Апелляционное постановление № 22К-2156/2025 от 20 августа 2025 г. по делу № 3/2-33/2025

Судья: Хадисова С.И. материал № 22к-2156/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Махачкала 21 августа 2025 года

Верховный Суд Республики Дагестан в составе: председательствующего судьи Курбанова Р.Д., при секретаре судебного заседания Омарпашаевой М.И., с участием прокурора Оздемирова М.Р., представителя потерпевшего ФИО5 – ФИО6, обвиняемого ФИО1 и его защитника - адвоката Кадырова Г.М., рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи материалы по апелляционной жалобе защитника-адвоката Кадырова Г.М. на постановление Хасавюртовского городского суда Республики Дагестан от 7 августа 2025 г., которым в отношении

ФИО1, родившегося <дата> в <адрес>, гражданина Российской Федерации, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ,

срок содержание под стражей продлен на 24 суток, т.е. с 8 августа 2025 г. по 1 сентября 2025 г.

Изучив материалы, заслушав выступления защитника - адвоката и обвиняемого, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора и представителя потерпевшего, полагавшие апелляционную жалобу подлежащим оставлению без удовлетворения, а постановление суда без изменения, суд

у с т а н о в и л:

18 февраля 2025 г. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ, в рамках которого 22 февраля 2025 г. в качестве подозреваемого был задержан ФИО1, в порядке ст. 91-92 УПК РФ.

22 февраля 2025 г. ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ.

24 февраля 2025 г. Хасавюртовским городским судом Республики Дагестан в отношении обвиняемого ФИО1 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, с установлением определенных запретов.

18 апреля 2025 г. срок действия меры пресечения в виде домашнего ареста продлен по решению суда на 1 месяц, т.е. по 18 мая 2025 г.

Следователь, в производстве которого находится уголовное дело, с согласия руководителя, обратился в суд с ходатайством об изменении обвиняемому ФИО1 данной меры пресечения на заключение под стражу в связи с нарушением им установленных ограничений.

Постановлением Хасавюртовского городского суда Республики Дагестан от 15 мая 2025 г. ходатайство следователя, возбужденное в порядке ст. ст. 110, 108 УПК РФ, признано судом обоснованным и удовлетворено. Мера пресечения в отношении ФИО1 была изменена с домашнего ареста на заключение под стражу сроком на 1 месяц, т.е. по 18 июня 2025 г. Данная мера пресечения неоднократно продлевалась, последний раз сроком на 24 суток, т.е. по 1 сентября 2025 г. на основании постановления Хасавюртовского городского суда от 7 августа 2025 г.

В апелляционной жалобе адвокат Кадыров Г.М. не соглашаясь с таким решением, находя постановление незаконным и необоснованным, полагает, что выводы суда, приведенные в постановлении, противоречат материалам, представленным и исследованным в суде.

Утверждает, что свое решение о продлении срока самой жесткой меры пресечения суд обосновал следующими обстоятельствами: тяжесть вмененного преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ, максимальное наказание за которое предусмотрено в виде лишения свободы сроком до 5 лет; оставаясь на свободе, обвиняемый может скрыться от следствия и суда; может продолжить заниматься преступной деятельностью; может угрожать свидетелям, а также воспрепятствовать установлению истины по делу, что, по мнению суда, не позволяет избрать ФИО1 более мягкую меру пресечения, что в совокупности с обстоятельствами преступления, в совершении которого он обвиняется, данным о личности обвиняемого, позволило суду сделать вывод о невозможности изменения ФИО1 меры пресечения на более мягкую.

Обращает внимание, что на вопрос защиты следователю о том, предпринимал ли ФИО1 попытки скрыться от следствия, находясь под домашним арестом, следователь ответил, что ФИО1 не предпринимал таких попыток. Более того, следователь показал, что ФИО1 22 февраля 2025г. обратился в здание МВД явкой с повинной и на протяжении всего следствия давал правдивые признательные показания и являлся к следователю по первому требованию. При таких обстоятельствах в отсутствие доказательств следствия, о наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, суд необоснованно пришел к выводу, о том, что оставаясь на свободе ФИО1 может скрыться от следствия и суда и воспрепятствовать производству по делу.

Отмечает, что нарушение ФИО1 меры пресечения, в период нахождения под домашним арестом, носило единичный характер и не имело каких-либо последствий для расследования дела, то есть является не существенным правонарушением.

Считает, что своим поведением после совершения преступления ФИО1 деятельно показал, что ему возможно избрать иную, более мягкую меру пресечения, и он не скроется от следствия и суда, но суд не взял это во внимание и не дал этому соответствующую оценку. Кроме того, суд не привел ни одного обоснования, почему ФИО1 не может быть избрана иная мера пресечения, не связанная с реальным лишением свободы с учетом, наличия на иждивении супруги, малолетних детей, больной матери, отсутствия отягчающих обстоятельств, явки с повинной и постоянного места жительства, по которому он характеризуется исключительно с положительной стороны.

Отмечает, что защитой были представлены и исследованы судом: согласие долевых собственников жилья и правоустанавливающие документы на дом, из которого следует, что они в случае изменение меры пресечения ФИО1 на домашний арест, не возражают против его проживания в их домовладении в период следствия и суда.

Считает, что суд не привел в своем постановлении доказательств, свидетельствующих о реальной возможности совершения обвиняемым действий, указанных в ст. 97 УПК РФ.

Защита также обращала внимание на незаконность задержание ФИО1 и делала замечания на протокол задержания, а именно: следователь, при указании оснований и мотивов задержания указал, что лицо застигнуто при совершении преступления (п.1 ч.1 ст.91 УПК РФ), тогда как из материалов дела следует, что события преступления имели место 16 февраля 2025 г., уголовное дело возбуждено 18 февраля 2025 г., а ФИО1 обратился в отделение полиции с явкой с повинной 22 февраля 2025 г. Таким образом, протокол задержания подозреваемого получен с грубыми нарушениями норм процессуального права, влечет признание его незаконным. Однако суд не дал никакой оценки сделанным замечаниям.

Отмечает, что у ФИО1 нет имущества за границей, а также загранпаспорта. Будучи тесно связанным социальными связями, ФИО1 нет смысла и желания скрываться от следствия и суда. А также то обстоятельство, что его соучастник ФИО8 находится под домашним арестом.

Полагает, что при избрании и продлении меры пресечения суд также должен учесть, как данная мера пресечения может повлиять на положение его семьи, например на то, что уход за больной матерью осуществляет ФИО1.

С учетом вышеизложенного, просит отменить постановление суда и избрать в отношении ФИО1 иную, более мягкую меру пресечения, в виде домашнего ареста по месту его жительства или залог.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнения участников уголовного судопроизводства, суд апелляционной инстанции находит постановление суда законным и обоснованным.

По уголовному делу, направляемому прокурору с обвинительным заключением, по ходатайству следователя, возбужденному в порядке ч. 3 и ч. 8 ст. 108 УПК РФ, срок содержания под стражей может быть продлен для обеспечения принятия прокурором, а также судом решений по поступившему уголовному делу на срок, продолжительность которого определяется с учетом положений ч. 1 ст. 221 и ч. 3 ст. 227 УПК РФ.

Как следует из представленных материалов, в связи с тем, что к моменту принятия решения о направлении уголовного дела в суд срок содержания под стражей обвиняемого ФИО1 оказался недостаточным для выполнения требований, предусмотренных ст. ст. 221, 227 УПК РФ, следователь правомерно обратился в суд с ходатайством о продлении ФИО1 срока содержания под стражей в соответствии с требованиями ч. 8.1 ст. 109 УПК РФ.

Судом проверены все доводы и исследованы обстоятельства, которые в соответствии с требованиями ст. ст. 97, 99, 108, 109 УПК РФ, необходимы для принятия решения о продлении срока содержания под стражей обвиняемого и невозможности применения в отношении него меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей.

Удовлетворяя ходатайство следователя о продлении обвиняемому ФИО1 срока содержания под стражей, суд первой инстанции правильно исходил из того, что по данному уголовному делу необходимо выполнить требования ч. 2.1 ст. 221 и ч. 3 ст. 227 УПК РФ.

Таким образом, указанные требования уголовно-процессуального закона, а также иные, регламентирующие условия и порядок применения меры пресечения в виде заключения под стражу, а также ее продление, по настоящему делу не нарушены.

Фактов волокиты в действиях лиц, производящих расследование, как и неэффективной организации предварительного расследования, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений требований ст. 6.1 УПК РФ о разумном сроке уголовного судопроизводства и каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о необоснованном продлении в отношении ФИО1 срока содержания под стражей в данном случае, судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции не установлено.

Принимая решение о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО1 суд, согласившись с доводами ходатайства, указал, что оснований для отмены или изменения ранее избранной в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу не имеется, при этом учел то, что ФИО1 ранее избранная мера пресечения была нарушена, в связи с чем он был заключен под стражу, учел данные о личности обвиняемого, в том числе и те, на которые ссылается сторона защиты в жалобе, конкретные обстоятельства по делу, и пришел к выводу о наличии достаточных оснований полагать, что, в случае избрания более мягкой меры пресечения, обвиняемый может воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Исходя из исследованных материалов, с учетом личности обвиняемого, которые были учтены судом первой инстанции, и конкретных обстоятельств дела, суд пришел к правильному выводу о том, что оснований, предусмотренных ст. 110 УПК РФ для изменения или отмены избранной ранее меры пресечения, не имеется, обстоятельства, которые послужили основанием для избрания данной меры пресечения, не изменились и не отпали.

При рассмотрении ходатайства следователя о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, судом обсуждался вопрос об избрании обвиняемому ФИО1 иной меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей, однако суд обоснованно не нашел оснований для избрания ему более мягкой меры пресечения.

Вопреки доводам жалобы, постановление суда отвечает предъявляемым требованиям, а выводы мотивированы не только тяжестью предъявленного обвинения, но и наличием достаточных оснований полагать, что, обвиняемый ФИО1, в случае избрания ему более мягкой меры пресечения, может скрыться, либо иным путем воспрепятствовать производству по делу, поскольку ранее им уже нарушалась избранная в отношении него мера пресечения, что явилось основанием для избрания ему меры пресечения в виде заключения под стражу.

С учетом приведенных выше обстоятельств, суд апелляционной инстанции в настоящее время также не усматривает оснований для изменения обвиняемому ФИО1 меры пресечения, на не связанную содержанием под стражей. Окончание следственных действий и направление уголовного дела прокурору, не свидетельствуют о том, что обвиняемый лишен намерений и возможности скрыться, либо иным путем воспрепятствовать производству по делу.

Доводы стороны защиты о наличии у обвиняемого постоянного места жительства, положительных характеристик, семьи и родителей на иждивении и об отсутствии намерений скрываться не могут служить безусловным основанием для отмены обжалуемого постановления. Как видно из материалов, обосновывающих ходатайство следователя, мера пресечения в виде заключения под стражу была избрана в отношении обвиняемого не только в целях обеспечения его личного участия при проведении ряда следственных действий, но прежде всего, в связи с наличием рисков, предусмотренных ст. 97 УПК РФ.

Медицинского заключения, свидетельствующего о наличии у обвиняемого ФИО1 заболеваний, входящих в перечень заболеваний, препятствующих содержанию под стражей, утвержденный Постановлением Правительства Российской Федерации от 14 января 2011 года N 3, суду первой и апелляционной инстанции не представлено.

При рассмотрении ходатайства следователя суд проверил соблюдение следователем положений уголовно-процессуального закона при возбуждении уголовного дела, требований ст. ст. 91, 92 УПК РФ при задержании обвиняемого, порядка предъявления обвинения, регламентированного гл. 23 УПК РФ, и по результатам исследования письменных материалов пришел к обоснованному выводу о том, что представленные материалы содержат достаточные данные, свидетельствующие о наличии у органов предварительного расследования обоснованных подозрений в причастности ФИО1 к инкриминируемому деянию.

Процедура рассмотрения судом ходатайства следователя о продлении срока содержания обвиняемого ФИО1 под стражей соответствует требованиям уголовно-процессуального закона. Судебное заседание проведено с соблюдением положений ст. 15 УПК РФ, в условиях состязательности сторон. Суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, исследовал все представленные сторонами материалы и в точном соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ разрешил по существу все заявленные ходатайства.

Постановление суда отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, основано на объективных данных, содержащихся в исследованных в судебном заседании материалах, вынесено с соблюдением уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации.

Вместе с тем обжалуемое постановление подлежит изменению, по следующим основаниям.

Обосновывая необходимость продления срока содержания под стражей, суд, в описательно-мотивировочной части постановления пришел к выводу о невозможность закончить следствие без проведения ряда процессуальных действий, в том числе с участием обвиняемого, направленных на окончание производства по уголовному делу и необходимость выполнения определенного объеме процессуальных действий и о том, что ФИО1 может оказать воздействие на свидетелей, скрыться от следствия и суда, продолжит заниматься преступной деятельностью, однако указанные риски в ходатайстве следователя заявлены не были и к тому же расследование по уголовному делу завершено, а ходатайство о продление сроков содержания под стражей обусловлено было для обеспечения принятия прокурором, а также судом решений по поступившему уголовному делу на срок, продолжительность которого определяется с учетом положений ч. 1 ст. 221 и ч. 3 ст. 227 УПК РФ, в связи с чем указанные выводы подлежат исключению из постановления суда.

В резолютивной части постановления судом неправильно исчислены сроки продления ФИО1 содержания под стражей, указав их исчисление с 8 августа 2025 г., однако при прежнем продлении сроков содержания под стражей они были установлены по 9 августа 2025 г., а срок, продолжительность которого определяется с учетом положений ч. 1 ст. 221 и ч. 3 ст. 227 УПК РФ оканчивается 1 сентября 2025 г. и составляет 23 сутки.

Однако данные обстоятельства не свидетельствуют о незаконности принятого решения, тем более что, мотивируя это решение, суд первой инстанции исходили из совокупности обстоятельств, обосновывающих необходимость продления сроков содержания под стражей в отношении ФИО1.

Каких-либо иных нарушений норм уголовно - процессуального законодательства РФ, влекущих отмену обжалуемого постановления, в том числе по доводам жалобы, суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

постановление Хасавюртовского городского суда Республики Дагестан от 7 августа 2025 г. о продлении сроков содержания ФИО1 под стражей изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части постановления выводы о невозможность закончить следствие без проведения ряда процессуальных действий, в том числе с участием обвиняемого, направленных на окончание производства по уголовному делу и необходимость выполнения определенного объеме процессуальных действий и о том, что ФИО1 может оказать воздействие на свидетелей, скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью;

уточнить, что мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 продлена на 23 сутки, то есть с 9 августа 2025 г. по 1 сентября 2025 г.

В остальном это же постановление оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции.

Подозреваемый (обвиняемый) вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: