Приговор № 22-248/2025 от 8 апреля 2025 г. по делу № 1-153/2024

Судья: Лопухов С.А. Дело № 22-248/2025

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ МОРДОВИЯ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Саранск, Республика Мордовия 9 апреля 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Кичаева Ю.В.,

судей Котковой Е.А., Мелешкиной О.В.,

с участием оправданного ФИО1,

защитников адвокатов Бельской Е.В., Шароватова В.А.,

потерпевшего ЗЕС,

прокурора Аверкина А.Г.,

при секретаре Лагоше О.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Неяскина С.С. на приговор Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 24 декабря 2024 года.

Заслушав доклад судьи Мелешкиной О.В., выступления прокурора Аверкина А.Г., поддержавшего доводы апелляционного представления, потерпевшего ЗЕС, также поддержавшего доводы апелляционного представления, возражения оправданного ФИО1 и в защиту его интересов адвокатов Бельской Е.В., Шароватова В.А., просивших оставить приговор без изменения, судебная коллегия

установила:

ФИО1 <дата> года рождения, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, ранее не судимый:

оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

За Енотовым признано право на реабилитацию, предусмотренное гл. 18 УПК РФ.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 отменена.

Гражданский иск по делу не заявлялся.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Енотов оправдан по предъявленному обвинению в превышении должностных полномочий, то есть совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, с применением насилия в отношении ЗЕС

В апелляционном представлении государственный обвинитель Неяскин С.С. считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым, просит его отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство.

В обоснование указывает, что суд не дал надлежащей оценки всем исследованным в судебном заседании доказательствам и не привел убедительные мотивы, по которым он отверг ряд доказательств стороны обвинения.

Не соглашаясь с фактическими обстоятельствами дела, установленными судом и изложенными в приговоре, указывает, что, фактически признав, что контакт автомобиля под управлением ФИО1 и ЗЕС имел место, суд безосновательно констатировал неосторожный характер действий ФИО1. Между тем согласно исследованной в судебном заседании видеозаписи, учитывая траекторию автомобиля, усматривается умышленный наезд на ЗЕС, от которого он упал.

Отмечает, что ходатайство о проведении дополнительной комплексной автотехнической и криминалистической экспертизы видео, звукозаписей, которая могла объективно установить, имели ли место ускорение, торможение автомобиля, изменение траектории его движения в целях достижения контакта с потерпевшим, суд необоснованно оставил без удовлетворения.

Утверждает, что в момент нанесения Енотовым удара в область правой щеки ЗЕС от последнего не исходило какой-либо действительной угрозы, требующей подобного реагирования со стороны сотрудника полиции, что подтверждается исследованной в суде видеозаписью, согласно которой ЗЕС находился на заднем сиденье служебного автомобиля в положении сидя, его руки были зафиксированы за спиной наручниками, попыток нанесения ударов сотруднику полиции и иных активных действий, в том числе попыток к бегству, он не предпринимал. Сотрудник полиции находился от него на значительном расстоянии. ЗЕС в разговоре просил ФИО1 расстегнуть наручники и закрыть дверь машины. На отказ в удовлетворении указанных просьб потерпевший стал выражаться в адрес ФИО1 нецензурной бранью. Енотов вместо того, чтобы предотвратить конфликтную ситуацию, напротив, спровоцировал ее развитие. После вступления с задержанным в словесную ссору на неподкрепленную соответствующими действиями угрозу ЗЕС разбить ему лицо, Енотов, подойдя к потерпевшему и действуя фактически из мести, зафиксировал руками его лицо и в нарушение требований закона с достаточной силой нанес потерпевшему удар ладонью в область правой щеки, что подтверждается видеозаписью. Выводы суда о том, что при применении физической силы Енотов исходил из реально существующей непосредственной угрозы его здоровью и попыток ЗЕС к побегу опровергаются просмотренными видеозаписями. Попыток высвободиться из наручников последний не предпринимал. Судом не указано, какое именно противодействие сотруднику полиции оказывал ЗЕС.

Не соглашается с критической оценкой суда совокупности доказательств, подтверждающих факт нанесения Енотовым удара кулаком по лицу ЗЕС: показаниям свидетелей СР, ПМА, КВВ, ПСН, протоколу выемки от 25 января 2024 года, согласно которому у свидетеля СР изъяты журнал учета лиц, доставленных в специальный приемник УМВД России по го Саранск, журнал оказания медицинской помощи, заключению судебно-медицинской экспертизы от 2 ноября 2023 года <№>, согласно которым у ЗЕС описаны телесные повреждения в области левой щеки.

Судом не дана надлежащая оценка видеозаписи <данные изъяты> (5 час 26 мин 13 сек), на которой зафиксирован звук шлепка после того, как ЗЕС, получив удар ладонью по лицу, вышел из автомобиля. Данные обстоятельства полностью согласуются с показаниями потерпевшего о том, что через несколько минут после нанесения Енотовым по лицу первого удара они находились на улице возле служебной машины. Когда ЗЕС стал выражать недовольство действиями указанного сотрудника полиции, при этом оскорбив и толкнув его плечом, тот вновь ударил его кулаком по лицу в область левой щеки, в результате чего у него пошла кровь изо рта. Приходит к выводу, что факт нанесения удара по лицу ЗЕС, в результате которого последний получил телесные повреждения, объективно подтверждается исследованными доказательствами.

Обращает внимание, что суд, признавая, что применение Енотовым физической силы осуществлялось в рамках полномочий, предоставленных ему законом, не указал, в соответствии с какой нормой закона действовал Енотов.

В возражениях на апелляционное представление государственного обвинителя Неяскина С.С. оправданный Енотов и адвокат Шароватов в защиту его интересов считают приговор суда законным, обоснованным и справедливым, просят оставить его без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

Заслушав стороны, изучив доводы апелляционного представления, возражений, проверив материалы дела, судебная коллегия находит оправдательный приговор подлежащим отмене по основанию, предусмотренному п. 1 ст. 389.15 УПК РФ, ввиду того, что выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности оправданного.

В соответствии с требованиями п. 2 ч. 1 ст. 305 УПК РФ, а также разъяснениями, изложенными в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года N 55 «О судебном приговоре», суд при постановлении оправдательного приговора в его описательно-мотивировочной части должен среди прочего изложить установленные им обстоятельства уголовного дела, основания оправдания подсудимого и доказательства, подтверждающие эти основания, также не должно остаться без анализа ни одного доказательства, на которое опиралось обвинение.

В соответствии с ч. 2 ст. 305 УПК РФ не допускается включение в оправдательный приговор формулировок, ставящих под сомнение невиновность оправданного.

Приведенные требования предполагают полноту и ясность приговора; изложенные в нем выводы суда должны непосредственно следовать из установленных в его описательно-мотивировочной части обстоятельств дела и анализа исследованных доказательств, а мотивы, по которым суд отвергает те или иные доказательства и принимает решения по вопросам, подлежащим разрешению при постановлении приговора, должны быть убедительными и исчерпывающими.

Данные требования в полном объеме по настоящему делу не соблюдены, что повлекло несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела.

Признав, что обстоятельства обвинения не подтверждаются представленными стороной обвинения доказательствами, суд оправдал ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

При этом, оценивая доказательства, представленные стороной обвинения, суд признал достоверными и допустимыми доказательствами заключение комплексной автотехнической и криминалистической экспертизе видео- и звукозаписей, заключение судебно-медицинской экспертизы, подтверждающие факт наезда автомобиля под управлением ФИО1 на ЗЕС, а также наличие у ЗЕС телесных повреждений, не повлекших вреда здоровью, в том числе в области левого бедра.

Суд также признал достоверными показания потерпевшего ЗЕС о совершении на него наезда служебным автомобилем под управлением ФИО1 и показания подсудимого ФИО1, который на стадии предварительного следствия фактически признал, что совершил по неосторожности наезд на потерпевшего.

В приговоре суд указал, что обвинение ФИО1 в части совершения умышленного наезда на ЗЕС не нашло своего объективного подтверждения исследованными доказательствами (т. 5 л.д. 162), при этом не исключил, что имел место наезд на ЗЕС по неосторожности (т. 5 л.д. 163).

Однако при описании обстоятельств уголовного дела, установленных судом и являющихся основанием для оправдания подсудимого, суд допустил предположение, указав, что Енотов мог неумышленно совершить наезд на убегающего ЗЕС (т. 5 л.д. 166).

Выводы суда в указанной части, изложенные в оправдательном приговоре при описании обстоятельств дела, установленных судом, и описательно-мотивировочная часть оправдательного приговора в части оценки доказательств содержат существенные противоречия, которые могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности оправданного.

Кроме того, признавая правомерным применение Енотовым физической силы в отношении потерпевшего, суд не привел в приговоре нормативные правовые акты, а также иные документы, предоставляющие сотруднику полиции право на применение физической силы с учетом обстоятельств рассматриваемого уголовного дела.

Несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, и несоблюдение требований закона, предъявляемых к содержанию приговора, в соответствии с требованиями п. 1 ст. 389.15 УПК РФ являются основанием отмены или изменения судебного решения.

Допущенные нарушения, по мнению суда апелляционной инстанции, требуют отмены приговора, поскольку их устранение требует установления фактических обстоятельств, которые не были установлены судом первой инстанции.

Отменяя приговор суда первой инстанции, судебная коллегия принимает во внимания положения ст. 389.23 УПК РФ, в соответствии с которой в случае, если допущенное судом первой инстанции нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, то суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор, определение, постановление суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

Исходя из п. 5 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ в результате рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке суд вправе принять решение об отмене оправдательного приговора и о вынесении оправдательного приговора.

При этом судебная коллегия не считает необходимым повторное исследование доказательств в суде апелляционной инстанции, поскольку, как следует из протокола судебного заседания, суд первой инстанции исследовал все представленные доказательства в установленном порядке, рассмотрел все заявленные сторонами ходатайства и по каждому из них вынес мотивированное решение. Каких-либо сведений о нарушении принципов равенства и состязательности сторон, предвзятом отношении председательствующего к той или иной стороне протокол судебного заседания не содержит. Уголовное дело рассмотрено полно и объективно, данных о нарушении процессуальных прав участников процесса судебная коллегия не находит.

Органами государственного обвинения Енотов обвинялся в превышении должностных полномочий, то есть совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, с применением насилия.

Из существа предъявленного подсудимому ФИО1 обвинения следует, что приказом Министра внутренних дел по Республике Мордовия от 18 января 2019 года №<№> л/с Енотов с 18 января 2019 года назначен на должность инспектора дорожно-патрульной службы 5 взвода 2 роты отдельного специализированного батальона дорожно-патрульной службы Государственной инспекции безопасности дорожного движения МВД по Республике Мордовия.

В соответствии с п. 6,7, 9.1, 9.19, 10 должностного регламента инспектора ДПС ОСБ ДПС ГИБДД МВД по Республике Мордовия, утвержденного 29 декабря 2022 года командиром ОСБ ДПС ГИБДД МВД по Республике Мордовия, Енотов имеет право пользоваться правами сотрудников полиции, предусмотренными Законом о службе в органах внутренних дел РФ, Законом о полиции, Положением об ОСБ ДПС, в пределах, необходимых для выполнения служебных обязанностей. При несении службы имеет право применять физическую силу, специальные средства, огнестрельное оружие в соответствии с Законом о полиции. Енотов обязан знать и выполнять требования Наставления по организации деятельности дорожно-патрульной службы Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденного приказом МВД Российской Федерации от 30 сентября 2022 года №725 дсп (далее – Наставление), других нормативных правовых актов МВД России. Условия, пределы и порядок применения физической силы, специальных средств, огнестрельного оружия в соответствии с Законом о полиции. При несении службы соблюдать законность, дисциплину, меры личной безопасности, культурное и вежливое обращение с гражданами. Енотов несет персональную ответственность за несоблюдение требований, установленных законодательством Российской Федерации, нормативно-правовыми актами МВД России, а также должностного регламента.

В соответствии с ч. 1 ст. 18, ч. 1, ч. 3, ст. 19, ч. 1 ст. 20 Закона о полиции, сотрудник полиции имеет право на применение физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия лично или в составе подразделения (группы) в случаях и порядке, предусмотренных федеральными конституционными законами, Законом о полиции и другими федеральными законами. Превышение сотрудником полиции полномочий при применении физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия влечет ответственность, установленную законодательством Российской Федерации. Сотрудник полиции перед применением физической силы, специальных средств обязан сообщить лицам, в отношении которых предполагается применение физической силы, специальных средств, о том, что он является сотрудником полиции, предупредить их о своем намерении и предоставить им возможность и время для выполнения законных требований сотрудника полиции. Сотрудник полиции при применении физической силы, специальных средств действует с учетом создавшейся обстановки, характера и степени опасности действий лиц, в отношении которых применяются физическая сила, специальные средства, характера и силы оказываемого сопротивления. При этом сотрудник полиции обязан стремиться к минимизации любого ущерба. Сотрудник полиции имеет право лично или в составе подразделения (группы) применять физическую силу, в том числе боевые приемы борьбы, если несиловые способы не обеспечивают выполнения возложенных на полицию обязанностей, в следующих случаях: для пресечения преступлений и административных правонарушений; для доставления в служебное помещение территориального органа или подразделения полиции, в помещение муниципального органа, в иное служебное помещение лиц, совершивших преступления и административные правонарушения, и задержания этих лиц; для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции.

Согласно п.п. 3,4,6, ч. 1, ст. 21, п. 3, ч. 2 ст. 21 Закона о полиции к специальным средствам, состоящим на вооружении органов полиции, в том числе, относятся средства ограничения подвижности. Сотрудник полиции имеет право применять средства ограничения подвижности для пресечения сопротивления, оказываемого сотруднику полиции; для задержания лица, застигнутого при совершении преступления и пытающегося скрыться; для доставления в полицию, конвоирования и охраны задержанных лиц, лиц, заключенных под стражу, лиц, осужденных к лишению свободы, лиц, подвергнутых административному наказанию в виде административного ареста, а также в целях пресечения попытки побега, в случае оказания лицом сопротивления сотруднику полиции, причинения вреда окружающим или себе.

Согласно п.п. 3, 5, 11, 62, 63, 65 Порядка осуществления надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения, утвержденного приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 2 мая 2023 года №264, при осуществлении надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения должностные лица должны иметь служебное удостоверение и нагрудный знак, а в темное время суток в условиях недостаточной видимости светящийся жезл или диск с красным сигналом (световозвращателем); жесты и сигналы, подаваемые сотрудником, должны быть понятны участникам дорожного движения; в случае применения мер, ограничивающих права и свободы участника дорожного движения, сотрудник разъясняет ему причину и обязанности участника дорожного движения. Сотрудник вправе предъявить пешеходу требование об остановке для его задержания при наличии данных, свидетельствующих о причастности к совершению преступления или административного правонарушения. Для предъявления пешеходу требования об остановке используются: сигналы регулировщика, подаваемые с использованием жезла (диска с красным сигналом или световозвращателем) либо рукой, при необходимости в сочетании со свитском, громкоговорящая установка. При обнаружении достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения, сотрудник разъясняет лицу, какое правонарушение им совершено и в чем оно заключается. При этом выясняет, имеет ли место обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении.

Таким образом, замещая указанную должность, Енотов в установленном законом порядке постоянно осуществлял функции представителя власти, то есть являлся должностным лицом правоохранительного органа, наделенным в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости.

Согласно графику работы инспекторов 2 роты 5 взвода ДПС ОСБ ДПС ГИБДД МВД по Республике Мордовия на октябрь 2023 года, утвержденному командиром ОСБ ДПС ГИБДД МВД по Республике Мордовия, сотрудник полиции Енотов нес службу с 20 часов 00 минут 28 октября 2023 года по 8 часов 00 минут 29 октября 2023 года, то есть находился при исполнении должностных обязанностей и нес службу в составе экипажа совместно со старшим инспектором ДПС ОСБ ДПС ГИБДД МВД по Республике Мордовия СЮН, передвигаясь на служебном автомобиле марки «Шкода-Октавия», государственный регистрационный знак <№>, имеющем специальную цветовую окраску и оборудованном проблесковыми маячками синего и красного цветов и специальным звуковым сигналом. При этом они оба находились в специальном форменном обмундировании, осуществляя функции по обеспечению безопасности дорожного движения.

В ходе патрулирования примерно в 4 часа 40 минут 29 октября 2023 года они проезжали по автодороге по пр. 50 лет Октября г. Саранска, где заметили автомобиль марки «Лада-Калина», государственный регистрационный знак <№>, которым управлял ЗЕС, будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. С целью проверки водителя на состояние опьянения они решили проследовать вслед за ним по проспекту в сторону дома №<№>, где остановились неподалеку от автомобиля, из которого вышел ЗЕС. Заметив подходящего к нему сотрудника ДПС СЮН, ЗЕС во избежание привлечения к административной ответственности за совершаемое им правонарушение в области дорожного движения решил скрыться и стал убегать с места происшествия. В свою очередь Енотов, находясь за рулем служебного автомобиля и управляя им, продолжил движение за убегавшим ЗЕС. В ходе преследования Енотов, осознавая, что последний может скрыться, решил превысить свои должностные полномочия путем незаконного применения в отношении ЗЕС насилия, то есть совершить действия, явно выходящие за пределы его должностных полномочий.

Проезжая за домом №<№> по пр. 50 лет Октября, примерно в 5 часов 21 минуту указанной даты, Енотов, реализуя свой преступный умысел, осознавая, что его действия не соответствуют обстановке, являются безосновательными и явно выходят за пределы его должностных полномочий, а также нарушают охраняемые законом интересы общества и государства, в нарушение ст.ст. 21,22 Конституции Российской Федерации, ч. 1 ст. 2, ч. 1 ст. 5, ч. 1 ст. 6, ч. 1 ст. 18, ч. 1, ч. 3 ст. 19 Закона о полиции, п.п. 3.1 и 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, располагая технической возможностью путем торможения остановить свое транспортное средство до линии движения убегавшего ЗЕС, умышленно совершил на него наезд левой передней частью служебного автомобиля, в результате чего ЗЕС причинены телесные повреждения, и он упал на землю. В последующем ЗЕС был настигнут Енотовым, в отношении него были применены средства ограничения подвижности - наручники, и он был помещен в салон указанного служебного автомобиля для оформления предусмотренных законодательством документов.

Находясь на заднем сиденье служебного автомобиля, припаркованного в том же месте, ЗЕС, руки которого были заведены за спину и закованы в наручники, высказал в адрес стоявшего около автомобиля инспектора ДПС ОСБ ДПС ГИБДД МВД по Республике Мордовия ФИО1, находившегося при исполнении своих должностных обязанностей слова нецензурной брани, в результате чего между ними произошел словесный конфликт. Продолжая реализовывать свой ранее возникший преступный умысел, Енотов, испытывая к ЗЕС личную неприязнь, не предупреждая его о своем намерении применить физическую силу и не предоставив ему возможность и время для выполнения законных требований сотрудника полиции, действуя с прямым умыслом, осознавая, что его действия не соответствуют обстановке, являются безосновательными и явно выходят за пределы его должностных полномочий, примерно в 5 часов 32 минуты указанной даты, находясь около открытой двери служебного автомобиля, в нарушение ст.ст. 21, 22 Конституции Российской Федерации, ст.ст. ч. 1 ст. 2, ч. 1 ст. 5, ч. 1 ст. 6, ч. 1 ст. 18, ч. 1, ч. 3 ст. 19 Закона о полиции, умышленно незаконно применил физическое насилие, нанес с достаточной силой ЗЕС ладонью левой руки не менее одного удара в область правой щеки, отчего ЗЕС испытал сильную физическую боль. Будучи возмущенным действиями сотрудника полиции, унизившего его честь и достоинство, ЗЕС вышел из салона автомобиля, продолжая высказывать в адрес ФИО1 слова нецензурной брани. После этого, Енотов, игнорируя реальную возможность дальнейшего выполнения своих должностных обязанностей законным способом, продолжая совершение с единым умыслом действий, явно выходящих за пределы его полномочий, не обусловленных сложившейся обстановкой, из чувства личной неприязни, находясь возле служебного автомобиля, нанес кулаком правой руки не менее одного удара в область левой щеки ЗЕС.

Таким образом, 29 октября 2023 года в период с 5 часов 21 минуты по 5 часов 35 минут, находясь около магазина «<данные изъяты>», расположенного по адресу: Республика Мордовия, г. Саранск, <адрес> инспектор ДПС ОСБ ДПС ГИБДД МВД по Республике Мордовия Енотов, являясь должностным лицом полиции и совершая с применением насилия действия, явно выходящие за пределы его полномочий, предвидел неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде существенного нарушения прав и законных интересов ЗЕС, а также нарушения охраняемых законом интересов общества и государства, и желал этого.

Согласно обвинению своими умышленными противоправными действиями Енотов причинил ЗЕС сильную физическую боль и телесные повреждения в виде кровоподтека левой щеки, ссадины слизистой левой щеки, левого бедра, которые вреда его здоровью не повлекли.

Таким образом, как указано в обвинительном заключении, в результате совершения Енотовым вышеуказанных умышленных действий, явно выходящих за пределы его полномочий, существенно нарушены конституционные права и законные интересы ЗЕС на уважение чести и достоинства личности, неприкосновенность личности, недопустимость подвергаться насилию, что выразилось в жестоком и унижающем человеческое достоинство обращении и незаконном применении к ЗЕС физического насилия путем нанесения ему телесных повреждений, при явном отсутствии для этого предусмотренных законом оснований. Кроме того, указанными действиями ФИО1 также существенно нарушены охраняемые законом интересы общества и государства в виде подрыва авторитета и дискредитации полиции, как системы государственных органов исполнительной власти, призванных защищать жизнь, здоровье, права и свободы граждан, собственность, интересы общества и государства от преступных и иных противоправных посягательств.

Как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании Енотов вину не признавал, показал, что физическая сила и спецсредства в отношении ЗЕС применены им в строгом соответствии с действующим законодательством с целью его задержания и пресечения его противоправных действий.

Из показаний ФИО1 в судебном заседании следует, что в ходе несения службы с инспектором СЮН на дороге по пр. 50 лет Октября г. Саранска ими был замечен автомобиль под управлением ЗЕС, который незадолго до этого был припаркован возле развлекательного заведения, в связи с чем ими было принято решение проверить водителя на состояние алкогольного опьянения. Однако, заметив их автомобиль, ЗЕС ускорил движение, после чего резко остановился возле дома №<№>, задев бордюр. Выйдя из автомобиля, ЗЕС попытался скрыться, а С побежал вслед за ним. В свою очередь он (Енотов) проследовал за ЗЕС на служебном автомобиле. ЗЕС бежал впереди него по ходу движения, постоянно меняя траекторию. Оказавшись с правой стороны, ЗЕС резко изменил направление и побежал в левую сторону. Чтобы предотвратить наезд на ФИО2, он применил резкое торможение и остановился. В этот момент ФИО2 споткнулся и упал прямо перед его автомобилем, сразу после чего поднялся и продолжил убегать. Тогда он покинул служебный автомобиль и продолжил преследование ЗЕС в пешем порядке. Пробежав около двухсот метров, он смог догнать ЗЕС, схватил его левой рукой за футболку. ФИО2 стал оказывать сопротивление, в связи с чем он схватил его за руки. В следующий момент подбежал С, который продолжил удерживать ЗЕС, так как тот пытался убежать. С одел на ФИО1 наручники, так как тот продолжал оказывать сопротивление. Они вдвоем с С под руки препроводили ЗЕС в служебный автомобиль, посадив на заднее сиденье справа. Все это время ЗЕС пытался с ними договориться, чтобы его отпустили, а получив отказ, стал провоцировать конфликт, требовать ослабить ему наручники, либо снять их, высказывать оскорбления и угрозы в его адрес в грубой нецензурной форме. На данные оскорбления и угрозы со стороны ЗЕС он никак не реагировал и разговаривал с ним корректно. В этот же момент он попытался установить личность ЗЕС, но у того не было при себе документов. ЗЕС попытался покинуть салон автомобиля, для чего переместился в другую сторону и открыл заднюю левую дверь. Чтобы пресечь действия ЗЕС, он вышел из салона автомобиля, подошел к ЗЕС со стороны левой двери. ЗЕС выставил свою левую ногу из автомобиля, не давая ему закрыть дверь, стал вести себя более агрессивно и угрожать ему применением физического насилия. Тогда им было принято решение о применении в отношении ЗЕС физической силы в соответствии с действующим законодательством, и он нанес ему расслабляющий удар ладонью по лицу с целью пресечения его противоправных действий и удержания его в салоне автомобиля. В случае непринятия указанных мер или какого-либо промедления ЗЕС мог ударить его ногой, головой, несмотря на то, что его руки были застегнуты в наручники. Применение физической силы в указанном виде не помогло, ЗЕС продолжил вести себя агрессивно, вышел из автомобиля, приблизился и ударил его плечом в грудь. Опасаясь дальнейших действий ЗЕС, он остановил его, схватив за плечи. После этого им на помощь приехал другой экипаж в составе инспекторов НАВ и ЧБД Все это время ЗЕС продолжал угрожать ему и его семье и вести себя неадекватно, в связи с чем было принято решение доставить его в отдел полиции для дальнейших разбирательств, куда они поехали на служебном автомобиле под его (Енотовым) управлением. В пути следования ЗЕС продолжал оскорблять его и пытался перелезть на переднее сиденье с заднего, несмотря на то, что рядом с ним находились сотрудники полиции, которые удерживали его. Сначала ЗЕС доставили в УМВД по го Саранск, откуда по указанию дежурного его привезли в отдел полиции на ул. Косарева. Там же ЗЕС продолжил совершать провокационные действия, призывал сотрудников полиции ударить его и причинить телесные повреждения. После установления данных о личности ЗЕС, они с С вернулись на место происшествия, где он продолжил составлять административный материал. На момент отъезда из отдела полиции каких-либо телесных повреждений на теле ЗЕС не имелось. О применении физической силы и спецсредств в отношении ЗЕС в установленном порядке было доложено рапортом на имя руководства. Полагает, что ЗЕС оговаривает его, так как именно он оформил в отношении него административный материал и правомерно применил в отношении него физическую силу, в том время как его напарник СЮН бездействовал.

В целом аналогичные показания Енотов давал в ходе предварительного следствия, с той лишь разницей, что в судебном заседании он утверждал, что в целях предотвращения наезда на ЗЕС он применил резкое торможение и остановился. В этот момент ЗЕС споткнулся и упал прямо перед его автомобилем. А в ходе предварительного следствия Енотов утверждал, что ЗЕС намеренно бросился ему под колеса. Опасаясь совершить на него наезд, он резко нажал на педаль тормоза, однако задел ЗЕС левой передней частью бампера, отчего он упал на землю (т. 4 л.д. 51-56).

В судебном заседании Енотов свои показания, данные в ходе предварительного следствия, в указанной части не подтвердил. Оценка показаний ФИО1 судебной коллегией приведена ниже.

Допрошенный в судебном заседании свидетель СЮН показал, что при несении службы <дата> совместно с инспектором Енотовым ими был остановлен подозрительный автомобиль. Водитель, как потом выяснилось ЗЕС, вышел из автомобиля и стал убегать от них. Он побежал вслед за ним, но его опередил Енотов, который догнал водителя на служебном автомобиле и задержал его. Во время преследования он видел, как ЗЕС упал перед автомобилем ФИО1, после чего поднялся и побежал дальше. После задержания ЗЕС Енотов удерживал его за руку, а тот вырывался, затем он (СЮН) продолжил удерживать ЗЕС. Так как последний пытался убежать, он применил в отношении него спецсредства наручники, застегнув их со спины ЗЕС, о чем в последующем им был подан рапорт. Он почувствовал, что от ЗЕС исходил резкий запах алкоголя, его одежда была грязной от падения. После того как Енотов вернулся, они вдвоем отвели ЗЕС в служебный автомобиль, посадив его на заднее сиденье. В течение этого времени ЗЕС выражался нецензурно и вел себя агрессивно, пытался выйти из автомобиля, но они с Енотовым не давали ему этого сделать. В связи с этим на место происшествия были дополнительно вызваны сотрудники ДПС ЧДБ и НАВ. В его присутствии Енотов физическую силу в отношении ЗЕС не применял, ударять его не ударял, в салон служебного автомобиля не наклонялся и руки не заводил.

Из оглашенных в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля СЮН, данных на стадии предварительного следствия, следует, что когда ЗЕС сидел в салоне служебного автомобиля, Енотов не давал ему выйти из салона. Также он видел, как Енотов протягивал руки через дверь внутрь автомобиля, стоя возле него. Затем ЗЕС вышел из автомобиля, стал вести себя еще агрессивнее и говорить, что Енотов ударил его по лицу (т. 2 л.д. 167-171, т. 3 л.д. 172-174).

Данные показания СЮН после их оглашения поддержал, в связи с чем судебная коллегия признает их достоверными.

Потерпевший ЗЕС пояснил суду, что <дата> примерно 5 часов утра он, будучи в состоянии алкогольного опьянения, управлял автомобилем. Заметив мимо проезжавший автомобиль ДПС, он развернулся в обратную сторону и остановился. Так как он был в состоянии опьянения, испугавшись сотрудников ДПС, он стал убегать, а вслед за ним побежал СЮН, но не смог его догнать. Когда он пробегал возле магазина «Шатура», его сбил автомобиль ДПС под управлением ФИО1. Вследствие наезда он упал на руки, вскочил и побежал дальше. Забежав во двор <адрес> по пр. 50 лет Октября, он остановился, так как сильно устал и почувствовал сильную боль в ноге от удара. В следующий момент к нему подбежал Енотов, схватил его за футболку, порвав ее, прижал его к земле и одел наручники на руки, застегнув их сзади. Затем его привели к служебному автомобилю ДПС. Так как наручники были сильно застегнуты и причиняли ему боль, он попросил их ослабить. В связи с произошедшими событиями по отношению к ФИО1 у него появилась сильная злость, кроме того, данный сотрудник стал брать его за горло, причинив ему телесные повреждения. Сев в машину, он повторно попросил ослабить ему наручники, на что ему ответили отказом. Тогда он стал ругаться и обзываться в адрес ФИО1. В ответ на оскорбления Енотов, находясь возле задней левой двери автомобиля, склонился к нему через открытую дверь и один раз ударил его ладонью по лицу справа. В связи с этим у него возникла к ФИО1 сильная неприязнь. Он сразу вышел из автомобиля, подошел к ФИО1 и стал выражать ему протест по поводу его действий, а именно высказывать ему претензии, обзывать его нецензурной бранью и толкнул его плечом в область его плеча, сделав соответствующее движение вперед в его сторону. Примерно через две минуты после первого нанесенного удара, когда они стояли позади автомобиля возле багажника, Енотов повторно с силой ударил его с правой руки кулаком по лицу в область левой щеки, отчего у него пошла кровь изо рта. СЮН в этот момент стоял неподалеку и наблюдал за происходящим, а сразу после второго нанесенного удара стал оттаскивать ФИО1 со словами «успокойся, хорош, хватит, остановись». Потом они вдвоем усадили его обратно в служебный автомобиль, где он продолжил ругаться и материться на ФИО1, предъявляя к нему претензии не как к сотруднику полиции, а как к мужчине, который ударил его ладонью по лицу, в тот момент, когда он находился в наручниках. При этом предлагал ФИО1 разобраться на равных, как мужчина с мужчиной, сказав, что узнает, где он живет и приедет к нему домой поговорить по поводу произошедшего один на один. Так как Енотов отказался фиксировать наезд на него автомобилем, он отказался называть ему свои анкетные данные, намереваясь сообщить их позже. После перенесенного психологического шока он постепенно успокоился, и его привезли в отдел полиции на <адрес>, где он просил сотрудников полиции вызвать скорую помощь, чтобы зафиксировать нанесенные ему Енотовым побои, но ему было отказано. В отделе полиции его продержали полутора суток, после чего отвезли в спецприемник. Принимавший его сотрудник спросил, откуда у него побои, на что он рассказал ему обо все произошедшем. Полагает, что каких-либо оснований для применения в отношении него физического насилия у ФИО1 не имелось.

Из показаний свидетеля ЗСВ – отца потерпевшего ЗЕС, следует, что ему позвонили сотрудники ДПС и сообщили, что его сын совершил административное правонарушение, и в суде будет решаться вопрос о его задержании. Приехав в суд, он увидел своего сына ЗЕС, у которого была порвана футболка, во рту были сгустки крови. На вопрос, что случилось, сын ответил, что его ударили в ходе задержания сотрудники ГИБДД, а также, что сбили его машиной.

Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей сотрудники дорожно-патрульной службы ЧДБ и НАВ подтвердили, что 29 октября 2023 года они для оказания помощи по вызову инспектора ФИО1 выезжали на место задержания ЗЕС. По приезде их на место Енотов находился за рулем патрульного автомобиля и занимался оформлением административного материала. Его напарник СЮН стоял возле автомобиля. Задержанный по фамилии ЗЕС также находился внутри патрульного автомобиля на заднем сиденье, был агрессивно настроен, выражался нецензурно, постоянно дергался, несмотря на то, что был в наручниках. У ЗЕС была порвана футболка, на шее было покраснение. Иных телесных повреждений либо крови на нем не было. Он передвигался по салону автомобиля, пытаясь выйти, просил снять с него наручники. Его действия представляли реальную угрозу. С целью установления личности ЗЕС было принято решение отвезти его в отдел полиции. В пути следования ЗЕС на протяжении всего времени продолжал вести себя агрессивно по отношению к ФИО1, мешал ему управлять автомобилем. На противоправное поведение ЗЕС Енотов реагировал адекватно, не отвечал ему. По прибытии в отдел полиции ЗЕС продолжал их провоцировать и просил ударить его.

Из показаний свидетеля ШАВ – начальника смены дежурной части УМВД России по го Саранск, следует, что 29 октября 2023 года в дежурную часть отдела полиции на ул. Кочкуровская сотрудниками ДПС был доставлен ЗЕС, который был помещен в камеру для административно задержанных в связи совершенным им административным правонарушением. Перед водворением в камеру ЗЕС каких-либо жалоб и претензий, в том числе на сотрудников ДПС, не предъявлял. При его осмотре каких-либо видимых телесных повреждений не было.

Допрошенный в судебном заседании свидетель СР - дежурный инспектор специального приемника УМВД России по го Саранск, показал, что из УМВД России по го Саранск для отбывания административного наказания в виде административного ареста по постановлению суда был доставлен ЗЕС. Перед помещением в камеру ЗЕС высказывал жалобы по поводу имеющихся у него телесных повреждений – синяков и ссадин на плече, шеи и в области бедра, которые с его слов были причинены ему сотрудниками ДПС в ходе его задержания. О наличии у ЗЕС указанных телесных повреждений были составлены протокол, рапорт и соответствующее сообщение, которые в установленном порядке были направлены в учреждение, из которого был доставлен ЗЕС. Кроме того, факт наличия у ЗЕС телесных повреждений был зафиксирован в соответствующем журнале.

Из показаний ПМА – фельдшера специального приемника УМВД России по го Саранск, следует, что 31 октября 2023 года им осматривался ЗЕС, у которого были зафиксированы ссадины на шее, лице, на кисти руки, в области бедра. Также были зафиксированы ушибы мягких тканей бедра. От предложенной медицинской помощи ЗЕС отказался. О наличии у ЗЕС телесных повреждений было доложено руководству, а также сделаны записи в соответствующем журнале. При каких обстоятельствах были получены указанные телесные повреждения, ЗЕС не пояснил.

Из оглашенных в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля П, данных на стадии предварительного следствия, следует, что ЗЕС пояснил, что данные телесные повреждения он получил в результате конфликта с сотрудниками полиции (т. 2 л.д. 103-105).

В судебном заседании свидетель П подтвердил оглашенные показания, пояснив, что по прошествии времени плохо помнит обстоятельства произошедшего, в связи с чем судебная коллегия признает их достоверными.

Из оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ПСН следует, что во время содержания в специальном приемнике за совершение административного правонарушения в конце октября 2023 года с ним в одной камере также содержался ЗЕС, который рассказал ему, что сотрудники ДПС совершили на него наезд служебным автомобилем в ходе задержания. На его ягодице он видел большой синяк (т. 2 л.д. 159-160).

Допрошенный в судебном заседании свидетель КВВ показал, что во время отбывания наказания за административное правонарушение в специальном приемнике в октябре 2023 года ЗЕС рассказывал ему, что во время задержания сотрудники ДПС сбили его на машине и ударили по лицу. На теле ЗЕС был видимый ушиб в области ноги.

Допрошенный в судебном заседании свидетель КСВ – помощник командира батальона по технической части ОСБ ДПС ГИБДД МВД по Республике Мордовия, показал, что 28 октября 2023 года служебный автомобиль марки «Шкода-Октавия» государственный регистрационный знак <№> регион находился в технически исправном состоянии.

Свидетель ИАН пояснил, что в его собственности имеется автомобиль «Лада-Калина», который он вместе с ключами 27 октября 2023 года передал ЗЕС для ремонта. Разрешения управлять автомобилем, тем более в состоянии алкогольного опьянения, он ЗЕС не давал. 29 октября 2023 года от сотрудников полиции ему стало известно о том, что ЗЕС управлял его автомобилем без его ведома в состоянии алкогольного опьянения.

Свидетели БАК ИВА, КТЮ – командир взвода, заместитель командира роты и старший инспектор службы ОСБ ДПС УГИБДД МВД по <адрес> соответственно, показали, что с инспекторами дорожно-патрульной службы еженедельно проводятся занятия, на которых разъясняется порядок и способы применения физической силы и спецсредств. Инспектора ФИО1 охарактеризовали только с положительной стороны.

ИВА дополнительно сообщил, что Енотов преследовал правонарушителя на служебном автомобиле, так как не мог оставить автомобиль без присмотра, что предусмотрено мерами личной безопасности при несении службы.

Свидетель КАА – старший специалист группы по работе с личным составом ОСБ ДПС УГИБДД МВД по Республике Мордовия, пояснил, что оценивать правомерность применения Енотовым физической силы не может, так как в проведении какой-либо служебной проверки в отношении ФИО1 участия не принимал.

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ГПГ - участкового уполномоченного полиции ОП №<№> УМВД России по го Саранск, следует, что 1 ноября 2023 года в отделение полиции прибыл ЗЕС, который сообщил, что сотрудники ДПС применили в отношении него насилие. В этой связи им была назначена судебно-медицинская экспертиза в отношении ЗЕС, после чего другим участковым уполномоченным НСК с заявителя были получены письменные объяснения (т. 2 л.д. 203-205).

Допрошенный в судебном заседании свидетель НСК - участковый уполномоченный полиции ОП №<№> УМВД России по го Саранск, показал, что в его производстве находился материал проверки по факту задержания по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, а также материал проверки по его заявлению о причинении ему телесных повреждений в момент задержания. Первый материал был направлен им для принятия решения о возбуждении уголовного дела в орган дознания, а второй в органы следственного комитета.

Из показаний свидетеля ММА – старшего дознавателя ОП №<№> УМВД России по го Саранск следует, что у нее в производстве находились два уголовных дела в отношении ЗЕС по признакам преступлений, предусмотренных ст. ст. 264.1, 166 УК РФ. В связи с тем, что ЗЕС в ходе допроса заявил о превышении должностных полномочий сотрудниками ДПС, которые причинили ему телесные повреждения, оба уголовных дела были направлены в следственный комитет. Свою вину в совершении указанных преступлений в ходе допросов ЗЕС не признавал.

Из показаний свидетеля СМВ в судебном заседании и показаний свидетеля МИА, оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 3 л.д.151-153), следует, что они участвовали в качестве понятых при осмотре видеозаписей с видеорегистраторов, подтвердили содержание, ход и результат следственного действия, как они установлены в протоколе.

Как пояснил допрошенный в качестве специалиста ФИО3, доцент кафедры административной деятельности ОВД Нижегородской академии МВД России, ведомственным нормативно-правовым актом, который определяет порядок осуществления административного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства РФ, является Приказ МВД России от 2 мая 2023 года №264 «Об утверждении Порядка осуществления надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства РФ о безопасности дорожного движения» (зарегистрировано в Минюсте России 30.06.2023 №74087).

Он также пояснил, что осуществление наезда служебным транспортным средством сотрудника полиции (ДПС) на гражданина для его принудительной остановки не предусмотрено.

Служебный автомобиль не относится к числу специальных средств, перечень которых закреплен в ч. 2 ст. 21 Закона о полиции.

На момент совершения инкриминируемого деяния действовал Приказ МВД России от 1 июля 2017 года №450, который закреплял, в том числе, перечень приемов борьбы, применяемых сотрудниками полиции. Удар рукой в лицо гражданину, на которого одеты наручники, в качестве приема в данном приказе не предусмотрен. Провокация гражданина в виде оскорблений сотрудника полиции, унижение его чести и достоинства не могут служить поводом для применения физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия.

При этом, если сотрудники полиции доставляли ЗЕС в отделение полиции, а последний оказывал сопротивление, то основание, предусмотренное ст. 20 Закона о полиции для применения в отношении него физической силы были (т.4 л.д.1-4).

В ходе предварительного следствия были проведены следственные эксперименты, при которых Енотов продемонстрировал, каким образом ЗЕС ударился об левую часть служебного автомобиля, а ЗЕС указал, каким образом на него был совершен наезд и наносились удары (т. 3 л.д. 33-39, т. 2 л.д. 209-216).

Согласно заключению медико-криминалистической ситуационной экспертизы возможность образования ссадин задней поверхности верхней трети левого бедра у ЗЕС при обстоятельствах, изложенных Енотовым в ходе следственного эксперимента, не исключается (т. 3 л.д. 44-55).

Согласно заключению медико-криминалистической ситуационной экспертизы не исключается образование кровоподтека на левой щеке, ссадины на слизистой левой щеки, ссадин на задней поверхности верхней трети левого бедра у ЗЕС при обстоятельствах, изложенных самим ЗЕС в ходе проведения следственного эксперимента (т. 2 л.д. 219-228).

В ходе выемки у потерпевшего ЗЕС изъята футболка, которая осмотрена в ходе соответствующего следственного действия. При этом установлено, что на футболке имеются единичные пятна коричневого цвета, в разных местах имеются пятна и помарки коричневато-серого цвета различной формы и величины (т. 2 л.д. 83-87, 96-100).

Согласно заключению судебно-биологической экспертизы на изъятой футболке обнаружена кровь, происхождение которой не исключается от ЗЕС (т. 2 л.д. 92-94).

Согласно заключению комплексной автотехнической и криминалистической экспертизы видео- и звукозаписей от <дата> исходя из видеозаписей на представленных оптических дисках скорость служебного транспортного средства марки «Шкода» перед наездом на ЗЕС составляет не менее 14 км/час и не более 16 км/час. Время, прошедшее с момента выхода ЗЕС (непосредственно перед наездом на него) на путь следования служебного транспортного средства марки «Шкода» до момента наезда, составляло не менее 1,4 секунды и не более 1,8 секунды. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Шкода» должен был руководствоваться требованиями пунктов 3.1 абз. 1-2 и 10.1 Правил дорожного движения РФ. Водитель Енотов непосредственно в момент выхода пешехода ЗЕС на путь следования автомобиля «Шкода» располагал технической возможностью путем торможения остановить свое транспортное средство до линии движения пешехода ЗЕС, тем самым предотвратить на него наезд в период преследования последнего (т. 3 л.д. 91-105).

Допрошенные в судебном заседании эксперт в области видео- и звукозаписей ФИО4 и эксперт-автотехник ФИО5 выводы заключения поддержали, пояснили, что факт наезда автомобиля на пешехода был задан следователем.

Эксперт П пояснила, что непосредственно при исследовании ею видеозаписи момент контакта автомобиля с исследуемым лицом виден не был. Согласно видеозаписи транспортное средство останавливается в тот момент, когда исследуемое лицо падает на землю.

Эксперт ФИО5 показал, что не может ответить на вопрос о том, имело ли место касание автомобиля исследуемого лица, так как данный вопрос входит в компетенцию эксперта-видеотехника. Исходя из заданных следователем вопросов, моментом возникновения опасности был определен момент, когда пешеход начал смещаться на полосу движения автомобиля. Когда автомобиль двигался по жилой зоне вслед за пешеходом, последний какой-либо опасности не создавал, так как был в пределах видимости водителя. На основании проведенных расчетов и исследуемого видеоматериала, автомобиль начал торможение и остановился в момент, когда положение тела пешехода резко неестественно изменяется, то есть в момент его падения. Если автомобиль остановился именно в момент падения пешехода, следовательно, водитель среагировал раньше. То есть водитель принял меры к торможению и среагировал раньше.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы у ЗЕС обнаружены: кровоподтек левой щеки, ссадина слизистой левой щеки, шеи, кистей рук, левого бедра, как в отдельности, так и в совокупности, без вреда здоровью, которые причинены тупым твердым предметом. Давность причинения кровоподтека составляет 3-6 суток к моменту проведения обследования, то есть 1 ноября 2023 года. Давность причинения ссадин составляет 2-6 суток к моменту проведения обследования, то есть 1 ноября 2023 года (т. 1 л.д. 49).

Как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы, у ЗЕС обнаружены: следы ссадин левого бедра без вреда здоровью. Причинены они тупым твердым предметом. Давность причинения телесных повреждений составляет до 50 суток к моменту проведения судебно-медицинской экспертизы, то есть 30 ноября 2023 года (т. 1 л.д. 53).

Допрошенная в судебном заседании судебно-медицинский эксперт ФИО6, проводившая указанные экспертизы, показала, что образование телесных повреждений, описанных в заключениях, при однократном падении человека на ровную расстилающуюся поверхность исключается. Кровоподтек левой щеки и ссадины слизистой левой щеки могли образоваться в результате однократного воздействия тупым твердым предметом.

Согласно протоколу осмотра предметов с участием свидетеля СЮН осмотрен DVD-R диск белого цвета №<№> с видеозаписями с регистратора, установленного на служебном автомобиле, и с личного видеорегистратора ФИО1, а также DVD-R диск белого цвета №<№> с идентичными видеозаписями. В ходе осмотра свидетель СЮН показал, что именно Енотов нанес удар ЗЕС ладонью по лицу, когда последний находился на заднем пассажирском сиденье в салоне автомобиля (т. 3 л.д. 158-171).

Согласно протоколу осмотра места происшествия с участием свидетеля СЮН осмотрен участок местности возле дома №<№> по пр. 50 лет Октября г. Саранска. При этом СЮН указал конкретное место, где упал ЗЕС непосредственно перед служебным автомобилем (т. 3 л.д. 75-82).

В ходе выемки у свидетеля СР изъяты журнал учета лиц, доставленных в специальный приемник УМВД России по го Саранск, и журнал оказания медицинской помощи, при осмотре которых установлено, что в журнале учета доставленных имеется запись о доставлении 30 октября 2023 года в 16 часов 20 минут в специальный приемник ЗЕС, где он содержался на основании решения мирового судьи судебного участка №5 Ленинского района г. Саранска Республики Мордовия по ст. 12.7 КоАП РФ. В журнале оказания медицинской помощи имеется запись об установлении у ЗЕС диагноза: ушиб мягких тканей и ссадина на шее, левом бедре (т. 2 л.д. 184-188, т.2 л.д.189-199).

Согласно протоколу осмотра места происшествия при осмотре автомобиля вмятин, царапин и прочих следов деформации в передней части кузова не обнаружено (т.3 л.д.198-205).

В ходе осмотра предметов осмотрен DVD-R диск белого цвета №<№>, на котором имеются видеофайлы с видеозаписями исследуемых событий (т.1 л.д.56-62).

Согласно протоколу осмотра DVD-R диска белого цвета №<№> с видеозаписью с видеорегистратора служебного автомобиля и DVD-R диска белого цвета №<№> с видеозаписью с личного видеорегистратора ФИО1 установлено, что на них имеются идентичные файлы с видеозаписями исследуемых событий с указанием точного времени (т. 3 л.д. 135-148).

Все вышеуказанные видеозаписи просмотрены в ходе судебного заседания. При этом установлено, что в файле с названием <№> содержится запись с видеорегистратора служебного автомобиля с его внешней стороны, на которой запечатлены обстоятельства задержания ЗЕС. Установлено, что в 5 часов 20 минут (время, указанное на регистраторе и отраженное на видеозаписи) служебный автомобиль подъехал к припаркованному на проезжей части автомобилю, из которого через водительскую дверь вышел ЗЕС и сразу начал убегать. Вслед за ЗЕС побежал СЮН, одетый в форменную одежду сотрудника ДПС. Служебный автомобиль под управлением ФИО1, также одетого в форменную одежду, поехал вслед за ними, обогнал СЮН, бегущего справа по обочине, заехал во дворы домов, где бежал ЗЕС. Через 20 секунд после того, как ЗЕС побежал, служебный автомобиль стал догонять его во дворе дома, двигаясь вслед за ним на малой скорости. В следующий момент ЗЕС резко изменил траекторию движения, побежав в левую сторону. Пробежав ровно пять шагов влево, ЗЕС оказался непосредственно перед передней частью автомобиля. В этот момент автомобиль полностью прекратил движение и остановился, а ЗЕС упал на левую сторону. После чего ЗЕС резко поднялся, сделал еще шаг в противоположную сторону от автомобиля, затем снова упал на правую сторону, оперевшись на руки. Сразу после этого ЗЕС поднялся на ноги, переместился в левую от автомобиля сторону и продолжил убегать. Автомобиль вновь продолжил движение, проехав по дворовой территории еще 16 секунд и остановился. Затем автомобиль продолжил движение примерно через две минуты, выехал из двора дома. В 5 часов 24 минуты 40 секунд к автомобилю подошли Енотов и СЮН, которые привели ЗЕС, руки которого были застегнуты в наручники сзади.

В файле с названием <№> содержится видеозапись с видеорегистратора, расположенного в салоне служебного автомобиля, на которой запечатлены обстоятельства задержания ЗЕС. Установлено, что в 5 часов 26 минут ЗЕС посадили на заднее сиденье автомобиля справа. Руки ЗЕС застегнуты в наручники и находятся за его спиной, футболка спущена на плечи. ЗЕС выражается нецензурно, неоднократно просит снять с него наручники, а также дать ему позвонить и решить вопрос, чтобы его отпустили. На просьбу ФИО1 предъявить документы ЗЕС отвечает отказом, не отрицает, что является лицом, лишенным права управления транспортными средствами. СЮН садится на заднее сиденье с левой стороны, звонит по телефону и вызывает подкрепление, после чего в 5 часов 31 минуту выходит из салона автомобиля. К открытой левой двери автомобиля подходит Енотов, ЗЕС в очередной раз требует снять с него наручники. Получив отказ, ЗЕС в нецензурной форме угрожает ФИО1 применением физического насилия, сразу после этого резко перемещается на левую сторону сиденья, высунув обе ноги через дверь наружу, при этом продолжая высказывать оскорбления в адрес ФИО1. В свою очередь Енотов ударяет левой ладонью ЗЕС по правой щеке. В следующий момент ЗЕС, продолжая высказывать угрозы в адрес ФИО1, выходит из автомобиля и, находясь у левой двери автомобиля, несколько раз пытается толкнуть ФИО1 плечом, резко приближаясь к нему. В ходе оскорблений ЗЕС угрожает тем, что наймет адвоката и создаст ему проблемы. Енотов обходит автомобиль сзади, открывает правую заднюю дверь и пытается за футболку усадить ЗЕС обратно в автомобиль, но последний сопротивляется, продолжая оказывать ему сопротивление, отталкивая плечом от себя, и высказывать оскорбления и угрозы в адрес ФИО1. В 5 часов 33 минуты ЗЕС вновь возвращается к задней левой двери автомобиля, где Енотов пытается взять его за руки сзади, чтобы посадить в автомобиль, но ЗЕС сопротивляется, отталкивая его плечом. В 5 часов 35 минут они вдвоем вновь обходят автомобиль сзади и ЗЕС садится в автомобиль через левую заднюю дверь, продолжая требовать снять с него наручники. Енотов садится за руль автомобиля, а СЮН рядом с Енотовым на заднее сиденье с правой стороны, после чего автомобиль начинает движение. Во время движения ЗЕС высказывает претензии ФИО1 по поводу нанесенного им удара по лицу, оскорбляет его и угрожает применением насилия. При этом в 5 часов 39 минут ЗЕС просит ФИО1 ударить его по-братски, говоря, что не будет на него жаловаться. На протяжении всей видеозаписи Енотов просит ЗЕС успокоиться и призывает его исполнять его законные требования.

В файле с названием <№> содержится видеозапись с видеорегистратора служебного автомобиля с его внутренней стороны. Установлено, что на видеозаписи ЗЕС продолжает оскорблять ФИО1, требует снять с него наручники, угрожая повреждением имущества и применением насилия в отношении ФИО1. В 5 часов 40 минут для оказания помощи прибыли другие сотрудники ДПС, в адрес которых ЗЕС также высказывает оскорбления. На протяжении следующих 10 минут ЗЕС продолжает высказывать угрозы применения в адрес ФИО1 в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

В файлах с названием <№> содержится видеозапись с личного видеорегистратора ФИО1, на которой запечатлены те же самые обстоятельства задержания ЗЕС.

При просмотре иных видеофайлов каких-либо противоправных действий в отношении ЗЕС со стороны ФИО1 и иных сотрудников ДПС, а также применения в отношении него физического насилия не усматривается. ЗЕС, напротив, пытался применить физическое насилие в отношении ФИО1, угрожал отомстить ему и членам его семьи.

Согласно приказу Министра внутренних дел по Республике Мордовия от 29.01.2024 №<№> л/с Енотов уволен со службы в органах внутренних дел с 29.01.2024 в связи с совершением проступка, порочащего честь достоинство сотрудника органов внутренних дел (т.3 л.д.7).

Как следует из графика работы инспекторов 2 роты 5 взвода ОСБ ДПС Госавтоинспекции МВД по Республике Мордовия на октябрь 2023 года, утвержденного командиром ОСБ ДПС ГИБДД МВД по Республике Мордовия, Енотов нес службу с 20 часов 00 минут 28 октября 2023 года по 8 часов 00 минут 29 октября 2023 года совместно с инспектором СЮН (т.3 л.д.8).

Оценивая доказательства, представленные стороной обвинения, в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Стороной обвинения в качестве доказательств виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого деяния были представлены вышеприведенные показания потерпевшего ЗЕС.

У судебной коллегии нет оснований не доверять показаниям потерпевшего ЗЕС о том, что телесные повреждения в области бедра были получены им при соприкосновении с автомобилем под управлением ФИО1, а также о том, что Енотов нанес ему удар ладонью в область правой щеки.

В то же время судебная коллегия критически относится к показаниям ЗЕС о том, что Енотов нанес ему второй удар кулаком в область левой щеки, поскольку они не подтверждаются другими доказательствами по делу, а также признает недостоверными его показания в той части, что он не высказывал ФИО1 угрозу применения насилия, поскольку эти его показания прямо опровергаются видеозаписью с видеорегистратора, на которой отчетливо видно и слышно, что и когда говорил ЗЕС.

Показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, являются последовательными в той части, что он не совершал умышленный наезд на ЗЕС, а при нанесении ЗЕС удара ладонью по лицу действовал в соответствии с создавшейся обстановкой и на основании Закона о полиции.

Показания ФИО1 полностью согласуются с показаниями свидетеля СЮН, также принимавшего непосредственное участие в задержании ЗЕС.

При этом расхождения в показаниях ФИО1 относительно того, задел он или не задел ЗЕС бампером, когда применил резкое торможение во время преследования последнего на служебном автомобиле, не свидетельствуют о недостоверности его показаний в той части, что он не совершал умышленный наезд на ЗЕС.

Судебная коллегия признает достоверными показания ФИО1 в указанной части, данные им в ходе предварительного следствия, поскольку они согласуются с показаниями потерпевшего, заключениями судебно-медицинской экспертизы потерпевшего и комплексной автотехнической и криминалистической экспертизы видео- и звукозаписей.

Допрошенные в качестве свидетелей обвинения сотрудники дорожно-патрульной службы ЧДБ и НАВ, прибывшие на место происшествия в качестве подкрепления, пояснили, что задержанный ЗЕС был агрессивно настроен, выражался нецензурно, постоянно дергался, передвигался по салону автомобиля, пытаясь его покинуть, несмотря на то, что был в наручниках. В пути следования автомобиля ЗЕС мешал ФИО1 управлять автомобилем. Также ЗЕС по дороге в отдел полиции, сидя в автомобиле, протащил наручники через ноги таким образом, что его руки оказались впереди. Кроме того, он провоцировал ФИО1 и просил его ударить.

Помимо вышеприведенных показаний потерпевшего ЗЕС и присутствовавших на месте происшествия сотрудников ДПС стороной обвинения в качестве доказательств совершения подсудимым Енотовым преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, представлены показания свидетелей СР, П, ПСН, К, ЗСВ, ИАН.

Между тем всем вышеназванным свидетелям о применении насилия к ЗЕС инспектором дорожно-патрульной службы стало известно лишь со слов самого потерпевшего, данные показания фактически являются производными от показаний ЗЕС, а не самостоятельными достоверными доказательствами по делу.

Из показаний СР, ПСН и К следует лишь то, что со слов ЗЕС им стало известно о применении в отношении него насилия сотрудниками дорожно-патрульной службы. Свидетель П описал обнаруженные у ЗЕС при осмотре телесные повреждения. Об обстоятельствах применения насилия, а также о том, кем именно в отношении потерпевшего было применено насилие и в чем оно выражалось, свидетели в своих показаниях не указывают.

Свидетель ЗСВ, кроме того, является близким родственником потерпевшего ЗЕС, в связи с чем его показания нельзя признать объективными и достоверными.

Свидетелю ИАН известно лишь то, что ЗЕС управлял его автомобилем без его ведома в состоянии алкогольного опьянения.

Следовательно, сами по себе показания всех вышеуказанных свидетелей (СР, П, ПСН, К, ЗСВ, ИАН) достоверно не подтверждают вину ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления.

Допрошенным в качестве свидетелей ГПГ, НСК и ММА также об обстоятельствах дела известно только из объяснений ЗЕС, полученных при производства отдельных процессуальных действий в ходе проверки по заявлению ЗЕС (ГПГ и НСК) и по уголовному делу в отношении ЗЕС, возбужденному по ч. 1 ст. 166 УК РФ.

Свидетель ШАВ пояснил, что перед водворением в камеру для административно задержанных в связи с совершением административного правонарушения ЗЕС каких-либо жалоб и претензий не предъявлял. Видимых телесных повреждений на нем не было.

Свидетели МИА, СМВ в показаниях подтвердили свое участие в качестве понятых при осмотре оптических дисков, содержащих видеозаписи, а также изложенное в протоколе осмотра содержание видеозаписей.

Свидетель КСВ пояснил, что никаких следов повреждения служебный автомобиль, на котором был совершен наезд на ЗЕС, не имел.

В показаниях свидетели из числа сотрудников ОСБ БАК, К, КАА, ИВА излагают отдельные положения нормативно-правовых актов, регламентирующих деятельность сотрудников ДПС при задержании правонарушителей, воспроизводят содержание видеозаписи с видеорегистратора.

Допрошенный в качестве специалиста ФИО3 предложил свое толкование Закона о полиции без анализа конкретной обстановки, в которой происходило задержание ЗЕС, и которая подлежит обязательному учету при оценке правомерности действий сотрудника полиции.

Оценивая показания специалиста ФИО3, судебная коллегия отмечает, что им давались ответы на конкретные вопросы следователя, а именно, допустимо ли осуществление наезда служебным транспортным средством на гражданина для его принудительной остановки, является ли служебный автомобиль специальным средством. При этом часть вопросов, связанных с превышением должностных полномочий, выходит за пределы компетенции специалиста, поскольку такие вопросы могут разрешаться только судом.

Отвечая на вопрос, правомерны ли действия сотрудника, осуществляющего преследование ЗЕС на служебном автомобиле дорожно-патрульной службы, специалист ФИО3 пояснил, что однозначно ответить не может, поскольку ему не известен умысел сотрудника полиции и обстоятельства произошедших событий.

На вопрос о том, правомерны ли действия сотрудника, наносящего удар рукой по лицу ЗЕС, специалист ответил, что удар рукой в лицо гражданину, на которого одеты наручники, Приказом МВД России от 01.07.2017 №450, который закреплял перечень приемов борьбы, применяемых сотрудниками полиции, в качестве приема не предусмотрен. При этом, если сотрудники полиции доставляли ЗЕС в отделение полиции, а последний оказывал сопротивление, то основания для применения в отношении него физической силы, предусмотренные ст. 20 Закона о полиции, имелись.

Таким образом, показания указанных лиц (ШАВ, МИА, СМВ, КСВ, БАК, К, КАА, ИВА, ФИО3) не являются доказательствами виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого деяния.

Выводы комплексной автотехнической и криминалистической экспертизы видео- и звукозаписей о том, что скорость служебного транспортного средства марки «Шкода» перед наездом на ЗЕС составляла не менее 14 км/час и не более 16 км/час (т. 3 л.д. 91-105), в совокупности с показаниями эксперта ФИО5 о том, что автомобиль под управлением ФИО1 остановился непосредственно в момент падения пешехода, что свидетельствует о том, что водитель среагировал раньше, то есть принял меры для торможения автомобиля, по мнению судебной коллегии, не подтверждают, а, напротив, опровергают версию органа следствия о совершении Енотовым умышленного наезда на ЗЕС.

В соответствии с разд. 3 Распоряжения Росавтодора от 12.05.2015 N 853-р (ред. от 31.01.2017) «Об издании и применении ОДМ 218.6.015-2015 «Рекомендации по учету и анализу дорожно-транспортных происшествий на автомобильных дорогах Российской Федерации» отнесение происшествий к определенному виду производится в соответствии с перечнем видов ДТП и их определением, ранее установленным Инструкцией по учету ДТП в органах внутренних дел, утвержденной приказом МВД России от 18.06.1996 N 328.

Согласно указанной Инструкции наезд на пешехода - происшествие, при котором транспортное средство наехало на человека или он сам натолкнулся на движущееся транспортное средство.

Таким образом, заданное следователем в постановлении о назначении экспертизы и используемое экспертами условие - наезд также не свидетельствует о его умышленном характере.

При этом оснований для назначения дополнительной комплексной автотехнической и криминалистической экспертизы видео- и звукозаписей у суда с учетом разъяснения выводов экспертизы экспертами ФИО4 и ФИО5 не имелось.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что приведенными выше заключениями судебно-медицинской экспертизы установлен лишь факт наличия у ЗЕС телесных повреждений, сами по себе данные экспертные заключения не подтверждают, что они образовались в результате действий ФИО1 при обстоятельствах, приведенных в обвинительном заключении (т.1 л.д.49, т.1 л.д.53).

Выводы медико-криминалистической ситуационной экспертизы, которые не исключили возможность образования кровоподтека на левой щеке, ссадины на слизистой левой щеки, ссадин на задней поверхности верхней трети левого бедра у ЗЕС при обстоятельствах, изложенных самим ЗЕС в ходе проведения следственного эксперимента, не подтверждают вину ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления, поскольку они основаны лишь на соответствующих показаниях потерпевшего, данных им при проведении следственного эксперимента.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами апелляционного представления о том, что изъятые и осмотренные видеозаписи с видеорегистраторов, на которых запечатлены обстоятельства задержания и доставления ЗЕС в отдел полиции, свидетельствуют об отсутствии реально существующей непосредственной угрозы здоровью ФИО1 и попыток ЗЕС совершить побег.

Напротив, содержание указанных видеозаписей, просмотренных в судебном заседании, подтверждает показания оправданного о том, что, находясь в салоне служебного автомобиля, ЗЕС продолжал вести себя агрессивно, выражался в его адрес нецензурно, высказывал угрозу применением насилия в отношении ФИО1, одновременно с этим пытаясь покинуть салон автомобиля, переместившись с правой стороны сиденья на левую и выставив из автомобиля ноги. Тогда им было принято решение о применении в отношении ЗЕС физической силы, в связи с чем он нанес ему расслабляющий удар ладонью по лицу с целью пресечения его противоправных действий и удержания его в салоне автомобиля. В случае непринятия указанных мер или какого-либо промедления ЗЕС мог ударить его ногой, головой, несмотря на то, что его руки были застегнуты в наручники.

Таким образом, приведенные доказательства подтверждают доводы оправданного о том, что при применении к потерпевшему физической силы он действовал с учетом создавшейся обстановки и предполагаемых характера и степени опасности действий лица, в отношении которого применялась физическая сила.

Судебная коллегия не относит к числу доказательств по делу показания специалиста ФИО7 по результатам психофизиологического исследования в отношении ФИО1 и СЮН с использованием полиграфа, поскольку данные исследования являются результатом опросов обвиняемого и свидетеля с регистрацией психофизиологических реакций на поставленные им вопросы, выводы проведенных исследований носят вероятностный и предположительный характер, они фактически сводятся к оценке показаний обвиняемого и свидетеля с точки зрения их достоверности, что входит в полномочия суда. В связи с этим указанные заключения специалиста не могут быть признаны допустимыми и достоверными доказательствами по делу.

Судебная коллегия также не признает допустимым доказательством показания специалиста Саакяна об отсутствии контакта патрульного автомобиля под управлением ФИО1 с потерпевшим ЗЕС и падении последнего в результате попадания в яму.

Как следует из ст. ст. 58 и 74 УПК РФ, мнение специалиста по вопросам, по которым в деле имеется заключение экспертов, может быть использовано сторонами для обоснования проведения тех или иных следственных действий, истребования документов и назначения дополнительной или повторной судебных экспертиз.

Правом давать заключение по вопросам, отнесенным к компетенции экспертов, специалисты не наделены, равно как не обладают правом давать оценку заключению эксперта.

В оспариваемых выводах экспертов отсутствуют противоречия, требующие устранения путем проведения повторной или дополнительной экспертиз, а также привлечения к участию в деле специалистов.

С учетом изложенного выводы специалиста не ставят под сомнение обоснованность выводов экспертов ФИО4 и ФИО5, компетенция которых и достоверность сообщенных ими сведений сомнений не вызывают.

В соответствии с п.п. 1 и 2 ч.1 ст.73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы.

Согласно ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

В соответствии с ч. 3 ст. 14 УПК РФ подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого.

С учетом изложенного, принимая во внимание доводы апелляционного представления, судебная коллегия приходит к выводу, что представленными сторонами доказательствами по делу объективно установлено следующее.

Приказом Министра внутренних дел по Республике Мордовия от 18 января 2019 года №<№> л/с Енотов с 18 января 2019 года назначен на должность инспектора дорожно-патрульной службы 5 взвода 2 роты отдельного специализированного батальона дорожно-патрульной службы Государственной инспекции безопасности дорожного движения МВД по Республике Мордовия.

