Апелляционное постановление № 22-2932/2019 от 25 июля 2019 г. по делу № 22-2932/2019

Судья Заводского районного суда г.Кемерово Бунтовский Д.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 26 июля 2019 года № 22-2932/2019

Судья Кемеровского областного суда Билоград И.Г.,

при секретаре Кондрусовой Я.А.,

с участием прокурора апелляционного отдела УСУ прокуратуры Кемеровской области Ушаковой Е.С.,

осужденного ФИО10,

защитника Финк Л.А., адвоката НО «Коллегия адвокатов Рудничного района г.Кемерово Кемеровской области № 4», представившей удостоверение № 1567 от 6 июня 2017 года, ордер № 527 от 26 июля 2019 года,

рассмотрел в г. Кемерово в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционным жалобам с дополнениями осужденного ФИО10 и его защитника адвоката Финк Л.А. на приговор Заводского районного суда г.Кемерово от 24 апреля 2019 года, которым

ФИО10, <данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 296 УК РФ к 2 годам лишения свободы;

в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев, с возложением обязанностей: в течение 10 суток со дня вступления приговора в законную силу встать на учет в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, куда периодически являться на регистрацию, а также не менять постоянного места жительства без уведомления указанного органа.

Мера пресечения ФИО10 до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения – в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Также в приговоре разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Кемеровского областного суда Билоград И.Г., изложившей содержание обжалуемого приговора, доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним осужденного ФИО10 и его защитника адвоката Финк Л.А., возражений государственного обвинителя Годоваловой Т.В., выступления осужденного ФИО10 и его защитника адвоката Финк Л.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Ушаковой Е.С., возражавшей против доводов апелляционных жалоб и полагавшей необходимым приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО10 признан виновным в совершении насильственных действий в отношении судебного пристава в связи с исполнением им постановления о принудительном приводе должника по исполнительному производству, совершенное с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

Преступление совершено 11 мая 2018 года в г.Кемерово при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвокат Финк Л.А. в защиту осужденного ФИО10 считает приговор незаконным и необоснованным. Ссылаясь на нормы УПК РФ, УК РФ, цитируя и приводя свою оценку показаниям осужденного ФИО10, потерпевшего ФИО1, свидетелей ФИО2, ФИО8, ФИО9, а также видеозаписи событий в холле <данные изъяты>, указывает, что осужденный ФИО10 не осознавал и не мог осознавать правомерность действий приставов, не мог препятствовать исполнению ими постановления о принудительном приводе должника по исполнительному производству, поскольку участником исполнительного производства не являлся, постановление о принудительном приводе его сестры ФИО8 ему не объявляли, он его не читал. Мотив данного преступления должен быть связан со служебной деятельностью потерпевшего в связи с осуществлением правосудия или производством предварительного расследования, однако мотив ФИО10 не доказан, так как ФИО10 не понимал, что перед ним находятся судебные приставы и они исполняют привод ФИО8. Он и не мог этого понимать, так как судебные приставы были в гражданской одежде черного цвета, служебных удостоверений не показали, не представились, не сообщили цель прибытия и не объявили постановление о приводе. ФИО10 воспринимал их как друзей ФИО4, которые хотят оказать давление на его сестру ФИО8 перед ее допросом в суде в качестве свидетеля.

Указывает на необоснованность отказа в удовлетворении ходатайства о назначении по делу комплексной судебной компьютерно-технической экспертизы видеозаписи и портретной экспертизы, поскольку остались не исследованными особенности одежды потерпевшего и свидетеля ФИО2, зафиксированные на видеозаписи и не установлено, какие действия производят судебные приставы в холле здания суда, в связи с чем не установлено, имело ли место ознакомление с постановлением о приводе ФИО8, ФИО10 и представление судебных приставов свидетелю ФИО8, а также факт предъявления служебного удостоверения. Полагает, что нарушен принцип назначения уголовного судопроизводства, предусмотренный в ч. 2 ст. 6 УПК РФ, предусматривающий защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.

Также адвокат указала, что приговором суда не описаны обстоятельства, установленные видеозаписью событий в холле <данные изъяты>, приговором не установлено, были ли в форменной одежде судебные приставы при предъявлении постановления о приводе, предъявили ли они должнице ФИО8 служебные удостоверения, соблюдали ли требования ФЗ «О судебных приставах», а также п. 10 Приказа № 164 от 13 июля 2016 года «Об утверждении Порядка осуществления привода судебными приставами по обеспечению установленного порядка деятельности судов». Кроме того, приводит доводы, в которых считает, что указанные нормативные акты судебными приставами ФИО1 и ФИО2 были нарушены, и желая укрыть нарушения дисциплины при производстве привода, являясь заинтересованными лицами, в ходе предварительного следствия и в суде давали ложные показания о том, что предъявляли должнице ФИО8 постановление о приводе, служебные удостоверения.

Отмечает, что суд принял во внимание только пояснения потерпевшего ФИО1 и ФИО2, не ставя их показания под сомнение и не сопоставляя с видеозаписью событий, пересмотренной в зале суда, и показаниями свидетелей ФИО8 и ФИО9, при этом считает, что суд в приговоре недостоверно, не в соответствии с протоколом судебного заседания (т. 5 л.д. 61), изложил показания свидетеля ФИО9, не указал, что судебные приставы были одеты в черную гражданскую одежду и не предъявили служебные удостоверения, что является существенным.

Также адвокат указала, что приговором суда не описаны обстоятельства, установленные видеозаписью с камер мобильных телефонов свидетелей ФИО2 и ФИО5, в связи с чем невозможно понять какие обстоятельства дела подтверждаются данными доказательствами.

Обращает внимание, что тот факт, что потерпевший ФИО1 показал постановление свидетелю ФИО8 в здании суда, а служебное удостоверение осужденному ФИО10 на улице, не говорит о том, что предъявление служебного удостоверения, без объявления осужденному документа, подлежащего исполнению, свидетельствуют о том, что производятся правомерные действия судебных приставов по осуществлению привода должника ФИО8 и осужденный ФИО10 препятствует их исполнению.

Адвокат считает, что мотив поведения осужденного ФИО10 не связан с осуществлением привода должника ФИО8, а имеет место неприязненное отношение к судебным приставам, возникшее в ходе длительного словесного конфликта и блокирования приставами выезда автомобиля ФИО10 Во время конфликта велась видеозапись, из которой видно, что потерпевший лег на капот автомобиля осужденного сам, а потом самостоятельно встал с капота на ноги, и наезд на потерпевшего ФИО10 не совершал, в связи с чем телесные повреждения потерпевшего не могут быть вменены ФИО10 как умышленное причинение телесных повреждений, данные телесные повреждения причинены ФИО10 в результате дорожно-транспортной ситуации.

Просит приговор суда от 24 апреля 2019 года отменить, ФИО10 по ч. 3 ст. 296 УК РФ оправдать за отсутствием в его действиях состава преступления.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденный ФИО10 выражает несогласие с приговором суда, считая его незаконным, необоснованным и несправедливым в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании, неправильным применением уголовного закона и существенным нарушением уголовно-процессуального закона. В жалобе приводит доводы, аналогичные доводам апелляционной жалобы адвоката Финк Л.А. Виновным себя не считает, его виновность приговором суда не доказана. Просит приговор суда отменить, его по ч. 3 ст. 296 УК РФ оправдать.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Годовалова Т.В. приводит доводы, в которых выражает несогласие с апелляционными жалобами, просит оставить их без удовлетворения, приговор суда – без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, поданных на них возражений, выслушав мнения осужденного, его защитника, прокурора, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения доводов апелляционных жалоб и отмены приговора суда, который считает законным, обоснованным и справедливым по следующим основаниям.

Обстоятельства, при которых ФИО10 совершил указанное в приговоре преступление, и подлежащие доказыванию в силу ст. 73 УПК РФ, по настоящему делу установлены судом правильно.

В приговоре содержится необходимый анализ доказательств, рассмотренных в судебном заседании полно, всесторонне, объективно, судом им дана надлежащая оценка, выводы суда по этому поводу мотивированы.

Виновность осужденного ФИО10 в инкриминируемом преступлении полностью доказана и установлена совокупностью исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, получивших надлежащую оценку в соответствии со ст. 88 УПК РФ. Вопреки утверждению стороны защиты, приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, в том числе ст.ст. 297, 302, 307, 308 УПК РФ; в нем приведены доказательства, на которых основаны выводы о виновности осужденного, а также приведены мотивы, по которым другие доказательства судом отвергнуты.

