Апелляционное постановление № 22-413/2024 от 12 мая 2024 г. по делу № 1-262/2022

Судья Бозиев З.Н. Дело №22-413/2024


Апелляционное постановление

г. Нальчик 13 мая 2024 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Кабардино- Балкарской Республики в составе:

председательствующего — судьи Мидова В.М.,

при секретаре судебного заседания – Тешевой М.Б.,

с участием:

прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры КБР ФИО1,

осужденного А.М.М.,

его защитника - адвоката Шибзухова З.А.,

представителя потерпевшего - ФИО21,

представителя потерпевшего - адвоката Драгунова К.Б.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные представление помощника прокурора г. Прохладного КБР Шаваевой Р.Ю., жалобу потерпевшего Потерпевший №1, жалобу адвоката Шибзухова З.А., в интересах осуждённого А.М.М., на приговор Прохладненского районного суда КБР от 28 ноября 2022 года, которым:

А.М.М., родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> КБАССР, гражданин Российской Федерации, женатый, имеющий двоих малолетних детей, военнообязанный, с высшим образованием, работающий заместителем руководителя КФХ «Сады МиХ», проживающий по адресу: КБР, <адрес>, не судимый,

осужден по ч.1 ст.112 УК РФ к ограничению свободы сроком на 2 года.

На период ограничения свободы установлены следующие ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующей месту жительства (пребывания) муниципального образования, не менять места жительства (пребывания) без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц являться в указанный орган для регистрации.

Постановлено освободить А.М.М. от назначенного наказания в виде ограничения свободы, на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении по вступлении приговора в законную силу, постановлено отменить.

По делу решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Мидова В.М., выслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции

установил:

Органами предварительного следствия А.М.М. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п. «д» ч.2 ст.112 УК РФ, то есть умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью, не опасном для жизни человека и не повлекшем последствий, указанных в ст.111 УК РФ, но вызвавшем длительное расстройство здоровья, совершенное из хулиганских побуждений.

Судом А.М.М. признан виновным в том, что ДД.ММ.ГГГГ в 19 часов 10 минут, управляя автомобилем, двигаясь по <адрес> КБР, будучи недовольным тем, что был ослеплен несовершеннолетним Потерпевший №1 встроенным в его мобильный телефон фонариком, остановился и, выйдя из автомашины, высказал нецензурной бранью свое недовольство в адрес Потерпевший №1, после чего последний также высказался в адрес А.М.М. нецензурной бранью. В ответ на это А.М.М., в ходе словесного конфликта на почве возникших неприязненных отношений к Потерпевший №1, нанес ему удар правой рукой, сжатой в кулак, в область лица, причинив несовершеннолетнему Потерпевший №1 телесные повреждения, в совокупности, квалифицирующиеся как вред здоровью средней тяжести.

В судебном заседании подсудимый А.М.М. вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал.

В апелляционном представлении помощник прокурора г. Прохладного Шаваева Р.Ю., считая приговор суда незаконным ввиду неправильного применения уголовного закона и несправедливости наказания вследствие чрезмерной мягкости, просит его отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

В обоснование представления указывает, что органами предварительного расследования А.М.М. обвиняется в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека, и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенном из хулиганских побуждений.

Обращает внимание, что конфликт спровоцировал А.М.М., нарушая нормы права и морали, несмотря на несовершеннолетний возраст потерпевшего Потерпевший №1, стал выражаться в его адрес грубой нецензурной бранью, нанес ему удар в челюсть, причинив закрытую черепно-мозговую травму, сотрясение головного мозга, оскольчатый перелом угла нижней челюсти со смещением фрагментов, разрыв слизистой оболочки между зубами, причинив средний вред здоровью.

Полагает, что виновность А.М.М. в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью несовершеннолетнего Потерпевший №1 из хулиганских побуждений достоверно установлена в ходе судебного заседания показаниями потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей ФИО6, ФИО21, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10О., иными исследованными в суде доказательствами обвинения.

Считает, что судом обоснованно отвергнуты показания как подсудимого А.М.М., так и свидетелей ФИО11 и ФИО12, направленные на искусственное создание алиби А.М.М. во избежание им уголовной ответственности.

Полагает, что назначенное А.М.М. судом наказание является несправедливым, судом проигнорировано и не учтено при определении вида и размера наказания, что преступление совершено в отношении несовершеннолетнего потерпевшего Потерпевший №1, а необоснованная переквалификация действий А.М.М. повлекла назначение несправедливого, чрезмерно мягкого наказания за содеянное.

В апелляционной жалобе потерпевший Потерпевший №1 просит приговор в отношении А.М.М. отменить, применить уголовный закон о более тяжком преступлении, признать А.М.М. виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «д» ч. 2 ст. 112 УК РФ, и усилить назначенное наказание, назначив более строгое наказание.

Мотивирует тем, что освещение дороги фонариком сотового телефона, даже если бы это могло повлечь ослепление А.М.М., управлявшего автомобилем, не является противоправным деянием, вследствие чего не может расцениваться как провокация конфликта с его стороны.

Указывает, что суд первой инстанции не учел, что первоначальной причиной конфликта послужило поведение А.М.М., который в противоречие нормам права и морали стал выражаться в его адрес грубой нецензурной бранью, несмотря на его несовершеннолетний на тот момент возраст. Его последующее высказывание в адрес А.М.М. носило не противоправный, а ответный характер, не было направлено на совершение в отношении А.М.М. какого-либо поступка, не отвечающего нормам права, носило защитный характер.

Полагает, что при переквалификации действий А.М.М. суд необоснованно сослался на направленность его умысла.

Считает, что А.М.М. назначено несправедливое наказание, что подтверждается и тем, что от отбывания назначенного наказания А.М.М. был освобожден, что произошло в результате нарушения разумного срока судопроизводства.

В апелляционной жалобе адвокат Шибзухов З.А. в защиту осужденного А.М.М. просит приговор в отношении А.М.М. отменить и вынести оправдательный приговор, обращая внимание на допущенные в ходе предварительного следствия процессуальные нарушения: в нарушение требований ст. 193 УПК РФ, следователь предъявил свидетелю ФИО6 на опознание ФИО12 вместе с двумя лицами не только не схожими с ним по внешности, но и разных возрастов и иной национальности, нежели ФИО12 Перед предъявлением лица для опознания, свидетель ФИО13 не была подробно допрошена про внешние признаки лица, подлежащего опознанию, в связи с чем, протокол предъявления для опознания лица от ДД.ММ.ГГГГ является недопустимым доказательством.

Считает недопустимым доказательством заключение эксперта №, поскольку в нем отсутствует дата начала и окончания экспертизы с указанием времени проведения экспертизы; из заключения эксперта не видно, какие именно методики были применены при исследовании, в нем указано, что использовались визуальный, сравнительно-аналитический метод исследования. Между тем, визуальный метод исследования экспертом не мог быть применен по той причине, что эксперт не осматривал лицо, а проводил экспертизу на основании медицинской выписки; отсутствуют какие-либо сведения о применении сравнительно-аналитического метода.

Считает, что письменное поручение начальника ОПДН МО МВД России «Прохладненский» в адрес главного врача РКБ М3 по КБР от ДД.ММ.ГГГГ о возложении обязанности по предоставлению в Бюро СМЭ медицинской документации на самих работников РКБ, нарушает нормы «Порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях РФ».

Обращает внимание, что согласно постановлению о назначении экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, история болезни направляется вместе с копией постановления в адрес Бюро и имеется отметка о получении копии постановления, следовательно, и приложений к нему уже ДД.ММ.ГГГГ. Материалы дела не содержат информацию о том, что медицинская документация не поступила в Бюро с постановлением ДД.ММ.ГГГГ, что ставит под сомнение объективность заключения. В материалах дела отсутствует сведения о дате фактического поступления в Бюро медицинской документации и способе доставления документации, не вносились ли какие- либо изменения, искажения в документацию, о предупреждении лица, производившего его доставку, об уголовной ответственности, и иные сведения, без которых невозможно сделать однозначный вывод об объективности и достоверности экспертного заключения, произведенного на основании медицинской документации, в которую могли быть внесены изменения неустановленным лицом.

В заключении указано, что экспертиза производится в присутствии ФИО14, тогда как процессуальное участие ФИО14 в проведении экспертизы ничем не регламентировано, статус данного человека не известен, отсутствует подпись о предупреждении его (ее) об уголовной ответственности, что также ставит под сомнение объективность заключения, так как производство экспертизы поручалось одному эксперту, следовательно, не могла проводиться комиссионно.

Считает вывод эксперта о том, что повреждения, причиненные ФИО25, повлекли за собой длительное расстройство здоровья продолжительностью свыше 3-х недель, не соответствующими как медицинской документации, так и приказу, на который ссылается эксперт, поскольку из исследовательской части заключения видно, что эксперт не исследовал и не мог прийти к выводу о наличии либо отсутствии у потерпевшего нарушений функций органов продолжительностью более трех недель.

Из медицинской выписки видно, что Потерпевший №1 покинул стационарное лечение ДД.ММ.ГГГГ с отсутствием каких-либо жалоб, если даже учесть, что у Потерпевший №1 и были нарушены функции органов, то его продолжительность (нетрудоспособность) не превышала 19 дней, что не подпадало под второй критерий продолжительности расстройства.

Считает, что обвинительное заключение не соответствует требованиям закона, в нем не приведены доказательства защиты и показания свидетелей защиты.

В материалах дела нет постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2, в связи с чем защита была лишена возможности обжаловать данное постановление в порядке ст. 124 или 125 УПК РФ, так как своевременно не получила копию постановления. Данное постановление находилось в надзорном производстве прокуратуры, и суд не имел права ссылаться на данное постановление при вынесении приговора.

В возражении на апелляционную жалобу адвоката Шибзухова З.А. помощник прокурора г. Прохладного Шаваева Р.Ю. считает жалобу необоснованной, приговор суда подлежащим отмене по доводам апелляционного представления.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалоб, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

Согласно ч.1 ст.389.17 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Такие нарушения допущены по настоящему делу.

Так, согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, экспертом произведена судебно-медицинская экспертиза Потерпевший №1, предъявившего медицинскую карту № стационарного больного отделения челюстно-лицевой хирургии ГБУЗ «РКБ» <адрес> КБР. Согласно представленной медицинской документации потерпевший Потерпевший №1 находился на стационарном лечении в отделении челюстно-лицевой хирургии ГБУЗ «РКБ» <адрес> КБР с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Указанные в медицинской документации телесные повреждения Потерпевший №1 экспертом квалифицированы на основании п. 7.1 приказа №н (2008) «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», как причинение здоровью средней тяжести.

Между тем, пунктом 7.1 Приказа Минздравсоцразвития РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н "Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека" установлено, что одним из медицинских критериев квалифицирующих признаков в отношении средней тяжести вреда здоровью является временное нарушение функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность) продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня) (далее – длительное расстройство здоровья).

Согласно медицинской карты № стационарного больного отделения челюстно-лицевой хирургии ГБУЗ «РКБ» <адрес>, Потерпевший №1 находился на стационарном лечении в отделении челюстно-лицевой хирургии ГБУЗ «РКБ» <адрес> КБР с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то есть 19 дней.

Кроме того, согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, при производстве экспертизы присутствовал ФИО14, процессуальное участие которого в проведении экспертизы не указано, об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ он не предупрежден.

Заслуживают внимания и доводы защиты о том, что согласно заключению указанной экспертизы, при её производстве использовались визуальный и сравнительно-аналитический методы исследования, тогда как экспертиза проведена на основании медицинской выписки, в заключении дословно приведено содержание медицинской документации; о допущенных нарушениях при доставлении медицинской документации эксперту для исследования.

Также в суде к материалам уголовного дела по ходатайству защиты были приобщены заключение специалиста ООО «Экспертный центр имени ФИО15» ФИО16 №-НС от ДД.ММ.ГГГГ на заключение эксперта № ГКУЗ БСМЭ М3 КБР от ДД.ММ.ГГГГ, и заключение того же специалиста №-нс от ДД.ММ.ГГГГ по результатам заочного судебно-психологического экспертного исследования индивидуальных психологических особенностей Потерпевший №1 и их влияния на его поведение в криминальной ситуации; приобщена справка ГБУЗ «<адрес> больница» г.о. Прохладный и Прохладненского муниципального района от ДД.ММ.ГГГГ о том, что Потерпевший №1 состоял на учете у врача-невропатолога с 2009 г. с диагнозом «резедуальная энцефалопатия».

В судебном заседании ФИО16 был допрошен в качестве специалиста.

Однако указанным заключениям, приобщенным к материалам уголовного дела, а также показаниям специалиста ФИО16 судом надлежащая оценка в приговоре не дана.

Не нашли своей оценки в приговоре и показания допрошенного в качестве свидетеля ФИО17, проводившего дознание по настоящему уголовному делу (т. 5 л.д. 233-236).

Кроме того, отказывая в удовлетворении ходатайства защиты, заявленного в ходе судебного следствия, об исключении доказательства - протокола предъявления для опознания свидетелю ФИО6 ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ, суд указал, что даст оценку этому доказательству при вынесении итогового решения по делу, в совокупности с другими доказательствами, однако не сделал этого.

Таким образом, судом не были всесторонне, полно и объективно выяснены все обстоятельства дела, не приняты во внимание и не оценены надлежащим образом все собранные доказательства по делу в совокупности с материалами дела, не дана надлежащая и правильная оценка заслуживающим внимания доводам, указанным в представлении и жалобах, юридически значимые обстоятельства, подлежащие доказыванию и имеющие значение для правильного разрешения дела, не установлены.

В соответствии со ст. 389.22 УПК РФ, приговор суда первой инстанции подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство, если в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции были допущены нарушения уголовно-процессуального закона, неустранимые в суде апелляционной инстанции.

Вышеуказанные нарушения уголовно-процессуального закона суд апелляционной инстанции находит существенными, неустранимыми в суде апелляционной инстанции, влекущими отмену приговора с направлением уголовного дела в тот же суд на новое судебное разбирательство, в ходе которого суду надлежит в точном соответствии с требованиями УПК РФ рассмотреть данное дело и постановить законное, обоснованное и справедливое решение.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор Прохладненского районного суда Кабардино-Балкарской Республики от 28 ноября 2022 года в отношении А.М.М. отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе, со стадии судебного разбирательства.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ в Пятый кассационный суд общей юрисдикции.

При этом А.М.М. вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий В.М. Мидов