Решение № 2-1505/2017 2-1505/2017~М-1337/2017 М-1337/2017 от 4 июня 2017 г. по делу № 2-1505/2017

Решение в окончательной форме изготовлено 05 июня 2017 года

(с учетом выходных дней)

Дело № 2-1505/17

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 мая 2017 года город Мурманск

Ленинский районный суд города Мурманска в составе:

председательствующего судьи Морозовой И.Ю.,

при секретаре Малышевой А.В.,

с участием

прокурора Бойцова М.С.,

представителя ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Мурманский государственный технический университет» о признании срочных трудовых договоров, заключенными на неопределенный срок, признании незаконными увольнения и расторжения трудового договора по основному месту работы и по совместительству, восстановлении на работе по основному месту работы и по совместительству, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Мурманский государственный технический университет» (далее – ФГБОУ ВО «МГТУ», Учреждение) о признании срочного трудового договора, заключенным на неопределенный срок, признании его расторжения незаконным, признании незаконным увольнения по основному месту работы, восстановлении на работе в должности доцента, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований указано, что она с 01.10.2005 работала в Учреждении в должностях старшего преподавателя, доцента. С 26.12.2013 по 25.12.2016 с ней был заключен трудовой договор № от 16.01.2014 о работе по основному месту работы в должности доцента на 0,6 ставки. 25.12.2016 она была уволена в связи с истечением срока действия трудового договора согласно п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Считает данное увольнение незаконным, поскольку уведомление о прекращении трудового договора она не получала, об увольнении узнала только в марте 2017 года, трудовую книжку и копию приказа об увольнении получила 15.03.2017. Также указала, что с ней были заключены трудовые договоры о работе по совместительству № от 01.09.2014 о работе в должности доцента кафедры экономики на 0,4 ставки на период с 01.09.2014 по 30.06.2015, и <данные изъяты> от 01.12.2015 о работе в должности доцента кафедры экономики на 0,4 ставки по совместительству на срок с 01.12.2015 по 30.06.2016. С предупреждением о расторжении срочного трудового договора № от 01.12.2015 и приказом об увольнении с работы по совместительству она не была ознакомлена. Полагает, что неоднократность и ежегодный характер заключенных срочных трудовых договоров свидетельствует, что целями заключения срочных трудовых договоров являлась не необходимость сохранения учебного процесса, а уклонение работодателя от предоставления гарантий, предусмотренных трудовым законодательством. Просила признать трудовой договор № от 01.12.2015 заключенным на неопределенный срок; признать расторжение трудового договора № от 01.12.2015 незаконным; признать ее увольнение 25.12.2016 в связи с истечением срока действия трудового договора согласно п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ незаконным; восстановить ее на работе в ФГБОУ ВО «МГТУ» в должности доцента; взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула в размере 134 608 рублей 46 копеек, компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

В ходе рассмотрения дела в соответствии со статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец заявленные исковые требования изменила: просит признать расторжение срочного трудового договора о работе по совместительству на 0,4 ставки № от 01.12.2015 незаконным; признать увольнение с работы по совместительству 30.06.2016 в связи с истечением срока действия трудового договора согласно п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ незаконным; восстановить ее на работе в ФГБОУ ВО «МГТУ» в должности доцента на 0,4 ставки по совместительству; признать трудовой договор № по совместительству на 0,4 ставки бессрочным в связи с нарушением работодателем трудового законодательства при его заключении (неоднократное заключение срочного трудового договора без достаточных оснований); взыскать с ФГБОУ ВО «МГТУ» средний заработок за время вынужденного прогула за период с 30.06.2016 по 30.05.2017 в размере 154000 рублей; денежную компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей; признать трудовой договор № от 16.01.2014 о работе по основному месту работу на 0,6 ставки заключенным на неопределенный срок; признать расторжение трудового договора № от 16.01.2014 и ее увольнение в связи с истечением срока трудового договора согласно п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ незаконным; восстановить ее на работе в ФГБОУ ВО «МГТУ» в должности доцента на 0,6 ставки по основному месту работы; взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула по основному месту работу в размере 134608 рублей 46 копеек; судебные издержки в размере 1200 рублей по оплате услуг по нотариальному удостоверению доверенности. В заявлении об уточнении требований дополнительно в обоснование иска ФИО2 указала, что работодателем не было направлено соответствующее уведомление об увольнении ее с работы по совместительству и расторжении трудового договора № от 01.12.2015, поскольку в уведомлении от 07.06.2016 не указана дата, в которую ответчик произвел ее увольнение. Полагала, что работодатель не имел права увольнять ее с работы по совместительству 30.06.2016, так как в соответствии с требованиями статьи 261 ТК РФ и пунктом 27 Постановления Пленума ВС РФ № 1 от 28.01.2014 ответчик обязан был продлить трудовой договор до окончания отпуска по беременности и родам. Также указала, что работодателем нарушены требования пункта 3 Приказа Минобрнауки России от 23.07.2015 № 749 «Об утверждении Положения о порядке замещения должностей педагогических работников», предусматривающие возможность заключения срочных трудовых договоров без проведения конкурса по совместительству на срок не более года в целях непрерывности учебного процесса. Полагала, что неоднократность заключенных срочных трудовых договоров о работе по совместительству и наличие соответствующих свободных ставок (частей ставок) в штатном расписании свидетельствует о нарушении ответчиком трудового законодательства и заключении срочных трудовых договоров без достаточных оснований. Указала, что в период заключения с ней срочных трудовых договоров о работе по совместительству она была избрана на должность доцента, при этом изменение продолжительности рабочего времени преподавателя проведения конкурса не требует. Также полагала незаконными ее увольнение с основного места работы и расторжение срочного трудового договора №, так как увольнение произведено 26.12.2016, то есть после окончания срока действия трудового договора, что свидетельствует об основаниях для признания его бессрочным в соответствии со статьей 58 ТК РФ.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, представила заявление, в котором просила дело рассмотреть в ее отсутствие. В предварительном судебном заседании 25.04.2017 пояснила суду, что о том, что трудовые договоры будут с ней расторгнуты она не знала, уведомления о прекращении трудовых договоров не получала, об увольнении узнала случайно, обратившись в бухгалтерию за справкой о доходах. При написании заявления о предоставлении отпуска по уходу за ребенком до трех лет работник отдела кадров заверила ее, что она может не выходить на работу пока ребенку не исполнится три года, в связи с чем она (истец) полагала, что заключенные с ней трудовые договоры будут продолжать действовать. Указала, что на должность доцента 0,6 ставки была избрана по конкурсу, порядок проведения конкурса ею не оспаривается. При заключении срочного трудового договора по основному месту работы она знала, что он является срочным, однако полагала, что это продление ранее действовавшего трудового договора. Пояснила, что с 2013 года с ней неоднократно заключались срочные трудовые договоры о работе по совместительству, в связи с чем полагала, что трудовой договор № должен быть признан заключенным на неопределенный срок.

Представитель истца по доверенности Я.В.Н.. в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, просила дело рассмотреть в свое отсутствие.

Представитель ответчика Г.О.А.. в судебном заседании возражала против удовлетворения требований, поддержала доводы письменных возражений и дополнений к ним. Указала, что оспариваемые трудовые договоры с ФИО2 были заключены по соглашению сторон, договоры подписаны истцом добровольно, с их условиями она ознакомлена, получила экземпляры трудовых договоров, следовательно, не могла не знать о срочном характере трудовых отношений как по основному месту работы, так и по совместительству. При этом срочность трудового договора по основному месту работы обусловлена избранием истца по конкурсу на должность 0,6 ставки доцента кафедры экономики сроком на три года, что предусмотрено положениями части первой статьи 332 ТК РФ, абзацем 5 части второй статьи 59 ТК РФ. Срочный трудовой договор о работе по совместительству был заключен в целях непрерывности учебного процесса, с учетом нагрузки кафедры, на основании положений части третьей статьи 332 ТК РФ без проведения конкурса, на основании личного заявления истца. Поскольку истец с 21.03.2016 находилась в отпуске по беременности и родам, затем с 08.08.2016 в отпуске по уходу за ребенком до трех лет, в ее адрес, имеющийся в личном деле, заказными письмами были направлены уведомления о предстоящем прекращении оспариваемых трудовых договоров, которые возвращены в адрес учреждения за истечением срока хранения, от получения уведомлений истец уклонилась, об изменении адреса проживания работодателя не уведомляла. В дальнейшем ФИО2 пришла в Административно-правовое управление 15 марта 2017 года, в тот же день получила трудовую книжку, от ознакомления с уведомлениями о расторжении трудовых договоров и приказами об увольнении отказалась, о чем был составлен соответствующий акт. Указала, что после прекращения с истцом трудового договора по основному месту работы конкурс на должность доцента кафедры экономики (часть ставки должности) не объявлялся, ввиду лишения Учреждения аккредитации по ряду специальностей, в том числе экономического направления, отсутствии необходимости в должности, занимавшейся истцом, с учетом имеющейся учебной нагрузки. Пояснила, что поскольку отпуск по беременности и родам истцу по месту работы по совместительству не предоставлялся, соответствующее заявление ФИО2 не подавалось, приказ о предоставлении отпуска не издавался, оснований для продления срока действия трудового договора о работе по совместительству до окончания отпуска по беременности и родам у работодателя не имелось. В связи с чем полагала увольнение истца с работы по совместительству 30.06.2016 законным. Также в ходе рассмотрения дела заявила о пропуске истцом срока обращения в суд, установленного статьей 392 ТК РФ, указала, что истец знала об истечении срока действия трудовых договоров, следовательно, должна была узнать о нарушении своих прав с наступления даты окончания их действия. Полагала, что каких-либо нарушений трудового законодательства при заключении и прекращении трудовых договоров с истцом как по основному месту работы, так и по совместительству со стороны работодателя не имеется, в связи с чем не имеется оснований для удовлетворения как основных, так и производных требований истца. Относительно расходов на нотариальные услуги по удостоверению доверенности на представителя указала, что так как доверенность представителю выдана истцом не по конкретному делу, указанные расходы в рамках рассмотрения дела возмещению не подлежат.

Выслушав представителя ответчика, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что увольнение истца как по основному месту работы, так и по работе по совместительству произведено с соблюдением требований действующего трудового законодательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Эти и иные положения статьи 37 Конституции Российской Федерации, закрепляющие гарантии свободного труда, конкретизированы в федеральных законах, регулирующих порядок возникновения, изменения и прекращения служебно-трудовых отношений.

В силу статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно статье 18 ТК РФ трудовые отношения на основании трудового договора в результате избрания по конкурсу на замещение соответствующей должности возникают, если трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, или уставом (положением) организации определены перечень должностей, подлежащих замещению по конкурсу, и порядок конкурсного избрания на эти должности.

В соответствии с части первой статьи 58 ТК РФ трудовые договоры могут заключаться: на неопределенный срок; на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии с частью второй статьи 58 ТК РФ срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 настоящего Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения.

В силу части второй статьи 59 ТК РФ по соглашению сторон срочный трудовой договор может заключаться, в том числе, с лицами, избранными по конкурсу на замещение соответствующей должности, проведенному в порядке, установленном трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Положения статьи 251 ТК РФ допускают установление особенностей регулирования труда отдельных категорий работников, то есть норм, частично ограничивающих применение общих правил по тем же вопросам либо предусматривающих для отдельных категорий работников дополнительные правила.

Особенности заключения и прекращения трудового договора с работниками организаций, осуществляющих образовательную деятельность по реализации образовательных программ высшего образования и дополнительных профессиональных программ, определены статьей 332 Трудового кодекса Российской Федерации.

В силу части первой статьи 332 ТК РФ трудовые договоры на замещение должностей педагогических работников, относящихся к профессорско-преподавательскому составу, в организации, осуществляющей образовательную деятельность по реализации образовательных программ высшего образования и дополнительных профессиональных программ, могут заключаться как на неопределенный срок, так и на срок, определенный сторонами трудового договора.

Заключению трудового договора на замещение должности педагогического работника, относящегося к профессорско-преподавательскому составу, в организации, осуществляющей образовательную деятельность по реализации образовательных программ высшего образования и дополнительных профессиональных программ, а также переводу на такую должность предшествует избрание по конкурсу на замещение соответствующей должности (часть 2 статьи 332 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части шестой статьи 332 ТК РФ положение о порядке замещения должностей педагогических работников, относящихся к профессорско-преподавательскому составу, утверждается в порядке, устанавливаемом уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

При избрании работника по конкурсу на замещение ранее занимаемой им по срочному трудовому договору должности педагогического работника, относящегося к профессорско-преподавательскому составу, новый трудовой договор может не заключаться. В этом случае действие срочного трудового договора с работником продлевается по соглашению сторон, заключаемому в письменной форме, на определенный срок не более пяти лет или на неопределенный срок (часть восьмая статьи 332 Трудового кодекса Российской Федерации).

Аналогичные положения предусматривались указанными нормами в редакции, действовавшей на период возникновения спорных правоотношений.

Судом установлено, что 26.12.2013 истец была избрана по конкурсу на Ученом совете ФГОУ ВО «МГТУ» на должность 0,6 ставки доцента кафедры экономики сроком на три года. Приказом от 16.01.2014 № утверждены результаты конкурсного отбора ФИО2 на должность доцента кафедры экономики (0,6 ставки) на вышеуказанный срок (л.д. 25,135).

16.01.2014 между истцом и ответчиком заключен трудовой договор №, согласно условиям которого ФИО2 была переведена на работу в ФГБОУ ВО «МГТУ» на 0,6 ставки в должности доцента (л.д. 26-27).

Пунктом 1.6. договора определено, что данный договор заключен на определенный срок с 26 декабря 2013 года по 25 декабря 2016 года в связи с избранием на должность.

Согласно пункту 1 раздела I Номенклатуры должностей педагогических работников организаций, осуществляющих образовательную деятельность, должностей руководителей образовательных организаций, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 08.08.2013 № 678, должность доцента относится к профессорско-преподавательскому составу.

Таким образом, заключение с истцом срочного трудового договора по результатам проведенного конкурса соответствует вышеприведенным нормам права.

В трудовом договоре, заключенном с истцом указаны причины заключения его на определенный срок – избрание на должность.

Установлено, что какие-либо изменения в указанный трудовой договор в части срока его действия сторонами не вносились, не согласовывались. Доказательств обратного суду не представлено.

В пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии с частью 2 статьи 58 ТК РФ в случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения. При этом необходимо иметь в виду, что такой договор может быть признан правомерным, если имелось соглашение сторон (ч. 2 ст. 59 ТК РФ), то есть если он заключен на основе добровольного согласия работника и работодателя.

Если судом при разрешении спора о правомерности заключения срочного трудового договора будет установлено, что он заключен работником вынужденно, суд применяет правила договора, заключенного на неопределенный срок.

Из объяснений ФИО2 установлено, что она собственноручно подписала трудовой договор №, с его условиями, в том числе о сроке действия трудового договора, была ознакомлена, о своем несогласии с условием срочности трудового договора в установленном порядке работодателю не заявляла, с требованиями о признании трудового договора заключенным на неопределенный срок до увольнения в суд не обращалась. Указанные обстоятельства, по мнению суда, свидетельствуют о волеизъявлении работника на заключение срочного трудового договора. Доказательств вынужденности заключения срочного трудового договора истец в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суду не представила.

Таким образом, судом установлен факт достижения сторонами соглашения о заключении срочного трудового договора, а также свобода волеизъявления истца при заключении трудового договора на изложенных в нем условиях.

Приказом от 23.03.2016 № доценту кафедры экономики (0,6 ставки) ФИО2 на основании ее заявления предоставлен отпуск по беременности и родам с 21 марта 2016 года по 07 августа 2016 года (л.д. 125).

В дальнейшем истцу был предоставлен отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста 3-х лет с 08.08.2016 по 01.06.2019 (приказ № от 09.08.2016), что следует из личной карточки Т-2 (л.д. 62).

Пунктом 2 части первой статьи 77 ТК РФ установлено, что основанием прекращения трудового договора является истечение срока трудового договора (статья 79 названного Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения.

В силу положений части первой статьи 79 ТК РФ срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

При этом суд учитывает, что прекращение трудового договора в связи с истечением срока его действия соответствует общеправовому принципу стабильности договора. Работник, давая согласие на заключение трудового договора в предусмотренных законодательством случаях на определенный срок, знает о его прекращении по истечении заранее оговоренного периода.

Расторжение трудового договора производится при наступлении определенного события - истечения установленного срока действия трудового договора. Это обстоятельство не связано с инициативой работодателя и наступает независимо от его воли.

Согласно части четвертой статьи 58 ТК РФ в случае, когда ни одна из сторон не потребовала расторжения срочного трудового договора в связи с истечением срока его действия и работник продолжает работу после истечения срока действия трудового договора, условие о срочном характере трудового договора утрачивает силу и трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок.

Судом установлено, что 29.11.2016 ответчиком в адрес ФИО2 по адресу регистрации по месту жительства (<адрес>) заказным почтовым отправлением направлено письмо от 28.11.2016, которым ФИО2 уведомлялась о прекращении 25.12.2016 трудового договора в связи с истечением срока его действия (л.д. 35,36). Представленным ответчиком конвертом подтверждается, что указанное письмо адресат получено не было, возвратилось отправителю за истечением срока хранения 05.01.2017 (л.д. 38).

Иных адресов истца в материалах его личного дела, хранящегося у работодателя, не имелось.

Таким образом, принимая во внимание также разъяснения пункта 67 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», суд приходит к выводу, что работодатель выполнил обязанность по уведомлению работника о предстоящем расторжении трудового договора, возложенную на него вышеуказанной нормой.

Приказом от 06.12.2016 № ФИО2 уволена 25 декабря 2016 года в связи с истечением срока трудового договора (л.д. 37). Согласно отметке сотрудника отдела кадров на приказе об увольнении, ознакомить ФИО2 с приказом не представляется возможным ввиду отсутствия работника в университете.

Таким образом, работодатель выразил свое намерение прекратить трудовые отношения с истцом в связи с истечением срока действия трудового договора № от 16.01.2014. Из объяснений сторон установлено, что после 25.12.2016 трудовые отношения между ними фактически не продолжались.

С учетом изложенного оснований для применения положений части четвертой статьи 58 ТК РФ не имеется.

Доводы истца о том, что трудовой договор с ней был расторгнут 26.12.2016,то есть на следующий день после окончания срока его действия, что в соответствии со статьей 58 ТК РФ влечет признание его бессрочным, судом отклоняются, так как данные доводы опровергаются материалами дела, а именно содержанием приказа об увольнении от 06.12.2016 №, записью об увольнении в трудовой книжке истца, согласно которым истец уволена с должности 0,6 ставки доцента кафедры экономики 25.12.2016. При этом запрета на прекращение трудового договора в нерабочий (выходной) день законодательство не содержит.

Согласно абзацу 6 статьи 84.1 ТК РФ В случае, когда в день прекращения трудового договора выдать трудовую книжку работнику невозможно в связи с его отсутствием либо отказом от ее получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Со дня направления указанного уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки.

Как следует из материалов дела, в связи с невозможностью ознакомления истца с приказом об увольнении и вручения ей трудовой книжки по причине нахождения последней в отпуске по уходу за ребенком, 28.12.2016 в адрес ФИО2 заказным почтовым отправлением направлено письмо, в котором в связи с прекращением трудовых отношений 25.12.2016 истцу предложено получить трудовую книжку либо дать согласие на отправку ее по почте, а также направлена копия приказа об увольнении (л.д. 40, 41). Указанное письмо возвращено в адрес Учреждения 06.02.2017 с отметкой об истечении срока хранения (л.д. 42).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что увольнение истца по основному месту работы произведено ответчиком с соблюдением требований трудового законодательства, поскольку срок действия трудового договора № истек, о чем истец была уведомлена надлежащим образом в установленный законом срок.

При этом статьи 79 и 261 ТК РФ, устанавливающие порядок прекращения срочного трудового договора и гарантии беременным женщинам и женщинам, имеющим детей, при расторжении трудового договора, не устанавливают каких-либо ограничений для увольнения в связи с истечением срока действия срочного трудового контракта женщины, находящейся в отпуске по уходу за ребенком до 1,5 либо 3 лет. Кроме того, указанные выше положения законодательства не могут рассматриваться как уменьшающие гарантии женщин, работающих по срочным трудовым договорам, по сравнению с другими категориями граждан, так как при заключении такого договора женщина (в том числе истец) знала о характере заключаемого с нею договора и была согласна на предложенные условия.

При таких обстоятельствах, требования истца о признании трудового договора № от 16.01.2014 о работе по основному месту работы заключенным на неопределенный срок, признании расторжения трудового договора № от 16.01.2014 и ее увольнения в связи с истечением срока его действия незаконными, восстановлении истца на работе в ФГБОУ ВО «МГТУ» в должности доцента на 0,6 ставки по основному месту работы удовлетворению не подлежат, в связи с чем суд отказывает истцу в удовлетворении требований в указанной части.

С учетом изложенного не подлежат удовлетворению и производные от основных требования ФИО2 о взыскании с ответчика в ее пользу заработной платы за время вынужденного прогула по основному месту работы, а также компенсации морального вреда, поскольку нарушения трудовых прав истца в части заключения и расторжения с ФИО2 срочного трудового договора по основному месту работы судом не установлено.

Относительно требований истца о признании трудового договора о работе по совместительству № от 01.12.2015 заключенным на неопределенный срок, признании незаконными расторжения указанного трудового договора и увольнения с работы по совместительству 30.06.2016 в связи с истечением срока действия трудового договора, о восстановлении на работе в ФГБОУ ВО «МГТУ» в должности доцента на 0,4 ставки по совместительству и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда в указанной части, суд приходит к следующему.

Из материалов дела установлено, что 26.11.2015 истец обратилась к работодателю с заявлением, в котором просила разрешить ей работу в порядке внутреннего совместительства на 0,4 ставки доцента кафедры экономики с 01.12.2015 по 30.06.2016 года (л.д. 131).

01.12.2015 между истцом и ответчиком заключен срочный трудовой договор № о работе по совместительству на 0,4 ставки доцента кафедры экономики на срок с 01.12.2015 по 30.06.2016 на учебный год (л.д. 52-53).

18.12.2015 издан приказ №, которым ФИО2 принята на работу в порядке внутреннего совместительства на 0,4 ставки должности доцента кафедры экономики (л.д. 54).

Оценивая доводы истца о неправомерности заключения с ней срочного трудового договора о работе по совместительству, суд приходит к следующему.

В случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 ТК РФ, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения, в том числе с лицами, поступающими на работу по совместительству.

В трудовом договоре, заключенном с истцом указаны причины заключения его на определенный срок – совместительство на учебный год.

При заключении срочного трудового договора, срок, указываемый в нем, рассматривается как существенное условие договора. Следовательно, изменение срока трудового договора возможно только по соглашению сторон и в письменной форме (статья 72 Трудового кодекса РФ).

В своем заявлении, адресованном представителю наниматели, истец сама указывает период, на который просит ей разрешить работу по совместительству, что указывает на выраженное истцом волеизъявление заключить трудовой договор по совместительству на определенный срок.

Подпись ФИО2 в трудовом договоре также свидетельствует о волеизъявлении работника на его заключение, соответственно истец, добровольно, собственноручно подписала срочный трудовой договор, согласившись с его условиями, что истцом в ходе рассмотрения дела не оспаривалось. Условия трудового договора сторонами исполнены, истцом до увольнения не оспаривались. Данные обстоятельства свидетельствуют о наличии соглашения сторон при заключении договора.

Таким образом, имеет место факт соглашения сторон о заключении срочного трудового договора о работе истца по совместительству на срок с 01.12.2015 по 30.06.2016, а также свобода волеизъявления работника при заключении указанного соглашения. Доказательств вынужденного заключения указанного трудового договора на изложенных в нем условиях суду истцом не представлено.

Кроме того, согласно части четвертой статьи 332 ТК РФ в целях сохранения непрерывности учебного процесса допускается заключение трудового договора на замещение должности педагогического работника, относящегося к профессорско-преподавательскому составу, в организации, осуществляющей образовательную деятельность по реализации образовательных программ высшего образования и дополнительных профессиональных программ, без избрания по конкурсу на замещение соответствующей должности при приеме на работу по совместительству или в создаваемые образовательные организации высшего образования до начала работы ученого совета - на срок не более одного года, а для замещения временно отсутствующего работника, за которым в соответствии с законом сохраняется место работы - до выхода этого работника на работу.

Аналогичное содержится в абзаце 2 пункта 3 Положения о порядке замещения должностей педагогических работников, относящихся к профессорско-преподавательскому составу, утвержденного приказом Министерства образования и науки Российской Федерации от 23.07.2015 №749.

Данная норма в целях в целях сохранения непрерывности образовательного процесса позволяет осуществление трудовой деятельности педагогического работника, относящегося к профессорско-преподавательскому составу, по совместительству, в том числе, по трудовому договору, заключенному на срок не более 1 года без проведения конкурса, тогда как в силу части второй статьи 332 Трудового кодекса Российской Федерации для заключения трудового договора на замещение должности педагогического работника, относящегося к профессорско-преподавательскому составу, в частности – доцента, необходимо проведение конкурса на замещение соответствующей должности.

Из пояснений представителя ответчика, данных в ходе судебного разбирательства, следует, что в период с 2015 года конкурс на замещение должности доцента кафедры экономики (0,4 ставки) не проводился, так как с учетом нагрузки кафедры необходимости в занятии указанной должности не было, в связи с чем оснований для заключения трудовых договоров по основному месту работы не имелось. При возникновении необходимости ввиду увеличения преподавательской нагрузки в целях обеспечения непрерывности учебного процесса на имеющуюся свободную часть ставки с истцом был заключен срочный трудовой договор по совместительству.

Таким образом, оснований для заключения срочного трудового договора о работе по совместительству с истцом на неопределенный срок не имелось, ввиду отсутствия такого основания для его заключения, как избрание истца на должность 0,4 ставки доцента кафедры экономики. Кроме того, как установлено судом, срочный трудовой договор № заключен сторонами по взаимному соглашению.

То обстоятельство, что срочные трудовые договоры о работе по совместительству с истцом заключались многократно, в данном случае, правового значения не имеет.

Кроме того, из материалов дела усматривается, что в период выполнения истцом трудовых обязанностей по строчным трудовым договорам по внутреннему совместительству имелись перерывы и изменения в части размера занимаемой ставки, что подтверждает доводы стороны ответчика о заключении срочных трудовых договоров о работе по совместительству с целью непрерывности учебного процесса. Так, предыдущие трудовые договоры о работе по совместительству по части ставки должности доцента кафедры экономики действовали: с 01.09.2013 по 30.06.2013 (принята на 0,25 ставки, затем изменено на 0,5 ставки), с 01.02.2014 по 30.06.2014 (принята на 0,24 ставки), с 01.09.2014 по 30.06.2015 (принята на 0,4 ставки, затем изменено на 0,25 ставки). Следующий срочный трудовой договор № был заключен только 01.12.2015, то есть по истечении пяти месяцев с момента окончания действия первого трудового договора.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что требования истца о признании срочного трудового договора о работе по совместительству № от 01.12.2015 заключенным на неопределенный срок не подлежат удовлетворению.

В связи с невозможностью личного вручения истцу уведомления о прекращении срочного трудового договора по совместительству № от 01.12.2015, в ее адрес, имеющийся в личном деле, 03.06.2016 заказным почтовым отправлением направлено уведомление от 02.06.2016 о прекращении 07.08.2016 указанного срочного трудового договора согласно пункту 2 части 1 статьи 77 ТК РФ, которое возвратилось в адрес Учреждения с отметкой об истечении срока хранения (л.д. 55-56, 121-122).

Приказом от 01.07.2016 № трудовой договор № от 01.12.2015, заключенный между истцом ответчиком прекращен в связи с истечением срока его действия 30.06.2016 (л.д. 57).

Оценивая приведенные истцом доводы в обоснование требования о признании незаконным ее увольнения 30.06.2016 с работы по совместительству, суд приходит к следующему.

Как установлено из материалов дела, в связи с предоставлением ФИО2, занимающей должность доцента кафедры экономики 0,6 ставки, приказом работодателя № от 23.03.2016 отпуска по беременности и родам с 21.03.2016 по 07.08.2016 согласно ее личному заявлению, начиная с 24.03.2016 в табелях учета рабочего времени отражено отсутствие ФИО2 на рабочем месте как по основному месту работы, так и по совместительству по причине «Б» - временная нетрудоспособность, нетрудоспособность по беременности и родам (л.д. 85-86).

Как пояснила представитель ответчика в судебном заседании, с заявлением о предоставлении отпуска по беременности и родам по работе по совместительству истец к работодателю не обращалась, в связи с чем отпуск по беременности и родам по должности доцента 0,4 ставки по совместительству ей не предоставлялся, соответствующий приказ работодателем не издавался. При таких обстоятельствах, сторона ответчика полагает, что у работодателя имелись основания для прекращения с ФИО2 трудовых отношений, возникших на основании трудового договора № о работе по совместительству, с даты окончания срока действия указанного договора, то есть с 30.06.2016.

Вместе с тем, суд не может согласиться с доводами ответчика в указанной части по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 261 ТК РФ, в случае истечения срочного трудового договора в период беременности женщины работодатель обязан по ее письменному заявлению и при предоставлении медицинской справки, подтверждающей состояние беременности, продлить срок действия трудового договора до окончания беременности, а при предоставлении ей в установленном порядке отпуска по беременности и родам - до окончания такого отпуска.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.01.2014 №1 «О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних» с учетом положений части второй статьи 261 ТК РФ срочный трудовой договор не может быть расторгнут до окончания беременности. Состояние беременности подтверждается медицинской справкой, предоставляемой женщиной по запросу работодателя, но не чаще чем один раз в три месяца.

Срочный трудовой договор продлевается до окончания беременности женщины независимо от причины окончания беременности (рождение ребенка, самопроизвольный выкидыш, аборт по медицинским показаниям и др.).

В случае рождения ребенка увольнение женщины в связи с окончанием срочного трудового договора производится в день окончания отпуска по беременности и родам. В иных случаях женщина может быть уволена в течение недели со дня, когда работодатель узнал или должен был узнать о факте окончания беременности.

В ходе судебного разбирательства установлено, что истец работала в ФГБОУ ВО «МГТУ» на условиях внутреннего совместительства. С учетом представления работодателю листка нетрудоспособности на период беременности и родов, а также заявления ФИО2 о предоставлении ей отпуска по беременности и родам как доценту кафедры экономики (без указания ставки), суд приходит к выводу, что у истца не имелось необходимости дополнительно обращаться к работодателю с заявлением о предоставлении ей отпуска по беременности и родам по должности доцента 0,4 ставки по совместительству. Ответчик, как работодатель истца и по основному месту работы, и по совместительству, издавший приказ о предоставлении истцу отпуска по беременности родам, не мог не знать о нетрудоспособности истца, как внутреннего совместителя, в связи с беременностью и родами в период с 21.03.2016 по 07.08.2016. О том, что работодателю о данном обстоятельстве было достоверно известно, свидетельствует и табель учета рабочего времени истца за март 2016 года, где отражена неявка истца по причине нетрудоспособности.

Кроме того, уведомление о предстоящем расторжении трудового договора № содержало дату прекращения трудового договора 07.08.2016, то есть день окончания предоставленного истцу отпуска по беременности и родам.

Факт неиздания работодателем приказа о предоставлении истцу отпуска по беременности и родам по работе по внутреннему совместительству, не может в данном случае ограничивать право женщины на предусмотренные трудовым законодательством гарантии.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что увольнение истца в части даты прекращения трудового договора (с 30.06.2016) и расторжение трудового договора с указанной даты являются незаконными.

Из частей шестой, седьмой 6, 7 статьи 394 ТК РФ следует, что если увольнение признано незаконным, а срок трудового договора на время рассмотрения спора судом истек, то суд, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, обязан изменить формулировку основания увольнения на увольнение по истечении срока трудового договора.

Кроме того, из разъяснений, данных в пункте 60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», следует, что если работник, с которым заключен срочный трудовой договор, был незаконно уволен с работы до истечения срока договора, суд восстанавливает работника на прежней работе, а если на время рассмотрения спора судом срок трудового договора уже истек, - признает увольнение незаконным, изменяет дату увольнения и формулировку основания увольнения на увольнение по истечении срока трудового договора.

Поскольку увольнение истца приказом № от 01.07.2016 с датой увольнения 30.06.2016 и расторжение трудового договора с указанной даты являются незаконными, а с учетом содержания статьи 261 ТК РФ действие трудового договора с ФИО2 могло быть продлено ответчиком только до окончания отпуска по беременности и родам, то есть по 07.08.2016, и на дату разрешения дела судом указанный период времени прошел, суд считает необходимым изменить дату увольнения истца, то есть дату расторжения трудового договора, с 30.06.2016 на 07.08.2016.

Учитывая, что момент рассмотрения данного спора срок трудового договора № от 01.12.2015 уже истек, правовых оснований для восстановления истца на работе по совместительству у суда не имеется.

Также суд не усматривает оснований для удовлетворения требований истца о выплате ей среднего заработка за время вынужденного прогула в связи с незаконностью увольнения по работе по совместительству, поскольку в период с даты увольнения по 07.08.2016 истец находилась в отпуске по беременности и родам, трудовые обязанности не выполняла, ей было выплачено пособие за весь период нахождения в отпуске, что подтверждено материалами дела и не оспаривается истцом (л.д. 93).

Доводы стороны ответчика о пропуске истцом установленного статьей 392 ТК РФ срока для обращения в суд судом не принимаются, поскольку материалами дела подтверждено, что трудовую книжку ФИО2 получила 15.03.2017 (л.д. 66), настоящее исковое заявление подано в суд 13.04.2017, таким образом, срок для обращения в суд по спорам об увольнении истцом не пропущен.

В силу статьи 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, данных в пункте 63 Постановления от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Судом установлено, что расторжение трудового договора № от 01.12.2015 и ее увольнение в части даты прекращения трудовых отношений с 30.06.2016 в период нахождения в отпуске по уходу за ребенком являлось незаконным, нарушило трудовые права истца, причинило ей нравственные страдания.

Иных нарушений трудовых прав истца в рамках заявленных требований в ходе рассмотрения дела судом не установлено.

Исходя из требований разумности и справедливости, учитывая степень нравственных страданий истца, степень вины ответчика и обстоятельства, при которых истцу был причинен вред, суд определяет размер компенсации морального вреда в размере 2000 рублей, полагая данную сумму разумной и соответствующей степени причиненного морального вреда. В удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда в размере, превышающем 2000 рублей суд истцу отказывает.

При таких обстоятельствах, учитывая вышеизложенное, исковые требования ФИО2 к ФГБОУ ВО «МГТУ» подлежат частичному удовлетворению.

Относительно требований истца о взыскании с ответчика судебных издержек в виде расходов на оплату услуг нотариуса по оформлению доверенности на представителя, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статье 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся: расходы на оплату услуг представителей, другие, признанные судом необходимыми расходы.

Статьёй 98 ГПК РФ определено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных статьей 96 ГПК РФ. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Из представленных доказательств усматривается, что ФИО2 были понесены расходы на оплату услуг нотариуса по удостоверению доверенности на ведение дел в судебных, административных органах в размере 1200 рублей.

Согласно разъяснениям постановления Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оформление доверенности представителя могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по нему.

Между тем, доверенность на имя представителя Я.В.Н. выдана истцом на представление ее интересов не только в суде, но и в иных органах и учреждениях, с широким объемом полномочий.

С учетом изложенного, расходы на оформление доверенности не могут быть отнесены к судебным издержкам по рассматриваемому делу, в связи с чем взысканию с ответчика не подлежат.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Мурманский государственный технический университет» – удовлетворить частично.

Признать расторжение трудового договора № от 01.12.2015 с 30 июня 2016 года и увольнение ФИО2 из федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Мурманский государственный технический университет» с должности 0,4 ставки доцента кафедры экономики согласно пункту 2 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации с 30 июня 2016 года незаконным.

Изменить дату увольнения ФИО2 из федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Мурманский государственный технический университет» по трудовому договору № от 01.12.2015 с должности 0,4 ставки доцента кафедры экономики по совместительству - на 08 августа 2016 года.

Взыскать с федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Мурманский государственный технический университет» в пользу ФИО2 денежную компенсацию морального вреда в размере 2000 рублей.

Взыскать с федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Мурманский государственный технический университет» государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования город Мурманск в размере 300 рублей.

В удовлетворении требований ФИО2 к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Мурманский государственный технический университет» о признании срочного трудового договора о работе по совместительству № от 01.12.2015 заключенным на неопределенный срок, восстановлении на работе по совместительству на 0,4 ставки должности доцента кафедры экономики, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 30.06.2016 по 30.05.2017 в размере 154000 рублей, признании трудового договора № от 16.01.2014 о работе по основному месту работу заключенным на неопределенный срок, признании незаконными расторжения трудового договора № от 16.01.2014 и увольнения в связи с истечением срока трудового договора, восстановлении на работе в должности доцента кафедры экономики на 0,6 ставки по основному месту работы, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула по основному месту работы в размере 134608 рублей 46 копеек, судебных издержек за нотариальное удостоверение доверенности в размере 1200 рублей, денежной компенсации морального вреда в сумме, превышающей 2000 рублей – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Ленинский районный суд города Мурманска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья И.Ю. Морозова