Все доводы, изложенные адвокатом и осужденным в их апелляционных жалобах, были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, где тщательно проверены и обоснованно отвергнуты по мотивам, подробно приведенным в приговоре.

Доводы апелляционных жалоб фактически направлены на переоценку доказательств, которые судом оценены по правилам ст. 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

К тому же, по существу, доводы жалоб представляют собой повторение позиции осужденного и его защитника, доведенных до сведения суда первой инстанции, которым судом в приговоре дана надлежащая оценка.

Каждое доказательство, приведенное в приговоре в обоснование виновности ФИО10 в содеянном, подтверждается другими доказательствами и фактическими данными по делу, все они в совокупности согласуются между собой.

Такими доказательствами суд первой инстанции обоснованно признал: показания потерпевшего ФИО1, свидетелей ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, а также частично показания свидетелей ФИО8, ФИО9, данных в судебном заседании, а также другие доказательства, исследованные в судебном заседании.

Осужденный ФИО10 в суде первой инстанции вину в предъявленном не признал, его позиция сводится к тому, что он не понимал, что перед ним находятся судебные приставы, исполняющие принудительный привод в отношении его сестры ФИО8, поскольку судебные приставы не представились, с постановлением о принудительном приводе ни его, ни ФИО8, не ознакомили, он не являлся участником исполнительного производства, его действия были связаны не с препятствованием исполнению судебным приставом принудительного привода, а с желанием оградить себя и сестру от давления со стороны, как он считал, знакомых ее бывшего мужа ФИО4. Телесные повреждения потерпевшему были причинены в результате дорожно-транспортной ситуации, потерпевший самостоятельно лег на капот его автомобиля, он его не подталкивал, и потом самостоятельно встал на ноги.

Однако, виновность осужденного ФИО10 и обстоятельства, при которых он совершил преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 296 УК РФ, подтверждаются подробно приведенными в приговоре доказательствами.

Так, из показаний потерпевшего ФИО1, являющегося судебным приставом по обеспечению установленного порядка деятельности судов <данные изъяты>, следует, что 11 мая 2018 года при осуществлении им и судебным приставом по ОУПДС ФИО2 исполнения постановления судебного пристава-исполнителя ФИО3 от 11 мая 2018 года о принудительном приводе должника ФИО8, прибыли в <данные изъяты>, где находилась ФИО8 для дачи показаний в качестве свидетеля, представились ей, разъяснили, что являются судебными приставами, предъявили ей постановление о принудительном приводе, разъяснили, что ей необходимо проехать с ними в отдел судебных приставов. При этом присутствовал ее брат ФИО10, который также ознакомился с постановлением о принудительном приводе. ФИО8 возражений не высказывала. Примерно через час, после того, как ФИО8 дала показания в суде, увидели, что ФИО8 вместе с ФИО10 вышли через запасный выход из здания суда. Когда он так же вышел, ФИО2 сообщил, что ФИО10 и ФИО8 сели в автомобиль <данные изъяты>, при этом ФИО10 показал служебное удостоверение сотрудника полиции и сообщил, что ФИО8 числится у него в розыске. После этого он (ФИО1) подошел к автомобилю, где находилась ФИО8, за рулем автомобиля находится ФИО10, и еще раз представился, показал служебное удостоверение и постановление о приводе, потребовал от ФИО10 отпустить ФИО8, однако ФИО10 вел себя агрессивно, не открывал дверь машины, пытался уехать, а когда он встал перед автомобилем, чтобы этому воспрепятствовать, ФИО10 начал движение и совершил на него наезд, а именно передним бампером ударил его по ногам, причинив физическую боль, после чего он упал на капот автомобиля и схватился за край капота, чтобы не упасть с него на землю, следовал на капоте 4-5 метров, после чего ФИО10 остановил автомобиль, и он встал на землю. Далее ФИО10 вышел из автомобиля, выражался в его адрес нецензурной бранью, замахнулся с целью ударить в голову, но он уклонился. ФИО10 попытался сесть в автомобиль, он этому препятствовал, встав между ним и автомобилем, тогда ФИО10 схватил его за форменное обмундирование, стал толкать его и выражался нецензурной бранью в его адрес. Все этом время ФИО8 находилась внутри автомобиля. В связи с этими событиями им были вызваны сотрудники полиции.

Оснований не доверять указанным показаниям потерпевшего ФИО1 именно о таком развитии событий у суда не имелось, поскольку они подтверждаются другими исследованными доказательствами, в том числе показаниями свидетелей - очевидцев произошедшего ФИО2, ФИО4, ФИО5, а также ФИО6 и ФИО7.

Так, свидетель ФИО2, на момент событий являющийся судебным приставом по ОУПДС <данные изъяты>, подтвердил обстоятельства, изложенные потерпевшим ФИО1, об обстоятельствах, при которых ФИО10 препятствовал осуществлению ими принудительного привода должника ФИО8.

Из показаний свидетелей ФИО4 и ФИО5, данных ими в судебном заседании, следует, что 11 мая 2018 года находились в здании <данные изъяты>, где также были ФИО8 и ее брат ФИО10, видели, что двое судебных приставов предъявляли ФИО8 и ФИО10 документ, который называли постановление о принудительном приводе, были в форменном обмундировании, а после того, как ФИО8 дала показания в суде, она и ФИО10 вышли из здания суда через запасный выход, сели в машину. Свидетели слышали и видели, как судебные приставы требовали от ФИО10 выполнить их законные требования, выдать ФИО8 для ее доставления в отдел судебных приставов, но ФИО10 требования судебных приставов не выполнил, пытался уехать с места событий, один из приставов встал перед капотом, чтобы этому помешать, но несмотря на это ФИО10 начал движение и наехал автомобилем на судебного пристава, сбив пристава с ног, тот упал на капот и несколько метров, пока ФИО10 не остановился, проехал на капоте. После этого ФИО10 вышел из машины, выражался нецензурной бранью, пытался ударить одного из судебных приставов. Свидетель ФИО5 вел видеосъемку происходящего возле здания суда.

Из показаний свидетеля ФИО6, данных в судебном заседании, следует, что 11 мая 2018 года он видел события, в которых судебные приставы пытались остановить автомобиль под управлением ФИО10, просили отпустить находящуюся там девушку, но ФИО10 попытался уехать, когда один из судебных приставов встал перед автомобилем, чтобы преградить проезд, ФИО10 начал движение, в связи с чем судебный пристав оказался на капоте автомобиля и ФИО10 провез его на капоте несколько метров, пока не остановился.

Свидетель ФИО3, судебный пристав-исполнитель, подтвердила наличие исполнительного производства в отношении должника ФИО8, а также факт вынесения ею 11 мая 2018 года постановления о принудительном приводе должника ФИО8 в связи с ее неявками по вызовам в отдел судебных приставов, об обстоятельствах исполнения принудительного привода ей известно со слов судебных приставов ФИО1 и ФИО2.

Помимо показаний потерпевшего и свидетелей, суд в приговоре сослался на такие доказательства, установленные по делу, как: заключение эксперта, согласно которому ФИО1 были причинены кровоподтеки левого плеча, правой голени, образовавшиеся от воздействия твердого тупого предмета, возможно 11 мая 2018 года; протоколы осмотра видеозаписи с камер наружного наблюдения, видеонаблюдения здания <данные изъяты>, а также видеозаписи с камер мобильных телефонов свидетелей ФИО2, ФИО5, подозреваемого ФИО10; протокол осмотра места происшествия; документы, подтверждающие, что ФИО1 с 19 октября 2015 года является судебным приставом по ОУПДС <данные изъяты>; копия должностного регламента судебного пристава по ОУПДС; копия исполнительного производства в отношении ФИО8; документы, подтверждающие, что ФИО10 с 15 января 2018 года являлся начальником ОУР <данные изъяты>, 8 августа 2018 года уволен со службы в органах внутренних дел; копия заключения по результатам служебной проверки от 9 июля 2018 года, которым ФИО10 признан виновным в совершении проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел; протоколы осмотра вещественных доказательств - CD-дисков с видеозаписями, в том числе где ФИО10 и ФИО8 было предъявлено постановление о принудительном приводе, а также где автомобиль под управлением ФИО10 совершает наезд на потерпевшего.

Вышеприведенные доказательства соответствуют требованиям ст. 74 УПК РФ, вся совокупность изложенных относимых, допустимых и достоверных доказательств является достаточной для установления виновности осужденного в совершении инкриминируемого ему деяния.

Оснований для признания каких-либо доказательств недопустимыми доказательствами, предусмотренных ст. 75 УПК РФ, не имеется. Представленные стороной государственного обвинения и стороной защиты доказательства исследованы в судебном заседании в соответствии с процессуальными нормами и обоснованно положены судом в основу приговора.

