Апелляционное постановление № 22-2744/2025 от 7 июля 2025 г.

Судья Подшивалов Д.А. Дело № 22-2744/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Нижний Новгород 08 июля 2025 года

Нижегородский областной суд в составе председательствующего судьи Тутаевой И.В.,

при секретаре судебного заседания Морозовой Н.В.,

с участием: прокурора апелляционного отдела прокуратуры Нижегородской области Долгова Д.О.

осужденного ФИО1,

адвоката Сергиевского А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционной жалобой с дополнениями осужденного ФИО1, апелляционной жалобой адвоката Рогацкого А.Л. на приговор Сормовского районного суда г.Н.Новгорода от 08 апреля 2025 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, состоящий в браке, зарегистрированный и проживающий по адресу: г.Н.Новгород, <адрес>, не судимый

признан виновным и осуждён за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ и ему назначено наказание в виде обязательных работ на срок 400 часов с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев.

Постановлено избрать ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу, после чего меру пресечения отменить.

На основании п. «д» ч.1 ст.104.1, ч.1 ст.104.2 УК РФ постановлено конфисковать, то есть принудительно безвозмездно изъять у ФИО1 и передать в собственность государства денежную сумму, соответствующую стоимости автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, в размере 1 054 025 (одного миллиона пятидесяти четырех тысяч двадцати пяти) рублей.

Судьба вещественных доказательств судом разрешена.

Заслушав доклад судьи Тутаевой И.В. о содержании приговора, о существе апелляционных жалоб с дополнениями осужденного ФИО1 и адвоката Рогацкого А.Л., выступление осужденного ФИО1, адвоката Сергиевского А.В., мнение прокурора Долгова Д.О., суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным и осужден за управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

Преступление совершено 21 апреля 2024 года в Сормовском районе г.Н.Новгорода при обстоятельствах, подробно изложенных в обжалуемом приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе с дополнениями осужденный ФИО1 считает обжалуемый приговор незаконным, необоснованным, в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, выразившихся в ненадлежащей оценке обстоятельств дела и доказательств.

Считает, что суд в описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния, необоснованно привел сведения о заявлении осужденного от 11 октября 2023г. об утере водительского удостоверения после постановления мирового судьи от 22 сентября 2023г. по ст.12.8 КоАП РФ, так как подтверждающей копии заявления в деле нет.

Ссылаясь на отсутствие по делу доказательств нарушения осужденным п. 2.7 Правил дорожного движения, оспаривает выводы суда о доказанности факта управления осужденным автомобилем в состоянии алкогольного опьянения ДД.ММ.ГГГГ

Полагает, что судом неверно оценены показания: осужденного об употреблении им алкоголя в припаркованном автомобиле; свидетеля ФИО16 о том, что осужденный был трезв до момента парковки автомобиля; сотрудников ГИБДД о том, что автомобиль был припаркован и они не видели, что делал водитель в припаркованном автомобиле.

Оспаривая положенные в основу приговора доказательства, указывает на несоответствие существа показаний инспекторов ГИБДД ФИО8 и ФИО5 фактическим обстоятельствам дела, а также на заинтересованность указанных свидетелей в исходе дела, на противоречивость их показаний в части наблюдения автомобиля в работающем состоянии с погашенными фарами, а также на наличие противоречий между показаниями указанных свидетелей данных ими в ходе предварительного и судебного следствия.

Суд не проверил длительность начала процедуры освидетельствования осужденного на алкогольное опьянение, которую начали проводить спустя полтора часа, что свидетельствует об обвинительном уклоне.

Считает, что ответ о снятии с архива видеозаписи патрульного автомобиля за 21 апреля 2024 г. (на л.д.113 т.1) сфальсифицирован.

Ссылаясь на отсутствие акта об эвакуации автомобиля, апеллянт оспаривает показания свидетеля ФИО6 о её нахождении на месте происшествия и эвакуации автомобиля сотрудниками ГИБДД после составления фототаблицы и протокола. Также указывает на противоречия в показаниях свидетеля ФИО6 в ходе предварительного следствия и в суде о том, каким способом проводилась фотофиксация: на телефон или фотоаппаратом. Обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что свидетель ФИО6 отказалась предоставлять электронный носитель инспекторам. Считает, что непредставление электронного носителя информации, полученной или скопированной с других электронных носителей, нарушает требования ч.8 ст.166 УПК РФ. Оспаривает законность приобщенных в качестве доказательств снимков с места происшествия от 17 мая 2024 г. Протокол осмотра места происшествия от 21 апреля 2024 г. с фототаблицей просит признать недопустимым доказательством.

Считает, что в ходе судебного следствия суд нарушил права осужденного на состязательность и равноправие и необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства осужденного о предоставлении в суде и демонстрации инспекторам ГИБДД снимков, взятых из Интернет-ресурса, содержащих сведения о привязке к местности на 21 апреля 2024 года.

В связи с чем, утверждает, что при постановлении приговора были нарушены положения ч.2 ст.50 Конституции РФ о запрете использования доказательств, полученных с нарушением федерального закона. Считает, что доводы обвинения о совершении осужденным преступления основаны на предположениях, что недопустимо.

Просит приговор Сормовского районного суда г.Н.Новгорода от 08 апреля 2025г. отменить, вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе адвокат Рогацкий А.Л. считает обжалуемый приговор несправедливым, неправосудным и несоответствующим действующему законодательству.

В обоснование доводов, приводя содержание действующего законодательства, ссылаясь разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 05 марта 2004 года №1 «О применении судами норм уголовно-процессуального кодекса РФ», постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2009г. №28 (в редакции Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 мая 2018 года) «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству», постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 года №8 (в редакции от 06 февраля 2007 года) «О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия», а также на Обзор судебной практики Нижегородского областного суда по применению в 2014 году положений ст.237 УПК РФ при разрешении вопросов о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий к рассмотрению дела судом, утвержденного Президиумом Нижегородского областного суда от 15 июля 2015 года, полагает, что в нарушение требований уголовно-процессуального закона и постановлений Пленума ВС, указывает, что в обвинительном акте изложен перечень доказательств без указания содержащихся в них сведений о юридически значимых обстоятельствах. Кроме того, не указаны обстоятельства, которые являются существенными, юридически значимыми для уголовного дела.

Ссылаясь на изложенные в обвинительном акте доказательства обвинения, приводя содержание постановления ИДПС ФИО8 по делу об административном правонарушении УИН № о том, что 21 апреля 2024 г. около 09.55 водитель ФИО1 управлял транспортным средством не имея при себе документов на управление транспортным средством, что предусматривает ответственность по ч.1 ст.12.3 КоАП РФ, которое не было прекращено, утверждает что параллельное ведение дела об административном правонарушении в отношении ФИО1 по тем же обстоятельствам с использованием доказательств, которые послужили основанием для привлечения ФИО1 к уголовной ответственности по ч.1 ст. 264.1 УК РФ, не допускается действующим законодательством.

Апеллянт обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что рапорт по уголовному делу от 21 апреля 2024 года (л.д.22) и постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ст.12.3 КоАП РФ составлены одним и тем же должностным лицом, что, по мнению апеллянта, явно выходит за полномочия ФИО8, и противоречит действующему законодательству.

Кроме того, обращает внимание на то, что из протокола о задержании транспортного средства от 21 апреля 2024г., составленного ИДПС ФИО8, автомобиль ФИО1 был задержан в связи с правонарушением, предусмотренным ч.2 ст.12.7 КоАП РФ и в связи с признаками преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ. Апеллянт считает, что установив в действиях ФИО1 признаки уголовного преступления, ИДПС ФИО8 по тем же фактам не мог проводить процедуры привлечения ФИО1 к административной ответственности.

Апеллянт считает, что привлечение ФИО1 к административной ответственности по ч.2 ст.12.7 КоАП РФ, по ч.1 ст.12.3 КоАП РФ на основании документов, используемых в качестве доказательств по уголовному делу, противоречит действующему законодательству.

Апеллянт утверждает, что нарушение органами предварительного расследования при составлении обвинительного акта требований ст.220 УПК РФ влечет нарушение права обвиняемого ФИО1 на защиту и доступ к правосудию, поскольку лишает ФИО1 возможности возражать против предъявленного ему обвинения, и лишает суд возможности как постановить законный приговор, так и вынести иное законное решение.

Приводя собственную оценку доказательствам и анализ показаний свидетеля ФИО6, ссылаясь на отсутствие в протоколе осмотра места происшествия от 21 апреля 2024 г. сведений об участии понятых, о применении фотофиксации, участка местности, расположенного по адресу : г.Н.Новгород, Сормовский район, ул.Кима, д.1, апеллянт считает, что указанный протокол подлежал исключению из числа доказательств, так как фиксации хода следственных действий и его результатов не проводилось, при этом участие понятых обеспечено не было. Фотоизображения, приобщенные к протоколу осмотра места происшествия, не соответствуют его содержанию, сделаны не на месте происшествия, которое якобы осматривала дознаватель ФИО9, что, по мнению апеллянта, свидетельствует о фальсификации доказательств и добывании доказательств с нарушением действующего законодательства.

Апеллянт считает, что автомобиль «<данные изъяты>» не осматривался 17 мая 2024 года, так как фотоизображения к указанном протоколу идентичны фотоизображениям, приобщенным к протоколу осмотра места происшествия от 21 апреля 2024 г., что также свидетельствует о фальсификации доказательств и добывании доказательств с нарушением действующего законодательства.

Обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что допрошенная в ходе судебного следствия дознаватель ФИО6 пояснила, что не знает, где находятся фотографии с осмотра места происшествия, не может пояснить, какие и когда она делала фотографии, не может и отказывается представить суду первоисточник фотографий. А дознаватель ФИО10, подтвердив участие в осмотре транспортного средства 17 мая 2024 года, не смогла объяснить, каким образом фотоизображения с указанного следственного действия попали в фототаблицу к протоколу осмотра места происшествия.

Ходатайство об исключении протокола осмотра места происшествия судом первой инстанции разрешалось, однако суд, оставив за собой право оценить доводы стороны защиты в совещательной комнате, фактически не оценил данные доводы при рассмотрении ходатайства.

Утверждает, что версия ФИО1 об употреблении спиртных напитков уже после того, как он остановил автомобиль у дома 1 по ул. Кима Сормовского района г.Н.Новгорода, материалами дела не опровергнута и подтверждается как показаниями ФИО1, так и показаниями инспекторов ГИБДД, которые увидели остановившееся транспортное средство, не останавливая его сами подошли к данному автомобилю спустя 5-7 минут после того, как данный автомобиль остановился.

Указанные нарушения норм уголовно-процессуального кодекса РФ в досудебном производстве являются существенным, не устранимыми в судебном заседании, нарушают права ФИО1 в силу положений ч.4 ст.15 УПК РФ на доступ к правосудию и судебную защиту.

Просит приговор Сормовского районного суда г.Н.Новгорода от 08 апреля 2025 года отменить, вынести решение о возращении уголовного дела прокурору, исключить недопустимые доказательства по делу, либо оправдать ФИО1 по предъявленному обвинению в связи с недоказанностью вины в совершении преступления.

В заседании суда апелляционной инстанции:

- осужденный ФИО1 и адвокат Сергиевский А.В. доводы апелляционных жалоб осужденного ФИО1 и адвоката Рогацкого А.Л. поддержали, просили обжалуемый приговор суда отменить, уголовное дело возвратить прокурору, в случае если суд апелляционной инстанции таких оснований не усмотрит, то вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор;

- прокурор Долгов Д.О. просил обжалуемый приговор оставить без изменения как законный и обоснованный, в удовлетворении апелляционных жалоб осужденного ФИО1 и адвоката Рогацкого А.Л. отказать.

Выслушав участников, проверив материалы дела, изучив доводы, апелляционных жалоб осужденного ФИО1 и адвоката Рогацкого А.Л., исследовав по ходатайству защиты в судебном заседании суда апелляционной инстанции документ о получении осужденным среднего профессионального образования в 2025 году, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции принял все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела.

Приговор постановлен в соответствии с требованиями ст. ст. 302 - 309 УПК РФ, выводы суда о доказанности вины осужденного ФИО1 основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, надлежащим образом мотивированы.

Виновность ФИО1 в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных по делу доказательств, в том числе:

- показаниями свидетелей ФИО13, ФИО14, ФИО8, ФИО15 - инспекторов ДПС, согласно которым во время несения ими службы на ул. Кима Сормовского района г. Н.Новгорода они заметили движущийся автомобиль «KIA SPORTAGE», который, не доехав до их патрульного автомобиля, остановился на обочине встречной полосы, чем вызвал их подозрение; подъехав к указанному автомобилю в течение непродолжительного времени, во время которого указанный автомобиль находился в поле зрения свидетелей, к нему никто не подходил, из него никто не выходил, свидетели обнаружили, что на водительском сиденье находился осужденный ФИО1, пристегнутый ремнем безопасности, с явными признаками алкогольного опьянения, без документов, в связи с чем для установления личности ФИО1 был доставлен в отдел полиции, где установили его личность; затем ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, на что тот согласился; в ходе проведения в отношении ФИО1 освидетельствования прибор «Юпитер» показал 0,990 мг/л выдыхаемого воздуха, состояние опьянения было установлено, с этими результатами ФИО1 согласился; кроме ФИО1 иных лиц в салоне автомобиля не было; в салоне находилась бутылка водки;

- показаниями свидетеля ФИО6 о её участии в осмотре места происшествия 21 апреля 2024 г., по результатам которого был составлен протокол, осуществлялась фотофиксация на мобильный телефон свидетеля; указанные фотоизображения впоследствии были ею скопированы на рабочий компьютер, распечатаны и приложены к указанному протоколу; затем производство по уголовному делу было передано дознавателю ФИО10;

- показаниями свидетеля ФИО10 о её участии в осмотре автомобиля 17 мая 2024 г. по результатам которого был составлен протокол, осуществлялась фотофиксация; впоследствии при формировании дела для направления в суд, к протоколу осмотра места происшествия от 21 апреля 2024 г. были ошибочно приложены фотоизображения с осмотра автомобиля 17 мая 2024 г.;

- протоколом отстранения ФИО1 от управления транспортным средством, согласно которому причиной этого явились основания полагать, что тот управлял транспортным средством в состоянии опьянения - наличие запаха алкоголя изо рта;

- актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с приобщенным к нему чеком на бумажном носителе, в которых зафиксировано наличие у ФИО1 состояния опьянения с результатом 0,990 мг/л, с которым осужденный ФИО1 был согласен;

- копией постановления от 22 сентября 2023 года о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ;

- протоколами осмотра места происшествия от 21 апреля 2024 г., осмотра предметов и документов от 17 мая 2024 года и 26 июня 2024 года, иными доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

Данные доказательства суд в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ тщательно проверил, сопоставил между собой и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения дела по существу и постановления обвинительного приговора. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены правильно.

Вопреки утверждению осужденного и адвоката в апелляционных жалобах, допустимость и достоверность доказательств, положенных в основу обвинительного приговора, сомнений не вызывает, их совокупность не находится в противоречии по отношению друг к другу, исследована в судебном заседании с достаточной объективностью, на основе состязательности сторон, что позволило суду принять обоснованное и объективное решение по делу. Приведенные в приговоре доказательства были проверены и исследованы в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными.

В соответствии с требованиями закона суд раскрыл в приговоре содержание доказательств, изложил существо показаний осужденного, свидетелей, сведения, содержащиеся в письменных доказательствах. Мотивы и основания, почему принимаются одни доказательства и отвергаются другие, приведены.

Положенные в основу приговора показания свидетелей последовательны, каких-либо существенных противоречий, которые могли бы повлиять на оценку их достоверности, не содержат, подтверждаются совокупностью иных исследованных по делу доказательств, не противоречат фактическим обстоятельствам, установленным в ходе рассмотрения дела. Оснований для оговора осужденного данными лицами не установлено.

Вопреки доводам жалобы осужденного суд первой инстанции верно оценил как достоверные и положил в основу приговора показания свидетеля ФИО6, осуществлявшей дознание по данному уголовному делу о её участии в осмотре места происшествия в апреле 2024 г. с проведением фотофиксации на личный телефон свидетеля на ул. Кима г. Н. Новгорода по факту повторного управления транспортным средством в состоянии опьянения, по окончании данного следственного действия был составлен протокол. Поскольку они подтверждаются совокупностью принятых судом доказательств, в том числе протоколом осмотра места происшествия от 21 апреля 2024 г. Оснований для признания протокола осмотра места происшествия от 21 апреля 2024 г. и протокола осмотра автомобиля от 17 мая 2024 года недопустимыми доказательствами суд первой инстанции обоснованно не усмотрел, указав, что данные следственные действия проведены в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона уполномоченными должностными лицами, протоколы указанных следственных действий составлены без каких-либо существенных нарушений, которые могли бы повлечь признание их недопустимыми доказательствами в порядке ст. 75 УПК РФ.

Доводы осужденного и адвоката о том, что к протоколу осмотра места происшествия от 21 апреля 2024 г. приложены снимки с осмотра автомобиля от 17 мая 2024 года, что свидетельствует о том, что фотофиксация при отсутствии понятых при осмотре места происшествия не проводилась, что влечет признание протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством противоречат материалам дела.

В соответствии со ст. 166 УПК РФ при производстве следственного действия могут применяться стенографирование, фотографирование, киносъемка, аудио- и видеозапись. К протоколу прилагаются фотографические негативы и снимки, киноленты, диапозитивы, фонограммы допроса, кассеты видеозаписи, чертежи, планы, схемы, слепки и оттиски следов, выполненные при производстве следственного действия, а также электронные носители информации, полученной или скопированной с других электронных носителей информации в ходе производства следственного действия.

Порядок проведения данных следственных действий соответствует требованиям уголовно-процессуального закона; по их окончании участвующие лица ознакомились с протоколами следственных действий и каких-либо замечаний не представили, что свидетельствует об объективности и достоверности содержаний протоколов следственных действий.

Так, в ходе судебного заседания свидетель ФИО10 подтвердила допущенную ей ошибку в части приложения фотоизображения с осмотра автомобиля от 17 мая 2024 г. к протоколу осмотра места происшествия от 21 апреля 2024 г. при формировании уголовного дела в суд. Свидетель ФИО6 подтвердила как факт своего участия в осмотре места происшествия 21 апреля 2024 года, так и применение технических средств фиксации при отсутствии понятых, на что прямо указано в протоколе указанного следственного действия. В ходе судебного следствия судом первой инстанции были получены от должностных лиц фотоизображения с осмотра места происшествия от 21 апреля 2024 г., которые полностью соответствуют содержанию протокола указанного следственного действия. Оснований сомневаться в их объективности не имеется.

Также у суда первой инстанции не имелось оснований сомневаться в достоверности протокола осмотра предметов от 17 мая 2024 г. с фототаблицей, поскольку изображения на фототаблице соответствуют содержанию протокола указанного следственного действия.

Доводы жалобы о признании недопустимыми доказательствами протокола осмотра места происшествия от 21 апреля 2024 г. и протокола осмотра предметов 17 мая 2024 г., в связи с отсутствием электронных носителей информации, полученных при производстве указанных следственных действий, нельзя признать несостоятельными. Факт того, что органом дознания не были представлены исходные файлы указанных фотографий, не свидетельствует об их недостоверности, поскольку из принятых судом первой инстанции показаний дознавателя ФИО6, протокола осмотра места происшествия следует, что представленные суду фотоизображения были сделаны именно в ходе указанного осмотра места происшествия. В этой связи ссылки осужденного и адвоката на положения ч. 8 ст. 166 УПК РФ безосновательны.

Доводы осуждённого о фальсификации фотоизображений в протоколах указанных следственных действий судом первой инстанции проверялись, но обоснованно были отвергнуты с приведением мотивов принятого решения, с которыми соглашается суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам жалобы адвоката, проведение осмотров места происшествия и предметов в отсутствии понятых при применении технических средств фиксации хода и результатов следственных действий соответствует требованиям ч.1.1 ст.170, ст.177 УПК РФ и не является основанием для признания полученных в ходе указанных следственных действий доказательств недопустимыми и их исключения из числа доказательств на основании ст.75 УПК РФ.

Оснований полагать, что указанные доказательства добыты с нарушением требований уголовно-процессуального закона и подлежат исключению из числа доказательств, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел.

У суда апелляционной инстанции не имеется оснований не согласиться с оценкой, данной судом показаниям свидетеля ФИО16 о том, что он по просьбе и на автомобиле осужденного отвёз ФИО1 до поворота на ул. Кима г. Н. Новгорода около 09 час. 21 апреля 2024 г., далее ФИО1 сообщил, что доедет сам. Тем более что эти показания не свидетельствуют о том, что ФИО1 не употреблял спиртное с того момента как ФИО16 покинул салон автомобиля и до момента остановки ФИО1 автомобиля под его управлением рядом с экипажем ГИБДД около д. 1 на ул. Кима г. Н. Новгорода в тот же день в 09 час 55 минут и не подтверждают версию ФИО1 о его невиновности.

Суд апелляционной инстанции не соглашается с доводом апелляционной жалобы ФИО1 о неверном указании в приговоре о его обращении 11 октября 2023 года в органы ГИБДД в связи утерей водительского удостоверения в порядке исполнения постановления об административном наказании по ч.1 ст. 12.8 КоАП РФ в виде лишения права управления транспортным средством, назначенного постановлением мирового судьи от 22 сентября 2023 г., поскольку указанные сведения представлены уполномоченным должностным лицом на основании сведений информационных систем ФИС ГИБДД-М, были приобщены к материалам уголовного дела и исследованы судом первой инстанции, оснований сомневаться в их достоверности не имеется.

Версия о невиновности ФИО1 судом первой инстанции тщательно проверялась, но обоснованно была отклонена, как не нашедшая своего подтверждения в судебном заседании суда первой инстанции.

Таким образом, правильно установив фактические обстоятельства дела и оценив доказательства, суд первой инстанции дал верную юридическую оценку действиям осужденного ФИО1 по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ как управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения, соответствует содержащемуся в приговоре описанию преступного деяния, является правильной, в ее обоснование приведены убедительные мотивы.

Оснований для иной квалификации содеянного осужденным и для прекращения в отношении него уголовного дела, оправдания осужденного не имеется.

Убедившись в том, что уголовное дело возбуждено при наличии должных повода и основания, надлежащим лицом, после проведения процессуальной проверки, в установленный законом срок, в ходе дознания нарушений прав ФИО1 на защиту от предъявленного обвинения не допущено, суд рассмотрел уголовное дело по существу.

Доводы стороны защиты о необходимости возвращения уголовного дела прокурору ввиду наличия препятствий для рассмотрения уголовного дела судом и несоответствия обвинительного акта требованиям закона, судом первой инстанции обоснованно оставлены без удовлетворения. С этими выводами суда первой инстанции соглашается суд апелляционной инстанции.

Как видно из материалов дела, обвинительный акт соответствует требованиям ст. 225 УПК РФ, в нем указаны существо обвинения, место, время его совершения, способы, мотивы и цели, формулировка предъявленного обвинения, перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, в том числе данные о лице, привлекаемом к уголовной ответственности.

Из материалов уголовного дела следует, что процедура освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения осуществлена в строгом соответствии с Порядком освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, утв. постановлением Правительства РФ от 21.10.2022 N 1882. Полученные в ходе проведения указанной процедуры объективны и соответствуют требованиям ст. 74 УПК РФ.

Вопреки утверждению защиты, суд первой инстанции пришёл к верному выводу о том, что использование доказательств по уголовному делу в отношении ФИО1, добытых в рамках возбужденных в отношении него дел об административных правонарушениях по ч.2 ст.12.7 и ч.1 ст.12.3 КоАП РФ на основании которых ФИО1 был привлечен к административной ответственности, не являются основанием для их исключения в порядке ст.75 УПК РФ, не влияет на законность обвинительного акта и не влечет возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. С этим выводом суда соглашается и суд апелляционной инстанции. Сам по себе факт привлечения ФИО1 к административной ответственности на основании административных протоколов и рапорта, признанных доказательствами по настоящему уголовному делу, составленными одним и тем же должностным лицом, не может служить препятствием для привлечения ФИО1 к уголовной ответственности по ч.1 ст.264.1 УК РФ. Оснований полагать, что указанные доказательства по уголовному делу получены с нарушением уголовно-процессуального закона, у суда обоснованно не имелось.

Рассмотрение уголовного дела судом имело место в соответствии с положениями глав 36 - 39 УПК РФ, определяющих общие условия судебного разбирательства, с соблюдением основополагающих принципов судопроизводства, с обоснованием сделанных выводов исследованными по делу доказательствами.

Также следует отметить, что несогласие авторов апелляционных жалоб с содержащейся в приговоре оценкой представленных сторонами доказательств само по себе не свидетельствует о нарушении судом правил оценки доказательств, установленных уголовно-процессуальным законом.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, при рассмотрении дела соблюден принцип состязательности и равноправия сторон. Стороны не были ограничены в реализации своих процессуальных прав, все ходатайства сторон, в том числе ходатайства стороны защиты о признании доказательств недопустимыми, были рассмотрены судом в установленном законом порядке, решения по ним должным образом мотивированы. Сам по себе отказ суда в удовлетворении ходатайств, при соблюдении процедуры их рассмотрения не свидетельствует об ущемлении прав участников судопроизводства и о рассмотрении судом уголовного дела с обвинительным уклоном.

При назначении ФИО1 наказания в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства его совершения, обстоятельства, характеризующие личность осужденного, которые суд исследовал с достаточной полнотой, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, наличие смягчающего обстоятельства, которым признано состояние здоровья осужденного, и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Выводы о назначении ФИО1 наказания в виде обязательных работ с дополнительным наказанием в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, являются верными и должным образом мотивированными.

Таким образом, по своему виду и размеру назначенное ФИО1 наказание является справедливым и соразмерным содеянному, оно назначено с учетом сведений о личности осужденного, отвечает целям, установленным ч. 2 ст. 43 УК РФ, при этом все заслуживающие внимания обстоятельства при назначении наказания учтены.

Представленный в суд апелляционной инстанции документ о получении осужденным среднего профессионального образования в 2025 году судом апелляционной инстанции учитывается как сведения о личности осужденного, которые не влияют на справедливость назначенного осужденному наказания и не является основанием к его смягчению.

При рассмотрении дела судом в полном объеме были проверены версии осужденного ФИО1, в том числе и аналогичные доводам апелляционных жалоб осужденного и адвоката, которые обоснованно отклонены как несостоятельные, с указанием в приговоре оснований и мотивов принятого решения.

Судом апелляционной инстанции не установлено оснований для отмены или изменения приговора ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенных нарушений уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона при квалификации действий ФИО1 и назначении ему наказания

Апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Рогацкого А.Л. удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Сормовского районного суда г.Н.Новгорода от 08 апреля 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Рогацкого А.Л. - без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня его провозглашения.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий И.В.Тутаева