Апелляционное постановление № 22-2039/2024 от 9 сентября 2024 г. по делу № 1-781/2024

дело № 22-2039/2024 судья Комогорцев И.Ю.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Благовещенск 10 сентября 2024 года

Амурский областной суд в качестве суда апелляционной инстанции под председательством судьи Еременко М.В.,

при секретаре Лебедеве В.В.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Амурской области Акимовой Н.Н.,

осужденного ФИО1,

защитника осужденного ФИО1 – адвоката Деминой Т.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката Помещиковой Т.Г. на приговор Благовещенского городского суда от 12 июля 2024 года, которым

ФИО1, родившийся <дата> в <адрес>, не судимый

осужден по ч.1 ст.264.1 УК РФ к 350 часам обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев.

Срок отбывания дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, постановлено исчислять с момента вступления приговора суда в законную силу.

Кроме того, на основании ст.104.1, 104.2 УК РФ постановлено в порядке конфискации взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета и обратить в собственность государства денежную сумму в размере <данные изъяты> рублей, соответствующую стоимости транспортного средства – автомобиля <данные изъяты>, отчужденного осужденным после совершения преступления.

Приговором также решены вопросы о мере пресечения и о вещественных доказательствах по делу.

Заслушав выступления осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Деминой Т.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Акимовой Н.Н. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда ФИО1 осужден за управление автомобилем <данные изъяты> лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Преступление совершено им <дата> в <адрес> при обстоятельствах, установленных приговором суда.

В апелляционной жалобе защитник Помещикова Т.Г. выражает несогласие с приговором в части решения о взыскании с ФИО1 в порядке конфискации <данные изъяты> рублей (вместо проданного им автомобиля), ставит вопрос об отмене приговора в этой части. Указывает, что подлежащая взысканию с подзащитного денежная сумма не соответствует действительной стоимости принадлежавшего ему автомобиля <данные изъяты>», является по сравнению с последней завышенной. Выводы суда о стоимости указанного автомобиля основаны на абсолютно недопустимом и недостоверном заключении эксперта (судебной оценочной экспертизы) от <дата><номер>, которому судом дана неверная оценка. Постановлением от <дата> суд принял необоснованное решение об оставлении без удовлетворения ходатайства защитника об исключении из перечня доказательств стороны обвинения названного заключения с назначением повторной судебной оценочной экспертизы. На самом деле ею <дата> после возобновления судебного следствия было заявлено два разных ходатайства – о признании недопустимым заключения эксперта (а не о его исключении из перечня доказательств стороны обвинения) и о производстве повторной судебной оценочной экспертизы. Кроме того, в названном постановлении суда и в приговоре в указанной части доводы защиты о недопустимости и недостоверности заключения эксперта фактически не опровергнуты, формулировки суда в данной части не информативны и формальны, не приведены конкретные мотивы того, почему суд счел доводы защиты неосновательными. И приговор, и постановление содержат абсолютно идентичные, ничем не обоснованные и не конкретизированные выводы суда о соответствии заключение эксперта требованиям ст.204 УПК РФ, мотивированности выводов эксперта, отсутствии у суда в связи с этим оснований ставить под сомнение правильность этих выводов. При этом суд проигнорировал доводы стороны защиты о том, что заключение эксперта является в силу ст.75 УПК РФ категорически недопустимым доказательством, так как в ходе производства экспертизы экспертом <данные изъяты>» Ф.И.О.26 допущен ряд грубых нарушений положений уголовно-процессуального закона и законодательства РФ в области судебной экспертизы и оценочной деятельности. В частности, эксперт вышел за пределы компетенции, предоставленной ему судом, и произвел экспертизу в отсутствие предмета исследования – автомобиля <данные изъяты>», вопреки содержанию постановления суда от <дата>, нормам законодательства РФ о судебной экспертизе, не поставил суд в известность о том, что стороной обвинения не представлен объект исследования, не направил в адрес суда ходатайство о предоставлении автомобиля, не испросил согласия либо разрешения суда на производство экспертизы в отсутствие предмета исследования и составил указанное заключение. Между тем, при непосредственном осмотре автомобиля можно было установить, производились ли замена батареи, других составных частей, ремонт либо реконструкция неотделимых составляющих автомобиля, что отразилось бы значительно на его итоговой стоимости. Вопреки положениям ст.57 УПК РФ в части императивного запрета на ведение экспертом переговоров с участниками уголовного судопроизводства по вопросам, связанным с производством судебной экспертизы, <дата> эксперт Ф.И.О.26 в помещении <данные изъяты>» по <адрес> вступил в переговоры с ней (защитником Помещиковой Т.Г.), проинформировав о непредоставлении автомобиля стороной обвинения, был извещен стороной защиты, в том числе заказным письмом, о недопустимости проведения исследования в отсутствие автомобиля, что сам отразил в своем заключении. Вопреки содержащемуся в ст.57 УПК РФ категоричному запрету эксперту самостоятельно собирать материалы для экспертного исследования, эксперт Ф.И.О.26 вместо того, чтобы проводить исследования только по материалам, представленным судом, использовал при расчетах и положил в основу своего заключения собранные самостоятельно, за пределами его полномочий сведения из интернета, а именно объявления о продаже автомобиля, расчеты стоимости ремонтных работ, сведения о ДТП, техосмотрах и т.п. и фотоматериалы к ним, размещенные на различных сайтах неизвестными источниками. Таким образом, выводы эксперта основаны на недостоверных сведениях. Как следует из заключения эксперта, Ф.И.О.26 лично проинтервьюировал лиц, чьи контактные данные были указаны в объявлениях о продаже автомобилей <данные изъяты>». При этом заключение эксперта не содержит сведений о личности опрошенных лиц, данных о документах, удостоверяющих их личность. Вместо того, чтобы ходатайствовать перед судом о представлении дополнительных материалов для исследования с указанием конкретных необходимых сведений и источников их получения, эксперт Ф.И.О.26 присвоил себе в одном лице полномочия участников процесса и полномочия суда по сбору и исследованию письменных доказательств, допросу свидетелей, что категорически недопустимо. Эксперт и сам указал в заключении о получении им информации из сторонних источников (стр.<номер> заключения). В заключении содержатся суждения и выводы эксперта о недостоверности некоторых имеющихся в материалах уголовного дела доказательств, в том числе приобщенной по ходатайству стороны стороной защиты одной из фотографий автомобиля <данные изъяты>» и показаний подсудимого, тогда как оценка исследованных судом доказательств относится к исключительной компетенции суда. Эксперт проигнорировал тот факт, что за некоторое время до продажи автомобиль был утоплен и длительное время находился в воде, что повлекло неисправность аккумуляторной батареи. Оценка технического состояния автомобиля марки «<данные изъяты> на <дата> в заключении эксперта отсутствует (из-за отсутствия самого автомобиля). Кроме того, судом перед экспертом ставился вопрос о стоимости указанного автомобиля, выводы же эксперта содержат сведения о его рыночной стоимости, что не соответствует формулировке и существу вопроса, поставленного эксперту судом. Согласно рецензии на заключение эксперта <данные изъяты>» от <дата><номер>, изготовленной по обращению ФИО1 после вынесения приговора сертифицированным специалистом в области оценочной деятельности <данные изъяты>», указанное заключение не соответствует утвержденным законодательством методическим основам определения стоимости и сложившейся российской практике оценки. Установленная рыночная стоимость автомобиля необоснованна вследствие ошибок в использовании методов оценки – несоблюдения методологии подходов. Данное заключение вводит потребителей заключения в заблуждение относительно рыночной стоимости объекта оценки, поскольку использован утративший силу несуществующий нормативный акт – РД 37.009.015-98 (с изм.), при расчетах не сделаны корректировки на разницу в пробеге автомобиля, на стоимость автомобиля другого года выпуска; не учтено наличие расчета ремонтных работ, по которым стоимость ремонта составляет от <номер> до <номер> тысяч рублей (стр.<данные изъяты> заключения), что значительно снижает стоимость автомобиля, при оценке не учтена значительная разница в физическом состоянии оцениваемого автомобиля и его аналогов, что привело к завышению цены. Таким образом, ввиду того, что экспертом оценка автомобиля была сделана в отсутствие предмета оценки, автомобиль непосредственно не осматривался, не было установлено, какие технические работы (кузовные и т.п.) с ним проводились, не были учтены обстоятельства, которые кардинальным образом влияли на его стоимость, а именно факт его утопления, неисправность батареи, необходимость производства дорогостоящих ремонтных работ, – в заключении эксперта от <дата><номер> указана, по сути, стоимость любого исправного, в хорошем состоянии автомобиля <данные изъяты>, <дата> годов выпуска, которая к конкретному автомобилю <данные изъяты>», находившемуся в собственности ФИО1 <дата>, никакого отношения не имеет. В связи с изложенным защитник просит: отменить приговор в части решения о взыскании с ФИО1 в порядке конфискации <данные изъяты> рублей, отменить вышеуказанное постановление суда от <дата> об оставлении без удовлетворения ходатайств защитника; приобщить к материалам уголовного дела и исследовать в судебном заседании новые доказательства – рецензию оценщика <данные изъяты>» на заключение эксперта <данные изъяты> от <дата><номер> и договор на составление рецензии от <дата>; признать недопустимым доказательством заключение эксперта <данные изъяты>» от <дата><номер>; назначить по уголовному делу повторную судебную оценочную экспертизу, производство которой поручить эксперту <данные изъяты>» (<адрес>); с учетом новых доказательств и результатов проведенного экспертного исследования принять новое решение по делу о размере денежной суммы, подлежащей взысканию с ФИО1 в порядке конфискации.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель – помощник прокурора г. Благовещенска Ф.И.О.27 просит оставить приговор без изменения, а жалобу защитника – без удовлетворения. Указывает, что выводы суда о взыскании с ФИО1 в порядке конфискации в доход федерального бюджета денежной суммы в размере <данные изъяты> рублей основаны на законе (п. «д» ч.1 ст.104.1, ч.1 ст.104.2 УК РФ), являются мотивированными и правильными. Судом установлено, что автомобиль марки <данные изъяты>, с использованием которого ФИО1 совершил преступление, продан им Ф.И.О.28 <дата> за <данные изъяты> рублей. В связи с явно заниженной стоимостью автомобиля, указанной в договоре купли-продажи от <дата>, по ходатайству государственного обвинителя судом назначена судебная оценочная экспертиза, производство которой поручено <данные изъяты>». Вопреки доводам стороны защиты, суд верно пришел к выводу, о том, что заключение эксперта от <дата><номер> соответствует требованиям ст.204 УПК РФ, оснований сомневаться в правильности выводов эксперта относительности стоимости автомобиля <данные изъяты>», у суда не имелось. Эксперт указал о примененной методике исследования, обосновал выбранный метод оценки, его выводы последовательны, мотивированы. Стоимость транспортного средства определена экспертом на момент совершения преступления – <дата>. То обстоятельство, что автомобиль не был представлен эксперту, не повлияло на правильность выводов эксперта о его стоимости. Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену, изменение решения суда, не допущено.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым, а доводы жалобы – несостоятельными.

Обстоятельства, при которых ФИО1 совершил преступление, подлежавшие в силу ст.73 УПК РФ доказыванию по делу, установлены судом правильно.

Выводы суда о виновности ФИО1 в управлении автомобилем в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, основаны на доказательствах, полно, всесторонне и объективно исследованных в судебном заседании, правильно приведенных в приговоре, в том числе: показаниях самого ФИО1 о том, что <дата> он распивал спиртные напитки в принадлежащем ему автомобиле <данные изъяты>, в районе <адрес>, около 07 часов, при попытке перепарковать автомобиль в другое место был остановлен сотрудниками полиции; показаниях свидетеля Ф.И.О.29, подтвердившего, что он и ФИО1 распивали в машине последнего спиртные напитки, а, когда ФИО1 решил перепарковать свой автомобиль, его остановили сотрудники ГИБДД; показаниях свидетеля Ф.И.О.30 (инспектора ДПС ГИБДД), из которых следует, что <дата>, около 07 часов, при несении службы в составе экипажа ДПС совместно с инспектором ДПС Ф.И.О.31 в районе <адрес> их экипажем с целью проверки документов был остановлен автомобиль <данные изъяты>» под управлением ФИО1, который был передан дневному экипажу для освидетельствования на состояние опьянения; показаниях свидетеля Ф.И.О.32 (инспектора ДПС ГИБДД) о том, что <дата>, около 07.40, при несении службы в составе экипажа <номер> совместно с инспектором ДПС Ф.И.О.33 в районе <адрес> их экипажу от экипажа <номер> был передан водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО1, у которого в ходе проверки документов выявлен запах алкоголя изо рта, при последовавшем освидетельствовании при помощи алкотектора установлено наличие у него состояния алкогольного опьянения; видеозаписи от <дата> с камеры видеорегистратора патрульного автомобиля хода освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения и данных протокола осмотра указанной видеозаписи, которыми зафиксировано наличие в ходе освидетельствования абсолютного спирта в выдыхаемом ФИО1 воздухе в количестве <данные изъяты>); данных акта освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения от <дата>, протокола об отстранении его от управления транспортным средством от <дата>, карточки учета транспортного средства; данных вступившего в законную силу постановления мирового судьи от <дата>, в соответствии с которым ФИО1 являлся лицом, подвергнутым административному наказанию (в виде административного ареста) за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения; сведениях об отбытии ФИО1 указанного административного наказания.

Суд дал оценку исследованным доказательствам в соответствии со ст.88 УПК РФ в их совокупности и пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1 в предъявленном ему обвинении.

Действия осужденного верно квалифицированы судом по ч.1 ст.264.1 УК РФ как управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

При назначении наказания ФИО1 суд в соответствии с требованиями ст.60 УК РФ учел обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о его личности, его материальное положение, смягчающие наказание обстоятельства (признание вины, раскаяние в содеянном, совершение преступления впервые, трудоустроенность), отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Назначенное наказание соразмерно содеянному осужденным, данным о его личности и в соответствии со ст.6 УК РФ является справедливым.

Установленные судом первой инстанции фактические обстоятельства преступления, совершенного ФИО1, оценка судом доказательств, положенных судом в обоснование выводов о виновности осужденного, квалификация его действий, справедливость назначенного ему наказания в апелляционной жалобе не оспариваются.

Суд установил, что автомобиль марки <данные изъяты> использованный ФИО1, на момент совершения преступления принадлежал ему. В связи с этим он подлежал конфискации в соответствии с п. «д» ч.1 ст.104.1 УК РФ. Однако, ввиду того, что на момент принятия судом решения конфискация данного автомобиля была невозможна вследствие его продажи осужденным, на основании ч.1 ст.104.2 УК РФ суд принял правильное решение о конфискации у него денежной суммы, соответствующей стоимости указанного автомобиля.

Не оспаривая правильность применения в рассматриваемом уголовном деле положений ч.1 ст.104.2 УК РФ, защитник выразила в жалобе несогласие с решением суда в части размера денежной суммы, подлежащей конфискации у ФИО1.

Сторона защиты считает, что указанная денежная сумма является завышенной, не соответствует реальной стоимости автомобиля ФИО1 на момент совершения преступления, определена судом на основании недопустимого заключения судебной экспертизы.

Суд апелляционной инстанции оснований согласиться с доводами защитника не находит.

Согласно представленному суду договору купли-продажи от <дата>, автомобиль марки <данные изъяты>», был продан ФИО1 за <данные изъяты> рублей.

Поскольку стороны имеют право по своему усмотрению определять цену в договоре, суд обоснованно не ограничился содержащимися в указанном договоре сведениями о цене автомобиля. Своим постановлением от <дата>, вынесенным по ходатайству государственного обвинителя, для определения действительной стоимости указанного автомобиля с учетом его технического состояния суд назначил судебную оценочную экспертизу, поручив ее производство эксперту <данные изъяты>».

При этом в судебном заседании при обсуждении ходатайства государственного обвинителя защитник Помещикова Т.Г. пояснила об отсутствии у нее доверия к <данные изъяты>», однако свою позицию ничем не мотивировала, о поручении производства экспертизы какому-либо субъекту оценочной деятельности не ходатайствовала, пояснив, что не имеет предложений на этот счет, поскольку в принципе возражает против назначения судебной оценочной экспертизы.

При этом защитник Помещикова Т.Г. возражала против удовлетворения ходатайства государственного обвинителя о ее назначении и в случае предоставления в распоряжение эксперта проданного автомобиля, выразив мнение, что его текущее техническое состояние может не соответствовать тому, что имело место на момент совершения ФИО1 противоправного деяния и его отчуждения последним, в частности, в случае производства ремонта автомобиля новым владельцем. ФИО1 был согласен с мнением защитника.

Таким образом, производство экспертизы поручено судом эксперту <данные изъяты> в отсутствие конкретных возражений против ее проведения экспертом, связанным с указанным юридическим лицом.

В качестве эксперта к проведению экспертизы привлечен оценщик <данные изъяты> Ф.И.О.26, являющийся членом саморегулируемой организации оценщиков, имеющий высшее образование и опыт работы в области оценочной деятельности с <данные изъяты> года, квалификационные аттестаты по направлениям оценочной деятельности, в том числе по направлению «Оценка движимого имущества». Эксперт был не только осведомлен о своих правах и обязанностях, но и был предупрежден об ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения (конкретно по рассматриваемому уголовному делу, что, вопреки доводу осужденного в суде апелляционной инстанции, следует из представленных <данные изъяты>» материалов). Сомнений относительно того, что экспертиза проведена в соответствии с законом компетентным лицом, относительно которого отсутствуют данные, позволяющие сомневаться в его объективности, не возникает.

Вопреки доводам стороны защиты, согласно разъяснениям, содержащимся в п.9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2018 года № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве» суд может назначить судебную экспертизу для определения стоимости имущества, в том числе транспортного средства, осуществить конфискацию которого не представляется возможным в связи с его использованием, продажей, по каким-либо иным причинам (например, ввиду дарения, утраты, уничтожения). Таким образом, производство экспертизы на предмет определения стоимости отсутствующего имущества не исключается.

Заключение эксперта от <дата><номер> соответствует требованиям ст.204 УПК РФ. При его составлении эксперт также руководствовался требованиями Федеральных законов от 29 июля 1998 года № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» и от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», действующими Федеральными стандартами оценки, в том числе Федеральным стандартом оценки «Оценка стоимости машин и оборудования (ФСО № 10)», утвержденным приказом Минэкономразвития России от 1 июня 2015 года № 328, иными приведенными в заключении нормативными правовыми актами.

Выводы эксперта с достаточной полнотой мотивированы, не вызывают сомнений в обоснованности.

В заключении указано о причине, по которой экспертиза проведена без осмотра объекта оценки, – отсутствие автомобиля, который перепродан и находится в другом регионе РФ (что само по себе, в том числе в соответствии с положениями ФСО № 10, не исключало возможности его оценки), приведены подходы к оценке, произведен расчет стоимости объекта экспертизы с использованием сравнительного подхода, на основании оценки стоимости объектов-аналогов из вторичного рынка автотранспорта идентичных модели и годов выпуска (при этом из четырех автомобилей-аналогов три автомобиля – <данные изъяты> года выпуска, один автомобиль – <данные изъяты> года выпуска с сопоставимым пробегом), с внесением соответствующих корректировок, в частности, на торг и техническое состояние автомобилей, что привело к существенной коррекции стоимости объекта оценки в сторону уменьшения по сравнению с аналогами (при стоимости последних от <данные изъяты> до <данные изъяты> рублей стоимость автомобиля ФИО1 определена в <данные изъяты> рублей). При этом, как следует из заключения, при расчетах (в частности, использованной поправки по фактическому состоянию объекта) принималось во внимание техническое состояние оцениваемого автомобиля с учетом полученных о нем сведений из открытых источников и представленных материалов уголовного дела, определенное экспертом как удовлетворительное с коэффициентом физического износа 60 %.

Анализ вторичного рынка автомобилей, использование экспертом полученной при этом ценовой информации соответствует положениям указанного ФСО № 10.

В заключении приведены подробные мотивы, по которым эксперт пришел к выводам о нахождении автомобиля ФИО2 на дату совершения им преступления в удовлетворительном техническом, работоспособном (способном к передвижению своим ходом) состоянии с учетом имеющихся в открытых источниках (на соответствующих сайтах в сети Интернет) данных об этом конкретном автомобиле (о его пробеге, совершении с его участием в период <данные изъяты> года пяти нарушений правил дорожного движения, зафиксированных автоматическими системами фиксации нарушений, в том числе трех связанных с превышением установленной скорости движения транспортного средства, что соответствует исследованной в судебном заседании информации, содержащейся в т.<данные изъяты>).

В заключении приведены только те показания ФИО1 и иные данные (в частности, ссылка на прикрепленную к делу фотографию автомобиля в момент его частичного затопления), на которые сторона защиты указывала как на имеющие значение для оценки стоимости автомобиля. По этим данным, которые могли повлиять на оценку стоимости автомобиля, эксперт и высказал свои суждения.

Кроме того, изложенные в постановлении о назначении экспертизы обстоятельства противоправного деяния (объективная сторона которого была выражена в форме действия по управлению автомобилем) предполагали оценку экспертом стоимости автомобиля, не имеющего таких функциональных недостатков, которые бы препятствовали его передвижению своим ходом под управлением водителя. Суд не ставил перед экспертом задачи по определению стоимости технически неисправного (не способного к передвижению своим ходом) транспортного средства. Экспертом оценка автомобиля при заданных судом условиях и дана.

В последующем суд в приговоре на основании совокупности иных исследованных в судебном заседании доказательств также пришел к выводу об обоснованности указания в предъявленном ФИО1 обвинении об управлении им автомобилем (при обстоятельствах, влекущих уголовную ответственность).

Вопреки доводу в жалобе, отраженный в заключении эксперта характер общения эксперта и защитника, явившегося к началу проведения экспертизы в офис <данные изъяты>», не свидетельствует о том, что экспертом с представителями стороны защиты велись переговоры по вопросам, связанным с производством экспертизы, запрет на ведение которых экспертом предусмотрен ст.57 УПК РФ.

То обстоятельство, что эксперт, который отразил в заключении, что экспертиза производится без осмотра автомобиля, не сообщил об этом заранее суду, не препятствовало суду в последующем оценить заключение эксперта в соответствии с правилами ст.88 УПК РФ.

Довод жалобы о том, что судом перед экспертом ставился вопрос о стоимости автомобиля, а выводы эксперта содержат сведения о его рыночной стоимости, не свидетельствует о нарушениях при производстве экспертизы.

В силу статьи 7 Федерального закона от 29 июля 1998 года № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» под стоимостью объекта оценки, вид которой не определен, а также под «действительной стоимостью», «реальной стоимостью» объекта оценки подразумевается рыночная стоимость данного объекта.

Ссылка в жалобе на имеющийся в приложении к заключению эксперта расчет стоимости ремонтных работ автомобиля ФИО1 на сумму <данные изъяты> рублей (стр.<номер> заключения), выводы эксперта под сомнение не ставит. Указанный расчет содержит указание на его дату – <дата> (т.е. уже после продажи осужденным автомобиля), указанные в расчете работы связаны преимущественно с ремонтом наружных повреждений автомобиля. Расчет не содержит указания на повреждения, о которых осужденный пояснял в судебном заседании, утверждая, что в связи с ними автомобиль как на момент инкриминированного ему преступления, так и на момент его продажи был не на ходу, перемещался только с помощью эвакуатора. Приведенные в расчете от <дата> сведения о необходимых автомобилю ремонтных работах и их стоимости не соответствуют и информации о техническом состоянии автомобиля, требующемся ему ремонте (значительно меньшем по объему, чем указано в расчете) и его стоимости, приведенной в полученном из открытых источников объявлении от <дата> о продаже указанного автомобиля. В объявлении было отмечено, что машина на ходу, а имеющиеся у нее косметические повреждения на его ходовые качества не влияют. Согласно истории изменения цены в объявлении, в конце <дата> автомобиль продавался за сумму более чем в три раза превышающую указанную в договоре его купли-продажи от <дата>. Изложенное еще раз подтверждает, что указанные в этом договоре сведения о стоимости автомобиля требовали проверки с привлечением эксперта в области оценочной деятельности.

С учетом вышеизложенного заключение эксперта обоснованно признано допустимым доказательством, оснований не доверять которому у суда не имелось.

Заявленные стороной защиты ходатайства о признании недопустимым заключения эксперта от <дата><номер> и о производстве по делу повторной судебной оценочной экспертизы судом рассмотрены, по ним принято правильное решение, изложенное в отдельном постановлении суда от <дата> и в приговоре суда. При этом и существо ходатайств, и принятое по ним решение изложены судом понятно, каких-либо сомнений и неясностей при ознакомлении с указанными судебными актами в этой части, в том числе в связи с использованными судом формулировками (на что ссылается защитник), не возникает.

Суд апелляционной инстанции оснований для отмены этого решения, а также для назначения по уголовному делу повторной судебной оценочной экспертизы, также не находит. Само по себе несогласие стороны защиты с оценкой судом заключения эксперта от <дата><номер> как допустимого доказательства не может служить основанием для отмены приговора в оспариваемой части.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора, по делу не допущено.

Руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Благовещенского городского суда Амурской области от 12 июля 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу его защитника Помещиковой Т.Г. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в шестимесячный срок в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции (690090, <...>) через суд, постановивший приговор, в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ; в случае пропуска срока или отказа в его восстановлении кассационные жалобы, представление на приговор подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции в порядке статей 401.10 - 401.12 УПК РФ.

В соответствии с ч.5 ст.389.28 УПК РФ осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий М.В. Еременко