Приговор № 22-286/2020 от 20 декабря 2020 г. по делу № 1-11/2019

Судья Марченко Н.М. Дело № 22-286/2020

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Томск 21 декабря 2020 года

Судебная коллегия по уголовным делам Томского областного суда в составе:

председательствующего Архипова А.В.,

судей: Юкова Д.В., Ильной Е.Ю.,

при секретаре Караевой П.В.,

рассмотрела в судебном заседании дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Первомайского районного суда Томской области от 17 декабря 2019 года, которым

ФИО1, родившийся /__/ в /__/, не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 160 УК РФ к штрафу в размере 120000 рублей.

Заслушав доклад председательствующего, выступления осужденного ФИО1, его защитника-адвоката Кошеля Ю.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Кривошеева С.И., возражавшего против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

приговором Первомайского районного суда Томской области от 17 декабря 2019 года ФИО1 признан виновным в присвоении, то есть хищении чужого имущества, вверенного ему с использованием своего служебного положения.

Согласно приговору преступление совершено в период с 01 октября 2009 года по декабрь 2013 года в с. Первомайское Первомайского района Томской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления не признал. В ходе предварительного следствия и в судебном заседании ФИО1 воспользовался положениями ст. 51 Конституции РФ.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором, в виду несоответствие выводов суда, фактическим обстоятельствам уголовного дела, вынесенным с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона. Считает, что представленные суду доказательства в их совокупности не являются достаточными для вынесения обвинительного приговора. Указывает, на необъективные показания свидетеля С., оговорившего его, на что он неоднократно обращал внимания следствие, поскольку между ними были длительные неприязненные отношения. Показания свидетеля Н. не могут быть приняты по внимание, поскольку в спорный период между ними были длительные близкие отношения, которые прервались по его инициативе, в связи с чем свидетель его оговорила. Суд необоснованно подверг сомнению представленные медицинские карты отдельных больных. Указывает, что при вынесении обжалуемого приговора имеет место совокупность преступлений за два периода, за один из которых он уже осужден и судимость погашена. Вопрос о продолжаемых преступных действиях судом не разрешен. Считает, что неоднократные преступные действия из одного и того же источника, одним и тем же способом, с единым умыслов является продолжаемым преступлением. Объективных и бесспорных доказательств его виновности судом не добыто. В указанный период он, будучи главным врачом /__/, исполнял обязанности врача-трансфузиолога, поскольку в этом нуждались пациенты. Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного ФИО1 заместитель прокурора Первомайского района Томской области Курбатов И.А. опровергает доводы жалобы, считает необходимым приговор оставить без изменения. В возражениях государственный обвинитель дает свой анализ исследованных судом доказательств, полагает, что виновность ФИО1 подтверждается исследованными доказательствами, из которых следует, что в /__/ он в указанный период наряду с должностью главного врача, был устроен по совместительству на 0,25 % ставки должности врача-трансфузиолога. Показаниями свидетелей Н., С., Л. и др. подтверждается, что в действительности обязанности врача-трансфузиолога он не исполнял.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав выступления сторон, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 389.15 УПК РФ приговор суда может быть отменен в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела и существенным нарушением норм уголовно-процессуального закона.

Согласно ст. 389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, кроме прочего, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Согласно ст. 389.17 УПК РФ существенными нарушениями уголовно-процессуального закона являются такие нарушения, которые повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

В соответствии с ч.4 ст. 7 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и мотивированным.

В силу положений статьи 240 УПК РФ выводы суда, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, должны быть основаны на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании.

Данное требование уголовно-процессуального закона было судом нарушено. При изложении в описательно-мотивировочной части приговора показаний свидетелей С. и Н., допрошенных в ходе судебного следствия, суд указал, что оба свидетеля дали показания о том, что осужденный ФИО1 «ни одного дня не занимался трансфузиями, не исполнял обязанности врача-трансфузиолога». (Том № 6 л.д.143 - 144). Также в приговоре указано, что свидетель Л. подтвердил показания, данные им на предварительном следствии о том, что ФИО1 обязанности по должности врача-трансфузиолога на 0,25 ставки не исполнял, только официально занимал такую должность (Том №6 л.д. 144). В последствие показания данных свидетелей в этой части были признаны судом одними из ключевых доказательств, подтверждающих выводы суда о том, что ФИО1 фактически трудовые обязанности врача-трансфузиолога не исполнял (том №6 л.д.153), а значит, необоснованно получал заработную плату врача-трансфузиолога, в чем и заключалась суть хищения, в совершении которого ФИО1 был признан виновным обжалуемым приговором.

Между тем, как следует из протокола судебного заседания, свидетели С. и Н., каждый из которых допрашивался в зале судебного заседания неоднократно (том №6 л.д. 5-8, 9-12, 32-35, 71-74, 74-80), таких показаний не давали. Они лишь подтвердили факт исполнения ими самими обязанностей врача-трансфузиолога и показали, что не знают, исполнял ли ФИО1 такие же обязанности или нет, отметив, что в экстренных случаях ФИО1 подключался к их работе. Свидетель Л. после оглашения его показаний, данных на предварительном следствии, показал, что ФИО1 периодически исполнял обязанности врача-трансфузиолога (Том №6 л.д.47).

Данное нарушение норм уголовно-процессуального законодательства, по мнению судебной коллегии, является существенным, т.к. повлияли на вынесение законного и обоснованного решения по делу, привели к несоответствию выводам суда фактическим обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает необходимым обжалуемый приговор отменить и вынести по делу новый приговор.

Органами предварительного расследования ФИО1 обвиняется в том, что он в период с 01 октября 2009 года по декабрь 2013 года, являясь на основании приказа № 57-л/с от 01.10.2009 и трудового договора № 19 от 01.10.2009 главным врачом /__/, находясь по месту своей работы по адресу: /__/, умышлено из корыстных побуждений совершил хищение в форме присвоения вверенных ему в силу занимаемой должности главного врача /__/ и принадлежащих данному учреждению денежных средств в общей сумме /__/ руб., с использованием своего служебного положения при следующих обстоятельствах.

ФИО1 состоя с 01.10.2009 в должности главного врача /__/, обладая в силу п. 2.3.2, 2.3.5, 2.3.6 трудового договора № 19 от 01.10.2009 года полномочиями по заключению от имени возглавляемого им учреждения договоров, соглашений, контрактов, в том числе трудовых, полномочиями издания нормативных документов, приказов, распоряжений, обязательных для исполнения работниками возглавляемого им учреждения, правом распоряжения имуществом /__/, в соответствии с целями его деятельности. Будучи обязанным в силу п. 2.4.1, 2.4.3, 2.4.5, 2.4.10 трудового договора № 19 от 01.10.2009, а так же п.п. 6 п. 2.1 должностной инструкции главного врача /__/ обеспечивать в своей деятельности соблюдения требований законодательства Российской Федерации и Томской области, обеспечивать устойчивую и эффективную финансово - хозяйственную деятельность возглавляемого им учреждения, соблюдать приоритет интересов /__/, а так же обеспечивать целевое и рациональное использование финансовых средств данного учреждения, в том числе предоставляемых их бюджета Первомайского района Томской области и государственных внебюджетных фондов, то есть являясь лицом, выполняющим организационно - распорядительные и административно - хозяйственные функции, осуществляя полномочия по распоряжению и управлению финансовыми средствами данного учреждения, обладая правом первой подписи всех финансовых документов, умышленно, из корыстных побуждений, с целью хищения принадлежащих /__/ денежных средств, будучи осведомленным о наличии в /__/ 0,25 ставки врача - трансфузиолога и возможности оформления внутреннего совместительства, в начале октября 2009 года решил использовать данные обстоятельства для противоправного, в корыстных целях хищения путем присвоения, вверенных ему в силу занимаемой должности денежных средств, заложенных на выплату заработной платы по должности врача - трансфузиолога и принадлежащих /__/. При этом использовать трудовые функции по должности врача - трансфузиолога по внутреннему совместительству на 0,25 ставки, ФИО1 изначально не намеревался.

В целях реализации своего преступного умысла, направленного на хищение указанных денежных средств, вверенных ему в силу занимаемой должности и принадлежащих /__/, осознавая противоправный характер своих действий, в период с сентября 2009 года по начало октября 2009 года, ФИО1 написал заявление на имя главы Администрации Первомайского района П. с просьбой разрешения ему внутреннего совместительства на 0,25 ставки врача - трансфузиолога в /__/, которое направил в Администрацию Первомайского района. При этом исполнять трудовые функции по должности врача - трансфузиолога по внутреннему совместительству на 0,25 ставки, ФИО1 изначально не намеревался.

После визирования главой Администрации Первомайского района на тот момент П. указанного заявления, в период с сентября 2009 года по начало октября 2009 года, находясь на своем рабочем месте по адресу: /__/, продолжая реализовывать свой преступный умысел, направленный на хищение вверенных ему денежных средств /__/ и незаконное обогащение, осознавая общественную опасность своих действий, желая придать видимость законности своим действиям, ФИО1 дал указание подчиненным сотрудникам о подготовке приказа о приеме его на работу по должности врача - трансфузиолога по внутреннему совместительству на 0,25 ставки, а так же трудового договора с ним. В качестве подтверждения наличия согласования на данные действия ФИО1 было предъявлено подчиненным сотрудникам, не осведомленным о его преступных намерениях, ранее написанное им заявление с визой согласования на тот момент главой Администрации Первомайского района П.

1 октября 2009 года, подчиненными сотрудниками ФИО1, не осведомленным о его преступном умысле, направленном на хищение принадлежащих /__/ денежных средств, были подготовлены приказ о разрешении ФИО1 совместительства врача - трансфузиолога /__/ на 0,25 ставки с 1 октября 2009 года, а так же соответствующий трудовой договор, которые были подписаны ФИО1

В дальнейшем, в период времени с 1 октября 2009 года по декабрь 2013 года (включительно), по поручению ФИО1, подчиненными ему сотрудниками, не осведомленными о его преступном умысле, направленном на хищение принадлежащих /__/ денежных средств, производилось табелирование учета рабочего времени врача - трансфузиолога /__/ на 0,25 ставки, которые направлялись в бухгалтерию /__/ для дальнейшего начисления ему заработной платы.

За весь период нахождения ФИО1 в должности врача - трансфузиолога на 0,25 ставки трудовые функции им не исполнялись, вместе с тем, сотрудниками бухгалтерии /__/, не осведомленными о преступном умысле ФИО1, направленном на хищение принадлежащих данному учреждению денежных средств, производилось начисление заработной платы на 0,25 ставки по должности врача - трансфузиолога /__/.

В результате указанной противоправной деятельности ФИО1 в период с октября 2009 года по 11.09.2010 на счет банковской карты принадлежащей ФИО1, открытой /__/, а так же в период с 10.09.2010 по декабрь 2013 года на счет /__/ принадлежащий ФИО1 банковской карты, открытый 30.01.2009, в филиале /__/, применительно к 0,25 ставки по должности врача - трансфузиолога /__/, были перечислены денежные средства в общей сумме /__/ руб., которые были незаконно похищены ФИО1 путем их присвоения.

Таким образом, ФИО1, используя своё служебное положение главного врача /__/, в период времени с октября 2009 года по декабрь 2013 года похитил вверенные ему в силу занимаемой должности главного врача /__/ принадлежащие /__/ денежные средства в общей сумме /__/ руб., безвозмездно изъяв их у /__/, тем самым, присвоив данные денежные средства и причинив, таким образом, имущественный ущерб собственнику этих денежных средств - /__/ в общей сумме /__/ руб.

Органами предварительного расследования действия ФИО1 были квалифицированы по ч. 3 ст. 160 УК РФ как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя не признал, от дачи показаний отказался. Однако в прениях, в последнем слове, а также в своих выступлениях в суде апелляционной инстанции, ФИО1 заявил, что в действительности он выполнял обязанности врача-трансфузиолога: проводил консультации и консилиумы всех тяжелобольных, участвовал в лечебной деятельности непосредственно в операционной, лечил пациентов, проводил экспертизы историй болезни в части гемотрансфузий, организовал трансфузионный кабинет в больнице. За проделанную работу ему выплачивалась заработная плата в мизерном размере.

В судебном заседании были исследованы (в копиях):

- распоряжение Главы администрации Первомайского района Томской области от 01.10.2009 №57-л/с о приеме ФИО1 на работу главного врача /__/ (Том №1 л.д.208);

- трудовой договор от 01.10.2009, заключенный с Администрацией Первомайского р-на Томской области и ФИО1, касающийся принятия ФИО1 на должность главного врача /__/ (Том №1 л.д. 70-83);

- должностная инструкция главного врача /__/, в которой подробно перечислены все обязанности главного врача. (Том №1 л.д.72-74);

- Устав /__/, в котором кроме прочего определяются полномочия главного врача /__/ (Том №1 л.д. 105–114);

- распоряжение Главы Администрации Первомайского района Томской области от 01.10.2009 №71-ка о разрешении ФИО1 осуществлять врачебную деятельность на 0,25 ставки врача-трансфузиолога с 01.10.2009 и выписка из журнала регистрации распоряжений по кадрам (Том №1 л.д.170, 172).

Из перечисленных документов следует, что ФИО1 действительно с 01.10.2009 был принят на работу в /__/ на должность главного врача, а также по совместительству на 0,25 ставки врача-трансфузиолога. Данные обстоятельства в судебном заседании подтвердила также свидетель Т., показавшая, что в указанный период она работала начальником отдела кадров /__/ и факт трудоустройства ФИО1 ей известен (Том №6 л.д. 12-15);

Согласно заключению судебно-бухгалтерской экспертизы №132 от 07.09.2018 за период с 01.10.2009 по декабрь 2013 года ФИО1 в качестве врача-трансфузиолога была выплачена заработная плата в размере /__/ руб. Указанная сумма выплачивалась в течение 51 месяца, из которых в течение 24 месяцев размер ежемесячных выплат не превышал /__/ руб., в течение 14 месяцев – /__/ руб., в течение 10 месяцев – /__/ руб. (Том №2 л.д. 40-45). Порядок проведения экспертизы и ее выводы разъяснила допрошенная в судебном заседании эксперт С. (Том №6 л.д. 67-70).

Факт начисления и выплаты заработной платы врача-трансфузиолога ФИО1 подтвердили:

свидетель Р., показавшая, что работала главным бухгалтером Первомайской районной больницы и ей было известно, что ФИО1 был устроен по совместительству на 1/4 ставки врача, за что ему выплачивалась заработная плата (Том №6 л.д.23-25);

свидетель Х., показавшая, что работала в Первомайской районной больнице бухгалтером расчетной группы. ФИО1 наряду с зарплатой главного врача выплачивалась 0,25 ставки врача-трансфузиолога. Основанием для начисления были приказ о приеме на работу и табеля учета рабочего времени. (Том №6 л.д. 25-28);

свидетель В., показавшая, что с 2017 года работает главным бухгалтером Первомайской районной больницы. О том, что ФИО1 работал по совместительству врачом-трансфузиологом она узнала в 2018 году (Том №6 л.д.28-31);

Согласно должностной инструкции врача-трансфузиолога /__/, должностными обязанностями врача-трансфузиолога являются:

1. Консультирование врачей отделений по вопросам организации трансфузионной терапии.

2. Консультирование пациентов по вопросам трансфузионной терапии и альтернатив гемотрансфузиям.

3. Проведение выборочной проверки историй болезни по соответствию применения компонентов крови установленным правилами.

4. Проведение анализа трансфузионной терапии.

5. Проверка качества гемотрансфузионных сред при их поступлении в ЛПУ, контроль правильности хранения запаса гемотрансфузионных сред.

6. Организация обеспечения лечебных отделений компонентами и препаратами крови.

7. Принятие мер по поддержанию постоянного резервного запаса гемотрансфузионных сред.

8. Анализ данных о потребности в компонентах и препаратах крови и об ее удовлетворении за счет поступления из различных источников.

9. Учет всех случаев посттрансфузионных реакций и осложнений (а также предпосылок к ним), изучение причины их возникновения и организация мер по профилактике и лечению этих осложнений.

10. Взаимодействие с учреждениями службы крови с целью обеспечения эффективности трансфузиологической помощи пациентам.

11. Организация направления доноров-родственников пациентов в региональное учреждение службы крови.

12. Организация и контроль ведения документации по получению и расходу компонентов и препаратов крови.

13. Изготовление необходимых отчетов по вопросам трансфузионной терапии.

14. Руководство работой подчиненного среднего и младшего медицинского персонала.

15. Контроль правильности проведения диагностических и лечебных процедур, эксплуатации инструментов, аппаратуры и оборудования, рационального использования реактивов и лекарственных препаратов, соблюдения правил техники безопасности и охраны труда младшим и средним медицинским персоналом.

16. Участие в проведении занятий по повышению квалификации медицинского персонала.

17. Планирование своей работы и анализ показателей своей деятельности. Обеспечение своевременного и качественного оформления медицинской и иной документации в соответствии с установленными правилами.

18. Проведение санитарно-просветительской работы.

19. Квалифицированное и своевременное исполнение приказов, распоряжений и поручений руководства учреждения, а также нормативно-правовых актов по своей профессиональной деятельности.

20. Соблюдение правил внутреннего распорядка, противопожарной безопасности …

21. Систематическое повышение своей квалификации.

(Том №1 л.д.212-213)

Судом первой инстанции также были допрошены следующие лица:

Представитель потерпевшего ФИО2, показавшая, что работает в /__/ с 2018 года. О трудоустройстве и рабочей деятельности ФИО1 ей ничего не известно, кроме того, что ранее он работал главным врачом. (Том №6 л.д. 4-5).

Свидетель Ч., показавшая, что работала в /__/ в должности заведующей поликлиникой, а с 2010 по 2014 –заместителем главного врача. Ей было известно, что ФИО1 совмещал должность главного врача с должностью врача-трансфузиолога. В ее обязанности входил контроль работы сотрудников поликлиники. Она осуществляла табелирование рабочего времени ФИО1, т.к. в те времена врачи-трансфузиологи входили в параклиническую структуру. У нее не было сомнений в том, что ФИО1 исполняет обязанности врача-трансфузиолога. Все знали о его фактическом пребывании на операциях, она видела его в хирургическом костюме, в халате. Непосредственно его работу контролировал заместитель главного врача по лечебной части Л. (Том №1 л.д. 38-40).

Свидетель Л. показал, что в 2009-2013 годах работал в /__/ в должности заместителя главного врача по медицинской части. Главным врачом на тот момент был ФИО1 Кроме этого ФИО1 осуществлял врачебную деятельность в качестве врача-трансфузиолога. Данные обязанности он исполнял не всегда, а периодически. Он (Л.) приглашал ФИО1 в качестве врача-трансфузиолога для консультации тяжелых больных. Были случаи, когда ФИО3 осматривал пациента, но соответствующих записей не оставлял. У ФИО1 был допуск, в связи с чем он мог давать консультации пациентам как врач-трансфузиолог. При осмотре пациентов ФИО1 должен был делать соответствующие записи после проведения консультаций, однако он этого не делал. Были единичные случаи, когда ФИО1 сам давал заключение как врач-трансфузиолог, заполнял протоколы переливания, делал переливание крови. (Том №6 л.д. 44-48).

В судебном заседании в связи с противоречиями были оглашены показания свидетеля Л., данные им на предварительном следствии, из которых следует, что Л. было известно, что ФИО1 фактически обязанности врача-трансфузиолога не исполнял (Том № 2 л.д. 235-236).

В судебном заседании Л. после оглашения данных показаний пояснил, что ФИО1 не исполнял обязанности врача-трансфузиолога постоянно, но периодически данные обязанности он исполнял.

Давая оценку показаниям Л., судебная коллегия признает достоверными его показания, данные в судебном заседании, т.к. они с иными доказательствами, исследованными судом. Также судебная коллегия учитывает, что в протоколе допроса свидетеля Л. на предварительном следствии его показания изложены не логично и противоречиво: наряду с категорическим утверждением о том, что ФИО1 обязанности врача-трансфузиолога не исполнял в протоколе отражено, что ФИО1 сам заказывал компоненты крови, что относится к обязанностям врача-трансфузиолога.

Свидетель Т., показавшая, что работала в /__/ врачом акушером-гинекологом, в том числе в период с 2010 по 2015 год. В ее практике было несколько тяжелых случаев, связанных с обильным акушерским кровотечением, когда к лечению привлекались многие специалисты, в том числе и ФИО1, который участвовал именно как врач-трансфузиолог. Он рассчитывал объем необходимой свежезамороженной плазмы, объем эретрицитарной массы, которая нам необходима, объем тромбоцитарной массы, потому что это кровотечение, возникшее в результате недостаточности факторов свертывания. Свидетель в своих показаниях привела конкретные примеры участия ФИО1 в лечении пациенток в качестве врача-трансфузиолога. (Том №6 л.д. 86-91).

Свидетель М., показавший, что в период с 2009 по 2013 годы он работал в должности заведующего хирургическим отделением /__/. Трансфузиологом на тот момент была Н. В период ее отсутствия этой деятельностью занимались и иные лица – С., анестезиологи, все, кто занимался пациентами. В хирургии лечащие врача переливали плазму, сами писали протоколы, и он (М.) в том числе. Организацией службы крови занималась Н. В случае, когда не хватало крови, он обращался к Н., С. или ФИО1 Он обращался к ФИО1 за консультациями по вопросам трансфузиологии, ФИО1 давал ему рекомендации, интересовался тяжелыми больными, при этом заполнения соответствующих отчетов не было, все осуществлялось в устной форме. Определением свертываемости крови и резусом фактором занималась Н., ФИО3 этим не занимался. ФИО1 осуществлял организацию доставки крови. (Том №6 л.д. 18-21).

Свидетель П., показавший, что в 2009-2013 годах работал в /__/ водителем. Он осуществлял доставку крови в больницу из г. Томска. За кровью он ездил с ФИО1 ФИО1 выписывал требование на получение крови, а он (П.) по этому требованию кровь получал. Иногда за кровью он ездил один. (Том №6 л.д.53-54).

Свидетель Г., показавший, что в 2010 году он проходил лечение в /__/ в связи с язвенным кровотечением. Лечение его осуществлял лично ФИО1 Он организовал ему переливание крови, назначил лечение. Непосредственно кровь ему переливала медицинская сестра, но ФИО1 его назначил и контролировал процесс. (Том №6 л.д.54-56).

Свидетели П. и Ж., также показавшие, что проходили лечение в /__/. При этом лечащим врачом у них был лично ФИО1 (Том №6 л.д. 56-60).

Свидетель Н., которая показала, что в /__/ она работала врачом-трансфузиологом по совместительству. До 2009 года она работала по совместительству на 0,5 ставки врача-трансфузиолога, а с назначением в 2009 году в /__/ главным врачом ФИО1 ее перевели на 0,25 ставки, назначив на 0,25 ставки ФИО1 С принятием на работу ФИО1 объем ее работы не уменьшился. В период ее отсутствия ее обязанности как врача-трансфузиолога исполнял С. Ей не известно, исполнял ли ФИО1 функции врча-трансфузиолога. Переливание крови он не делал. Делал ли он соответствующие записи в медицинских документах, ей не известно. Кто оформлял заказ крови в то время, когда она и С. отсутствовали, ей не известно, но от М. она знает, что один раз заявку на кровь подавал ФИО1 Кровь доставлял в больницу из Томска ФИО1 (Том № 6 л.д. 9-12, 74-80).

Свидетель С., который показал, что исполнял обязанности врача-трансфузиолога в /__/ в период отсутствия Н. Осуществлял ли ФИО1 деятельность по трансфузиологии и заполнял заявки на кровь, он не помнит, но помнит, что ФИО1 всегда консультировал его в сложных случаях, они обменивались советами. Были случаи, когда они работали в паре с ФИО1 Это имело место в тяжелых случаях. Свидетель привел конкретные примеры, когда он работал совместно с ФИО1, в том числе описал случай, когда ФИО1 показал тест, помогающий правильно оценить ситуацию со свежей кровью, что относится к трансфузиологии. (Том № 6 л.д. 5-8, 32-35, 71-74).

Свидетель С., показавший, что работал и работает заместителем главного врача /__/ по экономическим вопросам Ему известно, что в период с 2009 по 2013 года главный врач ФИО1 был по совместительству устроен врачом-трансфузиологом. Осуществлял ли ФИО1 функции врача-трансфузиолога, ему не известно, т.к. этот вопрос не входил в его компетенцию. В отделении он ФИО3 видел. (Том №6 л.д.15-18).

Свидетель И., показавшая, что работает главным специалистом /__/. В 2015 году ФИО1 обращался в /__/ для оформления пенсии, указав, что работал в качестве врача-тарнсфузиолога (Том №6 л.д. 35-37).

Свидетель В., показавшая, что работает начальником финансового /__/. Свидетель дала показания о порядке финансирования деятельности /__/. (Том №6 л.д.37-38).

Свидетели К. (Том №6 л.д. 40-.42), К. (Том №6 л.д.43-44) показали, что работали в бухгалтерии /__/, знают о том, что с 2009 года в ней главным врачом был ФИО1, они состояли в комиссии по уничтожению документов, у которых истек срок хранения. Иных имеющих значение для дела показаний данные свидетели не дали.

Свидетель Я., показавшая, что работает врачом-трансфузиологом в течение 25 лет. В /__/ она не работала и про работу в ней Борисова ей не известно, но основные должностные обязанности врача-трансфузиолога одинаковы для всех лечебных заведений. Все остальные вопросы к свидетелю, в том числе касающиеся объема обязанностей врача-трансфузиолога и порядка заполнения им медицинской документации были сняты председательствующим по ходатайству стороны обвинения. (Том №6 л.д. 62-64).

В ходе судебного следствия были исследованы медицинские карты стационарных больных: К. № 871, Б. №720, Т. №154, Г. №329, Г. №541, Г. № 758, К. №668, С. №763, в которых имелись отметки об участии ФИО1 в лечении перечисленных больных в качестве врача-трансфузиолога (Том №6 л.д. 62).

По данным медицинским картам была проведена судебная экспертиза, согласно заключению которой записи «Трансфузиолог. Переливание б/о. ФИО4, подпись» в медицинской карте К. №668 и Т. №154 не соответствуют указанным в документах датам и выполнены не ранее 2018 года. Установить давность выполнения аналогичных надписей в иных медицинских картах не представилось возможным (Том №5 л.д.108-117).

Допрошенные в судебном заседании эксперты К. и Я. подтвердили свои выводы, дав показания о порядке проведения экспертизы и использованных при ее проведении методах (Том №6 л.д. 112-117).

Также были допрошены свидетели И. и Б.

Свидетель И., показала, что в настоящее время работает в /__/ главным врачом. Свидетель дала показания об обстоятельствах производства выемки следователем историй болезни в ходе предварительного расследования по настоящему делу. Также свидетель дала показания об условиях хранения в /__/ медицинской документации, исключающих возможность доступа к ней посторонним лицам. Кроме того, И. показала, что медицинские карты стационарных больных К., Б., Т., Г., Г., К., С., Г. ФИО1 после его увольнения не предоставлялись (Том №6 л.д.49-53, 92-99).

Свидетель Б., показала, что работает архивариусом в /__/. Свидетель дала показания об условиях хранения в /__/ медицинской документации, исключающих возможность доступа к ней посторонним лицам. Она также подтвердила, что вышеуказанные медицинские карты ФИО1 после его увольнения не предоставлялись (Том №6 л.д. 99-106).

В ходе рассмотрения настоящего уголовного дела судом апелляционной инстанции были допрошены:

свидетель Ж., показавшая, что в /__/. Она регулярно (где-то два раза в месяце) прибывала по вызовам в /__/, где работала совместно с ФИО1, выполнявшим функции врача-трансфузиолога. Свидетель привела конкретные примеры работы ФИО1 в качестве врача-трансфузиолога;

свидетель Ш., показавший, что является специалистом-консультантом по анестезиологии и реаниматологии. В период с 2009 года по 2017 год в он неоднократно приезжали в качестве врача анестизиолога-реаниматолога в /__/, т.к. работал по совместительству в службе санитарной авиации. При лечении экстренных больных в /__/ он постоянно контактировал с ФИО1 Их контакты с ФИО1 были связаны непосредственно с лечением пациентов, т.е. ФИО1 участвовал в лечении не как главный врач, а именно как врач. ФИО1 он знает как квалифицированного специалиста в области анестезиологии-реаниматологии, а также трансфузиологии, имеющего все необходимые допуски.

свидетель М., показавший, что работает /__/ с 2008 года. В период 2009-2018 годов он неоднократно (не менее десяти раз в год) как врач реаниматолог-анестезиолог приезжал в /__/. Там ему приходилось взаимодействовать с ФИО1, который участвовал в работе с пациентами именно как врач;

свидетель Я., показавшая, что знает со слов ФИО1, что он работал в /__/ не только главным врачом, но и врачом-трансфузиологом.

Приведенные выше доказательства являются допустимыми, т.к. получены в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством, достоверными и относимыми.

Оценив приведенные доказательства в их совокупности, судебная коллегия считает установленным, что ФИО1 с 01.10.2009 был принят на работу в /__/, расположенную по адресу: /__/. С этого же времени он был трудоустроен там же в качестве врача-трансфузиолога на 0,25 % ставки по совместительству. В указанный в обвинительном заключении период с 01.10.2009 по декабрь 2013 года ФИО1 фактически выполнял, и обязанности главного врача, и обязанности врача-трансфузиолога за что получал заработную плату в установленном размере.

Данные выводы суда основаны на следующем:

- из должностной инструкции главного врача /__/ следует, что оказание медицинской помощи пациентам не входит в должностные обязанности главного врача;

- ФИО1, наряду с выполнением обязанностей главного врача, непосредственно занимался врачебной деятельностью, что подтверждается как показаниями бывших и действующих сотрудников /__/ С., Л., М., Ч., П., Т., так и показаниями сотрудников иных лечебных учреждений, с которыми взаимодействовала /__/ при осуществлении врачебной деятельности, Ж., Ш., М., а также показаниями пациентов, которых непосредственно лечил ФИО1 – Г., П. и Ж. Никто из иных допрошенных лиц не отрицал факт осуществления ФИО1 врачебной деятельности. Доказательств того, что ФИО1 не занимался врачебной деятельностью, в материалах дела не имеется;

- врачебная деятельность ФИО1 заключалась, в том числе в выполнении обязанностей врача-трансфузиолога. Так, свидетели Т., Г., С., Ж. прямо показали о том, что ФИО1 непосредственно оказывал медицинскую помощь пациентам в качестве врача-трансфузиолога. Свидетели Л., М., Ч., С. показали, что ФИО1 оказывал консультативную помощь другим врачам, в том числе по вопросам, связанным с трансфузиологией, т.е. осуществлял деятельность, предусмотренную п.1 должностной инструкции врача-трансфузиолога /__/. Свидетели П., Н., С., Л. подтвердили, что ФИО1 занимался доставкой компонентов и препаратов крови из Томского регионального центра крови, оформлял соответствующие заявки, т.е. осуществлял деятельность, предусмотренную пп. 6-8, 10 должностной инструкции врача-трансфузиолога /__/. В исследованных в ходе судебного следствия медицинских картах стационарных больных К., Б., Г., Г., С., Г. имеются сведения о выполнении ФИО1 обязанностей врача-трансфузиолога, что подтверждает исполнение им обязанностей, предусмотренных, в том числе п. 3 должностной инструкции врача-трансфузиолога /__/. Достоверность данных сведений стороной обвинения опровергнута не была;

- исчерпывающие доказательства неисполнения ФИО1 обязанностей врача-трансфузиолога в материалах дела отсутствуют. Ни один из допрошенных свидетелей не дал в категорической форме показаний о том, что обязанности врача-трансфузиолога ФИО1 не исполнялись. Показания свидетелей Н. о том, что ФИО1 сам не занимался переливанием крови пациентам, нельзя признать достаточным доказательством неисполнения им указанных обязанностей, поскольку обязанности врача-трансфузиолога не исчерпываются организацией переливания крови пациентам. Нормативно функции врачей-трансфузиологов между Н. и ФИО1 распределены не были, ФИО1 мог исполнять именно ту часть обязанностей врача-трансфузиолога, которую не исполняла Н. и не делать работу, которую выполняла Н. Доказательствами приведенными выше подтверждается исполнение ФИО1 иных обязанностей, предусмотренных должностной инструкцией врача-трансфузиолога. Несоставление ФИО1 протоколов переливания крови также нельзя признать достаточным доказательством его виновности, поскольку ненадлежащее оформление фактов совершения действий, входящих в обязанности врача-трансфузиолога, не является безусловным доказательством того, что такие действия не совершались. Из приведенных выше доказательств следует, что ФИО1 подключался к помощи пациентам в тяжелых экстренных случаях, когда на оформление соответствующей документации не было времени.

Органами предварительного расследования ФИО1 обвиняется в совершении присвоения, т.е. хищения чужого имущества, вверенного виновному.

В соответствии с п. 1 примечания к ст. 158 УК РФ под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

С учетом установленных судебной коллегией обстоятельств, подтвержденных приведенными выше доказательствами, факт получения ФИО1 заработной платы врача-трансфузиолога в данном случае не может квалифицироваться как хищение, т.к. заработная плата получалась ФИО1 на законных основаниях, денежные средства получались ФИО1 не безвозмездно, а в качестве оплаты его труда, ущерб в результате ее получения /__/ причинен не было, поскольку ФИО1 свои обязанности врача-трансфузиолога исполнял.

При таких обстоятельствах ФИО1 должен быть признан невиновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 160 УК РФ, на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. За ним должно быть признано право на реабилитацию.

С учетом изложенного в удовлетворении гражданского иска, заявленного прокурором в интересах Администрации Первомайского района Томской области, следует отказать, в связи отсутствие оснований для его удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.38913, 38920, 38928 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

апелляционную жалобу удовлетворить. Приговор Первомайского районного суда Томской области от 17 декабря 2019 года в отношении ФИО1 отменить.

Вынести по делу новый приговор, которым ФИО1 оправдать и признать невиновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 160 УК РФ, на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Признать за ФИО1 право на реабилитацию.

Меру пресечения в отношении него – подписку о невыезде и надлежащем поведении, отменить.

В удовлетворении гражданского иска отказать.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 471 УПК РФ.

Председательствующий

Судьи: