Приговор № 1-416/2025 1-50/2026 от 2 апреля 2026 г. по делу № 1-416/2025

Дело № 1-416/2025


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Санкт-Петербург 03 апреля 2026 года

Куйбышевский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Ботанцовой Е.В.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Центрального района Санкт-Петербурга ФИО1,

подсудимых ФИО2, ФИО3,

защитников – адвоката Васильева А.И., представившего удостоверение № № и ордер № (в защиту ФИО2),

адвоката Орлова В.А., представившего удостоверение № № и ордер № (в защиту ФИО3),

переводчика П.,

потерпевших П1., П2.,

при секретаре Крих С.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина <данные изъяты>, с неполным средним образованием, холостого, детей не имеющего, не работающего, регистрации и постоянного места жительства на территории Российской Федерации не имеющего, проживающего по адресу: <адрес> (со слов), не судимого, - содержащегося под стражей по настоящему уголовному делу с 07.04.2025,

- обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162, ч. 2 ст. 325, п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ;

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина <данные изъяты>, со средним специальным образованием, холостого, детей не имеющего, не работающего, регистрации и постоянного места жительства на территории Российской Федерации не имеющего, проживающего по адресу: <адрес> (со слов), не судимого,

- содержащегося под стражей по настоящему уголовному делу с 07.04.2025,

- обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162, ч. 2 ст. 325, п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 и ФИО3 Э.Э. совершили разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, в крупном размере, при следующих обстоятельствах:

не позднее 03 часов 00 минут 07.04.2025, находясь в неустановленном месте на территории Российской Федерации, ФИО2 и ФИО3 Э.Э., имея умысел на совершение разбоя, в целях хищения чужого имущества из корытных побуждений, с целью личного незаконного материального обогащения, вступили в преступный сговор с неустановленными лицами, в отношении которых выделено в отдельное производство уголовное дело, с которыми, действуя совместно и согласно заранее достигнутым договоренностям о распределении ролей, то есть группой лиц по предварительному сговору, направленный на хищение имущества П1 и П2., с применением насилия опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, в крупном размере, тем самым спланировали и реализовали свой преступный план по хищению имущества.

При этом, согласно распределенным между собой ролям, 07.04.2025 в период 03 часов 00 минут по 04 часа 38 минут, ФИО2, ФИО3 Э.Э. и неустановленные следствием лица должны были приехать на автомобиле иностранного производства, неустановленной следствием модели, с государственным регистрационным знаком «№» к дому 50 по набережной реки Фонтанки в Санкт-Петербурге, где неустановленное следствием лицо №1, согласно своей преступной роли, приискав липкую ленту типа скотч, под предлогом личной встречи должно было позвонить в дверь квартиры № дома № по набережной реки Фонтанки в Санкт-Петербурге, где проживали П1 и П2., после того как последние открыли дверь в квартиру, пройти в неё и удостовериться в отсутствии по вышеуказанному адресу посторонних лиц, сообщить соучастникам преступления обстановку по вышеуказанному адресу, впустить последних в квартиру, осуществлять физическое и моральное воздействие на П1. и П2., а также с использованием заранее приисканной липкой ленты типа скотч, ограничить физическую подвижность потерпевших и похитить имущество.

ФИО2 согласно своей преступной роли, должен был приискать неустановленный следствием предмет с неустановленным газом и нож, получив сообщение от неустановленного лица №1 об отсутствии в вышеуказанной квартире посторонних лиц, проникнуть в нее, осуществлять физическое и моральное воздействие на П1 и П2 с использованием заранее приисканного неустановленного следствием предмета с неустановленным газом и заранее приисканного ножа, похитить имущество.

ФИО3 Э.Э. согласно своей преступной роли должен был приискать предмет внешне схожий с пистолетом, липкую ленту типа скотч, получив сообщение от неустановленного лица №1 об отсутствии в вышеуказанной квартире посторонних лиц, проникнуть в нее, осуществлять физическое и моральное воздействие на П1 и П2. с использованием предмета, внешне схожего с пистолетом, заранее приисканного им (ФИО3), а также с использованием заранее приисканной липкой ленты типа скотч, ограничить физическую подвижность П1., похитить имущество.

Неустановленное следствием лицо №2, согласно своей преступной роли, должно было, получив сообщение от неустановленного лица №1 об отсутствии в вышеуказанной квартире посторонних лиц, проникнуть в нее, осуществлять физическое и моральное воздействие на П1. и П2, похитить имущество, наблюдать за окружающей обстановкой с целью предупреждения соучастников о возможной опасности.

Таким образом, ФИО2 и ФИО3 Э.Э., действуя совместно и по предварительному сговору с неустановленными лицами, спланировали и в дальнейшем реализовали преступный план по хищению имущества П1. и П2.

Так, 07.04.2025 в период 03 часов 00 минут по 04 часа 38 минут, соучастники, действуя согласно разработанному плану, приехали на автомобиле иностранного производства, неустановленной следствием модели, с государственным регистрационным знаком «№» к дому № по набережной реки Фонтанки в Санкт-Петербурге.

Далее, неустановленное следствием лицо №1, согласно своей преступной роли, под предлогом личной встречи с П1. и П2., позвонил в дверь квартиры № дома № по набережной реки Фонтанки в Санкт-Петербурге, где проживали П1. и П2., после того как последний открыл дверь в квартиру, прошло в неё, направилось по личной нужде в туалет, не привлекая внимания П1. и П2 удостоверилось в отсутствии по вышеуказанному адресу посторонних лиц, о чем сообщило соучастникам преступления.

Далее ФИО2, ФИО3 Э.Э. и неустановленное лицо № 2, действуя группой лиц по предварительному сговору, согласно отведенной им преступной роли, стали звонить и стучать в дверь квартиры № дома № по набережной реки Фонтанки в Санкт-Петербурге, где уже находился соучастник преступления неустановленное лицо №1, который согласно преступного плана подошел к двери, которую открыл против воли П1, который свое согласие открыть дверь в квартиру не давал, и П2 который словесно запретил открывать дверь. В целях не препятствования проникновению в квартиру ФИО2, ФИО3 и неустановленного следствием лица №2, схватил потерпевшего П2 правой рукой за волосы и удерживал его, открыл дверь в вышеуказанную квартиру, впустил в нее ФИО2, ФИО3 и неустановленное следствием лицо №2, которые таким образом незаконно проникли в жилище.

При этом ФИО2, согласно распределенной роли, находясь в коридоре вышеуказанной квартиры, удерживая в правой руке неустановленный следствием предмет с неустановленным газом, а в левой руке нож, используя его в качестве оружия, демонстрируя их, а также готовность их применения, в целях подавления воли и лишая П2. возможности к оказанию сопротивления, с целью применения насилия опасного для жизни и здоровья человека, причинения физической боли и моральных страданий, нанес П2. кулаком правой руки, в которой удерживал предмет с неустановленным газом, не менее 1 удара в область головы и лица, от чего у П2 полилась кровь из носа, после чего правой рукой распылил из неустановленный следствием предмета с неустановленным газом струю аэрозоля в область лица потерпевшего П2., с целью его дезориентации в пространстве и подавления воли к сопротивлению, то есть применил насилие опасное для жизни и здоровья потерпевшего. При этом демонстрация ножа ФИО2 была воспринята потерпевшим П2 как угроза применения насилия. Далее ФИО3 Э.Э., действуя группой лиц по предварительному сговору совместно с ФИО2 и неустановленными лицами, реализуя общий преступный умысел, находясь в коридоре вышеуказанной квартиры, с целью подавления воли потерпевшего П2 к сопротивлению, демонстрировал последнему предмет внешне схожий с пистолетом, удерживая в правой руке, что было воспринято потерпевшим П2 как угроза применения насилия.

Затем неустановленное следствием лицо №1 в продолжении преступных действий, направленных на совершение разбоя, согласно отведенной ему преступной роли, стало связывать заранее приисканным скотчем, принесенным с собой, руки, голову и рот потерпевшего П2

При этом неустановленное лицо №2, действуя группой лиц по предварительному сговору, согласно отведенной ему преступной роли, реализуя общий преступный умысел, производило обход помещений квартиры в целях отыскания ценных вещей и документов, при этом завладело наличными денежными средствами в сумме 30 000 рублей и банковской картой банка ПАО «<данные изъяты>», не представляющей материальной ценности, принадлежащими П1., изъяв их из сумки П1 находящейся в свободном доступе в комнате №1, а также наблюдало за окружающей обстановкой с целью предупреждения соучастников преступления о возможной опасности, то есть создавало благоприятные условия для совершения преступления. В это же время ФИО2, согласно своей преступной роли, совместно с ФИО3 проследовали в кухонное помещение квартиры, где находился потерпевший П1 В продолжении преступного умысла и согласно распределенным ролям, ФИО2 демонстрировал, удерживая в правой руке, неустановленный следствием предмет с неустановленным газом, а в левой руке нож, демонстрация которых была воспринята потерпевшим П1. реально, как угроза применения насилия. При этом ФИО3 Э.Э., зайдя в кухонное помещение, наставил предмет, внешне схожий с пистолетом, на потерпевшего П1., а именно в область головы на расстоянии вытянутой руки, и стал требовать передачи ему денежных средств, телефонов, украшений и личных документов.

После этого ФИО3 Э.Э. нанес не менее 1 удара кулаком левой руки в правую область лица и скуловую область П1., от которого последний испытал физическую боль и упал на диван, то есть применил насилие опасное для жизни и здоровья. В продолжение преступных действий и согласно распределенной роли, он (ФИО3 Э.Э.) положил предмет, внешне схожий с пистолетом, на кухонный стол и связал потерпевшему П1 руки спереди скотчем, который достал из своей сумки, находящейся при нем, и заклеил П1. рот липкой лентой типа скотч. При этом лично ФИО2 убрал нож, находящийся в его руке, в карман, а предмет с неустановленным газом положил на кухонный стол и стал удерживать за плечи П1. обеими своими руками, тем самым подавляя волю потерпевшего к сопротивлению.

Далее ФИО3 Э.Э. вновь взял в руки предмет, внешне схожий с пистолетом, а ФИО2 взял со стола неустановленный предмет с неустановленным газом и кухонный нож, который был в квартире и лежал на кухонном столе. После чего ФИО2, удерживая нож в руке, направил его в сторону П1., а ФИО3 Э.Э., действуя совместно и согласно распределенной роли, открыто похитил со стола в кухонном помещении и завладел принадлежащим потерпевшему П1 мобильным телефоном «<данные изъяты>» (<данные изъяты>) стоимостью 70 000 рублей, с сим-картой оператора сотовой связи «<данные изъяты>» не представляющей материальной ценности, в чехле, не представляющем материальной ценности, после чего направил предмет, внешне схожий с пистолетом, на потерпевшего П1 и стал требовать от последнего пароль от вышеуказанного мобильного телефона в целях дальнейшего распоряжения им и использования, таким образом, завладел имуществом П1

Во исполнение преступной роли ФИО2 открыто похитил со стола в кухонном помещении и завладел принадлежащим П1 мобильным телефоном <данные изъяты> стоимостью 100 000 рублей, с сим-картой оператора сотовой связи «<данные изъяты>» не представляющей материальной ценности, сим-картой оператора сотовой связи <данные изъяты> не представляющей материальной ценности, в прозрачном чехле не представляющий материальной ценности, после чего положил себе в карман, таким образом, завладев имуществом П1

В продолжение преступных действий, направленных на хищение чужого имущества, действуя группой лиц по предварительному сговору, неустановленное лицо №1 завело в кухонное помещение связанного и избитого П2., после чего ФИО2 нанес потерпевшему П2 не менее 2 ударов ногой в область головы, от которых последний сполз на колени и упал на пол, на правый бок, при этом из кармана брюк, надетых на П2., выпал мобильный телефон (смартфон) марки <данные изъяты> стоимостью 80 000 рублей, с сим-картой оператора сотовой связи «Билайн» не представляющей материальной ценности, в чехле не представляющем материальной ценности, за который П2 пытался ухватиться пальцами рук и препятствовать хищению, однако, увидев это действие, неустановленное лицо №1 выхватило из рук потерпевшего П2 вышеуказанный мобильный телефон, а ФИО2 стал требовать пароль от указанного телефона в целях дельнейшего использования и распоряжения им, который потерпевший П2. отказался назвать, на что соучастник преступления ФИО3 Э.Э. в целях подавить волю потерпевшего П2. к сопротивлению по хищению его имущества, нанес ногой, обутой в ботинок, не менее 2 ударов в область головы П2., лежащего связанным на полу в вышеуказанном помещении, то есть нанес удары в жизненно важный орган потерпевшего - голову, таким образом, применил насилие опасное для жизни и здоровья, после чего выдвинул требование передачи денег и документов.

В исполнении единого преступного умысла, ФИО2 поднял потерпевшего П2. и усадил на диван рядом с потерпевшим П1. После чего ФИО2 и ФИО3 Э.Э. стали выдвигать требования о передачи иных ценностей, денег, документов, принадлежащих потерпевшим. В продолжение своих преступных действий и согласно распределенных ролей ФИО3 Э.Э. повел потерпевшего П1. в комнату №1, где проживал последний, в целях отыскания иных ценностей, денег и документов, с целью неправомерного завладения, где ФИО3 были обнаружены кроссовки марки «<данные изъяты>» стоимостью 13 000 рублей, принадлежащие П1., упакованные в коробку, не представляющую материальной ценности и пакет, не представляющий материальной ценности, которыми ФИО3 Э.Э. завладел. В то же самое время ФИО2 повел потерпевшего П2. в комнату №2, где проживал последний, с целью отыскания иных ценностей, денег и документов для неправомерного завладения, где не найдя требуемого имущества, нанес не менее 1 удара ладонью правой руки в область лица П2., с целью подавления воли и оказания морального и психологического давления на потерпевшего.

Таким образом, ФИО2, ФИО3 Э.Э. и неустановленные лица, действуя совместно и по предварительному сговору, в период времени с 03 часов 00 минут до 04 часов 38 минут 07.04.2025, при вышеуказанных обстоятельствах спланировали и в дальнейшем реализовали преступный план, направленный на совершение разбоя в целях хищения чужого имущества, с применением насилия опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище. Своими умышленными преступными действиями причинили потерпевшему П1 значительный материальный ущерб на общую сумму 213 000 рублей 00 копеек, потерпевшему П2 значительный материальный ущерб на общую сумму 80 000 рублей 00 копеек, а всего причинили потерпевшим материальный ущерб на общую сумму 293 000 рублей, то есть в крупном размере, после чего с похищенным с места преступления скрылись, распорядившись им согласно преступного умысла,

Они же (ФИО2 и ФИО3 Э.Э.) совершили похищение у гражданина паспорта и другого важного личного документа, при следующих обстоятельствах:

не позднее 03 часов 00 минут 07.04.2025, находясь в неустановленном месте на территории Российской Федерации, ФИО2 и ФИО3 Э.Э., имея умысел на совершение похищения у гражданина паспорта и другого важного личного документа, в целях иной личной заинтересованности, вступили в преступный сговор с неустановленными лицами, (в отношении которых выделено в отдельное производство уголовное дело), договорившись действовать совместно и согласовано, то есть группой лиц по предварительному сговору, при этом между собой преступные роли не распределяли, договорившись действовать согласно складывающейся обстановке, тем самым спланировали и реализовали свой преступный план по похищению паспорта гражданина и другого важного личного документа.

Далее, реализуя свой преступный умысел, ФИО2 и ФИО3 Э.Э. в момент совершения вышеописанного преступного деяния, заключающегося в совершении разбоя в отношении П1 и П2., имея умысел на похищение у гражданина паспорта и другого важного личного документа, действуя группой лиц по предварительному сговору, из корыстной и иной личной заинтересованности, в период с 03 часов 00 минут до 04 часов 38 минут, находясь в квартире, расположенной по адресу: г. Санкт-Петербург, набережная реки Фонтанки дом № квартира №, действуя совместно, неоднократно требовали у потерпевших П2. и П1.у передачи принадлежащих последним личных документов, ограничив подвижность потерпевших и оказывая на них моральное давление, в целях подавления воли, оказывали тем самым неустановленному следствием лицу №1 и неустановленному следствием лицу №2 содействие в совершении похищения личных документов, согласно сложившейся обстановке, при этом неустановленные следствием лицо №1 и неустановленное следствием лицо №2, тайно похитили из сумки П1., находящейся в его комнате по вышеуказанному адресу и в свободном доступе принадлежащий П1 не представляющий материальной ценности паспорт гражданина <данные изъяты> №, выданный МВД <данные изъяты> 07.03.2019 и принадлежащие П1 не представляющие материальной ценности, другие важные личные документы, а именно: патент № выданный отделом внешней трудовой миграции УВМ ГУ МВД России по г. Москве 06.02.2025, свидетельство о постановке на учет физического лица в налоговом органе с присвоением 11.03.2015 ИНН №, выданного заместителем начальника отдела регистрации и учета налогоплательщиков Инспекции Федеральной налоговой службы №№ по г. Москве, полис медицинского страхования «<данные изъяты>», №№, выдан страховым акционерным обществом «<данные изъяты>» 29.01.2025, миграционную карту, отрывную часть уведомления о прибытии иностранного гражданина по месту проживания; из сумки П2., находящейся в его комнате по вышеуказанному адресу и в свободном доступе принадлежащий П2 не представляющий материальной ценности паспорт гражданина <данные изъяты> №, выданный МВД <данные изъяты> неустановленной следствием датой, и принадлежащие П2., не представляющие материальной ценности другие важные личные документы, а именно: миграционную карту, после чего с похищенным с места преступления скрылись, распорядились им по своему усмотрению,

Они же, (ФИО2 и ФИО3 Э.Э.) совершили вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества, под угрозой применения насилия, под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, в крупном размере, при следующих обстоятельствах:

они (ФИО2 и ФИО3 Э.Э.), имея умысел на совершение вымогательства, то есть требования передачи чужого имущества, под угрозой применения насилия, с применением насилия, в крупном размере, действуя группой лиц по предварительному сговору, совместно с неустановленными следствием лицами, в отношении которых выделено уголовное дело в отдельное производство, из корыстных побуждений, с целью получения незаконной материальной выгоды, в неустановленном месте на территории Российской Федерации, не позднее 03 часов 00 минут 07.04.2025, вступили в преступный сговор и распределили между собой преступные роли, договорившись о совместном совершении преступления.

При этом, согласно распределенным между собой ролям, 07.04.2025 в период 03 часов 00 минут по 04 часа 38 минут, ФИО2, ФИО3 Э.Э. и неустановленные следствием лица должны были приехать на автомобиле иностранного производства, неустановленной следствием модели, с государственным регистрационным знаком «№» к дому № по набережной реки Фонтанки в Санкт-Петербурге, где неустановленное следствием лицо №1, согласно своей преступной роли, под предлогом личной встречи, должно было позвонить в дверь квартиры № дома № по набережной реки Фонтанки в Санкт-Петербурге, где проживали П1 и П2., после того как последние открыли дверь в квартиру, пройти в неё и удостовериться в отсутствии по вышеуказанному адресу посторонних лиц, сообщить соучастникам преступления обстановку по вышеуказанному адресу, впустить последних в квартиру, осуществлять физическое и моральное воздействие на П1. и П2., требовать передачи чужого имущества, под угрозой применения насилия, под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевших, а также, с использованием заранее приисканной липкой ленты типа скотч, ограничить физическую подвижность потерпевшего П2. ФИО2 согласно своей преступной роли, должен был осуществлять физическое и моральное воздействие на П1. и П2 с использованием заранее приисканного неустановленного следствием предмета с неустановленным газом и заранее приисканного ножа, требовать передачи чужого имущества, под угрозой применения насилия, под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевших. ФИО3 Э.Э. согласно своей преступной роли должен был осуществлять физическое и моральное воздействие на П1 и П2 с использованием предмета, внешне схожего с пистолетом, заранее приисканного им (ФИО3), а также с использованием заранее приисканной липкой ленты типа скотч, ограничить физическую подвижность П1., требовать передачи чужого имущества, под угрозой применения насилия, под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего. Неустановленное следствием лицо №2 согласно своей преступной роли должно было осуществлять физическое и моральное воздействие на П1. и П2., наблюдать за окружающей обстановкой с целью предупреждения соучастников о возможной опасности.

Так, 07.04.2025 в период с 03 часов 00 минут по 04 часа 38 минут ФИО2 и ФИО3 Э.Э., действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью получения незаконной материальной выгоды, осознавая общественную опасность своих действий, совместно и согласованно, группой лиц, по предварительному сговору с неустановленными следствием лицами, находясь на кухне квартиры № дома № по набережной реки Фонтанки в г. Санкт-Петербурге, в ходе совершения вышеописанного разбойного нападения в отношении П1. и П2., подавив их волю к сопротивлению, с применением насилия в виде причинения физической боли от нанесения множественных ударов по голове и лицу, совершили следующие действия.

Неустановленное следствием лицо №1, действуя группой лиц по предварительному сговору, имея численное превосходство над потерпевшими П1. и П2., тем самым подавляя их волю к сопротивлению, искусственно создавая для потерпевших тревожную обстановку, согласно своей преступной роли, предварительно находясь в коридоре, связало скотчем П2., ограничив его подвижность и причиняя моральные и физические страдания, применяя таким образом к нему насилие, ограничив физическую подвижность против воли потерпевшего и возможность оказать сопротивление. В свою очередь ФИО3 Э.Э., согласно отведенной ему преступной роли, предварительно находясь на кухне, связал липкой лентой типа скотч П1., ограничив его физическую подвижность и причиняя моральные и физические страдания, применяя таким образом к нему насилие, то есть с применением насилия, против воли потерпевшего и исключая возможность оказать сопротивление, ранее завладев их имуществом в ходе вышеописанного преступления, стал производить видеосъемку потерпевшего П1. на принадлежащий ему (ФИО3) неустановленный следствием мобильный телефон, задавая вопросы о его (П1.) личности, на которые последний отвечал, после чего выдвинул потерпевшему требование о передаче денежный средств в сумме 500 000 рублей для возврата ранее похищенного имущества и документов.

При этом ФИО2, в продолжение преступного умысла, действуя группой лиц по предварительному сговору, согласно отведенной ему преступной роли, разрезал липкую ленту типа скотч при помощи бытового ножа, который взял в кухонном помещении в вышеуказанной квартире, тем самым освободив руки П2 и П1. поочередно, которые находились в кухонном помещении, после чего приказал П2 и П1 полностью раздеться, действуя против воли потерпевших, освободил от липкой ленты типа скотч рот П1., а с головы П2. с силой сорвал липкую ленту типа скотч, таким образом, что липкая лента скотч отошла от головы частично с волосами П2., от чего последний испытал физическую боль и моральные страдания, то есть применил насилие к потерпевшему П2. После того, как требование ФИО2 полностью раздеться потерпевшие выполнили, тогда ФИО3 Э.Э. произвел видеосъемку на неустановленный следствием мобильный телефон, в ходе которой фиксировал обнаженных П2 и П1., которым в ходе производства видеосъемки ФИО3 Э.Э. задавал вопросы об их личности и они были вынуждены на них отвечать, с учетом сложившейся обстановки и численного превосходства соучастников преступления. По окончании видеосъемки ФИО3 Э.Э. выдвинул требование, обращенное к П2. и П1., о передаче дополнительно еще 200 000 рублей, к ранее потребованным 500 000 рублей, а всего денежных средств на общую сумму 700 000 рублей, то есть в крупном размере, под угрозой распространения сведений, позорящих П1 и П2 посредством распространения видеофайла в сети интернет. При этом ФИО2, находясь в непосредственной близости от П2. и П1., направил в сторону последних бытовой кухонный нож, и он же (ФИО2) совместно с неустановленным следствием лицом №1 угрожали отрезать П1 и П2 <данные изъяты>, в случае отказа выполнения требований о передаче денежных средств, то есть угрожали применить насилие.

Потерпевшие П1 и П2., воспринимая высказанные в их адрес угрозы применения насилия и угрозы распространения позорящих их сведений как реальные, и опасаясь их осуществления ввиду активности, целенаправленности и совместности действий участников преступления, а также в связи с применением в отношении них физического насилия, опасаясь дальнейшего применения в отношении них насилия, согласились на выдвинутые им требования соучастниками преступления, однако осуществить передачу денежных средств не смогли, так как ФИО3 Э.Э. и ФИО2 были задержаны сотрудниками полиции по адресу: <адрес>, а неустановленное следствием лица №1 и №2 скрылись.

Таким образом, ФИО2, ФИО3 Э.Э. и неустановленные следствием лица в период с 03 часов 00 минут до 04 часов 38 минут 07.04.2025, незаконно вымогали, угрожая применением насилия и применив насилие к П1. и П2, а также угрожая распространением позорящих сведений, передачу в их собственность денежных средств в сумме 700 000 рублей, что является крупным размером.

В судебном заседании подсудимые ФИО2 и ФИО3 Э.Э. (каждый в отдельности) свою вину признали частично, заявили, что потерпевшие их оговаривают, поскольку являются трансгендерами и им за это стыдно. Никаких предметов, а именно ножа, пистолета, газового баллончика у них (ФИО2 и ФИО3 Э.Э.) не было, в данную квартиру они приехали по предложению ПХО, чтобы забрать мобильные телефоны потерпевших с перепиской и пристыдить их, никакого имущества и документов они у потерпевших не требовали и ничего, кроме телефонов, не забирали, на видео их не снимали и раздеваться не заставляли, никаких денег не вымогали. Признают себя виновными в проникновении в квартиру и хищении двух мобильных телефонов, то есть в совершении грабежа.

Виновность подсудимых ФИО2 и ФИО3 в совершении вышеуказанных преступлений подтверждается следующими доказательствами:

- показаниями потерпевшего П1 в судебном заседании, а также оглашёнными в порядке ст. 281 ч. 3 УПК РФ, согласно которым 28.03.2025 он совместно со своим знакомым П2 прилетели в Санкт-Петербург с целью отдыха и туризма, арендовали квартиру по адресу: г. Санкт-Петербург, наб. реки Фонтанки д. № кв. №. Далее 29.03.2025 П2 выложил пост «<данные изъяты>» где сообщил, что они приехали в Санкт-Петербург. После чего П2. поступило сообщение от знакомого ПХО с предложением встретиться, что они и сделали. Далее, в ходе переписки между ПХО. и П2. произошел конфликт на фоне того, что П2. писали другие мужчины, и ПХО приревновал П2 Утром 06.04.2025 ПХО. снова написал П2 в мессенджере с неизвестного номера, сообщил, что хочет встретиться с П2., и объясниться. Около 0З часов 00 минут 07.04.2025 года ПХО приехал к ним в квартиру, П2 впустил его, тот прошел в туалет, спустя несколько минут в входную дверь начал кто-то стучать и ломиться. Он (П1) был на кухне, смотрел фильм. Оба его телефона находились на кухне на обеденном столе: <данные изъяты> цвет серый, стоимостью 100 000 рублей, и <данные изъяты> в корпусе красного цвета оценивает в 70 000 рублей, так как телефоном редко пользовался и он был в отличном состоянии. Его сумка дамская находилась в комнате на столе. В сумке были документы на его имя: паспорт гражданина <данные изъяты> №, патент серия № номер №, отрывной талон бланка уведомления о прибытии иностранного гражданина в место проживания (регистрация), миграционная карта, свидетельство о постановке на учет физического лица в налоговом органе - оригинал, полис дополнительного медицинского страхования «<данные изъяты>»-оригинал, деньги наличные в сумме 30 000 рублей, одна банковская карта «<данные изъяты>», сама карта материальной ценности не представляет, денежные средства на карте отсутствовали. В этой же комнате находились новые кроссовки марки «<данные изъяты>» стоимостью 13 000 рублей. Когда в квартиру стали стучать и звонить, П2 крикнул «не открывай», после чего через минуту на кухню ворвались двое мужчин - ФИО3 и ФИО2. У ФИО3 в правой руке был предмет, внешне похожий на пистолет. У ФИО2 в руках был нож и перцовый баллон. ФИО3, зайдя на кухню, наставил на него (П1) пистолет в область головы на расстоянии вытянутой руки и стал требовать деньги, телефоны, украшения и личные документы, он (П1) опешил и испугался, стоял неподвижно в шоке, после выдвижения указанных требований, ФИО3 ударил его один раз кулаком левой руки в правую часть лица, в область скулы, причинив этим физическую боль. Он упал от удара на диван, который был в кухне, лицом к ФИО3 и ФИО2. ФИО3 стал связывать его скотчем, который достал из своей сумки, находящейся при нем, заклеил ему рот, и связал его руки спереди, при этом ФИО2 удерживал его руками за плечи, чтобы он не сопротивлялся. У ФИО3 в руках был предмет, похожий на пистолет, когда он заходил на кухню, у ФИО2 в руках был нож и перцовый баллон. Когда они оба связывали ему руки и рот скотчем (один связывал, второй держал), пистолет и баллон перцовый положили на стол, нож ФИО2 убрал в карман (нож был складной, он его сложил и убрал в карман). После того как его связали таким образом, ФИО3 вновь взял в руки пистолет, а ФИО2 со стола перцовый баллон и уже кухонный нож, который был в квартире и лежал на кухонном столе. ФИО2 и ФИО3 направляли на него нож и пистолет, уже после того как связали его. Направляя на него пистолет, ФИО3 стал спрашивать его код от телефона «<данные изъяты>», который он взял со стола, при этом направлял на него пистолет, при этом ФИО2 стал направлять на него нож. ФИО2 взял со стола в кухне его (П1) мобильный телефон «<данные изъяты>», пароль от телефона <данные изъяты> он (П1) ввел на дисплее сам, поскольку был заклеен рот скотчем. На «<данные изъяты>» пароля не было. ФИО2 телефон «<данные изъяты>» положил себе в карман. Далее ФИО3 требовал пароль от мобильного банка «<данные изъяты>», он пароль ввел, так как не мог говорить, от заклеенного скотчем рта, при этом он понимал, что денежных средств на счете нет. Далее на кухню завели П2, у которого на лице была кровь, текла из носа, при этом у него слезились глаза и были красными, по запаху в квартире он понял, что распылили ранее перцовый баллон. При этом ФИО2 помог втащить на кухню П2, который сопротивлялся. ФИО2 нанес два удара ногой в голову П2, который от ударов сполз на колени и упал на пол. Далее у П2 выпал из кармана телефон «<данные изъяты>», он пытался за него ухватится руками, но они были связаны, тогда ПХО выхватил телефон из рук. ФИО2 стал спрашивать пароль от телефона П2, но тот его не назвал. Тогда ФИО3 нанес ногой, обутой в ботинок, 2 удара по голове П2, лежащего на полу. После чего П2 посадили рядом с ним на диван. Далее ФИО3 стал снимать его (ФИО4) на свой телефон, задавать вопросы по личности. Он отвечал. ПХО при этом сообщил, что у него есть еще один телефон. Тогда ФИО2 достал из своего кармана его (П1) телефон «<данные изъяты>» и продемонстрировал ПХО, что телефон у него. ПХО сказал, что забрал его документы и потребовал сумму 500 000 рублей, чтобы вернуть все ценности. Далее его спросили ФИО3 и ФИО2 где деньги и другие ценности, документы. После чего его повел в его (П1) комнату ФИО3, он не обратил внимание был ли нож или пистолет в его руках, так как уже был морально подавлен. А ФИО6 ФИО2 повел в другую комнату. ПХО и четвертый мужчина при этом с ними не пошли. ПХО обратился к четвертому по имени Ш. один раз. В комнате он (П1) посмотрел свою дамскую сумку, которая уже пустая валялась на кровати, там не было ни денег, ни документов на его имя. Он сказал ФИО3, что их по-видимому забрали уже ПХО и четвертый мужчина - Ш.. В комнате были кроссовки «<данные изъяты>» их забрал ФИО3. Далее ФИО3 привел его обратно на кухню. ФИО2 привел П2, ПХО и четвертый мужчина тоже зашли на кухню. На кухне ФИО2 развязал их обоих, разрезал скотч при помощи кухонного ножа, который был в квартире. ФИО2 приказал им раздеться, они разделись до гола, при этом ФИО2 с П2 сорвал скотч со рта вместе с волосами на голове. ФИО3 стал снимать их на свой телефон, при этом стал спрашивать опять данные о их личности: имена фамилии, кто они и откуда. После того, как ФИО3 закончил съемку, они оделись. После чего ФИО3 сказал, что они должны перечислить ему еще 200 000 рублей, а в общей сложности они с П2 должны перечислить или передать 700 000 рублей, тогда он вернет им их документы, имущество, телефоны, и не будет выкладывать в интернет видео, где он и П2 голые отвечают на вопросы о своей личности. При этом ФИО2 направлял на них кухонный нож, находясь в непосредственной близости, при этом ПХО и ФИО2 сказали, что отрежут ему и П2 <данные изъяты>, если деньги не перечислят. Он спросил, как ему отдавать деньги, если у них забрали все имущество и телефоны. Тогда ФИО3 сказал, что они все сами их найдут. Кто именно из нападавших забрал его документы и 30 000 рублей ему не известно. Он может предположить, что деньги и документы забрали ПХО и четвертый мужчина Ш., поскольку ФИО2 и ФИО3 были с ними на кухне, и спрашивали про документы и деньги, а когда его повели в комнату, там ни денег, ни документов не было. Находящийся в квартире Ш. – четвертый мужчина, насколько он видел, обыскивал квартиру, по тумбочкам смотрел вещи. 07.04.2025 около 03 часов 40 минут все четверо покинули квартиру. Далее он побежал в магазин, 24 часа в этом же доме, позвонил знакомому, попросил вызвать полицию. По приезду сотрудников полиции был произведен осмотр места происшествия с его участием. В ходе осмотра квартиры, был изъят нож, которым угрожал ФИО2, нож находился в квартире, когда они туда заселились, этим же ножом им разрезали скотч с рук, чтобы развязать. Были изъяты следы: отпечатки, следы обуви, следы материи, были изъяты волосы и скотч, в который они были частично замотаны. За медицинской помощью они не обращались, так как были растеряны и в чужом городе, не хотели огласки. Общий материальный ущерб, причиненный в результате хищения вещей и денег составляет 213 000 рублей, а также П2 составляет 80 000 рублей. Общий ущерб 293 000 рублей, они проживали совместно, вели общее хозяйство, ущерб для них значительный. ФИО2, ФИО3, ПХО и Ш. также пытались им причинить ущерб в 700 000 рублей в результате вымогательства, что также было бы значительным ущербом. (том 2 л.д. 191-194, 201-209)

- показаниями потерпевшего П2 в судебном заседании, а также оглашёнными в порядке ст. 281 ч. 3 УПК РФ, согласно которым 28.03.2025 он совместно со своим знакомым П1 прилетели в Санкт-Петербург с целью отдыха и туризма, арендовали квартиру по адресу: <адрес>. 29.03.2025 он разместил в <данные изъяты> пост о том, что они в Санкт-Петербурге, после чего его знакомый по имени ПХО связался с ним посредством телефона и они договорились встретится и провести время вместе, погулять, также к ним присоединился П1. ПХО знает с детства, это его сосед по дому, они жили в одном доме в разных квартирах. Через несколько дней, 03.04.2025 он поругался с ПХО, по личным причинам, после чего сказал об этом П1. 06.04.2025 ПХО в ходе телефонного разговора, который состоялся в вечернее время около 18 часов 00 минут, спросил его разрешение приехать, чтобы объясниться по поводу их взаимоотношений. 07.04.2025 около 03 часов 00 минут ПХО пришел к ним в квартиру. Он (П2) открыл ему дверь, П1 был на кухне. ПХО зашел, поздоровался с ними и попросился в туалет, пробыл в туалете несколько минут. Затем в квартиру начали стучать, из туалета вышел ПХО и пошел открывать дверь, он (П2) сказал, что не нужно этого делать, непонятно, кто стучит, но ПХО его не послушал и открыл дверь. Прежде чем открыть дверь в квартиру другим злоумышленникам, ФИО5 схватил его за волосы правой рукой и удерживал. Когда дверь открылась, он (П2) сразу же получил удар в лицо кулаком от ФИО2, от удара испытал физическую боль и у него пошла кровь из носа. Следом зашли в коридор квартиры ФИО3 и Ш.. П1 при этом был на кухне. Ш. прошел вглубь квартиры, как он понял, пошел по комнатам. ФИО2 и ФИО3 забежали на кухню. У ФИО2 в руках был нож и перцовый баллон, который ФИО2 распылил ему (П2) в лицо, после того как ударил. У ФИО3 в руках был пистолет, от одного вида которого он (П2) очень испугался за свою жизнь. ПХО стал связывать его скотчем, видимо принес с собой, так как в квартире при заселении скотча не было, он стал сматывать ему руки перед собой, кисти рук, замотал ему рот и голову с волосами по окружности головы, при этом они находились в коридоре. Ему было больно, щипало глаза, он не мог их промыть, был связан, он очень страдал и выл от безысходности. При этом он слышал, что П1 находился на кухне, а ФИО2 с ФИО3 кричали ему слова на русском, но когда быстро говорят, он не понимает, но ему было очень тревожно от интонации, при этом, поскольку глаза были залиты перцовым аэрозолем, он плохо видел, все было размыто. После того как ПХО закончил его связывать, он завел его на кухню, он сопротивлялся и выл, потому как ему было страшно, При этом ПХО помог ФИО2 втащить его на кухню, он сопротивлялся, тогда ФИО2 нанес два удара ногой ему в область головы, от ударов он сел на колени и упал на пол, на бок. У него выпал телефон марки «<данные изъяты>» в корпусе черного цвета стоимостью 80 000 рублей, он хватался кончиками пальцев за телефон, выпавший из кармана штанов, но руки были связаны спереди и было неудобно, тогда ПХО выхватил у него из рук данный телефон. ФИО2 стал спрашивать пароль от телефона, он отказался назвать, тогда ФИО3 нанес ему ногой, обутой в ботинок, два удара по голове, когда он лежал на полу, на боку, насколько помнит на правом, при этом спрашивал деньги и документы. После чего его посадили на диван рядом с П1, ФИО2, насколько он помнит, поднял его и толкнул на диван. К этому времени эффект от аэрозольного баллона стал проходить. Далее ФИО3 стал снимать на свой телефон П1, может и его, он точно не знает, но тот задавал вопросы П1, кто он и откуда. П1 отвечал. Потом ПХО сказал, что у П1 еще есть телефон. Тогда ФИО2 достал из своего кармана телефон «<данные изъяты>» и продемонстрировал ПХО, что телефон у него. После чего ПХО сказал, что забрал их документы и потребовал сумму 500 000 рублей, чтобы вернуть все ценности. Далее ФИО3 и ФИО2 стали спрашивать где еще деньги и другие ценности, документы. Он не понимал, что они еще хотят, почему все время повторяют и требуют деньги и документы. После чего ФИО3 повел П1 в одну комнату, а его повел ФИО2 в другую. Там ФИО2 стал искать деньги и ценности, проверил личную сумку, но в ней ничего не было, все уже было украдено. Он понял, что документы уже похитил ПХО или Ш., так как Ш. ходил по комнатам и проверял все полки, сумки и шкафы. В комнате ФИО2 нанес ему один удар ладонью правой руки по лицу, после того как он сказал, что все уже похищено. ФИО2 привел его снова на кухню, туда же завели П1. ПХО и четвертый мужчина тоже зашли на кухню. На кухне ФИО2 развязал их обоих, разрезал скотч при помощи кухонного ножа, который был в квартире, при заселении. ФИО2 приказал им раздеться, они разделись догола, полностью, после того как ФИО2 развязал им руки, ножом разрезал скотч, освободил рот от скотча. С него сорвал скотч со рта вместе с волосами, которые росли на голове (<данные изъяты>). При отрыве скотча от рта волосы, попавшие на скотч, тоже оторвались. ФИО3 стал снимать их на свой телефон, при этом стал спрашивать опять данные о личности. Имена, фамилии, кто они и откуда. После того, как ФИО3 закончил съемку, они оделись. После чего ФИО3 сказал, что они должны перечислить ему еще 200 000 рублей, а в общей сложности они с П1 должны перечислить или передать 700 000 рублей, тогда он вернет их документы, имущество, телефоны и не будет выкладывать в интернет видео, где они голые отвечают на вопросы о своей личности. При этом ФИО2 направлял на них кухонный нож, находясь в непосредственной близости, на расстоянии вытянутой руки. Также ПХО и ФИО2 сказали, что отрежут им <данные изъяты>, если деньги не перечислят. П1 спросил как отдавать деньги, если уже забрали все имущество и телефоны. Тогда ФИО3 сказал, что они все сами их найдут, и сейчас они должны сидеть тихо, после чего 07.04.2025 около 03 часов 40 минут все четверо покинули квартиру. П1 через несколько минут после ухода злоумышленников побежал на улицу, в магазин круглосуточный, позвонил оттуда в полицию, потом пришел, сказал, что вызвал полицию. В медицинские учреждения ни он, ни П1 в Санкт-Петербурге не обращались, в Москве он тоже никуда не обращался. Он не хотел в чужом городе, где не ориентируется, искать медицинскую помощь, к тому же у него не было полиса. У него были похищены документы, которые находились в его <данные изъяты> сумке в комнате, перед началом преступления. После того как ФИО2, ФИО3, ПХО и Ш. ушли, документы пропали вместе с ними, а именно: паспорт гражданина <данные изъяты> и миграционную карту на его имя. Ему пришлось восстанавливать документы в Москве, получать новый паспорт. Других ценностей, кроме документов и телефона, у него не было. Денежных средств наличных у него не было, электронные не похищали, так как пароль он не назвал от телефона. Когда ФИО2 ворвался в квартиру, у него был складной нож, а когда угрожал отрезать ему и П1 грудь и половые органы, он направлял на них уже другой нож, кухонный бытовой, который находился в квартире при заселении. По приезду сотрудников полиции был произведен осмотр места происшествия с участием П1, так как он очень хорошо говорит на русском, а он говорит и понимает, но похуже, при этом он понимает когда говорят медленно. У ФИО2 также был перцовый баллон, который он распылил ему в лицо при входе в квартиру в самом начале. ФИО3, ФИО2 и ПХО, а также Ш. были в квартире примерно 40 минут. Когда все четверо уходили из квартиры, в руках у ФИО3 был пакет с кроссовками, которые купил ранее П1. Его (П2)документы похитил ПХО, он это понял, когда они все были в комнате, где он проживал, в комнату заходил ФИО2 и спрашивал где его (П2) документы и ПХО сказал, что уже документы все забрал. Таким образом, кроме документов, у него забрали мобильный телефон марки «<данные изъяты>» в корпусе черного цвета стоимостью 80 000 рублей, чем причинили значительный материальный ущерб. С П1. они проживали совместно, у них было общее хозяйство, общий ущерб составил 293000 рублей (том 2 л.д. 237-240, том 3 л.д. 1-10)

- протоколом очной ставки между потерпевшим П1. и подозреваемым ФИО2, с участием защитника и переводчика, согласно которым П1 полностью подтвердил свои показания, изобличающие ФИО2 в совершении преступлений (том 3 л.д. 19-21)

- протоколом очной ставки между потерпевшим П2. и подозреваемым ФИО2, с участием защитника и переводчика, согласно которым П2 полностью подтвердил свои показания, изобличающие ФИО2 в совершении преступлений (том 3 л.д. 22-24)

- протоколом очной ставки между потерпевшим П1 и подозреваемым ФИО3, с участием защитника и переводчика, согласно которым потерпевший полностью подтвердил свои показания, изобличающие ФИО3 в совершении преступлений (том 3 л.д. 25-27)

- протоколом очной ставки между потерпевшим П2 и подозреваемым ФИО3, с участием защитника и переводчика, согласно которым П2 полностью подтвердил свои показания, изобличающие ФИО3 в совершении преступлений (том 3 л.д. 28-30)

- показаниями свидетеля ЗЕИ в судебном заседании, а также оглашёнными в порядке ст. 281 ч. 3 УПК РФ, согласно которым он работает в должности оперативного уполномоченного уголовного розыска УМВД России по Центральному району г. Санкт-Петербурга. 07.04.2025 в вечернее время в результате проведенных оперативно-розыскных мероприятий в подьезде по адресу <адрес>, были задержаны ФИО2 и ФИО3 Э.Э. по подозрению в совершении преступления предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ. При задержании оказали сопротивлении, в связи с чем к ним были применены боевые приемы «самбо» и специальные средства – наручники. После задержания указанных граждан 07.04.2025, им в присутствии двух понятых, с участием ААА, ФИО3, ФИО2, при участии переводчика Т был осуществлен обыск жилого помещения. Дверь в квартиру открыл ААА Перед началом производства обыска им было предъявлено постановление следователя о производстве обыска ААА., который пояснил, что указанная квартира является местом его постоянного проживания и проживания его знакомых ФИО3 и ФИО2. Участвующим в производстве обыска лицам был разъяснен порядок производства обыска и права участвующих лиц. На кухне находился диван, на котором лежала куртка зеленого цвета, марки «<данные изъяты>», с надписью «<данные изъяты>», кепка черного цвета с надписью «<данные изъяты>», слева от входа на кухню расположен стол на котором был обнаружен мобильный телефон в корпусе черного цвета, раскладной «inoi» был разряжен и выключен, при нажатии не включался, мобильный телефон «<данные изъяты>», заблокирован, в корпусе синего цвета, мобильный телефон «<данные изъяты>» золотистого цвета, в прозрачном силиконом чехле, под чехлом две сим карты, одна иностранного оператора мобильной связи, вторая оператора «билайн», под чехлом был также металлический ключ (приспособление для открытия слота размещения сим карт), имей номер телефона «<данные изъяты>» №, мобильный телефон «<данные изъяты>», серебристого цвета имей номер №. В противоположном стороне от входа на кухню расположен балкон, при входе на который обнаружен документ <данные изъяты>, скором действия до 02.02.2025, на имя «<данные изъяты>», наручные часы механические, мужские, в корпусе золотого цвета, марки «<данные изъяты>», банковская карта банка «<данные изъяты>», черная, номер №, наушники беспроводные в пластиковом чехле белого цвета («<данные изъяты>»), все было упаковано в черную сумку, текстильную спортивную, находящуюся в той же квартире. По мере производства обыска им составлялся протокол, в котором по мере заполнения ставили подписи участвующие лица. Каких- либо пояснений и замечаний от участвующих лиц не поступило. По окончании производства обыска, ФИО2 и ФИО3 Э.Э. были доставлены в 23 часа 20 минут 07.04.2025 в дежурную часть 78 отдела полиции УМВД России по Центральному району г. Санкт-Петербурга. В ходе работы по поручению следователя в рамках возбужденного уголовного дела, для установления лиц, причастных к совершению разбойного нападения на граждан <данные изъяты> П2 и П1., 07.04.2025 в квартире № дома № по наб реки Фонтанки г. Санкт-Петербурга, были изучены записи с камер видеонаблюдения, в том числе и по путям отхода злоумышленников. В результате оперативных действий, был установлен возможный адрес притяжения или проживания граждан <данные изъяты>, причастных к совершению преступления, а именно: <адрес>, данная информация была передана в СУ УМВД России по Центральному району, для организации дальнейших следственных действий, в результате чего от следователя было получено поручение о производстве обыска и постановление о производстве обыска по указанному адресу. Изъятые в ходе обыска куртка, а также черная текстильная спортивная сумка точно принадлежат ФИО3, поскольку в указанной одежде и с сумкой он зафиксирован на камерах видеонаблюдения, предоставленных уголовным розыском по поручению следователя в материалы указанного уголовного дела. Кепка бренда «<данные изъяты>», принадлежит ФИО2, поскольку в том числе в указанной кепке он зафиксирован на камерах видеонаблюдения, предоставленного уголовным розыском по поручению следователя в материалы указанного уголовного дела Согласно записям камер видеонаблюдения от 07.04.2025, с видеокамер расположенных по адресу: наб реки Фонтанки дом № г. Санкт-Петербурга, городского мониторингового центра, записи также предоставлены в следственные органы по поручению, был установлен автомобиль иностранного производства белого цвета с гос номером «№», арендный автомобиль, на котором перемещались, в том числе вышеуказанные ФИО2 и ФИО3 в ночь совершения преступления. (том 3 л.д. 31-35)

Кроме того, виновность подсудимых ФИО2 и ФИО3 (каждого в отдельности) в совершении инкриминируемых преступлений подтверждается материалами дела, исследованными в порядке ст. 285 УПК РФ, и проверенными в судебном заседании:

- рапортом, согласно которому 07.04.2025 в 04 часа 38 минут в дежурную часть 28 отдела полиции УМВД России по Центральному району г. Санкт-Петербурга поступило сообщение от РУР о том, что по адресу: <адрес> в квартире избили <данные изъяты> неизвестные (том 1 л.д. 52)

- протоколом принятия устного заявления о преступлении, согласно которого П1 просит провести проверку и привлечь к уголовной ответственности неустановленных лиц, которые 07.04.2025, около 03 часов 00 минут. по адресу: <адрес> применив физическую силу и угрожая предметами конструктивно сходными с пистолетом, открыто похитили принадлежащие ему мобильный телефон марки <данные изъяты>, стоимостью 70 000 рублей и мобильный телефон <данные изъяты> стоимостью 100 000 рублей, наличные денежные средства в размере 30000 рублей, кроссовки марки «<данные изъяты>» стоимостью 13 000 рублей, документы и банковскую карту на его имя, ключи от квартиры. Таким образом, ему причинён материальный ущерб на сумму 213 000 рублей. (том 1 л.д. 53)

- протоколом принятия устного заявления о преступлении от П2., согласно которому он просит привлечь к уголовной ответственности неустановленных лиц, которые 07.04.2025 по адресу: <адрес>, применив физическую силу и угрожая предметами конструктивно сходными с пистолетом, открыто похитили принадлежащий ему мобильный телефон марки <данные изъяты> стоимостью 80 000 рублей и документы на его имя. Таким образом, ему причинён материальный ущерб на сумму 80 000 рублей. Данный ущерб для него значительный.(том 1 л.д. 54)

- рапортом об обнаружении признаков преступления, составленным следователем СУ УМВД России по Центральному району г. Санкт-Петербурга, согласно которого в ходе расследования уголовного дела № № возбужденного СУ УМВД России по Центральному району г. Санкт-Петербурга по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ в отношении ФИО3 и ФИО2 у., было установлено, что ФИО2 07.04.2025 в период времени с 03 часов 00 минут до 04 часов 38 минут, совместно с ФИО3 и иными неустановленными лицами, действуя одинаково активно, незаконно проникли в квартиру №, дома № по набережной реки Фонтанки в г. Санкт-Петербурге, откуда похитили у П2 паспорт гражданина <данные изъяты> и миграционную карту на его имя, а у П1 паспорт гражданина <данные изъяты>, патент и миграционную карту, отрывную часть уведомления о пребывании иностранного гражданина по месту проживания на его имя. (том 1 л.д.33)

- рапортом об обнаружении признаков преступления, составленным следователем СУ УМВД России по Центральнмоу району г. Санкт-Петербурга, согласно которого в ходе расследования уголовного дела № № возбужденного СУ УМВД России по Центральному району г. Санкт-Петербурга по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ в отношении ФИО3 и ФИО2 у. было установлено, что ФИО2 07.04.2025 в период времени с 03 часов 00 минут до 04 часов 38 минут, совместно с ФИО3 и иными неустановленными лицами, действуя одинаково активно, незаконно проникли в квартиру №, дома № по набережной реки Фонтанки в г. Санкт-Петербурге, где имея умысел на вымогательство, умышленно, из корыстных побуждений, с целью взаимного обогащения, действуя группой лиц, под угрозой применения насилия в отношении указанных лиц, а именно высказывали в их адрес угрозы «<данные изъяты>», а также с применением насилия, заставили раздеться, снимая на видео, выдвинули требование передачи денежных средств на общую сумму 700 000 рублей, под угрозой распространения сведений, позорящих П2 и П1. (том 1 л.д. 37)

- рапортом о задержании ФИО2 07.04.2025 в 23 часа 20 минут по адресу: <адрес>, по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ. При задержании оказывал сопротивление, применялись боевые приемы борьбы и спец. средства «наручники».. (том 3 л.д.47)

- рапортом о задержании ФИО3 07.04.2025 в 23 часа 20 минут по адресу: <адрес>, по подозрению в совершении преступления предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ. При задержании оказывал сопротивление применялись боевые приемы борьбы и спец. средства «наручники» (том 3 л.д. 156)

- протокол осмотра места происшествия по адресу: Санкт-Петербург, набережная реки Фонтанки дом № квартира № с фототаблицей к нему, в ходе которого обнаружены и изъяты: нож, с рукояткой черного цвета, упакован в бумажный пакет, фрагменты волос со скотчем, упакованы в белый бумажный пакет (том 1 л.д. 58-65)

- заключением эксперта, согласно выводам которого нож, изъятый в ходе осмотра места происшествия, является ножом хозяйственно-бытовым. Нож соответствует требованиям ГОСТ Р 51015-91 «Ножи хозяйственные и специальные. Общие технические условия» и не относится к категории холодного оружия. Изготовлен заводским способом (том 1 л.д.148-149)

- протоколом осмотра предметов и фототаблицей к нему, признанных вещественным доказательством, согласно которого осмотрен полимерный пакет черного цвета, с бумажной биркой, согласно заключению эксперта в нем находится первоначальная упаковка, нож, клинок из металла серого цвета, на клинке имеются царапины, наслоения вещества бело-желтого цвета, обух скошенный, заточка клинка двухсторонняя. Рукоять ножа изготовлена из полимерного материала черного цвета, на рукояти три металлические заклепки. Нож является хозяйственно-бытовым (том 1 л.д. 208-212, 213-214)

- заключением эксперта, согласно выводам которого представленные на исследование объекты, похожие на волосы, являются волосами человека и происходят с головы. На скотче (объект№3) представленном на исследование, обнаружена кровь человека. Установлен идентичный генетический профиль волос человека (объекты №№1,2) и крови на скотче (объект №3), присущи одному лицу мужского генетического пола (том 1 л.д.162-168)

- протоколами получения образцов для сравнительного исследования, согласно которым у потерпевших П2 и П1 получены следующие образцы: букальный эпителий с внутренней поверхности ротовой полости на зонд-тампоне, предварительно изъятый из стерильной упаковки. (том 1 л.д.175-177, 178-180)

- заключением эксперта, согласно выводам которого установлена генетическая характеристика образца букального эпителия потерпевшего П2. по всем исследованным локусам. Установлена генетическая характеристика образца букального эпителия потерпевшего П1 по всем исследованным локусам. Волосы человека (объекты №№1,2) и кровь на скотче (объект №.3) происходят от потерпевшего П2 Происхождение волос человека (объекты №№?1,2) и крови на скотче (объект №3) от потерпевшего П1 исключается. (том 1 л.д.189-196)

- протоколом осмотра предметов с фототаблицей к нему, признанных вещественным доказательством, согласно которого осмотрен бумажный конверт, внутри которого согласно заключения эксперта находятся фрагменты волос со скотчем, букальные эпителии на тампоне-зонде. Конверт следователем не вскрывался. (том 1 л.д. 216-230, 231-235)

- протоколом обыска, согласно которого был произведен обыск в квартире <адрес> в Санкт-Петербурге, в ходе которого были изъяты: мобильный телефон <данные изъяты> (имей 1: №) с двумя сим-картами под чехлом, мобильный телефон <данные изъяты>, куртка зеленого цвета с надписью <данные изъяты>, кепка черного цвета с надписью <данные изъяты>, сумка черного цвета (том 2 л.д.34-36)

- протоколом осмотра предметов с фототаблицей к нему, признанных вещественным доказательством, согласно которого осмотрены сумка текстильная черного цвета спортивная, с двумя текстильными ручками, с одним основным отделением, закрытым на молнию.. При открытии сумки внутри обнаружены следующие предметы: одна куртка мужская темно-зеленого цвета «хаки», на левом рукаве имеется логотип на иностранном языке выполненный белым цветом «<данные изъяты>», кепка черного цвета, с черным принтом логотипа <данные изъяты> с надписью на металлической черной вставке на иностранном языке с логотипом <данные изъяты>. Мобильный телефон (смартфон<данные изъяты> с двумя сим - картами под чехлом, одна сим карта оператора «<данные изъяты>» на карте имеется номер №, другая иностранного оператора с логотипом и номером №, также под чехлом обнаружен металлический ключ от разъема слотов карт телефона. (том 2 л.д. 52-82, 89-90,111-112)

- протоколом осмотра предметов с фототаблицей к нему, согласно которого осмотрен мобильный телефон (смартфон) марки realme, модель <данные изъяты>, принадлежащий ФИО2 (том 2 л.д.94-107, 108-109)

- иным документом — сопроводительным письмом, согласно которого направлены два диска с записями, полученные оперативным путем, один с камер видеонаблюдения ГМЦ по адресу: г. Санкт-Петербург, набережная реки Фонтанки дом №, второй с записями с дома, парадной и лифта по адресу: <адрес> (том 2 л.д. 141)

- протоколом осмотра предметов, признанных вещественным доказательством, с участием потерпевшего П1 и переводчика, и фототаблицей к нему, согласно которого осмотрены два CD-R диска и установлено: При просмотре диска №1 - на видео помещение кабины лифта, в которую поочередно заходят четверо мужчин и располагаются в кабине, один на против другого, и один на против другого, образуя круг, некоторое время находятся в кабине, переговариваются между собой мужчина в кепке и мужчина в темно-зеленой куртке, речи не слышно. Согласно сведений отобразившихся на экране при просмотре видеофрагмента дата съемки 07.04.2025, время с 04 часов 06 минут 51 секунды до 04 часов 10 минут 07 секунд. Следующий видеофрагмент - на видео помещение парадной внутри дома, стеклянные двери на стене висят почтовые ящики, в парадную поочередно заходят четверо мужчин. Согласно сведений отобразившихся на экране при просмотре видеофрагмента дата съемки 07.04.2025, время с 04 часов 05 минут 00 секунд до 04 часов 05 минут 07 секунд, «<адрес>». Следующий видеофрагмент - на видео улица, из парадной выходят двое мужчин, подходят к дальнему автомобилю на вид черного цвета, и садятся в него. Согласно сведений отобразившихся на экране при просмотре видеофрагмента дата съемки 07.04.2025, время с 06 часов 51 минута 37 секунд до 06 часов 54 минута 31 секунда, «<адрес>». Участвующий в осмотре потерпевший показал, что при просмотре диска №1, он узнает ФИО3, ФИО2, ПХО и Ш.. При просмотре диска №2, потерпевший пояснил, что за несколько дней до 07.04.2025 он и П2 проводили время с ПХО, передвигались на белом автомобиле китайской марки, похожем на тот, который был на видео. (том 2 л.д. 142-157, 206-208)

Каких-либо нарушений требований ст.ст. 171-173 УПК РФ при предъявлении обвинения ФИО3 и ФИО2 (каждому в отдельности), а также ст. 220 УПК РФ при составлении обвинительного заключения по настоящему делу, которые бы препятствовали суду принять решение по существу рассмотрения дела, иных оснований, предусмотренных ст. 237 УПК РФ, для возврата дела прокурору судом, не имеется.

Перечисленные доказательства судом проверены, оценены как относимые, допустимые, а в совокупности – как достоверные и достаточные для разрешения настоящего уголовного дела по существу. Оснований для признания вышеперечисленных доказательств недопустимыми, полученными с нарушениями ст.ст. 74-84 УПК РФ, судом не установлено.

При этом у суда отсутствуют правовые основания для оценки тех доказательств, которые суду сторонами не представлялись в качестве таковых и не исследовались.

Также судом учитывается, что согласно ч. 3 ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования и в соответствии со ст. 252 ч. 1 УПК РФ судебное разбирательство дела проводится только в отношении подсудимых и лишь по обвинению, предъявленному им.

Показания потерпевших П1 и П2., свидетеля ЗЕИ последовательны, непротиворечивы, согласуются с другими доказательствами по делу, оснований не доверять им у суда не имеется. Оснований сомневаться в компетентности экспертов и обоснованности их заключений у суда также не имеется.

Анализируя обстоятельства дела, суд считает установленным, что ФИО2, ФИО3 Э.Э. и неустановленные лица, действуя группой лиц по предварительному сговору, незаконно проникли в квартиру по месту проживания потерпевших П1. и П2 где напали на последних,, угрожая применением насилия, опасного для жизни и здоровья, выдвинули требование о передачи им имущества, денежных средств и личных документов, при этом угрожали ножом, а также предметом, внешне схожим с пистолетом, распылили в лицо неустановленный газ, нанесли несколько ударов потерпевшим по голове, то есть применили насилие, опасное для жизни и здоровья. В ходе нападения завладели имуществом потерпевших на общую сумму 293 000 рублей, то есть в крупном размере, и личными документами, после чего, применив насилие и под угрозой применения насилия и распространения позорящих сведений, выдвинули требование о передачи им потерпевшими 700 000 рублей, то есть в крупном размере.

Данные обстоятельства полностью подтверждаются показаниями П1. и П2., которые подробны, последовательны, в целом противоречий не содержат, носят взаимодополняющий характер, согласуются как между собой, так и с другими доказательствами по делу, вызывают у суда доверие. Оснований для оговора подсудимых, личной заинтересованности в исходе дела со стороны потерпевших П1. и П2 судом не установлено, поскольку неприязненных отношений между ними не имеется, потерпевшие ранее с ФИО2 и ФИО3 знакомы не были, что не оспаривали и сами подсудимые. Убедительных причин для оговора со стороны потерпевших подсудимые также назвать не смогли. Вопреки доводам подсудимых и защиты, негативное отношение ФИО2 и ФИО3 к внешнему виду П1. и П2. не может быть признано причиной для оговора<данные изъяты>.

При оценке показаний потерпевших как достоверных суд учитывает, что П1. и П2 были неоднократно допрошены в ходе предварительного следствия, изначально давали подробные, обличающие ФИО2 и ФИО3 показания, идентифицировали обвиняемых по внешнему виду и одежде, сообщили следователю конкретные подробности и детали по обстоятельствам произошедшего, которые не могли быть известны иным лицам, свои показания на очных ставках с каждым обвиняемым подтвердили в полном объеме, категорически на них настаивали, подтвердили их непосредственно в судебном заседании. При этом суд признает имеющиеся в показаниях потерпевших незначительные противоречия несущественными, не свидетельствующими о недостоверности вышеприведенных показаний П1 и П2 поскольку они были проверены в судебном заседании с непосредственным участием самих потерпевших, которые полностью подтвердили свои изобличающие подсудимых показания по обстоятельствам дела. Незначительные противоречия в показаниях П1. и П2., данных в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, были устранены в ходе судебного разбирательства, в том числе путем оглашения показаний потерпевших в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, и получили свою оценку. Существенных противоречий, которые могли бы повлиять на доказанность вины подсудимых, не имеется. Кроме того, суд учитывает, что с момента рассматриваемых событий прошел большой период времени, в связи с чем возможно запамятование некоторых обстоятельств со стороны П1. и П2., на что ссылались и сами потерпевшие в ходе их допроса в суде. Суд также учитывает психотравмирующую ситуацию, в которой находились потерпевшие в момент совершения в отношении них преступлений, и их стрессовое состояние сразу после описанных событий, чем, по мнению суда, объективно объясняется наибольшая полнота и подробность показаний потерпевших, которые они давали следователю спустя некоторое время после произошедшего, а именно при допросах 13.06.2025.

Заявление стороны защиты о том, что показания П2 не достоверны, поскольку, со слов потерпевшего, он плохо понимал нападавших, так как они разговаривали по-русски, что, по мнению защиты, исключено для общения между <данные изъяты>, суд считает несостоятельным. Так, из показаний самих ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании следует, что они между собой общались на своем вымышленном сленге, известном только им, который, вероятно, П2 принял за малопонятный ему русский язык.

При таких обстоятельствах, суд доверяет показаниям потерпевших П1 и П2., полагает их в основу обвинения, поскольку данные показания не противоречат установленным судом обстоятельствам дела и полностью подтверждаются всеми исследованными доказательствами, которые суд оценивает в совокупности и взаимосвязи.

Органами предварительного расследования и государственным обвинителем в прениях сторон действия подсудимых были квалифицированы в том числе по ч. 3 ст. 162 УК РФ. Суд согласен с данной позицией обвинения и полагает ее обоснованной и полностью доказанной. Так, в ходе судебного разбирательства было установлено, что в процессе нападения требование передачи денег, имущества и документов сопровождалось применением к потерпевшим насилия, опасного для жизни и здоровья, а также угрозами применения такого насилия. Так, ФИО2 и ФИО3 были нанесены удары каждому потерпевшему в жизненно важный орган – голову, а также совершены вышеописанные активные действия, направленные на подавление воли потерпевших к сопротивлению и оказание на них психологического давления. При этом суд учитывает, что нападение было совершено в ночное время, в квартире, то есть в закрытом помещении, в руках ФИО3 находился предмет, внешне похожий на пистолет, а у ФИО2 - нож, которым он угрожал потерпевшим, с целью устрашения и подтверждения своих преступных намерений нанес кулаком удар в область головы и лица П2 и распылил неустановленный газ ему в лицо, после чего потерпевшие были связаны скотчем, их рты заклеены. При таких обстоятельствах П2 и П1 очевидно воспринимали угрозы нападавших реально, опасались за свою жизнь и здоровье. При этом суд учитывает все обстоятельства дела, место и время совершения преступлений, численное превосходство соучастников, характер предметов, которыми они угрожали П1 и П2., субъективное восприятие угроз со стороны последних, демонстративные действия подсудимых и их агрессивное поведение, применение насилия к потерпевшим.

Несмотря на то, что П1 и П2 в медицинские учреждения не обращались и конкретный вред их здоровью установлен не был, суд учитывает разъяснения, содержащиеся в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 N 29 (ред. от 15.12.2022) «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», согласно которым следует квалифицировать как разбой нападение с целью завладения имуществом, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, которое хотя и не причинило вред здоровью потерпевшего, однако в момент применения создавало реальную опасность для его жизни или здоровья. Так, ФИО2 нанес П2 один удар кулаком в область головы и два удара ногой по голове, отчего тот сполз на колени и упал на пол, а ФИО3 Э.Э. нанес один удар кулаком в область лица П1., отчего тот упал на диван, и два удара ногой в область головы лежащему на полу П2. При изложенных обстоятельствах, указанные действия подсудимых, вся агрессивная обстановка совершения преступления, вызывали у каждого потерпевшего реальное опасение за свою жизнь и здоровье, и расцениваются судом как применение насилия, опасного для жизни и здоровья, с учетом нанесения ударов каждому потерпевшему в жизненно важный орган – голову. При этом суд учитывает пояснения потерпевших, что они не стали обращаться в медицинские учреждения, поскольку находились в чужом городе, не хотели огласки, медицинского полиса при себе не имели.

Также суд считает, что нападение на потерпевших сопровождалось угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, поскольку в руках у подсудимых находились предмет, внешне похожий на пистолет, нож и неустановленный предмет с неустановленным газом, которые они демонстрировали потерпевшим в процессе совершения преступления. Доводы защиты в прениях сторон об отсутствии у подсудимых вышеперечисленных предметов в момент совершения противоправных действий, так как предметы не были изъяты и показания потерпевших в данной части являются их домыслом и оговором, суд считает несостоятельными, поскольку данные предметы могли остаться в автомашине или у неустановленных соучастников, а также быть уничтожены или выброшены с целью сокрытия следов преступления. При этом суд полностью доверяет категорическим и согласующимся показаниям П1. и П2 в этой части по вышеуказанным основаниям.

Вместе с тем, суд исключает из фабулы предъявленного обвинения указание на использование предмета, внешне схожего с пистолетом, и неустановленного предмета с неустановленным газом как на «применение предметов, используемых в качестве оружия», поскольку данные предметы не изъяты, и суд не может сделать однозначный вывод о том, что ими можно было причинить вред, опасный для жизни или здоровья потерпевших. От распыленного газа П2 испытал жжение, никаких последствий для его здоровья не наступило, в медицинские учреждения по этому факту он не обращался, степень вреда для жизни и здоровья от распыления неустановленного газа в ходе следствия не устанавливалась. Таким образом, наличие у нападавших предмета, внешне схожего с пистолетом, и неустановленного предмета с неустановленным газом, нельзя признать при вышеизложенных обстоятельствах настоящего дела применением предметов, используемых в качестве оружия, в том смысле, который вытекает из содержания ч. 2 ст. 162 УК РФ. Суд также учитывает вышеуказанное Постановление Пленума Верховного Суда РФ, согласно которому если лицо угрожало заведомо для него негодным или незаряженным оружием либо предметами, имитирующими оружие, например макетом пистолета, декоративным оружием, оружием-игрушкой и т.п., не намереваясь использовать эти предметы для причинения вреда, опасного для жизни или здоровья, его действия (при отсутствии других отягчающих обстоятельств, предусмотренных в качестве признаков преступления) с учетом конкретных обстоятельств дела следует оценивать как не квалифицированный разбой.

Вместе с тем, с учетом демонстрации П1 и П2 ножа, которым подсудимые угрожали потерпевшим, суд считает установленным наличие в действиях ФИО2 и ФИО3 квалифицирующего признака «с применением предмета, используемого в качестве оружия». Так, под предметами, используемыми в качестве оружия, понимаются любые материальные объекты, которыми могли быть причинены смерть или вред здоровью потерпевшего (перочинный или кухонный нож, топор и т.п.), а также иные предметы, применение которых создавало реальную опасность для жизни или здоровья потерпевшего. Нож, как предмет обладающий колото-режущим действием, бесспорно является предметом, который может причинить смерть или вред здоровью. При этом суд учитывает, что под применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, при разбое следует понимать их умышленное использование лицом не только для физического воздействия на потерпевшего, но и для психического воздействия на него в виде угрозы применения насилия, опасного для жизни или здоровья. Наличие в руках у подсудимого ФИО2 ножа как принесенного с собой, так и впоследствии кухонного, который он также направлял в сторону потерпевших, подтверждается показаниями П1 и ФИО6, не доверять которым оснований не имеется, а также самим изъятым кухонным ножом.

Суд также считает установленным и доказанным наличие квалифицирующего признака совершения разбоя «с незаконным проникновением в жилище». Так, судом установлено, что подсудимые и неустановленные лица проникли в квартиру № дома № по набережной реки Фонтанки в Санкт-Петербурге, которую арендовали П1 и П2 для временного проживания, то есть проникли в жилище потерпевших, не имея никаких законных оснований для этого, поскольку не являлись ни собственниками данного жилого помещения, ни арендаторами, ни родственниками потерпевших, по указанному адресу никто из них не проживал. При этом, фактические обстоятельства дела свидетельствуют о том, что умысел на завладение чужим имуществом возник у подсудимых и их соучастников до момента проникновения в жилое помещение. Цель проникновения в указанную квартиру, где проживали потерпевшие, имела противоправный характер и была достигнута в результате совершения нападения на П1. и П2. То обстоятельство, что дверь в квартиру П2. открыл добровольно ранее знакомому неустановленному лицу № 1, на квалификацию действий не влияет, поскольку проникновение последнего и его соучастников в квартиру само по себе носило противоправный характер, осуществлено было именно в целях хищения имущества и личных документов потерпевших, а также вымогательства денежных средств. Таким образом, подсудимые и неустановленные лица проникли в указанную квартиру против воли П1 и П2., без согласия последних, заранее распределив между собой роли в преступлении и разработав план незаконного вторжения с целью совершения разбоя и вымогательства, согласно которому неустановленное лицо №1, ранее знакомое с потерпевшими, под надуманным предлогом проник в квартиру и затем открыл дверь остальным соучастникам, несмотря на возражения потерпевших, то есть обеспечил им беспрепятственный доступ в квартиру. При таких обстоятельствах, не только ФИО2 и ФИО3 Э.Э. проникли в квартиру незаконно, но и неустановленное лицо №1 находилось там также неправомерно, поскольку изначально имело преступные намерения, а именно умысел на совершение нападения на потерпевших совместно с соучастниками с целью хищения их имущества и вымогательства.

Суд также считает установленным и доказанным, что ФИО2 и ФИО3 в отношении потерпевших было совершено вымогательство, поскольку подсудимые требовали у них передать денежные средства в размере 700 000 рублей, угрожая в противном случае физической расправой, в том числе членовредительством, и распространением позорящих сведений и видеозаписи, что сопровождалось демонстрацией ножа, принудительным раздеванием потерпевших и видеосьемкой. Приходя к данному выводу, суд учитывает, что вымогательство предполагает наличие угрозы применения любого насилия, в том числе угрозы убийством или причинением тяжкого вреда здоровью. Угрозы, которые сопровождали требование денег, воспринимались потерпевшими как реальные, поскольку, исходя из всей обстановки и агрессивного поведения вымогателей, их численного превосходства, потерпевшие имели все основания опасаться осуществления этих угроз. При этом, для оценки угрозы как реальной не имеет значения, выражено виновным намерение осуществить ее немедленно либо в будущем. Вымогательство является оконченным преступлением с момента, когда предъявленное требование, соединенное с угрозой, доведено до сведения потерпевшего. Невыполнение потерпевшим этого требования не влияет на юридическую оценку содеянного как оконченного преступления.

Суд также приходит к выводу, что совершенные подсудимыми действия образуют совокупность двух самостоятельных преступлений, соединенных с насилием, а именно – разбоя и вымогательства. Так, при разбое насилие являлось средством завладения имуществом потерпевших, а при вымогательстве оно подкрепляло высказанные угрозы. Таким образом, завладение имуществом при разбое произошло одновременно с совершением насильственных действий, а при вымогательстве умысел соучастников был направлен на получение требуемых денежных средств в будущем.

Кроме того, суд признает, что каждое из инкриминируемых преступных деяний совершено подсудимыми группой лиц по предварительному сговору. Из показаний потерпевших, что не оспаривают и сами подсудимые, ФИО2, ФИО3 Э.Э. и неустановленные лица одновременно проникли в квартиру, находились рядом, никто из них не препятствовал действиям другого, а, напротив, они действовали совместно и согласовано, их слова и действия были направлены на достижение общего результата, а именно принудительной передачи путем подавления воли потерпевших к сопротивлению в их совместное незаконное владение имущества и документов потерпевших, а также выдвижение требований о передаче денежных средств в будущем, после достижения которого они совместно скрылись с похищенным.

Таким образом, из показаний потерпевших, не доверять которым оснований не имеется, следует, что соучастники как перед, так и в ходе совершения преступлений, действовали совместно и согласованно, находясь в непосредственной близости друг от друга, каждый выполнял отведенную ему роль, при этом, после совершения преступлений, одновременно и совместно покинули место происшествия, то есть все действия подсудимых, направленные на совершение указанных преступлений, были одновременными, согласованными, взаимодополняющими друг друга, направленными к единой цели и различающимися лишь в рамках ролей, исполняемых каждым соучастником, а также были завершены каждым с достижением этой общей цели. Указанные действия подсудимых и неустановленных лиц свидетельствуют о наличии предварительного сговора между ними на совместное совершение преступлений. Суд также учитывает, что в случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками вымогательства в соответствии с распределением ролей каждый из них совершает отдельное действие, входящее в объективную сторону вымогательства (высказывает требование либо выражает угрозу, либо применяет насилие), все они несут уголовную ответственность за вымогательство, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

Квалифицирующий признак совершения преступлений в крупном размере также нашел свое полное подтверждение, поскольку данная квалификация дана с учетом требований законодательства, а именно п. 4 Примечания к ст. 158 УК РФ, согласно которому крупным размером признается стоимость имущества, превышающая 250 000 рублей. Вымогательство считается совершенным в крупном размере, если требование направлено на передачу чужого имущества, стоимость которого на момент предъявления требования превышает стоимость, указанную в п. 4 Примечания к ст. 158 УК РФ. Согласно установленным обстоятельствам дела, материальный ущерб по преступлению, предусмотренному ст. 162 ч. 3 УК РФ, составил 293 000 рублей, а по преступлению, предусмотренному ст. 163 ч.2 УК РФ, подсудимыми было выдвинуто требование к потерпевшим о передаче 700 000 рублей. При этом суд учитывает, что умысел ФИО2 и ФИО3 был направлен на завладение имуществом именно в крупном размере, что следует из незаконных требований о передаче денег, имущества, украшений, выдвинутых одновременно обоим потерпевшим, которые, согласно их показаниям, проживали совместно, вели общее хозяйство. Оснований не доверять показаниям потерпевших в части стоимости похищенного имущества, которое оценено ими адекватно и соразмерно, у суда не имеется.

Вопреки заявлению стороны защиты, отказ П1 и П2 от исковых требований и возмещения ущерба никак не опровергает достоверность показаний потерпевших и не свидетельствует об их неприязни к подсудимым.

Суд также считает установленным, что подсудимые совершили похищение паспортов и других важных личных документов у потерпевших, что подтверждается показаниями П2 и П1, согласно которым ФИО2, ФИО3 Э.Э. и их неустановленные соучастники, ворвавшись в квартиру, потребовали передать им паспорта и личные документы, незаконно провели осмотр квартиры, в ходе которого неустановленные лица обнаружили и похитили паспорт гражданина <данные изъяты> на имя П1., а также принадлежащие потерпевшему патент, свидетельство о постановке на учет физического лица в налоговом органе, полис медицинского страхования, миграционную карту, отрывную часть уведомления о прибытии иностранного гражданина по месту проживания; а также паспорт гражданина <данные изъяты> на имя П2 и его миграционную карту. При этом подсудимые, действуя группой лиц по предварительному сговору с неустановленными соучастниками, несут полную ответственность за совершение хищения документов, поскольку требование к потерпевшим передать им документы было изначально выдвинуто ФИО2 и ФИО3, поиск документов подсудимые прекратили только после того, как убедились, что документы потерпевших уже забрали соучастники, выполнив свои преступные роли в этой части. В ходе совершения вымогательства, подсудимые обещали потерпевшим вернуть паспорта и другое имущество после уплаты денег, то есть ФИО2 и ФИО3 Э.Э. однозначно понимали, что личные документы уже находятся у соучастников преступления, возвращать их владельцам не намеривались.

Заявление стороны защиты в прениях сторон, согласно которым ФИО2 и ФИО3 проникли в квартиру потерпевших с целью пристыдить их за <данные изъяты> внешность и образ жизни, а не для совершения разбойного нападения и иных инкриминируемых им преступлений, суд считает несостоятельным, поскольку оно противоречит установленным судом обстоятельствам дела и полностью опровергается вышеперечисленными доказательствами, из которых следует, что ФИО2, ФИО3 Э.Э. и неустановленные соучастники, проникнув в квартиру, сразу выдвинули требование о передачи им имущества, денег и документов, применили насилие к потерпевшим, угрожали ножом, предметом, внешне схожим с пистолетом, распылили неустановленный газ.

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу, что доводы стороны защиты в прениях сторон о необходимости оправдать подсудимых по ст.ст. 163 ч.2 п.п. «а,в,г», 325 ч.2 УК РФ и переквалифицировать их действия на ст. 161 ч.2 УК РФ, полностью несостоятельны и суд не может принять их во внимание по указанным выше основаниям, поскольку они являются субъективной оценкой представленных доказательств и обстоятельств дела, опровергаются вышеприведенными доказательствами, которые суд оценивает в совокупности и взаимосвязи.

При таких обстоятельствах, вину подсудимых ФИО2 и ФИО3 (каждого в отдельности) по всем инкриминируемым преступлениям суд считает установленной и доказанной всей совокупностью исследованных доказательств, и квалифицирует действия каждого из них:

- по ст. 162 ч. 3 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, в крупном размере;

- по ст. 325 ч.2 УК РФ как совершили похищение у гражданина паспорта и другого важного личного документа;

- по ст. 163 ч.2 п.п. «а,в,г» УК РФ как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества, под угрозой применения насилия, под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, в крупном размере,

поскольку суд считает, что умысел каждого подсудимого был направлен на совершение именно данных деяний, о чём свидетельствуют вышеприведенные доказательства, в том числе и совокупность активных, целенаправленных действий ФИО2 и ФИО3.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов, ФИО2 <данные изъяты>. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. Признаков «Алкоголизма», «Наркомании» не выявлено, в лечении он не нуждается. (том 3 л.д.152-153)

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов, ФИО3 Э.Э. <данные изъяты>. В принудительных мерах медицинского характера он не нуждается. Клинических наркомании у ФИО3 в настоящее время не выявляется. (том 4 л.д. 8-9)

Оснований сомневаться в компетентности экспертов и обоснованности их заключения не имеется и суд признает ФИО2 и ФИО3 вменяемыми по отношению к совершенным ими деяниям.

При определении вида и размера наказания подсудимым ФИО2 и ФИО3 (каждому в отдельности) суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности каждого подсудимого, наличие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление каждого осуждённого и на условия жизни их семей, роль каждого соучастника.

Подсудимые ФИО2 и ФИО3 Э.Э. ранее не судимы, свою вину частично признали, имеют хронические заболевания, на территории <данные изъяты> проживают с семьями и оказывают помощь своим родственникам, на учетах как лица, страдающее алкогольной или наркотической зависимостью, не состоят. Все вышеперечисленные обстоятельства суд признает смягчающими наказание в соответствии со ст. 61 ч. 2 УК РФ.

Вместе с тем, в отношении каждого подсудимого суд усматривает наличие отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ. Так, по преступлению, предусмотренному ст. 325 ч.2 УК РФ, в действиях подсудимых суд усматривает отягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. «в» ч.1 ст. 63 УК РФ, а именно - совершение преступления группой лиц по предварительному сговору.

Кроме того, судом установлено, что подсудимые ФИО2 и ФИО3 Э.Э. незаконно пребывают на территории РФ, поскольку были выдворены в установленном порядке под другими фамилиями, а именно АСУ и МЭЭ соответственно, с запретом въезда до 2029 года, однако в <данные изъяты> поменяли фамилии на ФИО2 и ФИО3 и с новыми паспортами незаконно въехали в Российскую Федерацию. В судебном заседании государственным обвинителем были приобщены к материалам дела сведения, согласно которым законные основания пребывания ФИО2 и ФИО3 на территории РФ отсутствуют. Таким образом, суд признает в отношении каждого подсудимого наличие отягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «у» ч.1 ст. 63 УК РФ, а именно - совершение преступлений лицом, незаконно находящимся на территории Российской Федерации.

Исходя из вышеизложенного, с учётом обстоятельств и характера преступлений, личности ФИО2 и ФИО3, роли каждого в совершении инкриминируемых деяний, суд полагает, что исправление подсудимых и достижение целей наказания возможно только в условиях изоляции от общества и назначает каждому подсудимому наказание в виде реального лишения свободы, с отбыванием наказания в соответствии со ст. 58 ч. 1 п. «в» УК РФ в исправительной колонии строгого режима, а по ст. 325 ч.2 УК РФ – в виде штрафа.

Исходя из данных о личности ФИО2 и ФИО3, установленных смягчающих наказание обстоятельств, материального положения каждого подсудимого, состояния их здоровья, а также целей наказания, суд считает возможным не назначать подсудимым дополнительное наказание по каждому преступлению в виде штрафа и в виде ограничения свободы, и, учитывая разъяснения, содержащиеся в п. 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 г. N 58 (ред. от 29.11.2016 г.) «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», не указывает в резолютивной части на то, что основное наказание назначается без дополнительного.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности указанных преступлений, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновных, их поведением во время и после совершения преступлений, для применения ст. 64 УК РФ, суд не усматривает.

С учетом характера и фактических обстоятельств каждого преступления, степени их общественной опасности, личности каждого подсудимого, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств, суд не усматривает оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также для применения ст.ст. 73, 75, 76, 76.1, 76.2, 81, 82, 82.1 УК РФ.

При назначении наказания каждому подсудимому суд учитывает требования ст.ст. 67 и 69 ч. 3 УК РФ.

Гражданский иск по уголовному делу отсутствует.

При разрешении вопроса о судьбе вещественных доказательств, суд учитывает требования ст.ст. 81-82 УПК РФ, а также их состояние, значимость и допустимость к свободному обороту, их значение для дела, свойства и принадлежность.

Принимая во внимание материальное положение подсудимого ФИО2, суд считает возможным, в порядке ст.ст. 131-132 УПК РФ, возместить процессуальные издержки по настоящему делу, связанные с оплатой защиты подсудимого по назначению в ходе предварительного следствия и суда, за счет средств федерального бюджета.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162, ч. 2 ст. 325, п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по ч. 3 ст. 162 УК РФ – в виде лишения свободы сроком на ВОСЕМЬ ЛЕТ;

- по ч. 2 ст. 325 УК РФ – в виде штрафа в размере 50 000 рублей;

- по п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ – в виде лишения свободы сроком на ЧЕТЫРЕ ГОДА.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначить ФИО2 к отбытию наказание в виде лишения свободы сроком на ДЕСЯТЬ ЛЕТ и в виде штрафа в размере 50 000 рублей, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии со ст. 31 ч. 1 УИК РФ штраф подлежит уплате в течение 60 дней со дня вступления приговора в законную силу.

На основании ч. 5 ст. 72 УК РФ, учитывая срок содержания под стражей ФИО2 по настоящему уголовному делу в период с 07.04.2025 по настоящее время, освободить ФИО2 от отбывания наказания в виде штрафа.

Срок отбытия наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей ФИО2 по настоящему делу в период с 07 апреля 2025 года до дня вступления приговора суда в законную силу – из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО2 – не отменять, содержать его в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области до вступления приговора в законную силу.

Признать ФИО3 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162, ч. 2 ст. 325, п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по ч. 3 ст. 162 УК РФ – в виде лишения свободы сроком на ВОСЕМЬ ЛЕТ;

- по ч. 2 ст. 325 УК РФ – в виде штрафа в размере 50 000 рублей;

- по п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 163 УК РФ – в виде лишения свободы сроком на ЧЕТЫРЕ ГОДА.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначить ФИО3 к отбытию наказание в виде лишения свободы сроком на ДЕСЯТЬ ЛЕТ и в виде штрафа в размере 50 000 рублей, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии со ст. 31 ч. 1 УИК РФ штраф подлежит уплате в течение 60 дней со дня вступления приговора в законную силу.

На основании ч. 5 ст. 72 УК РФ, учитывая срок содержания под стражей ФИО3 по настоящему уголовному делу в период с 07.04.2025 по настоящее время, освободить ФИО3 от отбывания наказания в виде штрафа.

Срок отбытия наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей ФИО3 по настоящему делу в период с 07 апреля 2025 года до дня вступления приговора суда в законную силу – из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО3 – не отменять, содержать его в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области до вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск по делу отсутствует.

Вещественные доказательства:

- нож, с первоначальными упаковками; мобильный телефон (смартфон) марки <данные изъяты>, принадлежащий ФИО2 (по его ходатайству); сумка текстильная черного цвета спортивная, на молнии; куртка мужская темно-зеленого цвета «хаки», с логотипом <данные изъяты>, кепка черного цвета, с логотипом <данные изъяты>, упакованные в белый полиэтиленовый пакет; хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств УМВД России по Центральному району г. Санкт-Петербурга по актам № № от 31.07.2015, №№ от 12.08.2025, №№ от 12.08.2025, - уничтожить по вступлению приговора в законную силу;

- фрагменты волос со скотчем, букальные эпителии на тампоне-зонде, П1 и П2., упакованные в конверты, хранящиеся при материалах уголовного дела, - уничтожить по вступлению приговора в законную силу;

- видеофайлы на двух дисках, хранящиеся при материалах уголовного дела, хранить при деле до принятия процессуального решения по выделенному уголовному делу № №;

- мобильный телефон (смартфон) марки <данные изъяты> с сим - картой мобильного оператора «<данные изъяты>» и сим - картой мобильного оператора иностранного государства, переданные на ответственное хранение потерпевшему П1, - оставить по принадлежности потерпевшему, освободив его от обязанности ответственного хранения по вступлению приговора в законную силу.

В соответствии со ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки, состоящие из суммы, выплаченной адвокатам за осуществление защиты подсудимого ФИО2 по назначению в ходе предварительного расследования и суда, – возместить за счёт средств федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденными, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осуждённые вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, в том числе с участием адвоката, указав это в письменном виде в апелляционной жалобе, либо в возражениях на жалобы, представления, принесённые другими участниками процесса. В случае подачи дополнительной апелляционной жалобы, она должна быть направлена в такой срок, чтобы поступить в суд не позднее, чем за 5 суток до начала судебного заседания по рассмотрению основной апелляционной жалобы.

Судья