Решение № 2-2315/2020 2-2315/2020~М-2390/2020 М-2390/2020 от 17 сентября 2020 г. по делу № 2-2315/2020

66RS0006-01-2020-002204-22

№ 2-2315/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 18 сентября 2020 года

Орджоникидзевский районный суд города Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Лащеновой Е.А. при секретаре Коноваловой А.Д., помощнике Брик Д.А. рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Победа» о признании увольнения незаконным, об изменении даты и формулировки увольнения, взыскании компенсации за вынужденный прогул, невыплаченной заработной платы, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском к ответчику о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации за вынужденный прогул, невыплаченной заработной платы, компенсации морального вреда.

В обоснование иска указано, что истец состоял в трудовых отношениях с ответчиком и занимал должность специалиста по безопасности в обособленном подразделении 61, ООО «Победа» в управлении по предотвращению потерь, г. Москва, Бакунинская, с 10 декабря 2018 года. Характер работы разъездной. Соглашением об изменении условий работы от 30 декабря 2019 года постоянным местом работы был определен розничный магазин «Дочки-Сыночки», расположенный по адресу: <...>, ТРЦ «Фан-Фан», 3 этаж. 12 мая 2020 года истец уволен приказом < № > от 12 мая 2020 года за прогул по пп. «а», п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Данное увольнение истец считает незаконным и необоснованным. В ходе телефонной беседы с должностными лицами ответчика истец узнал, что причиной увольнения был не выход на работу в магазине «Дочки-Сыночки», расположенном по адресу: <...>, ТЦ «Аида», 3 этаж, в период с 28 марта по 05 апреля 2020 года. Доступ на непосредственное место работы, а именно розничный магазин «Дочки-Сыночки», расположенный по адресу: <...>, ТРЦ «Фан-Фан», 3 этаж в период с 28 марта 2020 года по 05 апреля 2020 года был ограничен, по причине закрытия ТРЦ «Фан-Фан» на период пандемии Covid-19. Указания, оформленные приказом, об изменении места работы поступили посредством электронной почты только 07 апреля 2020 года, после чего, 08 апреля 2020 года истец приступил к исполнению своих должностных обязанностей в магазине «Дочки-Сыночки» по адресу: <...>, ТЦ «Аида», предъявив руководству данного магазина приказ о переводе. Догадаться, что после закрытия ТРЦ «Фан-Фан» истец должен продолжить работу в ТЦ «Аида» он не мог, на территории розничного магазина «Дочки-Сыночки» в ТЦ «Аида» есть свой специалист по безопасности. Об увольнении истцу сообщили простым письмом, посредством электронной почты, с приказом об увольнении его не ознакомили. Приказ об увольнении, вместе с трудовой книжкой, истец получил по почте только 25 мая 2020 года. Запрос ответчика о написании объяснения поступил 08 апреля 2020 года со сроком до 10:00 часов 09 апреля 2020 года, что истец выполнил. Второе объяснение ответчик запросил 09 апреля 2020 года со сроком ответа до 10:00 часов 10 апреля 2020 года, что также было выполнено. В объяснениях истец указал, что в период с 28 марта 2020 года по 05 апреля 2020 года он ждал указаний о дальнейшем назначении, которые пришли 07 апреля 2020 года, а 08 апреля 2020 года истец приступил к работе в магазине «Дочки-Сыночки» по адресу: <...>, ТЦ «Аида», 3 этаж. Анализ обстоятельств прогула ответчиком не проведен, акт отсутствия работника на рабочем месте истцу не предоставлен. Кроме того, ответчик в одностороннем порядке, без объяснения причины, сократил оплату труда на 7 591 рубль за апрель 2020 года. Истец полагает, что процедура увольнения была нарушена, поскольку два дня для предоставления объяснений ему не предоставили, с приказом об увольнении не ознакомили. За все время работы у ответчика истец исполнял свои должностные обязанности с особой ответственностью и старанием, в результате чего потери в розничном магазине постоянно уменьшались, что подтверждается результатами полных и частичных инвентаризаций. За период вынужденного прогула с 13 мая 2020 года по день вынесения судом решения по делу ответчик должен выплатить истцу заработную плату. На основании изложенного истец просил признать незаконным приказ о прекращении трудового договора с работником < № > от 12 мая 2020 года об увольнении ФИО1 с 12 мая 2020 года по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации; восстановить на работе в должности специалиста по безопасности в ООО «Победа» с 13 мая 2020 года; взыскать с ответчика среднюю заработную плату за время вынужденного прогула за период с 13 мая 2020 года по день вынесения судебного решения, разницу в оплате труда за апрель 2020 года в размере 7 591 рубль, компенсацию морального вреда 300 000 рублей.

Определениями суда от 12 августа 2020 года принят отказ истца от иска в части требований о восстановлении на работе, а также приняты к производству требования истца об изменении даты и формулировки увольнения.

В судебном заседании истец ФИО1 требования иска поддержал по изложенным в нем основаниям, пояснил, что своевременно, 27 марта 2020 года сообщил ответчику о закрытии ТЦ «Фан-Фан» и ждал дальнейших указаний, однако приказ о переводе его в магазин в ТЦ «Аида» был получен только 07 апреля 2020 года, 08 апреля 2020 года истец приступил к исполнению служебных обязанностей. Кроме того, 06 апреля 2020 года он выходил на работу в магазин в ТЦ «Фан-Фан» для проведения инвентаризации. Все это время он был на связи, телефон работал и работодатель мог сообщить об изменении места работы, однако до 07 апреля 2020 года этого не сделал. Полагал, что ответчиком нарушен порядок увольнения и сроки привлечения к дисциплинарной ответственности, поскольку два дня для дачи объяснений нему не дали, в приказе об увольнении нет его подписи, срок для привлечения к дисциплинарной ответственности пропущен.

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании с иском не согласилась и просила в удовлетворении исковых требований отказать по доводам, изложенным в письменном отзыве, где указано, что ответчик считает увольнение истца законным и обоснованным. Между сторонами был заключен бессрочный трудовой договор < № > от 10 декабря 2018 года, согласно которому ФИО3 принял на себя обязанности выполнять трудовые обязанности в должности специалиста управления по предотвращению потерь/специалист по безопасности», по адресу: <...>. (фактический адрес Управления по предотвращению потерь ООО «Победа» - находящимся в центральном офисе ответчика: <...>, п.2.3. трудового договора). Согласно приказу о приеме на работу истца - местом работы является: обособленное подразделение (ОП-6П), по адресу <...>. Фактическое место работы по трудовому договоруопределяется руководителем группы Управления по предотвращению потерь - В.,непосредственным руководителем истца является ведущий специалист по предотвращению потерь К.С.В., которому обязан починяться истец. Согласно должностной инструкции истец исполнял обязанности по предотвращению имущественных потерь в торговых точках работодателя (магазинах г. Екатеринбурга). Согласно п. 2.9 трудового договора истцу предоставлен разъездной характер работы, т.е. согласно доведения до него устно и/или письменно ведущим специалистом УППП назначения ему объекта (магазина), в котором об обязан исполнять свои трудовые функции. В период с 28 марта 2020 года по 05 апреля 2020 года истец совершил грубый проступок, выразившийся в неоднократном грубом нарушении своих трудовых обязанностей, а именно: отсутствии работника на рабочем месте по адресу: <...> ТЦ «АИДА» 3-й этаж магазин «Дочки-Сыночки». Истец без уважительных причин отказался присутствовать на обозначенном ему непосредственным руководителем К.С.В. рабочем месте. Обстоятельства направления ФИО3 на указанный объект были ему изложены К.С.В., устно, подписывать приказ и выходить на связь в дальнейшем истец отказался. Перемещение истца было обусловлено закрытием ТРЦ «Фан-Фан» администрацией торгового центра (ситуация с COVID 2019 в < адрес >). Устное доведение информации о выборе торговой точки по обычаю делового оборота (в целях оперативности и специфики работы) незамедлительно доводится до истца его непосредственным руководителем К.С.В. с дальнейшим оформлением советующим приказом и доведением его под подпись работнику. < дд.мм.гггг > ТРЦ «Фан Фан» был закрыт по независящим от ответчика обстоятельствам, в тот же день истцу была оперативно устно доведена информация (в том числе оформлен приказ от < дд.мм.гггг >) о необходимости перейти на торговый объект по адресу: < адрес >, ТЦ «АИДА», 3-й этаж, магазин «Дочки Сыночки». Доведение до истца указанной информации подтверждается пояснительной запиской К.С.В. Однако истец ответил устным отказом со ссылкой на объявление выходной недели в период с < дд.мм.гггг > по < дд.мм.гггг > и отсутствие допуска истца в магазин «Дочки Сыночки» < адрес >. С < дд.мм.гггг > по < дд.мм.гггг > истец был недоступен по телефонам и в мобильных приложениях, на работу не являлся, обратной связи не давал. < дд.мм.гггг >, когда истец явился в магазин по адресу: < адрес >, до него был доведен письменный приказ от < дд.мм.гггг > (повторно) «О месте и часах работы». Довести приказ письменно до истца ранее < дд.мм.гггг >не представлялось возможным в связи с отсутствием истца. С < дд.мм.гггг > истец исполняет свои должностные обязанности по адресу: < адрес >, 3-й этаж ТЦ «АИДА». < дд.мм.гггг > истец предоставил объяснительную по факту своего отсутствия на рабочем месте. По фактам отсутствия истца на рабочем месте ответчиком составлены соответствующие акты, от подписи в которых истец отказался и они были зачитаны вслух. < дд.мм.гггг > по факту грубого нарушения трудовой дисциплины было проведено служебное расследование, в котором комиссией из 3 человек установлено грубое нарушение трудовой дисциплины истцом (ст.2.9. Трудового договора и ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации). < дд.мм.гггг > истец был уволен приказом < № > «за прогул» (п.6 ч. 1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации), с которым был ознакомлен < дд.мм.гггг >. Указ Президента Российской Федерации «Об объявлении выходной недели» - на истца не распространяется, т.к. магазин осуществляет торговлю товарами первой необходимости (памперсы, салфетки, соски и пр.). Кроме того, внутреннее перемещение истца по магазинам в рамках г. Екатеринбурга не запрещено действующим законодательством. Так как трудовой договор истца сведений о конкретном магазине не содержит, в данном случае согласия работника на работу в другом магазине г. Екатеринбурга не требовалось. На основании изложенного ответчик просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Заслушав истца, представителя ответчика, допросив свидетеля и прослушав аудиозапись, исследовав материалы дела и представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 3 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям, предусмотренным этим кодексом.

Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя установлены статьей 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Так, подпунктом "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (части 1 - 6 данной статьи).

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Согласно пункту 38 названного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте.

При рассмотрении дела судом установлено, что 10 декабря 2018 года ФИО1 был принят на работу ООО «Победа» обособленное подразделение - 61, г. Москва, Бакунинская/Служба экономической безопасности/Управление по предотвращению потерь/Группа 3 на должность специалиста по безопасности с окладом 40 229 рублей 89 копеек, что подтверждается приказом о приеме на работу (л.д. 133). Из трудового договора (л.д. 16-20, 128-132) следует, что местом работы истца является структурное подразделение «Группа 3», расположенное по адресу: 105082, Москва г., улица Бакунинская, д. 73, строение 2. Трудовой договор истца, действительно не содержит сведений о конкретном магазине, в котором истцу надлежит осуществлять трудовые функции. Вопреки доводам ответчика не содержится сведений о месте выполнения истцом своих трудовых обязанностей в торговых точках работодателя (магазинах г. Екатеринбурга) и в должностной инструкции истца (л.д. 126-127), с которой ФИО1 был ознакомлен 10 декабря 2020 года.

Однако, соглашением об изменении условий работы от 30 декабря 2019 года определено место работы истца - г. Екатеринбург, Ясная, выходные дни пятница суббота. Указанное соглашение подписано истцом, директором по персоналу, специалистом ОКиЛ (л.д. 22-23). Таким образом, в период работы истца стороны согласовали конкретное место работы истца, выходные дни и размер оплаты труда. В связи с чем доводы ответчика об отсутствии у истца согласованного места работы отклоняются судом.

В соответствии со ст. 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме. Перевод на другую работу - постоянное или временное изменение трудовой функции работника и (или) структурного подразделения, в котором работает работник (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре), при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем. Перевод на другую работу допускается только с письменного согласия работника, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 настоящего Кодекса. Не требует согласия работника перемещение его у того же работодателя на другое рабочее место, в другое структурное подразделение, расположенное в той же местности, поручение ему работы на другом механизме или агрегате, если это не влечет за собой изменения определенных сторонами условий трудового договора.

Учитывая, что перемещение истца планировалось работодателем в другой магазин по адресу: <...>, ТЦ «Аида», расположенный в той же местности, его трудовые обязанности и функции не изменились, согласия работника на такое перемещение не требовалось.

Вместе с тем, такое перемещение могло быть произведено только на основании соответствующего приказа работодателя и после ознакомления работника с данным приказом. Однако работодателем указанные действия своевременно приняты не были. Приказы об изменении места работы до истца доведены своевременно не были.

Судом установлено, что 27, 28 марта 2020 года истец сообщал работодателю о закрытии ТРЦ «Фан-Фан», расположенном по адресу: <...> с 28 марта 2020 года по 06 апреля 2020 года (л.д. 7), в связи с чем выход истца на работу, по определенному соглашением от 30 декабря 2019 года месту работы был невозможен. Факт закрытия ТРЦ «Фан-Фан» в указанный период не оспаривался и представителем ответчика в судебном заседании.

Кроме того, истец и представитель ответчика пояснили, что доступ в здание ТРЦ «Фан-Фан» был ограничен не только посетителям, но и работникам магазинов данного ТРЦ. За указанный период руководство ТРЦ «Фан-Фан» лишь один раз дало разрешение на вход в здание ТРЦ для проведения инвентаризации работниками магазина «Дочки-Сыночки», при инвентаризации 06 апреля 2020 года истец присутствовал и исполнял свои обязанности.

Факт сообщения работодателю сведений о закрытии ТРЦ «Фан-Фан» подтвердил в судебном заседании и свидетель К.С.В., указав, что истец 28 марта 2020 года сообщил ему о закрытии ТРЦ «Фан-Фан» и спрашивал о дальнейших действиях. Также свидетель показал, что 29 марта 2020 года по телефону сообщил истцу о перемещении в магазин по ул. Блюхера. Приказ о перемещении ФИО1 от 01 апреля 2020 года поступил 07 апреля 2020 года, 08 апреля 2020 года истец должен был выйти на работу. Связь с истцом была, 05 апреля 2020 года они разговаривали.

Таким образом, представленными доказательствами, в том числе пояснениями истца и показаниями свидетеля подтверждается тот факт, что истец не был своевременно ознакомлен ни с приказом от 28 марта 2020 года о месте и часах работы специалиста по безопасности ФИО1 (л.д. 187), ни с приказом от 01 апреля 2020 года о месте и часах работы специалиста УПП ФИО1 (л.д. 188).

Ни истец, ни ответчик не оспаривают факт ознакомления истца с приказом от 01 апреля 2020 года б/н о месте и часах работы специалиста УПП ФИО1 только 07 апреля 2020 года.

При этом доводы ответчика о том, что с истцом не было связи судом признаются несостоятельными, поскольку и свидетель К.С.В., и представитель ответчика ФИО2 указали, что связь с истцом была, в частности К.С.В. разговаривал с истцом по телефону 28 и 29 марта 2020 года, 05 апреля 2020 года, 06 апреля 2020 года истец был на рабочем месте в ТРЦ «Фан-Фан» по адресу: <...> и участвовал в инвентаризации, в проведении которой участвовала и ФИО2, которая лично видела истца и связывалась с ним, в том числе и по телефону. При этом ФИО2 пояснила, что никаких инструкций относительно дальнейших действий работодатель не предоставил.

Доводы ответчика о наличии у истца обязанности подчиняться устным распоряжениям, в том числе и о перемещении на другое место работы, непосредственного руководителя К.С.В., не нашли своего подтверждения в судебном заседании. Ни трудовой договор, заключенный с истцом, ни должностная инструкция специалиста управления по предотвращения потерь, таких положений не содержат и не предусматривают обязанности истца подчиняться устным распоряжениям о перемещении и изменении места работы.

Учитывая установленные в судебном заседании фактические обстоятельства дела, суд приходит к выводу, что неявка истца на рабочее место в ТРЦ «Фан-Фан» по адресу: <...> была вызвана уважительными причинами - закрытием ТРЦ «Фан-Фан» на период с 28 марта 2020 года по 06 апреля 2020 года, при том, что в дальнейшем период закрытия ТРЦ был продлен.

Принимая во внимание, что с приказом от 01 апреля 2020 года о месте и часах работы специалиста УПП ФИО1 истца ознакомили только 07 апреля 2020 года, что сторонами не оспаривалось, у истца отсутствовали основания для осуществления трудовых функций в магазине по адресу: <...>, ТЦ «Аида». В связи с чем доводы ответчика о совершении истцом прогулов в период с 29 марта 2020 года по 05 апреля 2020 года признаются судом несостоятельными.

Составленные ответчиком акты об отсутствии ФИО1 на рабочем месте по адресу: <...>, ТЦ «Аида» 29, 30, 31 марта 2020 года с 09:00 часов до 18:30 часов (л.д. 182-184) не могут служить доказательством совершения истцом прогула и неисполнения распоряжения работодателя о перемещении на другое место работы, поскольку о существовании такого распоряжения истец узнал только 07 апреля 2020 года, а до этой даты приказ работодателя о перемещении работника на другое место работы до ФИО1 доведен не был, в связи с чем у истца отсутствовали основания для выхода на работу в ТЦ «Аида» и исполнения своих трудовых обязанностей на новом месте. Кроме того, с указанными актами об отсутствии на рабочем месте истца не ознакомили, копии актов истцу не направили, акты об отказе истца от ознакомления с актами об отсутствии на рабочем месте ответчиком составлены не были и суду не представлены.

В объяснениях затребованных работодателем по факту отсутствия на рабочем месте истец также указал, что не мог исполнять свои обязанности в магазине ТРЦ «Фан-Фан» по адресу: <...> в связи с закрытием ТРЦ, с приказом о перемещении он был ознакомлен только 07 апреля 2020 года, после чего 08 апреля 2020 года приступил к исполнению обязанностей в магазине ТЦ «Аида» по адресу: <...>. Ранее приступить к работе в магазине ТЦ «Аида» не мог в связи с отсутствием прямых указаний на перевод (л.д. 139,140).

Однако работодателем данные объяснения истца, как и указанные в них обстоятельства, при проведении служебного расследования учтены не были, в результате чего по результатам служебного расследования было принято решение о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности с последующим увольнением, о чем указано в заключении от 30 апреля 2020 года (л.д. 134). К указанном заключению по материалам служебного расследования суд относится критически, поскольку представленные ответчиком копии данного заключения (л.д. 134, 190-191) отличаются друг от друга, в частности в заключении от 30 апреля 2020 года имеются ссылки на приказы от 28 марта 2020 года и от 01 апреля 2020 года о месте и часах работы специалиста по безопасности ФИО1 (л.д. 134), тогда как в заключении без даты (л.д. 190-191) такие ссылки отсутствуют, а также не указана дата утверждения названного заключения. Поскольку представленные суду копии заключения по материалам служебного расследования отличаются друг от друга, а оригинал данного документа суду не представлен, они не могут быть приняты судом в качестве достоверного доказательства, подтверждающего факт совершения истцом дисциплинарного проступка.

Учитывая, что причины отсутствия истца на рабочем месте в ТРЦ «Фан-Фан» и ТЦ «Аида» в период с 29 марта 2020 года по 05 апреля 2020 года были вызваны объективными обстоятельствами и являлись, по мнению суда, уважительными (закрытие ТРЦ «Фан-Фан», несвоевременное ознакомление истца с приказами от 28 марта 2020 года и от 01 апреля 2020 года о месте и часах работы специалиста по безопасности ФИО1) у ответчика отсутствовали основания для привлечения истца к дисциплинарной ответственности за прогул, в связи с чем приказ < № > от 12 мая 2020 года (л.д. 24) не может быть признан законным и обоснованным. Более того, в оспариваемом приказе ответчиком не указано за прогул в какие дни к истцу применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения и на основании каких документов.

Кроме того, нашли свое подтверждение в судебном заседании и доводы истца о нарушении ответчиком срока привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности.

В силу ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Учитывая, доводы ответчика об отсутствии истца на рабочем месте в период с 29 марта 2020 года по 05 апреля 2020 года, привлечение истца к дисциплинарной ответственности, в случае установления факта совершения истцом прогулов в указанный период, могло иметь место до 05 мая 2020 года, однако приказ об увольнении издан работодателем только 12 мая 2020 года, то есть по истечении более одного месяца со дня предполагаемого прогула.

Поскольку порядок и срок привлечения к дисциплинарной ответственности в виде увольнения ответчиком был нарушен, что является безусловным основанием для признания увольнения незаконным, суд находит требования истца в данной части подлежащими удовлетворению, в связи с чем приказ < № > от 12 мая 2020 года о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) признается судом незаконным.

В силу ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы. В случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию. Если в случаях, предусмотренных настоящей статьей, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть изменена на дату вынесения решения судом.

Учитывая, что истец в своих требованиях просит об изменении даты и формулировки увольнения, увольнение истца признано незаконным его требования в данной части подлежат удовлетворению.

Поскольку истец до настоящего времени не работает, дата увольнения ФИО1 из ООО «Победа», подлежит изменению с 12 мая 2020 года на 18 сентября 2020 года.

Также подлежит изменению и формулировка основания увольнения ФИО1 из ООО «Победа» с пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации «прогул» на п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации «расторжение трудового договора по инициативе работника».

Что касается требований истца о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула с 13 мая 2020 года по день вынесения решения суда, то они подлежат удовлетворению.

Поскольку привлечение истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения и увольнение истца 12 мая 2020 года признано незаконным, в соответствии с положениями ст. 394-395 Трудового кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за все время вынужденного прогула, а именно за период с 13 мая 2020 года по 18 сентября 2020 года (92 дня).

При определении подлежащей взысканию в пользу истца суммы заработной платы за время вынужденного прогула суд не может принять расчеты истца, поскольку в данных расчетах неверно определен размер среднего заработка, истцом учтены суммы выплаченной, а не начисленной заработной платы.

В силу ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Согласно п. 5, 9 Постановления Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы» при исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если: за работником сохранялся средний заработок в соответствии с законодательством Российской Федерации, за исключением перерывов для кормления ребенка, предусмотренных трудовым законодательством Российской Федерации; работник получал пособие по временной нетрудоспособности или пособие по беременности и родам; работник в других случаях освобождался от работы с полным или частичным сохранением заработной платы или без оплаты в соответствии с законодательством Российской Федерации. Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате. Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

При определении среднего заработка за период вынужденного прогула, суд принимает за основу сведения предоставленные ответчиком о размере начисленной истцу заработной платы за период с мая 2019 года по апрель 2020 года (л.д. 192-193), а также количество рабочих дней в каждом месяце, определенных с учетом установленных истцу выходных дней (пятница, суббота).

Таким образом, судом учитываются следующие суммы начисленной заработной платы и количество рабочих дней:

май 2019 года - 34 214 рублей 57 копеек, 15 рабочих дней,

июнь 2019 года - 40 918 рублей 55 копеек, 20 рабочих дней,

июль 2019 года - 36 838 рублей 25 копеек, 12 рабочих дней,

август 2019 года - 40 919 рублей 55 копеек, 23 рабочих дня,

сентябрь 2019 года - 40 919 рублей 555 копеек, 21 рабочий день,

октябрь 2019 года - 25 177 рублей 42 копейки, 13 рабочих дней,

ноябрь 2019 года - 40 919 рублей 55 копеек, 22 рабочих дня,

декабрь 2019 года - 40 919 рублей 89 копеек, 21 рабочий день,

январь 2020 года - 40 919 рублей 89 копеек, 17 рабочих дней,

февраль 2020 года - 34 567 рублей 80 копеек, 16 рабочих дней,

март 2020 года - 29 643 рубля 08 копеек, 14 рабочих дней,

апрель 2020 года - 31 086 рублей 73 копейки, 17 рабочих дней.

При этом судом учтено, что в июле и октябре 2019 года, феврале, марте и апреле 2020 года истец находился в отпуске, что отражено в расчетных листках (л.д. 121), а также приказах о предоставлении отпуска (л.д. 194, 196).

Таким образом, за период с мая 2019 года по апрель 2020 года истцу начислена заработная плата в сумме 437 045 рублей 83 копейки за 211 рабочих дней. Следовательно, средний дневной заработок истца составит 2 071 рубль 31 копейку (расчет: 437 045,83 : 211 = 2 071,31), а размер заработка за период вынужденного прогула с 13 мая 2020 года по 18 сентября 2020 года - 190 560 рублей 52 копейки (расчет: 2 071,31 х 92 = 190 560,52). Указанная сумма с удержанием обязательных платежей подлежит взысканию с ответчика в пользу истца. Определяя размер заработной платы за период вынужденного прогула суд учитывает положения ст. 395 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой при признании органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор, денежных требований работника обоснованными они удовлетворяются в полном размере.

Требование истца о взыскании с ответчика недополученной заработной платы за апрель 2020 года подлежит частичному удовлетворению, поскольку отсутствие истца на рабочем месте с 01 по 05 апреля 2020 года как уже было сказано выше было вызвано уважительными причинами, независящими от истца, следовательно, оснований для исключения данного периода из рабочих дней и неоплаты данных дней у ответчика не имелось.

Как следует из расчетного листка за апрель 2020 года истцу к оплате учтено 17 рабочих дней, 2 дня отпуск за свой счет и начислена заработная плата за апрель 2020 года в размере 31 086 рублей 73 копейки. Однако в апреле 2020 года у истца было 22 рабочих дня за вычетом двух дней отпуска за свой счет, истцу должны были начислить заработную плату за 20 рабочих дней, в размере 36 572 рубль 63 копейки (расчет: 40 229,89 (размер установленной заработной платы) : 22 (количество рабочих дней в месяце) х 20 (количество отработанных дней в месяце) = 36 572 рубля 63 копейки). Таким образом, размер недоначисленной и, соответственно, невыплаченной истцу заработной платы за апрель 2020 года составит 5 485 рублей 90 копеек (расчет: 36 572,63- 31 086,73 = 5 485,90) и подлежит взысканию с ответчика в пользу истца с удержанием обязательных платежей.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", суд в силу ст. 21 (абз. 4 ч. 1) и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплат, причитающихся при увольнении).

Установив неправомерность действий ответчика, выразившихся в незаконном привлечении истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, что свидетельствует о нарушении прав истца как работника, суд соответствии с положениями ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, с учетом принципа разумности и справедливости, исходя из фактических обстоятельств дела полагает возможным требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда удовлетворить частично в размере 15 000 рублей.

Разрешая вопрос распределения судебных расходов руд руководствуется следующим.

Частью 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Таким образом, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина, исчисленная пропорционально размеру удовлетворенных требований в сумме 5 420 рублей 93 копейки (5 120 рублей 93 копейки за требования имущественного характера, 300 рублей за неимущественное требование).

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Победа» о признании увольнения незаконным, об изменении даты и формулировки увольнения, взыскании компенсации за вынужденный прогул, невыплаченной заработной платы, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать приказ общества с ограниченной ответственностью «Победа» < № > от 12 мая 2020 года о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) ФИО1 незаконным.

Изменить дату увольнения ФИО1 с должности специалиста по безопасности обособленного подразделения- 61, г. Москва, Бакунинская / Служба экономической безопасности / Управление по предотвращению потерь / Группа 3 общества с ограниченной ответственностью «Победа» с 12 мая 2020 года на 18 сентября 2020 года.

Изменить формулировку основания увольнения ФИО1 с должности специалиста по безопасности обособленного подразделения- 61, г. Москва, Бакунинская / Служба экономической безопасности / Управление по предотвращению потерь / Группа 3 общества с ограниченной ответственностью «Победа» с пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации «прогул» на п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации «расторжение трудового договора по инициативе работника».

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Победа» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула за период с 13 мая 2020 года по 18 сентября 2020 года в сумме 190 560 рублей 52 копейки с удержанием обязательных платежей, задолженность по заработной плате за апрель 2020 года в суме 5 485 рублей 90 копеек с удержанием обязательных платежей, компенсацию морального вреда 15 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Победа» государственную пошлину в доход местного бюджета 5 420 рублей 93 копейки.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга.

Мотивированное решение будет изготовлено в течение пяти дней.

Судья Е.А. Лащенова

Мотивированное решение изготовлено 25 сентября 2020 года.

Судья Е.А. Лащенова