Апелляционное постановление № 22К-1058/2025 от 2 июля 2025 г. по делу № 3/2-153/2025

Судья Ламченкова Г.В. Материал №22к-1058/2025

Материал №3/2-153/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

3 июля 2025 года г.Смоленск

Смоленский областной суд в составе:

председательствующего судьи Бондаревич О.А.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Смоленской области Ковалевой К.А.,

обвиняемого И. и адвоката Гопеева Е.В.,

при помощнике судьи Моисеенковой Л.И.,

рассмотрел в открытом судебном заседании, с использованием видео-конференц-связи, материал по апелляционной жалобе адвоката Гопеева Е.В. на постановление Ленинского районного суда г.Смоленска от 23 июня 2025 года, которым

И., , гражданину РФ, обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.187 /8 преступлений/ УК РФ, -

продлен срок содержания под стражей на 2 месяца, а всего до 7 месяцев, то есть до 28 августа 2025 года.

У С Т А Н О В И Л:

Следователь по особо важным делам СЧ по ропд СУ УМВД России по Смоленской области ФИО1 обратился в суд с постановлением, согласованным с руководителем следственного органа – заместителем начальника УМВД России по Смоленской области – начальником СУ ФИО2, о возбуждении перед судом ходатайства о продлении обвиняемому И. срока содержания под стражей на 2 месяца, а всего до 7 месяцев, то есть до 27 августа 2025 года.

Суд удовлетворил ходатайство следователя, поскольку по уголовному делу еще не выполнены необходимые следственные и процессуальные действия, направленные на окончание предварительного расследования, а обстоятельства, послужившие основанием для избрания И. меры пресечения в виде заключения под стражу, до настоящего времени не отпали и не изменились, иных обстоятельств, которые бы свидетельствовали о возможности применения к нему более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражей, не представлено.

В апелляционной жалобе адвокат Гопеев Е.В. с постановлением суда не согласен, считает, что оно не отвечает требованиям ст.7 УПК РФ, поскольку не содержит в себе мотивировки, а также правового обоснования выводов о необходимости продления И.. меры пресечения в виде заключения под стражу. Раскрывая содержание п.2, 21, 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», отмечает, что ходатайство следователя и постановление суда не содержат в себе указания на конкретные обстоятельства, свидетельствующие об обоснованности подозрения И.. в причастности к совершению преступлений, суд формально сослался на их наличие, поскольку следователем представлены титульные листы протоколов допроса свидетелей, которые не соответствуют положениям ст.166 УПК РФ и из них невозможно установить причастность его подзащитного к совершению инкриминируемых преступлений. Кроме того, платежные поручения, которые были незаконно изготовлены, в материалах отсутствуют. Суд не только не дал оценки и не осуществил проверку обоснованности подозрения И. в причастности к инкриминируемым деяниям, но и уклонился от оценки доказательств, представленных стороной защиты, а именно протокола очной ставки между свидетелем И. и В.., а также опроса И.., что является основанием для отмены постановления суда, который мог и должен был это сделать, не давая оценки виновности И.. Кроме того, сторона защиты обращала внимание суда, что организация предварительного расследования неэффективна, согласно представленным протоколам, допросы свидетелей осуществлялись в период с февраля по март 2025 года, то есть в период предыдущего продления его подзащитному срока содержания под стражей 20 марта 2025 года на 3 месяца. При этом следователь не мотивировал, какие у него имелись препятствия для проведения очных ставок между свидетелями, чьи показания имелись у него в распоряжении с февраля 2025 года, чему судом также не было дано оценки. Обращает внимание, что ранее И. срок содержания под стражей продлевался до 27 июня 2025 года, а настоящим постановлением продлен на 2 месяца, то есть до 28 августа 2025 года, то есть судом неверно указана дата окончания двухмесячного срока продления меры пресечения в виде заключения под стражу, а мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, либо домашний арест в постановлении свелись к формальному указанию суда на отсутствие оснований для избрания более мягкой меры пресечения. Считает, что И. может быть освобожден из-под стражи без ущерба интересов следствия, а добросовестность его поведения может быть обеспечена более мягкой мерой пресечения. Просит постановление отменить, в удовлетворении ходатайства следователя – отказать.

Проверив представленные материалы, заслушав мнение обвиняемого И.., адвоката Гопеева Е.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, позицию прокурора Ковалевой К.А., полагавшей постановление суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Из материалов дела усматривается, что 27 января 2025 года СУ УМВД России по Смоленской области возбуждено уголовное дело * * * по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.187 УК РФ, в отношении И..

28 января 2025 года уголовное дело * * * соединено в одно производство с уголовными делами * * *, * * *, * * *, возбужденными 28 января 2025 года в отношении И.. по ч.1 ст.187 УК РФ, с присвоением соединенному * * *, для организации которых создана следственная группа.

27 января 2025 года И. задержан в 23 часов 05 минут на основании п.2 ч.1 ст.91 УПК РФ, по подозрению в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.187 УК РФ.

29 января 2025 года постановлением Ленинского районного суда г.Смоленска И. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть до 27 марта 2025 года, которая продлена 20 марта 2025 года тем же судом на 3 месяца, а всего до 5 месяцев, то есть до 27 июня 2025 года.

22 мая 2025 года уголовное дело * * * соединено в одно производство с уголовными делами * * *, * * *, * * *, * * *, возбужденными 16 мая 2025 года в отношении И. по ч.1 ст.187 УК РФ, с присвоением соединенному * * *.

3 июня 2025 года И. предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.187 /8 преступлений/ УК РФ, после чего допрошен в качестве обвиняемого в присутствии защитника.

19 июня 2025 года срок предварительного следствия, ранее продленный 17 марта 2025 года на 3 месяца, а всего до 5 месяцев, то есть до 27 августа 2025 года, продлен руководителем следственного органа – заместителем начальника СУ УМВД России по Смоленской области – начальником СУ ФИО2 на 2 месяца, а всего до 7 месяцев, то есть до 27 августа 2025 года.

В соответствии со ст.109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен на срок до 6 месяцев, дальнейшее продление сроков содержания под стражей допускается в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений.

Согласно ч.1 ст.110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания ее избрания, предусмотренные ст.97, 99 УПК РФ.

Нарушений требований уголовно-процессуального законодательства при обращении следователя в суд с ходатайством о продлении обвиняемому И. срока содержания под стражей в рамках сроков предварительного следствия, продленного надлежащим должностным лицом, не имеется.

Анализируя представленные материалы, согласно которым И. судим, обвиняется в совершении восьми тяжких преступлений, поэтому суд пришел к правильному выводу о наличии реальных и обоснованных оснований полагать, что, находясь на свободе, под тяжестью предъявленного обвинения и угрозой наказания, может скрыться от следствия и суда, оказать воздействие на свидетелей, иным способом воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Таким образом, поскольку не было представлено данных о том, что основания для содержания И. под стражей отпали или изменились, появились новые обстоятельства, которые бы свидетельствовали о возможности применения к нему более мягкой меры пресечения, чем содержание под стражей, с учетом того, что следствие по данному уголовному делу не окончено, в связи с объемом, характером и тяжестью обвинения, количеством следственных действий, объективно требующих дополнительное время для их производства, окончания расследования и направления дела для рассмотрения по существу, суд правильно пришел к выводу о том, что, при установленных обстоятельствах, иная мера пресечения, не сможет гарантировать беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства.

Судом были проверены все представленные материалы, в которых помимо титульных листов протоколов допроса свидетелей имеются протоколы обысков, изъятия денежных средств, заключения экспертов и специалистов, в том числе о движении денежных средств по платежным документам и другие, свидетельствующие о наличии обоснованного подозрения обвиняемого в причастности к совершенным преступлениям, без вхождения в обсуждение вопросов, подлежащих разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу, предметом которого будут являться вопросы оценки доказательств, в том числе представленных стороной защиты, а также виновности лица и правильность квалификации его действий.

С учетом выполненного объема следственных действий за период расследования уголовного дела, представляющего особую сложность в связи с необходимостью обращения к специалистам путем назначения и проведения соответствующих экспертиз, оснований полагать о неэффективности и волоките предварительного следствия не имеется, а проведение следственных действий без участия обвиняемого не свидетельствует об этом.

Кроме того, сведений о заболеваниях И.., лишающих возможности его содержания под стражей, в материалах дела не имеется и судам не представлено. Тогда как наличие у обвиняемого постоянного места жительства, социальных привязанностей и благодарностей за работу, при установленных обстоятельствах, не свидетельствует о возможности применения к нему более мягкой меры пресечения.

Таким образом, постановление суда мотивировано, в обоснование решения положены сведения, подтвержденные материалами дела, получившие надлежащую оценку, нарушений, влекущих отмену судебного решения, допущено не было, поэтому доводы жалобы адвоката в этой части удовлетворению не подлежат.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым постановление суда первой инстанции изменить, с учетом последнего продления срока содержания обвиняемого под стражей до 27 июня 2025 года, а срока следствия до 27 августа 2025 года, указать о продлении обвиняемому срока содержания под стражей на 2 месяца, а всего до 7 месяцев, то есть до 27 августа 2025 года вместо 28 августа 2025 года.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.15, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ,

П О С Т А Н О В И Л:

Постановление Ленинского районного суда г.Смоленска от 23 июня 2025 года в отношении обвиняемого И. изменить:

считать, что срок содержания И. под стражей продлен на 2 месяца, а всего до 7 месяцев, то есть до 27 августа 2025 года.

В остальной части это же постановление оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Гопеева Е.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном гл.47.1 УПК РФ. Кассационные жалоба, представление подаются во Второй кассационный суд общей юрисдикции. О своем участии в рассмотрении материала судом кассационной инстанции обвиняемый вправе ходатайствовать в кассационной жалобе, либо в течение трех суток со дня вручения ему извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица, поручать осуществление своей защиты избранному защитнику либо ходатайствовать о его назначении.

Судья Бондаревич О.А.