечению иска.

Представители третьих лиц - прокуратуры Алтайского края, Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по Алтайскому краю, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Алтайскому краю в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

В поступившем отзыве на исковое заявление Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Алтайскому краю оставило разрешение исковых требований на усмотрение суда. В поступившем отзыве на иск прокуратура <адрес> указала на обоснованность исковых требований.

Поскольку ответчик, надлежаще извещенный о времени и месте судебного заседания, в процесс не явился, доказательств уважительности причин неявки в суд не представил, вынесено определение, занесённое в протокол судебного заседания, о рассмотрении дела в порядке заочного производства.

Выслушав сторону истца, допроси свидетелей, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

В силу статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит, в том числе, свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В силу ст. 20 Трудового кодекса Российской Федерации сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель.

Работник - физическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работодателем.

Работодатель - физическое лицо либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником. В случаях, предусмотренных федеральными законами, в качестве работодателя может выступать иной субъект, наделённый правом заключать трудовые договоры.

В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу п. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (п. 3 ст. 16 ТК РФ).

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределённость правового положения таких работников (п. 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> №-О-О).

В силу ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовые договоры могут заключаться на неопределенный срок, а также на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен настоящим Кодексом и иными федеральными законами (ст. 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (п. 1 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключённым, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трёх рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (п. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз.2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (п. 2 ст. 67 ТК РФ).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее также - постановление Пленума от <дата> №) содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума от <дата> №).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 постановления Пленума от <дата> N 15).

В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 15 содержатся разъяснения о том, что при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

Отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 15).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (пункт 21 постановления Пленума от<дата> N 15).

Из приведенных нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих, отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе оформить в письменной форме с ним трудовой договор может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

В целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе об установлении факта нахождения в трудовых отношениях) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что таким договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей, а неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Согласно ч. 1 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей положения ч.3 ст. 123 Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В судебном заседании установлено, что ответчик ИП ФИО2 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 13.03.2019, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, согласно которой основным видом деятельности является общая уборка зданий.

01.01.2024 между ИП ФИО2, именуемым «Заказчик», с одной стороны, и ФИО1, именуемой «Исполнитель», с другой стороны, заключен договор на выполнение работ (оказания услуг) (далее – Договор), в соответствии с п. 1.1. которого Заказчик поручает, а Исполнитель принимает на себя обязанность выполнить для заказчика услуги по уборке помещений прокуратуры <адрес>, расположенной по адресу: <адрес>; цена услуг по настоящему договору составляет 4 000 рублей за полный календарный месяц (п.2.1 Договора); работа считается выполненной Исполнителем и принятой Заказчиком к оплате после подписания сторонами акта сдачи-приемки работ (п.2.2 Договора); оплата работ производится Заказчиком согласно акту сдачи-приемки работ, оформленного надлежащим образом и в установленные сроки, с 15 по 20 числа следующего месяца (п.2.3 Договора); срок оказания услуг по договору с 01.01.2024 по 31.12.2024, при этом, Исполнитель выполняет указанные в п.1.1. Договора виды работ (услуг) в полном объеме (п.3.1 Договора); для приемки работ по настоящему Договору Заказчик назначает ответственное лицо - ФИО2, а в его отсутствие иное лицо по указанию Заказчика (п.3.2 Договора).

Вместе с тем, как установлено в судебном заседании, в том числе из пояснения истца ФИО1, свидетелей ФИО5, ФИО6, с января 2024 года по октябрь 2025 года ФИО1 работала в прокуратуре Ребрихинского района Алтайского края в качестве уборщика помещений, осуществляла уборку помещений 5 дней в неделю, трудовую детальность осуществляла с согласия и по указанию ответчика, последний в 2025 году задерживает выплату заработной платы; каких-либо актов о выполнении работ (оказании услуг) прокуратура и сама ФИО1 не составляли и в адрес ответчика не направляли; несмотря на расторжение государственного контракта ФИО1 продолжает осуществлять уборку помещений прокуратуры.

Как следует из п. 1.1 государственного контракта № от <дата> (далее - Контракт), заключенного между прокуратурой Алтайского края и ИП ФИО2, предметом Контракта являются услуги по уборке зданий и территорий, срок оказания услуг определен: рабочие дни с 01.01.2025 по 31.12.2025 (п. 1.3 Контракта); из п. 1.4 Контракта следует, что Исполнитель оказывает услуги в соответствии с приложением № 1 к контракту («Техническое задание»); на объекты для оказания услуг допускаются только лица согласованные Заказчиком в соответствии со списком, представленным Исполнителем (п.1.5 Контракта); исполнитель вправе привлекать к исполнению третьих лиц при невозможности выполнить условия Контракта самостоятельно (п.3.2.2 Контракта). В соответствии с приложением № 1 к Контракту, одним из объектов заказчика является здание прокуратуры Ребрихинского района Алтайского края, расположенное по адресу: <адрес>. В районах Алтайского края для уборки помещений объектов Заказчика допускается дистанционное управление процессом уборки.

Указанный контракт расторгнут 03.10.2025, о чем представлено решение прокуратуры Алтайского края об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта.

На период с 01.01.2024 по 31.12.2024 между прокуратурой Алтайского края и ИП ФИО2 был закончен государственный контракт от 04.12.2023 №, положения которого аналогичны положениям государственного контракта от <дата>, за исключением пунктов о периоде оказания услуг и цены контракта.

04.09.2025 ФИО1 обратилась в прокуратуру Ребрихинского района Алтайского края с заявлением об обращении в ее интересах в суд с исковым заявлением к ИП ФИО2 об установлении факта трудовых отношений.

Как уже отмечалось выше, в соответствии с ч. 12.1, ч. 13 ст. 95 Федерального закона от <дата> № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», контракт № от 29.11.2024 расторгнут 03.10.2025 в связи с принятием прокуратурой Алтайского края 22.09.2025 решения об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указала, что с 01.01.2024 осуществляет трудовую деятельность у ИП ФИО2, однако, трудовые отношения между ними не были оформлены надлежащим образом.

Указанные обстоятельства нашли своё подтверждение в ходе рассмотрения дела, руководствуясь положениями указанных выше правовых норм и разъяснениями, данными в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, выслушав объяснения процессуального и материального истцов, допросив свидетелей, исследовав и оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд считает установленным, что в период с 01.01.2024 по 02.10.2025 отношения, сложившиеся между ИП ФИО2 и ФИО1, являлись трудовыми в виду следующего.

Так, ФИО1, выступая в качестве работника, фактически была допущена к работе с ведома работодателя, поскольку трудовые обязанности истец выполняла в помещении прокуратуры Ребрихинского района Алтайского края, расположенном по адресу: <адрес>, в период действия государственных контрактов от <дата> №,, от <дата> №, заключенных между прокуратурой Алтайского края и ИП ФИО2; работа истца носила длительный, устойчивый и стабильный характер, а не разовый, поскольку ФИО1 на протяжении периода времени с 01.01.2024 по 02.10.2025 регулярно осуществляла уборку помещений прокуратуры района; работа носила личный характер прав и обязанностей работника с выполнением им определенной, заранее обусловленной трудовой функцией, а именно уборка помещений прокуратуры Ребрихинского района Алтайского края, и в интересах работодателя - ИП ФИО2; работа истца носила возмездный характер, оплата производилась ежемесячно в размере 4 000 рублей, путем перечисления денежных средств со счета ФИО2 на счет ФИО1; работа ФИО1 осуществлялась по определенному графику, в период с 09:00 до 18:00; с соблюдением пятидневной рабочей недели; истцу ответчиком предоставлялись денежные средства для приобретения необходимых для осуществления трудовой деятельности материалов (чистящих средств).

Вместе с тем, при трудоустройстве 01.01.2024 какие-либо документы работодателем не оформлялись, трудовой договор с ФИО1 в письменной форме не заключался. Представленный в материалы дела договор на выполнение работ (оказание услуг) от 01.01.2024 не опровергает установленные по делу обстоятельства.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729 Гражданского кодекса Российской Федерации) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739 Гражданского кодекса Российской Федерации), если это не противоречит статьям 779 - 782 этого кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации, договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания услуг является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица-работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (часть третья статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац четвертый пункта 24 постановления Пленума от <дата> №).

Из материалов дела следует, что согласно условиям Договора от 01.01.2024 истец выполняла не разовые поручения работодателя, а определенную в договоре функцию по осуществлению уборки помещения прокуратуры Ребрихинского района Алтайского края, за выполнение которой ей ежемесячно подлежали выплате денежные средства в размере 4000 рублей. При этом как установлено в судебном заседании, ответчик не был заинтересован в предоставлении истцом сведений о результатах оказанных ею услуг (их объеме, качестве), в том числе для последующего определения размера оплаты по договору, с учетом наличия или отсутствия у него замечаний к оказанным исполнителем услугам, поскольку его интересовал сам процесс осуществления ФИО1 функций уборщика помещений, что подтверждается отсутствием актов выполненных работ, составление которых предусмотрено пунктом 2.2 договора от 01.01.2024.

Вопреки доводам ответчика, доказательств, отсутствия между ним и материальным истцом трудовых отношений индивидуальным предпринимателем не представлено.

У суда нет оснований подвергать сомнению как пояснения стороны истца, оцененные судом по правилам ч.1 ст.68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, так и показания свидетелей ФИО5, ФИО6, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, а также имеющиеся в деле письменные доказательства.

Разрешая вопрос о периоде трудовых отношений, суд приходит к выводу, что истец была допущена к работе уборщиком помещений прокуратуры Ребрихинского района Алтайского края с 01.01.2024, что повреждается договором на выполнение работ (оказание услуг) от 01.01.2024, при этом, как следует из пояснений истца и показаний свидетеля ФИО5, после заключения государственного контракта в ноябре 2024 года, ответчик сообщил ФИО1, что с 01.01.2025 она может продолжать выполнять свои обязанности на тех же условиях, что и в 2024 году, не оспаривал указанную дату и сам ответчик. Датой окончания трудовых отношений, по мнению суда, будет являться 02.10.2025, поскольку с 03.10.2025 государственный контракт между прокуратурой Алтайского края и ответчиком расторгнут.

Оспаривая факт трудовых отношений, ответчик, на котором в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лежит бремя доказывания этих обстоятельств, относимых допустимых, достоверных и в своей совокупности достаточных доказательств этому не представил. Само по себе отрицание факта наличие трудовых отношений достаточным основанием для вывода об отсутствии таковых не является.

При этом суд также принимает во внимание, что работник, в данном случае истец, является слабой стороной в трудовом правоотношении, ответчик в своих письменных возражениях ссылается на заключение между сторонами договора оказания услуг гражданско-правового характера, при этом, доказательств отсутствия трудовых отношений с истцом и опровергающих доводов ФИО1 о наличии между ними трудовых отношений, не представил.

Как уже отмечалось выше, суд считает несостоятельными доводы стороны ответчика о гражданско-правовом характере отношений между сторонами, поскольку согласно разъяснениям, данным Верховным Судом Российской Федерации в п.18 «Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с заключением трудового договора», не допускается заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения. Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Так, истец осуществляла уборку помещений прокуратуры Ребрихинского района Алтайского края, способы выполнения работы самостоятельно не определяла, трудовую деятельность осуществляла ежедневно в течение рабочей недели, фактически была оформлена на конкретную должность «уборщик помещений», и, вопреки доводам стороны ответчика, выполняла работу определенного рода по уборке, а не разовые задания. ИП ФИО2, общаясь с истцом посредством телефонных переговоров, в том числе, сообщая ей в конце 2024 года о возможности продолжить в 2025 году, на ранее определенных условиях, работу в должности уборщика помещений в прокуратуре Ребрихинского района Алтайского края, фактически дистанционно управлял процессом уборки.

Таким образом, суд находит установленным, что истец работала уборщиком помещений прокуратуры Ребрихинского района Алтайского края в период с 01.01.2024 по 02.10.2025, доказательств обратного ответчиком не представлено. В связи с изложенным, подлежит удовлетворению требование истца об установлении факта трудовых отношений между ИП ФИО2 и ФИО1 в должности уборщика помещений в период с 01.01.2024 по 02.10.2025.

Поскольку как установлено в судебном заседании, и не оспаривается сторонами, ответчик произвел 08.10.2025 оплату труда истца за август 2025 года, то оснований для взыскания задолженности по заработной плате за август 2025 года не имеется, иных требований о взыскании заработной платы за иной период времени стороной истца не заявлено, при этом, в силу положении ч.3 ст. 196 ГПК РФ суд рассматривает дело в пределах заявленных требований, что не лишает сторону истца в дальнейшем защитить свои права в судебном порядке.

Разрешая требования в части взыскания компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии с Трудового кодекса Российской Федерации каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав. Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества независимо от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, политических убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

Лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.п. 46 и 47 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> № "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу ст. 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.). Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ст. 237 ТК РФ). Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Поскольку, в ходе рассмотрения дела установлено, что ответчиком ИП ФИО2 в отношении истца ФИО1 допущено нарушение трудовых прав, связанное с нарушением установленных сроков выплаты заработной платы, а также не оформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, суд усматривает наличие дискриминации в сфере труда, допущенное ответчиком в отношении истца, в связи с чем, полагает требование о компенсации морального вреда обоснованными.

При этом, учитывая личность истца, а также фактические обстоятельства дела, установленные судом, объем и характер нравственных страданий истца, период невыплаты заработной платы, требования законодателя о соблюдении принципов разумности и справедливости, суд полагает возможным снизить заявленный размер морального вреда и взыскать с ответчика в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 4 000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель формирует в электронном виде основную информацию о трудовой деятельности и трудовом стаже каждого работника и представляет ее в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования, для хранения в информационных ресурсах Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации.

Частью 2 названной статьи установлено, что в сведения о трудовой деятельности включаются информация о работнике, месте его работы, его трудовой функции, переводах работника на другую постоянную работу, об увольнении работника с указанием основания и причины прекращения трудового договора, другая предусмотренная настоящим Кодексом, иным федеральным законом информация.

Таким образом, суд приходит к выводу о необходимости возложить на ответчика ИП ФИО2 обязанности сформировать в электронном виде основную информацию о трудовой деятельности и трудовом стаже ФИО1 за период ее работы с 01.01.2024 по 02.10.2025 (включительно) в должности уборщика помещений.

В соответствии со ст. 6 Федерального закона от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 15.12.2001 № 1677-ФЗ) страхователями по обязательному пенсионному страхованию являются лица, производящие выплаты физическим лицам, в том числе индивидуальные предприниматели.

Согласно п. 2 ст. 14 Федерального закона от <дата> № 167-ФЗ страхователь, в том числе, обязан своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы в Фонд и вести учет, связанный с начислением и перечислением страховых взносов в Фонд; представлять в территориальные органы страховщика документы, необходимые для ведения индивидуального (персонифицированного) учета, а также для назначения (перерасчета) и выплаты обязательного страхового обеспечения; обеспечивать реализацию прав застрахованных лиц, вступающих в правоотношения по обязательному пенсионному страхованию в целях уплаты дополнительных страховых взносов на накопительную пенсию в соответствии с Федеральным законом «О дополнительных страховых взносах на накопительную пенсию и государственной поддержке формирования пенсионных накоплений»; своевременно и в полном объеме перечислять в Фонд дополнительные страховые взносы на накопительную пенсию в порядке, определенном Федеральным законом "О дополнительных страховых взносах на накопительную пенсию и государственной поддержке формирования пенсионных накоплений", а также вести учет, связанный с исчислением, удержанием и перечислением указанных страховых взносов и с уплатой взносов работодателя в пользу застрахованных лиц в соответствии с указанным Федеральным законом.

Согласно ст. 1 Федерального закона от <дата> № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» (далее - Федеральный закон от <дата> № 27-ФЗ) к страхователям относятся, в том числе, индивидуальные предприниматели, осуществляющие прием на работу по трудовому договору, а также заключающие договоры гражданско-правового характера, на вознаграждения по которым в соответствии с законодательством Российской Федерации начисляются страховые взносы.

Согласно ст. 8 Федерального закона от <дата> № 27-ФЗ сведения для индивидуального (персонифицированного) учета представляются страхователями. Сведения, предусмотренные п. 8 ст. 11 настоящего Федерального закона, страхователь (за исключением случая, когда страхователь применяет специальный налоговый режим "Автоматизированная упрощенная система налогообложения") представляет в налоговый орган в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

В соответствии со ст. 9 Федерального закона от <дата> № 27-ФЗ страхователь представляет в соответствующий орган Фонда сведения о работающих у него застрахованных лицах, предусмотренные подп. 1 - 8 п. 2 ст. 6 настоящего Федерального закона.

Страхователи представляют предусмотренные пунктами 2 - 6 настоящей статьи сведения для индивидуального (персонифицированного) учета в органы Фонда по месту своей регистрации, а сведения, предусмотренные пунктом 8 настоящей статьи (сведения о сумме заработка (дохода), в том числе на который начислялись страховые взносы, сумме начисленных страховых взносов в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах), - в налоговые органы в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах (п.1 ст.11 Федерального закона от <дата> № 27-ФЗ).

Учитывая вышеизложенное, предоставление индивидуальных сведений по начисленным и уплаченным страховым взносам в отношении работника, а также по осуществлению соответствующих отчислений, является прямой обязанностью страхователя.

В соответствии с положениями статьи 207 Налогового кодекса налогоплательщиками по налогу на доходы физических лиц являются физические лица - налоговые резиденты Российской Федерации, а также физические лица, получающие доход от источников в Российской Федерации, и не являющиеся резидентами Российской Федерации.

При этом пунктами 1 и 6 статьи 226 Налогового кодекса предусмотрено, что российские организации, индивидуальные предприниматели, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, признаются налоговыми агентами по налогу на доходы физических лиц, что возлагает на них обязанность по исчислению, удержанию и перечислению в бюджет сумм этого налога с выплачиваемого налогоплательщикам дохода не позднее дня, следующего за днем его выплаты.

На основании пункта 4 статьи 226 НК РФ налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате.

Из совокупности вышеприведенных положений статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации следует, что организация - работодатель, как налоговый агент, по трудовым договорам, заключенным с физическими лицами - работниками, обязана исчислить, удержать и уплатить в бюджет сумму НДФЛ в отношении вознаграждения (дохода), уплаченного физическому лицу - работнику по данному договору либо взысканному по решению суда.

Принимая во внимание, что в ходе рассмотрения дела суд пришел к выводу о признании трудовыми отношений между ИП ФИО2 и ФИО1, заявленные истцом требования о возложении на ответчика обязанности по осуществлению соответствующих отчислений, с произведением удержания налогов и сборов и перечислением их в соответствующие бюджеты Российской Федерации, являются законными, обоснованными и подлежат удовлетворению.

В соответствии с ч.1 и ч.2 ст. 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.

Поскольку определением от <дата> обеспечительные меры приняты в пределах суммы исковых требований в целях обеспечения исполнения итогового судебного акта, то, при отсутствии сведений об исполнении настоящего решения в части выплаты истцу компенсации морального вреда, разрешение вопроса об отмене обеспечительных мер является преждевременным, что не лишает ответчика возможности поставить перед судом вопрос об их отмене после исполнения решения суда.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

На основании ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 4 000 рублей.

Предусмотренных ст. 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для приведения решения к немедленному не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199, 235 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования прокурора Ребрихинского района Алтайского края в защиту интересов ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании отношений трудовыми, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между индивидуальным предпринимателем ФИО2 (ИНН <***>) и ФИО1 (паспорт серия №, выдан <данные изъяты>) в должности уборщика помещений в период с 01.01.2024 по 02.10.2025 (включительно).

Возложить на индивидуального предпринимателя ФИО2 обязанность сформировать в электронном виде основную информацию о трудовой деятельности и трудовом стаже ФИО1 за период ее работы с 01.01.2024 по 02.10.2025 (включительно) в должности уборщика помещений.

Возложить на индивидуального предпринимателя ФИО2 обязанность произвести в установленном порядке отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное и социальное страхование, налога на доходы в отношении ФИО1 за период с 01.01.2024 по 02.10.2025, исходя из заработной платы, с произведением удержания налогов и сборов и перечислением их в соответствующие бюджеты Российской Федерации.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 4 000 рублей.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 4000 рублей.

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд с подачей жалобы через Ребрихинский районный суд Алтайского края в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд с подачей жалобы через Ребрихинский районный суд Алтайского края в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

ФИО7 Зык

Мотивированное решение изготовлено <дата>.