Решение № 02-5205/2025 2-5205/2025 от 2 октября 2025 г. по делу № 02-5205/2025

77RS0015-02-2022-016535-06

Дело 2-5205/2025


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 августа 2025 года адрес

Люблинский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Стратоновой Е.Н., при секретаре фио,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-5205/2025 по иску ФИО1 к ФИО2. ФИО3 о признании предварительного договора купли-продажи земельного участка, недействительным, применении последствий недействительности сделки, -

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к ответчикам ФИО2, ФИО3 о признании предварительного договора купли-продажи земельного участка от 01 октября 2012 года, заключенного между ФИО2 и ФИО3, недействительным, применении последствий недействительности сделки.

В обоснование иска указано, что на основании решения Адлерского районного суда адрес исковые требования ФИО3 к фио, ФИО1 о разделе общего имущества супругов, - удовлетворить. Признать задолженность фио перед ФИО3 по решению Люблинского районного суда адрес от 15 декабря 2016 года по делу №2-7665/16 в размере сумма общим долгом супругов фио и ФИО1, распределив его между ними в равных долях. Взыскать с фио в пользу ФИО3 сумму задолженности в размере сумма. Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 сумму задолженности в размере сумма. ФИО3 обратилась в суд к фио моему бывшему супругу и ко мне ФИО1 с иском о разделе общего имущества супругов. Заявленные требования мотивировала тем, что вступившим в законную силу решением Люблинского районного суда адрес от 15.12.2016 с фио в пользу ФИО3 взыскана денежная сумма в размере сумма. Денежные средства взысканы за неисполнение условий предварительного договора купли-продажи земельного участка и договора задатка. Адлерским РОСП адрес ГУ ФССП по адрес 17.07.2017 возбуждено исполнительное производство № 67468/17/23022-ИП, должником по которому является фио фио период принудительного исполнения денежные средства в счет исполнения требований исполнительного документа на счет истца не поступали. При рассмотрении гражданского дела в Люблинском районном суде адрес истцу стало известно о заключении предварительного договора купли-продажи земельного участка.

Решением Люблинского районного суда адрес от 08 февраля 2024 года (л.д. 174-178 том дела II) исковые требования ФИО1 к ФИО2. ФИО3 о признании предварительного договора купли-продажи земельного участка, недействительным, применении последствий недействительности сделки, были оставлены без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 02 сентября 2024 года решение Люблинского районного суда адрес от 08 февраля 2024 года, было оставлено без изменения. (л.д. 314, 315-318 том дела II)

Определением судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 18 февраля 2025 года решение Люблинского районного суда адрес от 08 февраля 2024 года, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 02 сентября 2024 года, были отменены. (л.д. 152, 153- 158 том дела III)

Судебной коллегией было отмечено, что как усматривается из материалов дела, А.И., являясь истцом по делу, неоднократно, как в суд первой, так и апелляционной инстанциях, в связи с проживанием в адрес, ходатайствовала о рассмотрении дела посредством видеоконференц-связи.

Вместе с тем, имея в деле соответствующие ходатайства, как от 22 января 2024 г., так и 19 августа 2024 г. и 30 августа 2024 г., ни суд первой инстанции, ни суд апелляционной инстанции, проверявший законность принятого судом первой инстанции судебного постановления, данные ходатайства не разрешили, решения по ним не приняли.

Истец фио судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания.

Ответчики и третьи лица в суд не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, об уважительности причин неявки не сообщили, с ходатайством об отложении судебного разбирательства не обращались. В ходе судебного разбирательства ФИО2 представлены письменные возражения относительно заявленных требований, содержащие в себе также заявление о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии с принципом диспозитивности гражданского процесса стороны самостоятельно распоряжаются своими материальными и процессуальными правами. В отношении участия в судебном заседании это означает возможность вести свои дела как лично, так и через своего представителя (ч. 1 ст. 48 ГПК РФ), представлять доказательства, давать письменные объяснения (ст. 135 ГК РФ), а равно отказаться от участия в деле.

Принимая во внимание положения ст. ст. 115, 116 ГПК РФ, а также ч. 1 ст. 165.1 ГК РФ, в силу которой сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним, суд считает возможным, в соответствии с ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

Изучив и исследовав материалы дела, и оценив представленные доказательства с учетом требований ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод.

В соответствии с частью 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу ст. 153 Гражданского кодекса РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса РФ).

По договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование (п. 1 ст. 606 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии с пп. 1 и 3 ст. 607 Гражданского кодекса РФ в аренду могут быть переданы земельные участки и другие обособленные природные объекты, предприятия и другие имущественные комплексы, здания, сооружения, оборудование, транспортные средства и другие вещи, которые не теряют своих натуральных свойств в процессе их использования (непотребляемые вещи). В договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды. При отсутствии этих данных в договоре условие об объекте, подлежащем передаче в аренду, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным.

В силу положений ст. 614 Гражданского кодекса РФ, а также ч. 3 ст. 424 Гражданского кодекса РФ в случаях, когда в возмездном договоре цена не предусмотрена и не может быть определена исходя из условий договора, исполнение договора должно быть оплачено по цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары, работы или услуги.

Таким образом, существенным условием договора аренды являются данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды.

Согласно п. 1 ст. 429 Гражданского кодекса РФ по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

Пунктом 2 статьи 429 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что не допускается заключение предварительного договора в устной форме. Предварительный договор заключается в форме, установленной для основного договора, а если форма основного договора не установлена, то в письменной форме. Несоблюдение правил о форме предварительного договора влечет его ничтожность.

Предварительный договор, по условиям которого стороны обязуются заключить договор, требующий государственной регистрации, не подлежит государственной регистрации (ст. ст. 158, 164, п. 2 ст. 429 Гражданского кодекса РФ).

Основной договор должен быть заключен в срок, установленный в предварительном договоре, а если такой срок не определен, - в течение года с момента заключения предварительного договора (п. 4 ст. 429 Гражданского кодекса РФ).

В п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" разъяснено, что для признания предварительного договора заключенным достаточно установить предмет основного договора или условия, позволяющие его определить (пункт 3 статьи 429 ГК РФ). Например, если по условиям будущего договора сторона обязана продать другой стороне индивидуально-определенную вещь, то в предварительный договор должно быть включено условие, описывающее порядок идентификации такой вещи на момент наступления срока исполнения обязательства по ее передаче.

Отсутствие в предварительном договоре иных существенных условий основного договора само по себе не свидетельствует о незаключенности предварительного договора.

Не совершение ни одной из сторон действий, направленных на заключение основного договора, в течение срока, установленного для его заключения, свидетельствует об утрате интереса сторон в заключении основного договора, в силу чего по истечении указанного срока обязательство по заключению основного договора прекращается (п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49).

В силу п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

По общему правилу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 указанного кодекса).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Таким образом, при рассмотрении доводов о мнимости договора, суд должен установить, что отсутствие намерений создания правовых последствий имелось у обеих сторон сделки.

В соответствии с п. 2 ст. 617 Гражданского кодекса РФ в случае смерти гражданина, арендующего недвижимое имущество, его права и обязанности по договору аренды переходят к наследнику, если законом или договором не предусмотрено иное.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (п. 3 ст. 166 Гражданского кодекса РФ).

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях (п. 4 ст. 166 Гражданского кодекса РФ).

Исходя из системного толкования п. 1 ст. 1, п. 3 ст. 166 и п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке (п. 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее- постановление Пленума ВС РФ N 25)).

В п. 84 постановления Пленума ВС РФ N 25 разъяснено, что согласно абз.2 п. 3 ст. 166 Гражданского кодекса РФ допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной. В случае удовлетворения иска в решении суда о признании сделки недействительной должно быть указано, что сделка является ничтожной.

По смыслу вышеуказанного, истцом по таким спорам может являться лицо, имеющее материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, в чью правовую сферу эта сделка вносит неопределенность и на чье правовое положение она может повлиять.

Из материалов дела следует, что 01 октября 2012 года между ФИО2, действующий от имени фио и ФИО3 был заключен предварительный договор купли-продажи земельного участка, согласно условиям, которого стороны обязуются заключить в будущем договор купли-продажи земельного участка, основные условия которого стороны определяют в настоящем предварительном договоре.

Пунктом 1.12. предварительного договора определено, что на момент заключения настоящего договора продавец является собственником земельного участка: кадастровый номер 23:49:0407005:3060, категория земель: земли населенных пунктов, назначения разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, общая площадь 1500 кв.м., расположен по адресу: адрес, адрес.

Помимо предварительного договора купли-продажи земельного участка, 01 октября 2012 года между ФИО2, действующий на основании доверенности от имени фио и ФИО3 был заключен договор о задатке, согласно условиям которого покупатель передал Продавцу задаток в сумме сумма в счет оплаты по предварительному договору купли продажи земельного участка от «01» октября 2012 г.

Если за неисполнение предварительного договора купли- продажи земельного участка от «01» октября 2012 г. ответственен Покупатель, задаток остается у Продавца. Если за неисполнение договора ответственен Продавец, то он обязан уплатить Покупателю двойную сумму задатка. (п. 2. Договора о задатке)

Срок действия договора задатка устанавливается с момента его подписания и действует до 29 декабря 2012г. В случае возникновения осложнений по регистрации прав продавца на земельный участок, при добросовестном выполнении обязанностей продавца срок договора продляется на два месяца. (п. 5 договора о задатке)

01 октября 2012 года от имени фио, действующего на основании доверенности от имени фио, была составлена расписка о получении денежных средств в размере сумма за продаваемый земельный участок по адресу: кадастровый номер 23:49:0407005:3060, категория земель: земли населенных пунктов, назначения разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, общая площадь 1500 кв.м., расположен по адресу: адрес, адрес по предварительному договору купли-продажи земельного участка и договора о задатке.

Из представленного в адрес суда согласия за № 23 АД 085381, составленного 31.12.2009 года, заверенного нотариусом адрес фио 31.12.2009 г. следует, что ФИО1 дала согласие своему супругу фио на отчуждение в любой форме на его условиях и по его усмотрению, за цену на его усмотрение, следующее имущество: земельный участок, кадастровый номер 23:49:0407005:3060, категория земель: земли населенных пунктов, назначения разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, общая площадь 1500 кв.м., расположен по адресу: адрес, адрес.

25 июля 2013 года между фио (продавец) и фио, фио был заключен договор купли-продажи земельного участка, кадастровый номер 23:49:0407005:3060, категория земель: земли населенных пунктов, назначения разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, общая площадь 1500 кв.м., расположен по адресу: адрес, адрес.

Пунктом 1.3. договора определено, что согласие ФИО1, супруги фио, на продажу нажитого в браке имущества, состоящего из земельного участка, получено.

Указанный земельный участок продается за сумма(. 2.1. договора)

При заключении вышеуказанных договоров от имени продавца фио действовал ФИО2 на основании нотариально удостоверенной доверенности от 30 декабря 2009 года, которому предоставлено право продать принадлежащий фио земельный участок, с правом подписания договора купли-продажи, договора залога, соглашения (договор) о задатке, предварительного договора с передачей аванса, и с правом получения денежных средств.

Доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами (п. 1 ст. 185 ГК РФ).

Действие доверенности на момент заключения оспариваемой сделки прекращено не было.

Решением Люблинского районного суда адрес от 15 декабря 2016 года по гражданскому делу № 2-7665/2016 по иску ФИО3 к фио о взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами, исковые требования были удовлетворены.

Решением Адлерского районного суда адрес от 11 апреля 2022 года по гражданскому делу № 2-789/2022 по иску ФИО3 к фио, ФИО1 о разделе общего имущества супругов, исковые требования были удовлетворены, признана задолженность фио перед ФИО3 по решению Люблинского районного суда адрес от 15 декабря 2016 года по гражданскому делу № 2-7665/2016 в размере сумма общим долгом супругов фио и ФИО1

Апелляционным определением Краснодарского краевого суда от 22 марта 2023 года решение Адлерского районного суда адрес от 11 апреля 2022 отменено. По делу принято новое решение, которым требования ФИО3 удовлетворены. Суд признал задолженность фио перед ФИО3 по решению судьи Люблинского районного суда адрес от 15 декабря 2016 года в размере сумма общим долгом супругов фио и фио в равных долях. Взыскал с фио в пользу ФИО3 денежные средства в размере сумма. Взыскал с ФИО1 в пользу ФИО3 денежные средства в размере сумма. Судебная коллегия по гражданским делам Краснодарского краевого суда пришла к выводу, что возникший долг перед ФИО3 является общим обязательством супругов; ФИО1, выдавая нотариальное согласие на отчуждение объекта, знала о действиях супруга и не опровергла факт того, что полученные денежные средства по предварительному договору не были реализованы в интересах семьи.

Как следует из представленного в адрес суда свидетельства о расторжении брака от 11.11.2014 года за № II-АГ 778216 между ФИО1 и фио, брак между сторонами прекращен на основании решения Адлерского районного суда адрес от 19 июня 1992 года.

Решением Адлерского районного суда адрес от 22 июня 2023 года по гражданскому делу № 2-2242/2023 по иску ФИО1 к ФИО2, фио о взыскании солидарно денежных средств в размере сумма, процентов за пользование чужими денежными средствами, в удовлетворении исковых требований было отказано.

В соответствии со ст. 13 ГПК РФ, вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей адрес.

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Как следует из текста апелляционного определения от 22 марта 2023 года, с 05 сентября 1990 года, и на момент заключения вышеуказанных договоров (01 октября 2012 года), фио состоял в зарегистрированном браке с ФИО1, которая в силу положений ст. 35 СК РФ и ст. 256 ГК РФ, 30 декабря 2009 года дала нотариальное согласие фио произвести отчуждение в любой форме на его условиях и по его усмотрению, в том числе за цену, вышеуказанного земельного участка.

Фактически брак между супругами расторгнут 11 ноября 2014 года, что подтверждается свидетельством о расторжении брака.

Соответственно, поскольку денежные средства фио получил от ФИО3 по вышеуказанной сделке в период брака с А., которая дала свое согласие на отчуждение объекта, что свидетельствует о наличии осведомленности супруги о действиях фио, и ФИО1 не опровергла факт того, что полученные денежные средства по предварительному договору не были реализованы в интересах семьи, судебная коллегия по гражданским делам Краснодарского краевого суда пришла к выводу, что требования ФИО3 о признании долговых обязательств общим долгом супругов и взыскании суммы долга с ответчиков в равных долях, подлежат удовлетворению.

Также судом установлено, что допустимых доказательств расходования фио указанных денежных средств (сумма) не на семейные нужды суду не представлено. При этом доказательств, подтверждающих, что полученные фио денежные средства в качестве задатка были потрачены на какие-то определенные цели, не связанные с нуждами семьи, материалы дела не содержат.

Доказательств, подтверждающих ведение раздельного хозяйства, раздельного проживания и отсутствия взаимных отношений между супругами в период оформления предварительного договора купли-продажи и соглашения о задатке, материалы дела не содержат.

Таким образом, установив, что расходование полученных фио по соглашению о задатке денежных средств не на нужды семьи не опровергнуто соответствующими доказательствами, принимая во внимание общность семейного бюджета, отсутствие сведений об объективном расхождении целей и интересов супругов, судебная коллегия пришла к выводу, что долг фио перед ФИО3 является совместным обязательством супругов фио.

Обращаясь в Люблинский районный суд адрес с иском фио и ФИО3 о признании недействительным предварительного договора купли-продажи от 01 октября 2012 года недействительным и применении последствий его недействительности, А. указала на то, что на момент заключения оспариваемого договора его стороны достоверно знали о том, что документы на продаваемый земельный участок не оформлены надлежащим образом; Б., не проверив правоустанавливающие документы на приобретаемый объект недвижимости, отдала в качестве задатка сумма, что фактически является стоимостью участка по договору купли-продажи; в рамках рассматриваемых судами иных дел с участием сторон данного спора фио и ФИО3 не представлено доказательств передачи ФИО1 денежных средств за продажу участка; ответчиками также не оспаривалась сделка купли-продажи земельного участка от 25 июля 2013 года, на которую истец давала нотариальное согласие и по которой этот участок был продан всего за сумма. Указанно, по мнению истца, свидетельствует о мнимости и притворности сделки (ст. 170 ГК РФ).

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Исходя из положений указанной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить факт того, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Бремя доказывания мнимого характера сделки возлагается на лицо, обратившееся с указанными требованиями.

Притворная же сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит не совершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является. Таким образом, по основанию притворности недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Учитывая изложенное, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора.

В соответствии с п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Из изложенного следует, что доказывать обратное должен тот, кто связывает с этим правовые последствия.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, применительно к рассматриваемому спору бремя доказывания обстоятельств недействительности сделки лежит на истце.

Доводы стороны истца о том, что предварительный договор купли-продажи совершался под давлением и в отсутствие согласия со стороны истца, судом отклоняются, поскольку указанные доводы никакими доказательствами не подтверждены.

В силу п. 2 ст. 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в абз. 2 п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В п. п. 7, 8 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 25 разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

По основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

Таким образом, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора.

В соответствии с пунктами 1 - 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1).

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (пункт 2).

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3).

Как следует из пункта 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Ссылки истца на то, что предварительный договор купли-продажи от 01.10.2012 года является притворной сделкой, также необоснованны, поскольку не содержат указания на то, какую иную сделку прикрывает указанный договор.

Указания истца на заблуждение относительно существа сделки, а также доводы об обмане со стороны ответчиков, судом также отклоняются.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, суду следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Абзацами 4 и 5 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку злоупотребление правом при заключении договора купли-продажи со спорным объектом или иные пороки указанных сделок (мнимость) бесспорными доказательствами не подтверждены, суд не обнаружил оснований для признания указанного договора недействительным.

В соответствии с положениями действующего законодательства, при наличии спора о заключенности договора, суд должен оценивать обстоятельства дела в их взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 ГК Российской Федераици.

Из общих начал гражданского законодательства вытекает правило, согласно которому сторона, подтвердившая каким-либо образом действие договора, не вправе ссылаться на недействительность этого договора ("эстоппель"). Данное правило является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК Российской Федерации).

При заключении предварительного договора купли-продажи, стороной истца не представлено доказательств нарушения и допущения недобросовестного поведения для целей заключения оспариваемого договора.

Предъявленное требование по своей сути направлено на констатацию отсутствия между истцом и ответчиками правоотношений из поименованного предварительного договора, однако, это утверждение ошибочно, а поведение истца недобросовестное, принимая во внимание, что оспариваемый предварительный договор заключен в предусмотренном законодательством порядке, содержит личные подписи его участников, его форма и содержание корректны оснований для признания договора незаключенным не имеется.

Исполнение предварительного договора может быть обеспечено задатком (пункт 4 статьи 380 ГК Российской Федерации). Задаток, выданный в обеспечение обязательств по предварительному договору лицом, обязанным совершить платеж (платежи) по основному договору, зачисляется в счет цены по заключенному основному договору (пункт 1 статьи 380 ГК Российской Федерации), (пункт 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора").

Разрешая спор, суд оценивая относимость, допустимость и достоверность каждого из представленных доказательств в отдельности, а равно достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, исходя из правового анализа вышеприведенных норм в их взаимосвязи, а также с учетом установленных обстоятельств дела, исходя из того, что истцом не представлено доказательств того, что оспариваемая сделка была направлена на достижение других правовых последствий и прикрывала иную волю участников сделки, приходит к выводу о том, что заявленные исковые требования о признании сделки по заключению предварительного договора купли-продажи земельного участка от 01 октября 2012 года притворной, не подлежат удовлетворению.

При этом судом также учтены условия договора, действия сторон после заключения договора, которые также не свидетельствуют об отношении к договору как мнимому.

Вместе с тем, истец также в исковом заявлении ссылалась на то, что оспариваемая сделка была заключена под обманом и вводом в заблуждение.

Согласно ст. 178 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент совершения оспариваемой сделки), сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу приведенной нормы сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля стороны сложилась неправильно вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение относительно существа сделки, ее правовых последствий, в результате чего совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Однако ФИО1 непосредственно стороной оспариваемой сделки от 01 октября 2012 года не является, тогда, как ни одной из сторон сделки требования о признании ее недействительной по основаниям заключения под влиянием заблуждения не заявлялись.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ).

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Предварительный договор купли-продажи земельного участка от 01 октября 2012 года по своему содержанию соответствует требованиям закона и иным правовым актам; участники сделки в должной мере правосубъектны, то есть обладали правоспособностью и необходимым для данных сделок объемом дееспособности; воля участников сделки была направлена на достижение определенного правового результата; волеизъявление выражено участниками в требуемой законом форме.

Доводы истца основаны лишь на ее субъективном мнении, тогда как в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ доказательств, достоверно подтверждающих заключение оспариваемого Договора под влиянием обмана также не представлено.

Кроме того, заявление стороны ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности заслуживает внимания суда.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, чье право нарушено (ст. 195 ГК РФ).

Таким образом, нарушенное право подлежит защите в сроки, установленные законом.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, в силу п. 2 ст. 199 ГК Р является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Приведенный выше пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагает, что начало течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки, а соответственно и по требованиям о признании ее недействительной, обусловлено не субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, - а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения такой сделки.

Как разъясняется в пункте 101 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

Днем начала исполнения ничтожной сделки для целей исчисления срока исковой давности считается день, когда одна сторона приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию исполнения.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 2 пункта 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в силу прямого указания закона мнимая или притворная сделки относятся к ничтожным сделкам (статья 170 ГК РФ). Поэтому к правоотношениям сторон подлежат применению положения пункта 1 статьи 181 ГК РФ, согласно которым срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.

Так, из материалов дела усматривается, что о заключении фио и ФИО3 предварительного договора купли-продажи от 01 октября 2012 года фио узнала в ходе рассмотрения Люблинским районным судом адрес гражданского дела N 2-7665/2016 по иску ФИО3 к фио о взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами, где ФИО1 являлась третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора.

То есть об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, истец должна была узнать не позднее декабря 2016 года. Между тем, с исковым заявлением в суд истец обратилась только в сентябре 2022 года, то есть по истечении установленного ст. 181 ГК РФ срока для защиты нарушенного права.

Оснований для неприменения последствий пропуска срока исковой давности, у суда не имеется.

При таких обстоятельствах, суд находит требования необоснованными и неподлежащими удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198, ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2. ФИО3 о признании предварительного договора купли-продажи земельного участка, недействительным, применении последствий недействительности сделки – отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца с даты принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Люблинский районный суд адрес.

Судья Е.Н. Стратонова

Решение изготовлено в окончательной форме 03 октября 2025 года

Судья Е.Н. Стратонова