Апелляционное определение № 22-260/2026 от 24 февраля 2026 г.

Дело № 22-260/2026 Судья Харази Д.Т.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Тверь 25 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Тверского областного суда в составе:

председательствующего судьи Тарасюк Т.Ю.,

судей Демидовой Е.В., Власова А.А.,

при секретаре судебного заседания Ворониной К.Р.,

с участием прокурора Кастериной К.В.,

осужденного ФИО1 посредством применения систем видеоконференц-связи,

защитника осужденного ФИО1 - адвоката Кулыевой К.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Рамешковского районного суда Тверской области от 13 ноября 2025 года, которым

- ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, не судимый:

- признан виновным в совершении одного преступления, предусмотренного п. «д» ч. 2 ст. 117 УК РФ, и трех преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119 УК РФ осужден к наказанию:

- по п. «д» ч. 2 ст. 117 УК РФ - в виде лишения свободы на срок 3 года 6 месяцев,

- по ч. 1 ст. 119 УК РФ - в виде обязательных работ сроком на 200 часов (за каждое преступление).

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, п. «б» ч. 1 ст. 71 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, окончательно ФИО1 назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 7 месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Избранная в отношении ФИО1 мера пресечения в виде содержания под стражей до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Разрешены вопросы об исчислении срока назначенного наказания, о зачете в срок наказания в соответствии с положениями п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, периода содержания ФИО1 под стражей, о процессуальных издержках; определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад председательствующего судьи Тарасюк Т.Ю., изложившей обстоятельства дела, содержание обжалуемого приговора, доводы апелляционных жалоб осужденного ФИО1, выступления осужденного и его защитника – адвоката Кулыевой К.С., настаивавших на вынесении оправдательного приговора за отсутствием в действиях осужденного состава преступления, переквалификации действий осужденного, мнение прокурора Кастериной К.В., полагающей принятое судом решение законным, обоснованным, исчерпывающим образом мотивированным, а доводы апелляционной жалобы осужденного и дополнения к ней несостоятельными и голословными, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Обжалуемым приговором суда ФИО1 признан виновным в угрозе убийством при наличии основания опасаться ее осуществления (три преступления), а также в истязании, то есть причинении физических и психических страданий путём иных насильственных действий, не повлекших последствий, указанных в статьях 111 и 112 УК РФ, совершенном с издевательством для потерпевшего.

Обстоятельства преступлений, совершенных в селе <адрес>, включая время, способ, подробно изложены в обжалуемом приговоре суда.

В судебном заседании ФИО1 вину по предъявленному ему обвинению не признал. Не отрицая наличие словестного конфликта с потерпевшей ФИО17, заверял, что физической силы в отношении последней не применял. Не оспаривая обстоятельства произошедшего конфликта 19 ноября 2024 года, который перерос в рукоприкладство, акцентируя внимание на противоречивость показаний ФИО17 в период предварительного расследования, считает, что все события потерпевшей преувеличены.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 считает обжалуемый приговор незаконным, необоснованным, вынесенным с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства, подлежащим отмене. Считает, что выводы суда, изложенные в приговоре, противоречат фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, которые, по его мнению, указывают на отсутствие в его действиях состава преступлений. Ссылаясь на имеющееся в материалах уголовного дела заключение судебной медицинской экспертизы, отмечает, что выявленные у потерпевшей телесные повреждения не свидетельствуют о совершении инкриминируемых ему действий; наличие каких-либо повреждений (следов) на шеи потерпевшей от удавки проводом, на голове и теле от ударов металлическим уголком – не установлено. Приводя содержание показаний свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО9, просит учесть, что никто не видел у потерпевшей каких-либо гематом, ссадин и иных повреждений. Ни одни свидетельские показания, по мнению апеллянта, не содержат конкретных сведений о произошедших событиях. Считает, что судом излишне принято в качестве доказательства представленная видеозапись, датированная августом 2024 года, которая, по мнению апеллянта, не имеет никакого отношения к инкриминируемым ему событиям от 18 и 19 ноября 2024 года; видео является неполным и спровоцированным, перед которым его вывели на эмоции, что обуславливает его поведение. Также, по мнению осужденного, не могут являться доказательством по делу и обращения потерпевшей в полицию от сентября и октября 2024 года, по итогам рассмотрения которых было отказано в возбуждении уголовного дела за отсутствием в его действиях состава преступления. Считает, что положенные в основу его вины вещественные доказательства являются неотносимыми ввиду отсутствия подтверждений наличия на предметах его следов, следов потерпевшей. Излагая содержание показаний потерпевшей, данных от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, заключение эксперта №, сведения медицинской карты из ГБУЗ «<данные изъяты> ЦРБ», указывает на противоречивые обстоятельства в части произошедшего конфликта, и нанесения потерпевшей повреждений, в том числе относительно локализации их нанесения, количества, способа. Настаивает на квалификации его действий по ст. 115 УК РФ.

Просит приговор Рамешковского районного суда Тверской области отменить, вынести в отношении него оправдательный приговор, не усматривая в своих действиях состава преступлений. В подтверждении выдвинутой позиции настаивает на дополнительной проверки всех доказательств, исследованных судом первой инстанции.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного прокурор Рамешковского района Тверской области Ваколюк А.С. полагает доводы осужденного ФИО1 несостоятельными, а вынесенный судом первой инстанции приговор законным, обоснованным, исчерпывающим образом мотивированным, не подлежащим отмене. Считает, что судом первой инстанции дана надлежащая оценка всем представленным и исследованным доказательствам, позволивших прийти к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых ему действий, которым дана верная квалификация. Показания потерпевшей и свидетелей, по мнению стороны обвинения, являются последовательными, согласующимися между собой, а также с другими имеющимися письменными доказательствами, в том числе с заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ, вещественными доказательствами, изъятыми в ходе осмотра места происшествия. Фактические обстоятельства о наличии оснований для оговора осужденного являлись предметом исследования в суде первой инстанции и не нашли своего подтверждения; вопреки доводам осужденного, приведенная в жалобе критика доказательств, не находит свое подтверждение, поскольку видеозаписи не использовались в качестве подтверждения инкриминируемых преступных событий.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнение участников процесса и обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, судебная коллегия находит заявленные требования осужденного ФИО1 и его защитника несостоятельными.

Изложенные в жалобах доводы о недоказанности вины, несогласии с допустимостью отдельных доказательств, по существу дублируют позицию стороны защиты в суде первой инстанции, которые исследованы и оценены по внутреннему убеждению, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ.

Оценивая доводы апеллянта о необходимости исследования доказательств, судебная коллегия отмечает, что правила о непосредственном их исследовании и вынесении решения только на доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, имеют исключение для суда апелляционной инстанции, который вправе постановить приговор на основе доказательств, непосредственно исследованных в суде первой инстанции. Обстоятельств, предусмотренных ч. 1.1 ст. 389.6 УПК РФ, свидетельствующих о необходимости повторной проверки доказательств судом первой инстанции, а также новых доказательств, сторонами не приведено.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст. 303, 304, 307 - 309 УПК РФ. В нем указаны обстоятельства преступных деяний, установленных судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод о виновности осужденного в содеянном, мотивированы выводы относительно квалификации преступлений.

Как видно из материалов уголовного дела, обстоятельства совершения осужденным противоправных действий установлены на основании доказательств, которые непосредственно исследовались в судебном заседании в соответствии с требованиями ст. 240 УПК РФ, а затем с достаточной полнотой приведены в приговоре. Несогласие стороны защиты с оценкой доказательств, данной судом первой инстанции, не может являться основанием для отмены или изменения приговора.

Показания потерпевшей ФИО17 обосновано положены в основу обвинительного приговора. Родство потерпевшей и осужденного не являются обстоятельством, влекущим недопустимость данных ею показаний в силу закона. Равно как не характеризует допустимость этих доказательств изобличение ими осужденного.

Потерпевшая в судебном заседании отрицала наличие неприязни к подсудимому, определяя свое отношение к нему чувством страха, что с учетом обстоятельств уголовного дела вполне объяснимо, но не влияет на допустимость данных ею показаний.

Нет процессуальных оснований для сомнения в правдивости показаний потерпевшей, которая предупреждена об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Ей разъяснялись положения ст. ст. 42 УПК РФ, в том числе о возможности не свидетельствовать против себя и близких родственников с разъяснением последствий, установленных п.3 ч. 2 ст. 42 УПК РФ.

Имеющиеся в материалах сведения не дают повода для выводов об умышленном создании ею доказательств вины ФИО1 в совершении тяжкого преступления. Согласно протоколу о принятии устного заявления о преступлении ФИО17 разъяснялись последствия заведомо ложного сообщения.

Нет оснований сомневаться в заключение эксперта, полученного в соответствии с требованиями закона, отвечающего требованиям ст. 204 УПК РФ.

В основу выводов о виновности ФИО1 судом положена совокупность доказательств, проверенных по правилам ст. 88 УПК РФ. Как следует из приговора, ни одно из доказательств не имеет преюдициального значения, в том числе показания потерпевшей, свидетелей, о которых сообщает апеллянт, но каждое соотнесено с другими, как того требует ст. 87 УПК РФ.

Видеоматериалы, которые оспаривает осужденный, хоть и не касаются непосредственно времени инкриминируемых событий, но в целом характеризуют показания потерпевшей, подтверждая их содержание в части длительной психотравмирующей ситуации.

Свидетели ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 хоть и не являются непосредственными очевидцами произошедшего, но называют источник своей осведомленности. Их показания не противоречат показаниям потерпевшей, данных о том, что они домысливают события преступления, излагают предположения и догадки, материалы уголовного дела не содержат.

Анализ показаний ФИО17 в их содержании не дают судебной коллегии повода согласиться с осужденным об их противоречивости. Будучи неоднократно допрошенной ФИО17 четко называла мотивы, последовательность действий ФИО1

Противоречий, которые ставили бы ее показания под сомнение, судебной коллегией не установлено. Детальный анализ апеллянта о том, что явилось поводом для конфликта, время его отсутствия и присутствия в доме, не влияет на юридическую оценку, данную судом. Равно как не указывает на несправедливость судебного решения и рассуждения автора жалобы о том, что телесные повреждения должны быть заметны для других лиц, как должна была себя вести потерпевшая и каким образом на его действия должны были реагировать свидетели.

Как следует из показаний потерпевшей, она избегала того, чтобы конфликты, сопровождающиеся причинением телесных повреждений, наблюдали мать супруга ФИО11 и его бабушка ФИО12, выходила с супругом из дома; друзей и знакомых у нее не было, о происходящих событиях делиться было не с кем.

О том, что ФИО11 ничего не поясняет о событиях 18 ноября 2024 года, не ставит под сомнение показание потерпевшей, содержавшие детальные сведения о произошедшем. Как следует из свидетельских показаний, в то время ФИО11 находилась на работе и, соответственно, прямым очевидцем быть не могла. 18 ноября 2024 года была на работе, вернулась поздно.

Об этом же свидетельствует ФИО11, показав, что друзей у ФИО17 нет, с придомовой территории та практически не выходила, всегда носила закрытую одежду, между ФИО22 и ФИО2 возникали конфликты, которые она просила разрешать вне дома, так, чтобы этого не видели и не слышали дети.

Из показаний потерпевшей ФИО17 следует, что ФИО1 на почве ревности делал ее жизнь невыносимой, контролировал, проверял содержание телефонов, оскорблял, унижал. Она пыталась от него уходить, но по его просьбе, ради детей, возвращалась.

18 ноября 2024 года опять же на почве ревности, ФИО1 начал ее бить, наносил удары кулаками по лицу и телу, кричал, что убьет, сопровождая это нецензурной бранью. На следующий день, 19 ноября, нанес ей несколько ударов по лицу и телу, повалил на землю, продолжая избивать, удерживая руки, подавляя сопротивление. Она вырвалась, пыталась убежать, но ФИО1 догнал ее, подтащил к колодцу и со словами о том, что утопит ее как котенка, стал окунать голову в ведро с водой. Ей удалось опрокинуть ведро. В ответ он, нанеся удары по ногам, повалил ее на землю, взял металлический уголок и нанес им неоднократные удары по спине и голове. После этого потащил ее в помещение бани, где продолжил избивать. Обессилив, она села на пол, а ФИО1 взял провод, накинул на шею и стал душить. Она стала задыхаться, он ослабил хватку. Продолжил словестное оскорбление, предлагая сделать выбор, как она хочет уйти из жизни, замахиваясь в ее сторонами ножницами, которые находились в бане. В дальнейшем заставил раздеться, а, получив отказ, схватил одежду и начал ее рвать. В итоге раздел ее догола, вытащил за территорию дома и, протащив вдоль улицы около 500 метров, вернул обратно в баню. Где продолжил наносить удары руками и ногами. Сопровождая действия расспросами об измене, накинул ей на шею кофту и с тал душить, после, отбросил в сторону, стал душить руками. В баню забежала ФИО11, и сообщила, что вызвала полицию, что остановило ФИО1

30 ноября 2024 года ФИО1, обозлившись на то, что она написала заявление в полицию, стал угрожать убийством, приставив к горлу отвертку. Заверив, что сделает все, как он хочет, ФИО17 02 декабря 2024 года обратилась в полицию, рассказав о всех действиях супруга.

В неоднократно полученных показаниях ФИО17 на стадии предварительного следствия события излагаются однотипно, последующие показания лишь дополняют предыдущие в деталях, но не излагают события иным образом, кардинально меняя роль ФИО1 либо его действия.

Свои показания ФИО17 подтвердила при очной ставке, а также в судебном заседании.

В части показания потерпевшей подтверждает свидетель ФИО11, сообщив о том, что 19 ноября 2024 года ей позвонила мама – ФИО12, сказала, что плачут дети, а ФИО23 и ФИО2 ушли в баню. Она поняла, что ФИО2, возможно, избивает Вику. Прибежав на место, увидела, как ФИО2 сдавливает руками шею ФИО24, которая сидела перед ним на коленях. Она закричала, ФИО2 прекратил свои действия. О произошедшем сообщила в полицию. Помимо этого, ФИО11, сообщает о сложных взаимоотношениях между сыном и его супругой, что сделало ФИО25 замкнутой, та опасается ФИО2, пыталась от него уйти.

Из показаний свидетеля ФИО12 следует, что между ее внуком ФИО2 и его супругой ФИО26 стали возникать словестные конфликты, в ходе которых тот просил жену выйти из дома. Она слышала, как ФИО2 кричит на ФИО31 По возвращении в дом ФИО35 молчала, закрывалась в комнате, ни с кем не общалась. В ноябре 2024 года ФИО2 в ее присутствии стал придираться к ФИО29. На ее попытки вмешаться, ФИО30 дал понять, что этого делать не надо и попросил Вику выйти из дома в баню. В момент диалога звонила ее дочь ФИО13, которая слышала конфликт. ФИО2 и ФИО27 долго не возвращались, заплакали дети, переживая, она позвонила дочери ФИО28, а та, в свою очередь, вызвала сотрудников полиции. Впоследствии со слов дочери узнала, когда та зашла в баню, увидела, как ФИО2 душит ФИО32 руками. Со слов ФИО34 после случившегося знает, что ФИО2 избивал ее. Синяки на теле ФИО33 она не видела, поскольку та носит закрытую одежду.

О наличии затянувшегося конфликта, причиняющего страдание ФИО17 сообщают допрошенные в качестве свидетелей ФИО14 ФИО18

Совокупность приведенных доказательств не только подтверждают факт причинения телесных повреждений ФИО17, то есть физических страданий, но и психических. При этом все инкриминируемые действия совершены в период срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Наличие на теле ФИО17 телесных повреждений подтверждает заключение судебной медицинской экспертизы, свидетель ФИО15

Подтверждением показаний потерпевшей и свидетелей являются телефонные сообщения ФИО11, ФИО13, зарегистрированные в КУСП <данные изъяты> отделения полиции, а также медицинских сотрудников ФИО19 и ФИО15

Отсутствие на изъятых предметах, признанных в дальнейшем вещественными доказательствами, следов ФИО1 не ставит под сомнение наличие событий, о которых сообщает потерпевшая, и выводы суда о наличии в его действиях состава инкриминируемых деяний.

Юридическую оценку действиям осужденного судебная коллегия находит верным, в том числе относительно квалификации по п. «д» ч. 2 ст. 117 УК РФ.

Вопреки доводам жалобы, совокупность обстоятельств, в частности, характер нанесения повреждений и причинения иных насильственных действий, взаимосвязь этих действий, объединенных общей линией поведения осужденного по отношению к потерпевшей и стремлением причинять ей постоянные физические и психические страдания, свидетельствует о том, что он желал причинить потерпевшей физическую боль и страдания, что и образует состав преступления, предусмотренный ст. 117 УК РФ.

При этом выбранный ФИО1 способ явно указывает на издевательство в отношении потерпевшей, что делает правильным вывод о доказанности квалифицирующего признака, предусмотренного п. «д» ч. 2 ст. 117 УК РФ.

Законных оснований для иной квалификации действий ФИО1 судебная коллегия не усматривает, оснований для освобождения от уголовной ответственности, в том числе по доводам жалобы, не имеется. Позиция осужденного в части необходимости квалификации его действий по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ являлась предметом рассмотрения в суде первой инстанции, получила надлежащую оценку.

Приведенные в судебном заседании суда апелляционной инстанции доводы осужденного о том, что реальных намерений утопить потерпевшую, несмотря на его высказывания об этом, не имел, судебная коллегия расценивает как занятую ФИО1 позицию защиты, не влияют на правильность выводов суда первой инстанции о виновности осужденного.

При назначении наказания ФИО1 суд, руководствуясь требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности, наличие смягчающих, при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

К числу смягчающих наказание обстоятельств в силу закона и на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ признаны наличие на иждивении двух малолетних детей; молодой возраст, состояние здоровья осужденного и членов его семьи, отсутствие судимости в прошлом.

Обстоятельства, которые были известны суду, но не учтены в качестве таковых в силу закона, отсутствуют.

Вид и размер назначенного наказания судом мотивирован, в том числе о невозможность исправления осужденного без изоляции от общества, отсутствии оснований для применения положений ст. ст. 64, 73 УК РФ.

Судебная коллегия находит назначенное наказание отвечающим принципам справедливости, не усматривая оснований для его смягчения либо освобождения от наказания.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия,

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Рамешковского районного суда Тверской области от 13 ноября 2025 года в отношении осужденного ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции с подачей жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу. Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: