Апелляционное определение № 33-11031/2025 33-434/2026 от 12 января 2026 г.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

63RS0030-01-2025-002111-57

Судья: Морозова Ю.А. гр. дело № 33-434/2026 (№ 33-11031/2025)

(номер дела суда первой инстанции 2-1926/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

13 января 2026 года г. Самара

Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда в составе:

председательствующего – Евдокименко А.А.,

судей - Ретиной М.Н., Ивановой Е.Н.,

с участием прокурора Сергеевой Е.С.,

при помощнике судьи – Чуркиной С.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе <данные изъяты> на решение Комсомольского районного суда г. Тольятти Самарской области от 05 августа 2025 г., которым постановлено:

«Исковые требования Ч (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №) удовлетворить.

Признать незаконным приказ № ДД.ММ.ГГГГ от 24.04.2025 о прекращении (расторжении) трудового договора с Ч по п. 7 ч. 1 ст.81 ТК РФ.

Восстановить Ч в агентском отделе № <данные изъяты> для выполнения работ по консультированию лица, взявшего на себя обязанность по организации похорон умершего (погибшего), лица ответственного за захоронение, по представлению похоронных услуг Учреждением с 29.04.2025.

Взыскать с <данные изъяты> (ИНН №) в пользу Ч утраченный заработок за время вынужденного прогула за период с 29.04.2025 по 05.08.2025 в размере 967221,76 руб.

Взыскать с <данные изъяты> (ИНН №) в пользу Ч в счет компенсации за задержку выплат в соответствии со ст. 236 ТК РФ 100 258,57 руб., компенсации морального вреда 20 000 рублей.

Решение в части восстановления Ч на работе и выплаты ему заработка подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с <данные изъяты> (ИНН №) в доход местного бюджета г.о. Тольятти государственную пошлину в размере 3 000 рублей».

Заслушав доклад по делу судьи Самарского областного суда Ретиной М.Н.,

УСТАНОВИЛА:

Ч обратился в суд с иском к <данные изъяты> о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании неполученного заработка, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указал, что на основании приказа от 22.11.2024 г. он был принят на работу в <данные изъяты> в агентский отдел № <данные изъяты> без указания должности. 28.04.2025 основании приказа № № от 24.04.2025 истец был уволен с занимаемой должности по пункту 7 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя). Истец не согласен с увольнением, в связи с чем 26.05.2025 обратился в суд с иском, в котором с учетом уточнений просил признать незаконным приказ № № от 24.04.2025 о прекращении (расторжении) трудового договора с Ч. по п. 7 ч. 1 ст.81 ТК РФ, восстановить его в агентском отделе № <данные изъяты> взыскать с <данные изъяты> в его пользу утраченный заработок за время вынужденного прогула за период с 29.04.2025 по 05.08.2025 в размере 967 221,76 руб., компенсацию за задержку выплат в соответствии со ст. 236 ТК РФ, компенсацию морального вреда 50 000 рублей.

Судом постановлено вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе, с учетом дополнений, <данные изъяты> просит решение суда отменить, отказав истцу в удовлетворении исковых требований, поскольку истцом совершены действия, которые привели к утрате доверия, кроме того, полагают, что суд не должен был восстанавливать истца на работе, так как у истца был срочный трудовой договор.

Представитель <данные изъяты> в заседании судебной коллегии доводы апелляционной жалобы с учетом уточнений поддержала просила её удовлетворить, решение суда отменить, отказав Ч в удовлетворении требований.

Представитель Ч в заседании судебной коллегии возражал против доводов апелляционной жалобы, просил решение суда оставить без изменения.

Иные стороны, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались своевременно и надлежащим образом, оснований препятствующих рассмотрения дела, не установлено.

В силу статьи 327 и статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела.

Рассмотрев дело в порядке, установленном главой 39 ГПК РФ, выслушав объяснения участников процесса, доклад судьи Ретиной М.Н., обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что решение подлежит отмене в части взыскания компенсации по ст. 236 ТК РФ, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

Частью 2 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан, в частности, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, выполнять установленные нормы труда.

В соответствии с ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Судом первой инстанции установлено, что 22.11.2024 между <данные изъяты> и Ч был заключен трудовой договор № №, по условиям которого работодатель обязуется предоставить работнику работу в агентском отделе № № для выполнения работ по консультированию лица, взявшего на себя обязанность по организации похорон умершего (погибшего), лица ответственного за захоронение, по представлению похоронных услуг Учреждением, и оплачивать эту работу в соответствии с условиями и порядком, закрепленным трудовым договором, а работник обязуется лично выполнять указанную работу.

По условиям трудового договора работник, в том числе: обязан оформлять договор на оказание ритуальных услуг и принадлежностей, выбранных заказчиком в договоре (п. 1.3.19); осуществлять прием денежных средств от заказчика по оформленному договору с одновременной выдачей заказчику его экземпляра (п. 1.3.20); осуществлять сдачу в кассу учреждения денежных средств, полученных от заказчика по договору не позднее дня, следующего за днем приема денег от заказчика (п. 1.3.21).

Согласно материалов дела суд первой инстанции установил, что в период с 11.03.2025 по 24.03.2025 от Т в <данные изъяты> поступило три обращения по факту ненадлежащего оказания ритуальных услуг со стороны <данные изъяты> из которых следует, что 07.02.2025 у Т скончался супруг Ш организацией его похорон занимался Ч 12.02.2025 сразу после прощания в малом ритуальном зале похоронного дома <данные изъяты> к Т подошел старший бригады сопровождения и попросил ее осуществить оплату оказанных бригадой сопровождения услуг в размере 10 000 рублей. Т передала вышеуказанную сумму старшему бригаде сопровождения, после чего обратилась к Ч с целью уточнения оснований для осуществления повторной оплаты услуг, которые уже были ею оплачены, после чего Ч сообщил Т что разберется с данной ситуацией.

В период с 11.03.2025 по 01.04.2025 работниками отдела экономической, антикоррупционной и кадровой безопасности ответчика были проведены мероприятия внутреннего контроля по проверке исполнения работником Ч своих трудовых обязанностей, требований законодательства Российской Федерации и города Москвы, локальных нормативных актов <данные изъяты> методом документарной проверки.

По результатам мероприятий контроля было установлено, что между <данные изъяты> в лице Ч и Т были заключены договоры на оказание ритуальных услуг: договор на предоставление гарантированного перечня услуг по погребению на безвозмездной основе от 07.02.2025 № №, и договор на оказание ритуальных услуг от 08.02.2025 № № на общую сумму 253 510 рублей.

Кассовым чеком от 12.02.2025 подтверждается оплата услуг по договору в размере 253 510 рублей.

12.03.2025 работниками отдела экономической безопасности, антикоррупционной и кадровой безопасности СОАО осуществлен на мобильный телефон Т два телефонных звонка с целью уточнения сведений, изложенных в ее обращениях. В ходе телефонного разговора Т сообщила, что 13.02.2025 ей на личный мобильный телефон позвонил старший бригады сопровождения для уточнения возврата денежных средств в размере 10 000 рублей, которые она передала ему 12.02.2025 в качестве оплаты за оказанные бригадой сопровождения услуги сообщив, что указанные денежные средства были направлены Ч на личную банковскую карту для последующего возврата Заказчику. Однако, переданные Ч бригадой сопровождения денежные средства в размере 10 000 рублей он ей не вернул, при этом, вечером 12.02.2025 Ч позвонил Заказчику и сообщил, что она должна еще доплатить денежные средства в размере 10 000 рублей. После телефонного разговора с Ч Т перевела ему обозначенную денежную сумму на его личный банковский счет, однако документы, подтверждающие оплату оказанной услуги, Ч ей не предоставил.

18.03.2025 в своей пояснительной записке Ч указал, что 12.02.2025 он проводил прощание и кремацию Ш заказчиком выступала его вдова Т После прощания перед отъездом в крематорий Т и сопровождающий ее мужчина высказали недовольство тем, что незадолго до этого она передала денежные средства в размере 10 000 рублей бригаде сопровождения по их просьбе. На что Ч ей пояснил, что не имеет к этому отношения, поскольку все услуги по договору были оплачены.После чего, Ч вернулся в кафе и передал деньги мужчине, т.к. самой заказчицы не было. Т в последующем с ним связывалась, высказывая претензии по поводу сотрудников доставки и колумбария, качества урны, невозврата денег от бригады.

Из служебной записки начальника Специализированного отделения агентского обслуживания С от 01.04.2025 № № следует, что он информирует директора <данные изъяты> о совершении дисциплинарного проступка Ч в связи с обращением заказчика Т Ч воспользовался подавленным состоянием заказчика и присвоил себе денежные средства в размере 10000 рублей, которые бригада сопровождения перевела ему на личную банковскую карту с целью последующего возврата заказчику, чего сделано не было. Также работниками отдела экономической безопасности, антикоррупционной и кадровой безопасности СОАО был установлен факт нарушения условий договора на оказание ритуальных услуг от 08.02.2025 со стороны Ч который неправомерно истребовал у заказчика дополнительную оплату ритуальных услуг в размере 10000 рублей помимо денежной суммы в размере 253510 рублей.

15.04.2024 у Ч. потребовали предоставить письменные объяснения относительно произошедшего в течение двух рабочих дней с даты получения требования.

В своей объяснительной записке 15.04.2025 Ч указал, что требований Положения о соблюдении кассовой дисциплины, а также Кодекса этики <данные изъяты> он не нарушал. В связи с давностью произошедшего 12.02.2025 конкретные денежные расчеты с данным заказчиком он не помнит, но хочет пояснить, что расчеты на личный банковский счет либо наличные расчеты с заказчиком используются в работе в случае необходимости оплаты от имени и по поручению заказчика услуг моргов и крематориев, с предоставлением заказчику документов, подтверждающих расходы

На основании служебной записки начальника <данные изъяты> С от 01.04.2025 № № служебной записки заместителя директора <данные изъяты> З от 22.04.2025 № №, объяснительной записки Ч от 15.04.2025, приказом № № от 24.04.2025 с Ч трудовой договор от 22.11.2024 № № был прекращен (расторгнут) по п. 7 ч. 1 ст.81 ТК РФ.

Как пояснял представитель ответчика в суде первой и апелляционной инстанции своими действиями Ч нарушил требования Положения о соблюдении кассовой дисциплины в <данные изъяты> утвержденного приказом директора <данные изъяты> от 31.08.2022 № №, Кодекса этики <данные изъяты> утвержденного приказом директора <данные изъяты> от 21.12.2022 № 473, а также условия трудового договора от 22.1 1.2024 № № Действиями истца ответчику был нанесен ущерб деловой репутации Учреждения.

Частями первой и второй статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации или; иными федеральными законами.

Статьей 243 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрены случаи полной материальной ответственности работников. Так, материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора (пункт 2 части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации).

Письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной, (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 названного кодекса), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество. Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации (статья 244 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 7.3 трудового договора от 22.11.2024 материальная ответственность стороны трудового договора наступает за прямой действительный ущерб, причиненный ею другой стороне в результате ее виновного противоправного поведения. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

22.11.2024 также между работником и работодателем был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности за сохранность вверенных ему работодателем материальных ценностей.

В п.4 договора о полной индивидуальной материальной ответственности указано, что в случае необеспечения по вине работника сохранности вверенных ему материальных ценностей причиненный ущерб возмещается работником в полном размере. Определение размера ущерба, причиненного работодателю, производится в соответствии с законодательством РФ.

Судом первой инстанции установлено, что Ч являлся материально ответственными лицом, с ним работодателем был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, и он привлечен работодателем к дисциплинарному взысканию в виде увольнения по пункту 7 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

В соответствии с пунктом 3 части первой статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям.

Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя определены статьей 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Пунктом 7 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя (пункт 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

Согласно пункту 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по пункту 7 части первой статьи 81 Кодекса в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты доверия к ним.

При этом утрата доверия по смыслу закона предполагает невозможность дальнейшего продолжения трудовых отношений, независимо от предшествующего поведения работника и его отношения к труду.

Как указано в Определении Конституционного Суда РФ от 20 ноября 2014 г. N 2578-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Б. на нарушение ее конституционных прав п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ", заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, бережно относиться к имуществу работодателя, а также возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб (статьи 21 и 238 ТК РФ). Эти требования предъявляются ко всем работникам. В силу статьи 243 названного Кодекса на работника возлагается полная материальная ответственность в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора (пункт 2 части первой данной статьи). При этом до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения (статья 247 названного Кодекса). Указанное обстоятельство, установленное работодателем, в том числе в ходе проведения ревизии, может служить также основанием для расторжения им трудового договора с работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, по пункту 7 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, что является одним из способов защиты нарушенных прав работодателя. Решение работодателя об увольнении такого работника может быть проверено судом, что обеспечивает полное и всестороннее исследование обстоятельств дела, поскольку, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких как справедливость, соразмерность, законность) и оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе проверяет и оценивает факт совершения работником виновных действий.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что если виновные действия, дающие основание для утраты доверия, либо аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей, то такой работник может быть уволен с работы (соответственно по пункту 7 или 8 части первой статьи 81 ТК РФ) при условии соблюдения порядка применения дисциплинарных взысканий, установленного статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Из приведенных положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что дисциплинарное взыскание в виде увольнения по пункту 7 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации может быть применено только к работникам, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, и в случае установления их вины в действиях, дающих основание для утраты доверия к ним со стороны работодателя. Такими работниками по общему правилу являются те, которые относятся к категории лиц, несущих полную материальную ответственность за необеспечение сохранности вверенных им денежных или товарных ценностей на основании специальных законов или особых письменных договоров. Утрата доверия со стороны работодателя к этим работникам должна основываться на объективных доказательствах вины работников в причинении материального ущерба работодателю. Если вина работника в этом не установлена, то он не может быть уволен по мотивам утраты доверия. При этом обязанность доказать наличие законного основания увольнения работника и соблюдение установленного порядка его увольнения возлагается на работодателя.

Суд первой инстанции пришел выводу, что все действия работодателя по проведению мероприятий контроля, служебных записок, которые послужили основанием для увольнения истца, возникли в результате обращений и жалоб Т относительно качества оказанных <данные изъяты> ритуальных услуг по заключенным с ней договорам, что не может являться основанием для вывода о причинении Ч ущерба работодателю и утраты доверия к нему.

Кроме того, суд первой инстанции указал, что факт нарушения со стороны истца кассовой дисциплины в виде получения денежных средств от заказчика Т наличными и путем перечисления на свою карту, также не может являться таким основанием, поскольку указанные действия не привели к негативным последствиям для работодателя, обязательства по заключенным с Т договорам были выполнены всеми сторонами, требований о возврате денежных средств, расторжении договоров от ФИО1 не поступало, полученные истцом от Т денежные средства в полном объеме были внесены в кассу учреждения, что подтверждается представленными документами и не оспаривается ответчиком.

Возникшая ситуация с бригадой сопровождения, члены которой получили денежные средства от Т и в последующем перечислили их истцу, также не может являться основанием для увольнения истца по мотивам утраты доверия.

Из анализа вышеуказанных норм следует, что по мотиву утраты доверия могут быть уволены работники, совершившие умышленно или по неосторожности действия, которые имели или могли иметь вредные последствия, то есть причинили или могли причинить имущественный вред, и когда имеются конкретные факты, оформленные документами, подтверждающие невозможность доверять работнику ценности.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции посчитал, что указанные действия, которые могли иметь вредные последствия, истцом не были совершены, несмотря на перечисление денежных средств от Т на личную карту Ч в счет оплаты по заключенным с <данные изъяты> договорам, что не привело к возникновению ущерба на чьей-либо стороне, и пришел к выводу, что оснований для применения в рассматриваемом случае дисциплинарного взыскания в виде увольнения на основании пункта 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, не имеется.

Кроме того, утрата доверия со стороны работодателя к работникам должна основываться на объективных доказательствах вины работников в причинении материального ущерба работодателю. Если вина работника в этом не установлена, то он не может быть уволен по мотивам утраты доверия. При этом обязанность доказать наличие законного основания увольнения работника и соблюдение установленного порядка его увольнения возлагается на работодателя. Между тем, каких-либо доказательств совершения Ч виновных действий, повлекших причинение какого-либо материального ущерба работодателю, ответчик суду не представил.

Суд первой инстанции установил, что ответчик не исполнил обязанность по обеспечению объективной оценки фактических обстоятельств совершения вменяемого истцу проступка, и таким образом, у ответчика не имелось оснований для принятия решения о прекращении с истцом трудовых отношений по пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку работодателем не было доказано совершение последним виновных действий, подтверждающих его причастность к образованию какого-либо ущерба, и, соответственно, дающих основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя, и было принято ответчиком с нарушением требований статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации, что влечет признание увольнения незаконным.

Довод ответчика о том, что отсутствие материального ущерба не лишает работодателя права уволить в связи с утратой доверия работника, обслуживающего товарные или материальные ценности, судом первой инстанции отклонен, так как оценка проступка не может основываться лишь на внутреннем убеждении работодателя. Иное приводило бы к существенному ограничению прав работников, допуская возможные злоупотребления со стороны работодателя при реализации своего исключительного права на привлечение работника к дисциплинарной ответственности, в том числе по надуманным основаниям, что недопустимо.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, оценив в совокупности представленные доказательства в порядке ст. 67 ГПК РФ, установил, отсутствие оснований для увольнения Ч по п.п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, восстановив истца на работе.

Доводы дополнений к апелляционной жалобе о том, что с истцом был заключен срочный трудовой договор в связи с чем, при признании увольнения незаконным должна была быть изменена дата увольнения истца и основание увольнения (истечение срока трудового договора), судебная коллегия считает необоснованными по следующим основаниям.

Согласно ст. 59 ТК РФ срочный трудовой договор заключается:

на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, за которым в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором сохраняется место работы;

на время выполнения временных (до двух месяцев) работ;

для выполнения сезонных работ, когда в силу природных условий работа может производиться только в течение определенного периода (сезона);

с лицами, направляемыми на работу за границу;

для проведения работ, выходящих за рамки обычной деятельности работодателя (реконструкция, монтажные, пусконаладочные и другие работы), а также работ, связанных с заведомо временным (до одного года) расширением производства или объема оказываемых услуг;

с лицами, поступающими на работу в организации, созданные на заведомо определенный период или для выполнения заведомо определенной работы;

с лицами, принимаемыми для выполнения заведомо определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой;

для выполнения работ, непосредственно связанных с практикой, профессиональным обучением или дополнительным профессиональным образованием в форме стажировки;

в случаях избрания на определенный срок в состав выборного органа или на выборную должность на оплачиваемую работу, а также поступления на работу, связанную с непосредственным обеспечением деятельности членов избираемых органов или должностных лиц в органах государственной власти и органах местного самоуправления, в политических партиях и других общественных объединениях;

с лицами, направленными органами службы занятости населения на работы временного характера и общественные работы;

с гражданами, направленными для прохождения альтернативной гражданской службы;

в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

По соглашению сторон срочный трудовой договор может заключаться:

с лицами, поступающими на работу к работодателям - субъектам малого предпринимательства (включая индивидуальных предпринимателей), численность работников которых не превышает 35 человек (в сфере розничной торговли и бытового обслуживания - 20 человек);

с поступающими на работу пенсионерами по возрасту, а также с лицами, которым по состоянию здоровья в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, разрешена работа исключительно временного характера;

с лицами, поступающими на работу в организации, расположенные в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, если это связано с переездом к месту работы;

для проведения неотложных работ по предотвращению катастроф, аварий, несчастных случаев, эпидемий, эпизоотий, а также для устранения последствий указанных и других чрезвычайных обстоятельств;

с лицами, избранными по конкурсу на замещение соответствующей должности, проведенному в порядке, установленном трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права;

с творческими работниками средств массовой информации, организаций кинематографии, театров, театральных и концертных организаций, цирков и иными лицами, участвующими в создании и (или) исполнении (экспонировании) произведений, в соответствии с перечнями работ, профессий, должностей этих работников, утверждаемыми Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений;

с руководителями, заместителями руководителей и главными бухгалтерами организаций, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности;

с лицами, получающими образование по очной форме обучения;

с членами экипажей морских судов, судов внутреннего плавания и судов смешанного (река - море) плавания, зарегистрированных в Российском международном реестре судов;

с лицами, поступающими на работу по совместительству;

с лицами, поступающими на работу к работодателям, которые являются некоммерческими организациями (за исключением государственных и муниципальных учреждений, государственных корпораций, публично-правовых компаний, государственных компаний, общественных объединений, являющихся политическими партиями, потребительских кооперативов) и численность работников которых не превышает 35 человек;

в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Руководствуясь приведенными нормативными положениями ТК РФ, суд полагает, что трудовые отношения между работодателем и работником возникают на основании заключенного с ним трудового договора, условия которого работник и работодатель должны соблюдать. К числу обязательных условий трудового договора относится срок его действия. Трудовой договор с работником может заключаться как на неопределенный срок, так и на определенный срок - не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен ТК РФ и иными федеральными законами.

Основанием для заключения срочного трудового договора от 22.11.2024 г. с Ч работодателем указан абзац 6 части 1 ст. 59 ТК РФ, то есть, по мнению работодателя, для проведения работ, связанных с заведомо временным (до одного года) расширением объема оказываемых услуг.

Суд полагает, что заключение с истцом срочного трудового договора не обусловлено нормами ст. 59 ТК РФ, так как работодателем не указано в чем заключается расширение объема оказываемых услуг, поскольку истец фактически занимал должность агента по организации похорон.

Кроме того, начиная с 14.09.2022 г. с истцом заключались срочные трудовые договоры, в том числе и по работе, указанной в договоре от 22.11.2024 г., которые перезаключались на тот же срок сразу же после окончании срока действия предыдущего договора.

Таким образом, суд приходит к выводу, что спорный трудовой договор от 22.11.2024 г. с Ч не мог быть заключен как срочный трудовой договор со ссылкой на абзац 6 часть 1 статьи 59 ТК РФ и является бессрочным.

Статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации установлена материальная ответственность работодателя за задержку выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику.

В силу статьи 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Судом первой инстанции с ответчика также взыскана компенсация по ст. 236 ТК РФ, в размере 100 258, 57 рублей, рассчитанная на суммы взысканного решением суда утраченного заработка. С данной позицией судебная коллегия согласиться не может и считает, что в данной части решение подлежит отмене.

Решение о признании увольнения незаконным было принято судом первой инстанции только 05.08.2025 года, законных оснований для оплаты вынужденного прогула до указанной даты у ответчика не имелось, такая обязанность у работодателя возникнет только с момента вступления судебного постановления в законную силу.

Таким образом, отсутствуют основания для привлечения ответчика к материальной ответственности в соответствии с положениями статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации за задержку выплаты среднего заработка за время вынужденного прогула.

В силу ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как указано в п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», работник в силу ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Поскольку со стороны ответчика имело место нарушение трудовых прав истца, то суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности требований истца о компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции руководствовался положениями ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, разъяснениями, содержащимися в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ" и Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", и взыскал в пользу Ч компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей. Судебная коллегия соглашается с размером компенсации, поскольку он определен с учетом конкретных обстоятельств дела, значимостью для истца нарушенного права, объема и характера причиненных истцу нравственных страданий, степени вины ответчика, а также принципов разумности и справедливости.

В связи с тем, что в соответствии с подп. 1 п.1 ст. 333.36 НК РФ истец освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчика судом правомерно была взыскана государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 3 000 руб.

При таких обстоятельствах судебная коллегия находит доводы апелляционной жалобы несостоятельными.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не могут служить основанием для отмены правильного по существу решения суда первой инстанции, поскольку у суда имелись основания для удовлетворения исковых требований ФИО2 по вышеизложенным основаниям.

Судебная коллегия полагает, что все обстоятельства, имеющие значение для дела, судом определены правильно, им дана надлежащая оценка. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену или изменение принятого решения и предусмотренных статьей 330 ГПК РФ судом не допущено.

На основании вышеуказанного и, руководствуясь ст.ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Комсомольского районного суда г. Тольятти Самарской области от «05» августа 2025 года по гражданскому делу № 2-1926/2025 по иску Ч к <данные изъяты> о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании неполученного заработка, компенсации морального вреда, отменить в части взыскания с <данные изъяты> компенсации за задержку выплат в соответствии со ст. 236 ТК РФ в размере 100 258, 57 рублей, постановить в указанной части новое решение, отказав в удовлетворении данной части требований.

В остальной части решение оставить без изменения.

Апелляционную жалобу <данные изъяты> удовлетворить частично.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев.

Мотивированное апелляционное определение составлено 26 января 2026 г.

Председательствующий: А.А. Евдокименко

Судьи: М.Н. Ретина

Е.Н. Иванова