Приговор № 2-28/2025 2-72/2024 от 16 апреля 2025 г. по делу № 2-28/2025

Дело № 2-28/2025 <...>


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

Санкт-Петербург 17 апреля 2025 года

Судья Санкт-Петербургского городского суда Беличева А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Русаковым И.И.,

с участием государственного обвинителя – старшего прокурора отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления прокуратуры Санкт-Петербурга ФИО1,

подсудимого ФИО2,

и его защитника – адвоката Дмитракова А.Н., представившего удостоверение №... и ордер №...,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО2, <дата> года рождения, <...>, гражданина Российской Федерации, с высшим образованием, холостого, трудоустроенного, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, ранее не судимого,

содержащегося под стражей с 10 апреля 2024 года по 25 сентября 2024 года,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 354.1, ч. 4 ст. 354.1 Уголовного Кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 совершил реабилитацию нацизма, а именно:

- отрицание фактов, установленных приговором Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси, а равно распространение заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны, о ветеранах Великой Отечественной войны, совершенные публично, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет»:

- распространение выражающих явное неуважение к обществу сведений о днях воинской славы, связанных с защитой Отечества, а равно осквернение символов воинской славы России, совершенные публично, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет» (далее – «Интернет»).

Преступление совершено ФИО2 в Санкт-Петербурге при следующих обстоятельствах, установленных судом.

Находясь в квартире, по месту своего проживания, расположенной по адресу: <адрес>, используя планшет марки «Хуавей», а также роутер марки «ТП-ЛИНК» с МАС-адресом: №... и IP-адресом: №... для использования информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет», ФИО3 в ответ на опубликованный 15 января 2023 года в 13 часов 11 минут в социальной сети «ВКонтакте» в публичной группе <...> информационный материал о визите Президента Российской Федерации ФИО4 18 января 2023 года в Санкт-Петербург и Ленинградскую область для принятия участия в мероприятиях, приуроченных к 80-летию прорыва блокады Ленинграда,

в период с 13 часов 11 минут 15 января 2023 года до 00 часов 42 минут 16 января 2023 года, действуя умышленно, через сеть «Интернет» и используя администрируемый им в социальной сети «ВКонтакте» профиль <...>, разместил в публичной группе <...> текстовый комментарий к вышеуказанному информационному материалу, существо которого сводится к приравниванию Российской Федерации, ее конституционных принципов, а также ее главы, в лице действующего Президента Российской Федерации к политической системе, идеологии, а также лидерам нацистской Германии и их пособникам,

сопроводив его комбинированным изображением <...>,

а также комментарий, содержащий изображение с использованием фотографии <...>,

то есть по существу публично, с помощью сети «Интернет» отрицал факты, установленные приговором Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси, распространял заведомо ложные сведения о деятельности СССР в годы Второй мировой войны и о ветеранах Великой Отечественной войны, а также распространил выражающие явное неуважение к обществу сведения о днях воинской славы и памятных датах России, связанных с защитой Отечества, а равно осквернил символы воинской славы России.

В результате умышленных действий ФИО2 размещенные им в сети «Интернет» вышеуказанные комментарии и информационные материалы стали доступны пользователям социальной сети «ВКонтакте» и подписчикам сообщества <...>, то есть неограниченному кругу лиц.

В ходе судебного разбирательства подсудимый ФИО2 виновным себя в совершении вышеуказанных преступлений признал частично, подтвердил изложенные выше обстоятельства, и, не оспаривая исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства по делу, в том числе показания свидетелей, а также собранные по делу письменные и вещественные доказательства, пояснил, что не согласен с юридической квалификацией своих действий, поскольку являясь «убежденным коммунистом и сталинистом», он ни при каких обстоятельствах не мог оправдывать нацизм, а лишь собирался оскорбить представителя власти - Президента Российской Федерации.

Виновность ФИО2 в совершении указанных преступлений при обстоятельствах, установленных судом, подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Так из показаний ФИО2, данных им в ходе судебного разбирательства и оглашенных в порядке ст. 276 ч. 1 п. 3 УПК РФ (с приложением) \том 2 л.д. 20-23, 62-69, том 3 л.д. 20-22\, следует, что им в вышеуказанное время и при вышеизложенных обстоятельствах с помощью планшета «Хуавей», имеющего выход в сеть «Интернет» и администрируемого им профиля социальной сети «ВКонтакте» <...> в группе <...>, в ответ на опубликованный информационный материал о визите 18 января 2023 года Президента Российской Федерации ФИО4 в Санкт-Петербург с целью принятия участия в мероприятиях, приуроченных к 80-летию прорыва блокады г. Ленинграда, в комментариях под этим информационным материалом, был опубликован текстовый комментарий и два изображения, которые, по мнению ФИО3, являются политической карикатурой, сделаны им, ФИО3, как частным лицом, коренным ленинградцем и потомком ветеранов, поскольку он был оскорблен кощунством чиновника, запретившего посещение Пискаревского кладбища, и выступил в защиту чувств ветеранов Великой Отечественной войны и ленинградцев. Размещая информационные материалы, ФИО3 желал оскорбить представителя власти – Президента Российской Федерации, поскольку не согласен действиями и политикой лично Президента Российской Федерации ФИО4, а также с действиями сторонников политики Российского Государства. Политические карикатуры, по мнению ФИО3, разоблачают политическую сущность чиновника и относятся только к личности самого чиновника, не имеющего к победе советского народа никакого отношения. Он сам, ФИО2, советский человек и патриот, никогда не позволял себе каких-либо высказываний против воинской славы России, праздник 9 мая считает святым праздником, а реабилитировать нацизм он не мог в силу того, что для него это ненавистный режим, поскольку он является «ортодоксальным сталинистом и коммунистом» и не приемлет нацизм, в связи с чем полагает, что его действия должны квалифицироваться по ст. 319 УК РФ, как оскорбление представителя власти, с чем он, ФИО2, согласен.

При этом ему, ФИО2, достоверно известно о том, что 9 мая - является государственным праздником - Днем Победы советского народа над фашистской Германией, а также об итогах Нюрнбергского трибунала, однако Георгиевская лента, по его мнению, не является символом воинской славы, поскольку относится к ордену времен Российской монархии.

Из справки начальника <...> \том 1 л.д. 39\, следует, что в ходе проведения проверки было установлено, что при регистрации аккаунта пользователя <...>, был указан абонентский номер: №..., относящийся к оператору «Теле2» Санкт-Петербург и е-mail: <...>.

При этом установлено, что в период с 01 января 2023 года по 14 мая 2023 года администрирование аккаунта осуществлялось с помощью услуг интернет-провайдера <...>.

Согласно сведениям, представленным <...> \том 1 л.д. 41\, в период с 16 января 2023 года по 07 мая 2023 года авторизация сайта vk.com осуществлялась ФИО №1, зарегистрированным по адресу: <адрес> и имеющим IP-адрес: №..., с которым заключен договор №..., МАС-адрес: №....

В ходе осмотра интернет - ресурса от 08 января 2024 года \том 1 л.д. 42-44\, а также осмотром интернет - ресурса по результатам которого составлен соответствующий протокол \том 1 л.д. 68-75\, было установлено, что страница сообщества <...> по ссылке: <...>, в социальной сети «ВКонтакте» находится в свободном доступе пользователя <...>. 16 января 2023 года в ответ на сообщение в новостной ленте указанной группы о предстоящем участии 18 января 2023 года Президента РФ в мероприятиях, приуроченных к 80-летию прорыва блокады г. Ленинграда, опубликованной 15 января 2023 года в 13 часов 11 минут, в комментариях к ней, в 00 часов 38 минут 16 января 2023 года размещен информационный материал содержащий комментарий к указанной новости и прикрепленное к нему фотоизображение <...>

Согласно сопроводительному письму из ООО «ВКонтакте» \том 1 л.д. 55-60\, администрирование профиля <...> осуществлялось с IP-адреса: №....

Из показаний свидетеля ФИО №1, оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ \том 1 л.д. 114-117\, следует, что он с 2016 года и по настоящее время зарегистрирован и проживает по адресу: <адрес>. При этом его квартира оборудована роутером для выхода в сеть «Интернет», услугу интернет-провайдера ему оказывает <...>. Доступ к получению выхода через «Интернет» ограничен паролем, однако помимо него, ФИО №1, к указанному роутеру подключается его сосед ФИО2, проживающий по адресу: <адрес>, который в 2020 году обратился к нему с предложением совместно использовать интернет - трафик, предоставляемый <...>, на что он, ФИО №1, согласился, и они договорились, что ФИО3 будет оплачивать около половины стоимости услуг <...>, что составляет около 200 рублей, что ФИО2 обычно делал путем зачисления денег на баланс его мобильного телефона. При этом, для удобства использования он, ФИО №1, с помощью имеющегося у него программного обеспечения создал для ФИО2 отдельную сеть, которая называлась «Radio_tochka», создав к ней отдельный пароль, который он сообщил ФИО2

Согласно показаниям свидетеля ФИО №4, данных ею в ходе судебного заседания, ФИО2 является ее сыном, который проживает по адресу: <адрес> и имеет в пользовании мобильный телефон.

Из заключения историко – психолого - лингвистической судебной экспертизы №... \том 2 л.д. 129-158\ следует, что в представленных для исследования материалах, опубликованных ФИО2, имеется распространение выражающих явное неуважение к обществу сведений о днях воинской славы, связанных с защитой Отечества, а также осквернение символов воинской славы России, отрицание фактов, установленных приговором Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси, распространение заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы второй мировой войны и о ветеранах Великой Отечественной войны. При этом представленные изображения являются схожими с нацистской атрибутикой и символикой до степени смешения.

Выводы историко – психолого – лингвичтической экспертизы были в полном объеме подтверждены допросом эксперта ФИО №2, допрошенного в ходе судебного рахбирательства.

На основании постановления в жилище ФИО2 был проведен обыск \том 1 л.д. 157-161\, по результатам которого составлен соответствующий протокол, согласно которому 10 апреля 2024 года по адресу: <адрес> были изъяты: планшет марки «ХУАВЕЙ» модель «А01W» («А01В») в корпусе белого цвета, мобильный телефон марки «АЛКАТЕЛЬ» в корпусе черного цвета, зарядное устройство и картонный конверт черного цвета с логотипом сотового оператора «ТЕЛЕ-2».

Впоследующем указанные предметы согласно протокола их осмотра, были осмотрены \том 1 л.д. 204-206\ и признаны вещественными доказательствами \том 1 л.д. 207-208\.

В ходе выемки, по результатам которой составлен соответствующий протокол от 05 сентября 2024 года \том 1 л.д. 220-223\, в помещении офиса ООО «ВКонтакте», расположенном по адресу: <адрес> изъят диск №..., содержащий электронные и иные передаваемые по каналам электронной связи сообщения пользователя <...>, а также опубликованные 16 января 2023 года ФИО2 информационные материалы в виде комментариев и изображений в публичной группе социальной сети «ВКонтакте» с наименованием <...>.

Впоследующем указанный диск согласно протокола осмотра предметов был осмотрен \том 1 л.д. 224-228\ и признан вещественным доказательством \том 1 л.д. 229-230\.

При этом, согласно ответа на запрос из ООО «Т2Мобайл» \том 1 л.д. 238\ представлена информация о соединениях, производимых с мобильных номеров, находящихся в пользовании ФИО3, которая была осмотрена с составлением соответствующего протокола осмотра предметов от 10 июля 2024 года \том 1 л.д. 239-244\, из которого следует, что телефонные соединения в инкриминируемый ФИО2 период производились в зоне действия базовых станций, непосредственно приближенных к месту его проживания.

Указанные сведения, после их осмотра признаны вещественными доказательствами по делу \том 1 л.д.245-246\.

Анализируя другие, исследованные в ходе судебного разбирательства, документы, представленные сторонами, в том числе и самим ФИО3, суд приходит к выводу, что они не относятся к обстоятельствам совершения рассматриваемых деяний, в связи с чем не являются доказательствами по настоящему уголовному делу.

Вышеприведенные доказательства, положенные судом в основу приговора, не оспариваются стороной защиты, подтверждаются показаниями ФИО3, который в ходе судебного разбирательства признал обстоятельства инкриминируемых ему деяний, однако сослался на то, что все его умышленные действия, в частности размещение информационных материалов, содержащих вышеописанные изображения и комментарий, были направлены в адрес лично Президента Российской Федерации, а не на реабилитацию нацизма. В связи с указанным выразил недоверие выводам эксперта ФИО №2, изложенным в экспертном заключении, в том числе его показаниям в ходе судебного разбирательства, поскольку, по мнению ФИО3, эксперт, присутствовавший на встрече с Президентом РФ, имеющий награды от митрополита и углубленно не изучавший советский период истории России, по мнению ФИО3, является членом «Единой России» и «воцерковленным верующим», а также специалистом, изучающим период монархии в России, в силу чего не может быть компетентным в вопросах, которые были предметом его исследования при проведении экспертизы.

Собранные по делу доказательства судом проверены, исследованы с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, в своей совокупности являются достаточными для рассмотрения данного уголовного дела и позволяют точно определить картину событий преступлений и действий подсудимого ФИО2, его совершивших.

У суда нет оснований сомневаться в достоверности вышеприведенных показаний свидетелей ФИО №4, ФИО №3, данных ими в ходе судебного разбирательства, а также свидетеля ФИО №1, оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ \том 1 л.д. 114-117\, поскольку у свидетелей обвинения отсутствовали какие-либо основания для оговора подсудимого, что последним не оспаривалось. Установлено, что до событий настоящего дела свидетели обвинения подсудимого ФИО3 либо не знали, либо не состояли с ним в каких-либо личных неприязненных отношениях, что не оспаривалось самим подсудимым ФИО3. По изложенным причинам у суда не имеется оснований сомневаться в достоверности показаний указанных лиц, вследствие чего они могут быть положены в основу приговора.

Принимая в качестве доказательства показания свидетеля ФИО №1, оглашенные в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, суд учитывает, что протокол его допроса соответствует требованиям УПК РФ, содержит сведения о разъяснении прав и предупреждении об ответственности, содержание протоколов удостоверено подписями допрашиваемого лица.

Оценивая показания всех указанных выше лиц как достоверные, суд также исходит из того, что сведения, сообщенные ими, в полной мере подтверждаются протоколами следственных и процессуальных действий, содержание которых исследовано в судебном заседании, их показания согласуются между собой в целом и в деталях, а также подтверждаются иными объективными данными, зафиксированными в ходе надлежащих процессуальных действий, ставших известными следствию позднее, в частности заключениями экспертов, протоколами осмотров и иными исследованными документами, а также по своей сути не оспариваются подсудимым ФИО2

Полагая в основу обвинительного приговора, в том числе и показания подсудимого ФИО2, суд исключает возможность самооговора с его стороны, поскольку его показания по существу согласуются с иными доказательствами, представленными стороной обвинения и исследованными в ходе судебного следствия, за исключением мотива действий подсудимого.

Данная позиция подсудимого ФИО2 не вызывает у суда сомнений в их достоверности, поскольку показания подсудимого ФИО2, не отрицавшего факта размещения им вышеуказанных изображений и комментария, оспаривающего только мотив своих действий, полностью согласуется с иными, исследованными доказательствами, поскольку они устанавливают одни и те же фактические обстоятельства и не противоречат другим исследованным доказательствам.

Оценив все исследованные в судебном заседании доказательства в совокупности, суд приходит к убеждению, что виновность подсудимого ФИО3 в совершении преступлений, в объеме, установленном судом, доказана в полном объеме.

Вышеприведенным письменным доказательствам суд доверяет, так как они последовательны, получены с соблюдением требований УПК РФ, содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, в соответствии со ст. 73 УПК РФ, и не имеют существенных противоречий.

Оценивая представленные суду заключения экспертов, проводивших историко – психолого – лингвистические экспертизы №... \том 1 л.д. 81-98\ и №... \том 2 л.д. 129-158\ суд исходит из следующего.

Представленная стороной обвинения в качестве доказательства по делу экспертиза №... \том 1 л.д. 81-98\ назначена и проведена с нарушением норм уголовно-процессуального закона. Утверждая это, суд исходит из следующего.

Так, ст. 195 УПК РФ предусматривает различную процедуру назначения и проведения экспертизы в государственном экспертном учреждении и вне экспертного учреждения.

При назначении экспертизы в экспертном учреждении допустимо указание учреждения (без определения конкретных экспертов). В этом случае, часть своих полномочий по определению членов экспертной комиссии, проверки квалификации и компетенции экспертов, должностное лицо (в данном случае следователь), возлагает на руководителя экспертного учреждения. При этом именно руководитель экспертного учреждения наделен полномочиями по разъяснению прав и обязанностей экспертам, состоящим в комиссии, а также по их предупреждению об ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

В соответствии с требованиями п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 года № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» при поручении производства экспертизы лицу, не являющемуся государственным судебным экспертом, должностному лицу, назначающему экспертизу (в данном случае следователю) следует предварительно запросить сведения, касающиеся возможности производства данной экспертизы, а также сведения об эксперте, в том числе его фамилию, имя, отчество, образование, специальность, а также иные данные, свидетельствующие о его компетентности и надлежащей квалификации, о чем указать в постановлении о назначении экспертизы, и при необходимости приобщить к материалам уголовного дела заверенные копии документов, подтверждающих указанные сведения.

В случае поручения производства экспертизы лицу, не работающему в судебно-экспертном учреждении, разъяснение прав и обязанностей, предусмотренных ст. 57 УПК РФ, возлагается на должностное лицо, принявшее решение о назначении экспертизы. При этом следует иметь ввиду, что вопросы, поставленные перед экспертом, и заключение по ним, не могут выходить за пределы его специальных знаний.

Однако, как следует из материалов дела, историко – психолого – лингвистическая экспертиза №... \том 1 л.д. 81-98\ была назначена постановлением следователя для проведения экспертам центра экспертиз Санкт-Петербургского государственного университета, а разъяснение прав и обязанностей поручено начальнику указанного центра экспертиз. При этом сведения о наличии специальных познаний у экспертов указаны лишь путем перечисления их в тексте самой экспертизы, несмотря на то, что необходимым условием проведения указанной экспертизы является выполнение должностным лицом, назначившим экспертизу, вышеуказанных положений действующего законодательства.

Названные требования уголовно-процессуального закона при назначении и проведении комиссионной экспертизы №... были нарушены. Так, поручая производство данной экспертизы экспертам центра экспертиз Санкт-Петербургского государственного университета, следователь предоставил возможность начальнику указанного центра самостоятельно определить их квалификацию и компетенцию, разъяснить соответствующие права и обязанности, а также предупредить экспертов об уголовной ответственности. Кроме того, назначая экспертизу и поручая ее проведение вышеуказанному центру экспертиз, следователь, вопреки требованиям закона, полностью переложил на иное должностное лицо, в данном случае начальника центра экспертиз, свои обязанности удостовериться в квалификации, компетентности и специализации экспертов. Об этом свидетельствует отсутствие в материалах уголовного дела сведений, подтверждающих квалификацию, опыт работы и специализацию экспертов, проводивших указанную экспертизу.

Должностное лицо (в данном случае следователь) не учел, что и.о. первого проректора по стратегическому развитию и партнерству ФИО №8, чья подпись содержится в материалах экспертизы, не занимает процессуальное положение руководителя экспертного учреждения, который не обладает процессуальным статусом руководителя экспертного учреждения, в связи с чем не мог в силу закона оценить достаточность уровня знаний и компетенции, привлекаемых им экспертов и не обладал полномочиями по разъяснению им прав, обязанностей и ответственности.

Таким образом, нарушение порядка назначения и проведения экспертизы, предусмотренного уголовно-процессуальным законом, привлечение лиц по собственному усмотрению без документально подтвержденных сведений о наличии необходимых познаний к производству экспертизы, а также тот факт, что должностное лицо (в данном случае следователь), в чьи непосредственные обязанности входит определение квалификации экспертов, не убедился в компетентности и квалификации привлекаемых к производству экспертизы лиц, безусловно свидетельствуют о нарушении требований уголовно-процессуального закона, в частности главы 27 УПК РФ и ст. 57 УПК РФ, регламентирующих порядок назначения экспертизы вне экспертного учреждения, требований к лицам, назначаемым для производства экспертизы, а также порядок их привлечения к производству экспертизы, чем поставил под сомнение допустимость представленного доказательства, а именно историко – психолого – лингвистической экспертизы №... \том 1 л.д. 81-98\, в связи с чем суд признает ее недопустимым доказательством по делу, поскольку процессуальные нарушения, допущенные при ее назначении и проведении, являются существенными.

По указанным обстоятельствам суд лишен возможности дать оценку показаниям эксперта ФИО №5, данным им в ходе судебного разбирательства, поскольку его показания являются производными по отношению к самой экспертизе №..., признаваемой судом недопустимым доказательством в связи с процессуальными нарушениями, допущенными при ее назначении и проведении.

В остальном судебные экспертизы (в том числе комплексная психолого – психиатрическая экспертиза №... по настоящему делу произведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, а выводы, изложенные в заключениях экспертов, являются обоснованными и мотивированными, в связи с чем у суда отсутствуют основания сомневаться в допустимости и достоверности данных доказательств.

Так, в частности историко – психолого – лингвистическая экспертиза №..., в соответствии с требованиями ст. 41 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» была назначена, поручена и проведена с соблюдением требований уголовно-процессуального закона компетентными специалистами, имеющими необходимое для дачи заключения образование, обладающими специальными познаниями и практическим опытом экспертной деятельности в области исторических, лингвистических и психологических исследований, о чем в материалах уголовного дела имеются сведения.

Указанное экспертное заключение также отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ, содержит полные ответы на поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные, подробный анализ содержания размещенной ФИО3 информации с результатами проведенных исследований.

В выводах экспертов отсутствуют противоречия, требующие устранения путем проведения повторной или дополнительной экспертиз, в связи с чем суд не усмотрел оснований для удовлетворения требования стороны защиты о назначении «независимой» экспертизы в связи с отсутствием предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований.

Допрошенный в судебном заседании с участием сторон эксперт ФИО №2 подтвердил выводы своего экспертного исследования и дал ответы на все вопросы, поставленные стороной защиты, за исключением не относящихся к предмету экспертного исследования, при этом им были даны разъяснения, по вопросам, изложенным в заключении комиссии экспертов.

Вопреки позиции защиты данных о какой-либо заинтересованности экспертов, проводивших экспертизу, в исходе дела, как и о наличии иных обстоятельств, исключающих в силу ст. 70 УПК РФ их участие в производстве экспертизы, в ходе судебного разбирательства не установлено. При этом утверждение подсудимого ФИО3 о якобы имеющем место членстве одного из экспертов в партии «Единая Россия», его «воцерковленности» и отсутствии опыта изучения истории России времен СССР, а также участия России во Второй мировой войне, повлиявшим на его выводы, материалами дела объективно не подтверждаются. Компетенция экспертов, проводивших указанную экспертизу, в частности ФИО №2 и ФИО №6, подтверждена соответствующими документами, а доводы ФИО3 об обратном являются надуманными и голословными, в связи с чем суд отвергает их, а заключение экспертов кладет в основу приговора.

Суд также учитывает, что в распоряжение экспертов были представлены материалы в объеме, необходимом для дачи заключения, эксперты не указывали в порядке ч. 5 ст. 199 УПК РФ на недостаточность представленных на экспертизу материалов и отсутствие у них достаточных знаний для ее производства. Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что в поступивших в распоряжение экспертов материалах дела имелась недостоверная информация, у суда не имеется.

Согласно материалам дела, представленных в распоряжение суда, судебная историко – психолого – лингвистическая экспертиза по настоящему делу \том 2 л.д. 129-158\, фактически не могла быть проведена ни в одном из федеральных бюджетных учреждений по месту проведения предварительного расследования, то есть в Санкт-Петербурге, в связи с отсутствием в их штате эксперта – историка \том 4 л.д.18-19\, что свидетельствует о невозможности проведения указанной экспертизы на базе государственного экспертного учреждения по тем же основаниям.

Суд учитывает, что судебная экспертиза в соответствии с требованиями действующего законодательства может производиться и вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами. Таким образом, постановлением следователя от 15 мая 2024 года проведение экспертизы после получения сведений об их квалификации, было поручено экспертам ФИО №6 и ФИО №2, указанные эксперты были предупреждены следователем ФИО №7 об уголовной ответственности, при этом им были разъяснены права и обязанности экспертов, которые предупреждались об уголовной ответственности и по итогам составления заключения, в установленном законом порядке.

Суд исходит из того, что проведение экспертизы лицами, признанными следователем экспертами на основании вышеуказанного постановления, то есть ФИО №6 и ФИО №2, было обусловлено отсутствием возможности ее проведения в ином учреждении, в том числе и бюджетном, что не свидетельствует об объективной невозможности проведения экспертизы указанными экспертами, на которых была возложена законная обязанность ее проведения, а вопросы, поставленные перед экспертами, и заключение по ним, не выходили за пределы их специальных знаний.

Судом также учитывается, что проведение экспертизы №..., помимо прочего, поручено вышеуказанным экспертам, в том числе и в целях соблюдения требований законодательства о разумных сроках уголовного судопроизводства, а также недопущения нарушения права подсудимого ФИО3 на свою защиту, при соблюдении порядка ее назначения и проведения, то есть в полном соответствии с требованиями, предъявляемыми к указанного рода экспертизам, что не противоречит действующему законодательству, в связи с чем суд кладет ее в основу приговора.

Как следует из заключения историко – психолого – лингвистической экспертизы №..., в представленных на исследование электронных публикациях ФИО3, содержащих как текстовый комментарий, так и два изображения, содержится отрицание фактов, установленных приговором Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси, распространение заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны и о ветеранах Великой Отечественной войны; а также содержится распространение выражающих явное неуважение к обществу сведений о днях воинской славы, а равно осквернение символов воинской славы России.

Согласно материалов дела, подсудимый ФИО3, оспаривая наличие у него умысла и намерений на совершение действий, направленных на реабилитацию нацизма, факты размещения вышеуказанных электронных публикаций в виде текстового комментария и двух изображений в публичной группе <...> в публичной социальной сети «ВКонтакте» информационных материалов при вышеуказанных обстоятельствах, не отрицал.

Тем не менее, оценивая позицию ФИО3 по отношению к предъявленному обвинению в совокупности с другими доказательствами, суд приходит к однозначному выводу о том, что преступный характер его действий, был связан исключительно с реабилитацией нацизма.

Приходя к данному выводу, суд оценивает представленные на исследование публикации, выполненные ФИО3, в том числе и на предмет наличия в его действиях оскорбления представителя власти, руководствуясь в том числе и общедоступными фактами.

Оценивая позицию стороны защиты, суд не может расценить действия ФИО2 как право на выражение своего мнения, предусмотренное ст. 29 Конституции Российской Федерации, поскольку, как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, если гражданин, осуществляя свои права и свободы, включая свободу мысли и слова, свободу творчества, право иметь и распространять убеждения и действовать сообразно с ними, в то же время нарушает права и свободы других лиц, при этом такое нарушение носит общественно опасный и противоправный характер, то виновный может быть привлечен к публично-правовой - в том числе уголовной - ответственности, которая преследует цель охраны публичных интересов, при этом значение имеет не только форма выражения своих убеждений, но и способы распространения информации, а также ее содержание.

Так, ст. 67.1 Конституции РФ закрепляет правопреемственность Российской Федерации к Союзу ССР на своей территории. Кроме того Российская Федерация является правопреемником (правопродолжателем) Союза ССР в отношении членства в международных организациях, их органах, участия в международных договорах, а также в отношении предусмотренных международными договорами обязательств и активов Союза ССР за пределами территории Российской Федерации.

Кроме того, вышеуказанные положения Конституции РФ предусматривают и то, что Российская Федерация чтит память защитников Отечества, обеспечивает защиту исторической правды. При этом умаление значения подвига народа при защите Отечества не допускается.

В соответствии с ч. 6 Федерального закона Российской Федерации № 80-ФЗ от 19 мая 1995 года «Об увековечении Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов», в Российской Федерации запрещено использование, в том числе публичное демонстрирование, являющихся экстремистскими материалами изображений руководителей групп, организаций или движений, признанных преступными в соответствии с приговором Нюрнбергского трибунала, как оскорбляющих многонациональный народ и память о понесенных в Великой Отечественной войне жертвах, а также публичное демонстрирование атрибутики или символики организаций, отрицающие факты и выводы, установленные указанным приговором.

При таких обстоятельствах с учетом содержания протокола осмотра интернет - ресурса, изложенного выше \том 1 л.д. 68-75\, руководствуясь помимо прочего общедоступными фактами, анализ вышеизложенного текстового комментария, выполненного ФИО3, позволяет сделать однозначный вывод о том, что ФИО3, поставив в один ряд главу Российского Государства, как правопреемника Союза ССР, с пособниками и лидерами нацистской Германии, в том числе заявляя об их якобы имеющейся родственной связи, тем самым провел аналогию с тем, что, по его мнению, Президент РФ, как глава Российского Государства, является продолжателем их деятельности, тем самым приравнял его к преступникам, чья деятельность была осуждена приговором Нюрнбергского трибунала.

Прикрепленное к указанному текстовому комментарию изображение, представляющее из себя комбинированное изображение <...>, является безусловным отрицанием фактов, установленным в ходе Нюрнбергского процесса, осудившего нацизм и его пособников, то есть является реабилитацией нацизма.

Кроме того, размещая указанный текстовый комментарий и изображение к нему, ФИО3 приравнял современную Россию к нацистской Германии, тем самым публично распространив через сеть «Интернет» заведомо ложные сведения о деятельности СССР в годы Второй мировой войны и о ветеранах Великой Отечественной войны, а также отрицал факты, установленные приговором Международного военного трибунала.

Анализ изображения, на котором размещена фотография <...>, в совокупности с общедоступными фактами, свидетельствует что в Российской Федерации с 2012 года с целью увековечивания памяти о поколении Великой Отечественной войны и ее участников, боровшихся с нацистской Германией, Общероссийским общественным гражданско-патриотическим движением «Бессмертный полк России» проходят ежегодные акции, приуроченные к празднованию 9 мая, являющегося в соответствии со ст. 1 Федерального закона Российской Федерации от 13 марта 1995 года № 32-ФЗ «О днях воинской славы и памятных датах России» Днем Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов (1945 год) и Днем воинской славы России, при этом суд руководствуется положениями ст. 1 Федерального закона Российской Федерации № 579-ФЗ от 29 декабря 2022 года «О Георгиевской ленте и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» Георгиевская лента является одним из символов воинской славы России.

Таким образом, разместив публично указанные изображения и текстовый комментарий, что подсудимым не оспаривается, ФИО2 демонстрирует явно пренебрежительное отношение ко Дню воинской славы – 9 мая и символу воинской славы – Георгиевской ленте, которое заключалась в его попытке разместить изображение Президента Российской Федерации, как главы Российского Государства, с акции «Бессмертный полк», несущего в одном строю с участниками Великой Отечественной войны, противостоявшим немецко-фашистским захватчикам и их пособникам, которые стремились уничтожить или поработить их народ, фотоизображение лица, являвшегося лидером нацистской Германии в годы Великой Отечественной и Второй Мировой войн, тем самым уравнивая его с вышеуказанными лицами, что явно является оскорбительным для лиц, испытывающих чувство уважения к представителям военного поколения, сражавшимся за Родину и победившим нацизм.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что совершенное ФИО3 публичное использование фотоизображения Президента Российской Федерации с Георгиевской лентой на лацкане пиджака, как главы государства - правопреемника Союза ССР, принимающего участие в акции «Бессмертного полка», несущего изображение лидера нацистской Германии с указанием на их якобы имеющуюся родственную принадлежность, представляет собой ни что иное, как реабилитацию нацизма.

Позиция подсудимого ФИО3 о том, что все вышеописанные действия он совершил на эмоциях, используя карикатуры и оскорбительные комментарии, якобы имея целью лишь «высмеять» представителя власти в лице Президента РФ В.В. Путина, поскольку не разделяет его политику, на квалификацию его действий не влияет.

При этом, оценивая доводы ФИО2 о том, что он является убежденным сталинистом и коммунистом, принимающим активное участие в деятельности партии, в которой он состоит, создавшим в своей квартире музей, посвященный Советской Красной Армии, в связи с чем «презирает» нацизм, суд исходит из того, что ФИО3 было достоверно известно, что согласно официальной истории Второй мировой войны и приговору Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси (Нюрнбергскому трибуналу) виновником развязывания Второй мировой войны являлась нацистская Германия, Союз ССР не признавался союзником Германии и страной, которая содействовал агрессору, не вел захватническую политику по отношению к другим странам и не совершал по отношению к Германии агрессивных действий.

При этом с учетом своего возраста и образования ФИО2 был достоверно осведомлен о высокой значимости для общества событий Второй мировой войны, Великой Отечественной войны 1941-1945 годов, а также об итогах Нюрнбергского процесса, в связи с чем не мог не осознавать, размещая в открытом доступе в сети «Интернет» текстовый комментарий и вышеуказанные изображения, того что правопреемственность Российской Федерации к Союзу ССР закреплена Конституцией РФ, в частности ст. 67.1 Конституции РФ, при этом Российская Федерация, гражданином которой является ФИО2, чтит память защитников Отечества, обеспечивает защиту исторической правды, не допуская умаление значения подвига народа при защите Отечества.

Кроме того, при квалификации действий ФИО3 суд исходит из того, что уровень образования, жизненный опыт позволяли ему объективно оценивать характер размещаемой им информации, касающейся общеизвестных фактов, установленных приговором Международного военного трибунала, а также сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны, и полагает, что действия ФИО3 являлись на умышленной «подменой» общеизвестных исторических фактов и были направлены на распространение выражающих явное неуважение к обществу сведений о днях воинской славы России, связанных с защитой Отечества, а равно осквернение символов воинской славы России, к которым относятся Георгиевская лента и 9 мая.

Однако, суд полагает необходимым исключить из объема, предъявленного ФИО3 обвинения по п. «в» ч. 2 ст. 354.1 УК РФ, квалифицирующий признак – одобрение преступлений, установленных приговором Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси, поскольку указанный факт не был установлен в ходе проведения экспертизы \том 2 л.д. 129-158\ и не подтверждается исследованными в ходе судебного заседания доказательствами.

Таким образом, допуская в вышеуказанном текстовом комментарии и изображениях приравнивание, вплоть до «установления степени родства» главы Российской Федерации к главным идеологам нацистской Германии Геббельсу и Гитлеру, а также их военными и политическими пособниками, сопроводив текст иными различными высказываниями, ФИО3 совершил преступления, которые судом квалифицируются:

- по п. «в» ч. 2 ст. 354.1 УК РФ, как реабилитация нацизма, то есть отрицание фактов, установленных приговором Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси, а равно распространение заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны и о ветеранах Великой Отечественной войны, совершенные публично, совершенные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет».

- по ч. 4 ст. 354.1 УК РФ, как реабилитация нацизма, то есть распространение выражающих явное неуважение к обществу сведений о днях воинской славы и памятных датах России, связанных с защитой Отечества, а равно осквернение символов воинской славы России, совершенные публично, совершенные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет».

Согласно выводов комиссии судебно – психиатрических экспертов №... \том 2 л.д. 176-185\ ФИО2 хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдает, <...>. Признаков слабоумия или какого-либо хронического психического расстройства в течение жизни у ФИО2 не выявлялось, <...>. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО2 может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, а также способен понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, самостоятельно осуществлять действия, направленные на реализацию своих процессуальных прав и обязанностей. В период инкриминируемого ему деяния ФИО2 хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдал, имеющееся у него смешанное расстройство личности не лишало его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО2 не нуждается.

Вышеуказанное заключение экспертов сделано незаинтересованными в исходе дела экспертами высокой квалификации в области психологии и психиатрии, основано на произведенных ими исследованиях с учетом сведений, в том числе сообщенных самим подсудимым, и не противоречит представленным в распоряжение суда документам, показаниям и поведению ФИО3 в ходе производства по делу, не ставящим под сомнение его психическое здоровье, а потому суд считает заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов достоверным доказательством и не имеет оснований сомневаться в способности подсудимого полностью контролировать свои действия, осознавать их характер и общественную опасность, а также предвидеть возможность наступления негативных последствий, в связи с чем признает подсудимого полностью вменяемым при совершении инкриминируемых ему действий.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного подсудимым ФИО3, данные о его личности, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного, отношение к содеянному, условия его жизни, возраст, состояние здоровья, материальное и семейное положение.

ФИО2 совершены умышленные преступления, относящиеся к категории средней тяжести, направленные против мира и безопасности человечества.

Обстоятельств отягчающих наказание ФИО2 судом не установлено.

Вместе с тем, суд принимает во внимание тот факт, что ФИО3 впервые привлекается к уголовной ответственности, трудоустроен <...> на должность электрика, имеет ряд тяжелых хронических заболеваний, оказывает помощь своей матери, <...>, являющейся пенсионеркой, которая охарактеризовала его исключительно с положительной стороны, что суд признает обстоятельствами смягчающими наказание, предусмотренными ч. 2 ст. 61 УК РФ.

Суд также принимает во внимание данные о том, что ФИО2 на учете у психиатра и нарколога не состоит.

Принимая во внимание указанную совокупность данных, учитывая влияние назначаемого наказания на исправление осужденного, с учетом характера, тяжести и степени общественной опасности совершенных преступлений, учитывая их повышенную общественную опасность, суд считает необходимым в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, назначить ФИО2, наказание за каждое совершенное им преступление в виде лишения свободы, поскольку полагает, что исправление осужденного невозможно без его изоляции от общества, а иной менее строгий вид наказания, по мнению суда, не сможет обеспечить достижения целей наказания.

Кроме того, поскольку совершенные ФИО3 преступления совершены публично, с использованием сети «Интернет», суд, исходя из обстоятельств совершенных преступлений, полагает необходимым назначить ФИО2 за каждое преступление обязательный дополнительный вида наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с администрированием сайтов и размещением материалов в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе сети «Интернет».

Оснований для назначения более мягкого вида наказания, а также для применения ст. 64 УК Российской Федерации при назначении наказания суд не находит, поскольку судом не установлено наличие исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления.

Назначение более мягкого вида наказания, в том числе и не назначение обязательного дополнительного вида наказания, не будет в полной мере способствовать решению задач и достижению целей, указанных в статьях 2 и 43 УК Российской Федерации.

Исходя из фактических обстоятельств совершенных преступлений, степени их общественной опасности, несмотря на наличие смягчающих обстоятельств, принимая во внимание данные о личности подсудимого, а также тяжесть и общественную опасность совершенных преступлений, суд не находит оснований для изменении категории указанных преступлений и возможности считать назначенное наказание условным, исходя из положений ч. 6 ст. 15 и ст. 73 УК РФ.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, наказание по настоящему приговору в виде лишения свободы ФИО2 должен отбывать в колонии-поселении.

Также суд применяет в отношении ФИО2 правила зачета в срок наказания в виде лишения свободы, время содержания их под стражей по настоящему уголовному делу в порядке п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

Решая вопрос о судьбе вещественных доказательств, суд руководствуется положениями ст. 81 УПК РФ и учитывает при этом мнение сторон.

Вещественные доказательства: в силу п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ орудия или иные средства совершения преступления подлежат конфискации или уничтожению; предметы, не представляющие ценности и не истребованные стороной, подлежат уничтожению, а в случае ходатайства заинтересованных лиц могут быть переданы им (п. 3 ч. 3 ст. 81 УПК РФ); документы, являющиеся вещественными доказательствами, - подлежат оставлению при уголовном деле в течение всего срока его хранения (п. 5 ч. 3 ст. 81 УПК РФ); изъятые в ходе досмотра предметы - передаче законному владельцу (п. 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ).

При этом, на основании п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ и п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, планшет марки «HUAWEI» («ХУАВЕЙ») модель «А01W» («А01В») в корпусе белого цвета, хранящийся при материалах уголовного дела и принадлежащий ФИО3 Д.О, являвшиеся средством совершения преступлений, подлежат конфискации и обращению в собственность государства.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО2 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 354.1, ч. 4 ст. 354.1 УК Российской Федерации

и назначить ему наказание за каждое преступление в виде лишения свободы:

- п. «в» ч. 2 ст. 354.1 УК РФ в виде 1 (одного) года лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с администрированием сайтов и размещением материалов в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе сети «Интернет» на срок 2 года.

- ч. 4 ст. 354.1 УК РФ в виде 1 (одного) года лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с администрированием сайтов и размещением материалов в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе сети «Интернет» на срок 2 года.

На основании ст. 69 ч. 2 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно определить ФИО2 к отбытию наказание в виде лишения свободы сроком на 01 (один) год 08 (восемь) месяцев с отбыванием наказания в колонии – поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с администрированием сайтов и размещением материалов в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе сети «Интернет» на срок 03 (три) года.

Меру пресечения в отношении ФИО5 в виде - подписки о невыезде и надлежащем поведении - оставить без изменения до вступления настоящего приговора в законную силу.

Срок отбывания наказания ФИО2 исчислять со дня прибытия осужденного в колонию – поселение, куда он должен следовать самостоятельно, за счет государства, обязав ФИО2 в течение 10 суток с момента вступления приговора в законную силу явиться в территориальный орган уголовно-исполнительной системы – ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (Санкт-Петербург, ул. Захарьевская, д. 14) для получения соответствующего предписания. Время следования осужденного ФИО2 к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным ч. 1 ст. 75.1 УИК РФ, засчитать в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Зачесть в срок отбытия наказания ФИО2 время содержания его под стражей в ходе предварительного расследования, т.е. с 10 апреля 2024 года по 25 сентября 2024 года, в соответствии с п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии – поселении.

Вещественные доказательства по делу:

<...>

<...>

<...>

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Второго апелляционного суда общей юрисдикции в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденными, содержащимся под стражей - в тот же срок и в том же порядке со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы либо представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии с защитником в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, о своем участии в суде апелляционной инстанции осужденный должен указать в самой апелляционной жалобе, либо в возражениях на жалобу или представление, принесенных другими участниками процесса.

<...>

<...>

Судья

<...>

<...>