Апелляционное постановление № 22-198/2025 от 16 марта 2025 г. по делу № 1-70/2024

Судья Глебова С.М. Дело № 22-198/2025

УИД 35RS0019-01-2024-000347-20

ВОЛОГОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Вологда 17 марта 2025 года.

Вологодский областной суд в составе председательствующего Майорова А.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Поличевой Ю.В.,

с участием прокурора Колесовой К.Н.,

осужденного ФИО1 и его защитника адвоката Советова Д.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Усть-Кубинского района Коненковой С.В. и апелляционной жалобе адвоката Советова Д.А. на приговор Сокольского районного суда Вологодской области от 23 сентября 2024 года в отношении ФИО2

Заслушав доклад председательствующего, изложившего содержание обжалуемого приговора, доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы и возражений, суд

установил:

приговором Сокольского районного суда Вологодской области от 23 сентября 2024 года

ФИО3 , ... области, ранее не судимый,

в отношении которого постановлен приговор Вологодского городского суда Вологодской области от 30 мая 2024 года, по которому ФИО1 осужден по п.«б» ч.3 ст.131 УК РФ (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Вологодского областного суда от 23 января 2025 года), с применением ст.64 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 04 года, с ограничением свободы на срок 01 год с установлением ограничений; на основании ст.73 УК РФ назначенное основное наказание постановлено считать условным, с испытательным сроком на срок 04 года;

осужден:

- по ч.1 ст.264.1 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 400 часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 (два) года;

решен вопрос по вещественным доказательствам;

постановлено автомобиль марки ... - конфисковать и обратить в доход государства;

до исполнения решения о конфискации автомобиля ... сохранить арест, наложенный постановлением Сокольского районного суда от 13 октября 2023 года;

приговор Вологодского городского суда Вологодской области от 30 мая 2024 года постановлено исполнять самостоятельно.

Приговором суда ФИО1 признан виновным в управлении автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

Преступление совершено <ДАТА> в ... при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении прокурор Усть-Кубинского района Коненкова С.В. ставит вопрос об изменении приговора в связи с нарушением уголовного закона, с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. Указывает, что, вопреки требованиям п.4 ст.304 УПК РФ, п.2, 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», суд во вводной части приговора не указал сведения о вынесенном 30 мая 2024 года приговоре Вологодского городского суда. Кроме того, в описательной части приговора (3 страница) имеется ссылка на виновность ФИО1 в совершении им преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 КоАП РФ, что является ошибкой, подлежащей исправлению. Просит изменить приговор суда по указанным доводам. В апелляционной жалобе адвокат Советов Д.С. считает приговор суда незаконным, необоснованным, подлежащим отмене на основании ст.389.15 УПК РФ. В обоснование своей позиции приводит доводы о том, что объективных доказательств вины ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления не имеется, как и не установлено само событие преступления, материалы дела не содержат доказательств, которые бы указывали, либо подтверждали совершение ФИО1 отказа от прохождения медицинского освидетельствования. Суд необоснованно не принял во внимание доводы защиты, указывающие на отсутствие признаков объективной стороны состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ. Незаконно суд отказал защите и в удовлетворении ходатайства о признании недопустимыми ряда основных доказательств по делу, что привело в итоге к обоснованию обжалуемого приговора недопустимыми доказательствами. При этом в нарушение ч.4 ст.235 УПК РФ данное ходатайство не было каким-либо образом опровергнуто прокурором в ходе судебного разбирательства. Обжалуемый приговор фактически полностью основан на доказательствах, полученных с существенными нарушениями требований закона и являющихся недопустимыми - акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ... протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения ... акте №... медицинского освидетельствования на состояние опьянения ... Указанные доказательства получены с нарушениями действующих Правил освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, утверждённых Постановлением Правительства РФ от 21.10.2022 г. № 1882 «О порядке освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения». Согласно акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения <ДАТА> и протоколу о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения <ДАТА> при освидетельствовании ФИО1 с помощью прибора-алкотектора ... у него не было установлено состояние алкогольного опьянения, что отмечено в соответствующей графе акта. В качестве основания для направления ФИО1 на освидетельствование в соответствующем протоколе указан подпункт «в» пункта 8 Правил освидетельствования («Наличие достаточных оснований полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, и отрицательный результат освидетельствования на состояние алкогольного опьянения»). В формулировке обвинения также имеется указание на то, что по результатам освидетельствования ФИО1 не было установлено состояние алкогольного опьянения. Между тем, согласно фактическим обстоятельствам дела, установленным, в том числе, объективно с помощью просмотра видеозаписи указанных процессуальных действий, изложенные в этих доказательствах, сведения полностью не соответствуют реальной действительности. Каких-либо данных, указывающих на отрицательный результат освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения при производстве освидетельствования, не имеется. В акте освидетельствования отсутствует какое-либо указание на показания прибора-алкотектора, которые бы зафиксировали отрицательный результат освидетельствования, не зафиксированы данные показания и на видеозаписи процессуального действия. В материалах дела отсутствует бумажный носитель (чек) с фиксацией отрицательного результата освидетельствования или какого-либо другого его результата. Между тем, в соответствии с требованиями п.7 Правил освидетельствования, результаты освидетельствования на состояние алкогольного опьянения в обязательном порядке должны быть отражены в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, к указанному акту должен быть приобщён бумажный носитель с записью результатов измерений. Также ни в акте освидетельствования ФИО1, ни в протоколе о направлении его на медицинское освидетельствование, не имеется указаний на совершение им отказа от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Наличие в деле акта освидетельствования ФИО1 с учётом требований п.7 Правил освидетельствования свидетельствует о том, что ФИО1 не совершал отказ от прохождения данного вида освидетельствования. Таким образом, указанные доказательства являются недопустимыми, так как получены с нарушением требований действующего законодательства, ФИО1 был направлен на освидетельствование незаконно, без предусмотренных действующими Правилами освидетельствования оснований, соответственно, он в любом случае не мог нести уголовную ответственность за инкриминируемое ему деяние. Акт медицинского освидетельствования в отношении ФИО1 являлся недопустимым доказательством, т.к. ФИО1 был направлен на освидетельствование незаконно, без каких-либо законных оснований, вопреки требованиям действующих Правил освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Суд первой инстанции не дал указанным нарушениям надлежащей правовой оценки, при этом никаким образом не опроверг в приговоре указанные доводы защиты. Кроме того, в приговоре не приведено никаких законных причин отказа в удовлетворении доводов защиты о признании недопустимым доказательством акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения <ДАТА>. по указанным в ходатайстве основаниям, то есть ввиду допущенных существенных нарушений закона непосредственно при производстве самого медицинского освидетельствования ФИО1 ... Суд фактически проигнорировал доводы защиты о том, что по данному делу освидетельствование на состояние опьянения в отношении ФИО1 фактически проводилось неизвестным лицом, в отсутствие у данного лица каких-либо подтверждённых сведений о прохождении им подготовки по вопросам проведения освидетельствовании по соответствующей программе. Врач П. прошедший указанную подготовку, как выяснилось в ходе рассмотрения дела, только заполнил акт медицинского освидетельствования №... но фактически сам освидетельствования ФИО1 не проводил, осмотр ФИО1 в действительности не осуществлял, исследование выдыхаемого воздуха с помощью соответствующего технического средства не осуществлял, прибор - алкотектор в руки не брал, никаких действий, манипуляций, измерений с данным прибором в отношении ФИО1 не производил, к ФИО1 близко не подходил, находился в рабочем кабинете на достаточном расстоянии от него. Данные обстоятельства врач П. лично подтвердил в суде с предупреждением об ответственности. Кроме того, П. пояснил, что при проведении освидетельствования ФИО1 в рабочем кабинете, кроме него, не находилось каких-либо лиц, которые имели бы полномочия на проведение указанного медицинского освидетельствования, проходили бы соответствующую подготовку по вопросам проведения медицинского освидетельствования по соответствующей программе. Указанные обстоятельства прямо свидетельствовали о незаконности проведения освидетельствования в отношении ФИО1 и недопустимости указанного доказательства - акта медицинского освидетельствования, но суд постановил приговор на данном недопустимом доказательстве. Без должной правовой оценки остались доводы защиты о нарушении при составлении акта медицинского освидетельствования обязательных требований, установленных в Приложении № 2 к Приказу Минздрава России от 18.12.2015 г. № 933н - в нарушение которых в пунктах 13.1 и 13.2 Акта не имеется никаких указаний на наименование технического средства измерения, которым производилось исследование выдыхаемого воздуха при освидетельствовании ФИО1, на него заводской номер, дату последней поверки, погрешность технического средства измерения. Ввиду отсутствия в Акте освидетельствования указанной информации о техническом средстве, по данному делу объективно невозможно установить, каким именно техническим средством производилось освидетельствование, внесён ли тип используемого технического средства в Федеральный информационный фонд по обеспечению единства измерений, обеспечивало ли данное техническое средство запись результатов на бумажном носителе, было ли данное техническое средство поверено в установленном порядке и т.д. Ссылка в обвинении на производство медицинского освидетельствования с помощью некоего прибора — алкотектора ... - объективно не подтверждена в акте освидетельствования, ибо каким-то другими доказательствами, подтверждающими использование именно этого технического средства при освидетельствования ФИО1, особенно вкупе с показаниями врача П. Кроме того, в соответствии с положениями Конституции РФ и ст. 14 УПК РФ, в данном случае необходимо применять действующие положения презумпции невиновности. По данному делу любые доводы об использовании при освидетельствовании ФИО1 технического средства измерения, указанного в формулировке обвинения, с учётом содержания акта освидетельствования ... являлись ничем иным, как ничем не обоснованным предположением. Суд привёл в приговоре ссылку на показания врача П. ., согласно которым доказательством надлежащего продувания в прибор является звуковой сигнал, который издаёт прибор, а в настоящем случае в ходе освидетельствования ФИО1 сигнала не было, из чего П. сделал вывод о фальсификации выдоха. Между тем, данные показания прямо противоречат руководству по эксплуатации данного прибора и на представленной защитой видеозаписи производства освидетельствования отчётливо слышен звуковой сигнал прибора, что полностью объективно опровергает показания П. При этом суд незаконно признал предоставленную защитой видеозапись недопустимым доказательством по делу, хотя никаких оснований для подобного признания у суда не было. Довод суда о том, что якобы неизвестно какие обстоятельства изображены на видеозаписи, противоречит объективной логике. Из представленной видеозаписи объективно следует, что на ней изображена процедура прохождения ФИО1 освидетельствования, а именно - продутия им в прибор - на записи зафиксированы сотрудник ГИБДД, находившийся в кабинете, зафиксирован сам П. слышен голос ФИО1, зафиксирована неизвестная женщина, проводившая медицинское освидетельствование, зафиксирован прибор, которым проводилось освидетельствование, вся обстановка в кабинете, предметы вокруг (в том числе настенные часы с показаниями времени, соответствующими времени производства медицинского освидетельствования, указанного в акте) не оставляют никаких сомнений в том, что именно происходит на видеозаписи. Более того, данные видеозаписи полностью соответствуют показаниям врача П. . и сотрудника ГИБДД, присутствовавшего при производстве освидетельствования, к тому же данные лица подтверждают факт съёмки ФИО1 на камеру телефона во время производства освидетельствования. Данная видеозапись свидетельствует о том, что ФИО1 не фальсифицировал выдох, не отказывался от прохождения освидетельствования, объективно фиксирует неучастие врача П. . при производстве освидетельствования, что он и сам фактически не отрицает в своих показаниях. При вынесении приговора суд не учел, что в деле отсутствуют какие-либо доказательства фальсификации ФИО1 выдоха, а значит - доказательства его отказа от прохождения освидетельствования: к акту медицинского освидетельствования не приобщены и в материалах дела не имеется каких-либо бумажных носителей информации, указывающих объективно на прерывание выдоха ФИО1 (соответствующих чеков с таким указанием), а также не имеется данных из памяти прибора, указывающих на данное прерывание, хотя, если бы ФИО1 действительно прерывал выдох, то есть фальсифицировал его, либо отказывался от продутия, это было бы зафиксировано на соответствующих чеках, распечатанных прибором, либо в памяти прибора (согласно руководству по эксплуатации прибора, которым якобы проводилось освидетельствование ФИО1). Суд удовлетворил ходатайство защиты об истребовании в ... распечатки из памяти прибора, ответа на данный запрос не получено, но суд по непонятным причинам не стал больше настаивать на ответе, несмотря на ходатайство об этом со стороны защиты, что является процессуальным нарушением, поскольку сначала суд признал, что данное обстоятельство имеет существенное значение для дела, удовлетворив ходатайство. В данном случае также необходимо применять положения презумпции невиновности, то есть следует считать, что в памяти прибора не имеется никаких сведений о прерывании выдоха, а значит, любые выводы о якобы фальсификации выдоха являются необоснованными, ничем не подтверждёнными. Также суд не учел, что любые выводы о фальсификации выдоха, недостаточности воздуха для выдачи показаний прибора освидетельствуемым и т.д., объективно могли быть сделаны только с учётом конкретных показаний непосредственно на экране прибора - больше в соответствии с руководством по эксплуатации прибора эту информацию взять было неоткуда. Но в данном случае представленной видеозаписью, показаниями врача П. - прямо подтверждается, что врач П. имеющий право проводить освидетельствование, не брал в руки данный прибор, не проводил освидетельствование, находился на значительном расстоянии от прибора в момент продутия в него ФИО1, не видел, что изображено на экране прибора, какие показания выдаёт прибор во время освидетельствования - при этом неизвестная женщина, фактически проводившая освидетельствование и держащая в руках прибор, не сообщает данные сведения П. не фиксирует их сама никаким образом. Таким образом, П. не мог объективно располагать какой-либо информацией о том, какие показания передает прибор, фальсифицирует (прерывает) ли ФИО1 выдох или нет и т.п., а значит основополагающий вывод акта освидетельствования о якобы фальсификации выдоха ФИО1, сделанный врачом П. ничем не подтверждён - объективной информации для подобного вывода у П. не имелось, о чём он сам подтвердил в своих показаниях. При этом личность неизвестной женщины, проводившей освидетельствование, держащей все время в руках прибор, не устанавливалась, не выяснялись данные, имела ли право и полномочия на проведение данного освидетельствования, проходила ли соответствующую подготовку, а главное, что женщина не допрашивалась на предмет того, какие конкретно показания появлялись на экране прибора при продутии в него ФИО1, указывал ли прибор на прерывание выдоха и т.д. При таких обстоятельствах не представляется возможным говорить о доказательствах совершения ФИО1 фальсификации выдоха, а значит - об отказе его от прохождения освидетельствования. Суд необоснованно отказал защите в ходатайстве о признании недопустимым доказательством показаний П. ... данных им в ходе допроса специалиста, допустил существенные процессуальные нарушения, свидетельствующие о наличии достаточных оснований для отмены приговора, в т.ч. без каких-либо оснований приняв решение об оглашении в суде показаний свидетеля М. (и указании их впоследствии в тексте приговора как, на якобы доказательство вины ФИО1). Указанные обстоятельства в совокупности, с учётом конституционных положений презумпции невиновности являются правовым основанием для отмены обжалуемого приговора судом апелляционной инстанции. Отмечает также на незаконность решения о конфискации автомобиля, принадлежащего на момент предполагаемого совершения преступления В. у суда не имелось законных оснований для данного решения, так как в деле имелись достаточные доказательства, указывающие на то, что на момент <ДАТА><ДАТА> года автомобиль ... на котором передвигался ФИО1, принадлежал на праве собственности не ему, а В. Доводы суда о том, что исполнение сторонами договора купли-продажи и фактическая передача ФИО1 автомобиля якобы ничем не подтверждены, полностью опровергаются материалами дела, в т.ч. договором купли-продажи автомобиля, в котором отдельно указан факт передачи автомобиля В. задолго <ДАТА> при этом данное обстоятельство полностью подтверждено сторонами сделки - ФИО1 и свидетелем В. Данные факты продажи автомобиля и фактической передачи его В. ничем и никем, никакими доказательствами не опровергнуты. В приговоре факт заключения договора купли-продажи не оспаривается, данный договор не признан недействительным либо незаключенным. Факт регистрации автомобиля на имя ФИО1 на момент <ДАТА> легко объясним, данный факт не имеет правового значения, т.к. договор купли-продажи движимого имущества не требует регистрации в ГИБДД, считается заключенным с момента его подписания. Просит приговор отменить, вынести по делу оправдательный приговор ввиду не установления события преступления или ввиду отсутствия состава преступления.

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор Усть-Кубинского района Коненкова С.В. отмечает, что выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела, совокупность представленных суду доказательств достаточна для постановления обвинительного приговора. Согласно акту освидетельствования на состояние опьянения ... у ФИО1 прибором Алкотектор ... не установлено состояние алкогольного опьянения, то есть, зафиксирован отрицательный результат освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Отсутствие чека прибора с показателями в данном случае не имеет юридического значения и не свидетельствует об отказе ФИО1 пройти такое освидетельствование, поскольку он согласился пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения с помощью прибора алкотектор ... что подтвердил сам в ходе допроса в суде, однако впоследствии не совершил выдох воздуха, объём которого был бы достаточен для срабатывания прибора. Кроме того, исправность прибора в момент освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения подтверждена свидетельством о его поверке, копия которого находится в материалах дела. Факт управления ФИО1 транспортным средством ... также подтверждается показаниями свидетелей, исследованными в ходе судебного следствия. Освидетельствование ФИО1 проводилось в медицинском учреждении ... в присутствии врача П. П. имеющего необходимую для этого квалификацию. Кроме того, доводы жалобы о незаконности приговора в части вынесенного решения о конфискации автомобиля, принадлежащего на момент предполагаемого совершения преступления В. несостоятельные, на основании абз. 2 п. 3(2) Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14.06.2018 № 17 (ред. от 12.12.2023) «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве». В ходе судебного следствия установлено, что при наличии в материалах уголовного дела копии договора купли-продажи транспортного средства <ДАТА> реальное исполнение указанной сделки и фактическая передача ФИО1 транспортного средства В. кроме имеющегося договора и показаний данных лиц, ничем не подтверждены, транспортное средство ... с государственным регистрационным знаком ... зарегистрирована на имя ФИО1 Просит жалобу оставить без удовлетворения.

В судебном заседании апелляционной инстанции прокурор Колесова К.Н. просила изменить приговор по доводам апелляционного представления, в удовлетворении жалобы защитника отказать.

Осужденный ФИО1 и адвокат Советов Д.А. просили приговор суда отменить по доводам апелляционной жалобы, вынести по делу оправдательный приговор.

Суд апелляционной инстанции, проверив материалы дела, не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены приговора.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, виновность ФИО1 в совершении инкриминированного преступления, за которое он осужден, подтверждена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, на основании которых суд правильно установил фактические обстоятельства дела и постановил обвинительный приговор: показаниями свидетелей ФИО56 протоколом об отстранении от управления транспортных средств ФИО1 <ДАТА> в ... актом освидетельствования ..., протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения <ДАТА>, актом медицинского освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения в ... <ДАТА>, а также иными, в том числе, письменными доказательствами, исследованными судом и изложенными в приговоре.

Все доказательства судом проверены в соответствии с требованиями УПК РФ и оценены на предмет их допустимости, достоверности и относимости к рассматриваемому событию, а в совокупности они признаны достаточными для признания ФИО1 виновным в совершенном преступлении.

Доводы стороны защиты о признании недопустимыми доказательствами протокола об отстранении от управления транспортных средств ФИО1, акта его освидетельствования <ДАТА> на состояние алкогольного опьянения, протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и акта медицинского освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения в ... были предметом проверки и оценки суда первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельным, с приведением убедительных аргументов.

Суд пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для признания указанных доказательств недопустимыми.

Каких-либо неясностей или противоречий в этих исследованных в судебном заседании доказательствах, которые бы ставили под сомнение виновность осужденного ФИО1 и требовали бы истолкования их в его пользу, не имеется, вопреки доводам апелляционной жалобы защитника.

Согласно пункту 2.3.2 Правил Дорожного движения (постановление Совета Министров РФ от 23 октября 1993 года №1090) водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Постановлением Правительства РФ от 21 октября 2022 года №1882 утверждены Правила освидетельствования, в соответствии с пунктом 8 которых направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения водитель транспортного средства подлежит: при отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; при несогласии с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; при наличии достаточных оснований полагать, что водитель транспортного средства находиться в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Согласно материалам дела, водитель ... ФИО1 был остановлен на дороге ... и его поведение не соответствовало обстановке, у него имелись признаки алкогольного опьянения, поэтому инспектором был составлен протокол об отстранении ФИО1 от управления транспортным средством и водителю предложено пройти процедуру освидетельствования на состояние опьянения, но прибор ... не дал результата, поскольку, как показал свидетель Я. ( инспектор ДПС), ФИО4 дул слабо или прерывал выдох, в связи с этим прибором состояние опьянения не было установлено, о чем зафиксировано в акте освидетельствования.

Тогда водитель был направлен на освидетельствование медикам, на что ФИО1 согласился, его согласие было зафиксировано в протоколе о направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, в котором он собственноручно указал «согласен» и поставил свою подпись в соответствующей графе.

При этом в ходе данного освидетельствования сотрудником ДПС не было допущено нарушений установленного указанными выше нормативными документами порядка его проведения и оформления полученного результата, о чем свидетельствуют, в том числе видеозапись о самой этой процедуре, о добровольности участия в ней ФИО1 и о не согласии последнего с ее результатом.

Таким образом, на медицинское освидетельствование на состояние опьянения ФИО1 был направлен законно, это соответствует вышеприведенным Правилам освидетельствования, утвержденным постановлением Правительства РФ от 21 октября 2022 года №1882.

Сведения о приборе ... в исполнении ... ... занесены в акт освидетельствования на состояние опьянения, свидетельство о поверке данного прибора имеется в материалах дела ... действительно до ...

Необоснованными являются и изложенные в апелляционной жалобе доводы о недопустимости в качестве доказательств акта медицинского освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения в ... поскольку, вопреки утверждениям защитника, это исследование было проведено в рамках установленной процедуры и уполномоченным на то лицом.

Медицинское освидетельствование осужденного ФИО1 на состояние опьянения было проведено <ДАТА> врачом – П. имеющим право проводить медицинское освидетельствование на состояние опьянения (свидетельство о прохождении подготовки по вопросам проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения ... с использованием прибора ... и с соблюдением процедуры исследования выдыхаемого воздуха, установленной приказом Минздрава РФ от 18 декабря 2015 года, о чем составлен соответствующий акт медицинского освидетельствования ... согласно которого ФИО1 неоднократно фальсифицировал выдох и дано заключение «от медицинского освидетельствования отказался».

Доводы защитника о том, что не установлены данные о приборе, которым ... проводилось медицинского освидетельствования ФИО1, являются несостоятельными.

Как видно из материалов дела, по запросу суда первой инстанции получен ответ от ... согласно которого, медицинское освидетельствование ФИО1 от ... проводилось в ... этот прибор для освидетельствования у них в больнице один ... свидетельство о поверке прибора ...

По ходатайству государственного обвинителя для проверки доводов стороны защиты относительно проведения медицинское освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения и наличия при этом звукового сигнала прибора в судебном заседании апелляционной инстанции был допрошен в качестве свидетеля врач П. который подтвердил, что выдох был недостаточный, поэтому прибор не сработал и не выдал соответствующий результат.

Допрошенный в судебном заседании апелляционной инстанции в качестве специалиста /З. показал, что выход должен быть спокойный и равномерный, без форсирования, длиться около 4-5 секунд до окончания опорного звукового сигнала. Если выдох был недостаточным, то анализатор не произведет автоматический отбор пробы выдыхаемого воздуха и прибор не проанализирует содержание алкоголя в выдыхаемом воздухе, в этом случае на экране появляется сообщение «выдох прерван», содержание алкоголя в выдохе не показывается. В анализаторе предусмотрена возможность зафиксировать факт прерывания выдоха, если в этом есть необходимость, для этого нужно нажать визуальную кнопку «выдох прерван» и на экране появиться соответствующее сообщение.

Допрошенная в судебном заседании апелляционной инстанции в качестве свидетеля медицинская сестра Д. . показала, что она участвовала в медицинском освидетельствовании на состояние опьянения ФИО4, выполняла указания врача П. и непосредственно держала прибор, ФИО4 было объяснено как правильно дышать, он начинал дуть, шел звуковой сигнал, но прерывался на первых секундах, он прерывал выдох, выдох был слабый, было несколько попыток, необходимости фиксировать в приборе надпись «Выдох прерван» не было, потому что было понятно, что выход фальсифицирован.

То обстоятельство, что процедуру по исследованию выдыхаемого воздуха проводил не сам врач, а в его присутствии медицинский работник В. как и отсутствие в деле распечатки сведений с прибора, на что ссылается в жалобе защитник осужденного, не ставят под сомнение результаты медицинского освидетельствования.

Указание в акте о неоднократном фальсифицировании выдоха ФИО1, что в силу приведенных нормативных документов, приказа Минздрава России от 18 декабря 2015 года № 933н "О порядке проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического)" и формы акта, предусмотренного приложением к данному приказу, относящихся к медицинскому освидетельствованию, достаточно для вывода о его отказе от прохождения медицинского освидетельствования, а отказ от прохождения медицинского освидетельствования в соответствии с требованиями закона приравнивается к нахождению лица в состоянии опьянения.

С учетом пояснений допрошенных в судебном заседании апелляционной инстанции в качестве свидетелей П. и В. о том, что при медицинском освидетельствовании ФИО1 неоднократно фальсифицировал выдох, то не указание в акте наименования технического средства изменения, которым производилось освидетельствование ФИО5, его заводского номера, даты последней проверки, на что ссылается адвокат в жалобе, не является существенным нарушением, не позволяет усомниться в том, какой прибор использовался и не свидетельствует о недопустимости данного акта как доказательства виновности осужденного, в связи с чем данный довод адвоката также является необоснованным.

В то же время, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводом суда первой инстанции в части признания недопустимым доказательством представленной стороной защиты флешкарты с видеозаписью процедуры медицинского освидетельствования на том основании, как указано в приговоре, что неизвестно из каких источников она получена, какие обстоятельства на ней изображены и нет заключения специалиста о том, не содержит ли она искажений.

Как видно из материалов дела, судом первой инстанции была просмотрена представленная стороной защиты видеозапись, которую, как пояснил ФИО4, он произвел на свой телефон при его освидетельствовании ... и удовлетворено ходатайство стороны защиты о приобщении к материалам дела флешкарты с данной видеозаписью. При этом, никаких сомнений в ее подлинности на тот момент у суда не возникло.

Суд апелляционной инстанции, просмотрев данную видеозапись в судебном заседании, в том числе, с участием свидетеля П. который подтвердил, что ФИО4 производил видеозапись на свой телефон и события, зафиксированные на указанной видеозаписи, что полностью соответствуют иным доказательствам, положенным судом в основу приговора, приходит к выводу, что источник происхождения и подлинность данной видеозаписи сомнений не вызывает, в связи с чем оснований для признания указанной видеозаписи недопустимым доказательством у суда не имелось.

Вместе с тем, давая оценку данной видеозаписи, с учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции отмечает, что она не свидетельствует о невиновности ФИО4, доводы стороны защиты не подтверждает.

Напротив, содержание представленной видеозаписи подтверждает соблюдение установленной законом процедуры освидетельствования ФИО4, достоверность показаний свидетелей ФИО69 о том, что ФИО1 неоднократно было предложено правильно осуществить выдох, при этом разъяснялось, что если так будет продолжать, то будет написано про отказ от освидетельствования.

Допустимость и достоверность показаний свидетелей ФИО70 приведенных в приговоре, сомнений не вызывает, поскольку они логичны, последовательны, согласуются между собой и объективно подтверждаются иными исследованными в судебном заседании доказательствами.

Вместе с тем, доводы жалобы о недопустимости показаний специалиста П. приведенных в приговоре в качестве доказательства виновности осужденного ФИО5, заслуживают внимание.

Поскольку врач П. непосредственно проводил медицинское освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения, то он мог быть допрошен по делу в качестве свидетеля по обстоятельствам проведения такого освидетельствования, а не в качестве специалиста в порядке, определенном ст.251 УПК РФ, давая пояснения в порядке, предусмотренном ст.58 и ч.4 ст.80 УПК РФ, то есть по вопросам, поставленным перед ним как специалистом, несмотря на то, что был предупрежден по ст.307 УК РФ.

При таких обстоятельствах, в соответствии с требованиями закона показания врача П. статусе специалиста не могут являться допустимым доказательством, поэтому ссылка на показания специалиста П. как на доказательство виновности ФИО1, подлежит исключению из приговора.

Кроме того, суд апелляционной инстанции соглашается с доводом апелляционной жалобы о необоснованном использовании судом в качестве доказательства показаний свидетеля К. оглашенных в судебном заседании, когда сторона защиты возражала против оглашения показаний данного свидетеля.

Как следует из протокола судебного заседания, решение об оглашении показаний неявившегося свидетеля К. было принято судом по ходатайству государственного обвинителя на основании п.4 ч.2 ст.281 УПК РФ со ссылкой на то, что данный свидетель проходит срочную военную службу и его неявка в судебное заседание связана с чрезвычайными обстоятельствами, препятствующими его явке в суд.

То обстоятельство, что в настоящее время К. проходит срочную военную службу еще не свидетельствует о невозможности его допроса. В материалах дела имеется запрос суда о проведении допроса данного свидетеля по указанному месту прохождения им службы путем видеоконференцсвязи, отказа в этом и ответа на запрос суда материалы дела не содержат, на что обоснованно ссылается в апелляционной жалобы защитник.

При таких обстоятельствах, у суда не имелось оснований для оглашения показаний свидетеля и они не могли быть использованы в качестве доказательства.

Допущенное судом нарушение также подлежит устранению путем исключения из приговора ссылки как на доказательство вины осужденного на показания свидетеля К.

Доводы апелляционного представления о необходимости изменения приговора суд апелляционной инстанции находит обоснованными.

По смыслу п.4 ст.304 УПК РФ и исходя из разъяснений, данных в п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре» в отношении лиц, имеющих судимость, во вводной части приговора должны отражаться сведения о всех непогашенных судимостях с указанием наименования суда, норме уголовного закона и мере наказания с учетом последующих изменений, если таковые имели место и т.д.

Данные требования уголовно-процессуального закона судом первой инстанции не выполнены.

Так во вводной части приговора, суд первой инстанции не указал сведения о вынесенном 30 мая 2024 года в отношении ФИО1 приговоре Вологодского городского суда.

В связи с чем, вводная часть приговора должна быть дополнена указанием на наличие судимости ФИО1 по приговору Вологодского городского суда от 30 мая 2024 года.

Кроме того, в описательно-мотивировочной части приговора, при указании о том, что вина ФИО1 в совершении преступления подтверждена исследованными в судебном заседании доказательствами, допущена техническая опечатка, вместо ч.1 ст.264.1 УК РФ указано на ч.1 ст.264.1 КоАП РФ, что не является существенным нарушением норм уголовно-процессуального закона, но подлежит устранению.

Несмотря на вносимые в приговор изменения, в том числе, исключение из совокупности доказательств показаний специалиста П. и свидетеля К. суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что это не ставит под сомнение виновность осужденного в совершенном преступлении, которая подтверждается другими, приведенными выше, доказательствами и которым дана надлежащая оценка в приговоре в соответствии с требованиями ст.ст.87,88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, их совокупность является достаточной для правильного разрешения дела.

Действия ФИО1 квалифицированы правильно по ч.1 ст.264.1 УК РФ, как управлении автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

При назначении наказания судом были учтены все обстоятельства, влияющие на определение меры наказания, в том числе характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, данные о его личности, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, смягчающие наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих.

Все выводы по вопросам, касающимся назначения наказания, в достаточной степени мотивированы судом.

Оснований для применения ст.64 УК РФ суд не усмотрел, аргументировав свои выводы, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается. При этом суд счел правильным приговор в отношении ФИО1 от 30 мая 2024 года исполнять самостоятельно.

Назначенное ФИО1 наказание является справедливым и соразмерным содеянному, отвечает целям назначения наказания и исправления виновного.

Никаких сомнений не вызывают выводы суда в приговоре в части конфискации автомобиля ... которым управлял ФИО1

Доводы адвоката о том, что на <ДАТА> собственником транспортного средства являлся В. на основании договора-купли продажи, правильно признаны не соответствующими материалам уголовного дела, выводы суда являются объективными и мотивированными.

Несмотря на представленную ФИО1 копию договора купли-продажи автомобиля <ДАТА>, безусловных доказательств фактического выбытия автомобиля из его владения он не представил, напротив, управлял им <ДАТА>

Принятое судом решение о сохранении ареста на данный автомобиль до исполнения приговора в части его конфискации также соответствует требованиям закона.

Не препятствовало такому решению и наличие на тот момент не вступившего в законную силу приговора в отношении ФИО1 от 30 мая 2024 года, которым до исполнения решения суда в части разрешения гражданского иска потерпевшей сохранены обеспечительные меры в виде ареста на принадлежащий ФИО1 автомобиль марки ...

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28 и 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

постановил:

приговор Сокольского районного суда Вологодской области от 23 сентября 2024 года в отношении ФИО1 – изменить:

- во вводной части указать о наличии у ФИО1 судимости по приговору Вологодского городского суда от 30 мая 2024 года по п.«б» ч.3 ст.131 УК РФ, с применением ст.64 УК РФ, к 4 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год; на основании ст.73 УК РФ основное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным, с испытательным сроком на 4 года;

- в описательно-мотивировочной части при описании, что вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами, указать ч.1 ст.264.1 УК РФ, вместо ч.1 ст.264.1 КоАП РФ;

- исключить ссылки на показания специалиста П. и оглашенные в судебном заседании показания свидетеля В. как на доказательства виновности ФИО1

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Кассационная жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора суда первой инстанции в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа судом первой инстанции в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в кассационный суд общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанцией.

Председательствующий А.А. Майоров