Решение № 2-1917/2019 2-97/2020 2-97/2020(2-1917/2019;)~М-1730/2019 М-1730/2019 от 14 января 2020 г. по делу № 2-1917/2019

Дело № 2-97/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 января 2020 года город Уфа

Демский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Киекбаевой А.Г.,

при секретаре Кондратенко О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Администрации городского округа г. Уфа Республики Башкортостан о признании права собственности на квартиру в силу приобретательной давности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Администрации городского округа г. Уфа Республики Башкортостан о признании права собственности на квартиру в силу приобретательной давности, указывая, что она является владельцем квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. В вышеуказанном жилом помещении она проживает и несет бремя содержания с 2002 года. В 2006 году у нее родилась дочь, которая также с момента рождения проживает в данной квартире. 15.12.2014 года Демский районный суд г. Уфы РБ вынес решение по ее иску к ФИО6 о признании права пользования жилым помещением и регистрации по месту жительства, где ее требования были удовлетворены. В ходе судебного разбирательства было установлено, что истица проживает в квартире с 2002 года, оплачивала коммунальные услуги, осуществляла ремонт жилого помещения. В настоящее время в квартире зарегистрирована истица и ее дочь. Истица никогда не предпринимала никаких мер, направленных на сокрытие факта владения данной квартирой от третьих лиц, при этом добросовестно исполняла обязанности, лежащие на ней, как на владельце квартиры. В течение всего периода владения никто не оспаривал права владения истицы и права пользования этим имуществом. При этом в течение более 16 лет она владеет квартирой непрерывно как своим собственным имуществом. Руководствуясь положения ст. 234 ГК РФ, истец просит признать за ФИО1 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

Истец ФИО1 , действующая также в интересах третьего лица – несовершеннолетней ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения на судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, предоставила суду заявление о рассмотрении дела без ее участия.

Представитель истца ФИО3, действующая на основании доверенности от 08.10.2019 года, в судебном заседании исковые требования поддержала, просила удовлетворить.

Ответчик – представитель администрации городского округа г. Уфа РБ ФИО4, действующий на основании доверенности от 06.11.2016 года в судебном заседании вопрос об удовлетворении исковых требований оставил на усмотрение суда.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся сторон.

Выслушав представителей истца и ответчика, изучив и оценив материалы дела, дав им правовую оценку, суд приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 234 ГК РФ до приобретения на имущество права собственности в силу приобретательной давности лицо, владеющее имуществом как своим собственным, имеет право на защиту своего владения против третьих лиц, не являющихся собственниками имущества, а также не имеющих прав на владение им в силу иного предусмотренного законом или договором основания.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца; владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Как указано в абзаце первом пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", по смыслу статей 225 и 234 ГК РФ, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Согласно абзацу первому пункта 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 ГК РФ, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

По смыслу указанных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею. Это относится к случаям, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто, как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Таким образом, приобретательная давность является законным основанием для возникновения права собственности на имущество у лица, которому это имущество не принадлежит, но которое, не являясь собственником, добросовестно, открыто и непрерывно владеет в течение длительного времени чужим имуществом как своим.

Длительность такого открытого и непрерывного владения в совокупности с положениями об отказе от права собственности и о бесхозяйных вещах, а также о начале течения срока приобретательной давности с момента истечения срока давности для истребования вещи предполагают, что титульный собственник либо публичное образование, к которому имущество должно перейти в силу бесхозяйности либо выморочности имущества, не проявляли какого-либо интереса к этому имуществу, не заявляли о своих правах на него, фактически отказались от прав на него, устранились от владения имуществом и его содержания.

Целью нормы о приобретательной давности является возвращение фактически брошенного имущества в гражданский оборот, включая его надлежащее содержание, безопасное состояние, уплату налогов и т.п.

Добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями.

Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 ГК РФ не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности.

Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре.

В том числе и в случае владения имуществом на основании недействительной сделки, когда по каким-либо причинам реституция не произведена, в случае отказа собственнику в истребовании у давностного владельца вещи по основаниям, предусмотренным статьей 302 ГК РФ, либо вследствие истечения срока исковой давности давностный владелец, как правило, может и должен знать об отсутствии у него законного основания права собственности, однако само по себе это не исключает возникновения права собственности в силу приобретательной давности.

Требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения противоречит смыслу положений статьи 234 ГК РФ, без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ни чьих прав, легализовать такое владение, оформив право собственности на основании статьи 234 ГК РФ.

При этом в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Более того, само обращение в суд с иском о признании права в силу приобретательной давности является следствием осведомленности давностного владельца об отсутствии у него права собственности.

В силу статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Из представленных материалов дела следует, что ФИО1 вместе со своей несовершеннолетней дочерью ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения зарегистрированы по месту жительства с 27.01.2015 года по адресу: <адрес>, что подтверждается справкой МУП ЕРКЦ ГО г. Уфа РБ от 14.10.2019 года.

В указанной квартире в том числе были зарегистрированы: ФИО5 с 22.04.1994 года, и снята с регистрационного учета 25.10.2011 года в связи со смертью; ФИО6 был зарегистрирован с 22.04.1994 года, снят с регистрационного учета 10.10.2019 года по решению суда.

Решением Демского районного суда г. Уфы РБ от 15.12.2014 года, исковые требования ФИО1 , действующей также в интересах несовершеннолетней дочери ФИО2 к ФИО9 с.М. о признании права пользования жилым помещением и регистрации по месту жительства были удовлетворены, постановлено: признать за ФИО1 и ФИО2 право пользования квартирой № <адрес>. Указано, что данное решение является основанием для регистрации истцов по месту жительства.

При рассмотрении указанного дела судом было установлено, что ФИО1 вместе со своей несовершеннолетней дочерью ФИО2 вселилась в спорную квартиру в качестве члена семьи нанимателя ФИО5, и с 2002 года наравне со ФИО5 несла бремя содержания жилого помещения.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7 суду показала, что она является старшей по дому № по <адрес>. ФИО1 она знает с 2002 года, с указанного времени ФИО1 проживает в их доме. Сначала с ними жила их тетя ФИО5, которая в настоящее время умерла. ФИО1 вместе со совей дочерью жила постоянно, никуда не уезжала.

Свидетель ФИО8 суду показал, что ФИО1 он знает, они являются соседями, он живет на 8 этаже, ФИО10 на 7. ФИО1 переехала примерно в 2002 году в квартиру №, где она живет вместе с дочерью. Ранее в указанной квартире жила женщина в возрасте.

Кроме того, истцом в подтверждении факта проживания в спорной квартире, а также давностного владения ею недвижимым имуществом представлены квитанции об оплате коммунальных услуг за 2006, 2007, 2009 года, а также история начислений и платежей с октября 2014 года по сентябрь 2019 года.

Из представленных Управлением земельных и имущественных отношений администрации ГО г. Уфа РБ сведений от 10.12.2019 года следует, что квартира №, расположенная по <адрес> РБ учтена в реестре муниципального имущества ГО г. Уфа РБ на основании постановления Правительства Республики Башкортостан № 312 от 30.12.2005 года, договора № 1739 от 31.01.2006 года, акта приема – передачи от 31.01.2006 года.

Согласно представленного по запросу суда ответа администрации Демского района ГО г. Уфа РБ от 27.12.2019 года, ордер на квартиру №, расположенную по <адрес> не имеется. Информация о том, кому и на каких основаниях предоставлялось жилое помещение по данному адресу в администрации Демского района, отсутствует.

Оценив представленные доказательства суд приходит к выводу, что совокупность имеющихся в деле доказательств свидетельствует о том, что право ФИО1 на спорное жилое помещение в порядке требования статьи 234 ГК РФ, несмотря на то, что она на протяжении длительного времени осуществляет пользование квартирой, не возникло.

Как установлено судом, истица ФИО1 со своей несовершеннолетней дочерью ФИО2 вселились в спорную квартиру в качестве члена семьи нанимателя ФИО5 Таким образом, истец ФИО1 знала и должна была знать об отсутствии основания возникновения у нее права собственности, поскольку она владела и пользовалась жилым помещением изначально как его наниматель.

Бесспорных доказательств того, что истец вселилась в спорную квартиру в качестве собственника, а не на основании договора найма или иного договора, не представлено.

При этом, следует принять во внимание, что отсутствие доказательств наличия каких-либо договоров (найма, социального найма) между истцом и собственником на проживание в квартире не свидетельствует об отсутствии у собственника права собственности, поскольку собственник имеет права любым способом распоряжаться имуществом, в том числе предоставляя это имущество в безвозмездное пользование.

Судом установлено, что квартира №, расположенная по адресу: <адрес> состоит в реестре муниципального имущества ГО г. Уфа РБ на основании постановления Правительства Республики Башкортостан № 312 от 30.12.2005 года, договора № 1739 от 31.01.2006 года, акта приема – передачи от 31.01.2006 года.

Между тем, доказательств получения ФИО1 разрешения ГО г. Уфа РБ на вселение в квартиру по указанному выше адресу не представлено и судом не добыто.

Доводы о том, что истец постоянно проживает в спорном помещении и несет все расходы по его содержанию, не могут быть приняты во внимание, поскольку указанные обстоятельства не являются достаточным основанием для возникновения у истца права собственности на недвижимое имущество в силу приобретательной давности.

Кроме того, согласно пункту 4 статьи 234 ГК РФ, течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 настоящего Кодекса, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

По общему правилу, установленному статьей 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (статья 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания перечисленных норм следует, что с исковым заявлением о признании права собственности на объект недвижимого имущества лицо вправе обратиться не ранее истечения восемнадцатилетнего срока с момента начала пользования данным имуществом (15 лет срока приобретательной давности + 3 года срока исковой давности по иску об истребовании имущества из чужого незаконного владения).

Так, с настоящими исковыми требованиями ФИО1 обратилась в суд в октябре 2019 года, то есть до истечения 18 лет с момента начала пользования спорным имуществом. Как следует из показаний свидетелей и из искового заявления, истица вместе с дочерью проживает в спорной квартире с 2002 года, при этом конкретизированные даты не указаны, также указанные сведения отсутствуют и в иных материалах дела. На регистрационном учете в спорной квартире истица состоит лишь с 27.01.2015 года, при этом иные документарные доказательства суду не представлены.

Изложенное является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных ею требований о признания права собственности на спорную квартиру в силу приобретательной давности. При этом необходимо учесть, что в данном случае наличие либо отсутствие заявления о применении срока исковой давности не требуется.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Администрации городского округа г. Уфа Республики Башкортостан о признании права собственности на квартиру в силу приобретательной давности отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный cуд Республики Башкортостан в апелляционном порядке через Демский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья А.Г. Киекбаева