В соответствии с п. 6,7, 9.1, 9.19, 10 должностного регламента инспектора ДПС ОСБ ДПС ГИБДД МВД по Республике Мордовия, утвержденного 29 декабря 2022 года командиром ОСБ ДПС ГИБДД МВД по Республике Мордовия, Енотов имеет право пользоваться правами сотрудников полиции, предусмотренными Законом о службе в органах внутренних дел РФ, Законом о полиции, Положением об ОСБ ДПС, в пределах, необходимых для выполнения служебных обязанностей.

Согласно графику работы инспекторов 2 роты 5 взвода ДПС ОСБ ДПС ГИБДД МВД по Республике Мордовия на октябрь 2023 года, утвержденному командиром ОСБ ДПС ГИБДД МВД по Республике Мордовия, сотрудник полиции Енотов нес службу с 20 часов 00 минут 28 октября 2023 года по 8 часов 00 минут 29 октября 2023 года, то есть находился при исполнении должностных обязанностей и нес службу в составе экипажа совместно со старшим инспектором ДПС ОСБ ДПС ГИБДД МВД по Республике Мордовия СЮН, передвигаясь на служебном автомобиле марки «Шкода-Октавия», государственный регистрационный знак <№>, имеющем специальную цветовую окраску и оборудованном проблесковыми маячками синего и красного цветов и специальным звуковым сигналом. При этом они оба находились в специальном форменном обмундировании, осуществляя функции по обеспечению безопасности дорожного движения.

В силу ч. ч. 1 и 2 ст. 27.12.1 КоАП РФ лица, совершившие административные правонарушения (за исключением лиц, указанных в ч. ч. 1 и 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ), в отношении которых имеются достаточные основания полагать, что они находятся в состоянии опьянения, подлежат направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Доставление таких лиц на медицинское освидетельствование, исходя из п. 14 ч. 1 ст. 13 Закона о полиции, осуществляется сотрудниками полиции.

Согласно ч. 2 ст. 27.2 КоАП РФ доставление должно быть осуществлено в возможно короткий срок.

В соответствии с п. п. 2 и 11 ч. 1 ст. 12 Закона о полиции сотрудники полиции обязаны пресекать противоправные деяния, документировать обстоятельства совершения административного правонарушения, обстоятельства происшествия, обеспечивать сохранность следов административного правонарушения; выявлять и пресекать административные правонарушения и осуществлять производство по делам об административных правонарушениях, отнесенных законодательством об административных правонарушениях к подведомственности полиции.

Положения п. 1 ч. 1 ст. 13 Закона о полиции предоставляют сотрудникам полиции право требовать от граждан и должностных лиц прекращения противоправных действий.

Согласно ч. ч. 1, 2 ст. 20 Закона о полиции сотрудник полиции имеет право лично или в составе подразделения (группы) применять физическую силу, в том числе боевые приемы борьбы, если несиловые способы не обеспечивают выполнения возложенных на полицию обязанностей, в следующих случаях:

для пресечения преступлений и административных правонарушений;

для доставления в служебное помещение территориального органа или подразделения полиции, в помещение муниципального органа, в иное служебное помещение лиц, совершивших преступления и административные правонарушения, и задержания этих лиц;

для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции.

Сотрудник полиции имеет право применять физическую силу во всех случаях, когда настоящим Федеральным законом разрешено применение специальных средств или огнестрельного оружия.

В свою очередь согласно ч. 1 ст. 21 Закона о полиции сотрудник полиции имеет право лично или в составе подразделения (группы) применять специальные средства в том числе в следующих случаях:

1) для отражения нападения на гражданина или сотрудника полиции;

2) для пресечения преступления или административного правонарушения;

3) для пресечения сопротивления, оказываемого сотруднику полиции;

4) для задержания лица, застигнутого при совершении преступления и пытающегося скрыться;

5) для задержания лица, если это лицо может оказать вооруженное сопротивление;

6) для доставления в полицию, конвоирования и охраны задержанных лиц, лиц, заключенных под стражу, лиц, осужденных к лишению свободы, лиц, подвергнутых административному наказанию в виде административного ареста, а также в целях пресечения попытки побега, в случае оказания лицом сопротивления сотруднику полиции, причинения вреда окружающим или себе.

В силу ч. 3 ст. 30 Закона о полиции законные требования сотрудника полиции обязательны к исполнению,

В ходе патрулирования примерно в 4 часа 40 минут 29 октября 2023 года Енотов и СЮН проезжали по автодороге по пр. 50 лет Октября г. Саранска, где заметили автомобиль марки «Лада-Калина», государственный регистрационный знак <№>, которым управлял ЗЕС, будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. С целью проверки водителя на состояние опьянения они решили проследовать вслед за ним по проспекту в сторону дома №<№>, где остановились неподалеку от автомобиля, из которого вышел ЗЕС. Заметив подходящего к нему сотрудника дорожно-патрульной службы СЮН, который был в специальном форменном обмундировании, ЗЕС с целью избежания ответственности за управление автомобилем в состоянии опьянения, решил скрыться с места происшествия и убежал от СЮН. В этой связи Енотов, находясь за рулем служебного автомобиля, принял решение последовать за ЗЕС на служебном автомобиле. Зная, что его догоняет сотрудник дорожно-патрульной службы и автомобиль, имеющий специальную цветовую окраску и оборудованный проблесковыми маячками, ЗЕС продолжил скрываться и с этой целью забежал во двор за домом №<№>.

В ходе преследования ЗЕС, двигаясь со скоростью 14-16 км/час, проезжая за домом №<№> по пр. 50 лет Октября, примерно в 5 часов 21 минуту, по направлению движения ЗЕС, в момент, когда ЗЕС, резко изменив траекторию движения, пробегал перед служебным автомобилем, Енотов применил торможение, но по неосторожности совершил наезд на ЗЕС, задев его левой передней частью служебного автомобиля, в результате чего последний получил ссадину левого бедра без вреда здоровью, упал на вытянутые вперед руки, после чего сразу поднялся и продолжил убегать от преследования. В последующем ЗЕС был настигнут Енотовым в пешем порядке, в отношении него были применены средства ограничения подвижности - наручники, и он был помещен в салон указанного служебного автомобиля.

Находясь на заднем сиденье служебного автомобиля, ЗЕС требовал снять с него наручники, высказывал слова нецензурной брани, на требования ФИО1 предъявить документы ответил отказом.

После того, как СЮН вызвал подкрепление и покинул салон автомобиля, а Енотов подошел к открытой задней левой двери автомобиля с целью удержания ЗЕС в салоне автомобиля, ЗЕС продолжал требовать снять с него наручники и высказывать в адрес ФИО1, находившегося при исполнении своих должностных обязанностей, слова нецензурной брани.

При этом на обязательные к исполнению законные требования ФИО1 прекратить противоправные действия ЗЕС не реагировал.

Получив отказ ФИО1 снять с него наручники, ЗЕС в нецензурной форме высказал угрозу применения насилия в адрес ФИО1, после чего резко переместился в сторону открытой задней двери и выставил из автомобиля наружу обе ноги, продолжая выражаться нецензурно.

Опасаясь реализации высказанной ЗЕС угрозы применения насилия, отражая предполагаемые нападение и попытку побега, а также выполняя возложенные на полицию обязанности, а именно пресечение противоправных действий ЗЕС, доставление ЗЕС в территориальный отдел полиции, преодоление противодействия законным требованиям сотрудника полиции, учитывая, что несиловые способы не обеспечивали выполнение указанных обязанностей, Енотов нанес ЗЕС ладонью левой руки один удар в область правой щеки, от чего ЗЕС испытал физическую боль.

Продолжая высказывать в адрес ФИО1 слова нецензурной брани и угрозы применения насилия, ЗЕС вышел из автомобиля и, находясь в непосредственной близости от ФИО1, попытался применить в отношении него физическое насилие и толкнул его плечом в грудь.

В дальнейшем ЗЕС был помещен Енотовым в салон указанного служебного автомобиля, а затем доставлен Енотовым, СЮН и прибывшим для подкрепления экипажем в составе НАВ и ЧДБ в отдел полиции для установления его личности и производства по делу об административном правонарушении.

Вступившим в законную силу приговором Ленинского районного суда г. Саранска от 23 января 2024 года ЗЕС осужден по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ за управление автомобилем в состоянии опьянения, являясь лицом, имеющим судимость за совершение в состоянии опьянения преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ. Как установлено указанным приговором, противоправные действия ЗЕС, управлявшего автомобилем в состоянии опьянения, 29 октября 2023 года были прекращены остановившим его нарядом ДПС в составе сотрудников полиции ФИО1 и СЮН.

Установленные фактические обстоятельства дела не свидетельствуют о наличии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

Согласно положениям ст. 38 УК РФ не является преступлением причинение вреда лицу, совершившему преступление, при его задержании для доставления органам власти и пресечения возможности совершения им новых преступлений, если иными средствами задержать такое лицо не представлялось возможным и при этом не было допущено превышение необходимых для этого мер.

Превышением мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступления, признается их явное несоответствие характеру и степени общественной опасности совершенного задерживаемым лицом преступления и обстоятельствам задержания, когда лицу без необходимости причиняется явно чрезмерный, не вызываемый обстановкой вред. Но и такое превышение влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения вреда.

По смыслу закона, при разрешении вопроса о правомерности причинения вреда в ходе задержания лица, совершившего преступление, необходимо выяснять обстоятельства, свидетельствующие о невозможности иными средствами задержать такое лицо.

Согласно п. 9 ст. 18 Закона о полиции сотрудник полиции не несет ответственность за вред, причиненный гражданам и организациям при применении физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия, если применение физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия осуществлялось по основаниям и в порядке, которые установлены федеральными конституционными законами, настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами.

Порядок применения сотрудником полиции физической силы установлен ст. 19 Закона о полиции, ч. 2 которой предоставляет сотруднику полиции право не предупреждать о своем намерении применить физическую силу, если промедление в их применении создает непосредственную угрозу жизни и здоровью гражданина или сотрудника полиции либо может повлечь иные тяжкие последствия.

В соответствии с ч. 3 ст. 19 Закона о полиции сотрудник полиции при применении физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия действует с учетом создавшейся обстановки, характера и степени опасности действий лиц, в отношении которых применяются физическая сила, специальные средства или огнестрельное оружие, характера и силы оказываемого ими сопротивления. При этом сотрудник полиции обязан стремиться к минимизации любого ущерба.

Исходя из вышеприведенных законоположений, сотрудник полиции вправе применить силу не только в случае оказания сопротивления, на отсутствии которого со стороны потерпевшего настаивает сторона обвинения, но и при невыполнении законных требований сотрудника полиции.

Обстановка, в которой происходило задержание ЗЕС, давала ФИО1 и СЮН все основания полагать, что данное лицо причастно к совершению административного правонарушения или преступления. В частности, Енотов и СЮН видели, как ЗЕС вышел из ночного клуба и сел за руль автомобиля, а заметив подходящего к нему сотрудника ДПС СЮН в специальном форменном обмундировании, скрылся с места происшествия. Попытавшийся бежать за ним СЮН не смог его догнать, в связи с чем Енотов принял решение последовать за ЗЕС на служебном автомобиле. Зная, что его продолжает догонять сотрудник ДПС и автомобиль, имеющий специальную цветовую окраску и оборудованный проблесковыми маячками, ЗЕС продолжил скрываться, забежав во двор.

Таким образом, преследуя ЗЕС, который скрылся с места происшествия, на служебном автомобиле, Енотов использовал его не в качестве специального средства для совершения умышленного наезда на ЗЕС, а с целью выполнения возложенных на полицию задач, а именно пресечения противоправного деяния, документирования обстоятельств совершения административного правонарушения, обеспечения сохранности следов административного правонарушения, доставления ЗЕС для медицинского освидетельствования.

При этом установленные судом обстоятельства свидетельствуют о невозможности иными средствами задержать такое лицо.

В частности, догнать ЗЕС, который, убегая, сбросил с себя верхнюю одежду, исчез из поля зрения догоняющего его СЮН, скрывшись во дворе, в пешем порядке не представилось возможным. На требования сотрудников ДПС остановиться ЗЕС также не реагировал.

Об отсутствии у ФИО1 умысла на совершение наезда на ЗЕС помимо приведенных обстоятельств свидетельствует также скорость, с которой двигался Енотов (14-16 км/час), и его последующие действия. В частности, после того, как ЗЕС резко изменил траекторию движения и бросился наперерез автомобилю, и эти действия ЗЕС были неожиданными для ФИО1, последний принял меры к экстренному торможению. Приземлившийся на руки ЗЕС поднялся и продолжил бежать. Данные обстоятельства подтверждаются помимо показаний ФИО1 и ЗЕС заключением комплексной автотехнической и криминалистической экспертизы видео- и звукозаписей от 27 марта 2024 года и показаниями эксперта ФИО5 о том, что водитель ФИО1 заблаговременно, до падения ЗЕС, принял меры к остановке транспортного средства.

После этого Енотов продолжил догонять ЗЕС и настиг его уже без применения транспортного средства.

Таким образом, обвинение в части совершения Енотовым умышленного наезда на ЗЕС не нашло своего подтверждения.

Совершение же наезда по неосторожности не образует состав преступления, предусмотренный п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, поскольку по смыслу закона ответственность за превышение должностных полномочий наступает только в случае совершения должностным лицом активных действий, явно выходящих за пределы его полномочий, которые повлекли существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, если при этом должностное лицо осознавало, что действует за пределами возложенных на него полномочий.

При этом в случаях, когда деяние, содержащее признаки превышения должностных полномочий ст. 286 УК РФ, совершено должностным лицом для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности, охраняемым законом интересам общества или государства, и эта опасность не могла быть устранена иными средствами, то такое деяние не может быть признано преступным при условии, что не было допущено превышения пределов крайней необходимости.

Доводы оправданного о том, что, применяя к потерпевшему физическую силу в виде нанесения удара ладонью по щеке, он полагал, что существует непосредственная угроза его жизни и здоровью, действовал с учетом создавшейся обстановки, в том числе с учетом обоснованно предполагаемых характера и степени опасности действий лица, в отношении которого применялась физическая сила, исходя из того, что ЗЕС готовится покинуть патрульный автомобиль и применить физическое насилие, объективно подтверждаются содержанием видеозаписи с видеорегистраторов.

О наличии у ФИО1 оснований реально опасаться осуществления такой угрозы свидетельствуют следующие обстоятельства.

Как установлено судом, несмотря на применение средств ограничения подвижности – наручников и помещения в салон служебного автомобиля, ЗЕС продолжил оказывать противодействие законным требованиям сотрудникам ДПС, проявлять агрессию, выражаться в их адрес в грубой нецензурной форме, перемещался по салону автомобиля в сторону двери, пытаясь его покинуть, выставив наружу ноги, на требования ФИО1 прекратить противоправные действия выражался нецензурно и угрожал применением в отношении него насилия.

Сразу после нанесения ему Енотовым удара ладонью по щеке ЗЕС беспрепятственно вышел из автомобиля и толкнул ФИО1 плечом, а в пути следования в отдел полиции он, находясь в наручниках в положении руки сзади, перетащил наручники через ноги вперед таким образом, что его руки оказались впереди, и продолжать мешать ФИО1 управлять автомобилем. Данные обстоятельства не отрицаются и потерпевшим ЗЕС.

Таким образом, исследованными доказательствами достоверно установлено, что ЗЕС, даже находясь в наручниках, использовал все доступные ему способы противоправного физического воздействия на сотрудника полиции, оказывал противодействие законным требованиям ФИО1, что давало ему в соответствии со ст. 20 Закона о полиции право на применение физической силы в целях пресечения противоправных действий ЗЕС, отражения нападения на него, пресечения попытки побега, доставления его в специальное помещение органа внутренних дел.

С учетом изложенного доводы апелляционного представления о том, что ЗЕС не представлял опасности, поскольку в отношении него были применены средства ограничения подвижности – наручники, а руки находились сзади, являются несостоятельными.

В такой обстановке сотрудник дорожно-патрульной службы имел право применять физическую силу, поскольку несиловые способы не обеспечивали выполнения возложенных на полицию обязанностей.

Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о том, что применение Енотовым физической силы в отношении ЗЕС не соответствовало характеру и степени общественной опасности совершаемых ЗЕС действий и явилось чрезмерным, судом не установлено. Действия ФИО1 вытекали из создавшейся обстановки, не имели цели безосновательного применения насилия в отношении него и вреда здоровью ЗЕС не причинили.

Напротив, характер действий ФИО1 (нанесение одного удара ладонью по щеке, не повлекшее вреда здоровью), свидетельствует о том, что они в создавшейся обстановке были направлены на минимизацию ущерба, как того требует ст. 19 Закона о полиции, а промедление в применении к ЗЕС физической силы с учетом поведения последнего создавало непосредственную угрозу здоровью сотрудника полиции, о чем свидетельствовали предшествовавшее и последующее поведение ЗЕС.

Довод апелляционного представления о нанесении удара ЗЕС из личных неприязненных отношений между оправданным и потерпевшим противоречит установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам, исходя из которых действия ФИО1 были обусловлены не личными взаимоотношениями с потерпевшим, а исключительно выполнением возложенных на полицию обязанностей.

С учетом изложенного судебная коллегия признает действия ФИО1 в части нанесения им удара ладонью в область правой щеки ЗЕС правомерными.

Обвинение ФИО1 в части причинения им второго удара кулаком в область левой щеки ЗЕС своего подтверждения не нашло.

Если показания потерпевшего ЗЕС, свидетеля СЮН и оправданного ФИО1, непосредственных участников задержания ЗЕС, фактически не содержат противоречий относительно того, что Енотов совершил наезд на ЗЕС по неосторожности, а, когда ЗЕС находился в салоне служебного автомобиля, Енотов ударил его ладонью по щеке, то показания ЗЕС о нанесения ему Енотовым второго удара кулаком по щеке ничем не подтверждаются.

Данное обстоятельства последовательно отрицали как Енотов, так и свидетель СЮН, оно объективно опровергается и записью с видеорегистратора, на котором зафиксирован момент нахождения ЗЕС и ФИО1 около автомобиля тогда, когда по версии органа предварительного следствия Енотовым был нанесен второй удар. Однако просмотр видеозаписи показал, что такой удар ЗЕС не наносился, поведение и слова ЗЕС также не указывают на нанесение ему такого удара.

Вопреки доводам апелляционного представления показания свидетелей СР, П, ПСН и К не содержат сведений о количестве нанесенных ЗЕС ударов и нанесении Енотовым удара кулаком по лицу ЗЕС.

Заключениями судебно-медицинской экспертизы установлен лишь факт наличия у ЗЕС телесных повреждений в области левой щеки, однако при каких обстоятельствах и когда они были получены потерпевшим, не установлено. Давность образования телесных повреждений не исключает их образование в срок до 29 октября 2023 года. Кроме того, ЗЕС, убегая от преследования, неоднократно падал, находясь при этом в состоянии алкогольного опьянения.

Выводы медико-криминалистической ситуационной экспертизы, которые не исключили возможность образования кровоподтека на левой щеке, ссадины на слизистой левой щеки у ЗЕС при обстоятельствах, изложенных самим ЗЕС в ходе проведения следственного эксперимента, основаны лишь на соответствующих показаниях потерпевшего, данных им при проведении следственного эксперимента.

Иных доказательств нанесения второго удара стороной обвинения не представлено. Не может являться таким доказательством и звук, запечатленный на видеозаписи, якобы «похожий на шлепок», о чем указывает государственный обвинитель в апелляционном представлении, поскольку источник звука исследованными в судебном заседании доказательствами не установлен.

В силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельных его составляющих (формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и т.д.), толкуются в пользу подсудимого (абз. 2 п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года №55 «О судебном приговоре»).

С учетом изложенного, принимая во внимание выводы судебной коллегии о том, что наезд был совершен Енотовым в условиях задержания ЗЕС по неосторожности и не образует активных действий, явно выходящих за пределы должностных полномочий, физическая сила была применена Енотовым в отношении ЗЕС правомерно, его действия не образуют состав превышения должностных полномочий.

Кроме того, состав указанного преступления является материальным и в качестве обязательного признака предусматривает наступление общественно опасных последствий в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества и государства.

При оценке существенности вреда необходимо учитывать степень отрицательного влияния противоправного деяния на нормальную работу организации, характер и размер понесенного ею материального ущерба, число потерпевших граждан, тяжесть причиненного им физического, морального или имущественного вреда и т.п. (абз. 2 п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года №19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий»).

Между тем установлено, что принятые Енотовым меры по задержанию ЗЕС, ранее дважды судимого по ст. 264.1 УК РФ, вновь совершившего преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, позволили обеспечить безопасность дорожного движения и пресечь дальнейшие противоправные действия нарушителя, при этом причиненный данному лицу при задержании вред в сложившейся обстановке являлся минимальным.

При таких обстоятельствах действия ФИО1 не могли подорвать авторитет и дискредитировать полицию как систему государственных органов исполнительной власти, призванных защищать жизнь, здоровье, права и свободы граждан, собственность, интересы общества и государства от преступных и иных противоправных посягательств.

Таким образом, обязательный признак преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, в виде существенного нарушения охраняемых законом интересов общества и государства, своего подтверждения не нашел.

С учетом изложенного судебная коллегия полагает, что Енотов подлежит оправданию по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть за отсутствием в его действиях состава преступления.

В соответствии с положениями гл. 18 УПК РФ за Енотовым следует признать право на реабилитацию.

В связи с оправданием ФИО1 избранная в отношении него мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подлежит отмене.

Судьбу вещественных доказательств судебная коллегия разрешает в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28-389.30, 302, 305-306, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

приговорила:

Приговор Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 24 декабря 2024 года в отношении ФИО1 отменить и вынести оправдательный приговор.

Апелляционное представление государственного обвинителя Неяскина С.С. удовлетворить частично.

ФИО1 по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, признать невиновным и оправдать на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 и п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Признать за ФИО1 право на реабилитацию, разъяснить ему, что возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, производится в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.

Вещественные доказательства: DVD-R диск белого цвета №<№> с видеозаписью, DVD-R диск белого цвета №<№> с видеозаписью хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения уголовного дела; футболку потерпевшего ЗЕС возвратить потерпевшему ЗЕС; журнал учета доставленных в специальный приемник УМВД России по го Саранск, журнал оказания медицинской помощи, переданные под сохранную расписку свидетелю СР, оставить в специальном приемнике УМВД России по го Саранск, сняв ограничения, связанные с их хранением по уголовному делу.

Апелляционный приговор может быть обжалован в Судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного приговора.

В случае пропуска указанного срока кассационная жалоба может быть подана непосредственно в суд кассационной инстанции.

Оправданный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи