Апелляционное постановление № 22-1126/2024 от 13 марта 2024 г.

Судья Дубешко Д.А. Дело № 22-1126/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кемерово 14 марта 2024 года

Кемеровский областной суд в составе председательствующего судьи Корневой Л.И.,

при секретаре Чирковой А.С.,

с участием прокурора Трушниной В.А.,

осуждённого ФИО1,

адвоката Седельцева М.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Седельцева М.В. в защиту осуждённого ФИО1 на приговор Кировского районного суда г. Кемерово от 17.01.2024, которым

ФИО1, <данные изъяты> несудимый,

осуждён по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ к 240 часов обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года,

в соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ срок обязательного дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, подлежит исчислению с момента вступления приговора суда в законную силу,

мера пресечения ФИО1 не избиралась,

на основании п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, ч. 1 ст. 104.2 УК РФ постановлено конфисковать у ФИО1 полученные им в результате продажи механического транспортного средства - <данные изъяты> взыскав указанную сумму с осуждённого в пользу федерального бюджета,

в приговоре также разрешен вопрос о вещественных доказательствах,

Доложив материалы дела, заслушав мнение осуждённого ФИО1, адвоката Седельцева М.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Трушниной В.А., полагавшей необходимым приговор суда оставить без изменения, доводы жалобы - без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Суд в приговоре установил, что преступление совершено 22.08.2023 в г. Кемерово при указанных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе адвокат Седельцев М.В. выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, подлежащим отмене.

Ссылаясь на ч.1 ст. 297 УПК РФ ст. 389.15 УПК РФ, п. 6 постановления пленума Верховного суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре», п. 10 постановления Пленума Верховного суда РФ от 31.10.1995 № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия», п. 1 постановления Пленума Верховного суда РФ от 19.12.2017 № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции», считает что требования закона и постановлений Пленума ВС РФ судом были нарушены, в связи с чем приговор подлежит отмене.

По мнению адвоката приговор суда дублируется с текстом обвинительного акта, что свидетельствует о том, что судом не была дана объективная оценка доказательствам в приговоре в нарушение требований ст.ст. 7, 17 УПК РФ.

Выражает несогласие с выводом суда о доказанности вины осуждённого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ.

Кроме того, в судебном заседании суда апелляционной инстанции на стадии судебных прений адвокатом были озвучены новые доводы.

Выражает несогласие с описанием совершения преступления, поскольку ФИО1 не преследовал цели управления автомобиля в состоянии опьянения, <данные изъяты>.

По мнению адвоката сотрудники ГАИ незаконно направили ФИО1 на медицинское освидетельствование, а суд не дал оценки тому обстоятельству, что аппарат показал нулевой результат.

Считает, что несмотря на то, что уголовное дело рассмотрено в общем порядке уголовного судопроизводства, суд рассмотрел дело формально, поскольку только огласил показания свидетелей ФИО7, ФИО6, ФИО5, не вызвав их в судебное заседание.

Указывает, что протокол осмотра места происшествия от 23.08.2023 (л.д. 16-18), протоколы выемок административных материалов и документов у свидетеля ФИО 1 не являются доказательствами по делу, а всего лишь -процессуальные документы.

Отмечает, что судом не принято во внимание, что никто не выяснял, имеются или нет денежные средства у осуждённого, тем более что ФИО1 <данные изъяты>, также суд не учел показания свидетеля ФИО 1, с которым ФИО8 договорился о покупке автомобиля еще 19.08.2023.

Кроме того, судом не учтены все смягчающие обстоятельства по делу, <данные изъяты>, но при этом судом принято решение, что ФИО1 должен работать и возмещать денежные средства в доход государства.

Просит приговор суда отменить, дело направить на новое рассмотрение.

Осуждённый ФИО1 в судебном заседании суда апелляционной инстанции на стадии судебных прений пояснил, что в акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения отсутствуют сведения о том, что от него исходил запах алкоголя изо рта, кроме того, на видеозаписи также не видно, имеется ли запах алкоголя изо рта, а также красные покровы на лице.

Отмечает, что у него не получилось сдать анализ мочи, поскольку, когда ему предложили это сделать, он не смог, а ждать не было возможности, так как он спешил <данные изъяты>.

Считает, что суд, вынося решение о конфискации денежных средств, не учёл его материальное положение, данные денежные средства у него не были арестованы, а конфискация – это не основная норма, а дополнительная.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Любимцева А.В. просит приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Седельцева М.В. оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения или отмены приговора.

Выводы суда о виновности осуждённого ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, подтверждаются достаточной совокупностью достоверных и допустимых доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании с участием сторон, надлежащим образом проверенных и оцененных судом, подробно изложенных в приговоре.

Так, из показаний осуждённого ФИО1, данных в судебном заседании суда первой инстанции и в ходе дознания, следует, что 22.08.2023 ему позвонила <данные изъяты> он поехал вместе со своим знакомым ФИО4 По адресу: <адрес>, его остановили сотрудники ГИБДД, предложили пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. При прохождении освидетельствование при помощи алкотестера результат прибора показал 0,00 мг/л. После чего он был направлен в медицинское учреждение для прохождения освидетельствования, где отказался от его прохождения, так как ему необходимо было везти <данные изъяты>. В данной части он вину признает, не признает вину в том, что он находился в состоянии алкогольного опьянения.

Однако из оглашённых в судебном заседании показаний свидетелей ФИО7 (л.д.88-90) и ФИО6 (л.д. 91-93), данных ими в ходе дознания, следует, что в процессе патрулирования <адрес> в составе экипажа ДПС 22.08.2023 около 21 часа 20 минут у здания по адресу: <адрес>А, ими был остановлен автомобиль «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1, у которого имелись внешние признаки опьянения в виде резкого изменения окрасов кожных покровов лица. ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения при помощи алкотестера, на что он согласился. Результат прибора показал 0,00 мг/л. Однако ввиду наличия внешних признаков опьянения ФИО1 был направлен в медицинское учреждение (наркологический кабинет) для прохождения медицинского освидетельствования, где он отказался от его прохождения. В результате чего в отношении ФИО1 был составлен административный материал по ч. 2 ст. 12.26 КоАП РФ.

Из протокола № об отстранении от управления транспортным средством от 22.08.2023 (л.д. 47) и акта № от 22.08.2023 освидетельствования на состояние алкогольного опьянения (л.д. 48) видно, что ФИО1 был отстранен от управления транспортным средством, поскольку у должностного лица имелись достаточные основания полагать, что водитель находится в состоянии опьянения, а именно, наличие резкого изменения окрасов кожных покровов лица.

Основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения при наличии у него внешних признаков опьянения послужил отрицательный результат освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и наличие у должностного лица достаточных оснований полагать, что водитель находится в состоянии опьянения, что зафиксировано в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, о чем свидетельствует протокол № (л.д. 49).

Согласно постановлению Правительства РФ от 21.10.2022 N 1882 "О порядке освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения", п. 8 "Правил освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения" направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения водитель транспортного средства подлежит при наличии достаточных оснований полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Таким образом, порядок: направления водителя ФИО8 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, предусмотренный положениями статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и подпункта "в" пункта 8, пунктов 9 и 11 Правил освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 21 октября 2022 года N 1882, соблюден, а доводы адвоката и осуждённого в этой части являются несостоятельными.

Согласно примечанию к ст. 264 УК РФ лицом, находящимся в состоянии опьянения, признается также лицо, управляющее транспортным средством, не выполнившее законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения в порядке и на основаниях, предусмотренных законодательством РФ.

Такая же правовая позиция изложена и в п. 10.2. постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 N 25 (ред. от 24.05.2016) "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения", согласно которой водитель, не выполнивший законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения (пункт 2.3.2 Правил), признается в соответствии с пунктом 2 примечаний к статье 264 УК РФ лицом, находящимся в состоянии опьянения, если направление на медицинское освидетельствование осуществлялось в соответствии с правилами, утвержденными Правительством Российской Федерации, и отказ от медицинского освидетельствования (от любого предусмотренного вида исследования в рамках проводимого освидетельствования) зафиксирован должностным лицом, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспорта, в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование либо уполномоченным медицинским работником в акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Показания свидетеля ФИО5, врача-психиатра-нарколога (л.д. 86, 87), свидетельствуют о том, что 22.08.2023 в <данные изъяты> для прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения был доставлен ФИО1 на основании протокола №, согласно которому имелись основания полагать, что ФИО1 находится в состоянии опьянения при отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. ФИО1 добровольно отказался от прохождения указанного освидетельствования до его начала, о чём был составлен акт в 3 экземплярах. Кроме того, она всегда предупреждает освидетельствуемого, что его отказ влечёт ответственность, причину отказа от медицинского освидетельствования ФИО1 не назвал, что соответствуют и акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения № 1567/2 (л.д. 50), в котором указано, что ФИО1 отказался от прохождения медицинского освидетельствования до начала его проведения, причины отказа не называет (графа 8), и который осуждённый не оспаривал.

Медицинское заключение об отказе ФИО1 от медицинского освидетельствования вынесено квалифицированным специалистом соответствующего медицинского учреждения в соответствии с положениями Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 года N 933н, пункт 18 Раздела 4 которого предусматривает, что при добровольном отказе от медицинского освидетельствования до его начала иные биологические объекты не отбираются у освидетельствуемого, освидетельствование прекращается, пустые графы в акте перечеркиваются согласно приказу.

О том, что ФИО1 отказался от освидетельствования до его начала, свидетельствует незаполненные графы указанного акта с 9 по 15, в графе 6 которого: «Внешний вид освидетельствуемого (наличие видимых повреждений, следов от инъекций)» имеется отметка о том, что от осмотра он отказался, при этом отбор биологического объекта содержится в графе 14, то есть ему и не было предложено по объективным причинам сдавать мочу, поэтому и отсутствует эта информация в показаниях свидетеля ФИО5

По этой же причине акт не содержит данных об окрасе кожных покровов его лица, что касается запаха алкоголя изо рта, на что указывает осуждённый, то утверждение об его наличии отсутствует во всех исследованных доказательствах, а доводы жалобы адвоката и осуждённого в этой части также несостоятельны.

При таких обстоятельствах надуманными являются доводы осуждённого в судебном заседании суда апелляционной инстанции в прениях о том, что он был не против пройти освидетельствование, но, когда ему было предложено сдать мочу, с первого раза у него не получилось, а ждать он не мог, поскольку ему надо было ехать <данные изъяты>.

Те обстоятельства, что на черно-белой видеозаписи сложно заметить изменение окраса кожных покровов его лица, алкоголь он не употребляет <данные изъяты> а свидетель ФИО4, знакомый осуждённого, в ходе дознания (л.д. 53-55) утверждал, что 22.08.2023 в вечернее время находился в автомобиле «<данные изъяты>» под управлением ФИО1, визуально трезвого, у которого со слов последнего никогда не было водительского удостоверения, они обсуждали дела, когда у дома, расположенного по адресу: <адрес> их автомобиль остановили сотрудники ГИБДД, после чего ФИО1 по приглашению сотрудников ДПС добровольно прошел в их автомобиль, на что указывал осуждённый в судебном заседании суда апелляционной инстанции, также безусловно не свидетельствует об его невиновности.

При этом свидетель ФИО4 в своих показаниях не утверждал, что ФИО1 пригласил его поехать вместе с ним для того, чтобы он оказал ему помощь <данные изъяты>, а доводы адвоката и осуждённого в этой части также не соответствуют действительности.

Более того, в диспозиции ст. 264.1 УК РФ речь идет об опьянении вообще, что включает в себя и опьянение наркотическое, поэтому отрицательный результат освидетельствования на состояние алкогольного опьянения сам по себе не может достоверно свидетельствовать о том, что ФИО1 не находился в состоянии опьянения вообще, а доводы жалобы адвоката и самого осуждённого в этой части также несостоятельны.

В соответствии ч. 3 ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Согласно протоколу судебного заседания от 16.11.2023 (л.д. 179) государственным обвинителем было заявлено ходатайство об оглашении показаний всех свидетелей в ходе дознания, при этом адвокат Седельцев М.В. и осуждённый ФИО1 не возражали против оглашения показаний данных свидетелей, ходатайство об их вызове стороны не заявляли, а доводы адвоката в этой части являются несостоятельными.

Показания свидетелей ФИО7, ФИО6, ФИО5, ФИО4, ФИО3, ФИО 1, данные ими в ходе дознания, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, с разъяснением соответствующих процессуальных прав, после ознакомления с протоколами замечаний не поступало, поэтому суд первой инстанции правильно признал их достоверными и допустимыми доказательствами, поскольку они последовательны, непротиворечивы и подробны, согласуются между собой как в целом, так и в деталях, а также подтверждаются другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Протоколы допросов всех свидетелей, указанных в приговоре с согласия сторон, были оглашены в судебном заседании суда первой инстанции, поэтому суд в приговоре привёл текст протоколов допросов, имеющихся в материалах дела, а доводы жалобы адвоката в этой части не влияют на законность и обоснованность приговора, не влекут его отмену.

Виновность осуждённого ФИО1 также подтверждается иными письменными доказательствами.

То обстоятельство, что в приговоре суд сослался на протокол осмотра участка местности, где был остановлен автомобиль ФИО1, протоколы выемок административных материалов в отношении ФИО1, документов у ФИО 1, на что указал адвокат в судебном заседании суда апелляционной инстанции, не влечет отмену приговора, поскольку суд в ходе судебного заседания огласил и исследовал все документы, о которых идет речь в этих протоколах, дав им соответствующую оценку.

В соответствии с положениями п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, вступившими в действие с 25 июля 2022 года, конфискация имущества есть принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора транспортного средства, принадлежащего обвиняемому и использованного им при совершении преступления, предусмотренного статьей 264.1, 264.2 или 264.3 настоящего Кодекса.

По смыслу закона конфискация имущества, указанного в ст. 104.1 УК РФ, по общему правилу является обязательной мерой уголовно-правового характера, и подлежит применению судом в случае, указанном в п. "д" ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, при наличии двух условий: транспортное средство принадлежит обвиняемому и оно использовалось им при совершении преступления, предусмотренного ст. ст. 264.1, 264.2 или 264.3 УК РФ.

Конфискация имущества является не наказанием, а мерой уголовно-правового характера, применяемой к лицу, совершившему преступление, в том числе в целях устранения условий, способствующих совершению новых преступлений.

Учитывая, что ФИО1 совершено преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, после вступления в законную силу указанного закона, а положения п. "д" ч. 1 ст. 104.1 УК РФ являются императивными, они подлежат безусловному применению.

По смыслу уголовного закона применение данной нормы не зависит от условий жизни, материального и семейного положения осуждённого, для её применения необходимо наличие совокупности двух обстоятельств: принадлежность транспортного средства обвиняемому и использование обвиняемым транспортного средства при совершении инкриминируемого преступления, предусмотренного ст. 264.1, 264.2 или 264.3 УК РФ.

По данному уголовному делу совокупность вышеприведенных обстоятельств установлена, а доводы жалобы адвоката и осуждённого в этой части не основана на законе.

В соответствии с требованиями ст. 104.2 УК РФ, которая предусматривает, что, если конфискация определенного предмета, входящего в имущество, указанное в статье 104.1 настоящего Кодекса, на момент принятия судом решения о конфискации данного предмета невозможна вследствие его использования, продажи или по иной причине, суд выносит решение о конфискации денежной суммы, которая соответствует стоимости данного предмета, суд первой инстанции пришёл к правильным выводам о конфискации у ФИО1 <данные изъяты>, указанной в договоре купли-продажи, заключенном ФИО 1 и ФИО1 29.08.2023, и обращении данной суммы в доход государства, в связи с чем доводы апелляционной жалобы адвоката и осуждённого о незаконности и необоснованности решения суда о конфискации денежных средств за продажу вышеуказанного автомобиля в доход государства являются несостоятельными, а выводы суда - отвечающие требованиям закона.

Так, из показаний свидетеля ФИО 1 в ходе дознания (л.д. 72-73) следует, что 29.08.2023 между ним и ФИО1 был заключен договор купли-продажи автомобиля «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, за который он произвел оплату ФИО1 наличными в размере 630000 рублей, а ФИО1 передал ему автомобиль и все документы: ПТС, свидетельство о регистрации, что подтверждается договором купли-продажи транспортного средства от 29.08.2023.

Указанные обстоятельства позволили суду первой инстанции сделать правильные выводы о том, что, поскольку автомобиль марки «<данные изъяты>» продан свидетелю ФИО 1 29.08.2023, после совершения преступления, который произвел оплату ФИО1 и получил от него автомобиль и документы, право собственности на указанный автомобиль в соответствии с п. 1 ст. 223 ГК РФ возникло у приобретателя ФИО 1 29.08. 2023.

При этом согласно абз. 1 п. 3.2 постановления Пленума Верховного суда РФ «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве» от 14.06.2018 № 17 по смыслу пункта 8 части 1 статьи 73 УПК РФ факт принадлежности обвиняемому орудий, оборудования или иных средств совершения преступления, транспортного средства, использованного обвиняемым при совершении преступления, предусмотренного статьей 264.1, 264.2 или 264.3 УК РФ, относится к предмету доказывания по уголовному делу и должен быть установлен судом на основе исследованных в судебном заседании доказательств (показаний свидетелей, документов, подтверждающих приобретение имущества, и др.). При этом следует учитывать, что исходя из положений пункта 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на транспортное средство возникает у лица, являющегося приобретателем, с момента передачи ему такого средства, а не с момента государственной регистрации уполномоченным органом, если иное не предусмотрено законом или договором, а доводы жалобы адвоката и осуждённого о том, что ФИО 1 утверждал, что о продаже автомобиля они договорись ранее совершенного преступления, не имеют правового значения при наличии договора купли-продажи.

В соответствии с абз. 2 п. 3(1) постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14.06.2018 N 17 (ред. от 12.12.2023) "О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве" для целей главы 15.1 УК РФ принадлежащим обвиняемому следует считать имущество, находящееся как в его собственности, так и в общей собственности обвиняемого и других лиц, в том числе в совместной собственности супругов, поэтому доводы жалобы адвоката и осуждённого в этой части также не основаны на законе.

Вопреки доводам жалобы адвоката и осуждённого о том, что ФИО1 управлял транспортным средством с целью оказания помощи <данные изъяты>, суд в приговоре достоверно установил, в том числе и то, что ФИО1, действуя умышленно, не имея права управления транспортными средствами, именно с целью управления автомобилем в состоянии опьянения управлял автомобилем в состоянии опьянения, что подтверждается совокупностью всех исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе и показаниями свидетеля ФИО4

То обстоятельство, что суд в приговоре не дал оценку показаниям ФИО2 в судебном заседании, которая подтвердила его показания о том, что он сел за руль автомобиля после ее просьбы о том, чтобы он забрал ее и <данные изъяты>, не влечет отмену приговора и не ставит под сомнение выводы суда о виновности осуждённого.

Так, ФИО1 в принципе не имел права управлять автомобилем в связи с отсутствием у него водительского удостоверения, более того, уголовная ответственность по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ наступает за управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения или за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, и именно эти обстоятельства подлежат доказыванию, в связи с чем доводы жалобы адвоката и осуждённого в этой части также не соответствуют закону.

Суд в приговоре надлежащим образом аргументировал свои выводы в части оценки исследованных по делу доказательств. Данные выводы являются обоснованными и сомнений не вызывают.

Суд апелляционной инстанции находит, что в судебном разбирательстве были объективно установлены все значимые по делу обстоятельства на основании непосредственно исследованных в судебном разбирательстве доказательств.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в силу ст. 73 УПК РФ, при которых осуждённым было совершено данное преступление, по настоящему делу выяснены. Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, как не имеющие противоречий, и подтверждённые исследованными в судебном заседании доказательствами, которые обоснованно признаны судом достоверными, а доводы жалоб потерпевших в этой части являются несостоятельными.

Вопреки доводам жалобы, оценка доказательств дана судом в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ с точки зрения их достоверности, относимости, допустимости, а в совокупности - достаточности для разрешения дела, в связи с чем достоверность и допустимость доказательств, положенных в основу приговора, у суда сомнений также не вызывает, а доводы жалобы адвоката в этой части также несостоятельны.

Судом в приговоре достоверно установлено, что, будучи доставленным в связи с выраженным согласием на прохождение медицинского освидетельствования на состояние опьянения в соответствующее медицинское учреждение, ФИО1 отказался от проведения медицинского освидетельствования, что свидетельствует о воспрепятствовании совершению в его отношении данного действия, что позволило суду с учётом примечания к ст. 264 УК РФ прийти к выводу о наличии у ФИО1, управляющего транспортным средством, состояния опьянения, в случае невыполнения этим лицом законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, а доводы жалобы адвоката и самого ФИО1 о том, что он не употреблял алкоголь, на квалификацию его действий не влияет.

Таким образом, оценив приведенные доказательства, правильно установив фактические обстоятельства дела, суд пришёл к правильным выводам о доказанности виновности ФИО1 управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, и верно квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ.

Уголовное дело рассмотрено судом с соблюдением принципов состязательности сторон и презумпции невиновности, сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей.

Каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона и права на защиту, при проведении судебного разбирательства судом первой инстанции не установлено, а доводы жалоб адвоката в этой части также несостоятельны.

Назначая ФИО1 наказание, суд согласно ст.ст. 6, 60 УК РФ в полной мере учёл как характер и степень общественной опасности совершенного преступления, так и данные о личности осуждённого, а именно, что ФИО1 впервые привлекается к уголовной ответственности, на учетах у психиатра и нарколога не состоит.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд первой инстанции учел: полное признание им своей вины, занятие общественно- полезным трудом, положительные характеристики с места жительства, <данные изъяты>, в том числе и те обстоятельства, которые указаны в жалобе.

Отягчающих наказание обстоятельств судом первой инстанции не установлено.

Наказание в виде обязательных работ, предусмотренное санкцией ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, назначено судом первой инстанции с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности ФИО1, а доводы жалобы адвоката в этой части также несостоятельны.

Суд не применил положения ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания ФИО1, поскольку последнему назначено наказание в виде обязательных работ, которое не является наиболее строгим видом наказания, предусмотренным за совершенное преступление.

Оснований для применения ст. 64 УК РФ суд первой инстанции не усмотрел, поскольку по делу не установлено наличие каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не усмотрел их и суд апелляционной инстанции.

Судом правильно назначен дополнительный вид наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Применение правил ч. 6 ст. 15 УК РФ невозможно в силу закона.

Таким образом, оснований для отмены или изменения приговора, в том числе и по доводам жалобы не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Кировского районного суда г. Кемерово от 17.01.2024 в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвокатов Седельцева М.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор суда первой инстанции могут быть обжалованы в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осуждённого, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ.

Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Л.И. Корнева