Апелляционное определение № 22-10018/2025 22-91/2026 от 10 февраля 2026 г.

Санкт-Петербургский городской суд

Рег. № 22-91/2026

Дело № 1-64/2025 Судья Трофимова С.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 11 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

Председательствующего судьи: Федоровой В.С.,

судей: Дондика А.П., Клюкиной Е.В.,

при секретаре Романчуке Н.С.,

с участием: прокурора отдела Управления прокуратуры Санкт-Петербурга ФИО17,

осужденной ФИО31, ее защитника – адвоката Кузнецовой А.В.,

осужденной ФИО32, ее защитника – адвоката Чистова Ю.В.,

осужденной ФИО33, ее защитника – адвоката Дворниченко А.А.,

осужденной ФИО34, ее защитника – адвоката Мацкевича А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Дергачевой Г.С., апелляционные жалобы с дополнениями к ним адвоката Мацкевича А.В., действующего в защиту осужденной ФИО34, адвоката Дворниченко А.А., действующего в защиту осужденной ФИО33, на приговор Невского районного суда Санкт-Петербурга от 26 мая 2025 года, которым

ФИО31, <...>, не судимая,

осуждена по ч.4 ст.159 УК РФ, и ей назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 года, с лишением на основании ч.3 ст.47 УК РФ права занимать должности в области бухгалтерского учета, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий, на государственной службе, в органах местного самоуправления, предприятиях государственной формы собственности, в муниципальных предприятиях и учреждениях, на срок 2 года.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО31 наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком - 3 года, с возложением обязанностей в соответствии с ч.5 ст. 73 УК РФ.

Срок дополнительного наказания постановлено исполнять самостоятельно с исчислением срока с момента вступления приговора в законную силу в соответствии с ч.4 ст. 47 УК РФ.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить по вступлении приговора в законную силу.

ФИО32, <...>, не судимая,

осуждена по ч.3 ст.159 УК РФ, и ей назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО32 наказание постановлено считать условным с испытательным сроком - 2 года 6 месяцев с возложением обязанностей в соответствии с ч.5 ст. 73 УК РФ.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить по вступлении приговора в законную силу.

ФИО33, <...> не судимая,

осуждена по ч.4 ст.159, ч.3 ст.159, ч.2 ст.292, ч.2 ст.292, ч.2 ст.292 УК РФ, и ей назначено наказание:

-по ч.4 ст.159 УК РФ - в виде лишения свободы на срок 4 года, с лишением на основании ч.3 ст.47 УК РФ права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий на государственной службе, органах местного самоуправления, предприятиях государственной формы собственности, в муниципальных предприятиях и учреждениях на срок 2 года;

-по ч.3 ст.159 УК РФ - в виде лишения свободы на срок 3 года, с лишением на основании ч.3 ст.47 УК РФ права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий на государственной службе, органах местного самоуправления, предприятиях государственной формы собственности, в муниципальных предприятиях и учреждениях, на срок 2 года;

-по ч.2 ст.292 УК РФ - в виде штрафа в доход государства в размере 150 000 рублей;

-по ч.2 ст.292 УК РФ - в виде штрафа в доход государства в размере 150 000 рублей;

-по ч.2 ст.292 УК РФ - в виде штрафа в доход государства в размере 150 000 рублей.

На основании ч.ч.3, 4 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных основного и дополнительного наказаний, окончательно назначено ФИО33 наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет, с лишением на основании ч.3 ст.47 УК РФ права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий на государственной службе, органах местного самоуправления, предприятиях государственной формы собственности, в муниципальных предприятиях и учреждениях, на срок 3 года, и штрафом в размере 200 000 рублей.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО33 наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком - 4 года с возложением обязанностей в соответствии с ч.5 ст. 73 УК РФ.

Срок дополнительного наказания постановлено исполнять самостоятельно с исчислением срока с момента вступления приговора в законную силу в соответствии с ч.4 ст. 47 УК РФ. Наказание в виде штрафа исполнять самостоятельно в соответствии с ч.2 ст. 71 УК РФ.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить по вступлении приговора в законную силу.

ФИО34, <...> не судимая,

осуждена по ч.4 ст.159, ч.3 ст.159, ч.2 ст.292, ч.2 ст.292, ч.2 ст.292 УК РФ, и ей назначено наказание:

-по ч.4 ст.159 УК РФ - в виде лишения свободы на срок 4 года, с лишением на основании ч.3 ст.47 УК РФ права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий на государственной службе, органах местного самоуправления, предприятиях государственной формы собственности, в муниципальных предприятиях и учреждениях, на срок 2 года;

-по ч.3 ст.159 УК РФ - в виде лишения свободы на срок 3 года, с лишением на основании ч.3 ст.47 УК РФ права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий на государственной службе, органах местного самоуправления, предприятиях государственной формы собственности, в муниципальных предприятиях и учреждениях, на срок 2 года;

-по ч.2 ст.292 УК РФ - в виде штрафа в доход государства в размере 200 000 рублей;

-по ч.2 ст.292 УК РФ - в виде штрафа в доход государства в размере 200 000 рублей;

-по ч.2 ст.292 УК РФ - в виде штрафа в доход государства в размере 200 000 рублей.

На основании ч.ч.3, 4 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных основного и дополнительного наказаний, окончательно назначено ФИО34 наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет, с лишением на основании ч.3 ст.47 УК РФ права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий на государственной службе, органах местного самоуправления, предприятиях государственной формы собственности, в муниципальных предприятиях и учреждениях, на срок 3 года, и штрафа в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО34 наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком - 4 года 6 месяцев с возложением обязанностей в соответствии с ч.5 ст. 73 УК РФ.

Срок дополнительного наказания постановлено исполнять самостоятельно с исчислением срока с момента вступления приговора в законную силу в соответствии с ч.4 ст. 47 УК РФ. Наказание в виде штрафа исполнять самостоятельно в соответствии с ч.2 ст. 71 УК РФ.

Меру пресечения в виде запрета определенных действий постановлено отменить по вступлении приговора в законную силу.

Гражданский иск прокурора Невского района Санкт-Петербурга в защиту интересов Санкт-Петербурга в лице Администрации Невского района Санкт-Петербурга о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением –удовлетворен, с ФИО31, ФИО33, ФИО34 солидарно в пользу бюджета Санкт-Петербурга взысканы денежные средства в сумме 1614 033 рубля 34 копейки. Также удовлетворен гражданский иск прокурора Невского района Санкт-Петербурга в защиту интересов Санкт-Петербурга в лице Администрации Невского района Санкт-Петербурга о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением с ФИО33, ФИО34 солидарно в пользу бюджета Санкт-Петербурга взысканы денежные средства в сумме 918 343 рубля 52 копейки.

Сохранен арест на имущество ФИО31, ФИО34 до исполнения приговора в части назначенного штрафа и гражданского иска.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Федоровой В.С., выслушав мнение прокурора, поддержавшего доводы апелляционного представления и полагавшего, что апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат, мнения осужденных ФИО33, ФИО34 и их защитников, поддержавших доводы апелляционных жалоб и возражавших против удовлетворения апелляционного представления, мнения осужденных ФИО31, ФИО32 и их защитников, просивших приговор оставить без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором суда Невского районного суда Санкт-Петербурга от 26 мая 2025 года осуждены:

ФИО31, ФИО33, ФИО34 каждая за мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере;

ФИО32, ФИО33, ФИО34 каждая за мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере а ФИО33, ФИО34 также с использованием своего служебного положения;

ФИО34, ФИО33 каждая за совершение служебного подлога, то есть внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, из корыстной и иной личной заинтересованности, повлекшее существенное нарушение охраняемых законом интересов государства (3 преступления по факту «фиктивного» трудоустройства ФИО13, ФИО14, ФИО15).

Преступления совершены при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Дергачева Г.С. просит приговор суда отменить, направить уголовное дело на новое судебное разбирательство в Невский районный суд Санкт-Петербурга в ином составе суда.

Считает, что приговор является незаконным, необоснованным, выводы суда не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, что выразилось в необоснованном исключении из объема обвинения преступлений, предусмотренных ст. 285 УК РФ, а также неправильном применении норм уголовного закона, что привело к чрезмерной мягкости назначенного осужденным наказания.

Ссылаясь на разъяснения Постановления Пленума Верховного суда РФ № 19 от 16.10.2009, изложенные в п. 17, указывает, что органами предварительного следствия действия осужденных ФИО35 и ФИО34, связанных с фиктивным трудоустройством ФИО2, ФИО10, ФИО13, ФИО14, ФИО15 квалифицированы верно по совокупности преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 285 и ч.2 ст. 292 УК РФ, однако суд исключил из обвинения указание на квалификацию действий соучастников по ч.1 ст. 285, ч.2 ст. 292 УК РФ как излишне вмененные.

Также государственный обвинитель полагает, что назначенное осужденным наказание является чрезмерно мягким, несоответствующим характеру и степени общественной опасности совершенных ими преступлений, относящихся к категории тяжких преступлений против собственности в составе группы лиц и преступлений средней тяжести, направленных против государственной власти, обладающих повышенной степенью общественной опасности с причинением ущерба бюджету РФ.

Так, по мнению государственного обвинителя, в обжалуемом приговоре отсутствует вывод о том, каким образом вся совокупность учтенных судом обстоятельств, характеристик личностей осужденных свидетельствует о возможности их исправления без реального отбывания наказания в виде лишения свободы.

Подвергает критике приведенные в приговоре смягчающие каждой осужденной наказание обстоятельства и считает, что каждое из них, как и вся их совокупность, не могут столь существенно уменьшить степень общественной опасности содеянного осужденными.

Полагает, что каких либо оснований для применения положений ст. 73 УК РФ у суда не имелось, так как исключительных обстоятельств, которые позволили бы сделать вывод о возможности применения данной нормы – отсутствуют.

Считает несоразмерным содеянному назначенное ФИО34 и ФИО33 наказание в виде штрафа за преступления, предусмотренные ч. 2 ст. 292 УК РФ.

Кроме того, ссылаясь на разъяснения Обзора судебной практики Верховного Суда РФ, указывает, что судом была допущена ошибка при назначении осужденным ФИО31, ФИО33, ФИО34 дополнительного наказания, поскольку на момент совершения преступления ни одна из осужденных не занимала должности на государственной службе или в органах местного самоуправления. Запрет же занимать должности, на которых были ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, законом не предусмотрен. Тем самым, как отмечает автор апелляционного представления, указанное дополнительное наказание подлежит исключению.

Вместе с тем, государственный обвинитель полагает, что учитывая характер и степень общественной опасности преступлений, совершенных осужденными, необходимо назначить ФИО31 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью в области бухгалтерского учета, включая составление бухгалтерской (финансовой) отчетности, ФИО32 – в виде лишения права заниматься деятельностью младшего и среднего медицинского персонала, ФИО33 – в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в сфере здравоохранения, ФИО34 – в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с руководством медицинской организацией.

Считает, что осужденным, в связи с корыстной направленностью совершенных преступлений, помимо основного наказания в виде реального лишения свободы, необходимо также назначить дополнительное наказание в виде штрафа в размере заработной платы.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Мацкевич А.В., действующий в защиту осужденной ФИО34, просит приговор суда в отношении ФИО34 отменить, вынести в отношении нее оправдательный приговор.

Полагает, что обвинение ФИО34 по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 159 УК РФ не нашло своего подтверждения в суде.

Указывает, что вопреки выводам суда о подготовленности свидетеля ФИО21 стороной защиты к даче показаний в пользу выстроенной подсудимой и ее адвокатом линии защиты, направленной на избежание уголовной ответственности, свидетель ФИО21 ранее была допрошена оперативными сотрудниками ФСБ в рамках ОРМ, а во время судебного заседания была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в связи с чем не доверять ее показаниям у суда оснований не имелось. Кроме того, показания свидетеля ФИО22 подтвердила и осужденная ФИО10 Приводя содержание показаний свидетеля ФИО22 считает, что показания последней полностью подтверждают невиновность осужденной ФИО34 Кроме того защита указывает и на показания свидетеля ФИО9, также свидетельствующие о невиновности осужденной.

Также адвокат полагает, что не нашло своего подтверждение обвинение ФИО34 и по преступлению, предусмотренному ч. 4 ст. 159 УК РФ.

В обосновании позиции, приводя показания осужденной ФИО31, данные ею в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, указывает на их противоречивость, что, по мнению адвоката, свидетельствует о невозможности их учета при вынесении приговора. Считает, что показания ФИО31 опровергаются как материалами дела, так и показаниями свидетелей ФИО16, ФИО30, ФИО19, ФИО12, ФИО8, ФИО14, ФИО11, ФИО5, ФИО7, ФИО28, ФИО15, ФИО29.

Обращает внимание, что факт сокрытия ФИО2 своей осведомленности о трудоустройстве подтверждается оперативными материалами ПТП, а также показаниями ФИО33, данными ею в судебном заседании. Указывает на наличие доказательств, в частности журналов первичного и вводного инструктажа, что ФИО2 фактически осуществлял трудовую деятельность в КВД. Полагает, что на семью ФИО27 было оказано давление с целью оговора ФИО34 и ФИО33

Считает, что также не нашло своего подтверждения обвинение ФИО34 по каждому преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 292 УК РФ. Указывает на то, что ФИО15, ФИО14, ФИО13 в ходе судебного заседания не подтвердили свои показания, данные в ходе предварительного следствия. Полагает неподтвержденными показания ФИО15, ФИО14, ФИО23, данные ими в ходе предварительного следствия и считает их несоответствующими материалам дела.

Полагает, что суд необоснованно, в нарушение норм УПК РФ, отказал в удовлетворении заявленных стороной защиты ходатайств, в частности, об ознакомлении с протоколами и аудиопротоколами судебного заседания для подготовки стороны защиты к прениям сторон. Также необоснованно было отказано в удовлетворении ходатайства о проведении почерковедческой экспертизы графиков работы сотрудников. Данный отказ, как указывает автор апелляционной жалобы, был сделан судом без принятия во внимание того факта, что показания свидетеля ФИО9 не опровергают необходимости проведения данной экспертизы, которая является существенной для данного уголовного дела.

Обращает внимание, что ФИО34 не предъявлено обвинение в совершении инкриминируемых преступлений в порядке, предусмотренном ст. 172 УПК РФ, в связи с чем стороной защиты было заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору, в чем судом было отказано, и просит направить уголовное дело прокурору, обращая внимание о несоблюдении судом обязательности удаления в совещательную комнату при разрешении данного ходатайства. Также обращает внимание суда на показания следователя ФИО36, который подтверждает выдачу осужденным ФИО34 и ФИО33 «черновых» вариантов обвинительного заключения, что в последующем, по мнению адвоката Мацкевича А.В. привело к фальсификации следователем имеющихся документов и не вручению осужденным верного варианта обвинительного заключения. Кроме того, отмечает несвоевременное ознакомление ФИО34 с данным заключением, спустя полтора месяца после его согласования с органами прокуратуры. Также указывает, что при ознакомлении с материалами дела стороной защиты было найдено постановление о продлении срока предварительного следствия с 26.12.2023, с которым их не ознакамливали. Отдельно обращает внимание, что уголовное дело было возбуждено 31.07.2023 по факту совершения преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, а дальнейшем отдельного постановления о возбуждении уголовного дела по ч. 3 ст. 159 УК РФ органами следствия не выносилось.

Полагает, что в материалах дела отсутствует постановление о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО34 по ч. 3 ст. 159 УК РФ, а также указывает на нарушение сроков при возбуждении уголовного дела №....

Считает, что доказанность причиненного ущерба подтверждается лишь протоколом дополнительного осмотра от 03.10.2023, в котором произведены расчеты самим следователем, что нельзя признать допустимым доказательством, а также признать допустимой справку следователя ФИО36 от 01.04.2025.

Отдельно указывает на необоснованность отказа суда в удовлетворении ходатайства стороны защиты о проведении судебно-бухгалтерской экспертизы для выяснения суммы ущерба. Отмечает, что стороной защиты был поставлен вопрос не о простом пересчете сумм, а их установлении, как и их источников, что невозможно осуществить без бухгалтерских познаний. Считает принятое в судебном заседании, без удаления в совещательную комнату, судом решение по ходатайству противоречащим нормам УПК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Дворниченко А.А., действующий в защиту интересов осужденной ФИО33 просит отменить обжалуемый приговор и оправдать ФИО33

В обоснование своей позиции, приводя содержание обвинения ФИО33 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, обращает внимание на его недоказанность, что, в частности, подтверждается показаниями свидетеля ФИО21

Указывает, приводя также суть предъявленного ФИО33 обвинения по ч. 4 ст. 159 УК РФ, на его недоказанность, что подтверждается показаниями ФИО33 и ФИО2

Считает, что нашел подтверждения факт трудоустройства ФИО2 на работу в КВД, который фактически приступил к работе и имел доступ к служебным помещениям с материальными ценностями.

Полагает, что корыстный умысел ФИО33, ФИО34 не доказан.

Также подробно приводя суть предъявленного ФИО33 обвинения по ч.2 ст. 292 УК РФ (3 преступления по факту трудоустройства ФИО15, ФИО13, ФИО14) и обращает внимание на противоречивость показаний свидетелей ФИО15,ФИО13, ФИО14, которые не подтвердили свои показания, данные ими в ходе предварительного следствия, заявили об отсутствии договоренностей о фиктивном трудоустройстве, что, в частности, по мнению автора апелляционной жалобы, свидетельствует о недоказанности виновности ФИО33 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 292 УК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Уголовное дело рассмотрено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37 - 39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела, всесторонне и полно с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон.

Анализ материалов уголовного дела подтверждает правильность выводов суда о виновности ФИО34, ФИО33, ФИО31, ФИО32 каждой в совершении преступлений, за которые они осуждены, выводы основаны на собранных по делу доказательствах, проверенных в судебном заседании, полно и правильно изложенных в приговоре.

Так, вина ФИО34, ФИО33, ФИО31 каждой в совершении мошенничества, то есть хищении чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере, а также вина ФИО32, ФИО33, ФИО34 каждой в совершении мошенничество, то есть хищении чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере а ФИО33, ФИО34 также с использованием своего служебного положения, помимо признательных показаний осужденных ФИО32, ФИО31, подтверждается, в частности, показаниями представителя потерпевшего ФИО1 о порядке выплаты заработной платы в «<...>», где ФИО34 являлась главным врачом, а ФИО33 заместителем главного врача, порядке принимаемых решений о начислении заработной платы, надбавок, выплате премий, распределении денежных средств главным врачом, поступающих в КВД из бюджета Санкт-Петербурга, ведении учета рабочего времени, составления графиков и табелей учета рабочего времени, их утверждения, причинения бюджету Санкт-Петербурга материального ущерба в сумме установленной следственными органами; показаниями представителя потерпевшего –ведущего специалиста юридического отдела администрации Невского района ФИО24 о правильности расчета суммы причиненного ущерба путем простого арифметического сложения ежемесячных поступлений денежных средств на зарплатные карты ФИО2,А., ФИО10 без фактического выполнения ими трудовых обязанностей; показаниями свидетеля ФИО2, согласно которым в КВД <адрес> Санкт-Петербурга он не трудоустраивался, заявления о приеме на работу не писал, документы на трудоустройство никому не приносил, банковскую карту и заработную плату не получал. Ввиду того, что его жена работала в КВД, иногда, разово, и по ее просьбе, мог выполнить небольшие поручения; показаниями свидетеля ФИО10, о том, что она никогда не работала в <...>, на работу туда не устраивалась, собеседований не проходила, заявления о приеме на работу не писала, банковскую карту и заработную плату не получала; показаниями ФИО11 –специалиста по кадрам КВД <адрес>, согласно которым по указанию ФИО34 в апреле 2019 года она оформила трудоустройство ФИО2 в КВД на должность уборщика служебных помещений, документы необходимые для трудоустройства в последующем ей принесла ФИО31 и написала за ФИО2 заявление о приеме на работу, а также расписалась за него в необходимых документах, в том числе в трудовом договоре, ФИО2 убирающим помещения никогда не видела. Таким же образом в конце июня 2022 года по указанию ФИО34 она оформила на работу ФИО10 на должность уборщика служебных помещений, а ФИО32 передала ей необходимые для трудоустройства документы, и от имени ФИО10 подписала, в том числе заявление о приеме на работу и трудовой договор, ФИО10 убирающей помещения никогда не видела; показаниями свидетеля ФИО12, согласно которым в ее обязанности входит начисление заработной платы, составление статистической отчетности, оформление больничных листов. ФИО2, ФИО10 числились в КВД уборщиками служебных помещений, однако убирающими помещения она их никогда не видела. Также ФИО12 показала о порядке составления графика работы, который подписывался ФИО33, и сведения, содержащиеся в котором влияли на составляемый ею табель учета рабочего времени, после составления которого в приложении для зарплаты составлялась, в том числе сводная расчетная ведомость, где указывалась общая сумма заработной платы, которая должна будет поступить в КВД для дальнейшего распределения между сотрудниками. Данную сводную таблицу подписывали ФИО31 и ФИО34, после чего составлялось поручение на оплату с указанием суммы, которую необходимо из бюджета представить на расчетный счет КВД, данное поручение также подписывалось ФИО31 и ФИО34 После поступления денежных средств, они распределялись между сотрудниками КВД, при этом сведения выгружались в ведомость на начисление заработной платы, которая также подписывалась ФИО34 ФИО2, ФИО10 убирающими помещения никогда не видела; показаниями свидетелей ФИО13, ФИО14, согласно которым ФИО2 трудовую деятельность в КВД не осуществлял, ФИО10 работающей в КВД никогда не видели; показаниями свидетеля ФИО15 о том, что ФИО2 в КВД не работал; показаниями свидетеля ФИО9, являющейся заместителем главного врача КВД <адрес>, согласно которым трудовую деятельность ФИО2 в КВД не осуществлял, о его фактическом трудоустройстве ей ничего не известно, трудовой договор с ФИО10 был подписан ею, как и.о. главного врача, по указанию ФИО34, которая сообщила ей о необходимости подписания данного договора. ФИО9 также пояснила о порядке начисления заработной платы в КВД и ее распределении; показаниями свидетеля ФИО3 – заведующей дерматологическим отделением, свидетеля ФИО4, работавшей главной медицинской сестрой, свидетеля ФИО5- заведующей клинико-диагностической лаборатории, свидетеля ФИО6 –заведующей вторым дерматологическим отделением, свидетеля ФИО7, ФИО8, ФИО20, ФИО16, ФИО18, ФИО19, работавших уборщиками служебных помещений, согласно которым ФИО2, ФИО10 трудовую деятельность в КВД не осуществляли.

Вина ФИО34, ФИО33, каждой в совершении служебного подлога, то есть внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, из корыстной и иной личной заинтересованности, повлекшее существенное нарушение охраняемых законом интересов государства (3 преступления по факту «фиктивного» трудоустройства ФИО13, ФИО14, ФИО15) также подтверждается, в частности, показаниями представителя потерпевшего ФИО1; показаниями представителя потерпевшего –ведущего специалиста юридического отдела администрации <адрес> ФИО24 о правильности расчета суммы причиненного ущерба путем простого арифметического сложения ежемесячных поступлений денежных средств на зарплатные карты ФИО14, ФИО13, ФИО15 без фактического выполнения ими трудовых обязанностей; показаниями ФИО11 –специалиста по кадрам КВД <адрес>, согласно которым по распоряжению ФИО34 она оформила трудоустройство ФИО13, ФИО14, ФИО15 каждого по совместительству на должность уборщика служебных помещений на 0,5 ставки, трудовые договоры с данными лицами были подписаны ФИО34, непосредственным их руководителем являлась ФИО25, за все время работы ФИО14, ФИО13, ФИО15, работающими уборщиками помещений она не видела, в связи с чем они были трудоустроены по совместительству, ей не известно; показаниями свидетеля ФИО12 о том, что за время работы ФИО14, ФИО13, ФИО15 они работали исключительно сторожами, работающими их уборщиками она не видела; показаниями свидетелей ФИО13, ФИО14, ФИО15, согласно которым каждый из них показал, что работал сторожем в КВД <адрес>, ФИО33 являлась их непосредственным руководителем. В связи с небольшой заработной платой, ФИО34 предложила каждому из них увеличить заработную плату, на что они согласились и подписали в отделе кадров ряд документов, после чего их зарплата увеличилась. О том, что они были трудоустроен на дополнительную неполную ставку уборщика узнали только в апреле 2023 года, при этом никто из них фактически обязанностей по уборке служебных помещений никогда не выполнял. Также ФИО13 показал, что в апреле 2023 года по указанию ФИО33, данному всем сторожам, они написали заявление о снятии с них обязанностей уборщика, после чего зарплату получали в меньшем размере; показаниями свидетелей ФИО9, ФИО3, ФИО4, ФИО6, согласно которым ФИО13, ФИО14, ФИО15 работали в КВД сторожами, о том, что они также были трудоустроены по совместительству уборщиками, им ничего не было известно до проведения проверки в КВД, функции уборщиков данные лица не выполняли.

Суд также обосновано сослался как на доказательства вины ФИО34, ФИО33, ФИО31, ФИО37 каждой в совершении преступлений, за которые они осуждены, на исследованные в судебном заседании письменные материалы уголовного дела, в числе которых: результаты оперативно-розыскной деятельности, переданные на основании постановления о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд; протоколами осмотра предметов, которыми осмотрены банковские карты, выписки из ПАО «Банк»Санкт-Петербург», трудовые договоры с ФИО2 на должность уборщика служебных помещений, ФИО10 на должность уборщика служебных помещений, ФИО14, ФИО13, ФИО15 на должности уборщика служебных помещений на 0,5 ставки, табели учета рабочего времени, графики работы, приказ о приеме ФИО34 на должность главного врача КВД <адрес> Санкт-Петербурга с <дата>, должностная инструкция ФИО34, приказы о приеме на работу и трудовой договор с ФИО33, ФИО31, дополнительные соглашения с ФИО33, ФИО31, зарплатные документы, расчетные листки ФИО14, ФИО13, ФИО15; стенограммы телефонных переговоров, протоколы обыска, а также другие фактические сведения и данные, содержащиеся в письменных источниках доказательств, полно и правильно приведенные в приговоре.

Анализ собранных по делу доказательств свидетельствует о правильности установления судом фактических обстоятельств дела и выводов о доказанности вины ФИО34, ФИО33, ФИО31, ФИО32 каждой в совершении преступлений, за которые они осуждены.

Оснований для отмены либо вынесения оправдательного приговора по доводам апелляционных жалоб адвокатов Мацкевича А.В., Дворниченко А.А. судебная коллегия не усматривает.

По смыслу ст. 389.9 УПК РФ во взаимосвязи с положениями ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ под законностью судебных решений как предмета судебного разбирательства в апелляционном порядке следует понимать их соответствие требованиям уголовного и уголовно-процессуального законов с учетом оснований, влекущих отмену или изменение судебного решения в апелляционном порядке.

Как следует из материалов уголовного дела, нарушений норм уголовно-процессуального закона при собирании доказательств, исследованных судом первой инстанции и приведенных в приговоре, органами предварительного следствия не допущено. Дело расследовано всесторонне, полно и объективно, все необходимые следственные действия выполнены.

Все доказательства, положенные в основу приговора, тщательно исследованы в ходе судебного разбирательства, соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, подробно приведены и надлежащим образом оценены в приговоре как отдельно, так и в совокупности, выводы суда об их относимости, допустимости, достоверности и достаточности для вынесения обвинительного приговора являются обоснованными.

В соответствии со ст.73 УПК РФ судом установлены все обстоятельства, подлежащие доказыванию, в том числе событие преступлений, виновность ФИО34, ФИО33, ФИО31, ФИО32 каждой в совершении преступлений, за которые они осуждены, форма вины и мотивы. При этом, все перечисленные судом доказательства согласуются между собой и в совокупности полностью изобличают осужденных в совершении ими преступлений.

Совокупность приведенных в приговоре доказательств была проверена и исследована в ходе судебного разбирательства, суд дал им надлежащую оценку, в полном соответствии с требованиями закона привел мотивы, по которым признал одни из них достоверными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, а другие отверг.

Судом обоснованно признаны достоверными показания представителей потерпевшего, свидетелей ФИО2, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО9, ФИО3, ФИО26, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО20, ФИО16, ФИО18, ФИО19 как объективно подтверждающиеся совокупностью других доказательств и не содержащие существенных противоречий в изложении обстоятельств, имеющих существенное значение для дела. Оснований для иной оценки исследованных доказательств, чем дана судом первой инстанции в приговоре, судебная коллегия не усматривает. Вывод суда о виновности ФИО34, ФИО33, ФИО31, ФИО32 каждой надлежащим образом мотивирован, не согласиться с ним оснований не имеется.

Судом дана оценка тому обстоятельству, что свидетелями ФИО6, ФИО9, ФИО3, ФИО20, ФИО16, ФИО26, ФИО19, ФИО12, ФИО8, ФИО11, ФИО5, ФИО7, ФИО10, не были подтверждены в полном объеме их показания, данные ими в ходе предварительного расследования и оглашенные в судебном заседании, при этом, как правильно указал суд те обстоятельства, которые не были подтверждены свидетелями не относятся к событиям инкриминируемых осужденным преступлениям и не изменяют фактических обстоятельств дела, а потому обосновано признал их несущественными, не влияющими на установление обстоятельств, подлежащих доказыванию.

При этом в связи с изменением свидетелями ФИО14, ФИО13, ФИО15 показаний в судебном заседании по обстоятельствам их трудоустройства, суд тщательно проверил все показания указанных свидетелей и оценил их достоверность, сопоставив с иными исследованными в судебном разбирательстве доказательствами, обоснованно придя к выводу о том, что показания ФИО14, ФИО13, ФИО15 на первоначальных стадиях предварительного расследования являются наиболее достоверными, поскольку согласуются как между собой, так и с показаниями свидетелей, материалами оперативно-розыскной деятельности, и подтверждаются иными, исследованными судом доказательствами, и положил их в основу приговора.

При этом суд также проверил обстоятельства, при которых всеми свидетелями даны показания в ходе предварительного расследования, их соответствие положениям ст.ст. 187,189 УПК РФ. Из соответствующих протоколов следует, что перед допросами, всем свидетелям были разъяснены права, предусмотренные ст.56 УПК РФ, а также они были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307-308 УК РФ. Каких-либо заявлений и жалоб от участвующих лиц по поводу процедуры допросов и правильности изложения показаний допрошенных лица в протоколах не отражено, в связи с чем суд обосновано привел их показания, данные в ходе предварительного следствия, в качестве доказательств вины осужденных в совершении преступлений.

Суд дал оценку и заявлениям свидетелей ФИО14, ФИО9, ФИО3, ФИО6, ФИО5, не подтвердивших принадлежность всех подписей в соответствующих строках протоколов их допроса, с приведением мотивов принятого решения, не согласится с которыми у судебной коллегии оснований не имеется.

Оснований для признания данных показаний недопустимыми, не имеется.

Таким образом, вопреки доводам жалоб защитников, судом были тщательно проанализированы показания свидетелей, данные ими как в ходе судебного следствия, так и при производстве предварительного следствия. Показания свидетелей приведены с тем содержанием, которое признано судом достоверным, в том числе с учетом их показаний на предварительном следствии, оглашенных в суде. При этом каких-либо существенных противоречий в показаниях данных лиц, свидетельствующих об их недостоверности, которые бы могли повлиять на правильность установленных судом фактических обстоятельств дела, на выводы суда о доказанности вины осужденных или на квалификацию их действий не содержится. Мотивы, по которым суд принял во внимание показания свидетелей, в той части, в которой они признаны судом достоверными, и положил их в основу приговора, приведены, судебная коллегия находит их убедительными и обоснованными. О правильности оценки этих показаний и других фактических данных свидетельствует то, что они согласуются между собой, подтверждаются протоколами следственных и процессуальных действий, материалами оперативно-розыскной деятельности и иными материалами уголовного дела.

Оснований не доверять показаниям представителей потерпевших и свидетелей у суда не имелось, поскольку никто из указанных лиц ранее с осужденными конфликтных отношений не имел, причин для оговора осужденных кем-либо из указанных лиц, показания которых положены в основу вывода суда о фактических обстоятельствах дела и о виновности ФИО34, ФИО33, ФИО31, ФИО32 каждой в содеянном, в том числе, в силу заинтересованности или давления, в судебном заседании не установлено. Кроме того, судом первой инстанции не установлено, суду апелляционной инстанции также не представлено, сведений о заинтересованности свидетелей или каких-либо иных лиц в исходе данного уголовного дела и стремлении привлечь именно ФИО34, ФИО33, ФИО31, ФИО32 каждую к уголовной ответственности.

Вопреки доводам защиты показаниям свидетеля ФИО21 судом была дана правильная критическая оценка, которая не вызывает никаких сомнений в своей правильности и полностью разделяется судебной коллегией.

Суд также правомерно положил в основу приговора признательные показания осужденных ФИО31, ФИО32, поскольку они согласуются с другими доказательствами по делу, и вопреки доводам защиты существенных противоречий, влияющих на выводы суда о доказанности вины осужденных или на квалификацию их действий не содержат. Оснований для самооговора либо оговора осужденными друг друга судом не установлено.

Доводы осужденных ФИО33, ФИО34 и их защитников о непричастности к преступлениям и недоказанности их вины в совершении преступлений, были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, что нашло отражение и оценку в выводах суда при постановлении приговора, с указанием мотивов, анализа исследованных в судебном заседании доказательств. Судом обоснованно сделан вывод об их несостоятельности, поскольку они не только не нашли своего доказательственного подтверждения, а, напротив, были полностью опровергнуты доказательствами, представленными стороной обвинения, в том числе многочисленными свидетельскими показаниями, а также исследованными письменными доказательствами, содержание которых подробно изложено в приговоре.

Протоколы следственных действий составлены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, что подтверждается подписями участвующих лиц, и содержат сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, в связи с чем, суд обоснованно признал их допустимыми и достоверными, дав надлежащую оценку в приговоре.

Судом первой инстанции тщательно проверены и обоснованно оставлены без удовлетворения доводы стороны защиты о признании ряда доказательств недопустимыми, при этом судом первой инстанции указанным доводам защиты в приговоре дана правильная оценка, а сделанный судом вывод об отсутствии оснований для признания, указанных доказательств, в том числе вещественных доказательств – графиков работы сотрудников КВД, табелей учета рабочего времени КВД, протокола дополнительного осмотра предметов от 03.10.2023, недопустимыми, является правильным и обоснованным.

Нарушений требований Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и уголовно-процессуального закона при проведении по данному уголовному делу оперативно-розыскных мероприятий судом не установлено. Оснований для признания доказательств, полученных в результате проведения оперативно-розыскных мероприятий недопустимыми, не имеется, поскольку они получены в соответствии с требованиями закона, проведено при наличии к тому оснований в соответствии с положениями Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ.

Результаты оперативно-розыскных мероприятий по настоящему уголовному делу переданы органу предварительного расследования в соответствии с требованиями закона.

Таким образом, при исследовании и оценке доказательств судом не допущено каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, ставящих под сомнение правильность установления фактических обстоятельств. Чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения судом не выявлено.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены с приведением в приговоре мотивов принятого решения.

Доводы апелляционной жалобы о нарушении порядка возбуждения уголовного дела в отношении ФИО34 по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ являются необоснованными, нарушений при возбуждении уголовного дела органом предварительного расследования не допущено. Уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ возбуждено уполномоченным на то должностным лицом в соответствии со ст. 146 УПК РФ при наличии повода и оснований, предусмотренных ст. 140 УПК РФ в отношении неустановленных лиц, при этом в постановлении были описаны преступные действия по факту хищения бюджетных средств путем обмана в связи с предоставлением сведений о трудоустройстве как ФИО10, так и ФИО2 Согласно предъявленному обвинению, совершенные ФИО34 уголовно наказуемые деяния, квалифицированные как разные преступления, представляли собой составную часть событий преступлений, по которым уже было возбуждено уголовное дело При этом переквалификация действий осужденной ФИО34 в ходе предварительного следствия произведена на основании соответствующего постановления следователя от <дата>, вынесение отдельного постановления о возбуждении уголовного дела по ч.3 ст.159 УК РФ при этом не требовалось. Вопреки доводам стороны защиты, изменение обвинения в ходе предварительного следствия не противоречит положениям уголовно-процессуального закона.

Вопреки доводам жалобы защиты, нарушения органами предварительного расследования процессуальных сроков, предусмотренных ст. 144 УПК РФ при возбуждении уголовного дела, не допущено.

Существенных нарушений, как при производстве предварительного следствия, так и при составлении обвинительного заключения, в ходе судебного разбирательства, влекущих возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, допущено не было.

Вопреки доводам жалоб суд первой инстанции проверил доводы стороны защиты о несоответствии копий постановлений о привлечении в качестве обвиняемого, врученных ФИО33 и ФИО34, постановлению, имеющемуся в материалах дела и обвинительному заключению, нарушения порядка вручения обвинительного заключения, а также иных обстоятельств, которые по мнению защиты, исключали возможность постановления судом приговора и обосновано признал данные доводы не состоятельными и не усмотрел оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ и мотивировал свою позицию в постановлении. Судебная коллегия также считает, что обвинительное заключение составлено с соблюдением требований ст. 220 УПК РФ, и оснований для возвращения дела прокурору, предусмотренных ст. 237 УПК РФ, не имеется.

Правильное установление судом фактических обстоятельств уголовного дела позволило суду верно квалифицировать действия ФИО31, ФИО33, ФИО34 каждой как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере, действия ФИО32, ФИО33, ФИО34 каждой как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, а ФИО33, ФИО34 также с использованием своего служебного положения, и действия ФИО34, ФИО33 каждой как совершение служебного подлога, то есть внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, из корыстной и иной личной заинтересованности, повлекшее существенное нарушение охраняемых законом интересов государства (3 преступления по факту «фиктивного» трудоустройства ФИО13, ФИО14, ФИО15). В приговоре подробно изложены мотивы, по которым суд первой инстанции пришел к выводу о наличии в действиях ФИО31, ФИО33, ФИО34, ФИО32 всех признаков состава преступлений, за которые они осуждены.

Вопреки доводам жалоб размер причиненного ущерба установлен органом следствия и судом правильно и соответствует сумме начисленных в качестве заработной платы и выплаченных денежных средств из бюджета Санкт-Петербурга на имя ФИО2, ФИО10, что подтверждается показаниями представителей потерпевшего, осужденной ФИО31, а также исследованными документами, в том числе платежными ведомостями, банковскими документами о зачислении заработной платы. Также правильно установлен размер необоснованно начисленной из бюджета заработной платы ФИО15, ФИО13, ФИО14, в результате чего бюджету Санкт-Петербурга был причинен имущественный вред.

Размер ущерба определен органом следствия и судом путем простого арифметического сложения, для чего не требуется каких-либо специальных познаний и привлечение специалиста либо эксперта, в связи доводы жалоб о необходимости проведения по делу судебной бухгалтерской экспертизы, являются несостоятельными.

При этом, вопреки доводам апелляционного представления, судом первой инстанции верно применены нормы уголовного закона при исключении из обвинения ФИО34, ФИО33 указание на квалификацию действий соучастников при «фиктивном» трудоустройстве ФИО2, ФИО10 по ч. 1 ст. 285, ч. 2 ст. 292 УК РФ как излишне вмененные.

Судом правильно принято во внимание, что указанные действия осужденных ФИО34, ФИО33 квалифицированы органами предварительного расследования соответственно по ч.1 ст.285 и по ч.2 ст.292 УК РФ, как злоупотребление должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, из корыстной и иной личной заинтересованности, что повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов государства, а также как служебный подлог, то есть внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, из корыстной и иной личной заинтересованности, что повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов государства, при этом в предъявленном ФИО34, ФИО33 обвинении приведено идентичное описание обстоятельств совершения как злоупотребления должностными полномочиями, так и служебного подлога, включая мотив и наступившие последствия, без разграничения обстоятельств, образующих субъективную и объективную стороны каждого из этих преступлений.

При таких обстоятельствах судом обосновано учтено, что использование должностным лицом своих служебных полномочий, выразившееся в хищении чужого имущества, когда фактически произошло его изъятие, полностью охватывается объективной стороной совершенного ими преступления, в том числе способом совершения, предусмотренного ч.3 и ч.4 ст.159 УК РФ, и дополнительной квалификации по ст. 285 УК РФ не требует, при этом совокупность преступлений, предусмотренных ч.1 ст.285 и по ч.2 ст.292 УК РФ, возможна лишь при последовательном их совершении, когда служебный подлог не входит в объективную сторону злоупотребления должностными полномочиями, когда каждое из этих деяний повлекло самостоятельные общественно опасные последствия, что следует из разъяснения, содержащегося в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 № «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий».

Таким образом, нарушений требований уголовно-процессуального закона, которые могут повлиять на законность приговора, судом допущено в данной части не было, сомнений в правильности юридической квалификации действий каждой из осужденных у судебной коллегии не имеется.

Основания для иной правовой оценки действий ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, либо для их оправдания, отсутствуют, фактические обстоятельства дела установлены судом правильно, выводы суда о юридической квалификации действий осужденных убедительно мотивированы в приговоре, основаны на материалах уголовного дела.

Судебное следствие по делу проведено с соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в том числе, принципов состязательности и равноправия сторон в процессе, сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации процессуальных прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей, нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом не допущено. Из протокола судебных заседаний следует, что все ходатайства, заявленные участниками процесса в ходе судебного заседания, председательствующим ставились на обсуждение сторон с выяснением их мнений по данным вопросам и по результатам их рассмотрения судом принимались законные, обоснованные и мотивированные решения. Ходатайства осужденных и стороны защиты, в том числе о проведении экспертиз, возвращении уголовного дела прокурору, надлежаще рассмотрены судом и в их удовлетворении мотивированно отказано. Протокольное рассмотрение ходатайств сторон без удаления председательствующего в совещательную комнату соответствует требованиям закона и не влечет за собой отмену или изменение вынесенного приговора, поскольку обязательное удаление суда в совещательную комнату необходимо для вынесения письменного постановления в случаях, предусмотренных ст. 256 УПК РФ, как например, в случае назначения экспертизы, а не в отказе в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы.

Оснований для изменения приговора в части назначенного ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, наказания суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку наказание осужденным назначено в соответствии с требованиями закона и является справедливым.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» при назначении наказания суд обязан соблюдать требования закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, имея в виду, что справедливое наказание способствует решению задач и достижению целей, указанных в статьях 2 и 43 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч.1 ст.6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Согласно ч.3 ст.60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Характер общественной опасности преступления определяется уголовным законом и зависит от установленных судом признаков состава преступления. При учете характера общественной опасности преступления судам следует иметь в виду прежде всего направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред.

Степень общественной опасности преступления устанавливается судом в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, от вида умысла либо неосторожности. Обстоятельства, смягчающие или отягчающие наказание и относящиеся к совершенному преступлению, также учитываются при определении степени общественной опасности преступления.

К сведениям о личности, которые подлежат учету при назначении наказания, относятся характеризующие виновного сведения, которыми располагает суд при вынесении приговора. К таковым могут, в частности, относиться данные о семейном и имущественном положении совершившего преступление лица, состоянии его здоровья, поведении в быту, наличии у него на иждивении несовершеннолетних детей, иных нетрудоспособных лиц.

Вопреки доводам апелляционного представления, в данной части, при назначении наказания ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, суд в полной мере учел требования уголовного закона о его справедливости и индивидуализации и назначил наказание с учетом характера и степени общественной опасности совершенных каждой осужденной преступлений, относящихся к категории тяжких и средней тяжести, конкретных обстоятельств дела, данных о личности осужденных, влияния наказания на их исправление, а также на условия жизни их семей, наличия совокупности смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств.

Оценка судом данных характеризующих личность осужденных ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, характера и степени общественной опасности содеянного ими у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывают.

Наказание ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, каждой назначено с учетом всех, установленных по делу и имеющих значение в соответствии со ст. 6, 60 УК РФ обстоятельств. Наказание является справедливым, не является чрезмерно мягким, как об этом утверждается в апелляционном представлении государственного обвинителя, оснований для усиления либо смягчения наказания каждой осужденной судебная коллегия не усматривает.

Все смягчающие наказание обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, судом учтены.

Обстоятельств, отягчающих наказание каждой из осужденных, не установлено.

Принимая во внимание все имеющиеся по делу обстоятельства, суд пришел к обоснованному выводу о назначении осужденным ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34 каждой за преступления, предусмотренные ч.3 ст. 159 и ч.4 ст.159 УК РФ, наказания в виде лишения свободы, а осужденным ФИО34 и ФИО33 за преступления, предусмотренные ч.2 ст. 292 УК РФ (3 преступления) – в виде штрафа. Данные наказания являются справедливыми, соответствуют требованиям уголовного наказания. Позиция суда мотивирована и судебная коллегия с ней согласна.

Оснований для применения положений ч.6 ст.15, ст.64 УК РФ судом первой инстанции не установлено.

Вместе с тем, приняв во внимание характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, обстоятельства их совершения, характер и степень фактического участия каждой осужденной, всю совокупность сведений о личности ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34 каждой, их возрасте, наличии положительных характеристик, многочисленных благодарностей, грамот за многолетнею добросовестную работу у каждой осужденной, наличие у ФИО33 <...><...>, наличия у ФИО34 <...>, которого она воспитывает одна <...>; активное способствование ФИО31 и ФИО32 раскрытию и расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию других соучастников, добровольное частичное возмещение ФИО31, а также полное возмещение ФИО32 ущерба, причиненного преступлениями, иные положительные сведения о личности ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34 каждой, вывод суда о возможности применения положений ст.73 УК РФ, судебная коллегия находит обоснованным, а доводы прокурора о чрезмерной мягкости назначенного ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34 каждой, наказания и о несправедливости приговора неубедительными. Выводы суда о возможности исправления осужденных ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34 каждой, без реального отбывания наказания в виде лишения свободы в приговоре надлежащим образом мотивированы и решение суда в этой части основано на всестороннем анализе данных о личности каждой из осужденных.

Каких-либо новых данных, не учтенных судом, но влияющих на разрешение данного вопроса, прокурором не приведено. Обстоятельства совершения и категория преступлений учтены судом при квалификации действий осужденных. Наличие перечисленных в приговоре обстоятельств, смягчающих наказание каждой из осужденной в апелляционном представлении не оспаривается.

Назначенное условное наказание в виде лишения свободы нельзя признать чрезмерно мягким, по своему виду и размеру оно отвечает закрепленным в уголовном законодательстве целям исправления осужденного и предупреждения совершения ими новых преступлений, а также принципам справедливости и гуманизма. Следовательно, нарушений положений ст. ст. 43, 73 УК РФ судом первой инстанции не допущено.

С учетом изложенного суд обоснованно постановил считать назначенное наказание в виде лишения свободы условным, возложив на ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, определенные обязанности, что предусматривает контроль над поведением со стороны специализированного государственного органа и способствует исправлению. Оснований для изменения приговора в данной части, как об этом указывается в апелляционном представлении, не имеется, срок наказания соответствует характеру и степени общественной опасности преступлений, обусловлен необходимостью усиления исправительного воздействия на личность осужденных, а доводы представления о необходимости назначения ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34 каждой, исключительно реального лишения свободы основаны не на законе, а на субъективном мнении автора представления.

Суд апелляционной инстанции считает, что назначенное осужденным ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34 наказание соответствует данным об их личности, содеянному ими, является законным, обоснованным и достаточно справедливым, соразмерным им содеянному.

Судом первой инстанции приняты во внимание все юридически значимые обстоятельства, влияющие на определение наказания виновным, которые, по мнению суда апелляционной инстанции, соответствуют содеянному.

Одновременно с этим, судебная коллегия считает, что выводы суда о необходимости назначения ФИО31, ФИО33, ФИО34 дополнительного наказание на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ, мотивированно и обоснованно, с учетом личности осужденных и обстоятельств совершенных ими преступления.

Вместе с тем, несмотря на то, что суд обоснованно назначил осужденным дополнительное наказание, в этой части приговор подлежит изменению по доводам апелляционного представления.

Согласно ч. 1 ст. 47 УК РФ наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью состоит в запрещении занимать должности на государственной службе, в органах местного самоуправления либо заниматься определенной профессиональной или иной деятельностью.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», лишение права занимать определенные должности состоит в запрещении занимать должности только на государственной службе или в органах местного самоуправления, а лишение права заниматься определенной деятельностью может выражаться в запрещении заниматься как профессиональной, так и иной деятельностью. В приговоре следует конкретизировать вид такой деятельности (педагогическая, врачебная, управление транспортом и т.д.).

Как усматривается из приговора, ФИО33 и ФИО34 было назначено дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий, на государственной службе, в органах местного самоуправления, предприятиях государственной формы собственности, в муниципальных предприятиях и учреждениях, а ФИО31, в частности, в области бухгалтерского учета.

Однако из материалов дела следует, что осужденные каких-либо должностей, связанных с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий, на государственной службе, в органах местного самоуправления, предприятиях государственной формы собственности, в муниципальных предприятиях и учреждениях, не занимала.

При таких обстоятельствах дополнительное наказание, назначенное им, следует изменить, указав, что осужденным запрещается заниматься определенной деятельностью в сфере, в которой ими были совершены инкриминируемые противоправные деяния.

При этом, вопреки доводам прокурора, судом обосновано не назначено ФИО32 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, не усматривает таких оснований и судебная коллегия.

Каких-либо иных существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, не допущено, оснований для внесения в него иных изменений, а также отмены приговора по доводам апелляционных жалоб и апелляционного представления, судебная коллегия не усматривает.

При постановлении приговора суд первой инстанции правомерно, в соответствии с требованиями ст. 1064 ГК РФ разрешил гражданский иск, заявленный прокурором в защиту интересов Санкт-Петербурга в лице Администрации Невского района Санкт-Петербурга, и нашел его подлежащим удовлетворению на сумму причиненного имущественного ущерба, с учетом его частичного возмещения осужденными ФИО31, ФИО32

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Невского районного суда Санкт-Петербурга от 26 мая 2025 года в отношении ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34 изменить:

- исключить из приговора указание о назначении ФИО31 дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности в области бухгалтерского учета, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий, на государственной службе, в органах местного самоуправления, предприятиях государственной формы собственности, в муниципальных предприятиях и учреждениях.

- назначить ФИО31 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью в области бухгалтерского учета, включая составление бухгалтерской (финансовой) отчетности на срок 2 года.

- исключить из приговора указание о назначении ФИО33 дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий на государственной службе, органах местного самоуправления, предприятиях государственной формы собственности, в муниципальных предприятиях и учреждениях;

- назначить ФИО33 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в сфере здравоохранения на срок 3 года;

- исключить из приговора указание о назначении ФИО34 дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий на государственной службе, органах местного самоуправления, предприятиях государственной формы собственности, в муниципальных предприятиях и учреждениях;

- назначить ФИО34 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с руководством медицинской организации на срок 3 года.

В остальном этот же приговор суда оставить без изменения.

Апелляционное представление удовлетворить частично, апелляционные жалобы и дополнения к ним - оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи