Апелляционное определение № 22-10455/2025 22-186/2026 от 23 февраля 2026 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег.№...

Дело №... Судья Демяшева О.В..


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 24 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

председательствующего судьи Федоровой С.А.

судей Браславской И.А., Виноградовой М.Е.

с участием прокурора отдела управления прокуратуры Санкт-Петербурга ФИО1

осужденного ФИО2

защитника – адвоката Ильченко И.В.

потерпевшего Потерпевший №1

при ведении протокола судебного заседания секретарем Сухаревой О.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Васюнова К.Е. и апелляционные жалобы осужденного ФИО2 и адвоката Ильченко И.В. в его защиту на приговор <адрес> районного суда Санкт-Петербурга от 22.09.2025 года, которым

ФИО2, <дата> года рождения, уроженец <адрес> гражданин <адрес>, судимый 27.12.2013 года по ч.1 ст. 111 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 5 лет; 14.01.2019 года по п. «з» ч.2 ст.111, п. «в» ч.2 ст.115, ч.1 ст.119 УК РФ с отменой условного осуждения по приговору от 27.12.2013 года и частичным присоединением на основании ст.70 УК РФ неотбытого наказания к окончательному наказанию в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы, освобожден условно-досрочно 20.04.2021 года на 1 год 25 дней,

осужден по п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ к 3 годам 8 месяцам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год с отбыванием лишения свободы в исправительной колонии особого режима,

установила:

Приговором <адрес> районного суда Санкт-Петербурга от 22.09.2025 года ФИО2 осужден по п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ к 3 годам 8 месяцам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год, отбывание лишения свободы назначено в исправительной колонии особого режима.

На приговор осужденный и его защитник – адвокат Ильченко И.В. подали апелляционные жалобы, государственный обвинитель – помощник прокурора <адрес> Санкт-Петербурга Васюнов К.Е. – апелляционное представление.

Осужденный и его защитник просили изменить приговор, квалифицировать действия по ч.1 ст.118 УК РФ, считали, что доказательствами не подтверждено наличие умысла на причинение потерпевшему Потерпевший №1 тяжкого вреда здоровью, считали, что показания ФИО2 о нанесении им удара потерпевшему в шею по неосторожности при починке велосипеда согласуются с исследованными доказательствами, полагали, что суд не дал правильной оценки показаниям в судебном заседании потерпевшего Потерпевший №1 и свидетеля Свидетель №2 об отсутствии у ФИО2 конфликта с потерпевшим, о том, что они не видели удара ножом, и о даче ими дополнительных показаний на стадии предварительного следствия под влиянием оперативных сотрудников и следователя, ссылались на существенные противоречия показаний Потерпевший №1 и Свидетель №2, данных на разных стадиях производства по уголовному делу, считали, что противоречия не получили судебной оценки, ссылались на заключение эксперта, данное по результатам следственного эксперимента, полагали, что эксперт подтвердил правдивость показаний ФИО2 об обстоятельствах нанесения им удара ножом Потерпевший №1 и о неумышленном причинении ему вреда. Защитник сослался на неправильное указание даты события в протоколах следственных действий с участием свидетеля Свидетель №2, сослался на заглаживание причиненного потерпевшему вреда, отсутствие у него претензий к ФИО2.

Осужденный считал недопустимыми доказательствами показания Потерпевший №1 и Свидетель №2, приведенные в приговоре, ссылался на их несоответствие другим показаниям этих лиц, считал составленным с нарушениями закона протокол его очной ставки с Свидетель №2 в связи с включением в протокол скопированных следователем их объяснений, просил исключить указанные им доказательства из совокупности доказательств. ФИО2 полагал, что судимость от 27.12.2013 года погашена, просил исключить указание на нее из вводной части приговора, не учитывать при определении вида рецидива, ссылался на наличие смягчающих его наказание обстоятельств.

Государственный обвинитель в апелляционном представлении не оспаривал выводы суда о доказанности вины ФИО2, судебную оценку доказательств, данную судом квалификацию его действий, законность, обоснованность и справедливость назначенного наказания, считал, что судом при зачете в срок лишения свободы времени содержания осужденного под стражей неправильно указана норма уголовного закона, на основании которой произведен зачет, просил указать эту норму как ч.3.2 ст.72 УК РФ.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель считал доводы защиты необоснованными, просил оставить квалификацию действий ФИО2 и назначенное ему наказание без изменения.

В судебном заседании осужденный и его защитник – адвокат Ильченко И.В. поддержали жалобы, просили изменить приговор в соответствии с доводами защиты. Защитник просил учесть, что по предыдущим уголовным делам ФИО2 признавал вину в умышленном причинении вреда здоровью потерпевших, и полагал, что данное обстоятельство свидетельствует об отсутствии у ФИО2 намерений уклоняться от наказания за действительно совершенные им действия. Потерпевший Потерпевший №1 заявил, что ФИО2 действительно ударил его ножом случайно. Прокурор просил изменить приговор только в части указания нормы уголовного закона при зачете времени содержания под стражей, в остальной части просил оставить приговор без изменения.

Исследовав материалы уголовного дела, проверив доводы апелляционных жалоб и апелляционного представления, выслушав участников процесса, судебная коллегия считает апелляционное представление обоснованным и не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб.

Вывод суда о доказанности вины ФИО2 в умышленном причинении Потерпевший №1 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, является правильным. Он основан на полно и всесторонне исследованных в судебном заседании доказательствах, которые приведены и надлежащим образом оценены в приговоре.

Вина ФИО2 доказана совокупностью следующих доказательств:

- показаниями потерпевшего Потерпевший №1 об обстоятельствах, при которых он с Свидетель №2 и ФИО2 находился в <...> парке, был в состоянии алкогольного опьянения, получил удар ножом от осужденного, с ранением шеи был госпитализирован;

- показаниями свидетеля Свидетель №2 об обстоятельствах, при которых он с Потерпевший №1, ФИО2 и другими лицами в Муринском парке употреблял алкоголь, и при которых во время их отдыха ФИО2 нанес Потерпевший №1 удар ножом;

- показаниями свидетеля – сотрудника полиции Свидетель №1 об обстоятельствах задержания ФИО2, изъятия по месту его жительства ножа;

- протоколами следственных действий – осмотра места происшествия -местности в <...> парке и обнаружения следов крови, обыска в жилище ФИО2 и изъятия ножа, следственного эксперимента по проверке показаний ФИО2 об обстоятельствах нанесения им удара ножом Потерпевший №1, другими протоколами следственных действий, в том числе протоколом принятия заявления Потерпевший №1 о преступлении;

- заключениями эксперта, в том числе дополнительным, о количестве, характере и локализации повреждений, установленных у потерпевшего Потерпевший №1, степени тяжести вреда, причиненного его здоровью, механизме причинения и обстоятельствах нанесения травмирующего удара;

- заключением эксперта о возможной принадлежности Потерпевший №1 крови, обнаруженной на месте происшествия в Муринском парке;

- заключением эксперта о характере ножа;

- другими документами дела.

Доказательства исследованы судом с соблюдением уголовно-процессуальных норм, проверены и оценены с учетом показаний осужденного о том, что умысла на причинение вреда здоровью Потерпевший №1 он не имел, удар ножом потерпевшему нанес случайно, допустив неосторожность при использовании ножа при починке велосипеда. Данные показания осужденного, его версия о неосторожном причинении здоровью потерпевшего тяжкого вреда при случайных обстоятельствах были проверены судом. Версия ФИО2 получила подробную оценку в приговоре и обоснованно отвергнута как не соответствующая доказательствам.

Суд правомерно признал умышленным нанесенный осужденным потерпевшему удар ножом, обоснованно указал на отсутствие оснований для вывода о случайном, не имевшем цели ранить Потерпевший №1 ударе. Суд обоснованно сослался на то, что все доказательства, входящие в совокупность исследованных в ходе судебного разбирательства, в том числе дополнительное заключение эксперта о механизме причинения раны потерпевшему, подтверждают умышленность действий ФИО2.

Вывод суда о том, что исследованные и приведенные в приговоре доказательства вины ФИО2 являются допустимыми, достоверными, в совокупности - достаточными для принятия решения по делу, обоснован, доказательства в приговоре получили подробную оценку, они проверены судом, в том числе путем допроса следователей ФИО 1 и ФИО 2 были проверены обстоятельства проведения допросов потерпевшего, свидетеля Свидетель №2, очной ставки Свидетель №2 и ФИО2, следственного эксперимента, выводы суда мотивированы.

Судом правомерно сделан вывод об отсутствии обстоятельств, свидетельствующих о невозможности использования показаний Потерпевший №1 и Свидетель №2 в качестве доказательств, обоснованно не усмотрено оснований не доверять их показаниям. Таких оснований судебная коллегия также не усматривает, существенных противоречий показания Потерпевший №1 и Свидетель №2 не содержат, неустранимых сомнений, подлежащих толкованию в пользу осужденного, не имеется.

Вопреки мнению осужденного отсутствуют основания для признания показаний Потерпевший №1 и Свидетель №2 недопустимыми доказательствами и исключения их из числа доказательств. Нарушений уголовно-процессуального закона при получении этих показаний не допущено.

Потерпевший и свидетель допрошены в ходе судебного разбирательства с соблюдением уголовно-процессуальных норм, регламентирующих производство допроса, стороны обвинения и защиты не были ограничены в праве задавать им вопросы. Показания, данные потерпевшим и свидетелем на стадии предварительного расследования, в том числе показания Свидетель №2 на очной ставке с ФИО2, были оглашены в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона, нарушений при оглашении не допущено, сведений о нарушении правил допроса в судебном заседании потерпевшего и свидетеля протокол судебного заседания не содержит, на нарушения такого рода сторона защиты не ссылается.

Потерпевший №1 и Свидетель №2 подтвердили оглашенные показания, заявив в судебном заседании о запамятовании ими событий произошедшего в силу как длительности истекшего времени, так и их нахождения в состоянии алкогольного опьянения в момент происшествия.

Вопреки доводу осужденного приведенные в приговоре показания Потерпевший №1 и Свидетель №2, признанные доказательствами, не противоречат показаниям, данным этими лицами в ходе судебного разбирательства, с учетом того обстоятельства, что они подтвердили показания, зафиксированные в протоколах их допросов на стадии предварительного следствия, а Свидетель №2 также подтвердил показания, данные на очной ставке с ФИО2.

Обстоятельства, не позволяющие использовать эти показания в качестве доказательства, отсутствуют. Свидетель и потерпевшей утверждали, что на них не оказывалось давления со стороны сотрудников правоохранительных органов при даче показаний, они не заявляли о том, что были нарушены их права при допросе, Свидетель №2 не делал таких заявлений и об очной ставке.

Сделанные следователем в ходе допросов и очной ставки уточнения о правильности показаний потерпевшего и свидетеля, о деталях нанесения осужденным удара, о чем давали показания потерпевший и свидетель, не являются воздействием с целью дачи определенных показаний, не свидетельствуют о том, что в протоколы следственных действий внесены не соответствующие действительности показания Потерпевший №1 и Свидетель №2 Основанием для признания недопустимыми или недостоверными доказательствами показаний этих лиц ссылка защиты на данные действия следователя не является.

Протоколы допросов Потерпевший №1 и Свидетель №2, протокол очной ставки требованиям уголовно-процессуального закона соответствуют, законность указанных следственных действий подтверждена также показаниями следователей ФИО 1 и ФИО 2

Судебная коллегия принимает во внимание, что фактическое содержание протокола очной ставки между Свидетель №2 и ФИО2, в том числе приведенных в нем показаний ее участников, стороной защиты не оспаривалось ни в ходе судебного разбирательства уголовного дела по существу, ни в апелляционных жалобах. Доводов соответствующего характера защитой не было приведено и в судебном заседании апелляционной инстанции. Осужденный не отрицал, что Свидетель №2 на очной ставке давал именно те показания, что отражены в протоколе данного следственного действия, не заявлял о нарушении процедуры очной ставки, ее протокол подписан участниками без замечаний.

Ссылка защитника на неправильное указание даты совершения преступления в протоколе допроса Свидетель №2 и протоколе очной ставки его с ФИО2 не влечет признание данных протоколов недопустимыми, а показаний свидетеля – недостоверными. Время совершения преступления установлено на основании совокупности доказательств, стороной защиты оно не оспаривается, причины указанной защитником ошибки выявлены при допросе следователя ФИО 2, сообщившей о допущенной ею опечатке.

При оценке показаний Потерпевший №1 и Свидетель №2 суд апелляционной инстанции также принимает во внимание показания осужденного, который не оспаривал изложенные в приговоре при описании его действий фактические обстоятельства, не отрицал, что во время и в месте, указанные потерпевшим и свидетелем, он нанес Потерпевший №1 удар в шею имевшимся у него при себе ножом. Данные показания осужденного совпадают с показаниями потерпевшего и свидетеля.

Вопреки позиции защиты, дополнительное заключение эксперта, данное по результатам следственного эксперимента, о возможности причинения Потерпевший №1 ранения шеи при сообщенных осужденным обстоятельствах, не является доказательством отсутствия у ФИО2 умысла на причинение вреда здоровью потерпевшего, не подтверждает, что удар, которым причинено ранение, являлся случайным, а не целенаправленным, не свидетельствует о наличии в действиях осужденного неосторожности.

Выводы эксперта, изложенные в дополнительном заключении, касаются механизма причинения раны, взаимного расположения осужденного и потерпевшего, траектории движения руки ФИО2 при нанесении удара потерпевшему, выводов об умысле осужденного заключение не содержит. Установление наличия преступного умысла и определение его вида не входит в предмет экспертного исследования, не относится к компетенции эксперта, разрешение вопроса об умысле является исключительной компетенцией суда, непосредственным предметом судебного рассмотрения.

Суд первой инстанции правомерно на основании совокупности доказательств признал, что удар ножом потерпевшему ФИО2 нанесен намеренно, при осознании его последствий в виде вреда здоровью. Оснований для иного вывода судебная коллегия не усматривает.

Отраженные в протоколе следственного эксперимента, в том числе в фототаблице, продемонстрированное осужденным движение его руки с травмирующим предметом, расположение потерпевшего и осужденного по отношению друг к другу в этот момент, свидетельствуют о целенаправленности удара ножом в шею потерпевшего, о намерении ФИО2 ранить Потерпевший №1 Указанный удар, будучи однократным, имел достаточную силу, чтобы причинить установленное экспертом телесное повреждение, повлекшее тяжкий вред здоровью потерпевшего по признаку опасности для жизни. Утверждение осужденного, что данный удар нанесен по неосторожности, случайно, при движении по инерции, не соответствует характеру показанного ФИО2 действия.

Изложенное в судебном заседании апелляционной инстанции мнение потерпевшего о случайном причинении ему ранения ФИО2 не соответствует объективным доказательствам, носит характер предположения, судебная коллегия также принимает во внимание неоднократные пояснения Потерпевший №1 о том, что он находился в состоянии сильного алкогольного опьянения в момент нанесения ему удара.

Суд обоснованно признал, что показания потерпевшего, свидетеля Свидетель №2, в том числе на очной ставке с осужденным, протокол следственного эксперимента, экспертные заключения взаимно подтверждают и дополняют друг друга, существенные противоречия между ними отсутствуют.

Вопреки доводу защитника, изложенному в судебном заседании апелляционной инстанции, то обстоятельство, что ФИО2 признавал вину в преступлениях против личности, судимости за которые указаны во вводной части приговора, не свидетельствует о несовершении им настоящего преступления, не дает оснований для признания неосторожности в его действиях в отношении Потерпевший №1.

Положения уголовно-процессуального закона о доказывании и правилах оценки доказательств, установленные главой 11 УПК РФ, судом соблюдены. Нарушений уголовно-процессуального закона в ходе судебного разбирательства не допущено.

Квалификация действий ФИО2 по п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ является правильной, наличие у осужденного умысла на причинение вреда здоровью Потерпевший №1 установлено судом верно, фактически причиненный его здоровью вред является тяжким, опасным для жизни, примененный осужденным нож обоснованно признан предметом, использовавшимся в качестве оружия. Оснований для иной квалификации не имеется.

Судебно-медицинский эксперт ФИО 3, допрошенная в судебном заседании апелляционной инстанции по вопросу о соответствии категории тяжкого причиненного здоровью Потерпевший №1 вреда по медицинским критериям определения тяжести вреда здоровью человека, установленным Приказом Минздравсоцразвития от 08.04.2025 года, вступившим в законную силу с 01.09.2025 года, пояснила, что согласно новым правилам определения тяжести вреда здоровью ранение щитовидной железы, полученное Потерпевший №1, также является тяжким вредом, опасным для жизни.

Наказание ФИО2 назначено в соответствии со ст. ст. 60 – 63 УК РФ. Суд первой инстанции в полной мере учел характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности осужденного, влияние наказания на его исправление, обстоятельства, отягчающие и смягчающие наказание, в том числе признание среди последних наличия малолетних детей, возмещения потерпевшему имущественного и морального вреда, активного способствования раскрытию и расследованию преступления, состояния здоровья членов семьи осужденного и его близких родственников, наличия у ФИО2 заболеваний. В качестве отягчающего наказание обстоятельства обоснованно учтен рецидив преступлений, вид которого судом установлен правильно.

Вопреки доводу осужденного судимость по приговору от 27.12.2013 года за преступление, предусмотренное ч.1 ст.111 УК РФ, погашенной не является. С учетом вынесения в отношении ФИО2 приговора от 14.01.2019 года, отмены условного осуждения по приговору от 27.12.2013 года и назначения окончательного наказания на основании ст.70 УК РФ по совокупности указанных приговоров наказание по приговору от 27.12.2013 года ФИО2 отбыл после условно-досрочного освобождения 20.04.2021 года. С указанной даты срок погашения судимости, установленный ст.86 УК РФ, не истек.

Совокупность приведенных в приговоре смягчающих наказание обстоятельств является полной, соответствует сведениям, исследованным в ходе судебного разбирательства, не принятых судом во внимание обстоятельств не имеется. Мотивы принятого решения о виде и размере наказания, основного и дополнительного, в приговоре подробно приведены.

Наказание соответствует деянию и личности осужденного, не является чрезмерно суровым, оно справедливо, оснований для снижения размера или иного смягчения наказания не имеется.

Суд рассмотрел возможность применения положений ч.6 ст.15, ч.3 ст.68, ст.ст.64, 73 УК РФ и правомерно не нашел для этого оснований, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции. Вид исправительного учреждения для отбывания лишения свободы судом назначен правильно.

Доводы государственного обвинителя о необходимости правильного указания в приговоре нормы уголовного закона, на основании которой произведен зачет в срок лишения свободы времени содержания ФИО2 под стражей до вступления приговора в законную силу, обоснованны.

Указанная обвинителем ч.3.2 ст.72 УК РФ является специальной нормой, подлежащей в силу закона применению при зачете данного времени лицам, у которых установлен особо опасный рецидив преступлений. С учетом вида рецидива ФИО2 ссылка на эту норму уголовного закона подлежит указанию в приговоре вместо приведенной судом. Апелляционное представление подлежит удовлетворению.

В остальной части приговор соответствует положениям ч.4 ст.7 УПК РФ, основания для его отмены или иного, кроме приведенного выше, изменения отсутствуют.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст. ст.389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор <адрес> районного суда Санкт-Петербурга от 22 сентября 2025 года в отношении ФИО2 – изменить.

Указать в приговоре норму уголовного закона, на основании которой произведен зачет времени содержания ФИО2 под стражей в срок лишения свободы правильно как ч.3.2 ст.72 УК РФ.

Апелляционное представление удовлетворить.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня его вынесения.

Председательствующий

Судьи