Суд, проверив и дав оценку показаниям потерпевшего ФИО1, свидетелей ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО3, обоснованно признал их достоверными и правдивыми, поскольку они последовательны, непротиворечивы, получены в соответствии с требованиями УПК РФ, согласуются между собой и подтверждаются другими доказательствами по делу, указанными в приговоре. Каких-либо сведений о заинтересованности указанных лиц, оснований для оговора ими осужденного, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, судом апелляционной инстанции не установлено. Основания для признания показаний потерпевшего, свидетелей недопустимыми доказательствами отсутствуют.

Суд первой инстанции дал надлежащую оценку показаниям осужденного ФИО10 о его непричастности к преступлению и отклонил их, как надуманные и не соответствующие фактическим обстоятельствам дела, опровергнутые совокупностью доказательств, исследованных в ходе судебного следствия, обоснованно расценив их, как стремление осужденного избежать уголовной ответственности за содеянное.

Согласно требованиям п. 2 ст. 307 УПК РФ в приговоре указаны убедительные мотивы, по которым суд отверг доводы осужденного о его невиновности в совершении инкриминированного ему преступления, и суд апелляционной инстанции с ними соглашается.

Анализ данных, имеющихся в материалах дела, вопреки доводам апелляционных жалоб, свидетельствует о правильности установления судом фактических обстоятельств дела, в том числе, места, времени, способа, мотива, самого факта совершения преступления и лица его совершившего.

Версия осужденного ФИО10 об отсутствии мотива к совершению преступления, то есть о том, что он не понимал, что перед ним находятся судебные приставы и они исполняют привод ФИО8, так как они были в гражданской одежде, служебных удостоверений не предъявили, не представились, не объявили постановление о приводе, а он воспринимал их как лиц, которые в интересах ФИО4 пытаются похитить его и его сестру, судом обоснованно расценены как способ защиты от предъявленного обвинения, поскольку его показания опровергнуты исследованными доказательствами, в том числе показаниями потерпевшего ФИО1, свидетелей – очевидцев происшедшего, ФИО2, ФИО4, ФИО5, а также записями с камер видеонаблюдения, содержание которых свидетельствует о том, что ФИО10 достоверно знал об исполнении судебным приставом ФИО1 в рамках своих должностных обязанностей принудительного привода ФИО8, однако препятствовал этому, применил к судебному приставу насилие, не опасное для жизни и здоровья, выразившееся в том, что совершил наезд на потерпевшего, причинив кровоподтеки левого плеча, правой голени и физическую боль, а далее, применив физическую силу, оттолкнул от своего автомобиля в сторону.

Учитывая изложенное, оснований полагать, что судебными приставами ФИО1, ФИО2 были нарушены требования ФЗ «О судебных приставах» и пункт 10 Приказа № 164 от 13 июля 2016 года «Об утверждении Порядка осуществления привода судебными приставами по обеспечению установленного порядка деятельности судов», не имеется, в связи с чем доводы о заинтересованности потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО2 в исходе дела, являются несостоятельными.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, не имеется оснований полагать, что потерпевший ФИО1 самостоятельно лег на капот автомобиля под управлением ФИО10, телесные повреждения получил в результате дорожно-транспортной ситуации. Данные доводы опровергнуты указанными выше доказательствами, которым в приговоре дана надлежащая оценка, в связи с чем суд апелляционной инстанции полагает, что квалифицирующий признак «с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья» полностью нашел свое подтверждение в судебном заседании.

Тот факт, что ФИО10 не являлся участником исполнительного производства, на квалификацию действий осужденного по ч. 3 ст. 296 УК РФ не влияет, поскольку, как установлено судом, ФИО10 было достоверно известно о наличии постановления о принудительном приводе его сестры ФИО8, на улице, у здания суда и возле дома по <адрес>, в том числе и на момент наезда на потерпевшего, судебные приставы были в форменном обмундировании, ФИО8 находилась в автомобиле ФИО10 и он намеренно не допускал к ней потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО2.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, приговор содержит описание видеозаписей, просмотренных в судебном заседании, в том числе о том, что в холле <данные изъяты> ФИО10 и ФИО8 судебными приставами было предъявлено постановление, ознакомившись с которым ФИО8 сама отдала указанный документ в руки потерпевшему ФИО1 и свидетелю ФИО2, а также о том, что возле дома <адрес> автомобиль под управлением ФИО10 совершает наезд на потерпевшего, стоявшего непосредственно перед автомобилем, препятствующего проезду автомобиля.

