Решение № 7(1)-134/2025 от 14 декабря 2025 г. по делу № 7(1)-134/2025

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


РЕШЕНИЕ

г. Белгород 15 декабря 2025 г.

Судья Белгородского областного суда Каюков Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу С. на постановление судьи Старооскольского городского суда Белгородской области от 10 октября 2025 г.

по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП Российской Федерации), в отношении С.,

установил:

указанным постановлением С. признана виновной в административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 КоАП Российской Федерации, за которое лишена права управления транспортными средствами на 1 год 6 месяцев.

В жалобе она просила изменить постановление и назначить административный штраф.

В судебном заседании С., её защитник А. поддержали жалобу. Потерпевший Ф., его представитель О. возражали против удовлетворения жалобы.

По результатам рассмотрения жалобы выносится следующее решение.

КоАП Российской Федерации (ч. 2 ст. 12.24) установлена административная ответственность за нарушение Правил дорожного движения, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего.

Согласно Правилам дорожного движения Российской Федерации, утверждённым постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (п. 1.5); водитель транспортного средства, приближающегося к нерегулируемому пешеходному переходу, обязан уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть (трамвайные пути) для осуществления перехода (п. 14.1).

Требование уступить дорогу (не создавать помех) означает, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, то есть право на первоочередное движение в намеченном направлении по отношению к другим участникам движения, изменить направление движения или скорость (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17 мая 2023 г. № 24-П).

Из дела усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут на <адрес> С., управляя автомобилем <данные изъяты> (государственный регистрационный знак №), совершила наезд на Ф. на нерегулируемом пешеходном переходе, вследствие которого пешеходу причинён средний тяжести вред здоровью.

Приведенные обстоятельства доказаны протоколом об административном правонарушении от 23 августа 2025 г., протоколом осмотра места происшествия, видеозаписью происшествия, объяснениями С., показаниями потерпевшего Ф., заключением судебно-медицинской экспертизы, иными имеющимися в деле документами.

В этой связи судьёй городского суда сделаны выводы о наличии события административного правонарушения, его квалификации по ч. 2 ст. 12.24 КоАП Российской Федерации и виновности в нём С.

Оснований для иных выводов по указанным вопросам, разрешённым с учётом предписаний ст. 1.5 КоАП Российской Федерации, не имеется, в том числе и по доводам жалобы.

Обстоятельства дела установлены на основе оценки всех собранных доказательств с соблюдением ст. 26.11 КоАП Российской Федерации и дают основания полагать, что именно нарушение С. п.п. 1.5, 14.1 Правил дорожного движения Российской Федерации привело к указанному дорожно-транспортному происшествию. Дорожные и метеорологические условия, видимость в направлении движения и обзорность автомобиля позволяли ей своевременно обнаружить пешехода Ф. и предпринять соответствующие меры в целях безопасности. Не препятствовали этому и действия самого Ф.

Собранные доказательства достаточны, не содержат таких противоречий и нарушений закона, которые бы вызвали неустранимые сомнения в правильности установления этих обстоятельств и привлечения С. к административной ответственности. Выводы в постановлении соответствуют установленным обстоятельствам. Необходимости в проведении автотехнической экспертизы не имелось.

Степень тяжести вреда, причинённого здоровью потерпевшего, определена с соблюдением требований ст. 26.4 КоАП Российской Федерации, Федеральных законов «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (ст. 62) и «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (глава IV).

Заключение судебно-медицинской экспертизы составлено квалифицированным экспертом, является обоснованным, ясным и полным, содержит ход исследования, основанного на медицинских сведениях и документах о состоянии здоровья потерпевшего, в том числе сделанных ему 30 апреля 2025 г. томографии и рентгенографии, ответы на поставленные вопросы и выводы, соответствующие результатам исследования и действовавшим в то время медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённым приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. № 194н.

Проведение судебно-медицинской экспертизы без непосредственного обследования потерпевшего не свидетельствует о недопустимости данного заключения.

Порядок определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, установленный перечисленными выше нормативными положениями, не содержит прямого указания на обязательное (принудительное) непосредственное обследование живого лица при проведении судебно-медицинской экспертизы и не исключает её проведение по представленным эксперту медицинским документам в случае, когда живое лицо, в отношении которого назначена такая экспертиза, не явилось и не может быть доставлено на экспертизу либо отказывается от медицинского обследования.

В определении о назначении судебно-медицинской экспертизы имеется заявление потерпевшего о проведении экспертизы без его участия.

Представленные медицинские документы позволяли эксперту определить степень тяжести вреда, причинённого здоровью потерпевшего.

Доводы жалобы не дают убедительных оснований для признания данного заключения недопустимым или недостоверным доказательством.

Протокол об административном правонарушении от 23 августа 2025 г. (л.д. 5-6) составлен с соблюдением требований ст. 28.2 КоАП Российской Федерации. Неявка С. и её защитника, потерпевшего и его представителя, извещённых в установленном законом порядке (л.д. 67-70), не препятствовала составлению этого протокола.

Ссылки в жалобе на постановление о признании Ф. потерпевшим от 9 июня 2025 г. и протокол об административном правонарушении от 9 июля 2025 г. не могут повлечь отмену постановления, поскольку не свидетельствуют о нарушении процессуальных прав участников производства по делу и об ином объёме обстоятельств дела, предусмотренных ст. 26.1 КоАП Российской Федерации (относительно изложенных в постановлении о признании Ф. потерпевшим от 9 июля 2025 г. (л.д. 8-9), протоколе об административном правонарушении от 23 августа 2025 г. и установленных судьёй городского суда).

Доводы в жалобе о том, что рукописные записи в объяснениях Ф. от 30 апреля 2025 г. (л.д. 13), расписке и подписке о разъяснении прав потерпевшему от 9 июля 2025 г. (л.д. 11) выполнены не Ф., а иным лицом, также не могут повлечь вывода о необоснованном привлечении С. к административной ответственности. В деле имеются иные сведения о непосредственном информировании Ф. 16 июля 2025 г. о его процессуальных правах потерпевшего (л.д. 70). В судебном заседании им даны показания, которые по существу не противоречат объяснениям от 30 апреля 2025 г. и иным собранным доказательствам об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия. Кроме того, заключение почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, приложенное к жалобе в подтверждение указанных доводов, не может быть признано достоверным доказательством, поскольку составивший его эксперт не был предупреждён об административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, не использовал в исследовании образцы подписи Ф., приближенные по времени к объяснениям от 30 апреля 2025 г.

Право С. на защиту не нарушено. Ей были разъяснены права, предусмотренные ст. 51 Конституции Российской Федерации и ст. 25.1 КоАП Российской Федерации, она лично участвовала в заседании городского суда, давала объяснения, пользовалась юридической помощью защитника. Все заявленные ею и её защитником ходатайства, в том числе о назначении автотехнической и дополнительной судебно-медицинской экспертиз, разрешены с учётом ст. 24.4 КоАП Российской Федерации и имеющихся доказательств.

Административное наказание назначено с соблюдением ст. 3.1, 3.8, 4.1 КоАП Российской Федерации и в пределах, установленных ч. 2 ст. 12.24 КоАП Российской Федерации, с учётом характера административного правонарушения, личности виновного лица, его семейного, трудового и имущественного положения, обстоятельств, отягчающих административную ответственность (повторное совершение однородного административного правонарушения) и смягчающих её (частичное добровольное возмещение причинённого ущерба, наличие малолетнего ребёнка), мнения потерпевшего.

При этом принято во внимание, что С. грубо нарушила порядок пользования правом на управление транспортным средством, поскольку допустила нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации, создающее по своему характеру реальную угрозу жизни, здоровью граждан и повлекшее причинение вреда здоровью пешехода).

Совокупность перечисленных обстоятельств позволяла судье городского суда сделать вывод о невозможности назначения иного вида административного наказания (административного штрафа).

Законных оснований для освобождения С. от административной ответственности либо изменения назначенного ей наказания не имеется.

Ссылки в жалобе на обстоятельства, которые уже были учтены судьёй городского суда при назначении наказания, а также на признание вины, оказание помощи потерпевшему – с учётом грубого нарушения порядка пользования правом на управление транспортным средством, наступивших последствий – не могут являться основаниями для применения административного штрафа.

Утверждение С. о невиновности в административных правонарушениях, предусмотренных ч. 2 ст. 12.9 КоАП Российской Федерации, не могут быть учтены, поскольку законность и обоснованность соответствующих постановлений не опровергнута в порядке, предусмотренном главой 30 КоАП Российской Федерации.

Доводы о вине Ф. в нарушении Правил дорожного движения Российской Федерации подлежат отклонению, так как при рассмотрении дела об административном правонарушении разрешается вопрос о наличии вины в административном правонарушении исключительно в отношении лица, привлекаемого к административной ответственности.

Несогласие лица, привлечённого к административной ответственности, с изложенными в постановлении оценкой доказательств и выводами само по себе не влечёт удовлетворение жалобы.

Существенные нарушения процессуальных требований КоАП Российской Федерации, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, не допущены.

Постановление соответствует требованиям ст. 29.10 КоАП Российской Федерации, мотивировано, вынесено полномочным судьёй с соблюдением порядка и срока привлечения виновного лица к административной ответственности.

Исходя из ч. 1 ст. 29.11 КоАП Российской Федерации, резолютивная часть постановления объявлена немедленно по окончании рассмотрения дела 9 октября 2025 г., а в полном объёме постановление изготовлено 10 октября 2025 г. День изготовления постановления в полном объёме является днём его вынесения.

Следовательно, постановление подлежит оставлению без изменения.

Руководствуясь ст. 30.6, 30.7 КоАП Российской Федерации, судья

решил:

постановление судьи Старооскольского городского суда Белгородской области от 10 октября 2025 г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 КоАП Российской Федерации, в отношении С. оставить без изменения, её жалобу – без удовлетворения.

Вступившие в законную силу постановление и решение по результатам рассмотрения жалобы могут быть обжалованы (опротестованы) и пересмотрены в соответствии со ст. 30.12 – 30.19 КоАП Российской Федерации.

Судья Д.В. Каюков