Апелляционное постановление № 22-278/2025 от 27 апреля 2025 г. по делу № 4/17-27/2024

Судья Бельдинова О.П. дело №–278 2025 год


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> 28 апреля 2025 года

Верховный суд Республики Адыгея в составе:

председательствующего – судьи ФИО15

при секретаре судебного заседания ФИО4

с участием прокурора ФИО11

реабилитированной ФИО1 и ее представителя ФИО16

представителя Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по <адрес> ФИО10 по доверенности,

рассмотрел в апелляционном порядке в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционному представлению старшего помощника прокурора <адрес> ФИО5 и апелляционной жалобе представителя Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по <адрес> – ФИО10 на постановление Майкопского районного суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ, которым постановлено:

удовлетворить ходатайство реабилитированной ФИО1 о возмещении имущественного вреда, судебных, транспортных и иных расходов в связи с прекращением уголовного дела в ее отношении.

Взыскать в пользу реабилитированной ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес> с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в возмещение имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования (расходов за оказание юридической помощи и расходов на проезд к месту производства процессуальных действий и обратно к месту жительства, расходов на приобретение канцелярских товаров) – в размере 499 644 рубля.

Доложив обстоятельства дела, содержание постановления суда, доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, возражения на них реабилитированной ФИО1 и ее представителя ФИО16, выслушав мнение участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с ходатайством о возмещении имущественного вреда, судебных, транспортных и иных расходов в связи с прекращением уголовного дела в ее отношении, указав, что ДД.ММ.ГГГГ следователем СО МВД России по <адрес>, лейтенантом полиции ФИО6 принято постановление о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основанию, предусмотренному и. 2 ч. 1 ст. 24 УПК Российской Федерации, то есть отсутствие в ее действиях состава преступления.

Суд вынес обжалуемое решение.

В апелляционном представлении старший помощник прокурора <адрес> ФИО5 просит постановление Майкопского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ о взыскании в пользу реабилитированной ФИО1 с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации возмещение имущественного вреда, причиненного ей в результате незаконного уголовного преследования (расходов на оказание юридической помощи, расходов на проезд к месту производства процессуальный действий и обратно к месту жительства, расходов на приобретение канцелярских товаров) – в размере 499 644 руб., отменить, дело направить на новое рассмотрение.

В обоснование доводов апелляционного представления прокурор указывает, что принимая решение о возмещении ФИО1 расходов, понесенных на оплату работы своего представителя ФИО16, оказывавшего ей в период производства по делу юридические услуги, суд исходил из положений ст. 135 УПК РФ, а именно, что реабилитированному возмещается имущественный вред, который включает в себя, в том числе и суммы, выплаченные им за оказание юридической помощи.

Однако, судом не учтено то обстоятельство, что по содержанию данной нормы закона, такой вред возмещается реабилитированному только в случаях оказания ему юридической помощи защитником (защитниками), участвовавшими в уголовном деле в соответствии со ст. 50 УПК РФ, то есть имеющими статус адвоката в соответствии с Федеральным законом № от ДД.ММ.ГГГГ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре Российской Федерации».

Данная правовая позиция закреплена в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N? 41–П («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N? 3 (2022)», утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГГГ); в 15.1 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N? 17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ N? 22).

Прокурор обращает внимание суда, что в судебном заседании установлено, что представитель ФИО1 – ФИО16 был допущен к участию в деле, как один из близких родственников обвиняемой, на основании судебного решения, вынесенного в соответствии со ст. 49 УПК РФ по ходатайству обвиняемой. Таким образом, решение о возмещении ФИО1 расходов, связанных с оказанием ей юридической помощи ее защитником (представителем) ФИО7 судом принято без учета разъяснений указанных норм.

Помимо этого, судом вопреки разъяснениям, содержащимся в 15 (абз 4) постановления Пленума, в общую сумму имущественного вреда, заявителями включена оплата услуг эксперта в размере 20 000 руб., без указания конкретных сведений, подтверждающих данные расходы, что также указывает на необоснованность принятого судом решения.

Кроме того, в судебном заседании представитель ФИО1 – ФИО8 представил квитанции с автозаправочных станций в качестве доказательств причиненного имущественного вреда, данные доказательства не могут быть приняты судом как относимые, допустимые. Невозможно установить прямую причинно–следственную связь между расходами на бензин автомобиля и непосредственном участии в уголовном судопроизводстве. В судебном решении не указано, на основании какого нормативного акта, прейскуранта цен или ценовых значений, в сумму транспортных расходов была включена стоимость износа транспортного средства, использованного ФИО1 для поездки к месту проведения процессуальных действий и обратно к месту своего жительства.

Прокурор считает, что из материалов дела не усматривается прямая причинно–следственная связь приведенных расходов и уголовном преследовании, касающихся канцелярских расходов.

В апелляционной жалобе представитель Министерства финансов Российской Федерации ФИО3, выразила несогласие с постановлением суда, считая постановление необоснованным и подлежащим изменению.

В обоснование доводов жалобы указывает, что Минфин России не согласен с вышеуказанным судебным актом в части возмещения имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования, размере 499 644 рубля, считает постановление необоснованным и подлежащим изменению в данной части, по следующим основаниям.

В соответствии с частью первой статьи 135 УПК Российской Федерации возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя возмещение сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи (пункт 4), и иных расходов (пункт 5).

При этом возмещению подлежат лишь фактические расходы реабилитированного лица, которые непосредственно находятся в причинно–следственной связи с оказанием ему юридической помощи. Если же судом будет установлено, что заявленная сумма понесенных расходов не обусловлена действительной стоимостью юридических услуг в пределах существовавших на момент их оказания рыночных значений, он присуждает к возмещению лишь сумму, являвшуюся – с учетом совокупности всех обстоятельств дела, объема работы, квалификации субъектов оказания юридических услуг.

Практика возмещения расходов, понесенных участником уголовного судопроизводства на оплату услуг адвоката (представителя) исходит из должного понимания правил разумности, достаточности и справедливости. Данная практика ориентирована на то, что при безусловном сохранении и защите прав любого лица на возмещение понесенных им расходов, связанных с незаконным уголовным преследованием, суду необходимо учитывать, что подобное возмещение не должно являться явно несоразмерным тем усилиям, которые были предприняты в рамках оказания правовой помощи.

Также, Решением Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении Обзора практики Конституционного Суда Российской Федерации за второй квартал 2015 года», в Определении от ДД.ММ.ГГГГ №–О Конституционный Суд выявил смысл положений пунктов 4 и 5 части первой статьи 135 Уголовно–процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» размер возмещения вреда за оказание юридической помощи определяется подтвержденными материалами дела, фактически понесенными расходами, непосредственно связанными с ее осуществлением; эти расходы должны быть подтверждены документально либо иными доказательствами.

Обращает внимание суда на то обстоятельство, что по содержанию данной нормы, такой вред возмещается реабилитируемому только в случаях оказания ему юридической помощи защитником, участвовавшим в уголовном деле в соответствии со ст.50 УПК РФ, т.е., имеющим статус адвоката в соответствии с Федеральным законом N? 63 от ДД.ММ.ГГГГ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ».

Данная правовая позиция закреплена в Постановлении Конституционного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №–П; Обзоре судебной практики Верховного суда РФ N? 3 (2022), утвержденного Президиумом Верховного суда РФ ДД.ММ.ГГГГ); в п.15.1 Постановления Пленума Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №.

Как установлено по делу, представитель ФИО16 в интересах ФИО1 был допущен к участию в деле, как один из близких родственников обвиняемой, на основании судебного решения, вынесенного в соответствии со ст. 49 УПК РФ, по ходатайству обвиняемой.

Также, необходимо отметить, что при определении действительной стоимости юридических услуг следует принимать во внимание среднее рыночное значение таких услуг в соответствующем регионе.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение причиненного имущественного вреда, суд исходит не только из факта выполнения работы (оказания услуги), наличия документов, подтверждающих несение заявителем расходов на оказанию юридических услуг, но также принимает во внимание принцип разумности, при определении которого учитывается объем заявленных требований, сложность дела, количество следственных действий с участием адвоката, объем оказанных истцу услуг, время, необходимое на подготовку процессуальных документов и другие обстоятельства.

Вместе с тем, обращает внимание суда на то, что обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации имущественного вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Что касается требований истца о возмещении судебных расходов, Минфин России считает указанные требования необоснованно завышенными по следующим основаниям.

Согласно п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N? 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходы на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Европейский суд по правам человека при присуждении компенсации, связанной с оказанием юридической помощи, неоднократно ссылался на то, что указанные расходы должны быть реальными, разумными и понесены заявителем по необходимости. Практика возмещения расходов, понесенных участником уголовного судопроизводства на оплату услуг адвоката (представителя), сложившаяся, в том числе, в Европейском суде по правам человека, исходит из должного понимания правил разумности, достаточности и справедливости, и ориентирована на то, что при безусловном сохранении и защите права любого лица на возмещение понесенных им расходов, связанных с незаконным уголовным преследованием, суду необходимо учитывать, что подобное возмещение не должно являться явно несоразмерным тем усилиям, которые были предприняты в рамках оказания правовой помощи.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Истцом представлены квитанции с автозаправочных станций в качестве доказательств причинения имущественного вреда, данные доказательства не могут быть приняты судом как относимые, допустимые. Невозможно установить прямую причинно–следственную связь между расходами на бензин автомобиля и непосредственном участии в уголовном судопроизводстве.

Также заявителем представлен расчет расхода понесенных затрат, связанных с использованием автотранспорта для поездок в период производства по делу к месту проведения процессуальных действий и обратно к месту жительства, не представляется возможным. На основании какого нормативного акта, прейскуранта цен и иных ценовых значений, в сумму транспортных расходов была включена стоимость износа транспортного средства, использованного ФИО1

В соответствии с п.4 Положения о возмещении процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением дела, а также расходов в связи с выполнением требований конституционного Суда Российской Федерации (утв. постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №?1240), в случае отсутствия документов, подтверждающих расходы на проезд, указанные в пункте 3 цитируемого положения, а так же в случае использования личного автотранспорта возмещение производится в размере минимальной стоимости проезда: при наличии только автомобильного сообщения – в автобусах общего типа.

Аналогично с канцелярскими расходами (почтовыми отправлениями, бумага). Из материалов дела не усматривается прямой причинно–следственной связи приведенных расходов и уголовным преследованием.

В части расходов оплаты экспертизы представитель считает требования необоснованными и неподлежащими удовлетворению, поскольку ФИО16 не имеет лицензии эксперта.

С учетом характера причиненных истцу нравственных страданий, фактических обстоятельств дела, учитывая требования разумности и справедливости, Минфин России заявленную сумму считает чрезмерно завышенной и необоснованной.

Просит постановление Майкопского районного суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ изменить в части возмещения имущественного вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, снизив размер взысканной компенсации имущественного вреда до разумных приделов, с учетом принципа разумности и справедливости.

В возражениях на апелляционную жалобу реабилитированная ФИО1 и ее представитель ФИО16 выразили категорическое несогласие с доводами апелляционной жалобы, указав, что граница разумных пределов, обозначенная представителем Минфина, совершенно не конкретизирована фактами, доводами и документами. Незаконное уголовное преследование в отношении ФИО1 длилось пять лет три месяца и двадцать один день. При этом, ФИО1 123 раза участвовала в процессуальных действиях и судебных заседаниях. Считает, что судом дана правильная оценка взысканному возмещению причиненного имущественного вреда, правильно определена подтвержденная соглашениями и договорами сумма расходов на оказание юридической помощи, сложность дела, количество следственных действий, объем оказанных ФИО1 юридических и консультационных услуг, время, необходимое на подготовку процессуальных документов и другие обстоятельства. Просят постановление Майкопского районного суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, а жалобу – без удовлетворения.

ДД.ММ.ГГГГ старший помощник прокурора <адрес> ФИО5 обратилась в суд с ходатайством о восстановлении срока апелляционного обжалования постановления Майкопского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ об удовлетворении ходатайства ФИО1 о возмещении имущественного вреда, судебных, транспортных и иных расходов в связи с прекращением уголовного дела (т. 3 л.д. 115–116), приводя в качестве уважительной причины пропуска срока обжалования постановления поступление данного постановления суда от ДД.ММ.ГГГГ в прокуратуру района по истечении 15 суток со дня его вынесения, только ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем у прокурора отсутствовала объективная возможность его обжалования.

ФИО1 и ее представитель ФИО9 категорически возражали против восстановления прокурору срока на подачу апелляционного представления, ссылаясь на отсутствие уважительных причин для восстановления срока (т. 3 л.д. 132–133).

Постановлением судьи от ДД.ММ.ГГГГ прокурору восстановлен срок на апелляционное обжалование постановления суда от ДД.ММ.ГГГГ с учетом поступления данного постановления суда в прокуратуру ДД.ММ.ГГГГ, за пределами срока апелляционного обжалования.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по <адрес> – ФИО10 поддержала доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Реабилитированная ФИО1 и ее представитель ФИО16 просили обжалуемое постановление суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционное представление прокурора и апелляционную жалобу ФИО10 – без удовлетворения, считая постановление суда первой инстанции законным и обоснованным.

Прокурор ФИО11 поддержал доводы апелляционного представления, просил обжалуемое постановление суда первой инстанции отменить и отказать в ходатайстве ФИО1

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы и возражений на них, выслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ в Майкопский районный суд Республики Адыгея поступило апелляционное представление государственного обвинителя – старшего помощника прокурора <адрес> ФИО5 на постановление Майкопского районного суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ об удовлетворении ходатайства реабилитированной ФИО1 о возмещении имущественного вреда, судебных, транспортных и иных расходов.

В обоснование ходатайства о восстановлении срока обжалования постановления, государственный обвинитель в своем заявлении пояснила, что судебным решением в пользу реабилитированной ФИО1 с Министерства финансов Российской Федерации взысканы за счет казны министерства финансов Российской Федерации имущественный вред, причиненный в результате уголовного преследования (расходов за оказание юридической помощи и расходов на проезд к месту производства процессуальных действий и обратно к месту жительства, расходов на приобретение канцелярских товаров) в размере – 499 644 руб.

Вместе с тем, вышеуказанное постановление Майкопского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ поступило и зарегистрировано в прокуратуре <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, то есть за пределами срока апелляционного обжалования.

Учитывая то, что постановление Майкопского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ получено по истечении 15 суток со дня его вынесения, возможность обжаловать данное судебное решение у участвовавшего прокурора объективно отсутствовала.

Полагает, что вышеуказанные обстоятельства пропуска срока апелляционного обжалования являются уважительными и пропущенный срок апелляционного обжалования подлежит восстановлению.

На основании изложенного, просила суд восстановить срок апелляционного обжалования постановления Майкопского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ, которым удовлетворено ходатайство ФИО1 о возмещении имущественного вреда, судебных, транспортных и иных расходов в связи с прекращением уголовного дела в ее отношении.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в своих Определениях от ДД.ММ.ГГГГ №–О, ДД.ММ.ГГГГ №–О, ДД.ММ.ГГГГ №–О и других, лицо, пропустившее срок обжалования, должно представить суду убедительные причины такого пропуска, а судебное решение, принимаемое по результатам изучения соответствующего ходатайства, в силу требования ч. 4 ст. 7 УПК РФ должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

По смыслу уголовно–процессуального закона, уважительными могут быть признаны причины, которые препятствовали исполнению процессуального действия или исключали его своевременное совершение. При отсутствии таких причин в восстановлении срока апелляционного обжалования должно быть отказано.

Как видно из материалов дела, постановление в отношении ФИО1 провозглашено в открытом судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в присутствии государственного обвинителя ФИО5; ДД.ММ.ГГГГ копия постановления поступила в прокуратуру <адрес>.

При рассмотрении данного ходатайства суд первой инстанции пришел к выводу об уважительности причин пропуска процессуального срока на подачу апелляционного представления и своим постановлением от ДД.ММ.ГГГГ удовлетворил ходатайство о восстановлении процессуального срока.

При этом суд первой инстанции не мотивировал в своем постановлении, по каким причинам копия постановления не была своевременно получена государственным обвинителем, и каким образом несвоевременное вручение копии постановления препятствовало подаче прокурором в установленные законом сроки апелляционного представления.

Кроме того, постановление суда от ДД.ММ.ГГГГ поступило в Управление Федерального казначейства по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ (т. 3, л.д. 112) и ДД.ММ.ГГГГ апелляционная жалоба представителя Управления поступила и зарегистрирована в Майкопском районном суде.

Апелляционное представление прокурора вместе с ходатайством о восстановлении срока на апелляционное обжалование постановления суда от ДД.ММ.ГГГГ поступило в районный суд только ДД.ММ.ГГГГ (т. 3, л.д. 115), то есть спустя 23 дня после поступления в прокуратуру постановления суда от ДД.ММ.ГГГГ.

При этом прокурор не приводит в ходатайстве о восстановлении срока на обжалование постановления суда какие уважительные причины препятствовали своевременно направить в суд апелляционное представление после поступления постановления суда от ДД.ММ.ГГГГ, как это сделал представитель Управления Федерального казначейства.

При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции о восстановлении старшему помощнику прокурора <адрес> Республики Адыгея ФИО5 срока апелляционного обжалования постановления принято с нарушением требований закона и подлежит отмене, в связи с чем доводы представления прокурора не подлежат рассмотрению.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации к числу гарантированных прав граждан относится право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с п. 34 ст. 5 УПК РФ под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию.

Исходя из положений ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитации включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное органом расследования или судом постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2, 5 и 6 части 1 ст. 24 и п.п. 1 и 4–6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ.

Согласно ст. 135 УПК РФ возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя возмещение наряду с заработной платой, пенсией, пособием, другими средствами, которых он лишился в результате уголовного преследования, также сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи. При этом размер возмещения расходов на оказание юридической помощи определяется подтвержденными документально либо иными доказательствами, отраженными в деле, фактическими понесенными расходами, непосредственно связанными с ее осуществлением.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 10 постановления от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно–процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» (в редакции постановлений Пленума от ДД.ММ.ГГГГ №; ДД.ММ.ГГГГ №; ДД.ММ.ГГГГ №) разъяснил, что при рассмотрении требований реабилитированного о возмещении вреда или восстановлении его в правах в порядке главы 18 УПК РФ, суд вправе удовлетворить их или отказать в их удовлетворении полностью либо частично в зависимости от доказанности указанных требований представленными сторонами и собранными судом доказательствами.

Как следует из материалов дела, уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ было возбуждено ДД.ММ.ГГГГ; ФИО1 привлечена в качестве обвиняемой по данному делу ДД.ММ.ГГГГ с предъявлением обвинения в совершении четырех преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело поступило в Майкопский районный суд и постановлением судьи от ДД.ММ.ГГГГ дело возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Данное постановление суда первой инстанции было оставлено без изменения апелляционным постановлением от ДД.ММ.ГГГГ.

После повторного поступления дела в суд, приговором Майкопского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осуждена за три преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 159 УК РФ, к лишению свободы условно.

Апелляционным определением от ДД.ММ.ГГГГ вышеуказанный приговор от ДД.ММ.ГГГГ был отменен с передачей дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

Приговором суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осуждена за три преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 159 УК РФ, к лишению свободы условно.

Данный приговор был отменен апелляционным определением от ДД.ММ.ГГГГ, с возвращением уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в ее действиях состава преступления, с признанием за ней права на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.

ДД.ММ.ГГГГ прокурор принес ФИО1 официальное извинение от имени государства за причиненный вред в результате уголовного преследования.

ФИО1 обратилась в суд с заявлением о возмещении вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования.

Рассмотрев требования ФИО1 о возмещении имущественного вреда, суд удовлетворил их и взыскал в ее пользу за счет казны Российской Федерации 499 644 рубля, расходы на оказание юридической помощи допущенным судом в порядке ч. 2 ст. 49 УПК РФ, наряду с адвокатами, ее защитником, близким родственником ФИО16, а также расходы на проезд к месту производства процессуальных действий и обратно к месту жительства и на приобретение канцелярских товаров.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции в части взыскания с казны Российской Федерации в пользу ФИО1 расходов, связанных с оказанием юридических услуг близким родственником ФИО16 по следующим основаниям.

Согласно положениям ст. 49 УПК РФ при производстве по уголовному делу в качестве защитника, осуществляющего защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказывающего им юридическую помощь, участвуют адвокаты.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в п. 15 постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно–процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» (в редакции постановлений Пленума от ДД.ММ.ГГГГ №; ДД.ММ.ГГГГ №; ДД.ММ.ГГГГ №), возмещение лицу имущественного вреда при реабилитации включает в себя возмещение сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи защитником.

Как следует из материалов дела, реабилитированная ФИО1 не заключала соглашение с защитниками–адвокатами и не понесла расходов, связанных с выплатой им вознаграждения, которые в силу ст. 132 УПК РФ относятся к процессуальным издержкам, которые в свою очередь согласно ст. 135 УПК РФ подлежат возмещению реабилитированному.

Защиту интересов ФИО1 на предварительном следствии и в судебном разбирательстве осуществляли адвокаты по назначению органа расследования и суда, которым произведена оплата за работу за счет средств федерального бюджета (т. 1 л.д. 105–116).

Кроме того, в соответствии с п. 22.1 постановления Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О порядке и размере возмещения процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации и о признании утратившими силу некоторых актов ФИО2 и Правительства Российской Федерации» (в редакции постановления Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №) вознаграждение за участие в уголовном деле по назначению дознавателя, следователя и суда выплачивается адвокату.

В силу п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ к процессуальным издержкам по уголовному делу относятся суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката по назначению.

Таким образом, приведенные выше законы, по мнению суда апелляционной инстанции, не предусматривают возможность участия в уголовном деле за денежное вознаграждение близкого родственника обвиняемого, допущенного по его ходатайству, наряду с адвокатом.

С учетом того, что защиту реабилитированной ФИО1 по данному уголовному делу осуществляли адвокаты по назначению органа расследования и суда, которым выплачено вознаграждение из средств федерального бюджета, требования ее о возмещении за счет средств казны Российской Федерации расходов, связанных с выплатой вознаграждения ФИО16, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание отсутствие в представленных материалах уголовного дела сведений о том, что при заявлении ходатайства о допуске в уголовное дело близкого родственника, двоюродного брата, ФИО16, ФИО1 не сообщала суду о заключении с ним соглашения об оказании юридической помощи за денежное вознаграждение.

Из представленных прокурором в судебном заседании апелляционной инстанции сведений Федеральной налоговой службы видно, что ФИО16 не декларировал вознаграждение, полученное от ФИО1, и не уплачивал с них налог.

В судебном заседании ФИО16 подтвердил, что не уплачивал налог.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции в части возмещения имущественного вреда в виде транспортных расходов, с учетом удаленности места ее проживания (<адрес>) от места производства предварительного следствия и судебного разбирательства, районный центр <адрес>, не регулярного движения общественного транспорта в течение дня.

Факт использования ФИО1 личного транспортного средства для участия в следственных действиях и судебных заседаниях подтвердили свидетели ФИО12; ФИО13 и ФИО14

Расходы на приобретение канцелярских товаров и почтовых отправлений относятся к иным расходам, понесенным реабилитированным вследствие незаконного уголовного преследования, в связи с чем подлежат возмещению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.15, 389.16, 389.20, 389.23, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

постановление судьи Майкопского районного суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ о восстановлении прокурору срока апелляционного обжалования постановления Майкопского районного суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ, которым удовлетворено ходатайство ФИО1 о возмещении имущественного вреда судебных, транспортных и иных расходов в связи с прекращением уголовного дела в ее отношении, отменить.

Апелляционную жалобу представителя Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по <адрес> ФИО10 удовлетворить.

Постановление Майкопского районного суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ изменить.

Взыскать в пользу реабилитированной ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес> с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в возмещение имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования (расходов на проезд к месту производства процессуальных действий и обратно к месту жительства, расходов на приобретение канцелярских товаров) – в размере – 149 644 (сто сорок девять тысяч шестьсот сорок четыре) рубля.

Исключить из постановления указание о взыскании в пользу ФИО1 расходов на своего представителя ФИО16 в сумме 330 000 рублей и расходов, связанных с проведением ФИО16 анализа нарушений ЭКЦ МВД по <адрес>, в размере 20 000 рублей.

В остальной части постановление суда от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в течении шести месяцев со дня вступления в законную силу.

В случае кассационного обжалования ФИО1 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении материалов дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий ФИО15