Апелляционное определение № 22-12068/2025 от 22 декабря 2025 г.

Судья Матвиюк А.А. Дело № 22-12068/2025

50RS009-01-2024-002978-58


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

23 декабря 2025 года г. Красногорск

Московской области

Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Колпаковой Е.А.,

судей Тришевой Ю.С., Абрамской О.А.,

при помощнике судьи Левагиной С.В.,

с участием прокурора Неумойчева В.Н.,

осужденного ФИО1 и адвоката Ермоленко С.И. в его защиту,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Ермоленко С.И. в защиту осужденного ФИО1

на приговор Егорьевского городского суда Московской области от <данные изъяты>, которым ФИО2 <данные изъяты>;

срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу;

зачтено в срок отбытия наказания время содержания под стражей со <данные изъяты> до дня вступления приговора в законную силу, из расчета, произведенного в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Заслушав доклад судьи Колпаковой Е.А.,

выступления осужденного ФИО1 и адвоката Ермоленко С.И. в его защиту, подержавших доводы апелляционных жалоб,

мнение прокурора Неумойчева В.Н., полагавшего приговор суда оставить без изменения,

судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

ФИО1 осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя признал частично.

В апелляционной жалобе адвокат Ермоленко С.И. в защиту осужденного ФИО1 считает приговор суда незаконным, необоснованным, несправедливым, а выводы суда - не соответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции;

не соглашаясь с данной судом оценкой показаний потерпевшего и свидетелей, как последовательных и объективных, согласующихся с иными доказательствами по делу, обращает внимание на имеющиеся в них противоречия;

ссылается на то, что Потерпевший №1 и Свидетель №2 отрицали факт применения физического насилия в отношении ФИО1, настаивали на том, что никаких телесных повреждений и следов крови на лице, руках и одежде ФИО1 не было, однако объяснить наличие его крови на месте происшествия, на изъятом складном ноже и на одежде ФИО1 не смогли, хотя указанный факт был установлен судебно-биологической экспертизой <данные изъяты> от <данные изъяты> и подтверждается свидетелями Свидетель №5, Свидетель №1 и Свидетель №14; наличие у ФИО1 телесных повреждений в виде ушиба носа и гематомы правого плеча было зафиксировано в приемном отделении Егорьевской больницы и частично подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы <данные изъяты> от <данные изъяты>, при этом суд, вопреки требованиям п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, не выяснил, в какой момент и при каких обстоятельствах в ходе конфликта ФИО1 и потерпевший Потерпевший №1 получили телесные повреждения;

оспаривает вывод суда о недостоверности версии ФИО1 о том, что его действия были спровоцированы поведением потерпевшего Потерпевший №1, который нанес ему удар в область лица, а он отмахивался ножом и целенаправленных ударов не наносил;

ссылается на то, что потерпевший Потерпевший №1 и свидетели Свидетель №2, Свидетель №5 и Свидетель №3 не отрицали, что ФИО1 в конфликт в Потерпевший №1 и Свидетель №2 не вступал, поводов для ссоры не давал, что именно Потерпевший №1 подошел к ФИО1 и стал высказывать ему претензии по поводу употребления спиртных напитков вместо ухода за больной матерью; полагает, что в ходе разговора с Потерпевший №1 у ФИО1 имелись основания опасаться за свое здоровье, поскольку Потерпевший №1 неоднократно привлекался к уголовной ответственности за преступления против личности, а незадолго до этого Потерпевший №1 и Свидетель №2 на его глазах беспричинно избили мужчину у магазина «<данные изъяты>, при этом Потерпевший №1 толкнул в грудь и ФИО1; считает, что численное превосходство агрессивно настроенных по отношению к нему Потерпевший №1 и Свидетель №2, беспричинно напавших на него и избивших, а также неспособность к активному сопротивлению вследствие сильного алкогольного опьянения, вынудили ФИО1 защищаться, отталкивая Потерпевший №1 рукой, в которой в тот момент случайно оказался складной нож; наличие телесных повреждений у ФИО1 свидетельствует о реальной угрозе для его здоровья со стороны потерпевшего Потерпевший №1 и свидетеля Свидетель №2; утверждает, что действия ФИО1 были направлены не на причинение вреда здоровью Потерпевший №1, а на защиту своего собственного здоровья от противоправных насильственных действий Потерпевший №1 и его знакомого Свидетель №2, при этом сам ФИО1 никаких угроз в адрес потерпевшего Потерпевший №1 не высказывал и ему ничем не угрожал;

указывает, что суд безосновательно не согласился с доводами защиты о необходимости переквалификации действий ФИО1 с п. «з» ч. 2 ст.111 УК РФ на ч. 1 ст. 114 УК РФ, сославшись на показания потерпевшего и свидетелей, якобы, свидетельствующих об отсутствии у ФИО1 оснований к необходимой обороне или совершении им преступления при превышении пределов необходимой обороны;

указывает, что выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания; отмечает, что не установлены мотивы действий ФИО3 в момент причинения телесных повреждений Потерпевший №1, при этом обращает внимание, что суд установил, что неприязненных отношений между ними не имелось, но одновременно указал, что преступление совершено ФИО1 из внезапно возникшей личной неприязни к Потерпевший №1 B.В. на фоне ссоры;

утверждает, что судом были допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства повлияли на вынесение законного и обоснованного судебного решения;

обращает внимание на то, что производство судебно-медицинской экспертизы <данные изъяты>, установившей проникающий характер одного из колото-резаных ранений груди Потерпевший №1, было окончено <данные изъяты>, тогда как обвинение ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, было предъявлено уже <данные изъяты>, при этом какие-либо сведения о проникающем характере одного из колото-резаных ранений груди у потерпевшего Потерпевший №1 отсутствовали, а имевшаяся в распоряжении следствия медицинская документация свидетельствовала о наличии у него двух непроникающих колото-резаных ранений левой половины грудной клетки;

полагает, что заключение судебно-медицинской экспертизы не отвечает требованиям ч. 1 ст. 88 УПК РФ по причине недостоверности, поскольку выводы о степени вреда, причиненного здоровью Потерпевший №1, сделаны экспертом исключительно на результатах компьютерной томографии грудной клетки Потерпевший №1, которые не соответствуют ни характеру оказанной ему медицинской помощи, ни клиническому диагнозу, основанному на данных операционного вмешательства и стационарного лечения Потерпевший №1, более того, результаты компьютерной томографии противоречивы и не соответствуют иным медицинским документам, предоставленным эксперту для проведения судебно-медицинской экспертизы, в связи с чем, защитой ФИО1 неоднократно заявлялось ходатайство о назначении комиссионной судебно-медицинской экспертизы в отношении Потерпевший №1, в чем было необоснованно отказано;

ссылается на заключение специалистов некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация судебных экспертов» о многочисленных нарушениях действующего законодательства и методических рекомендаций, допущенных экспертом ФИО4 при проведении судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевшего Потерпевший №1;

акцентируя внимание на имеющихся противоречиях между сведениями, содержащимися в медицинской документации Потерпевший №1 и результатами компьютерной томографии, указывает, что попытка эксперта ФИО4 преодолеть указанные противоречия в оценке результатов компьютерной томографии груди Потерпевший №1 путем собственного, вне пределов профессиональной компетенции, анализа указанных результатов, вызывает сомнения в достоверности и обоснованности его выводов о проникающем характере одного из колото-резаных ранений у Потерпевший №1;

указывая на наличие в материалах уголовного дела двух взаимоисключающих и противоречащих друг другу заключений специалистов в области судебной медицины относительно наличия либо отсутствия у Потерпевший №1 проникающего ранения левой половины грудной клетки с повреждением легкого, относящегося к тяжким телесным повреждениям, которое судом первой инстанции устранено не было, и ссылаясь на ч. 3 ст. 14 УПК РФ, просит признать недопустимым доказательством заключение судебно-медицинской экспертизы <данные изъяты> от <данные изъяты> в отношении потерпевшего Потерпевший №1 и назначить в отношении него повторную комиссионную судебно-медицинскую экспертизу;

приговор суда в отношении ФИО1 просит отменить, вынести новый приговор с учетом выводов комиссионной судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевшего Потерпевший №1

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката заместитель Егорьевского городского прокурора Пожидаев Г.В. просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнение участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия оснований для ее удовлетворения не находит.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст. ст. 304, 307-308 УПК РФ. В нем указаны обстоятельства, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности ФИО1 в инкриминируемом ему из деянии, мотивированы выводы относительно квалификации преступления, размера и вида наказания.

Судебное разбирательство по уголовному делу в суде первой инстанции проведено с соблюдением требований УПК РФ, с выяснением всех юридически значимых для правильного его разрешения обстоятельств, подлежащих доказыванию при его производстве, в том числе, касающихся места, времени, способа совершения преступлений, формы вины, мотивов, их целей и последствий.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора суда, при расследовании уголовного дела и рассмотрении его судом допущено не было.

Дело рассмотрено судом с соблюдением принципов презумпции невиновности, равенства и состязательности сторон. Права осужденного представлять доказательства, выдвигать свои версии инкриминированного ему деяния и требовать их проверки на предварительном следствии и в суде, так же как и право на защиту, нарушены не были. В процессе рассмотрения уголовного дела сторонам были созданы необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им законом прав. При этом сторона защиты наравне со стороной обвинения участвовала как в обсуждении ходатайств участников процесса, так и в исследовании доказательств. Все заявленные участниками процесса ходатайства были рассмотрены судом первой инстанции с приведением мотивов принятых решений, в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона. В то же время, несогласие одной из сторон с результатами рассмотрения заявленных ходатайств не может свидетельствовать о нарушениях прав участников процесса и необъективности суда.

Приведенные в апелляционной жалобе адвоката и поддержанные им же и осужденным в суде апелляционной инстанции доводы о неправильной правовой оценке действий осужденного, отсутствии в его действиях состава инкриминируемого преступления, судебная коллегия находит необоснованными и не подтверждающимися материалами настоящего уголовного дела.

Фактические обстоятельства изложенных в описательно-мотивировочной части приговора действий, совершенных осужденными, установлены судом правильно и основаны на оценке совокупности доказательств, полученных в предусмотренном законом порядке, всесторонне и полно исследованных непосредственно в судебном заседании.

По результатам состоявшегося разбирательства суд обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, в обоснование чего привел доказательства, соответствующие требованиям УПК РФ по своей форме и источникам получения, признанные в своей совокупности достаточными для вынесения обвинительного приговора.

В качестве доказательств, подтверждающих вину ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении, помимо показаний самого обвиняемого, не отрицавшего факт нанесения потерпевшему Потерпевший №1 телесных повреждений ножом, суд обоснованно привел в приговоре показания потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №5, ФИО5, Свидетель №8, Свидетель №4, Свидетель №11, Свидетель №12, Свидетель №1, Свидетель №14, Свидетель №6, Свидетель №7, Свидетель №10, Свидетель №13, эксперта ФИО4, протоколы очных ставок между ФИО1 и Потерпевший №1, ФИО1 и Свидетель №2, протоколы осмотра места происшествия, выемки, осмотра предметов, выводы проведенных по делу экспертиз, в том числе, заключения эксперта <данные изъяты> от <данные изъяты> в отношении Потерпевший №1, у которого установлены колото-резаные ранения левой грудной области, том числе, проникающее в левую плевральную полость с повреждением легкого, которое расценивается как причинившее тяжкий вред здоровью, а также другие доказательства, исследованные судом и приведенные в приговоре.

В приговоре содержится всесторонний анализ доказательств, на которых суд основал свои выводы, всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам суд дал надлежащую оценку. В силу требований ст. ст. 87, 88 УПК РФ каждое из исследованных доказательств суд подверг проверке и оценил с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Совокупность исследованных доказательств суд обоснованно признал достаточной для постановления в отношении ФИО1 обвинительного приговора. Данных, свидетельствующих об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения, их фальсификации, в материалах дела не содержится.

Нарушений правил проверки и оценки показаний ФИО1, частично признавшего вину, показаний потерпевшего Потерпевший №1 о нанесении ему ФИО1 двух ударов кулаком в область груди (что тот держал в руке, он не видел) и причинении двух ножевых ранений, обстоятельства совершения которых согласуются с заключениями экспертиз, а также с результатами следственных действий - осмотров места происшествия, выемки, свидетельствующих об обнаружении вещественных следов совершенного осужденным преступления, судом не допущено.

Данных о том, что какие-то важные для исхода дела доказательства суд безосновательно отверг либо незаконным образом воспрепятствовал их представлению стороной защиты для исследования, протокол судебного заседания не содержит.

Недопустимых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда и доказательств, которым суд не дал бы оценки, в деле не имеется, все противоречия в показаниях допрошенных лиц судом были выявлены и устранены путем оглашения ранее данных ими показаний, сопоставления содержащихся в них сведений между собой и с другими доказательствами по уголовному делу.

Существенных противоречий в положенных в основу приговора доказательствах, которые опровергали бы выводы суда о доказанности преступного события и причастности к нему осужденного, не установлено. Причин для оговора ФИО1 со стороны потерпевшего и свидетелей, их заинтересованности в исходе дела не усматривается.

Приведенные в приговоре показания потерпевшего и свидетелей, вопреки утверждению адвоката, согласуются между собой и с письменными доказательствами, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований не доверять им у суда не имелось, поэтому они в совокупности с другими допустимыми доказательствами обоснованно положены в основу обвинительного приговора. Фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний таким образом, что это искажало бы их существо и позволяло дать им иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, судом апелляционной инстанции не установлено.

Проверив версию ФИО1 о том, что его действия были спровоцированы поведением потерпевшего Потерпевший №1, который нанес ему удар в область лица, а он отмахивался от него ножом и целенаправленных ударов не наносил, оборонялся от нападения, суд обоснованно ее отверг, как недостоверную, указав, что данная версия не нашли своего подтверждения и опровергается показаниями потерпевшего Потерпевший №1, отрицавшего факт применения насилия в отношении ФИО1, свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №3, которые последовательно утверждали, что в ходе разговора Потерпевший №1 действительно предъявлял ФИО1 претензии в связи с тем, что тот пьет и не ухаживает за матерью, а потом услышали, как Потерпевший №1 закричал, что ФИО1 его «пырнул» и, держась руками за грудь, попросил отвезти его домой к сестре и вызвать скорую помощь. При этом, находясь в непосредственной близости от ФИО1 и Потерпевший №1, ни они, ни Свидетель №5 не видели, чтобы Потерпевший №1 наносил какие-либо удары ФИО1

При таких обстоятельствах, утверждение адвоката об избиении ФИО1 Потерпевший №1 и наличии у ФИО1 оснований опасаться за свое здоровье и защищаться, отталкивая Потерпевший №1 рукой, в которой, якобы, случайно оказался складной нож, нельзя признать убедительными.

Наличие у ФИО1 телесных повреждений в виде гематомы (кровоподтека) правого плеча, не причинившего вреда его здоровью, давность образования которого определить не представилось возможным, и неподтвержденного и не подлежащего судебно-медицинской квалификации «ушиба носа», на что обращает внимание сторона защиты, также не свидетельствует о реальной угрозе для здоровья ФИО1 со стороны кого-либо и наличии у него необходимости обороняться с помощью ножа.

Соглашаясь с оценкой, данной судом показаниям потерпевшего и свидетелей, судебная коллегия отмечает, что их показания по существу рассматриваемых событий не содержат существенных противоречий, а имеющиеся незначительные расхождения в показаниях, не свидетельствуют о их недостоверности и заведомо ложном характере. Каждый из допрошенных лиц рассказал о тех обстоятельствах, очевидцем которых являлся или о которых узнал из определенного источника, при этом их совокупность позволяет в достаточной мере воссоздать картину происшедшего и дать этому оценку.

Также, вопреки доводам адвоката, суд правомерно использовал в качестве доказательства заключение эксперта <данные изъяты> от <данные изъяты>, проверив его на предмет допустимости, достоверности и относимости, при этом учитывал полноту проведенных исследований, логичность и непротиворечивость сделанных выводов во взаимосвязи с другими доказательствами по делу, и руководствовался при этом положениями ч. 2 ст. 17 УПК РФ. Заключение эксперта, положенное в основу приговора, дано уполномоченным лицом, имеющим значительный стаж работы в соответствующей области экспертной деятельности, в рамках процедуры, установленной уголовно-процессуальным законом и ведомственными нормативными актами, с соблюдением методик исследования, содержит ответы на все поставленные перед экспертом вопросы, научно обосновано, аргументировано, не имеет каких-либо существенных противоречий и не вызывает сомнений в своей объективности. Эксперт предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений по ст. 307 УК РФ, о чем свидетельствуют его подпись в заключении. Заключение эксперта соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, согласуется с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, оснований не доверять изложенным в нем выводам у суда не имелось.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО4 полностью подтвердил сделанное им заключение в отношении Потерпевший №1, показав, что в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы им были изучены медицинская карта Потерпевший №1, карта вызова скорой медицинской помощи, кроме того, им лично был просмотрен диск со сведениями компьютерного обследования потерпевшего, а также отобраны дополнительные пояснения хирурга и лечащего врача Потерпевший №1, пояснение врача лучевой диагностики; предоставленных материалов было достаточно для проведения судебно-медицинской экспертизы в отношении Потерпевший №1, колото-резанное ранение у которого повредило легкое, что подтверждается наличием пневмоторокса и ярко выраженной эмфиземы, то есть скопления воздуха.

Заключение эксперта ФИО4 <данные изъяты> от <данные изъяты> недопустимым доказательством не признавалось, и оснований к этому не имеется, поскольку выводы эксперта, приведенные в приговоре, не противоречат показаниям свидетеля Свидетель №11 – хирурга, оперировавшего Потерпевший №1, и показавшего в суде, что у Потерпевший №1 имелись две колото-резанные раны грудной клетки слева; им (свидетелем) была проведена операция - ПХО раны, после проведения которой Потерпевший №1 продолжил стационарное лечение в ЕЦРБ; при осмотре глубину раны он не смог определить; им были заполнены медицинская карта, история болезни Потерпевший №1, протокол операции; в день поступления пациенту была сделана компьютерная томография грудной клетки в области раны, в котором были выявлены признаки небольшого проникновения, наличие небольшого количества жидкости в плевральной полости, что свидетельствует о проникающем ранении, однако, в связи с тем, что к моменту операции заключение по проведенному обследованию не было готово, в медицинской карте им были отражены преждевременные сведения о непроникающем характере ранения; стабильное состояние пациента при доставлении на машине скорой помощи в ЕЦРБ объяснил отсутствием массивной кровопотери, при этом указал, что сопутствующий диагноз «пневмония» у Потерпевший №1 явился следствием повреждения легочной ткани от колото-резанного ранения.

Давая оценку представленному стороной защиты заключению специалистов некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация судебных экспертов» <данные изъяты> от <данные изъяты>, которое по существу является рецензией на заключение эксперта <данные изъяты> от <данные изъяты>, суд обоснованно признал его недопустимым доказательством, поскольку специалисты, давшие заключение, не проводя по уголовному делу исследований в рамках предусмотренной уголовно-процессуальным законом процедуры, не будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, дали ответы на вопросы, требующие экспертного исследования, а по существу - рецензию на предмет достоверности заключения эксперта, то есть вышли за пределы предоставленных им уголовно-процессуальным законом полномочий.

Так как в силу уголовно-процессуального законодательства, в частности ч. 1 ст. 58, ч. 3 ст. 80 УПК РФ, оценка материалов уголовного дела и заключения эксперта в компетенцию специалиста не входит, суд правильно не принял в качестве доказательства указанное заключение специалистов, подготовленное по поручению стороны защиты, и их показания, в которых те подтвердили свои суждения в обоснование выдвинутой осужденным версии об обстоятельствах происшествия.

Оснований не согласиться с данной судом оценкой указанных заключений судебная коллегия не усматривает, а приведенные в апелляционной жалобе адвоката доводы о некомпетентности эксперта ФИО4, недостоверности и противоречивости его выводов, изложенных в заключении, считает несостоятельными.

Заключение судебно-медицинской экспертизы в отношении Потерпевший №1 суд оценил во взаимосвязи с другими фактическим данными и исследованными доказательствами, что дало суду возможность положить его в основу приговора как доказательство, подтверждающее виновность осужденного ФИО1 Для назначения повторной либо дополнительной судебно-медицинской экспертизы, о чем ставился вопрос стороной защиты, у суда оснований не было; не нашла таковых и судебная коллегия.

С доводами защиты о неправильной квалификации преступления, ссылками на отсутствие у ФИО1 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1 и его (ФИО2) обороне от действий последнего, вследствие чего действия осужденного подлежат квалификации по ч. 1 ст. 114 УК РФ, судебная коллегия не соглашается.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что характер действий осужденного, выразившихся в нанесении неоднократных ударов ножом в грудь потерпевшего, то есть в область расположения жизненно важных органов, свидетельствует о наличии у ФИО1 прямого умысла на причинение Потерпевший №1 тяжкого вреда здоровью. Нанося ножом указанные удары Потерпевший №1, ФИО1 не мог не осознавать общественную опасность своих действий и не предвидеть возможность наступления тяжких последствий и желал их наступления.

Анализ данных, имеющихся в материалах уголовного дела, вопреки доводам апелляционной жалобы, позволяет сделать вывод о правильности установленных судом фактических обстоятельств дела, законности и обоснованности приговора суда. Правильность оценки доказательств и установленных на их основании фактических обстоятельств дела сомнений не вызывают. Каких-либо не устраненных судом первой инстанции существенных противоречий в доказательствах, требующих их истолкования в пользу осужденного, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины ФИО1, не усматривается.

Описание деяния, признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, цели и об иных данных, позволяющих судить о событии преступлений, причастности к ним осужденного ФИО1 и его виновности, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного.

Несогласие стороны защиты с оценкой доказательств, к чему по существу сводятся доводы жалобы адвоката, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, и о недоказанности вины осужденного в инкриминированном деянии.

С учетом установленных по делу обстоятельств, направленности умысла осужденного и наступивших последствий, суд правильно квалифицировал действия ФИО1 по ст.111 ч.2 п. «з» УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия. Оснований для иной квалификации совершенного осужденным преступления не имеется.

С приводимыми адвокатом доводами о чрезмерной суровости назначенного ФИО1 наказания судебная коллегия согласиться не может.

При назначении наказания осужденному суд в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывал характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, данные о личности ФИО1, который не судим, к административной ответственности за год, предшествующий совершению преступления, не привлекался, состоит под наблюдением врача - нарколога, под наблюдением врача психиатра не состоит, разведен, имеет сына <данные изъяты> г.р., по месту жительства характеризуется неудовлетворительно.

Активное способствование в расследовании преступления, частичное признание вины, наличие несовершеннолетнего сына и наличие на иждивении матери, являющейся инвалидом 1 группы, учтены судом в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1

Оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства противоправного поведения потерпевшего судом не установлено и из материалов дела не усматривается, поскольку поводом для совершения преступления явился конфликт между находящимися в состоянии алкогольного опьянения потерпевшим и осужденным, возникший на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений. Достоверные доказательства того, что именно потерпевший своим противоправным поведением спровоцировал конфликт, в материалах уголовного дела отсутствуют.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Таким образом, все заслуживающие внимания обстоятельства при решении вопроса о виде и размере наказания судом учтены, назначенное осужденному ФИО1 с учетом требований ч. 1 ст. 62 УК РФ наказание является справедливым и соразмерным содеянному. Новых данных о наличии смягчающих обстоятельств, которые бы не были известны суду первой инстанции либо которые в силу требований закона могли бы являться безусловным основанием для смягчения назначенного осужденному наказания, в жалобе не приводится.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершения преступления, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, судом не установлено, в связи с чем, оснований для применения в отношении ФИО1 ст. 64 УК РФ не усматривается. Отсутствуют основания и для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 73 УК РФ.

Вид исправительного учреждения осужденному правильно назначен в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора суда, при расследовании уголовного дела и рассмотрении его судом допущено не было.

Руководствуясь ст.ст.38913, 38920, 38928 УПК РФ, судебная коллегия,

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Егорьевского городского суда Московской области от <данные изъяты> в отношении ФИО2 мс оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления судебного решения в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии судебного решения, вступившего в законную силу. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: