Апелляционное постановление № 22-999/2020 22К-999/2020 от 18 марта 2020 г. по делу № 3/1-6/2020

Судья 1-ой инстанции Пискун Т.А. по материалу №22-999/2020


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

19 марта 2020 года г.Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Шевчука В.Г.,

при ведении протокола помощником судьи Ординой А.А.,

с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры Иркутской области Славянской Ю.А.,

обвиняемой ФИО1 по видеоконференц-связи,

защитника – адвоката Багликовой О.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании судебный материал по апелляционной жалобе адвоката Багликовой О.А. в интересах обвиняемой ФИО1 на постановление Шелеховского городского суда Иркутской области от 7 марта 2020 года, которым

ФИО1, (данные изъяты), обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п.«а» ч.5 ст.290 УК РФ,

- избрана мера пресечения в виде заключения под стражу в порядке ст.108 УПК РФ сроком на 2 месяца 00 суток, то есть по 5 мая 2020 года включительно.

Выслушав обвиняемую ФИО1 и защитника – адвоката Багликову О.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Славянскую Ю.А., высказавшую мнение против удовлетворения апелляционной жалобы, рассмотрев представленный материал, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Органами следствия ФИО1 обвиняется в получении через посредника взятки в виде денег, группой лиц по предварительному сговору за совершение действий в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица и если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям.

5 марта 2020 года СО по <адрес изъят> СУ СК России <адрес изъят> возбуждены уголовные дела по признакам составов преступлений, предусмотренных п.«а» ч.5 ст.290 УК РФ: Номер изъят в отношении ФИО1 и Номер изъят в отношении ФИО6

5 марта 2020 года уголовные дела соединены в одно производство с присвоением соединенному уголовному делу Номер изъят.

5 марта 2020 года ФИО1 была задержана в порядке, предусмотренном ст.ст.91, 92 УПК РФ.

6 марта 2020 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п.«а» ч.5 ст.290 УК РФ.

Заместитель руководителя следственного отдела по <адрес изъят> Следственного управления СК РФ <адрес изъят> ФИО7 обратился в суд с ходатайством об избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу, поскольку она обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до двенадцати лет и находясь на свободе может скрыться от органов следствия и суда, чем воспрепятствует производству по уголовному делу. Кроме того, находясь на свободе, учитывая коррупционный характер совершенного преступления, а также должностное положение может продолжить заниматься преступной деятельностью, в том числе и с целью сокрытия следов преступной деятельности, поскольку не уволена из (данные изъяты) и имеет доступ к документам и предметам (данные изъяты) находящимся в ее производстве (данные изъяты). Также в настоящий момент органами предварительного следствия не установлены все обстоятельства совершения преступления, органами дознания проводятся оперативно-розыскные мероприятия, и, находясь на свободе, ФИО1 может угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Постановлением Шелеховского городского суда Иркутской области от 7 марта 2020 года ходатайство удовлетворено, обвиняемой ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу в порядке ст.108 УПК РФ на 2 месяца 00 суток, то есть по 5 мая 2020 года включительно.

В апелляционной жалобе адвокат Багликова О.А. выражает несогласие с постановлением суда, считает его подлежащим отмене.

Полагает, что суд при вынесении постановления взял за основу ничем необоснованные и не мотивированные доводы следователя, изложенные в ходатайстве, о том, что ФИО1 может скрыться от органов предварительного следствия и суда, угрожать участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Ссылаясь на решения Европейского суда по правам человека, обращает внимание, что необходимость продления срока содержания под стражей не может оцениваться с чисто абстрактной точки зрения, когда во внимание принимается только тяжесть совершенного преступления, тяжесть предъявленного обвинения не может сама по себе служить оправданием длительного срока содержания под стражей, необходимо наличие существенных и достаточных оснований для оправдания содержания под стражей вне рамок разумного срока.

Отмечает, что согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 22 марта 2005 года № 4-П, при решении вопросов, связанных с содержанием под стражей в качестве меры пресечения, предполагается исследование судом фактических и правовых оснований для избрания или продления данной меры пресечения, и суд принимает соответствующее решение, исходя из анализа всего комплекса обстоятельств, предусмотренных законом.

Указывает, что из разъяснений Верховного Суда РФ следует, что обстоятельства, которые могли бы оправдать изоляцию лица от общества, должны быть реальными, обоснованными, то есть подтверждаться достоверными сведениями.

Полагает, что ссылка на одну лишь тяжесть предъявленного обвинения, предположение о намерении скрыться от следствия и суда, является недостаточной для решения вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.

Выражает мнение, что судом первой инстанции не дано должной оценки совокупности сведений о личности обвиняемой ФИО1, которая ранее не судима, по месту жительства характеризуется положительно, зарегистрирована и проживает в принадлежащей ей на праве собственности квартире (данные изъяты), её личность документально установлена, от органов предварительного следствия она не скрывалась, вину в содеянном признала.

Обращает внимание, что судом в основу постановления положен протокол задержания от 5 марта 2020 года, содержащий недостоверные сведения о времени фактического задержания ФИО1, поскольку в протоколе указано время задержания 18:00 и место задержания – кабинет Номер изъят СО по <адрес изъят> СУ СК РФ <адрес изъят>, тогда как отвечая на вопросы защитника в судебном заседании, обвиняемая пояснила, что фактически была задержана оперативниками УФСБ <адрес изъят> 5 марта 2020 года в 12:00 в <адрес изъят>.

Отмечает, что в 12:00 7 марта 2020 года истек срок задержания ФИО1, а согласно протоколу судебного заседания, судебное заседание началось в 15:00 7 марта 2020 года, то есть за пределами 48 часов, предусмотренных для задержания лица без судебного акта.

Приводит доводы о том, что из анализа положений закона следует, что уголовно-процессуальное задержание представляет собой продолжительный процесс к основным элементам которого относятся фактическое лишение свободы передвижения лица подозреваемого в совершении преступления, доставление подозреваемого к должностному лицу или в орган правомочный на применение данной меры процессуального принуждения и составление протокола уполномоченным на то субъектом уголовно-процессуальной деятельности.

Указывает, что согласно отметке о поступлении материала в Шелеховский городской суд Иркутской области, материал об избрании меры пресечения в отношении ФИО1 поступил в суд 7 марта 2020 года в выходной день, и рабочее время не могло начаться ранее чем в 09.00 утра, а в связи с тем, что ФИО1 была задержана в 12:00 5 марта 2020 года, крайний срок для поступления материала в суд – 04:00 7 марта 2020 года.

Делает вывод о том, что суд рассмотрел постановление заместителя руководителя СО по <адрес изъят> СУ СК РФ <адрес изъят> о возбуждении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу ФИО1 за пределами сроков, установленных УПК РФ.

Просит постановление Шелеховского городского суда Иркутской области от 7 марта 2020 года, отменить, избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора г.Шелехова Брагин Р.В., приводя аргументы против доводов жалобы, просит оставить её без удовлетворения, постановление суда без изменения.

В заседании суда апелляционной инстанции защитник – адвокат Багликова О.А. и обвиняемая ФИО1 поддержали доводы апелляционной жалобы, просили отменить постановление суда, избрать меру пресечения в виде домашнего ареста.

Прокурор Славянская Ю.А. возражала по доводам апелляционной жалобы, высказалась о законности и обоснованности постановления и оставлении его без изменения.

Суд апелляционной инстанции, выслушав мнение участников процесса, исследовав и проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, приходит к следующему.

Как установлено в судебном заседании суда первой инстанции, ходатайство об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемой ФИО1 возбуждено перед судом надлежащим должностным лицом, в установленные уголовно-процессуальным законом сроки и отвечает требованиям ст.108 УПК РФ.

Согласно ч.1 ст.97 УПК РФ при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда; может продолжать заниматься преступной деятельностью; может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, суд вправе избрать обвиняемому одну из мер пресечения, предусмотренных УПК РФ.

В соответствии со ст.99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении обвиняемого в совершении преступления и определения её вида при наличии оснований, предусмотренных ст.97 УПК РФ, должны учитываться также тяжесть преступления, сведения о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

В силу ч.1 ст.108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Судом исследовались все доводы и обстоятельства, которые в соответствии с требованиями ст.ст.97, 99, 108 УПК РФ необходимы для принятия решения об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.

Выводы суда о необходимости избрания обвиняемой ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении надлежаще мотивированы и основаны на материалах, подтверждающих законность и обоснованность принятого решения. Не согласиться с выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции оснований не находит, поскольку в постановлении приведены конкретные фактические обстоятельства, на основании которых судом первой инстанции принято это решение.

Избирая обвиняемой ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу, суд первой инстанции, согласившись с доводами ходатайства, учел характер и степень общественной опасности инкриминируемого ФИО1 преступления, относящегося к категории особо тяжкого, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 12 лет, а также те обстоятельства, что ФИО1 после совершения преступления в правоохранительные органы с заявлением о явке с повинной не явилась, добровольно не сообщила о совершенном ею особо тяжком преступлении, находясь на свободе, под тяжестью предъявленного обвинения, желая избежать уголовной ответственности и наказания за совершенное преступление, может скрыться от органов предварительного следствия и суда, чем воспрепятствует производству по уголовному делу.

При таких обстоятельствах на данной стадии предварительного расследования, учитывая коррупционный характер совершенного преступления, а также должностное положение ФИО1, суд обоснованно согласился с доводами органов следствия и правильно пришел к выводу, что при избрании обвиняемой ФИО1 иной, не связанной с изоляцией от общества меры пресечения она, находясь на свободе, может продолжить заниматься преступной деятельностью, в том числе и с целью сокрытия следов своей преступной деятельности, поскольку она не уволена из (данные изъяты) и имеет доступ к документам и предметам (данные изъяты) находящимся в ее производстве (данные изъяты).

Суд первой инстанции также верно принял во внимание, что, находясь на свободе, ФИО1, желая избежать уголовной ответственности за совершенное преступление, может повлиять на свидетеля ФИО9, являющегося длительное время их с ФИО6 знакомым и состоящего с ними в дружеских отношениях, иных участников уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, поскольку в настоящий момент органами предварительного следствия не установлены все обстоятельства совершения преступления, а органами дознания проводятся оперативно-розыскные мероприятия направленные на установление очевидцев совершенных преступлений, а также следов и предметов, которые могут быть признаны доказательствами по уголовному делу и способствовать установлению обстоятельств преступления, а также учитывая, что ФИО1 обвиняется в совершении преступления в группе (данные изъяты) и непосредственно после преступления ими были предприняты меры к сокрытию его следов(данные изъяты), кроме того, по одному из эпизодов преступной деятельности не установлено лицо, совместно с которым ФИО6 получила взятку за незаконные действия (данные изъяты), и в настоящий момент проводятся оперативно-розыскные мероприятия, направленные на установление данного лица.

С выводами суда первой инстанции, изложенными в постановлении, у суда апелляционной инстанции оснований не согласиться не имеется.

В исследованных судом материалах содержатся достаточные данные об имевшем место событии преступления и причастности к нему ФИО1, что судом было проверено надлежащим образом.

Судебное решение об избрании обвиняемой ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу принято с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих разрешение данного вопроса, и соответствует представленным материалам.

Избранная на данной стадии судопроизводства обвиняемой ФИО1 мера пресечения в виде заключения под стражу с учетом категории преступления, в совершении которого она обвиняется, данных о ее личности и других обстоятельств дела, в наибольшей степени гарантирует обеспечение задач уголовного судопроизводства, охрану прав и законных интересов всех участников процесса.

При этом доводы жалобы защитника о том, что фактически ФИО1 была задержана оперативными сотрудниками УФСБ по <адрес изъят> 5 марта 2020 года в 12:00 в <адрес изъят> и о передаче материалов с ходатайством об избрании меры пресечения судье после истечения срока задержания, являлись предметом тщательной проверки суда первой инстанции и по мотивам, изложенным в постановлении, верно опровергнуты.

Суд апелляционной инстанции также находит вышеуказанные доводы несостоятельными, поскольку они опровергаются представленными суду материалами, в том числе указанным протоколом, из которого следует, что ФИО1 была задержана в 18 часов 00 минут 5 марта 2020 года, при этом каких-либо замечаний от ФИО1 и её защитника Подымахиной О.В., в том числе касающихся обстоятельств и времени задержания, не поступило. Кроме того, при допросе в качестве подозреваемой ФИО1 также не заявляла о несогласии с датой и временем составления протокола задержания. Оснований полагать, что она была ограничена в свободе передвижения в иное время, в материалах не имеется. Нарушений ч.1 ст.92 УПК РФ при составлении протокола задержания ФИО1 не допущено, так как протокол задержания составлен в срок не более 3 часов после доставления подозреваемой к следователю. В связи с чем, суд апелляционной инстанции считает, что следственные действия с участием ФИО1 проведены в соответствии с общими правилами их производства.

Доводы жалобы о том, что обвиняемая ФИО1 ранее не судима, по месту жительства характеризуется положительно, зарегистрирована и проживает в принадлежащей ей на праве собственности квартире (данные изъяты), ее личность документально установлена, от органов предварительного следствия она не скрывалась, вину в содеянном признала, были известны суду первой инстанции и учтены в совокупности с иными представленными материалами, однако данные обстоятельства не являются безусловным основанием для изменения меры пресечения и не опровергают выводы суда о невозможности на данной стадии производства по делу беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении обвиняемой иной, более мягкой меры пресечения.

С учетом изложенного, на данной стадии судопроизводства по делу суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для изменения обвиняемой ФИО1 меры пресечения на иную, не связанную с изоляцией от общества, в том числе домашний арест, а также отмены постановления по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Доводы защитника – адвоката Багликовой О.А., представившей приказ об увольнении ФИО1 Дата изъята из (данные изъяты) как и ссылка в жалобе о представлении в суд материала с нарушением сроков не ставят под сомнение правильность принятого судом первой инстанции решения об избрании обвиняемой ФИО1 на данной стадии уголовного судопроизводства меры пресечения в виде заключения под стражу.

Материалы не содержат данных, препятствующих содержанию обвиняемой ФИО1 в условиях следственного изолятора, в том числе, связанных с состоянием ее здоровья и изменение ей меры пресечения на более мягкую в соответствии с ч.1.1 ст.110 УПК РФ.

Постановление суда отвечает требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона и прав обвиняемой ФИО1 при рассмотрении ходатайства, влекущих отмену постановления, по доводам жалобы суд апелляционной инстанции не усматривает.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы адвоката Багликовой О.А. в интересах обвиняемой ФИО1

Вместе с тем постановление подлежит изменению в части по следующим основаниям.

Так, в описательно-мотивировочной части постановления судом первой инстанции указано на совершение ФИО1 преступления, что является недопустимым на данном этапе производства по делу, поэтому это указание подлежит исключению из постановления, однако таковое, хотя и влечет изменение постановления, но не порочит его выводов в какой-либо иной их части и не нарушает права обвиняемой на защиту.

Кроме того, из представленных материалов следует, что ФИО1 задержана 5 марта 2020 года. Избрав обвиняемой меру пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца 00 суток, суд указал срок её действия по 5 мая 2020 года включительно без учета положений п.1 ч.10 ст.109 УПК РФ согласно которой в срок содержания под стражей засчитывается время, на которое лицо было задержано в качестве подозреваемого. Таким образом, если лицо было задержано, а затем заключено под стражу, срок в соответствии с ч.3 ст.128 УПК РФ исчисляется с момента фактического задержания, в силу чего при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца 00 суток, последний день срока действия указанной меры пресечения истекает 4 мая 2020 года.

Вместе с тем вносимые в постановления изменения не влияют на законность принятого судом первой инстанции решения об избрании обвиняемой ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу и не нарушают её право на защиту.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Постановление Шелеховского городского суда Иркутской области от 7 марта 2020 года в отношении обвиняемой ФИО1 об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части указание на совершение ФИО1 преступления.

- считать избранной обвиняемой ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца 00 суток, то есть по 4 мая 2020 года включительно.

В остальной части постановление суда оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Багликовой О.А. в интересах обвиняемой ФИО1 оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационную инстанцию в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий, В.Г. Шевчук