Приговор № 1-131/2018 от 26 июня 2018 г. по делу № 1-131/2018

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 июня 2018 г. г. Щекино Тульской области

Щекинский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Виноградовой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Хлыниным М.В.,

с участием государственных обвинителей помощников прокурора г. Щекино Тульской области Андреевой Е.Ю., Васюковой Л.В.,

подсудимого ФИО6,

защитника - адвоката Чижонковой Е.Н., представившей удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № 200867 от 18 июня 2018 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Щекинского районного суда Тульской области в общем порядке судебного разбирательства уголовное дело в отношении

ФИО6, <данные изъяты> судимого 07 марта 2018 г. мировым судьёй судебного участка № 49 Щекинского судебного района Тульской области по ст. 264.1 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 340 (триста сорок) часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 (два) года 10 (десять) месяцев,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. "в" ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации,

установил:

ФИО6 совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, при следующих обстоятельствах.

07 января 2018 г., в период с 12 часов 00 минут до 13 часов 00 минут, ФИО6, производя во дворе дома <адрес> уборку в салоне автомобиля марки <данные изъяты> обнаружив под передним пассажирским сиденьем мобильный телефон марки LG K7, модель Х 210DS, принадлежащий ФИО2 реализуя возникший преступный умысел на его хищение, осознавая, что у телефона имеется собственник, имея реальную возможность возвратить телефон собственнику, установив его по контактам в телефоне, в указанный период времени, действуя тайно, из корыстных побуждений, путём свободного доступа из автомобиля марки <данные изъяты> припаркованного в вышеуказанном месте, умышленно похитил принадлежащий ФИО2 мобильный телефон марки LG K7, модель Х 210DS, стоимостью 8990 рублей с защитной плёнкой стоимостью <***> рублей и находящейся в телефоне картой памяти объёмом 4 Гб стоимостью 500 рублей. Похищенное имущество ФИО6 обратил в свою собственность и распорядился им по своему усмотрению, причинив ФИО2 материальный ущерб на общую сумму 10280 рублей.

В судебном заседании подсудимый ФИО6 вину в предъявленном обвинении не признал. Пояснил, что в собственности его сына ФИО1 имеется автомобиль марки <данные изъяты>, на котором он до 04 февраля 2018 г. совместно с другим своим сыном ФИО5 неофициально подрабатывал в такси. В ночь с 06 на 07 января 2018 г. на вышеуказанном автомобиле работал его сын ФИО5 Он выехал на этом автомобиле на работу утром 07 января 2018 г. Около 12 часов того же дня, решив помыть автомобиль, он припарковал его во дворе дома по месту своего жительства по адресу: <адрес> В процессе мытья автомобиля, убираясь в салоне, он обнаружил под передним пассажирским сидением автомобиля мобильный телефон, марку которого он не знает. Он подумал, что данный телефон принадлежит его сыну ФИО5, допуская при этом, что телефон может принадлежать и пассажиру такси. Обнаружив телефон, он не спрашивал ФИО5 о его принадлежности последнему. О своей находке никому, в том числе собственнику транспортного средства, диспетчеру такси, он не сообщал, в полицию не обращался, по имеющимся в телефоне номерам не звонил. На следующий день он, вынув из мобильного телефона сим - карту, заменил её на свою, произвёл один звонок, более телефоном он не пользовался. Через два дня он отдал мобильный телефон ФИО5, который стал им пользоваться, при этом он не рассказывал последнему, что нашёл телефон в автомобиле, на котором они оба работали в такси. Мер к установлению владельца мобильного телефона он не предпринимал, так как не знал, как пользоваться найденным телефоном. Признаёт себя виновным в том, что оставил найденный им в автомобиле сотовый телефон себе, однако каких - либо действий по тайному хищению мобильного телефона он не совершал.

На основании п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ в судебном заседании оглашены показания ФИО6 в качестве обвиняемого, данные им 17 мая 2018 г. в ходе предварительного следствия, согласно которым 07 января 2018 г., в период с 12 часов 00 минут до 13 часов 00 минут, в ходе уборки припаркованного во дворе дома <адрес> автомобиля марки <данные изъяты>, увидев под передним пассажирским сиденьем автомобиля телефон в корпусе чёрного цвета, марки которого не знает, поскольку не разбирается в сотовых телефона, он понял, что это телефон не ФИО5, поскольку у того совсем другой телефон. Он догадался, что телефон был утерян либо забыт кем - то из пассажиров, которых перевозил ФИО5 во время работы с 06 января 2018 г. до 07 января 2018 г. У ФИО5 по этому поводу он не интересовался; о том, что нашёл телефон, ему сразу не рассказал. Он решил оставить телефон себе для личного пользования, найти владельца телефона он не пытался. Вечером 07 января 2018 г., примерно в 19 часов, вытащив из найденного в автомобиле телефона сим - карту, вставив в него свою, он стал им пользоваться. Пользовался он телефоном до 10 января 2018 г., затем отдал его сыну ФИО5, сказав, что нашёл его в автомобиле 07 января 2018 г., когда убирался в нём. Он понимал, что на данном автомобиле он с сыном перевозит людей и они могут оставить в нём свои вещи, и что найденный им телефон может быть телефоном клиента. Поскольку о телефоне у него никто не спрашивал, он оставил его себе, а затем отдал ФИО5 для пользования. Он не предпринял мер к установлению владельца телефона, так как не знал, что его найдут, поэтому оставил его себе и пользовался им (л.д. 129 - 132).

После оглашения показаний ФИО6, данных на предварительном следствии в качестве обвиняемого 17 мая 2018 г., подсудимый их полностью подтвердил, объяснив причину изменения показаний тем, что оглашенные показания соответствуют его показаниям, данным в суде.

Несмотря на непризнание подсудимым своей вины, суд приходит к выводу о том, что вина ФИО6 в совершении кражи, т.е. тайного хищения чужого имущества, установлена и подтверждена совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании.

Допрошенная в судебном заседании потерпевшая ФИО2 пояснила, что в 02 часа 05 минут 07 января 2018 г. со своего мобильного телефона марки LG К7 она вызвала такси - автомобиль марки <данные изъяты>, на котором совместно с коллегами ФИО3 и ФИО4 доехала до <адрес>. Садясь в такси, свой мобильный телефон она положила в правый карман надетой на ней куртки. В такси она мобильный телефон не доставала и им не пользовалась. Доехав на такси до дома, они вышли и разошлись по своим комнатам. Дома, примерно в 02 часа 15 минут 07 января 2018 г., она обнаружила отсутствие в правом кармане надетой на ней куртки принадлежащий ей мобильный телефон. Не обнаружив телефон в других карманах куртки и в сумке, она пошла к ФИО4 и ФИО3 и попросила последнюю позвонить на её мобильный телефон, который при звонке кроме звукового сигнала, издает ещё и световой сигнал. ФИО3 стала звонить на её мобильный телефон, при этом гудки шли, звукового и светового сигнала не было, на звонки никто не отвечал. Она предположила, что её мобильный телефон мог выпасть из кармана, когда они ехали домой, поэтому она с телефона ФИО3 позвонила в службу такси и попросила диспетчера о том, чтобы таксист, который вез их домой, посмотрел её телефон у себя в автомобиле. После чего на другом автомобиле такси она вернулась на работу, чтобы проверить, не оставила ли она свой мобильный телефон там, хотя была уверена, что он был при ней в момент её посадки в такси. С работы она вновь позвонила на номер своего мобильного телефона, но телефон был уже выключен. Она поняла, что её мобильный телефон мог выпасть только в автомобиле <данные изъяты>, который после работы отвозил их домой, после чего обратилась в полицию. В результате хищения мобильного телефона ей был причинен материальный ущерб в общей сумме 10280 рублей, состоящий из стоимости мобильного телефона в сумме 8990 рублей, защитной плёнки на телефон стоимостью <***> рублей, карты памяти стоимостью 500 рублей. Сим-карта, вставленная в телефон, для неё материальной ценности не представляет, денежных средств на ней не было. Причиненный ей материальный ущерб в общей сумме 10280 рублей не является для неё значительным, поскольку она имеет постоянное место работы, получает заработную плату и алименты на несовершеннолетнего ребенка, её совокупный ежемесячный доход составляет 22000 - 23000 рублей. Впоследствии мобильный телефон был ей возвращен, материальный ущерб полностью ей возмещен, претензий ни к кому она не имеет.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО3 пояснила, что около 2 часов 05 минут 07 января 2018 г. её коллега по работе ФИО2 вызвала такси, на котором она совместно по своей матерью ФИО4 и ФИО2 доехала до <адрес>. При этом ФИО2 села в такси на переднее пассажирское сидение, мобильный телефон был при ней, но куда она положила его - она не видела, в процессе поездки мобильным телефоном она не пользовалась. Приехав домой ФИО2 не смогла найти свой телефон. По просьбе последней она позвонила со своего мобильного телефона на номер ФИО2, при звонке гудки шли, но трубку никто не брал. ФИО2 на другом такси вернулась на работу с целью поиска своего телефона, а она позвонила диспетчеру такси и сообщила о том, что возможно в автомобиле такси, который подвозил их до дома, её подруга выронила мобильный телефон, попросила связаться с водителем и перезвонить ей в любое время, если найдется телефон, однако никто так и не перезвонил.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО4 дала аналогичные по содержанию показаниям свидетеля ФИО3 показания, убедительно дополнив, что когда она совместно с ФИО2 и ФИО3 садилась в автомобиль такси, то видела, что сотовый телефон ФИО2 находился у последней.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО5 пояснил, что в собственности его брата ФИО1 имеется автомобиль марки <данные изъяты> на котором он со своим отцом ФИО6 поочередно работал в такси. В ночь с 06 на 07 января 2018 г. на данном автомобиле работал он. Помнит, что довозил трёх женщин до одного из домов по <адрес>, затем поехал по вызову в <адрес>, по дороге диспетчер такси сообщила ему о том, что возможно в его автомобиле находится мобильный телефон, утерянный одной из женщин, которых он довозил до дома по <адрес>. После сообщения диспетчера он осмотрел салон автомобиля, в том числе и под его сиденьями, но мобильный телефон не обнаружил. Приехав домой по окончании смены, он лег спать. После него на вышеуказанном автомобиле выехал на работу его отец ФИО6 На следующий день его вызывали в полицию, спрашивали о мобильном телефоне, утерянном пассажиркой, которую он довозил до дома по <адрес>, на что он ответил, что сотового телефона в автомобиле нет. Отцу об этом он не рассказывал. 10 января 2018 г. он пожаловался отцу на то, что у него сломался сотовый телефон, после чего отец передал ему во временное пользование мобильный телефон, который тот нашёл 07 января 2018 г. в ходе уборки автомобиля, на котором они работали в такси. В переданном ему отцом мобильном телефоне не было сим - карты, его память была пуста, без номеров, фотографий, и прочего, настройки в телефоне были заводские. В тот же день он вставил в переданный ему отцом мобильный телефон свою сим - карту и стал им пользоваться до того момента, пока ему не позвонили из полиции и не сказали о необходимости возвратить мобильный телефон.

Кроме того, вина ФИО6 в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, подтверждается следующими письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании:

заявлением ФИО2 от 07 января 2018 г. о розыске принадлежащего ей сотового телефона марки LG К7, утерянного ею около 02 часов 07 января 2018 г. (л.д. 28);

справкой Бюро специальных технических мероприятий УМВД России по Тульской области от 17 января 2018 г., согласно которой мобильным аппаратом с IMEI: №, принадлежащим ФИО2, в период с 19 час. 45 мин. 07 января 2018 г. до 20 час. 10 мин. 08 января 2018 г., пользовался абонент ФИО6 с номером №, в период с 21 час. 42 мин. 10 января 2018 г. до 21 час. 25 мин. 17 января 2018 г., - абонент ФИО5 с номером № (л.д. 48 - 50);

протоколом осмотра места происшествия от 07 января 2018 г., с фототаблицей к нему, в ходе которого в кабинете № ОМВД России по Щекинскому району Тульской области по адресу: <адрес>, ФИО5 выдал принадлежащий ФИО2 мобильный телефон марки LG К7, найденный его отцом ФИО6 в салоне автомобиля <данные изъяты>, переданный ему ФИО6 10 января 2018 г. (л.д. 52 - 55);

протоколом выемки от 29 марта 2018 г., в ходе которой у потерпевшей ФИО2 изъяты кассовый чек от 13 октября 2016 г. и страховой полис № от 13 октября 2016 г. на мобильный телефон марки LG К7 модели Х210DS (л.д. 69 - 72);

протоколом осмотра предметов от 29 марта 2018 г., признанных по делу вещественными доказательствами, в ходе которых осмотрены детализация предоставленных за период с 01 января 2018 г. по 08 января 2018 г. услуг; мобильный телефон марки LG К7 модели Х210DS IMEI: № и №; кассовый чек от 13 октября 2016 г., страховой полис № от 13 октября 2016 г. (л.д. 73 - 89).

Вышеуказанные письменные доказательства не вызывают у суда сомнений в своей достоверности, оснований для признания их недопустимыми доказательствами у суда не имеется.

В судебном заседании подсудимый ФИО6, не отрицая факта находки им в автомобиле мобильного телефона, виновным в совершении кражи, т.е. тайного хищения чужого имущества, не признал.

Однако в ходе предварительного следствия при допросе 17 мая 2018 г. в качестве обвиняемого, ФИО6 пояснил, что найдя сотовый телефон, он понял, что это телефон не ФИО5, поскольку у того совсем другой телефон. Он догадался, что телефон был утерян либо забыт кем - то из пассажиров, которых перевозил ФИО5 во время работы с 06 января 2018 г. до 07 января 2018 г. Он решил оставить найденный им в машине телефон себе для личного пользования, вытащил из него сим - карту, вставил в него свою, и стал им пользоваться, найти владельца телефона он не пытался. Пользовался он данным телефоном до 10 января 2018 г., затем отдал его сыну ФИО5, сказав, что нашёл его в автомобиле 07 января 2018 г., когда убирался в нём. Он понимал, что на данном автомобиле он с сыном перевозит людей и они могут оставить в нём свои вещи, и что найденный им телефон может быть телефоном клиента (л.д. 129 - 132).

Оценивая показания ФИО6 в ходе судебного заседания и предварительного следствия, суд признает достоверными показания ФИО6, данные им на предварительном следствии в качестве обвиняемого 17 мая 2018 г., поскольку они получены без нарушения требований уголовно - процессуального закона, даны им в присутствии защитника, после разъяснения процессуальных прав, в том числе, права не свидетельствовать против себя. Он предупреждался о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе, и при последующем отказе от этих показаний. Данные показания согласуются с совокупностью исследованных судом доказательств и подтверждают наличие у него умысла на хищение принадлежащего потерпевшей ФИО2 мобильного телефона с защитной плёнкой и картой памяти.

Показания допрошенных в судебном заседании потерпевшей ФИО2 о том, что садясь в такси, принадлежащий ей мобильный телефон находился при ней, впоследствии, обнаружив отсутствие телефона, она поняла, что он мог выпасть только в автомобиле такси, сразу же предприняла попытки к его поиску, в том числе, сообщив об этом диспетчеру такси; свидетелей ФИО3 и ФИО4 о том, что в автомобиле такси мобильный телефон ФИО2 находился при ней, выйдя из такси ФИО2 обнаружила его отсутствие; свидетеля ФИО5 о том, что диспетчер такси довёл до его сведения о возможном нахождении в его автомобиле мобильного телефона, утерянного пассажиркой, о передаче ему ФИО6 во временное пользование мобильного телефона, найденного ФИО6 в ходе уборки салона автомобиля, об отсутствии в переданном ему отцом телефоне сим - карты, каких - либо контактов и информации, которым он пользовался до выдачи сотрудникам полиции, суд признает достоверными и допустимыми, поскольку ставить их под сомнение оснований у суда не имеется, так как они согласуются не только между собой, но и с исследованными в судебном заседании приведенными выше письменными доказательствами.

Оснований для оговора подсудимого потерпевшей и свидетелями не установлено, их показания являются последовательными, не противоречивыми, объективно подтверждаются иными исследованными в судебном заседании доказательствами.

Оценивая вышеуказанные доказательства по правилам ст.ст. 74, 75, 87 и 88 УПК РФ, суд признаёт их относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по делу.

Довод ФИО6 о том, что он подумал, что найденный им мобильный телефон принадлежит его сыну ФИО5 опровергается его же показаниями в ходе предварительного следствия при допросе 17 мая 2018 г. в качестве обвиняемого, из которых следует, что найдя сотовый телефон, он понял, что это телефон не ФИО5, поскольку у того совсем другой телефон.

Довод ФИО6 о том, что мер к установлению владельца мобильного телефона он не предпринимал, так как не знал, как пользоваться найденным телефоном, опровергается его же последующими обнаружению мобильного телефона действиями по извлечению сим - карты из телефона.

Довод ФИО6 о том, что кражу мобильного телефона он не совершал, в данном случае имела место находка, является несостоятельным по следующим основаниям.

Находка представляет собой обнаружение чужой вещи, которая выбыла из владения собственника помимо его воли.

Если вещь найдена на транспорте, то она подлежит сдаче лицу, представляющему собственника этого средства транспорта.

При решении вопроса об отграничении кражи от присвоения находки суд учитывает, что в подобных случаях лицо, присваивающее вещь, имеет разумное основание полагать, что внешние условия, обстановка, положение и состояние вещи свидетельствуют о том, что она не потеряна её владельцем, а временно оставлена или забыта им.

Если забытая вещь находится в месте, известном собственнику, и он имеет возможность за ней вернуться или иным способом её получить, то лицо, присвоившее эту вещь, совершает кражу.

Как установлено по данному уголовному делу и усматривается из показаний потерпевшей ФИО2 судебном заседании, утерянный ею в автомобиле такси мобильный телефон находился в известном ей месте, она имела возможность за ним вернуться, что и сделала спустя непродолжительное время после выхода из такси, обнаружив отсутствие при себе мобильного телефона, осуществляя звонки на свой мобильный телефон и сообщив диспетчеру такси о нахождении её телефона в автомобиле такси.

Показания потерпевшей относительно времени осуществления ею звонков подтверждаются исследованной в судебном заседании детализацией телефонных соединений (л.д. 79 - 86), а также показаниями свидетелей ФИО3 и ФИО4

Таким образом, мобильный телефон, утерянный ФИО2 в такси, фактически не выбыл из её владения, поскольку находился в предполагаемом ею месте, она имела возможность вернуть его, попытки к чему предприняла сразу же после обнаружения пропажи мобильного телефона.

ФИО6 не мог не осознавать, что найденный им в автомобиле такси мобильный телефон забыт пассажиром такси, ему известно место предполагаемого нахождения телефона, и он имеет возможность вернуть его.

Кроме того, с учётом особенностей имущества - мобильного телефона с сим - картой и картой памяти, имеющего идентификационный номер, содержащего список контактов владельца, ФИО6 не мог не знать, что установить принадлежность телефона не составляет для него труда. Для самого ФИО6 возвращение забытого потерпевшей мобильного телефона также никакого труда не представляло.

Вместе с тем, обнаружив чужой телефон, позволявший установить его принадлежность, ФИО6 не сообщил об этом в полицию, собственнику транспортного средства, диспетчеру такси, не ответил на пропущенные вызовы и не предпринял попыток самостоятельно вернуть мобильный телефон, а распорядился им по своему усмотрению, достал из него сим - карту, вставил в телефон свою сим - карту и стал им пользоваться, впоследствии отдал в пользование сына ФИО5, что свидетельствует об отсутствии у него намерений возвратить мобильный телефон владельцу, и подтверждает тот факт, что принадлежащим потерпевшей ФИО2 имуществом подсудимый завладел для собственного пользования.

Характер действий подсудимого в момент обнаружения телефона и непосредственно после этого подтверждают тот факт, что принадлежащим потерпевшей ФИО2 телефоном ФИО7 завладел из корыстных целей, а его умысел был направлен на совершение кражи.

Суд считает, что вышеизложенные доводы подсудимый ФИО6 выдвинул в целях своей защиты, из стремления избежать уголовной ответственности за совершенное преступление.

Таким образом, установленные судом обстоятельства с достоверностью указывают на умышленный и противоправный характер действий ФИО7 по обращению в свою пользу телефона потерпевшей в период, когда он временно выбыл из её владения, - был случайно забыт в такси, водителем которого являлся, в том числе и ФИО6

Суд также придаёт доказательственное значение показаниям потерпевшей ФИО2, данным ею в судебном заседании, и о том, что причинённый ей материальный ущерб, с учётом её материального положения, не является для неё значительным. Изменив свои показания в указанной части в судебном заседании, потерпевшая не представила суду достаточных обоснований того, что ущерб в размере 10280 рублей действительно является для неё значительным, при этом, как на момент совершения кражи мобильного телефона, так и на момент рассмотрения дела в суде, материальное положение потерпевшей в худшую сторону не изменилось, её ежемесячный совокупный доход составлял и составляет 22000 - 23000 рублей.

Согласно п. 2 прим. к ст. 158 УК РФ при квалификации действий лица по признаку причинения гражданину значительного ущерба следует учитывать имущественное положение потерпевшего, стоимость похищенного имущества и его значимость для потерпевшего, размер заработной платы, пенсии, наличие у потерпевшего иждивенцев, совокупный доход членов семьи, с которыми он ведет совместное хозяйство, и др. (абз.1 п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 г. № 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое").

Из показаний потерпевшей ФИО2 в судебном заседании, следует, что её совокупный ежемесячный доход в 22000 - 23000 рублей в два раза превышает сумму ущерба, причиненного ей преступлением. Оснований признать похищенное имущество особо значимым для потерпевшей и её семьи при том, что похищенный мобильный телефон с защитной плёнкой и находящейся в нём картой памяти не является предметом первой необходимости, также не имеется.

После исследования в судебном заседании всех представленных и приведенных выше доказательств, государственный обвинитель Васюкова Л.В. в судебных прениях, основываясь на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании, заявила ходатайство об исключении из обвинения ФИО7 квалифицирующего признака кражи "с причинением значительного ущерба гражданину", принимая во внимание показания потерпевшей ФИО2 о том, что причиненный ущерб не является для неё значительным с учётом её имущественного положения, стоимости похищенного имущества и его значимости для потерпевшей, размера её заработной платы, совокупного дохода членов её семьи, с которыми она ведет совместное хозяйство. В связи с этим, полагала, что действия ФИО7, с учётом исключения из обвинения квалифицирующего признака кражи "с причинением значительного ущерба гражданину", подлежат квалификации по ч.1 ст.158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества.

В соответствии с положениями ч. 8 ст. 246 УПК РФ изменение государственным обвинителем в ходе судебного разбирательства обвинения в сторону смягчения предопределяет принятие судом решения в соответствии с позицией государственного обвинителя, поскольку уголовно - процессуальный закон исходит из того, что уголовное судопроизводство осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, а формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечивается обвинителем.

В связи с чем, оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, суд приходит к выводу о том, что из обвинения ФИО6 необходимо исключить квалифицирующий признак кражи "с причинением значительного ущерба гражданину", поскольку в судебном заседании нашла своё подтверждение и доказана вышеизложенными доказательствами вина подсудимого ФИО6 в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества.

В связи с изложенным, полагая такую позицию государственного обвинителя обоснованной, суд квалифицирует действия ФИО6 по ч. 1 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества.

При изучении данных о личности подсудимого судом установлено, что ФИО6 ранее судим, <данные изъяты> на учёте у врачей нарколога и психиатра не состоит, <данные изъяты> по месту регистрации и фактического жительства жалоб со стороны соседей и жителей в отношении него не поступало, неоднократно привлекался к административной ответственности за совершение административных правонарушений, посягающих на общественный порядок, и в области дорожного движения.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО6, в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ суд признаёт раскаяние в содеянном, возмещение потерпевшей имущественного ущерба путём изъятия сотрудниками полиции похищенного имущества, состояние его здоровья.

Отягчающих наказание ФИО6 в соответствии со ст. 63 УК РФ обстоятельств суд не находит.

Совершенное ФИО6 преступление отнесено к категории преступлений небольшой тяжести.

При назначении наказания ФИО6 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Принимая во внимание все вышеизложенные обстоятельства, в целях восстановления социальной справедливости, соблюдая требование закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, суд считает необходимым назначить подсудимому наказание в виде обязательных работ, поскольку данный вид наказания сможет обеспечить достижение целей уголовного наказания и будет отвечать принципу соразмерности содеянному. С учётом данных о личности подсудимого суд не находит оснований для назначения ему иных видов наказания, предусмотренного санкцией ч.1 ст.158 УК РФ.

Оснований, препятствующих назначению в отношении ФИО6 наказания в виде обязательных работ, предусмотренных ч.4 ст.49 УК РФ, судом не установлено.

Установленные судом смягчающие обстоятельства, с учётом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, а также принципов и целей уголовного наказания, являются недостаточными для установления и признания данных обстоятельств исключительными, дающими возможность назначения наказания с применением положений ст.64 УК РФ.

Принимая во внимание, что по настоящему приговору ФИО6 совершил преступление до вынесения приговора мировым судьей судебного участка № 49 Щекинского судебного района Тульской области от 07 марта 2018 г., окончательное наказание ФИО6 назначается на основании ч.5 ст.69 УК РФ путём частичного сложения наказания, назначенного по данному приговору, и наказания, назначенного по приговору мирового судьи судебного участка № 49 Щекинского судебного района Тульской области от 07 марта 2018 г.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Судьба вещественных доказательств по делу разрешается судом в соответствии с положениями ч.3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 303, 304, 307 - 309 УПК РФ, суд

приговорил:

признать ФИО6 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 cт.158 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание в виде обязательных работ на срок 200 (двести) часов.

В соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказания, назначенного по данному приговору, и наказания, назначенного по приговору мирового судьи судебного участка № 49 Щекинского судебного района Тульской области от 07 марта 2018 года, окончательно назначить ФИО6 наказание в виде обязательных работ на срок 300 (триста) часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 (два) года 6 (шесть) месяцев 23 (двадцать три) дня.

Меру пресечения в отношении ФИО6 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения, после чего - отменить.

Вещественные доказательства - детализацию предоставленных услуг за период с 01 января 2018 г. по 08 января 2018 г., кассовый чек от 13 октября 2016 г., страховой полис № от 13 октября 2016 г. хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Тульский областной суд путём подачи апелляционной жалобы, представления в Щёкинский районный суд Тульской области в течение десяти суток со дня его провозглашения.

Осужденный вправе ходатайствовать о своём участии и участии своего защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий судья подпись Виноградова М.В.

Приговор вступил в законную силу 10 июля 2018 г.