Апелляционное определение № 22-1475/2026 от 22 апреля 2026 г.

Судья Стефанюк Е.А. Дело № 22-1475/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Владивосток 23 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Приморского краевого суда в составе:

председательствующего Пасешнюк И.В.,

судей Карамышева П.М., Черненко А.А.,

при помощнике судьи Гнедаш К.В.,

с участием прокурора Ляшун А.А.,

защитника-адвоката Кустова К.Ю.,

осужденной ФИО7,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционными жалобами защитников-адвокатов Ляпустина А.Е., Кустова К.Ю., с апелляционной жалобой и дополнением к ней осужденной ФИО7 на приговор Черниговского районного суда Приморского края от 02 июня 2025 года, которым

ФИО31 ФИО2, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> ..., гражданка РФ, с высшим образованием, замужняя, имеющая на иждивении одного малолетнего ребенка, являющаяся индивидуальным предпринимателем, не военнообязанная, зарегистрированная и проживающая в <адрес> края <адрес>, не судимая, находящаяся на мере пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

осуждена по ч.1 ст.187 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 150000 рублей.

В соответствии со ст.73 УК РФ назначенное осужденной наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года 6 месяцев;

на осужденную возложены обязанности: встать на учет и один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно-осужденной по месту жительства в дни, установленные инспектором, не менять постоянного места проживания без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно-осужденной;

наказание в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно.

В приговоре также решен вопрос о мере пресечения и о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Пасешнюк И.В., изложившей обстоятельства дела, доводы апелляционных жалоб, выслушав осужденную ФИО7, защитника-адвоката Кустова К.Ю., поддержавших доводы жалоб и полагавших, что приговор подлежит отмене по доводам жалоб, мнение прокурора Ляшун А.А., считающей, что приговор подлежит оставлению без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО7 признана виновной и осуждена за приобретение в целях использования электронных средств, предназначенных для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Ляпустин А.Е., не согласился с постановлением по итогам предварительного слушания, которым отказано в возращении дела прокурору и с приговором, указав, что принятые решения являются не законными. Полагает, что в предъявленном его подзащитной обвинении отсутствуют ссылки на нарушенные ею законы и подзаконные акты, которые повлекли общественно-опасные последствия. В качестве последствий противоправных действий следственным органом указано на подрыв сферы экономической деятельности, однако какого вида деятельности, не конкретизировано; при описании способа и последствий совершения преступления в обвинении указана ссылка на Указание Банка России от 09 декабря 2019 года №5348-У, но не указан какой, конкретно, пункт нарушен его подзащитной, что повлекло необоснованное привлечение ФИО7 к уголовной ответственности. Считает, что приведение одного нормативного акта, который нарушила ФИО7, является не достаточным. Полагает, что поскольку подзащитной вменены действия по открытому счету, то должно быть указано в соответствии с какими нормами данные действия считаются неправомерными. При описании преступного деяния не приведено ни одной бланкетной нормы, согласно которой логин и пароль признаются электронными средствами, которые приобрела ФИО7 Считает, что указанные нарушения препятствуют вынесению по делу итогового решения. В судебном заседании установлено, что фактическим владельцем счета являлась ФИО7, а потому имела право, как владелец счета, осуществлять движение денежных средств. Полагает, что поскольку судом не установлено, что логин и пароль были получены для осуществления банковских операций, направленных на совершение другого преступления, то в действиях ФИО7 отсутствует состав преступления. Просит приговор отменить, уголовное дело вернуть прокурору для устранения препятствия его рассмотрения судом.

В апелляционной жалобе с дополнением к ней осужденная ФИО7, не согласившись с приговором суда, считает его незаконным и не отвечающим требованиям уголовно-процессуального закона, постановленным при несоблюдении процедуры судопроизводства и игнорирования ее прав; принятыми судом решениями об отказе в удовлетворении ходатайств, она была ограничена в осуществлении своих прав, что повлияло на принятие законного решения. В ходе судебного следствия не устранены противоречия, указывающие на отсутствие доказательств ее виновности в том, что переданные ей средства платежа и электронные носители являлись поддельными и предназначались для неправомерного осуществления приема, выдачи и (или) перевода денежных средств, какого-либо ущерба ИП ФИО1 №20 не причинено, не возникло угрозы нарушения финансовых отношений, осуществляемый оборот денежных средств платежей носил законный характер, с банковского счета принадлежащего ФИО1 №20 и, с согласия последней на основании нотариальной доверенности. В приговоре отсутствует какая-либо ссылка на допущенные ею и ФИО1 №20 нарушение законодательства, регулирующего порядок оборота электронных средств платежа. Вывод суда о нарушении ею прав и законных интересов ФИО1 №20 сделан без ссылки на показания самой ФИО1 №20 и носят предположительный характер, поскольку доказательств того, что она действовала не в интересах ФИО1 №20, а также то, что ФИО1 №20 утратила возможность контроля за ее деятельностью по принадлежащему ИП ФИО1 №20 счету, не имеется. Считает, что ее действия носили правомерный характер. Полагает, что она фактически осуждена за якобы организацию «незаконного» образования ИП ФИО1 №20, которая заключается в фиктивной регистрации ФИО1 №20 в качестве индивидуального предпринимателя, при использовании последней в качестве подставного лица, однако в настоящее время ответственность за указанные действия в уголовном законе отсутствует, а потому вывод суда о том, что ФИО1 №20 не осуществляла предпринимательскую деятельность противоречит материалам дела, поскольку та сдавала отчетность в налоговый орган, в качестве предпринимателя привлекалась к административной ответственности, выполняла иные действия в качестве ИП ФИО1 №20 Квалификация ее действий является ошибочной, поскольку отсутствует признак предназначенности предоставленных ФИО1 №20 электронных средств платежа для неправомерного приема, выдачи, перевода денежных средств, что полностью исключает в действиях состав преступления, предусмотренный ч.1 ст.187 УК РФ. В приговоре суд дал оценку лишь доказательствам стороны обвинения и оставил без проверки и оценки объективные доказательства, указывающие на отсутствие в ее действиях состава преступления. Кроме того, судом допущены грубые нарушения закона, связанные с игнорированием порядка и сроков рассмотрения ее ходатайств, вручения копии обвинительного приговора, а также выполнения требований уголовно-процессуального закона, регулирующих порядок составления и ознакомления с протоколом судебного заседания. Просит обвинительный приговор отменить и в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления вынести оправдательный приговор; судебные постановления, которыми отказано в удовлетворении ходатайств, заявленных стороной защиты, отменить; вынести в адрес суда частное определение.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат ФИО29, оспаривая законность приговора, указал, что в предъявленном ФИО7 обвинении не указано в каких целях использования или сбыта совершено преступление, в котором она обвиняется, что создает неопределенность, в каком именно преступлении, совершенном с какой целью, она обвиняется, что противоречит требованиям п.1ч.1 ст.220 УПК РФ и повлекло нарушение прав ФИО7 на защиту, препятствовало вынесению по делу итогового решения. Кроме того, суд самостоятельно сформулировал обвинение, выйдя за рамки предъявленного обвинения, указав, что ФИО7 приобрела в целях использования электронные средства, предназначенные для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств, но ей не вменялось приобретение электронных средств, предназначенных для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств в целях использования. Обращает внимание, что приведенные в приговоре доказательства, каждое из них в отдельности, не проанализированы, не сделан вывод, что именно доказывает определенное доказательство, относится ли это доказательство к обвинительному или оправдывающему действия ФИО7 Полагает, что приведенные доказательства, в большинстве своем являющимися копиями документов из уголовного дела по обвинению ФИО1 №20, подтверждают только факт законной регистрации ФИО1 №20 в качестве индивидуального предпринимателя, открытия ею в установленном законном порядке банковского счета, получения электронных средств и электронных носителей информации, а также совершения операций по счету и, опровергают доводы стороны обвинения о том, что ФИО1 №20, открывая банковский счет, получая электронные носители информации и доступ к электронным средствам платежа, не намеривалась использовать их в собственных целях, и что электронные средства- идентификаторы (логины) и стандартные сенсорные электронные ключи(токены), предоставляющие доступ к системе ДБО, предназначенные для осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств по расчетным счетам, а также электронные носители информации сбыла их, что позволило неправомерно принимать, выдавать, переводить денежные средства по расчетным счетам. Защитник считает, что исследованные доказательства в совокупности с выданной доверенностью от имени ФИО1 №20 на имя ФИО7.к с правом проведения банковских операций по счетам ИП ФИО1 №20, привлечение ФИО1 №20 к административной ответственности при ведении индивидуального предпринимательства, расчеты с поставщиками, аренда помещений, получение и распределение прибыли, указывают на ведение ИП ФИО1 №20 предпринимательской деятельности и оправдывают его подзащитную в инкриминируемом преступлении. Полагает, что доверенность, которая недействительной судом не признавалась, предоставляла ФИО7 право совершать действия и операции от имени ИП ФИО1 №20 с банковскими счетами ИП ФИО1 №20, при этом сама ФИО1 №20 была осведомлена о проводимых банковских операциях и давала согласие на их проведение, так как подписывала платежные поручения, оплачивала штрафы, производила расчеты с поставщиками, вела иную финансово-хозяйственную деятельность. Полагает, что все банковские операции по счетам ИП ФИО1 №20 являлись законными, проведены с соблюдением банковских правил и налоговой отчетности. Считает, что уплата налога не в полном объеме, не может быть способом доказывания или являться доказательством инкриминируемого ФИО7 преступления, так как относится исключительно к финансово-хозяйственной деятельности ИП ФИО1 №20 Обращает внимание, что несоответствие судебного акта уголовно-процессуальному закону является существенным нарушением, что влечет за собой отмену приговора. Кроме того, отказ в удовлетворении ходатайств стороны защиты, свидетельствует об обвинительном уклоне суда, что нарушает принцип состязательности сторон. Просит обвинительный приговор в отношении отменить и вынести в отношении ФИО7 оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционные жалобы защитников -адвокатов Ляпустина А.Е. и Кустова К.Ю. государственный обвинитель ФИО16 указал, что обвинительное заключение соответствует требованиям ст.220 УПК РФ. В предъявленном ФИО7 обвинении приведены обстоятельства совершения преступления, предусмотренного ч.1 ст.187 УК РФ, объективная сторона которого выразилась в приобретении электронных средств, предназначенных для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств, о чем указано при изложении обстоятельств обвинения. Оснований для возвращения дела прокурору не имеется. В судебном заседании установлено, что ФИО1 №20 зарегистрировала себя в качестве индивидуального предпринимателя, в банковской организации ПАО «...», открыла банковский счет и подключила услугу к расчетному счету для дистанционного банковского обслуживания, при этом какую-либо финансово-хозяйственную деятельность не осуществляла, расчетным счетом не управляла, по договоренности с ФИО7 передала полученные в банке электронные средства последней. При этом указание ФИО1 №20 о не принадлежащих ей адреса электронной почты и телефона, которые она предоставила по указанию ФИО7, на который предоставлялись логины и пароли, открывающие доступ к расчетному счету, возможность работать с ними у свидетеля ФИО1 №2, оказывающей бухгалтерские услуги ФИО7, также свидетельствует о том, что уже во время подписания документов в банке ФИО1 №20 не собиралась пользоваться счетом в банке, который открыла в интересах ФИО7 и, последняя фактически и использовала его. Таким образом, ФИО7 приобрела электронные средства, предназначенные для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств в целях использования. При предъявлении обвинения ФИО7 нарушений требований уголовно-процессуального закона не допущено. Действиям ФИО7 дана правильная юридическая оценка в результате анализа и оценки совокупности достаточных доказательств, исследованных в судебном заседании и, соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела. Суд не вышел за рамки предъявленного ФИО7 обвинения и ее положение не ухудшил, оценку доказательствам дал в полном объеме с соблюдением требований уголовно- процессуального закона при соблюдении принципа состязательности сторон в ходе судебного следствия. Заявленные стороной защиты ходатайства рассмотрены в установленном законом порядке, без ограничения прав участников. Просит жалобы защитников- адвокатов ФИО17 и ФИО29 оставить без удовлетворения, а законный и обоснованный приговор,-без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнения участников судебного заседания, обсудив доводы апелляционных жалоб, в том числе апелляционных жалоб осужденной с дополнением к ним, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст.389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного судебного решения.

В соответствии с ч.1 ст.389.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются существенное нарушение уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Таких нарушений закона судом первой инстанции допущено не было.

Согласно ч.2 ст.297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

В силу ч.4 ст.302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, выводы суда о виновности ФИО7 в приобретении в целях использования электронных средств, предназначенных для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств основаны на совокупности доказательств, представленных органом предварительного следствия, тщательно исследованных в судебном заседании и правильно изложенных в приговоре.

Доводы жалоб о непричастности ФИО7 к преступлению являлись позицией защиты в судебном заседании, проверены судом, обоснованно отвергнуты, как не нашедшие своего подтверждения исследованными доказательствами, получили мотивированную оценку в приговоре. Доводы жалоб стороны защиты сводятся к переоценке доказательств, к чему оснований не имеется. Суд принял все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела.

Оценка доказательств судом первой инстанции дана в соответствии с требованиями закона и сомнений не вызывает. Исследовав в судебном заседании обстоятельства, подлежащие доказыванию, суд оценил все юридически значимые факты. Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденной, по делу отсутствуют. То обстоятельство, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене приговора суда.

Судом установлено, что ФИО7 умышленно приобрела в целях использования электронные средства по открытому банковскому счету на имя ИП ФИО1 №20, предназначенные для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств и незаконно осуществляла оборот денежных средств по данному счету за период с 28 января 2021 года по 26 сентября 2022 года на общую сумму 116387885, 05 рублей, при этом из поступивших на расчетный счет ИП ФИО1 №20 денежных средств, 16300000 рублей перечислены на расчетный счет ФИО1 №7, 5100000 рублей на расчетный счет ФИО7

Эти обстоятельства объективно подтверждены показаниями:

свидетеля ФИО1 №2, сообщившей, что с 2021 года она оказывала бухгалтерские услуги ФИО7; ей также известно, что ФИО1 №20 работала продавцом в магазине ФИО7, последняя закрыла свое ИП и осуществляла предпринимательскую деятельность в магазинах через ИП ФИО1 №20, для чего ФИО1 №20 открыла счет в банке, к которому, по указанию ФИО7 был «привязан» принадлежащий ей номер телефона и адрес электронной почты, денежные средства по указанному счету она переводила чаще по указанию ФИО7, чем ФИО1 №20; свидетеля ФИО13, пояснившей, что как к сотруднику отделения банка ПАО «...», 28 января 2021 года по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 №20 был открыт расчетный счет, подключена услуга дистанционного банковского обслуживания в ПАО «Сбербанк» через личный кабинет клиента на сайте или мобильном приложении ПАО «...», после чего ФИО1 №20 были направлены логин на указанный в заявлении адрес электронной почтыbagira54@inbox.ru (судом установлен как принадлежащий ФИО1 №2) и пароль для входа в личный кабинет клиента, через который осуществляется проведение всех операций по расчетному счету на мобильный телефон(судом установлен как принадлежащий ФИО1 №20); свидетелей ФИО14 и ФИО1 №17, сообщивших, что до 2022 года контрагентом компаний являлось ИП ФИО1 №20, а с 2022 года- ИП ФИО1 №7 и ФИО7;

свидетелей ФИО1 №8 и ФИО1 №9, указавших, что в 2021 году организации поставляли товар в магазины «...», которые работали под ИП ФИО1 №20, а фактически принадлежали ФИО7, сама же ФИО1 №20 работала продавцом, либо администратором в данных магазинах, в настоящее время поставка товаров в указанные магазины, которые работают от имени ИП ФИО7, продолжается;

свидетелей ФИО1 №13, ФИО1 №14, ФИО1 №10, пояснивших, что все вопросы по организации деятельности ИП ФИО1 №20, в том числе трудовые вопросы как руководитель решала только ФИО7, сама ФИО1 №20 работала продавцом в одном из магазинов, которые фактически принадлежали ФИО31; свидетеля ФИО1 №3, сообщившей, что в конце 2022 года по результатам анализа сведений об имуществе и счетах ИП ФИО1 №20 и ИПФИО7за период с 2021-2022 годов выявили искажение сведений о субъектах хозяйственной деятельности, путем формального разделения бизнеса и «искусственного» разделения выручки, с целью применения льготного режима налогообложения, влекущего уменьшения размера налога: так ИП ФИО1 №20 были получены патенты на ведение деятельности в помещениях, принадлежащих ФИО31, переданных ФИО1 №20 на основании договоров безвозмездного пользования; вид использования для этих помещений был установлен как для предпринимательской деятельности, что влекло повышенную ставку налога на это имущество, который уплачивается собственником, при этом собственником данное имущество было передано безвозмездно; также установили, что фактически предпринимательская деятельность вместо ФИО1 №20 осуществляласьФИО1 №7и, в результате формального разделения бизнеса, предполагалось занижение суммы налога; с расчетного счета ФИО1 №20 производились расходы необходимые для ведения предпринимательской деятельности и переводились деньги в течение года различными платежамиСеидовым, а на личный счет ФИО1 №20 денежные средства не поступали;ФИО1 №7данные обстоятельства признал и самостоятельно уплатил недостающий налог; свидетеля ФИО1 №4, указавшего, что в январе 2023 года к нему обратилсяФИО1 №7 по вопросу доначисления налогов и сборов, поскольку налоговые органы выявили признаки дробления бизнеса в 2021-2022 годах, когда в качестве ИП были зарегистрированы ФИО1 №20 иФИО7,но фактически предпринимательской деятельностью занимался ФИО1 №7; по соглашению с налоговыми органами ФИО1 №7 предоставил новую отчетность и выплатил доначисленные налоги, пенни и штрафы, исполнив налоговые обязательства;

свидетеля ФИО1 №1, пояснившего, что супруга ФИО1 №20 работает продавцом в продуктовых магазинах с.Черниговка Приморского края в течение длительного времени, они ведут совместное хозяйство и имеют общий бюджет, который состоит из выплат от трудовой деятельности и пенсии по возрасту, который составляет около 50 000 рублей, крупных покупок не делают уже много лет, финансовых накоплений и иного имущества кроме частного дома, в котором и проживают постоянно, не имеют; их дети проживают в съемном жилье, которым они в виду отсутствия финансовой возможности, не помогают; в 2015 году ему стало известно, что ФИО1 №20 по просьбе своего руководителя открыла ИП, но начального капитала она не имела и предпринимательскую деятельность не вела, продолжая работать продавцом в магазине; на учете за ФИО1 №20 только числится автомобиль, который в 2000 году был отдан на запчасти;

показаниями ФИО1 №20, которая осуждена приговором Черниговского районного суда Приморского края 7 мая 2025 года по ч.1 ст.187 УК РФ, за сбыт ФИО7 электронных средств, предназначенных для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств, которая не отрицала, что работает продавцом в магазине «...», а в декабре 2015 года выдавала доверенность на представление своих интересов ФИО7 и в период с января 2021 года по сентябрь 2022 года по ее расчетному счету проходили операции с денежными средствами.

Кроме того, виновность ФИО7 подтверждена письменными доказательствами, а именно протоколами осмотра: выписок из ЕГРИП, ОГРНИП, копий документов из регистрационного дела в отношении ИП ФИО1 №20, в которых содержатся сведения о регистрации ИП ФИО1 №20 14 ноября 2023 года и о прекращении деятельности 13 сентября 2022 года; CD-R диска со сведениями в отношении ИП ФИО1 №20, а именно выписки по операциям на счете индивидуального предпринимателя ФИО1 №20 за период с 28 января 2021 года до 26 сентября 2022 года, то есть с начала открытия счета до закрытия счета о перечислении денежных средства в общей сумме116 387 885,05рублей, из которых16 300 000,00рублей перечислены на расчетные ФИО41 ФИО47(перевод собственных средств на счет физического лица);5 100 000,00рублей перечислены на расчетный ФИО46 ФИО49(перевод собственных средств на счет физического лица); 530, 60 рублей были перечислены на расчетный счет ФИО32 ФИО48 ФИО6 (перевод собственных средств на счет физического лица при закрытии счета); 2844900 рублей перечислены в Уссурийское отделение с указание в назначении платежа оплаты за электроэнергию по договору 8078 000 рублей «...» (оплата за электроэнергию согласно договору покупатель ФИО1 №7); остальные денежные средства расходовались на уплату налогов и страховых взносов, (ИФНС,ПФС,ФСС), комиссии банка, расчеты с контрагентами за период с 28 января 2021 года до 26 сентября 2022 года, то есть с начала открытия счета и до его закрытия, филиала ПАО ...» в счет оплаты за электроэнергию в магазинах; в ходе осмотра указанной выписки свидетель ФИО1 №2 пояснила, что она начала проводить банковские операции по расчетному счету с февраля 2021 года (взносы на обязательное социальное страхование за февраль 2021 года); операции

являются поступлениями денежных средств на расчетный счет ИП ФИО1 №20 через терминалы, установленные в магазинах, то есть зачисление средств по операциям эквайринга (технология безналичного приема платежей с использованием банковских карт и систем бесконтактной оплаты), операции по перечислению денежных средств на банковские счета ФИО1 №7 и ФИО7, которые она производила по согласованию с ФИО7; CD-R диска со сведениями в отношении банковских ФИО43, на которые в указанный период перечислены денежные средства в общей сумме 116 387 885,05рублей, из которых16 300 000,00рублей перечислены на расчетные ФИО45 ФИО3 и 5 100 000,00рублей перечислены на расчетный ФИО42 ФИО44 от ИПФИО1 №20; смартфона, принадлежащего ФИО1 №2с сим-картой и номером телефона, на который поступал одноразовый SMS-пароль, необходимый для доступа в систему дистанционного банковского обслуживания, посредством которых происходило проведение банковских операций по открытому расчетному счету ИП ФИО1 №20, и на котором установлено приложение mail с доступом к её электронной почте, на адрес которой был направлен логин для доступа к расчетному счету ИП ФИО1 №20, также установлено наличие приложения «...ru» с электронным почтовым ...ruФИО1 №2; в разделе почта, установлены входящие сообщения от адресата ... на зеленом фоне:28.01.2021-Ваш расчетный счет в ... открыт!02.02.2021-Итоги встречи; результатами оперативно-розыскной деятельности, которыми установлена совокупность обстоятельств, подтверждающих умышленные действия ФИО1 №7, направленные на искажение сведений о субъектах хозяйственной деятельности путем формального разделения («оформления») бизнеса и «искусственного» разделения выручки на подконтрольных и взаимозависимых лиц; ответами из ПАО «...», согласно которым счет ИП ФИО1 №20 открыт 28 января 2021 года и закрыт 26 сентября 2022 года, электронные ключи к удаленному доступу не выдавались(использование одноразового смс-сообщения) по номерам телефона, принадлежащих ФИО1 №20 и ФИО1 №2, договор заключен путем подписания заявления о присоединении к правилам банковского обслуживания, заявления о присоединении к условиям открытия и обслуживания расчетного счета клиента, номер телефона ФИО15 был изменен на номер телефона ФИО1 №2 на основании личной заявки ФИО1 №20 в отделении ПАО ...» 12 февраля 2021 года; ответом Межрайонной инспекции федеральной налоговой службы №10 по Приморскому краю от 22 февраля 2024 года, согласно которому ИП ФИО1 №7 предоставлены налоговые декларации, в которых в полной мере задекларированы доходы от осуществления деятельности подконтрольными лицами с заявлением документально подтвержденных расходов за соответствующий налоговый период, в связи с чем, суммы занижения налоговых баз, отраженные в информационном письме, разнятся с суммами фактически отраженных расходов за 2021 год с суммой налога к доплате в размере 5824661 рублей( налог и пени уплачены до 30 июня 2023 года), за 2022 год с суммой налога к доплате в размере 4771315 рублей( налог и пени уплачены до 30 сентября 2023 года); приговором Черниговского районного суда <адрес> от 07 ФИО5 2025 года, вступившим в законную силу 14 июля 2025 года, а также иными материалами дела, исследованными судом в судебном заседании.

Показания допрошенных в судебном заседании лиц и показания, данные на предварительном следствии, а также письменные доказательства, оглашенные судом в соответствии с требованиями УПК РФ, являлись предметом тщательной проверки и исследования суда, приведены в приговоре, оценены в совокупности и недопустимыми не признавались. Оснований для оговора осужденной свидетелями ФИО1 №2, ФИО13, ФИО14, ФИО1 №17, ФИО1 №8, ФИО1 №9, ФИО1 №13, ФИО1 №14, ФИО1 №10, ФИО1 №3, ФИО1 №4, ФИО1 №1, а также ФИО1 №20 в части, в ходе предварительного следствия, не установлено. Данных о личной заинтересованности этих лиц в исходе рассмотрения уголовного дела не имеется. У суда нет оснований сомневаться в правдивости показаний указанных свидетелей, которые подтверждены письменными доказательствами, относительно обстоятельств совершения ФИО7 данного преступления.

Непризнание вины ФИО7 судом первой инстанции обоснованно расценено как способ защиты, поскольку ее вина совершении преступления подтверждается вышеприведенными доказательствами.

Исходя из совокупности доказательств, приведенных в приговоре, судебная коллегия приходит к выводу о том, что умысел ФИО7 на совершение неправомерных действий, в том числе включающий осознание ею того обстоятельства, что приобретаемые электронные средства, электронные носители информации, технические устройства, компьютерные программы предназначены для неправомерного осуществления приема выдачи, перевода денежных средств, доказан.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, предоставление средств платежа с подложными сведениями о фактическом владельце счета уже само по себе является преступным, поскольку электронные средства платежа являются не поддельными только при полном сочетании таких признаков, включая сведения о распорядителе счета, выгодоприобретателе операций и соответственно лице, несущим определенную ответственность за деятельность индивидуального предпринимателя и движение денежных средств по сделкам в соответствии с законом. Таким образом, электронные средства платежа, оформленные на подставное лицо- ИП ФИО1 №20 беспрепятственно использовались в неправомерном обороте денежных средств, одним из условий законности которого как раз и является достоверность сведений о лице, осуществляющем банковские операции.

С учетом разъяснений, указанных в п.8 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 17 декабря 2020 года № 43 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных ст.ст. 324-327.1 УК РФ» подделкой официального документа являются как незаконное изменение отдельных частей такого подлинного документа, искажающие его действительное содержание, так и изготовление нового официального документа, содержащего заведомо ложные сведения. Следовательно, к поддельным относятся не только документы, в содержание которых внесены изменения, но и подлинные документы, составленные на основании заведомо недостоверных сведений. Наличие хотя бы одного подложного реквизита в платежном средстве влечет его недостоверность и позволяет беспрепятственно участвовать в их теневом обороте.

Как достоверно установлено судом ФИО1 №20 на момент образования ИП ФИО1 №20 вести предпринимательскую деятельность не намеривалась и в последующем ее фактически не вела, доходов от этой

деятельности не имела, подключив услугу дистанционного банковского обслуживания и получив электронные средства- логин и пароль к расчетному счету, открытому в банке банковской организации ПАО «...», которыми управлять не собиралась и не управляла, а действуя в интересах ФИО7, передала их в пользование последней. ИП ФИО1 №20, открытое на ее имя, являлось подставным юридическим лицом, через которое ФИО7, на основании доверенности от ФИО1 №20, через ФИО1 №2 проводила банковские операции по открытому банковскому счету, что повлекло противоправный вывод денежных средств в неконтролируемый оборот.

Таким образом, суд обоснованно признал, что ФИО7 приобрела в целях использования электронные средства, предназначенные для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств, мотивировав в приговоре свои выводы надлежащим образом, оценив все доводы стороны защиты и дав им правильную оценку, с которой соглашается и судебная коллегия.

Сторона защиты не оспаривает, что ФИО7 фактически являлась владельцем счета, оформленного на ИП ФИО1 №20, и осуществляла по нему движение денежных средств законно. Вместе с тем, судебная коллегия приходит к выводу, что в отсутствие преступных намерений ФИО7 по противоправному выводу денежных средств в неконтролируемый оборот, необходимости в открытии ФИО1 №20 по просьбе ФИО7 ИП ФИО1 №20, не имелось. В этой связи доводы стороны о том, что ФИО7 осуждена якобы, за незаконное образование ИП ФИО1 №20 являются не состоятельными и направлены на переоценку обстоятельств, установленных судом.

Выводы суда в части оценки доказательств мотивированы и основаны на законе. Судом дана верная оценка доказательствам, представленным сторонами, и обоснованно указано, почему суд принял одни доказательства и отверг другие.

Вопреки доводам защиты в соответствии с требованиями закона суд надлежащим образом раскрыл в приговоре содержание исследованных доказательств и дал им всестороннюю оценку.

При этом вывод суда о том, что ФИО7 приобрела в целях использования электронные средства, предназначенные для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств по открытому счету ФИО1 №20 при доказанности незаконного осуществления оборота денежных средств по данному счету ФИО7, не расширяет рамки предъявленного обвинения и положение ФИО7 не ухудшает.

Как видно из протокола судебного заседания и обжалуемого приговора судебное разбирательство проведено в отношении ФИО7 по предъявленному ей обвинению на основании требований ч.1 ст. 252 УПК РФ.

Судебное следствие проведено в соответствии с положениями ст.ст.273 - 291 УПК РФ, в ходе которого все ходатайства, в том числе и заявленные сторонами, в том числе и заявленные в ходе предварительного слушания, были разрешены в установленном законом порядке, по ним приняты обоснованные и мотивированные решения. Предусмотренные законом процессуальные права осужденной на всех стадиях уголовного процесса, в том числе его право на защиту, были реально обеспечены,

Оснований не согласится с решением суда по итогам предварительного слушания, которым отказано в ходатайстве стороны защиты о возращении дела прокурору и исключении из числа доказательств документов от 19 июля 2024 года, а также с решениями суда об отказе стороны защиты в ходатайстве о возращении дела прокурору от 06 августа 2024 года, 03 сентября 2024 года, о признании ряда документов недопустимыми доказательствами 24 октября 2024 года, 20 мая 2025 года, не имеется. Отказ суда в удовлетворении некоторых ходатайств, при соблюдении процедуры их рассмотрения, не свидетельствует о необъективности суда. Необоснованного отказа в удовлетворении ходатайств, которые могли иметь существенное значение для дела, судом не допущено. Несогласие с результатами рассмотрения заявленных ходатайств, не свидетельствует об ограничений прав участников уголовного судопроизводства, в том числе, процессуальных прав осужденной во время рассмотрения дела судом первой инстанции, либо обвинительного уклона суда.

Судебное разбирательство по делу проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в частности, состязательности и равноправия сторон, которым были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей.

Предъявленное обвинение ФИО7 понятно, конретизировано и неясностей, как ошибочно утверждает сторона защиты, не содержит, из описания которого следует, что ФИО7 приобрела в целях использования электронные средства, предназначенные для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств. Вопреки доводам жалобы стороны защиты, все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу установлены и нашли свое отражение в приговоре, в котором, содержится описание преступного деяния, с указанием времени, места, способа его совершения, формы вины, мотива и цели преступления. Эти обстоятельства подтверждены исследованными по делу доказательствами, которые собраны с соблюдением требований ст.86 УПК РФ, и сомнений в достоверности не вызывают и являются достаточными для вынесении обвинительного приговора.

Действия ФИО7 судом квалифицированы по ч.1 ст.187 УК РФ, как приобретение в целях использования электронных средств, предназначенных для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств, правильно.

Оснований для иной квалификации действий или оправдания ФИО7 судебная коллегия не усматривает.

Наказание ФИО7 в виде лишения свободы назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного ею преступления, данных о личности виновной, влияния назначенного наказания на её исправление и на условия жизни её семьи, а также иных обстоятельств, предусмотренных законом.

Суд учел все смягчающие наказание обстоятельства, которые перечислил в приговоре. Обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных судом, не установлено.

Оснований для признания каких-либо иных обстоятельств в качестве смягчающих судебная коллегия не усматривает.

Отягчающих наказание ФИО7 судом обоснованно не установлено.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда об отсутствии оснований для изменения категории совершенного преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, как и не усматривает оснований для применения положений ст. ст. 64 УК РФ.

Мотивы разрешения всех вопросов, касающихся назначения осужденной наказания, в том числе о необходимости назначения наказания в виде лишения свободы условно с испытательным сроком, а с учетом тяжести совершенного ФИО7 преступления и ее имущественного положения с назначением дополнительного вида наказания в виде штрафа, в приговоре приведены и основаны на законе, с которыми судебная коллегия соглашается.

Новых данных, способных повлиять на вид и размер назначенного наказания, судебной коллегии не установлено.

Решения о мере пресечения, о судьбе вещественных доказательств разрешены судом первой инстанции верно, в соответствии с требованиями закона.

Вопреки доводам жалоб стороны защиты, нарушений порядка и срока вручения копий постановлений по разрешенным ходатайствам, приговора, порядка и срока ознакомления с протоколом судебного заседания, повлекших нарушение прав осужденной и ограничение ее доступа к правосудию, судебной коллегий не установлено.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену либо изменение приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб осужденной и ее защитников при рассмотрении данного уголовного дела, не допущено.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Черниговского районного суда Приморского края от 02 июня 2025 года в отношении ФИО31 ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы, -без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня провозглашения и может быть обжаловано в течение шести месяцев со дня вынесения в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ.

В случае подачи кассационной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем личном участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий И.В. Пасешнюк

Судьи П.М.Карамышев

А.А. Черненко