Апелляционное определение № 22-1290/2026 от 1 апреля 2026 г.

Судья Кобелева И.В. Дело № 22-1290/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Пермь 2 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе председательствующего Симонова В.В.,

судей Доденкиной Н.Н., Череневой С.И.,

при секретаре судебного заседания Шарович Д.Н.,

с участием прокурора Хасанова Д.Р.,

защитника - адвоката Тарасовой И.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Дзержинского района г. Перми Костарева А.Г. на приговор Дзержинского районного суда г. Перми от 5 февраля 2026 года, которым

ФИО1, дата рождения, уроженец ****, ранее не судимый,

осужден по ч. 2 ст. 159 УК РФ к 320 часам обязательным работ, по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 1 году 6 месяцам принудительных работ с удержанием из заработной платы 10% в доход государства. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний к 1 году 7 месяцам принудительных работ с удержанием из заработной платы 10% в доход государства.

Решены вопросы по мере пресечения, зачете срока содержания под стражей, судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Симонова В.В., выступление прокурора Хасанова Д.Р., поддержавшего доводы представления, мнение защитника Тарасовой И.М. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 осужден за хищение имущества Ж. стоимостью 10330 рублей путем ее обмана с причинением ей значительного ущерба, а также за отрытое хищение имущества Ж. стоимостью 8 690 рублей с применением к ней насилия не опасного для жизни и здоровья.

Преступления совершены 2 января и 3 октября 2025 года в г. Перми при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении прокурор Дзержинского района г. Перми Костарев А.Г. просит приговор изменить в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, поскольку суд первой инстанции, верно установив совершение осужденным мошенничества в отношении потерпевшей 2 января 2025 года, в мотивировочной части приговора ошибочно указал о совершении данного преступления 20 октября 2026 года.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав участников судебного заседания, обсудив доводы апелляционного представления, судебная коллегия приходит к следующему.

Осужденный ФИО1 вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ признал частично, выражая несогласие со способом хищения, указывая на совершение им кражи. Пояснил, что 2 января 2025 года находился в гостях у соседей потерпевшей Ж., где попросил у нее телефон, который она ему передала, а он ушел с ним на кухню и не вернул его обратно, сказав, что телефона у него нет. После чего, он ушел из квартиры и сдал телефон в комиссионный магазин.

Вину в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ признал в полном объеме, пояснив, что 3 октября 2025 года встретившись с потерпевшей Ж., взял ее сотовый телефон, чтобы позвонить. Ж. начала выхватывать телефон, в связи, с чем он ее оттолкнул, забрал телефон и сдал его в подземном переходе.

Несмотря на отношение ФИО1 к предъявленному обвинению, вывод суда первой инстанции о доказанности его вины в совершении преступлений, за которые он осужден, является правильным.

Виновность ФИО1 в мошенничестве подтверждается показаниями потерпевшей Ж. о том, что 2 января 2025 года, находясь в гостях, ФИО1 попросил ее сотовый телефон, чтобы посмотреть клип, она, полагая, что он действительно посмотрит клип и вернет телефон, отдала ему свой телефон. После чего, ФИО1, вышел из комнаты, а вернувшись, пояснил, что никакого телефона у него нет. Проверив все возможные места в квартире, телефон она не обнаружила, а ее мать стала осматривать карманы ФИО1, после чего он ее оттолкнул и убежал.

Также на данные обстоятельства указывают и показания свидетеля Р. о том, что 2 января 2025 года к ней в гости приходила Ж., в последующем от нее ей стало известно, что в тот день у нее похитили сотовый телефон; показаниями свидетеля К. о том, что 2 января 2025 года она находилась в гостях совместно с ФИО1 и Ж., которая сообщила ей, что дала свой телефон ФИО1 послушать песню, а он убежал с ним из квартиры; показаниями свидетеля Н., которой 2 января 2025 года от дочери Ж. стало известно, что ФИО1 забрал у нее телефон, она просила его вернуть телефон, но он ничего не отдал; показаниями свидетеля М., о том, что ФИО1 признался в хищении 2 октября 2025 года телефона, принадлежащего Н., о чем им была написана явка с повинной; показаниями свидетеля И., которая является сожительницей ФИО1, о том, что ею был возмещен ущерб потерпевшей в Ж. телефона, который она приобрела сама, а также денежные средства в размере 5 000 рублей.

На причастность осужденного к совершению данного преступления указывают и иные исследованные судом первой инстанции письменные доказательства: заявление потерпевшей, сведения, в котором аналогичны данным ею показаниям; протокол осмотра квартиры № ** по ул. **** г. Перми, которым зафиксирована обстановка в квартире; протокол осмотра договора комиссии, согласно которому ФИО1 реализован сотовый телефон «Сяоми Редми» ИП Ф., а также товарного чека на сумму 6000 рублей; заключением эксперта, согласно которому рыночная стоимость телефона «Сяоми Редми 14 С 4/128 Гб» составляет 10330 рублей.

Виновность ФИО1 в грабеже подтверждается показаниями потерпевшей Ж., которая 3 октября 2025 года встретилась с ФИО1, который попросил воспользоваться ее сотовым телефоном, с чем она согласилась и передала ему свой телефон. Взяв телефон, ФИО1 стал с ним постепенно отходить, она пошла за ним и схватила телефон, вследствие чего между ними началась перепалка. ФИО1 толкнул ее в область плеч, от чего она упала. Встав, она предложила ФИО1 вернуть телефон, он положил его на землю, после чего оттолкнул ее своим телом, схватил телефон и убежал.

Также на данные обстоятельства указывают и показания свидетеля Н. о том, что 3 октября 2025 года ФИО1 вновь похитил телефон ее дочери Ж.; показаниями свидетеля Р., которой от Ж. стало известно, что в октябре 2025 года ФИО1 на улице толкнул ее, и она упала, повредила руку, после чего ФИО1 похитил у нее сотовый телефон; показаниями свидетеля К., которой со слов Ж. стало известно о том, что в октябре 2025 года ФИО1 избил ее, забрал телефон и скрылся; показаниями свидетеля М., являющегося оперуполномоченным отдела уголовного розыска, которым в ходе работы по материалу проверки по факту открытого хищения телефона у Ж. было установлено, что к совершению данного преступления причастен ФИО1, которым была написана явка с повинной; свидетеля И., которая является сожительницей ФИО1, о том, что ею был возмещен ущерб потерпевшей в Ж. телефона, который она приобрела сама, а также денежные средства в размере 5 000 рублей.

На причастность осужденного к совершению данного преступления указывают и иные исследованные судом первой инстанции письменные доказательства: заявления потерпевшей, сведения, в которых аналогичны данным ею показаниям; протокол осмотра места происшествия, которым зафиксирована обстановка участка местности, расположенного по адресу: ****, изъят след обуви; заключение эксперта, согласно которому след обуви, зафиксированный на слепке, пригоден для установления групповой принадлежности обуви; протокол получения образцов для сравнительного исследования, согласно которого у ФИО1 изъяты оттиски обуви кроссовок; заключение эксперта, согласно выводам, которого след обуви, изъятый с места происшествия оставлен ФИО1; сообщение из больницы в дежурную часть отдела полиции о том, что у Ж. зафиксирована травма, 3 октября 2025 года избита неизвестным; сообщение из медицинского учреждения об обращении Ж., со слов которой 3 октября 2025 года избита неизвестным, имеются ушибы мягких тканей головы, коленного, плечевого сустава, грудной клетки; заключение эксперта, согласно выводам которого рыночная стоимость телефона «Сяоми Редми» на 3 октября 2025 года составляет 8290 рублей, стоимость чехла – 490 рублей.

Все исследованные доказательства были проверены и объективно оценены судом в полном соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела по существу, с соблюдением принципов презумпции невиновности (ст. 14 УПК РФ) и свободы оценки доказательств (ст. 17 УПК РФ).

Все исследованные судом первой инстанции доказательства, в том числе показания потерпевшей, свидетелей, логичны и последовательны, противоречий не имеют, согласуются как между собой, так и с материалами дела. Оснований для оговора ФИО1 со стороны указанных лиц, а также самооговора, суд первой инстанции не усмотрел, не находит таковых и судебная коллегия.

Вместе с тем, исходя из положений уголовно-процессуального закона, предусмотренных ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьей 73 настоящего Кодекса.

Как следует из материалов дела, 8 июля 2025 года был допрошен свидетель О. и проведен осмотр дома № ** по ул. **** г. Нытва Пермского края, в ходе которого был изъят сотовый телефон «Сяоми Редми 14С 4/125». Между тем, 15 марта 2025 года производство по уголовному делу было на 8 июля 2025 года приостановлено и возобновлено лишь 9 июля 2025 года.

Данные обстоятельства являются основанием для признания протокола допроса свидетеля О. (т. 1 л.д. 39-42), протокола осмотра места происшествия от 8 июля 2025 года (т. 1 л.д. 43) не имеющими юридической силы, равно как и производное от данных доказательств: протокол осмотра предметов с приобщенной фототаблицей (т. 1 л.д. 45-50), в связи с чем они не могут быть положены в основу приговора и подлежат исключению из числа доказательств, как недопустимые.

Между тем, исключение указанных доказательств не влияют на выводы суда о виновности ФИО1, поскольку в приговоре содержится совокупность других доказательств, подтверждающих правильность этих выводов, сама потерпевшая показала о возвращении ей сотового телефона, похищенного 2 января 2025 года.

Судом первой инстанции действия ФИО1 правильно квалифицированы, исходя из фактических обстоятельств преступлений, установленных в судебном заседании

Так, в ходе судебного заседания было установлено, что ФИО1 по преступлению совершенному 2 января 2025 года, полностью осознавал, что совершает преступление, обманывая потерпевшую, так как согласно ее показаниям, он попросил у нее телефон для просмотра клипа, а она, поверив осужденному, передала ему свой сотовый телефон.

Судом в приговоре изложено, в чем конкретно заключались действия ФИО1, связанные с завладением телефоном потерпевшей, именно путем обмана. Данные выводы основаны на установленных фактических обстоятельствах и осужденным не оспариваются.

С учетом установленных по делу обстоятельств, того, что осужденный завладел телефоном потерпевшей путем обмана, изначально не намереваясь его возвращать, что подтверждается показаниями самого осужденного, квалификация его действий, как мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана, является полностью обоснованной, оснований для их переквалификации, на кражу, вопреки позиции осужденного, не имеется.

Суд первой инстанции также обоснованно из квалификации действий осужденного исключил такой элемент объективной стороны мошенничества как «злоупотребление доверием».

Квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба» у судебной коллегии также не вызывает сомнений, исходя из стоимости похищенного, его важности для потерпевшей, а также ее материального положения на момент совершения преступления.

Также верно суд первой инстанции квалифицировал действия ФИО1, связанные с хищением телефона 2 октября 2025 года, так как в действиях осужденного усматривается именно грабеж с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья потерпевшей.

На основе анализа исследованных доказательств: показаний потерпевшей, самого осужденного, не отрицавшего совершение им открытого хищения, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, что ФИО1 при хищении действовал открыто, при этом он применил к потерпевшей Ж. насилие не опасное для ее жизни и здоровья, толкнув ее, от чего она упала, после чего похитил ее телефон.

Таким образом, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции судебная коллегия не находит, признавая выводы суда первой инстанции верными, полностью соответствующими фактическим обстоятельствам, установленным по делу.

Принадлежность похищенного телефона, его стоимость на момент его хищений как 2 января 2025 года, так и 3 октября 2025 года была установлена на основании совокупности доказательства по делу, в том числе показаний потерпевшей, заключения эксперта.

С учетом изложенного, юридическую квалификацию действий ФИО1 по ч. 2 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, с причинением значительного ущерба гражданину, а также по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, как открытое хищение чужого имущества, совершенное с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, судебная коллегия признает правильной.

Оснований для иной квалификации содеянного, как обоснованно отмечено судом первой инстанции, не имеется.

Рассматривая вопрос о Ж. назначенного ФИО1 наказания, судебная коллегия находит правильными выводы суда о том, что цели наказания, а именно восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений, могут быть достигнуты с применением к нему наказания по ч. 2 ст. 159 УК РФ в Ж. обязательных работ, а по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ в Ж. принудительных работ.

Данные выводы соответствуют характеру и степени общественной опасности совершенных преступлений, личности виновного, сделаны с учетом совокупности установленных судом обстоятельств, смягчающих наказание: по обоим преступлениям – наличие на иждивении малолетних детей сожительницы, явка с повинной, добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступлений, раскаяние в содеянном, по преступлению от 2 января 2025 года – частичное признание вины, по преступлению от 3 октября 2025 года – активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче объяснений по обстоятельствам совершения преступления, то есть до возбуждения уголовного дела, указании сотрудникам полиции на место сбыта похищенного имущества, а также признание вины.

Каких-либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных судом, судебной коллегией не установлено.

Оснований полагать о неполном учете смягчающих наказание обстоятельств, по мнению судебной коллегии, не имеется.

Также судом первой инстанции верно не признано отягчающим наказание обстоятельством состояние опьянения, вызванное употреблением алкоголя, поскольку не установлено влияние данного состояния на совершение преступлений.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ мотивированы надлежащим образом, сомнений в своей объективности не вызывают.

Окончательное наказание ФИО1 обоснованно назначено в соответствии с правилами ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений.

Таким образом, назначенное ФИО1 наказание, как за каждое из совершенных преступлений, так и по совокупности преступлений, судебная коллегия находит справедливым, соразмерным содеянному.

Вместе с тем, суд первой инстанции, назначая ФИО1 наказание в Ж. обязательных и принудительных работ в описательно-мотивировочной части приговора указал об определении размера наказания в Ж. лишения свободы, что является технической ошибкой и подлежит исключению из приговора.

Вопросы о мере пресечения, сроке исчисления наказания, судьбе вещественных доказательств, судом разрешены в соответствии с требованиями закона.

Вместе с тем, заслуживают внимания доводы апелляционного представления.

Так, при квалификации действий ФИО1 по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 159 УК РФ судом неверно указана дата совершения преступления, как 2 октября 2026 года. Вместе с тем, из материалов дела следует, что указанное преступление совершено ФИО1 2 января 2025 года, что и было установлено судом.

С учетом изложенного, судебная коллегия считает возможным уточнить в описательно – мотивировочной части приговора при квалификации действий ФИО1 по ч. 2 ст. 159 УК РФ дату преступления - 2 января 2025 года, вместо ошибочно указанной - 2 октября 2026 года, что не ухудшает положение осужденного.

Иных нарушений процессуальных требований при производстве по уголовному делу, не допущено, оснований для отмены или изменения приговора, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Дзержинского районного суда г. Перми от 5 февраля 2026 года в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из приговора указание на показания свидетеля О. (т. 1 л.д. 39-42), протокол осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 43) и протокол осмотра предметов с приобщенной фототаблицей (т. 1 л.д. 45-50), как на доказательства по делу;

- уточнить в описательно – мотивировочной части при квалификации действий ФИО1 по ч. 2 ст. 159 УК РФ дату преступления - 2 января 2025 года, вместо ошибочно указанной - 2 октября 2026 года;

- исключить из описательно – мотивировочной части указание о наказании в виде лишения свободы при определении размера наказания.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись

Судьи подписи