Решение № 12-24/2018 от 6 мая 2018 г. по делу № 12-24/2018

Дело № 12-24/2018


РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление

по делу об административном правонарушении

07 мая 2018 года г. Козловка

Судья Козловского районного суда Чувашской Республики Потемкин О.А., с участием

лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, - ФИО2 и его защитника Сергеева М.С., допущенного к участию в деле на основании устного ходатайства,

представителя органа административной юрисдикции - начальника ОГИБДД ОМВД России по Козловскому району ФИО7,

рассмотрев в помещении суда жалобу на постановление мирового судьи судебного участка № 1 Козловского района Чувашской Республики от <дата> по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которым

ФИО2, <дата> года рождения, уроженцу и жителю <адрес> Чувашской Республики, <адрес>, гражданину РФ, работающему врачом-стоматологом бюджетного учреждении Чувашской Республики «Козловская центральная районная больница им. И.Е. Виноградова» Минздравсоцразвития Чувашии, в течение года привлекавшегося к административной ответственности за совершение однородных административных правонарушений,

назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30000 (тридцати тысяч) рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 (один) год 7 (семь) месяцев,

установил:

ФИО2 <дата> в 04 час. 20 мин. возле <адрес> Республики совершил нарушение п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, то есть передал управление автомобилем «Мазда-3» с государственным регистрационным знаком <***> РУС ФИО3, находящемуся в состоянии алкогольного опьянения, за что постановлением мирового судьи судебного участка № 1 Козловского района Чувашской Республики от <дата> признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее- КоАП РФ), и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30000 (тридцати тысяч) рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 (один) год 7 (семь) месяцев.

Не согласившись с данным постановлением, считая его незаконным и необоснованным, ФИО2 обратился с жалобой, мотивировав тем, что мировым судьей в нарушение требований ст.ст. 26.2, 26.11 КоАП РФ ошибочно признано относимым доказательством по делу письменное объяснение ФИО3, не содержащее сведений о виновности ФИО2, допущении к управлению транспортным средством ФИО3 в состоянии опьянения. В показаниях, отобранных начальником ОУР ОМВД России, ФИО1 А.Ю. подтверждает завладение автомобиля вопреки воле ФИО2 Считает, что были необоснованно исключены из числа доказательств объяснения ФИО4, ФИО5 и ФИО3, поскольку действующее законодательство не содержит запрета или ограничения в использовании в качестве доказательств объяснений свидетеля в зависимости от статуса или служебного положения. Сам факт наличия дружеских отношений не свидетельствует о заинтересованности свидетеля в исходе дела. Полагает, что не была дана оценка сведениям, полученным в порядке ст. 144 УПК РФ, приведенным в постановлении начальника ОУР ОМВД России ФИО6 об отказе в возбуждении уголовного дела от <дата>, согласно которым ФИО10 использовал автомобиль «Мазда-3» с госномером <***> РУС вопреки воле ФИО2, который спал на пассажирском сиденье в бесконтактном, нетрезвом состоянии. Просит обжалуемое постановление мирового судьи отменить, производство по делу прекратить по п. 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП РФ, с учетом недоказанности обстоятельств, на основании которых оно было вынесено.

При рассмотрении ФИО2 и его защитник Сергеев М.С. жалобу поддержали по изложенным в ней мотивам и основаниям, просили удовлетворить, отменить постановление мирового судьи судебного участка № 1 Козловского района Чувашской Республики от <дата> с прекращением производства по делу.

При этом ФИО2 дополнительно пояснил, что около 4 часов <дата> находился в автомобиле «Мазда-3» с государственным регистрационным знаком <***> РУС, спал на переднем пассажирском сиденье. Он не передавал управление данным транспортным средством ФИО3, находящемуся в состоянии алкогольного опьянения. Последний завладел и управлял автомобилем без его ведома. Когда ФИО11 был задержан сотрудниками ГИБДД около <адрес>, он проснулся и вышел с салона автомобиля, чтобы разобраться в случившемся. Виновность в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.8 КоАП РФ, не признает.

Защитник Сергеев М.С., считая, что в действиях ФИО2 отсутствует состав правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.8 КоАП РФ, привел повторно доводы, изложенные в жалобе. Полагает, что вина ФИО2 объективно ничем не доказана, факт передачи управления транспортным средством лицу, находящемуся в состоянии опьянения, материалами дела не установлен.

Начальник отдела ГИБДД ОМВД России по Козловскому району ФИО7 полагает, что ФИО2 к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.8 КоАП РФ привлечен обоснованно и законно, с изложенными доводами ФИО2 не согласен. Просил оставить постановление мирового судьи без изменения, а жалобу ФИО2 без удовлетворения. По делу дополнительно представил на CD-диске видеозапись от <дата> с видеорегистратора патрульной автомашины и пояснил, что когда ими был остановлен автомобиль «Мазда-3» с государственным регистрационным знаком <***> РУС под управлением ФИО3, на переднем пассажирском сиденье находился ФИО2, который сразу же вышел, начал кому-то звонить по мобильному телефону и консультироваться по поводу остановки транспортного средства сотрудниками ГИБДД. У них обоих имелись внешние признаки алкогольного опьянения, ФИО13 был освидетельствован. При разбирательстве ФИО12 и ФИО2 между собой переговаривались, обсуждая сложившуюся ситуацию. При составлении протокола об административном правонарушении ФИО2 не заявлял, что ФИО14 неправомерно завладел его автомобилем. Считает, что данная версия была придумана ФИО2 позднее для того, чтобы избежать административной ответственности.

Выслушав объяснения заявителя и его защитника, представителя административного органа, изучив приведенные в жалобе доводы, проверив правильность применения при принятии обжалуемого постановления норм материального и процессуального права, прихожу к следующим выводам.

Согласно п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090, водителю запрещается передавать управление транспортным средством лицам, находящимся в состоянии опьянения, под воздействием лекарственных препаратов, в болезненном или утомленном состоянии.

Передача управления транспортным средством лицу, находящемуся в состоянии опьянения, влечет административную ответственность, предусмотренную ч. 2 ст. 12.8 КоАП РФ.

Как видно из материалов дела и установлено мировым судьей, ФИО2 <дата> возле <адрес> Республики передал управление автомобилем «Мазда-3» с государственным регистрационным знаком <***> РУС ФИО3, находящемуся в состоянии алкогольного опьянения, тем самым совершил правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 12.8 КоАП РФ.

В ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении в соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения. В силу требований ст. 26.1 КоАП РФ установлены: наличие события административного правонарушения, лицо, его совершившее, виновность указанного лица в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Обжалуемое постановление о привлечении ФИО2 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.8 КоАП РФ, подробно мотивировано и вынесено мировым судьей в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Факт совершения административного правонарушения и вина ФИО2 подтверждаются: протоколом об административном правонарушении серии <адрес> от <дата>, в котором имеется собственноручно выполненная ФИО2 запись: «Я не знал, что ФИО1 находится в состоянии опьянения» (л.д. 3); копией объяснения ФИО3 от <дата>, в котором пояснил, что <дата> его знакомый, находящийся в состоянии алкогольного опьянения, попросил с друзьями отвезти домой на принадлежащем ему автомобиле «Мазда-3» с государственным регистрационным знаком <***> (л.д. 4); копиями акта освидетельствования ФИО3 на состояние алкогольного опьянения и бумажного носителя к нему, в соответствии с которыми концентрация абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе у ФИО3 составила 0,367 мг/л, с результатами освидетельствования ФИО1 А.Ю. был согласен, о чем собственноручно указал в акте (л.д. 5); копией протокола об административном правонарушении по ч. 3 ст. 12.8 КоАП РФ от <дата> в отношении ФИО3 (л.д. 6); постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от <дата>

Указанные доказательства были оценены мировым судьей в совокупности с другими материалами дела об административном правонарушении, в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ и не содержат существенных противоречий, оснований ставить их под сомнение не имеется.

Следовательно, при таких обстоятельствах вывод мирового судьи о наличии в действиях ФИО2 состава правонарушения и вины в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.8 КоАП РФ, является правильным и обоснованным.

Указанное административное правонарушение образует формальный юридический состав, считается оконченным с момента передачи транспортного средства лицу, находящемуся в состоянии опьянения. С субъективной стороны рассматриваемое административное правонарушение характеризуется как умыслом, так и неосторожностью, когда водитель, передавший управление, не знал об опьянении другого лица, заведомо и по небрежности не проверил его состояние.

Вместе с тем, из акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения следует, что у ФИО3 имелись внешние признаки алкогольного опьянения. В связи с тем, что указанные признаки были очевидными, сотрудник ГИБДД зафиксировал их в соответствующих процессуальных документах, составленных в отношении ФИО3 по факту совершения административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.8 КоАП РФ.

Более того, начальник отдела ГИБДД ОМВД России по Козловскому району ФИО7 пояснил, что когда ими был остановлен автомобиль «Мазда-3» с государственным регистрационным знаком <***> РУС под управлением ФИО3, на переднем пассажирском сиденье находился ФИО2, который сразу же вышел, начал кому-то звонить по мобильному телефону и консультироваться. Тогда ФИО15 и ФИО2 находились в состоянии алкогольного опьянения, между собой переговаривались, обсуждая сложившуюся ситуацию. При составлении протокола об административном правонарушении ФИО2 не заявил, что ФИО1 А.Ю. неправомерно завладел его автомобилем. По делу дополнительно представлена на CD-диске видеозапись от <дата> с видеорегистратора патрульной автомашины, которая была осмотрена при рассмотрении жалобы, доводы представителя органа административной юрисдикции подтвердились.

При таких обстоятельствах факт передачи ФИО2 управления транспортным средством ФИО3, находящемуся в состоянии опьянения, обоснованно признан доказанным, а действия ФИО2 образующими состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.8 КоАП РФ.

Доводы жалобы о том, что при рассмотрении дела об административном правонарушении не была дана надлежащая правовая оценка постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от <дата>, необходимо отметить следующее.

Согласно ч. 1 ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами (ч.2 ст. 26.2 КоАП РФ).

В соответствии со статьей 26.11 КоАП РФ судья, должностное лицо, осуществляющее производство по делу об административном правонарушении, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

Следовательно, обстоятельства, изложенные в постановлении от <дата> об отказе в возбуждении уголовного дела, не имеют установленной силы в рамках дела об административном правонарушении, были исследованы мировым судьей наравне с иными доказательствами по делу. Таким образом, доводы о нарушении мировым судьей требований ст.ст. 26.2, 26.11 КоАП РФ являются несостоятельными,

Приведенные в жалобе доводы о недоказанности вины ФИО2 в совершении административного правонарушения являются безосновательными, по существу направлены на переоценку представленных в материалы дела доказательств, получивших правильную оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ. Доводы жалобы о том, что ФИО16 использовал автомобиль «Мазда-3» с государственным регистрационным знаком <***> РУС вопреки воле ФИО2, который спал на переднем пассажирском сиденье в нетрезвом состоянии, являются необоснованными и не нашли своего подтверждения.

Мировым судьей разбирательство по делу проведено полно, всесторонне и объективно. Постановление мирового судьи судебного участка № 1 Козловского района Чувашской Республики от <дата> отвечает требованиям ст. 29.10 КоАП РФ, является мотивированным, нормы КоАП РФ, регулирующие порядок производства по делам об административных правонарушениях, соблюдены.

Приведенные в жалобе доводы не влекут отмену обжалуемого судебного акта, поскольку не влияет на правильность выводов мирового судьи о виновности ФИО2

Нарушений гарантированных Конституцией РФ и ст. 25.1 КоАП РФ прав, по делу не усматривается. Нарушений принципов презумпции невиновности и законности, закрепленных в ст.ст. 1.5, 1.6 КоАП РФ, при рассмотрении дела не допущено.

Административное наказание назначено ФИО2 в соответствии с санкцией ч. 2 ст. 12.8 КоАП РФ, с учетом характера совершенного административного правонарушения, его личности и имущественного положения, отсутствия обстоятельств, смягчающих административную ответственность, и наличия обстоятельства, отягчающего административную ответственность.

Оснований для переоценки выводов мирового судьи в части назначения административного наказания не имеется.

Таким образом, постановление мирового судьи судебного участка № 1 Козловского района Чувашской Республики от <дата> о привлечении ФИО2 к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.8 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 30000 (тридцати тысяч) рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 (один) год 7 (семь) месяцев подлежит оставлению без изменения, а жалоба ФИО2 - без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 30.5-30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

решил:

Постановление мирового судьи судебного участка № 1 Козловского района Чувашской Республики от <дата> о привлечении ФИО2 к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.8 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 30000 (тридцати тысяч) рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 (один) год 7 (семь) месяцев оставить без изменения, а жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Настоящее решение обжалованию не подлежит, на основании п. 3 ст. 31.1 КоАП РФ вступает в законную силу немедленно после вынесения.

Судья О.А. Потемкин