Версию осужденного о том, что защищал себя и сестру ФИО8 от похищения неизвестными лицами, действующими в интересах ФИО4, суд первой инстанции обоснованно отверг как надуманную, учитывая жизненный опыт ФИО10 и занимаемую им на момент описываемых событий должность, учитывая место событий – помещение и прилегающая территория районного суда. Не согласиться с данными выводами у суда апелляционной инстанции не имеется.

Судом также оценены показания свидетелей защиты родной сестры осужденного ФИО10 - ФИО8, и знакомого осужденного ФИО10 - ФИО9, допрошенных в судебном заседании по ходатайству стороны защиты, при этом суд привел в приговоре основания, по которым отнесся критически к их показаниям в части подтверждения версии осужденного ФИО10 о том, что перед ним находились неизвестные лица, пытающиеся похитить его сестру в интересах ФИО4, а не судебные приставы. Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о том, что данные лица дали показания в пользу ФИО10 с целью облегчить участь подсудимого в связи с обвинением его в совершении преступления, поскольку показания данных свидетелей в указанной части полностью опровергаются исследованными доказательствами, изложенными в приговоре суда.

При этом, суд привел как доказательство в приговоре показания свидетеля ФИО9 о том, что в холле <данные изъяты> двое парней в черной одежде передали для ознакомления в руки ФИО8 постановление о приводе в отношении нее, с которым также ознакомился ФИО10, поскольку эти показания полностью согласуются с другими доказательствами, приведенными в приговоре в обоснование выводов о виновности ФИО10

Доводы апелляционных жалоб о том, что суд недостоверно, не в соответствии с протоколом судебного заседания, изложил в приговоре показания свидетеля ФИО9, не соответствуют материалам дела, поскольку эти показания изложены в приговоре в соответствии с их существом, отраженным в протоколе судебного заседания.

Доводы апелляционных жалоб о том, что суд необоснованно отказал в ходатайстве стороне защиты о назначении комплексной судебной компьютерно-технической экспертизы видеозаписи и портретной экспертизы, несостоятельны. Данное ходатайство было рассмотрено судом в соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ, суд первой инстанции разрешил ходатайство и мотивировал принятое по нему решение, которое является правильным. Кроме того, с учетом наличия у суда исчерпывающих данных относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, отказ в удовлетворении ходатайства не отразился на правильности принятого решения.

Вопреки доводам жалоб, судом первой инстанции с достоверностью установлено, что действия ФИО10 носили осознанный характер и были направлены на насильственные действия в отношении судебного пристава, в связи с исполнением им постановления о принудительном приводе должника по исполнительному производству, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья. Направленность умысла на совершение указанного преступления подтверждается тем, что осужденный ФИО10, достоверно знал о том, что ФИО1, являясь судебным приставом по обеспечению установленного порядка деятельности судов <данные изъяты>, на законных основаниях исполнял свои служебные обязанности по исполнению постановления судебного пристава-исполнителя ФИО3 о принудительном приводе должника ФИО8, во время данных действий пристава ФИО1 применил к нему физическое насилие не опасное для жизни и здоровья с целью воспрепятствования исполнения постановления о принудительном приводе должника. Действия осужденного квалифицированы судом в соответствии с фактическими обстоятельствами, установленными в судебном заседании.

Никаких доказательств, свидетельствующих о противоправности действий потерпевшего ФИО1, осужденный ФИО10 в судебное заседание не представил. Доводы защиты о заблуждении ФИО10 относительно правомерности действий судебного пристава по исполнению принудительного привода, своего подтверждения не нашли.

Таким образом, ни одно доказательство, юридическая сила которого вызывала сомнение, не было положено в обоснование тех или иных выводов суда. Оснований ставить под сомнение данную судом первой инстанции оценку исследованных доказательств, а также оснований для переоценки доказательств, о чем фактически ставит вопрос осужденный ФИО10 и его защитник в своих апелляционных жалобах, суд апелляционной инстанции не находит.

Всем исследованным в ходе судебного разбирательства доказательствам, показаниям потерпевших, свидетелей, а так же показаниям осужденного, письменным и иным доказательствам по делу, суд первой инстанции дал обоснованную и правильную оценку, при этом, вопреки доводам жалоб, в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ, привел доказательства, на которых обосновал выводы о виновности осужденного, и мотивы, по которым отверг другие доказательства.

Каких-либо не устраненных судом существенных противоречий в доказательствах, требующих их истолкования в пользу осужденного, в том числе, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины осужденного или на квалификацию его действий, по делу отсутствуют.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что доказательства, на основании которых суд пришел к обоснованному выводу о наличии в действиях ФИО10 инкриминируемого ему деяния, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства и являются допустимыми.

Анализ собранных по делу доказательств свидетельствует о том, что судом правильно установлены фактические обстоятельства дела и сделан обоснованный вывод о виновности ФИО10 в совершении преступления, в связи с чем квалификацию его действий по ч. 3 ст. 296 УК РФ, как насильственные действия в отношении судебного пристава, в связи с исполнением им постановления о принудительном приводе должника по исполнительному производству, совершенные с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, следует признать правильной.

Оснований сомневаться в выводах суда о виновности осужденного не имеется. Просьба об оправдания ФИО10, как о том ставится вопрос в апелляционных жалобах, исходя из представленных стороной обвинения доказательств, удовлетворению не подлежит.

Оценка доказательств произведена судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88, 307 УПК РФ, и тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией осужденного и его защитника, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению судебного акта.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона органами следствия при производстве предварительного следствия и судом при рассмотрении уголовного дела, как и принципов презумпции невиновности и состязательности сторон, влекущих отмену приговора, по делу не допущено, дело расследовано и рассмотрено полно, всесторонне и объективно. Ни судом первой инстанции, ни судом апелляционной инстанции не установлено искусственное создание доказательств обвинения ФИО10

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ. Все представленные суду доказательства были исследованы, все заявленные ходатайства рассмотрены в установленном законом порядке.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов подсудимому и его защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для дела, нарушений процессуальных прав участников процесса, повлиявших или которые могли повлиять на постановление законного, обоснованного приговора, по делу также не допущено.

Анализ материалов судебного следствия позволяет суду апелляционной инстанции сделать вывод о том, что принцип состязательности сторон судом не нарушен, каких-либо преимуществ стороне обвинения, по сравнению со стороной защиты, не предоставлялось. Как усматривается из представленных материалов уголовного дела, председательствующим судьей были созданы все условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей, и осуществления предоставленных им прав.

Наказание ФИО10 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осужденного, смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учел в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ<данные изъяты>, состояние здоровья, привлечение к уголовной ответственности впервые, мнение потерпевшего, не настаивающего на строгом наказании, а также фактическое частичное признание вины.

Отягчающим наказание обстоятельством суд обоснованно признал совершение умышленного преступления сотрудником органов внутренних дел (п. «о» ч. 1 ст. 63 УК РФ).

Кроме того, при назначении наказания судом принято во внимание состояние здоровья ФИО10, то, что на учетах у нарколога и психиатра не состоит, трудоустроен, по месту жительства характеризуется положительно.

Назначенное осужденному ФИО10 наказание по своим виду и размеру соответствует санкции ч. 3 ст. 296 УК РФ, является справедливым и смягчению не подлежит.

Судебная коллегия считает правильным вывод суда об отсутствии исключительных обстоятельств, позволяющих при назначении наказания осужденному ФИО10 применить положения ст. 64 УК РФ, также не имеется оснований и для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ.

При назначении наказания суд учел все смягчающие наказание обстоятельства. Оснований для повторного учета иных обстоятельств, как смягчающих наказание, нет.

Решение о применении при назначении наказания правил ст. 73 УК РФ в приговоре достаточно мотивировано. Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда о том, что исправление виновного возможно и целесообразно без реального отбытия им назначенного наказания в виде лишения свободы.

Нарушений уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела судом не было допущено.

С учетом изложенного, оснований для изменения приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб, не имеется. Все вопросы, которые подлежали разрешению судом при постановлении приговора, в порядке ст.299 УПК РФ, судом разрешены правильно.

Приговор соответствует требованиям ст. 297 УПК РФ, то есть является законным и обоснованным, оснований для снижения назначенного наказания по делу не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Заводского районного суда г.Кемерово от 24 апреля 2019 года в отношении ФИО10 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО10 и его защитника адвоката Финк Л.А. – без удовлетворения.

Судья

Кемеровского областного суда И.Г. Билоград