Апелляционное постановление № 22-309/2025 от 10 марта 2025 г. по делу № 1-60/2024

Дело № 22-309/2025 КОПИЯ

УИД 33RS0013-01-2024-000955-19 судья Бодрова Е.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

11 марта 2025 года г. Владимир

Владимирский областной суд в составе:

председательствующего

при секретаре

с участием прокурора

осужденного

защитника-адвоката

ФИО1,

ФИО2,

Смирновой Е.В.,

ФИО3,

Павленчик Т.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО3 адвоката Павленчик Т.В. на приговор Меленковского районного суда Владимирской области от 25 ноября 2024 года, которым

ФИО3, ****, несудимый,

осужден по ч.1 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы на срок 1 год, с установлением ограничений: не выезжать за пределы территории муниципального образования ****; не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; а также с возложением обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы 1 раз в месяц для регистрации.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставлена без изменений.

Также приговором разрешена судьба вещественных доказательств по уголовному делу.

Изложив содержание приговора, существо апелляционной жалобы адвоката, возражений прокурора и представителя потерпевшего, заслушав выступления осужденного ФИО3, его защитника-адвоката Павленчик Т.В., поддержавших апелляционную жалобу, прокурора Смирновой Е.В., полагавшей необходимым приговор оставить без изменений, апелляционную жалобу – без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором ФИО3 признан виновным в нарушении лицом, управляющим механическим транспортным средством, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено 25 июня 2024 года на 52 километре автомобильной дороги «ФИО4 – Муром – Нижний Новгород» на расстоянии около 696 метров восточнее от дома № 25 по ул. Жесткова г. Меленки Владимирской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО3 адвокат Павленчик Т.В. выражает несогласие с постановленным приговором в виду его незаконности. Указывает, что ФИО3 нарушений правил дорожного движения не допускал и не имел технической возможности предотвратить столкновение транспортных средств, следовательно в его действиях отсутствует состав преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ. Ссылаясь на заключение эксперта **** (т.1 л.д. 147-149), сообщает, что потерпевший Потерпевший №1 сам грубо нарушил правила дорожного движения, превысив предельно допустимую скорость движения мотоцикла, чем лишил себя возможности остановиться и предотвратить столкновение с автомобилем, находившимся под управлением осужденного. По мнению апеллянта, именно действия потерпевшего находятся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями. Цитируя приговор в части описания преступного деяния, приводит доводы о противоречивости выводов относительно нарушения ФИО3 п. 8.2 Правил дорожного движения, при этом отмечает, что прибывшие на место дорожно-транспортного происшествия сотрудники ГИБДД нарушений в действиях осужденного не усмотрели. Обращает внимание на то, что потерпевший в нарушение правил дорожного движения не имел права управления мотоциклом, который к тому же не был поставлен на учет и не имел государственного регистрационного знака, что снижает степень защищенности участников дорожного движения. Приводит доводы о том, что в приговоре не отражены сведения о составлении в отношении потерпевшего протоколов об административных правонарушениях предусмотренных ч.1 ст.12.1, ч.1 ст. 12.7 КоАП РФ, что повлияло на вердикт в отношении осужденного. Сообщает о недопустимости в качестве доказательства заключения судебной медицинской экспертизы **** от 12 июля 2024 года (т.1 л.д. 134-135), поскольку приведенные в ней анкетные данные потерпевшего не соответствуют действительности. Оспаривает допустимость протокола следственного эксперимента (т.1 л.д. 119-122), поскольку в нарушение требований ст. 181 УПК РФ в эксперименте принимал статист ****, а не потерпевший, использовался мотоцикл красного, а не сине-черного цвета, для участия в следственном действии не был приглашен ФИО3, в связи с чем в результате следственного действия фактически проверена возможность выполнения определенных действий иным лицом, а не ее подзащитным. Не соглашается с ограничением по выезду за переделы муниципального образования ****, установленным для ФИО3, поскольку оно препятствует осуществлению им его трудовой деятельности, являющейся единственным источником дохода для его семьи. Перечисляя обстоятельства, смягчающие осужденному наказание, полагает, что у суда имелись основания признать их совокупность исключительной и применить к ФИО3 положения ст. 64 УК РФ, смягчив назначенное ему наказание. На основании изложенного автор апелляционной жалобы просит приговор отменить, с учетом уточнений, высказанных в судебном заседании суда апелляционной инстанции, вынести оправдательный приговор.

В возражениях на жалобу представитель потерпевшего **** с приведением мотивов просит оставить апелляционную жалобу без удовлетворения. Вместе с тем, приводит доводы о чрезмерно мягком виде наказания, назначенного ФИО3, однако в итоге предлагает приговор оставить без изменений.

Государственным обвинителем с приведением доводов также поданы возражения на апелляционную жалобу, в которых он предлагает приговор оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Согласно ч.2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона. Приведенным требованиям закона обжалуемый приговор соответствует не в полной мере.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37-39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела. Приговор содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, целях и наступивших последствиях. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, изложены выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ. При этом выводы суда не содержат предположений и неустранимых противоречий.

В суде первой инстанции ФИО3 с предъявленным обвинением не согласился, указав на свое участие в дорожно-транспортном происшествии, но отрицая виновность в нем, поскольку, выполняя поворот налево во время и в месте, указанных в обвинении, он, включив левый указатель поворота, убедился в безопасности своего маневра, после чего приступил к его выполнению, а столкновение транспортных средств стало возможным в результате превышения скоростного режима потерпевшим. Не поменялась указанная позиция и в суде апелляционной инстанции.

Несмотря на это, вина осужденного по предъявленному обвинению объективно подтверждается доказательствами, исследованными судом первой инстанции и подробно приведенными в приговоре.

Потерпевший Потерпевший №1 в судебном заседании показал, что днем 25 июня 2024 года он, управляя мотоциклом, двигался по автодороге из г. Муром в сторону г. ФИО4. При подъезде к автозаправочной станции неожиданно для него большегрузный автомобиль с прицепом, двигавшийся во встречном направлении, стал поворачивать налево, выехав на полосу движения потерпевшего. Последний стал тормозить, но избежать дорожно-транспортного происшествия, в котором он получил телесные повреждения, не удалось.

Данные показания подтверждены Потерпевший №1 с демонстрацией на местности при проверке его показаний на месте, проведенной 19 сентября 2024 года, установлено расстояние между мотоциклом и грузовиком в момент начала выполнения последним поворота налево. Данное расстояние составило 112 метров.

Свидетели Свидетель № 2 и Свидетель №1 показали, что после того как грузовик стал поворачивать налево – на АЗС, с ним столкнулся мотоцикл.

Обстоятельства дорожно-транспортного происшествия зафиксированы камерой видеонаблюдения, установленной на здании АЗК **** АО «Рязаньнефтепродукт». Согласно указанной видеозаписи, а также протоколу ее осмотра от 30 августа 2024 года грузовой автомобиль, двигаясь по правой полосе автомобильной дороги относительно по направлению своего движения, без остановки повернул налево, после чего с ним столкнулся мотоцикл, следовавший во встречном направлении по отношению к грузовику. Маневр поворота автомобиля начат в 14 часов 12 минут 14 секунд, а столкновение транспортных средств зафиксировано в 14 часов 12 минут 16 секунд.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 25 июня 2024 года дорожно-транспортное происшествие произошло на участке местности, расположенном в районе АЗК **** АО «Рязаньнефтепродукт», на 52 км дороги «ФИО4 – Муром – Нижний Новгород» на расстоянии около 696 метров восточнее от дома № 25 по ул. Жесткова г. Меленки Владимирской области.

В соответствии с протоколом следственного эксперимента от 11 июля 2024 года установлено расстояние, на протяжении которого на автодороге «ФИО4 – Муром – Нижний Новгород» из кабины автомобиля, расположенного в районе въезда на АЗК **** АО «Рязаньнефтепродукт» просматривается двигающийся со стороны г. Муром мотоцикл. Данное расстояние составило 473 метра.

Заключением судебно-медицинской экспертизы **** от 12 июля 2024 года установлено, что у Потерпевший №1 были обнаружены телесные повреждения, причинившие тяжкий вред его здоровью по признаку опасности для жизни и как вызывающие значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи, которые могли быть получены 25 июня 2024 года в результате дорожно-транспортного происшествия.

Кроме того, вина осужденного в содеянном подтверждается и другими доказательствами, исследованными судом и подробно приведенными в приговоре.

Суд оценил и проанализировал все исследованные в суде доказательства, представленные сторонами, в их совокупности. Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Анализ положенных в основу приговора доказательств, а равно их оценка, подробно изложены судом в приговоре, при этом суд не ограничился только указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, убедительно мотивировав свои выводы.

Оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей у суда не было, поскольку они последовательны, логичны, не имеют существенных противоречий, согласуются между собой и с другими исследованными по делу доказательствами, не противоречат фактическим обстоятельствам уголовного дела. Обстоятельств, которые могли бы повлиять на объективность показаний указанных лиц, как и обстоятельств, которые свидетельствовали бы об их заинтересованности в исходе дела и давали бы основания полагать, что они оговаривают осужденного, по делу не установлено.

Следственные действия, их содержание, ход и результаты, зафиксированные в соответствующих протоколах, проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, полученные в ходе следственных действий сведения согласуются с другими доказательствами и не противоречат фактическим обстоятельствам уголовного дела, в связи с чем оснований не доверять им также не имеется.

Доводы апеллянта о недопустимости протокола следственного эксперимента были предметом рассмотрения суда первой инстанции, которым оставлены без удовлетворения с приведением к этому убедительных мотивов. С данной оценкой суд апелляционной инстанции соглашается. Как следует из протокола указанного следственного действия, эксперимент проведен с соблюдением требований ст. 181 УПК РФ, протокол его проведения составлен в соответствии со ст. 166 УПК РФ. Обязательное участие ФИО3 и Потерпевший №1 в проведении указанного следственного действия законом не предусмотрено. Использование при его проведении мотоцикла цвета, отличного от цвета мотоцикла, ставшего участником дорожно-транспортного происшествия, с учетом фактических обстоятельств преступления и выясняемых обстоятельств о недостоверности результатов, полученных в результате эксперимента, не свидетельствуют. Более того данные, полученные по итогам названного процессуального действия, согласуются с иными доказательствами и не противоречат фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Судебная медицинская экспертиза по делу проведена квалифицированным специалистом, выводы эксперта мотивированны, они не противоречат иным доказательствам по уголовному делу. Оснований сомневаться в компетентности эксперта, объективности его выводов, суд апелляционной инстанции не усматривает.Довод апелляционной жалобы об ошибочности персональных данных потерпевшего, внесенных в заключение эксперта, не является основанием для признания его недопустимым доказательством. Как правильно указал суд первой инстанции, допущенные ошибки имеют явно технический характер. Согласно вводной и резолютивной частей заключения эксперта исследование проводилось в отношении Потерпевший №1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ года, описки в годе рождения потерпевшего, допущенные в описательной части заключения, выводы эксперта под сомнение не ставят. Кроме того, анализ совокупности всех исследованных доказательств, а также фактических обстоятельств уголовного дела приводит к выводу об отсутствии обоснованных причин сомневаться в том, что медицинское исследование проводилось именно в отношении потерпевшего Потерпевший №1, а также в результатах, полученных экспертом.

При этом, вывод суда, изложенный при описании преступного деяния, о том, что нарушение ФИО3 требований п. 8.2 ПДД РФ состоит в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями, является необоснованным, на что обращено внимание в апелляционной жалобе адвоката. Требования указанного пункта о необходимости до начала выполнения маневра подавать сигнал указателями поворота, а также о запрете этим сигналом вводить иных участников движения в заблуждение к настоящему делу не относятся, поскольку не вменялись осужденному (судом первой инстанции установлено, что перед выполнением поворота ФИО3 включил левый указатель поворота, в том же направлении и стал поворачивать) и в причинной связи с последствиями не состоят, как и общие положения указанного пункта о том, что включение указателя поворота не дает преимущества водителю. При таких обстоятельствах, действия ФИО3 по нарушению п. 8.2 ПДД РФ подлежат исключению из объема обвинения и осуждения, что влечет снижение назначенного осужденному наказания.

Исключение п. 8.2 ПДД РФ не ставит под сомнение виновность ФИО3 в преступлении, поскольку факт нарушения им иных пунктов ПДД РФ, повлекших причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1, сомнений не вызывает.

Вопреки позиции апеллянта, оснований полагать, что потерпевший получил телесные повреждения по причине того, что сам нарушил правила дорожного движения, допустив превышение скорости, не имеется, поскольку именно маневр ФИО3 при повороте налево, связанный с выездом на полосу дороги, предназначенную для движения встречных транспортных средств, привел к созданию помехи для движения мотоцикла, находившегося под управлением Потерпевший №1, имеющего приоритет в данной дорожной ситуации, что, в свою очередь, создало условия для дорожно-транспортного происшествия, повлекшего причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, то есть именно действия осужденного состоят в прямой причинно-следственной связи с указанными последствиями.

Суд апелляционной инстанции не соглашается с утверждением апеллянта о том, что отсутствие у потерпевшего права на управление мотоциклом и не постановка указанного транспортного средства на государственный регистрационный учет, свидетельствует о невиновности ФИО3, поскольку названные адвокатом нарушения не состоят в причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

В связи с изложенным довод апелляционной жалобы о том, что отсутствие в приговоре сведений относительно составления в отношении потерпевшего протоколов об административных правонарушениях, предусмотренных ч.1 ст.12.1, ч.1 ст. 12.7 КоАП РФ, негативно повлияли осужденного, суд апелляционной инстанции признает несостоятельными.

С учетом всего вышеизложенного, довод адвоката об отсутствии в действиях ФИО3 состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ, признается судом апелляционной инстанции не подлежащим удовлетворению.

Довод защитника о том, что прибывшие не место происшествия сотрудники ГИБДД не выявили в действиях ФИО3 каких-либо нарушений пунктов Правил дорожного движения, не ставит под сомнение виновность осужденного, подтвержденную доказательствами, содержание которых приведено выше. Также следует отметить, что указанное адвокатом обстоятельство преюдициального значения при рассмотрении уголовного дела не имеет, кроме того при наличии в действиях лица признаков преступления, его привлечение к административной ответственности за те же действия является недопустимым в силу положений ч.2 ст. 6 УК РФ.

Действия ФИО3 судом первой инстанции квалифицированы верно – по ч.1 ст.264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим механическим транспортным средством, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

При назначении наказания ФИО3 судом указано, что в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ им учитываются характер и степень общественной опасности преступления, смягчающие наказание обстоятельства, личность осужденного, влияние назначаемого наказания на его исправление и условия жизни семьи.

При этом судом правильно приняты во внимание данные о личности осужденного, согласно которым он ранее к уголовной ответственности не привлекался, по месту жительства и работы характеризуется положительно, женат, имеет малолетнего ребенка.

Вместе с тем, мотивируя выводы о наказании, суд учел то, что ФИО3 привлекался к административной ответственности за правонарушения в области дорожного движения. При этом, судом не были приняты во внимание требования уголовного закона и разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, приведенные в постановлении от 22 декабря 2015 года №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», согласно которым, к сведениям о личности, которые подлежат учету при назначении наказания, относятся характеризующие виновного сведения, которыми располагает суд именно на момент постановления приговора.

Согласно же материалам дела ФИО3 действительно привлекался к административной ответственности 30 августа 2023 года по ч.2 ст.12.9 КоАП РФ к административному наказанию в виде штрафа, оплаченного в соответствии с требованиями ч.1.3 ст. 32.2 КоАП РФ, то есть в течение 20 дней с момента вынесения постановления (то есть не позднее 19 сентября 2023 года), которое вступило в законную силу 11 сентября 2023 года. Следовательно, с учетом положений ст. 4.6 КоАП РФ, на момент постановления обжалуемого приговора (25 ноября 2024 года) ФИО3 считается не привлекавшимся к административной ответственности, в связи с чем ссылка об этом на основании п.3 ст. 389.15 УПК РФ подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора, а назначенное ему наказание – снижению.

Информация о привлечении ФИО3 к административной ответственности по ч.1 ст. 12.5 КоАП РФ не может учитываться при назначении ему наказания, поскольку соответствующее постановление и вынесено, и вступило в законною силу уже после совершения им преступления, то есть на момент дорожно-транспортного происшествия осужденный не являлся лицом, привлеченным к административной ответственности по ч.1 ст. 12.5 КоАП РФ.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО3, суд обосновано признал **** оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после преступления; признание своей причастности к совершению преступления; иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, путем перечисления на банковский счет потерпевшего денежных средств в размере 50 000 рублей; несоблюдение потерпевшим п.п. 10.1, 10.3 ПДД РФ; принесение виновным публичных извинений; состояние его здоровья.

При этом суд первой инстанции не нашел оснований для признания объяснений ФИО3 в качестве явки с повинной и (или) активного способствования раскрытию и расследованию преступления. Свои выводы суд убедительно мотивировал, оснований не согласиться с ними суд апелляционной инстанции не усматривает.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденному, суд первой инстанции обосновано не установил.

Суд первой инстанции в приговоре пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения ФИО3 наказания в виде ограничения свободы, что позволит достичь целей уголовного наказания, предусмотренных ч.2 ст. 43 УК РФ. Кроме того назначение иных видов наказания, предусмотренных санкцией ч.1 ст. 264 УК РФ, в отношении ФИО3 невозможно в силу положений общей части УК РФ.

При этом, имеющиеся у осужденного смягчающие обстоятельства и обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, его поведение во время и после совершения преступления, не являются исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности содеянного, в связи с чем оснований для применения ст. 64 УК РФ при назначения наказания ФИО3, несмотря на суждения автора жалобы о наличии такой возможности, суд апелляционной инстанции не находит.

Оснований не согласиться с мотивированными выводами суда о возможности сохранения за осужденным права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, не имеется.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит приговор суда подлежащим изменению и в соответствии с п.3 ст.389.15 УПК РФ – ввиду неправильного применения уголовного закона, по следующим основаниям.

Так, по смыслу положений ст.53 УК РФ, а также разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, изложенных в п.п.17, 18 постановления от 22 декабря 2015 года №58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», осужденный не вправе совершать те либо иные действия, установленные ему в качестве ограничений при условии отсутствия на это согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством РФ.

Однако, установив осужденному ФИО3 два ограничения, суд указал, что лишь одно из них – не изменять место жительства или пребывания, он не может без согласия специализированного государственного органа осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а другое – не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования – установлено как безусловное, что противоречит вышеприведенным требованиям действующего законодательства, предоставляющим право совершения и этих действий, но при согласии органа, ведающего исполнением наказания данного вида, в случаях, предусмотренных законодательством РФ.

Таким образом, резолютивная часть приговора в части назначенного ФИО3 наказания в виде ограничения свободы подлежит уточнению путем указания на невозможность совершения всех установленных осужденному в качестве ограничений действий только без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

С учетом изложенного, довод апелляционной жалобы о том, что наказание в виде ограничения свободы лишает ФИО3 возможности осуществлять профессиональную деятельность, связанную с грузоперевозками, признается несостоятельным.

Вопросы о мере пресечения в отношении ФИО3, а также о судьбе вещественных доказательств разрешены судом первой инстанции правильно, в соответствии с требованиями УПК РФ.

Иных, за исключением указанных выше, нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора, в ходе производства по делу предварительного расследования и его рассмотрения судом первой инстанции, не установлено, в связи с чем оснований для удовлетворения апелляционной жалобы адвоката осужденного не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Меленковского районного суда Владимирской области от 25 ноября 2024 года в отношении ФИО3 изменить:

- исключить указание суда о нарушении ФИО3 п. 8.2. ПДД РФ,

- исключить указание суда на то, что ФИО3 привлекался к административной ответственности за правонарушения в области дорожного движения;

- смягчить ФИО3 наказание по ч.1 ст. 264 УК РФ до 11 месяцев ограничения свободы;

- дополнить резолютивную часть приговора указанием на невозможность совершения всех установленных ФИО3 в соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ в качестве ограничений действий без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО3 адвоката Павленчик Т.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, через Меленковский районный суд Владимирской области в течение 6 месяцев со дня его вынесения. Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей Меленковского районного суда Владимирской области по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу или представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном главой 45.1 УПК РФ. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба подается непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий

подпись

ФИО1

Копия верна

Судья

ФИО1