Определение № 33-3171/2025 от 23 декабря 2025 г.

Судья Пронина Е.А.

№ 33-3171-2025 УИД 51RS0006-01-2025-001592-82Мотивированное
определение изготовлено 24.12.2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Мурманск

10 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда в составе:

председательствующего

Булыгиной Е.В.

судей

ФИО1

с участием прокурорапри секретаре

Лучника А.В.Мунтян Р.В.ФИО2

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-897/2025 по иску ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Колабыт», акционерному обществу «Кольская горно-металлургическая компания» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья,

по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Мончегорского городского суда Мурманской области от 24 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Булыгиной Е.В., выслушав возражения относительно доводов жалобы представителя АО «КГМК» ФИО4, заключение прокурора прокуратуры Мурманской области Мунтян Р.В., полагавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

установила:

ФИО3 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Колабыт» и акционерному обществу «Кольская горно-металлургическая компания» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья.

В обоснование заявленных требований указал, что работал в условиях воздействия вредных веществ в АООТ «Комбинат Североникель» с 08.04.1986 по 30.11.1999 (13 лет 7 месяцев 23 дня), в АО «Кольская ГМК» с 01.12.1999 по 15.08.2025 (25 лет 8 месяцев 16 дней) в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в должности сменного и старшего мастера основного производственного участка гидрометаллургического отделения ЦЭН-2, уволен из АО «Кольская ГМК» 15.08.2025 в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением.

Медицинским заключением ему установлены профессиональные заболевания: ***

По заключению врачебной комиссии установлена причинно-следственная связь заболеваний с профессиональной деятельностью.

Возникновению профессиональных заболеваний способствовало несовершенство технологии, механизмов, оборудования, неэффективность работы систем вентиляции, длительное воздействие вредных производственных факторов и веществ: кобальт и его неорганические соединения - максимально разовые концентрации превышают в 1,08 - 36,2 раза (аллерген), никеля соли в виде гидроаэрозоля (по никелю) - максимально разовые концентрации превышают в 4,8 - 100,6 раз (аллерген и канцероген); хлор - максимально разовые концентрации превышают в 2,3-16,6 мг/м3. Класс условий труда вредный – 4 (опасный).

Решением МСЭ № 6 ФГУ «ГБ МСЭ по Мурманской области» с 02 июля 2025 года ему установлено 20 % утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию: профессиональная *** и 10 % утраты профессиональной трудоспособности по профзаболеванию: ***.

С 25 июля 2025 года 30% утраты профессиональной трудоспособности установлено бессрочно.

В результате полученных профессиональных заболеваний ему причинен моральный вред, связанный с нравственными и физическими страданиями, которые привели к ухудшению качества его жизни.

В связи с *** у него возникают приступы удушья, кашель с мокротой, одышка при привычной физической нагрузке, слабость, затруднение дыхания, нарушение работоспособности и сна. Для снятия приступов ему необходимо принимать лекарства. Для купирования приступов кашля он вынужден ограничивать себя в физических нагрузках, избегать контакта с резкими запахами и аллергенами, беречься от простудных заболеваний, так как они протекают с осложнениями.

Просил суд взыскать в свою пользу в счет компенсации морального вреда с ООО «Колабыт» 210 000 рублей, АО «Кольская ГМК» 490 000 рублей, судебные расходы на представителя в общем размере 25 000 рублей.

Судом принято решение, которым исковые требования ФИО3 удовлетворены частично.

С общества с ограниченной ответственностью «Колабыт» в пользу ФИО3 взыскана компенсация морального вреда в размере 135000 рублей, а также судебные расходы в размере 7500 рублей.

В бюджет муниципального округа город Мончегорск с подведомственной территорией с ООО«Колабыт» взыскана государственная пошлина в размере 3000 рублей.

С акционерного общества «Кольская горно-металлургическая компания» в пользу ФИО3 взыскана компенсация морального вреда в размере 315 000 рублей, а также судебные расходы в размере 17500 рублей.

В бюджет муниципального округа город Мончегорск с подведомственной территорией с АО «Кольская горно-металлургическая компания» взыскана государственная пошлина в размере 3000 рублей.

В остальной части иска отказано.

В апелляционной жалобе ФИО3, не соглашаясь с определенным судом к взысканию размером компенсации морального вреда, просит решение суда изменить, удовлетворить заявленные ею требования в полном объеме.

В жалобе привод доводы об отсутствии у него обязанности доказать причинение физических и нравственных страданий при наличии профессионального заболевания, повлекшего вред здоровью.

Настаивает, что присужденная судом сумма компенсации морального вреда несоразмерна тяжести наступивших для него последствий в связи с профессиональными заболеваниями.

Указывает, что выявленные у него профессиональные заболевания причиняют ему физические и нравственные страдания, вызывают психологический дискомфорт полагая, присужденную судом сумму компенсации морального вреда явно недостаточной для компенсации причиненного вреда, несоразмерной тяжести наступивших последствий.

Обращает внимание на значительный рост цен, включая лекарства и платные медицинские услуги по сравнению с прошлыми годами.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель АО «КГМК» ФИО4 просит решение суда оставить без изменения.

В возражениях на апелляционную жалобу старший помощник прокурора прокуратуры города Мончегорска К.И. Процветов, полагая решение суда законным и обоснованным, просит оставить его без изменения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились истец ФИО3, представитель ООО «Колабыт», извещенные о дате и времени рассмотрения дела в установленном законом порядке.

Руководствуясь частью 3 статьи 167, частью 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, поскольку их неявка не является препятствием для рассмотрения дела.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, судебная коллегия оснований к отмене или изменению постановленного по делу решения не находит.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.

На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, и профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО3 работал в АО «Комбинат Североникель» с 08.04.1986 по 30.11.1999 (13 лет 7 месяцев 23 дня) в должностях аппаратчика, сменного мастера, старшего мастера основного производственного участка гидрометаллургического отделения цеха электролиза никеля № 2.

В связи с реорганизацией правопреемником АО «Комбинат Североникель» (ранее АООТ «Комбинат Североникель, ООО «Комбинат Североникель») является ООО «Колабыт».

С 01.12.1999 по 15.08.2025 (25 лет 8 месяцев 16 дней) истец работал в ОАО (АО) «Кольская ГМК» в должностях старшего мастера, аппаратчика-гидрометаллурга основного производственного участка гидрометаллургического отделения цеха электролиза никеля.

Уволен 15 августа 2025 года на основании пункта 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ, в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением. Данные периоды работы подтверждаются трудовой книжкой истца, приказами о приеме на работу, о переводе на другую работу (л.д.60-63).

Согласно санитарно-гигиенической характеристике от 14.10.2024 № 57 класс условий труда старшего мастера основного производственного участка гидрометаллургического отделения № 2 Цеха электролиза никеля АО «Кольская ГМК» ФИО3 по содержанию вредных веществ (химический фактор) в воздухе рабочей зоны 3.2 (вредный 2 степени), по уровню шума - 3.1 (вредный 1 степени). Класс условий труда аппаратчика- гидрометаллурга бригады основной схемы очистки растворов гидрометаллургического отделения № 2 Цеха электролиза никеля АО «Кольская ГМК» ФИО3 по содержанию вредных веществ (химический фактор) в воздухе рабочей зоны — 3.2 (вредный 2 степени), по уровню шума - 3.1 (вредный 1 степени). Класс условий труда на рабочем месте старшего мастера основного производственного участка гадрометаллургического отделения № 2 Цеха электролиза никеля АО «Кольская ГМК» по содержанию вредных веществ (химический фактор) в воздухе рабочей зоны - опасный. Максимально разовые концентрации никеля соли в виде гидроаэрозоля /по никелю/ (ПДК - 0,005 мг/мЗ) превышает с 1,8 до 58,8 раза (аллерген и канцероген). Температура воздуха (при ПДУ-13 - 21°С, категория работ 3, холодный период) ниже ПДУ на 1,7°С и превышает ПДУ на

—.2"С: температура воздуха (при ПДУ- 15°- 26°С, категория работ III, теплый период) превышает ПДУ на 1,7°С (л.д. 38-52).

Согласно дополнениям от 27.01.2025 к санитарно-гигиенической характеристике условий труда № 57 от 14.10.2024 класс условий труда ФИО3 по содержанию в воздухе рабочей зоны вредных веществ химической природы: - никеля соли в виде гидроаэрозоля /по никелю/ (ПДК - 0.005 мг/мЗ - (аллерген и канцероген) - 4 класс (опасный). По содержанию в воздухе рабочей зоны вредных веществ химической природы: кобальт и его неорганические соединения (ПДК - 0,05 мг/мЗ) - максимально разовые концентрации превышают в 1,08 - 36,2 раза (аллерген); никеля соли в виде гидроаэрозоля /по никелю/ (ПДК - 0.005 мг/мЗ) - максимально разовые концентрации превышают в 4,8 - 100,6 раз (аллерген и канцероген); хлор + (ПДК - 1.0 мг/мЗ) максимально разовые концентрации превышают в 2,3 - 16,6 мг мЗ; температура воздуха (категория работ III) - ниже ПДУ на 14°С, превышение на 9,8°С (л.д. 53-59).

Как следует из выписки из истории болезни от 16.05.2025 № 393 ФИО3 проходил обследование в стационарном отделении клиники НИЛ ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» (г. Кировск) в период с 13.05.2025 по 16.05.2025 (л.д. 20).

Согласно медицинскому заключению врачебной комиссии НИЛ ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» города Кировска от 13.05.2025 № 88 ФИО3 впервые установлены профзаболевания: ***

По результатам расследования профессиональных заболеваний ФИО3 составлены акты о случае профессионального заболевания № 22/1 и 22/2 от 11.06.2025, утвержденные Начальником Территориального отдела Роспотребнадзора по Мурманской области, в г. Мончегорске, г. Оленегорске и Ловозерском районе - Главным государственным санитарным врачом по г. Мончегорску, г. Оленегорску и Ловозерскому району’, согласно которым профессиональные заболевания возникли у ФИО3 в результате длительного, в течение 38 лет 6 месяцев 29 дней воздействия вредных производственных факторов в профессии аппаратчик-гидрометаллург: никель и его соединения, химические вещества, обладающие аллергенным действием. Доказательств вины работника в возникновении у нее профзаболеваний работодатель комиссии не представил. Представители АО «Кольская ГМК» указанные акты о случае профессионального заболевания не оспаривали (л.д. 28-32, 33-37).

На основании акта о случае профессионального заболевания № 22/1 от 11.06.2025 решением МСЭ № 6 ФГУ «ГБ МСЭ по Мурманской области» ФИО3 с 02.07.2025 установлено 10 % утраты профессиональной трудоспособности до 01.08.2026. Дата очередного освидетельствования 02.07.2026 (л.д. 21).

На основании акта о случае профессионального заболевания № 22/2 от 11.06.2025 решением МСЭ № 6 ФГУ «ГБ МСЭ по Мурманской области» ФИО3 с 02.07.2025 установлено 20 % утраты профессиональной трудоспособности до 01.08.2026. Дата очередного освидетельствования 02.07.2026 (л.д. 22).

Таким образом, судом установлено, что профессиональные заболевания возникли у ФИО3 по вине АО «Комбинат Североникель» (правопреемник ООО «Колабыт), АО «Кольская ГМК», которые не обеспечили нормальные условия труда истца, что состоит в причинно-следственной связи с возникновением у него профессиональных заболеваний. Наличия вины работника в возникновении заболеваний не установлено.

Коллективным договором АО «Кольская ГМК» на 2023-2025 гг. ( с учетом постановления № 15 от 20.12.2024 г.) в части возмещения морального вреда подпунктом 8.3.1 определено, что размер возмещения (компенсации) морального вреда работнику при утрате им профессиональной трудоспособности, наступившей в результате несчастного случая или профессионального заболевания при исполнении им своих трудовых обязанностей, составляет 780000 рублей - при полной (100 %) утрате трудоспособности. При частичной утрате трудоспособности - пропорционально степени утраты трудоспособности из расчета 780000 рублей (соответственно, за 30 % утраты трудоспособности - 234000 рублей).

Проанализировав обстоятельства дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции, руководствуясь правовыми нормами, регламентирующими основания компенсации морального вреда, причиненными работодателем работнику, пришел к правомерному выводу о том, что истец за время работы в АО «Кольская ГМК» получил профессиональные заболевания, которые находятся в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда, в которых истец работал у ответчиков.

Поскольку обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда положениями действующего трудового законодательства возложена на работодателя, суд пришел к обоснованному выводу о наличии у истца права на возмещение морального вреда.

Принимая во внимание, что соглашения о размере компенсации морального вреда между сторонами не достигнуто, суд определил размер этой компенсации в соответствии с требованиями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, статей 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера полученных истцом заболеваний, степени утраты профессиональной трудоспособности, вины работодателей, длительности работы истца в условиях воздействия вредных и неблагоприятных факторов, а также требований разумности и справедливости, в общей сумме 450 000 рублей, распределив выплату этой суммы между ответчиками пропорционально периоду (стажу) работы истца у каждого из ответчиков: с ООО «Колабыт» - 135 000 рублей, с АО «КГМК» - 315 000 рублей.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия полагает, что определенный судом размер компенсации подлежащего взысканию с ответчика соответствует характеру и степени физических и нравственных страданий истца, отвечает требованиям разумности и справедливости.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы о несогласии с размером установленной судом компенсации морального вреда, судебная коллегия учитывает следующее.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», факт причинения потерпевшему морального вреда в связи с причинением вреда его здоровью предполагается, поскольку потерпевший во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В пункте 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания.

Исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, указанные условия судом первой инстанции соблюдены.

Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда приведены в судебном постановлении в соответствии с требованиями статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, произвольного занижения размера компенсации судом не допущено.

Размер компенсации морального вреда определен в соответствии с вышеприведенными нормами права.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда суд первой инстанции правомерно исходил из степени физических и нравственных страданий истца, причиненных ему наличием профессионального заболевания, учел размер процента утраты истцом профессиональной трудоспособности, тяжесть имеющихся у истца профессиональных заболеваний, а также степень вины работодателя.

По мнению судебной коллегии, определенная судом денежная компенсация в достаточной степени будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчикам.

Доводов, которые в силу закона могли бы повлечь отмену решения суда, ссылок на обстоятельства, требующие дополнительной проверки, апелляционная жалоба не содержит.

Вопрос о распределении судебных расходов разрешен судом в соответствии с требованиями статей 88, 98, 100, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы не влияют на правильность постановленного решения, поскольку направлены на переоценку обстоятельств, установленных и исследованных судом в полном соответствии с правилами статей 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оснований для чего судебная коллегия не усматривает.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения суда, по делу не установлено.

С учетом изложенного, судебная коллегия не усматривает оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены или изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 327, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

определила:

решение Мончегорского городского суда Мурманской области от 24 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: