Приговор № 1-2-8/2020 от 7 июля 2020 г. по делу № 1-2-8/2020

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п. Селижарово 08 июля 2020 года

Осташковский межрайонный суд Тверской области (постоянное судебное присутствие в поселке Селижарово Селижаровского района Тверской области) в составе председательствующего судьи Лебедевой О.Н.,

при секретаре Смирновой Т.С.,

с участием государственного обвинителя прокурора Селижаровского района Тверской области Горячевой С.Л.,

подсудимого ФИО1,

его защитника адвоката Виноградовой Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца д.М.<адрес>, гражданина РФ, <данные изъяты> зарегистрированного по месту жительства по адресу: <адрес>, ранее не судимого, содержащегося под стражей с 16.12.2019, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст.105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил покушение на убийство, то есть умышленные действия, направленные на причинение смерти другому человеку, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах:

В период времени с 05 часов до 06 часов 12 минут 16 декабря 2019 года у ФИО1, находящегося в состоянии алкогольного опьянения на территории пгт <адрес>, на почве ревности к АКВ возник умысел, направленный на причинение смерти МСИ С этой целью в тот же период времени ФИО1 на автомобиле «<данные изъяты>» прибыл к жилищу АКВ по адресу: <адрес>. В салоне автомобиля ФИО1 вооружился складным ножом, после чего через окно туалетной комнаты проник в квартиру АКВ, прошел в жилую комнату, где находились спящие АКВ и МСИ Находясь в указанной квартире в состоянии алкогольного опьянения, осознавая фактический характер и общественную опасность своих действий, предвидя наступление общественно опасных последствий в виде причинения смерти МСИ и желая их наступления, на почве ревности к АКВ, вооруженный ножом, ФИО1 подошел к спящим на кровати АКВ и МСИ В этот момент АКВ проснулась и разбудила МСИ ФИО1, продолжая свои преступные намерения в виде причинения смерти МСИ, удерживая в руке складной нож, подбежал к находящемуся на кровати МСИ, умышленно нанес ему лезвием складного ножа один удар в область правой щеки, причинив МСИ резаную рану правой щеки, повлекшую за собой временное нарушение функций органов и систем организма продолжительностью до трех недель и по этому признаку квалифицирующуюся как телесное повреждение, причинившее легкий вред здоровью. МСИ начал оказывать ФИО1 активное сопротивление, в результате чего обезоружил его, в связи с чем ФИО1 не смог довести свои преступные действия до конца, и смерть МСИ не наступила по независящим от ФИО1 обстоятельствам.

На судебном разбирательстве подсудимый ФИО1 свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст.105 УК РФ не признал, пояснил, что признает факт нанесения МСИ ранения щеки, полагал, что его действия квалифицированы неверно, поддержал позицию защитника, предлагавшего квалифицировать его действия по п. «в» ч.2 ст.115 УК РФ.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 показал, что до случившегося проживал с АКВ в её квартире по адресу: <адрес>, совместно с <данные изъяты>. С АКВ строили планы на будущее, вместе покупали вещи, он постоянно отвозил детей в детский сад. Днем 15.12.2019 он в этой квартире занимался сборкой мебели, также в этот день они с АКВ ездили в <адрес>. 15.12.2019 в период с 21 часа по 24 часа он приехал домой в эту квартиру. Он был нетрезвым, выпил литр пива. Дверь оказалась заперта изнутри на щеколду, поэтому открыть ключом её не получилось, он постучал, но ему никто не открыл. Тогда он проник в квартиру через окно в туалете, увидел, что в комнате выключен свет, МСИ и АКВ находились в комнате. Он не знал, что МСИ и АКВ встречаются. Из-за ревности у него с МСИ завязалась потасовка. Затем МСИ объяснил ему, что они с АКВ пытаются построить отношения. АКВ ничего объяснять не стала, сказала, чтобы он ушел из её квартиры. Он в стрессовом состоянии поехал к матери АКВ на <адрес>, где с её мужем ИД стал выпивать спиртные напитки: сначала выпил нецелую бутылку пива 0,5 л, затем приблизительно четыре стопки самогона (200 грамм). Он поспал у <данные изъяты>, около 6 утра проснулся, решил ехать домой. Он поспал 3 часа, и не был пьяным. Дверь открыть ключом опять не получилось, поэтому он вновь решил проникнуть в квартиру через окно. Предполагая, что МСИ может оказаться в квартире, с целью самообороны он взял нож, так как в потасовке МСИ оказался сильнее его. Нож был складным. Он раскрыл его, собирался напугать ножом МСИ, хотел выгнать его из квартиры. Через окно туалета он проник в квартиру и зашел в комнату, увидел АКВ и МСИ, лежавших на кровати. АКВ проснулась, что-то закричала. МСИ вскочил с кровати, и на углу кровати у ФИО1 с МСИ завязалась потасовка. ФИО1 правой рукой, в которой находился нож, ударил МСИ по лицу. Бил он его не ножом, а кулаком. Возможно, в этот момент повредил МСИ щеку. В жизненно-важные органы МСИ он не целился, убить его не хотел, хотел выгнать из квартиры. Они стали бороться на ковре возле кровати. МСИ прижал ФИО1 к полу: МСИ лежал на нем сверху, левой рукой держал правую руку ФИО1, локтем правой руки давил ему на грудь. Когда ФИО1 сказал, что успокоился, МСИ отпустил его правую руку, и ФИО1 сам выкинул нож к печке рядом со шкафом. У МСИ была кровь. ФИО1 думал, что разбил ему нос. АКВ стала кричать, чтобы ФИО1 покинул квартиру, угрожала вызвать полицию. ФИО1 уехал по месту своей регистрации на <адрес>, куда около 9 часов утра за ним приехали сотрудники полиции. Когда он уходил из квартиры АКВ, МСИ оставался там, был в возбужденном состоянии.

В связи с наличием существенных противоречий, по ходатайству государственного обвинителя на основании п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ в судебном заседании были оглашены показания подсудимого ФИО1, данные им на предварительном следствии, из которых следует, что при допросе в качестве подозреваемого 17.12.2019 и при допросе в качестве обвиняемого 19.12.2019 подсудимый ФИО1 давал подробные последовательные показания об обстоятельствах совершенного им преступления, в которых полностью признавал свою вину в его совершении (т.1 л.д.164-168, т.1 л.д.181-184). На предварительном следствии подсудимый ФИО1 показал, что с АКВ сожительствовал с января 2015 года до августа 2019 года, после чего в квартире на <адрес> не проживает, но периодически приходит навестить детей, иногда остается ночевать, там находятся его вещи. В последнее время заметил, что АКВ стала общаться с МСИ, в связи с чем стал ревновать АКВ, испытывать к МСИ личные неприязненные отношения, так как долго проживал вместе с АКВ, у них <данные изъяты>. Вечером ДД.ММ.ГГГГ он распивал водку, находясь в состоянии опьянения, около 21 часа приехал к АКВ, с которой захотел увидеться. В комнате он попытался снять с АКВ одежду, предложил вступить с ним в половую связь, на что АКВ отказалась, закричала, угрожала вызвать полицию, если он не прекратит. После этого он ушел из квартиры, уехал, продолжил распивать спиртные напитки. Около 23 часов он на своем автомобиле «<данные изъяты>» вновь приехал к дому АКВ проверить, не пришел ли к ней МСИ. Дверь квартиры была закрыта. Зная, что окно в туалете всегда находится в открытом состоянии, он через него проник в квартиру, где прошел в спальню. Там на кровати лежала АКВ, а рядом сидел МСИ. На почве ревности он стал драться с МСИ. Последний стал удерживать его за руки, прижал к спинке кровати, когда ФИО1 сказал, что успокоился, МСИ отпустил его. МСИ сказал, что они с АКВ пытаются выстроить отношения. Он попросил их не трогать <данные изъяты>, после чего ушел из квартиры. Уходя, он сказал МСИ, что они еще свидятся, имея ввиду, что найдет способ отомстить ему, за то, что тот встречается с АКВ. После этого он поехал в бар, где распивал спиртные напитки, а затем к родителям АКВ, где распивал самогон <данные изъяты> АКВ – ФИО20, говорили об АКВ. Около 05 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ он хотел поехать домой, по дороге решил заехать к АКВ, чтобы разобраться с МСИ, так как испытывал к нему сильную личную неприязнь. Около 5 часов 40 минут он на своем автомобиле подъехал к дому АКВ, взял в салоне автомобиля складной нож и вновь через окно туалета залез в квартиру. Зайдя в спальню, он увидел АКВ и МСИ, спящих на кровати. АКВ проснулась, увидев его, закричала, толкнула МСИ, затем выбежала в соседнюю комнату. Он, находясь в состоянии алкогольного опьянения, испытывая чувство ревности и личной неприязни к МСИ, подбежал к последнему, чтобы нанести ему удар ножом с целью убийства, при этом что-то крикнул МСИ. Когда он подбежал к МСИ, тот пытался подняться. ФИО1 с целью убийства нанес МСИ удар ножом в область лица, при этом понимал, что наносит удар в жизненно-важные органы, желал наступления смерти МСИ. Позднее понял, что удар пришелся в правую щеку. МСИ схватил его за руки, они начали бороться, упали на пол, где МСИ повалил его на бок и стал держать его руки своими руками, при этом, удерживая рукой руку с ножом, стал бить ею о поверхность пола. Через несколько ударов Никаноров выпустил нож, а АКВ откинула нож ногой. С лица МСИ на одежду ФИО1 капала кровь. Когда Никаноров выпустил нож, МСИ отпустил его руки, после чего ФИО1 убежал из квартиры, не смог убить МСИ, так как тот оказал ему сопротивление.

В судебном заседании ФИО1 показания, данные на предварительном следствии, не подтвердил, пояснил, что во время допросов не осознавал суть происходящего, не понимал, в чем его обвиняют, дал показания по совету следователя, рассчитывая получить минимальное наказание. Следователь помог сформулировать показания. Дал правдивые показания 14.02.2020, когда узнал, что статья предусматривает наказание от 6 лет лишения свободы. Такие же показания дал в суде. Физического либо морального давления следователь на него не оказывал, давать конкретные показания не принуждал, допрашивали его в присутствии защитника, в консультации защитника следователь не отказывал. Протокол подписан им лично.

Суд приходит к выводу, что виновность ФИО1 в совершении описанного выше преступления нашла свое подтверждение исследованными на судебном разбирательстве доказательствами.

Потерпевший МСИ в судебном заседании показал, что с сентября 2019 года он стал встречаться с АКВ Он приходил к АКВ каждый день, она была одна, с ФИО1 не проживала. АКВ говорила, что их с ФИО1 связывают только <данные изъяты>, что ФИО1 приезжает к детям, возит их в сад. 15.12.2019 около 22 часов ему позвонила АКВ, сказала, что бывший муж ФИО1 приезжал к ней, домогался, был в пьяном состоянии. АКВ сказала, что боится, просила его придти. В начале-половине одиннадцатого часа ночи он пришел к АКВ. Он видел, что автомобиль ФИО1 стоит около сараев, ФИО1 сидел в автомобиле с телефоном. АКВ рассказала ему, что ФИО1 был пьяным, испугал детей. Они сидели в комнате на кровати. Приблизительно через полчаса ФИО1 через окно в туалете залез в квартиру, зашел в комнату и накинулся на него (МСИ). МСИ скрутил ФИО1, сказал, чтобы он успокоился, предложил поговорить, сказал, что они вместе с АКВ, на что ФИО1 попросил их не обижать детей. Затем ФИО1 ушел, сказав, что они еще увидятся. Опасаясь, что он может вернуться, МСИ остался в квартире АКВ. Они спали. Второй раз Никаноров вновь залез в квартиру через окно. АКВ проснулась, увидела стоящего у кровати ФИО1, в руке у которого был нож, закричала, разбудила его (МСИ). ФИО1 побежал к нему с криком, что убьет его, попытался нанести ему удар ножом в область лица. МСИ испугался, попытался увернуться, нож прошел вскользь щеки. МСИ схватил руку ФИО1, они стали бороться сначала на кровати. ФИО1 пытался ножом нанести ему еще удары в область лица и груди. Чтобы защититься, МСИ лежащим на кровати пледом обмотал руку, затем борьба продолжилась на полу, где МСИ удалось положить ФИО1 на пол. Он оказался сверху, прижал ФИО1, стал выбивать нож из его руки, одной рукой держал его руку, второй рукой надавливал на грудь. Так как он удерживал руку ФИО1, в которой был нож, ФИО1 не мог ударить его ножом. После нескольких ударов рукой об пол ФИО1 отпустил нож, АКВ откинула его. После этого он отпустил ФИО1, и тот убежал. После конфликта с ФИО1 МСИ увидел, что у него рассечена щека, разрез был глубоким, остался шрам. ФИО1 был в состоянии алкогольного опьянения, АКВ говорила, что и до этого он приходил нетрезвым, она боялась его, говорила, что были случаи, что он хватался за ножи, АКВ высказывал угрозы в его (МСИ) сторону. После случившегося АКВ через WhatsApp поступили сообщения с угрозами, что он все равно доделает свое дело.

Свидетель АКВ в судебном заседании показала, что почти 5 лет, с 02.01.2015 по 15.08.2019, проживала совместно с ФИО1, снимали квартиру, потом некоторое время жили у матери ФИО1. Там между ними произошел скандал, ФИО1 избил её, после чего она ушла жить к своей матери, затем на материнский капитал купила квартиру на <адрес>, в августе 2019 года переехала в неё. ФИО1 приезжал к ней, чтобы увидеться с детьми, каждый день возил детей в сад. В квартире на <адрес> ФИО1 с нею не проживал. По его просьбе у неё в квартире оставалась часть вещей ФИО1. Он хотел забрать их, когда решит проблему с жильем, не хотел жить у родителей. С 06.09.2019 она стала встречаться с МСИ. ФИО1, узнав об этом, сказал, что не даст ей ни с кем общаться и жить. 15.12.2019, вечером, к ней приехал ФИО1, который находился в состоянии опьянения, попросил поговорить с ним, в комнате стал срывать с неё халат и нижнее белье, требовал вступить с ним в интимные отношения. Старший ребенок выскочил из комнаты, она закричала, что вызовет полицию, тогда ФИО1 ушел. О случившемся она рассказала МСИ, который приехал к ней. В это время, в одиннадцатом часу ночи, через окно туалетной комнаты в квартиру залез ФИО1, выбил дверь туалета. Он был в более сильном состоянии опьянения, набросился на МСИ, они стали драться. Потом МСИ сказал ФИО1, что они пытаются построить отношения. ФИО1 сказал, чтобы они не обижали <данные изъяты>, ушел из квартиры со словами, что ещё увидятся. Позже мама позвонила ей, сказала, что ФИО1 приехал к ней. МСИ остался у неё (АКВ), они легли спать. Проснувшись, она увидела в комнате ФИО1, в руке у которого был нож. Она закричала, разбудила МСИ. ФИО1 обежал кровать и напал на МСИ. Они начали драться на кровати, где ФИО1 порезал МСИ ножом. Там осталась кровь. Потом они перекатились с кровати ближе к комнатной двери. МСИ выбил у ФИО1 нож, она откинула его в сторону. После этого Никаноров выбежал из квартиры с угрозами, что найдет МСИ и закончит свое дело. После того, как они вызвали полицию и «скорую помощь», около 9 утра, ей от ФИО1 поступили голосовые сообщения с угрозами, что он поймает её или МСИ и доделает свое дело.

13.02.2020 следователем в ходе выемки у АКВ изъят диск с аудиозаписями сообщений ФИО1, что подтверждается протоколом выемки (т.1 л.д.76-78).

Из протокола осмотра предметов от 13.02.2020 видно, что на указанном диске содержится три файла с аудиозаписями, на которых ФИО1 в грубой нецензурной форме предъявляет АКВ претензии о том, что она не сказала ему, что состоит в интимных отношениях с МСИ, угрожает АКВ и МСИ, что он все равно зарежет МСИ, что не получилось сейчас, но в другой раз придет и зарежет его, отсидит и выйдет, а МСИ будет лежать и гнить (т.1 л.д.80-85).

В судебном заседании подсудимый ФИО1 подтвердил, что после случившегося отправлял указанные аудиосообщения АКВ, но не верил, что такое произошло, это была его реакция на события, воплотить реально угрозы не собирался, хотел днем забрать свои вещи из квартиры, и больше там не появляться.

Свидетель ИЕН, <данные изъяты> АКВ, в судебном заседании показала, что АКВ проживала с ФИО1, у них <данные изъяты>. В августе 2019 года дочь некоторое время проживала у неё, затем переехала в приобретенную квартиру. Она не знает, продолжила ли дочь с этого времени проживать с ФИО1. Приблизительно в одиннадцатом часу ночи 15.12.2019 ФИО1 позвонил ей, был возбужден, говорил, что застал АКВ с МСИ. По её предложению ФИО1 приехал к ней. Он был нетрезвым, очень возбужден, ругался, обзывался, на эмоциях говорил, что убьет МСИ. У неё была подруга. Они вместе посидели, выпивали самогон. Под утро она попыталась уложить ФИО1 спать, но он подремал около часа, в 5-6 часов утра уехал. В 7 часов утра ей позвонила дочь АКВ, рассказала о случившемся, что ФИО1 ударил МСИ в лицо ножом. До этого дочь рассказывала ей, что ФИО1 приходил к ней пьяный, домогался, из-за чего она попросила прийти МСИ. Она не вмешивалась в отношения дочери и ФИО1. От него ей неоднократно приходили сообщения, что они расходятся, потом они продолжали жить вместе. Так было неоднократно. У них были скандалы с рукоприкладством.

Из материалов дела следует, что 16.12.2019 в 06 часов 45 минут в дежурную часть <данные изъяты> отделения полиции МО МВД России <данные изъяты> поступило сообщение от ФВВ о том, что оказана медицинская помощь МСИ с диагнозом: резаная рана правой щеки (т.1 л.д.12).

Свидетель ФВВ, фельдшер СМП ГБУЗ «<данные изъяты>», в судебном заседании и на предварительном следствии показала, что 16.12.2019 в начале седьмого часа утра поступил вызов в квартиру на <адрес> о ножевом ранении щеки, кровотечении. Они сообщили сотрудникам полиции, выехали по вызову. Там находился МСИ с резаной раной щеки. У него на одежде была кровь. Они оказали потерпевшему помощь. АКВ рассказала, что на МСИ с ножом напал ФИО1, но МСИ обезоружил его (т.1 л.д.59-61).

Согласно заключению эксперта № от 10.02.2020 судебно-медицинской экспертизы МСИ у него имелись следующие телесные повреждения: резаная рана правой щеки. Указанное повреждение образовалось в результате однократного воздействия твердого предмета с острым режущим краем, каковым могло быть лезвие клинка ножа, могло образоваться 16.12.2019, повлекло за собой временное нарушение функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность) продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы, и по этому признаку квалифицируется как легкий вред здоровью человека. В момент причинения резаной раны правой щеки МСИ был обращен правой половиной лица к действовавшему орудию, мог находиться в различном положении – вертикальном, горизонтальном, близким к ним (т.1 л.д.120-121).

16.12.2019 МСИ обратился в <данные изъяты> с заявлением о привлечении к уголовной ответственности ФИО1, который ночью проник в квартиру по адресу: <адрес>, пытался убить МСИ ножом, но не смог, так как МСИ схватил руки ФИО1. После случившегося ФИО1 угрожал, что все равно убьет его.

Как видно из протокола осмотра места происшествия, проведенного 16.12.2019 в период с 07 часов 20 минут до 09 часов 10 минут, была осмотрена квартира АКВ, расположенная по адресу: <адрес> придомовая территория. В одной из двух комнат квартиры на матрасе, лежащем на кровати, в правой части, на ковре, лежащем на полу рядом с кроватью, обнаружены пятна бурого цвета, похожие на кровь. В туалете обнаружен плед бежевого цвета с пятнами красного цвета, который изъят с места происшествия. Над унитазом расположено окно, выходящее на улицу. Запорное устройство на раме окна находится в неисправном состоянии, окно не закрывается. На крышке унитаза обнаружена грязь, оставленная обувью. На улице, в месте расположения окна туалета, расположена выгребная яма, накрытая настилом, на котором стоит чурбак и пластиковая полка. Со стороны проезжей части к указанному настилу ведет дорожка следов обуви. В ходе осмотра места происшествия АКВ выдала раскладной нож, на рукояти которого имеется пятно бурого цвета (т.1 л.д.14-20).

Согласно заключению эксперта №-Б от 05.02.2020 судебно-биологической экспертизы исследования ДНК установлено, что на поверхностях пледа, клинка и рукояти ножа, изъятых с места происшествия 16.12.2019, обнаружена кровь человека, происходящая от МСИ (т.1 л.д.139-146).

Оценивая приведенные в приговоре экспертные заключения, суд соглашается с их выводами, поскольку они сделаны квалифицированными специалистами, выводы экспертов не находятся за пределами их специальных познаний, мотивированы, согласуются с другими доказательствами, проверенными и исследованными на судебном разбирательстве, каких-либо противоречий не содержат и никаких сомнений у суда не вызывают. Экспертизы назначены и проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства. Заключения экспертов соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ.

Оценивая приведенные выше доказательства каждое в отдельности и в их совокупности, суд считает каждое из них относимым к указанному делу, допустимым и достоверным, а все приведенные доказательства в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела, поскольку они добыты с соблюдением требований УПК РФ, согласуются между собой и с достаточной полнотой подтверждают вину подсудимого ФИО1 в совершении описанного выше преступления, у суда нет оснований не доверять им, ставить их под сомнение.

Показания свидетелей НЮР и НТВ (<данные изъяты>), НРЮ (<данные изъяты>), ВЛО о том, что ФИО1 длительное время проживал с АКВ, перевозил в приобретенную АКВ на <адрес> квартиру вещи, и что родные ФИО1 полагают, что после этого он также проживал совместно с АКВ, доказательственного значения по делу не имеют, не уличают и не оправдывают подсудимого по предъявленному обвинению.

Свидетель НТВ – мать подсудимого – подтвердила показания АКВ и её матери ИЕН, что в августе 2019 года между АКВ и ФИО1 произошла ссора, после которой АКВ ушла жить к своей матери. Свидетель НТВ пояснила, что после этого до момента переезда АКВ в квартиру на <адрес> АКВ и ФИО1 жили раздельно, когда АКВ переехала, ФИО1 тоже перевозил вещи в эту квартиру, больше в дом родителей жить не вернулся.

О том, что АКВ и ФИО1 на момент рассматриваемых событий проживали совместно, свидетели НЮР, НТВ, НРЮ и ВЛО предполагают, достоверно им это не известно. На основании пункта 2 части 2 статьи 75 УПК РФ в указанной части показания названных свидетелей являются недопустимым доказательством, так как основаны на догадке, предположении.

К показаниям подсудимого ФИО1, данным в судебном заседании, в части, противоречащей его показаниям, данным на предварительном следствии 17.12.2019 и 19.12.2019, суд относится критически, поскольку они опровергаются совокупностью приведенных в приговоре доказательств.

В основу приговора суд кладет и считает достоверными показания подсудимого ФИО1, данные на предварительном следствии 17.12.2019 и 19.12.2019, а также показания потерпевшего МСИ и свидетеля АКВ, данные ими в судебном заседании.

Указанные показания подсудимого на предварительном следствии получены с соблюдением требований Уголовно-процессуального кодекса, в присутствии защитника, согласуются с другими исследованными на судебном разбирательстве доказательствами, в том числе, показаниями потерпевшего МСИ и свидетеля АКВ, приведенными в приговоре письменными доказательствами. Оснований полагать, что подсудимый при даче указанных показаний оговорил себя, у суда не имеется.

К заявлению ФИО1, что при допросах 17.12.2019 и 19.12.2019 он не осознавал суть происходящего, не понимал, в чем его обвиняют, дал показания по совету следователя, рассчитывая получить минимальное наказание, суд относится критически. Подсудимый ФИО1 пояснил, что во время допросов физического либо морального давления следователь на него не оказывал, в консультации защитника не отказывал.

Ссылка подсудимого, что такие показания он дал, не осознавая их последствий, не является основанием для признания показаний недопустимыми доказательствами. Из протоколов допроса видно, что в каждом случае подсудимому в присутствии защитника было разъяснено право не давать показаний против себя, он был предупрежден, что при согласии давать показания, они могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при его последующем отказе от них. Указанный факт удостоверен подписью подсудимого ФИО1

Из приведенных показаний подсудимого ФИО1, данных на предварительном следствии, показаний потерпевшего МСИ и свидетеля АКВ видно, что на момент совершения преступления у ФИО1 сложились неприязненные отношения к МСИ на почве ревности к АКВ, что стало мотивом совершения ФИО1 рассматриваемого преступления. Вечером 15.12.2019 ФИО1 предлагал АКВ вступить с ним в интимные отношения, на что АКВ ответила отказом, после чего в тот же вечер ФИО1 застал АКВ и МСИ вместе, в спальне квартиры, проникнув в квартиру через окно туалетной комнаты. Затем между ФИО1 и МСИ в присутствии АКВ произошла драка, в ходе которой МСИ одержал превосходство, вынудил ФИО1 уйти из дома АКВ

При таких обстоятельствах суд приходит к убеждению, что показания подсудимого ФИО1, данные на предварительном следствии 17.12.2019 и 19.12.2019, что он испытывал к МСИ сильную личную неприязнь и имел прямой умысел на убийство МСИ, являются достоверными.

С целью реализации указанного умысла ФИО1, вооружившись ножом, тайно, в ночное время, проник в квартиру АКВ через окно туалетной комнаты, и прошел в спальню, где находились спящие МСИ и АКВ, что подтверждается показаниями подсудимого ФИО1, данными на предварительном следствии, показаниями потерпевшего МСИ и свидетеля АКВ, протоколом осмотра места происшествия от 16.12.2019.

Дальнейшие действия ФИО1 также были непосредственно направлены на реализацию возникшего у него умысла на убийство МСИ: ФИО1 напал на МСИ с ножом, используя который в качестве орудия неоднократно пытался нанести МСИ удар в область расположения жизненно-важных органов: в голову и грудь. Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями потерпевшего МСИ и свидетеля АКВ, полностью согласующимися между собой и показаниями подсудимого ФИО1, данными на предварительном следствии, а также заключением судебно-медицинской экспертизы, подтверждающей наличие у МСИ ножевого ранения в области лица.

Утверждение стороны защиты об отсутствии у ФИО1 умысла на убийство МСИ со ссылкой на скользящий характер ранения и на то, что ФИО1 не понял, что причинил МСИ ножевое ранение, полагал, что кровь у МСИ пошла в результате удара по носу, является несостоятельным. Заблуждение подсудимого об источнике крови, происходившей от потерпевшего, не влияет на квалификацию действий ФИО1 Из показаний потерпевшего МСИ следует, что во время борьбы ФИО1 неоднократно пытался нанести ему удары ножом в жизненно-важные органы: в область головы и груди. Поскольку указанный конфликт между ФИО1 и МСИ происходил в темное время суток, в помещении, имеющем недостаточное освещение, неоднократно пытаясь нанести удары ножом, ФИО1, мог не заметить, что в результате одного из ударов потерпевший получил телесные повреждения. Тяжесть причиненного ранения, определяющегося как легкий вред здоровью, также не свидетельствует об отсутствии у подсудимого умысла на убийство потерпевшего. Указанное ранение ФИО1 причинил МСИ в процессе борьбы, когда потерпевший проснулся и оказал напавшему на него ФИО1 активное сопротивление, что лишило Никанорова возможности довести умысел, направленный на убийство МСИ, до конца.

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства, суд приходит к твердому убеждению, что умысел на убийство МСИ ФИО1 не довел до конца только по независящим от него обстоятельствам: оказывая активное сопротивление, защищаясь от попыток ФИО1 нанести ему удар ножом, потерпевший обмотал руку пледом, вступил в борьбу с ФИО1, в ходе которой ФИО1 оказался лежащим на полу, а потерпевший МСИ удерживал его, зафиксировал руки ФИО1 и принудил последнего отдать нож, чем лишил Никанорова возможности продолжить нападение.

Указанные обстоятельства подтверждают, что добровольно от доведения умысла на убийство МСИ до конца ФИО1 не отказывался, прекратил попытки причинить МСИ смерть только в связи с тем, что потерпевший обезоружил его, и ФИО1 осознавал, что, лишившись ножа, не сможет довести преступление до конца.

Наличие у ФИО1 прямого умысла на убийство МСИ подтверждается также тем, что Никаноров высказывал угрозы убийством в адрес МСИ как до нападения на него с применением ножа, что подтверждается показаниями свидетеля ИЕН и потерпевшего МСИ, так и после нападения, что подтверждается показаниями свидетеля АКВ, аудиозаписями сообщений ФИО1, направленных им АКВ утром 16.12.2020 через систему WhatsApp, содержание которых отражено в протоколе осмотра предметов от 13.02.2020.

Доводы стороны защиты о наличии оснований для переквалификации действий ФИО1 на п. «в» ч.2 ст.115 УК РФ, то есть умышленное причинение легкого вреда здоровью с применением предметов, используемых в качестве оружия, несостоятельны.

Судом достоверно установлено, что ФИО1 действовал с прямым умыслом на убийство: напав на МСИ с ножом, пытаясь нанести ножом удары в область головы и груди потерпевшего, ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность или неизбежность наступления смерти МСИ и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам, из-за активного сопротивления, оказанного потерпевшим.

С учетом изложенного, суд приходит к убеждению, что действия подсудимого ФИО1 следует квалифицировать по части 3 статьи 30, части 1 статьи 105 УК РФ как покушение на убийство, то есть умышленные действия, направленные на причинение смерти другому человеку, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

ФИО1 подлежит наказанию за совершённое преступление. Оснований для прекращения уголовного дела, постановления приговора без назначения наказания или освобождения от наказания не имеется. Вменяемость ФИО1 у суда сомнения не вызывает, под наблюдением у врачей психиатра и нарколога он не состоит (т.2 л.д.46).

Заключением эксперта № от 28.01.2020 амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы установлено, что ФИО1 каким-либо хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которое лишало бы его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в момент совершения инкриминируемого ему деяния не страдал и не страдает в настоящее время. Во время совершения инкриминируемого ему деяния ФИО1 мог осознавать общественную опасность своих действий и руководить ими, в настоящее время также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, в принудительных мерах медицинского характера не нуждается (т.1 л.д.129-130).

Давая оценку указанному заключению эксперта, суд соглашается с его выводами, поскольку они сделаны квалифицированным специалистом, каких-либо противоречий не содержат и никаких сомнений у суда не вызывают. Экспертиза назначена и проведена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства. Заключение эксперта соответствует требованиям ст.204 УПК РФ.

В соответствии с ч.3 ст.60 УК РФ при назначении наказания суд должен учитывать характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

На основании ст. 66 УК РФ при назначении наказания за неоконченное преступление учитываются обстоятельства, в силу которых преступление не было доведено до конца (часть 1). Срок или размер наказания за покушение на преступление не может превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части названного Кодекса за оконченное преступление (часть 3).

ФИО1 совершил покушение на особо тяжкое умышленное преступление против жизни и здоровья.

При изучении личности ФИО1 установлено, что он к административной и уголовной ответственности не привлекался (т.2 л.д.41-43), имеет постоянное место жительства и работы, по месту жительства участковым уполномоченным характеризуется удовлетворительно, отмечено, что на профилактических учетах в ФИО2 не состоит (т.2 л.д.45), по месту работы, в том числе и прежним местам работы, ФИО1 характеризуется исключительно положительно как дисциплинированный работник, пользующийся уважением в коллективе (т.2 л.д.14, 15, 149), имеет на иждивении двоих малолетних детей (т.2 л.д.37-40).

Родные подсудимого – свидетели НЮР, НТВ, НРЮ также положительно охарактеризовали ФИО1

Обстоятельствами, смягчающими наказание в отношении подсудимого ФИО1, суд признает: наличие малолетних детей – п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ; явку с повинной – п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, поскольку ФИО1 дал явку с повинной, сообщив сотрудникам полиции о совершенном им преступлении, до возбуждения в отношении него уголовного дела и до задержания по подозрению в совершении преступления (т.1 л.д.25-26).

То, что уголовное дело возбуждено не на основании явки с повинной, а на основании заявления потерпевшего МСИ не препятствует признанию явки с повинной смягчающим обстоятельством. Как видно из материалов дела, явка с повинной ФИО1 дана 16.12.2019 в 10 часов 45 минут, уголовное дело в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст.105 УК РФ возбуждено 16.12.2019 в 21 час 00 минут, то есть спустя несколько часов после написания явки с повинной. В судебном заседании подсудимый ФИО1 пояснил, что в момент написания явки с повинной не знал о том, что потерпевший обратился в полицию с заявлением о преступлении. Доказательств, опровергающих приведенные показания подсудимого, стороной обвинения не представлено.

Не подтверждение ФИО1 в судебном заседании сведений, содержащихся в указанной явке с повинной, также не препятствует признанию явки с повинной смягчающим обстоятельством. В пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» разъяснено, что добровольное сообщение лица о совершенном им или с его участием преступлении признается явкой с повинной и в том случае, когда лицо в дальнейшем в ходе предварительного расследования или в судебном заседании не подтвердило сообщенные им сведения.

Судом установлено, что преступление ФИО1 совершил, находясь в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, в которое подсудимый привел себя сам, употребляя перед совершенным деянием алкогольные напитки. Факт нахождения ФИО1 в момент совершения преступления в состоянии опьянения подтверждается показаниями свидетелей АКВ, ФИО3, показаниями ФИО1, данными на предварительном следствии, из которых видно, что к АКВ 15.12.2019 и 16.12.2019 ФИО1 приходил в состоянии опьянения, вечером 15.12.2019 и в ночь на 16.12.2019 распивал спиртные напитки, в том числе, крепкие спиртные напитки (самогон).

С учетом характера и степени опасности совершенного преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного, на основании ч.1.1 ст.63 УК РФ суд признает обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Суд приходит к убеждению, что совершение указанного преступления, нападение с ножом на потерпевшего, в значительной мере стали возможным именно из-за состояния опьянения, которое сняло внутренний контроль за поведением, вызвало агрессию к потерпевшему, что и привело к совершению преступления, направленного против жизни и здоровья.

С учетом фактических обстоятельств и степени общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, а также в связи с тем, что судом установлено наличие отягчающего наказание обстоятельства, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в порядке ч.6 ст.15 УК РФ не имеется.

За преступление, совершенное ФИО1, законом предусмотрен только один вид наказания – лишение свободы на срок от шести до пятнадцати лет с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности подсудимого, в том числе учитывая обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, суд приходит к убеждению, что для достижения целей наказания, установленных ч.2 ст.43 УК РФ, ФИО1 следует назначить наказание в виде лишения свободы в пределах санкции статьи, с учетом положений ч.3 ст.66 УК РФ. Суд считает невозможным применение в отношении ФИО1 положений статьи 73 УК РФ об условном осуждении и назначения ему наказания без изоляции от общества.

Исключительных обстоятельств, дающих основание для применения при назначении ФИО1 наказания за совершенное преступление положений ст.64 УК РФ, не имеется.

ФИО1 является мужчиной, совершил покушение на особо тяжкое преступление, ранее лишение свободы не отбывал. В силу положений п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ, отбывание лишения свободы таким лицам назначается в исправительных колониях строгого режима.

Учитывая, что ФИО1 до совершения указанного преступления к уголовной и административной ответственности не привлекался, характеризуется положительно, суд приходит к выводу, что достижение целей наказания возможно без применения к ФИО1 дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Из обвинительного заключения следует, что процессуальных издержек по делу не имеется.

Решение о судьбе вещественных доказательств суд принимает с учетом положений п.1 ч.3 ст.81 УПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – содержание под стражей.

Срок отбытия наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу. На основании пункта «а» части 3.1 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации зачесть в срок отбытия наказания время задержания ФИО1 и время содержания его под стражей в виде меры пресечения с 16 декабря 2019 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства: плед, хранящийся в камере вещественных доказательств Осташковского МСО СУ СК РФ по <адрес>, - возвратить АКВ; нож складной, след подошвы обуви, образцы крови МСИ и ФИО1 на марлевых тампонах, хранящиеся в камере вещественных доказательств Осташковского МСО СУ СК РФ по <адрес>, - уничтожить; диск CD-R с аудиозаписями сообщений ФИО1 продолжить хранить в материалах дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Тверской областной суд через постоянное судебное присутствие в поселке Селижарово Тверской области Осташковского межрайонного суда Тверской области в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным ФИО1 в тот же срок со дня вручения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, представления прокурора, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Если осужденный заявляет ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, об этом указывается в его апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий О.Н. Лебедева

1версия для печати